Читать книгу "Пробуждение Зодиака"

Тристан

Сирены разрывали тишину ночных улиц Корейского квартала, предупреждая об опасностях, поджидающих на каждом углу. Почти полная луна, частично скрытая небоскребами, висела в небе, словно хрустальный шар. Для большинства жителей города луна не представляла никакой угрозы. Но для Тристана приближение полнолуния означало время, когда он рисковал потерять над собой контроль и проиграть проклятому зверю, что терзал его изнутри.

Многолетний опыт и часто весьма неприятные испытания научили Тристана тому, что, чтобы сдержать оборотня, нужно было отвлечься. Алкоголь тоже помогал. Поэтому план на вечер был очевиден: клуб. Тем более что в этом же месте ему нужно было уладить кое-какие дела.

Тристан был постоянным посетителем ночного клуба под названием Nest. Ему не нравился запах пота и алкоголя, стоявший в воздухе, и он не был фанатом электронной музыки, гремящей из колонок. Но его все равно тянуло сюда. Кабаре было популярно в Шанхае более века назад, и Тристан часто бывал в подобных заведениях в те времена. С тех пор прошло много времени, и он был далеко от Шанхая, но многое осталось неизменным. Люди по-прежнему любили собираться в местах, где музыка гремела так громко, что разговоры приходилось вести криком.

Наблюдать за ночной жизнью Корейского квартала, смотреть, как люди валяют дурака, было интересно. И точно намного интереснее, чем посещать занятия в академии «Пяти стихий». Сегодня это помогало успокаивать бешеный пульс Тристана и утолять голод – признаки того, что если он потеряет контроль, то обратится. Подобного не случалось уже много лет, за исключением одного инцидента четыре года назад, который едва не закончился катастрофой. Сейчас же Тристан почти полностью себя контролировал и не видел причин беспокоиться насчет грядущего полнолуния.

Особенно его радовало внимание одной барменши, которая явно была к нему неравнодушна. Если бы она знала, что ему в каком-то смысле всего семнадцать лет, она бы наверняка ужаснулась. Точнее, по документам ему действительно было семнадцать, но на самом деле он прожил уже более сотни лет – сто шестьдесят семь, если быть точным.

– О, ты снова здесь, Теодор, – улыбнулась Лидия, хлопая невероятно длинными ресницами.

Тристан выбрал другое имя специально. Теодор не был нарушителем спокойствия, не позорил наследников и не прогуливал в данный момент уроки. Теодору даже в голову не пришло бы подобное.

– Я очень надеялся, что ты сегодня работаешь, – с легкой улыбкой ответил Тристан.

Лидия покраснела и убрала короткую черную прядь за ухо, кокетливо улыбаясь в ответ.

– Персиковый соджу, как обычно?

– Ты меня слишком хорошо знаешь, Лидия, – ухмыльнулся Тристан.

Оба понимали, что это не так. У них не было никаких отношений, если не считать коротких разговоров в клубе. Лидия даже не знала его настоящего имени. Но Тристан находил утешение в поверхностных связях, ведь больше всего он боялся, что сближение неизбежно приведет к боли. А безобидный флирт еще никому не вредил. Да и кто откажется от внимания противоположного пола?

Лидия ослепительно улыбнулась и отправилась за бутылкой соджу. Тристан тем временем осмотрелся. Было всего полдвенадцатого, но для города, который никогда не спит, все только начиналось. На танцполе была всего одна парочка, несколько человек стояли у столиков по периметру клуба. То были или студенты колледжа или, возможно, вчерашние выпускники старшей школы. Nest привлекал молодежь, так что Тристан легко сливался с толпой.

Сегодня оборотень пришел сюда не для развлечений, хотя он ничего не имел против легкого флирта. Сегодня у него здесь были дела. Тристан снова окинул взглядом толпу. Некоторые лица показались ему смутно знакомыми, а значит, сюда приходить следовало бы пореже.

И вот наконец он заметил парочку, которую искал. Они только зашли в клуб, слегка пошатываясь, уже несколько пьяные. Это его не удивило; он знал, что так и будет, ведь они часто приходили в Корейский квартал, чтобы расслабиться после учебы и прочих забот. Тристан впился взглядом в невероятно красивые лица и девять хвостов, мерцающих в полумраке. Смертные не видели хвосты, но Тристан видел.

Близнецы Джина и Луис тоже были учениками академии. Они принадлежали дому Собаки, а также входили в узкий круг приближенных Джулиуса, в его банду, которых он называл Когтями.

Как и Тристан, Джина и Луис прогуливали уроки и регулярно наведывались в Nest, хотя и не так часто, как он сам. Тристан знал, что близнецы придут сюда сегодня ночью, ведь они не могли пропустить выступление любимого диджея Трипа.

На левом запястье Луиса блестели золотые часы. Волшебные часы, которые могли перемещать своего владельца на двенадцать часов назад или вперед. Несколько дней назад Луис хвастался ими перед всеми, кто готов был его слушать. Эти часы были бесценным артефактом, который и Тристану, безусловно, мог пригодиться.

Однако он должен был их украсть не для себя, а для Коллекционера – загадочного короля подпольного мира Манхэттена. Периодически он нанимал Тристана, чтобы тот воровал для него артефакты, чтобы затем вернуть их (обычно законным) владельцам. Взамен Тристан получал деньги и постоянный доступ к аубруму – нелегальному препарату, который снижал вероятность превращения в оборотня во время полнолуния.

Тристан растворился в тенях. Даже в человеческом облике оборотни двигались быстрее, чем люди, и в два раза быстрее, чем лисы. Он в считаные секунды добрался до близнецов, проскользнул мимо них и за долю секунды расстегнул и снял часы с запястья Луиса. В следующий момент Тристан уже был на другом конце зала, а золотые часы осели у него в кармане. И главное, никто ничего не заметил.

Отлично сработал, подумал он, потому что если сам себя не похвалишь, то никто не похвалит. Одобрять Тристана было некому, как и поддерживать, поэтому ему приходилось притворяться, что одобрение и поддержка других ему не нужны.

Кто-то постучал пальцем по левому плечу Тристана. Он вздрогнул, едва не подпрыгнув на месте от неожиданности. Человек вряд ли бы смог застать его врасплох, а оборотня или девятихвостого он бы учуял. К тому же и Луис, и Джина по-прежнему оставались в поле его зрения и находились на противоположном конце клуба.

– Вампирам здесь не место, – прорычал он.

– Давай без этого. Мы оба здесь в учебную ночь.

Этот раздражающий, самодовольный голос Тристан узнал бы где угодно. Обычно он слышал его рядом с ледяной королевой Эванджелиной Лун. Он развернулся, не скрывая досады. Однако сердце его забилось чуть быстрее. Вдруг Сесилия заметила, что он только что украл часы у одноклассника?

– Как ты меня нашла?

Сесилия Лун стояла с высокомерным выражением лица, убедительно копируя Эванджелину. Эти двое явно проводили слишком много времени вместе.

– Тебя найти проще простого. Я просто шла на запах мокрой псины.

– Удивительно, что ты смогла учуять что-то сквозь вонь плесени и тухлятины. Лично я больше ничего не чувствую.

Его ответная фраза мгновенно стерла самодовольную ухмылку с лица Сесилии. Ну, не стоит задираться, не будучи готовой, что тебе отплатят той же монетой.

– Шутки в сторону, Тристан. Я бы не стала тебя беспокоить без веской причины.

– Что такого срочного, что это не могло подождать до завтра? – раздраженно спросил Тристан, немного расслабившись. Сесилия не заметила, что он обокрал Луиса.

Вампирша поморщилась.

– Ты же и завтра прогуляешь занятия. Идешь на рекорд? – Не дав Тристану оправдаться или указать ей на то, что она сама тоже прогуливала, Сесилия продолжила: – Эванджелина сказала, что ты ей нужен.

Первое, что подумал Тристан, было явно не то, что имела в виду Сесилия.

Будто прочитав его мысли – а может, так и было, – Сесилия смерила его презрительным взглядом:

– Не в этом смысле. Ей нужна твоя помощь.

– Не стоит разговаривать со мной таким тоном.

Если бы они не были на виду у множества смертных, Тристан не потерпел бы к себе подобного неуважения. Сесилия явно нарывалась на драку, и он бы с удовольствием ей в этом помог, но не здесь и не сейчас. Сесилия, должно быть, совсем с ума сошла, раз решила провоцировать оборотня накануне полнолуния.

– И с чего бы мне ей помогать?

Сесилия поморщилась:

– Если ты не пойдешь сам, мне придется потащить тебя силой. Она просила напомнить, что ты у нее в должниках. Ей нужна ответная услуга, Тристан. Или ты настолько скатился, что не будешь возвращать долг?

Тристан стиснул зубы. Унизительный тон Сесилии действовал ему на нервы. Да, его поступки были крайне сомнительными, но он всегда возвращал долги и не забывал требовать, чтобы к нему относились с тем же уважением. Он напряг память, пытаясь вспомнить, какую услугу ему оказала Эванджелина. И вспомнил. Тристан простонал. Годы назад, еще до того, как они начали встречаться, Эванджелина защитила его от Маркуса и Макса Ню, которые готовы были его убить. Она заставила их поклясться, что они никогда не тронут Тристана. До сегодняшней ночи он не думал, что Эванджелина считала это долгом, который нужно вернуть, но это было вполне логично.

– Ну что, вспомнил? – спросила Сесилия.

– Эм, прошу прощения? – прозвучал неуверенный женский голос.

Оба повернулись на голос. Перед ними стояла Лидия с соджу в руках и озадаченным выражением лица.

– Извинения приняты, – сказала Сесилия, холодно улыбаясь. – Но у нас тут вообще-то важный разговор.

– Вот твой заказ, Теодор. – Лидия переводила беспокойный взгляд с Сесилии на Тристана. Очевидно, их разговор был достаточно напряженным, чтобы привлечь внимание. – Все в порядке, Теодор?

– Кто? – Сесилия уставилась на Тристана, а потом возмущенно фыркнула, догадавшись, кто такой «Теодор». – М-да…

– Пока не очень, Лидия. – Тристан взяв бутылку. – Но сейчас выпью, и будет супер.

– Ха-ха, – сухо отреагировала Сесилия. – Как был клоуном, так им и остался.

– Ты тоже выпей, Сесилия. Тебе не помешает расслабиться, – сказал Тристан, поднося бутылку прямо ей под нос.

Вампирша уставилась на него так, будто он плюнул ей в лицо.

– О нет, спасибо, Теодор, – сказала она, оттолкнув его руку.

Тристан насупился. «Теодор» прозвучало из ее уст как самое настоящее оскорбление. Возможно, ему нужно будет придумать новый псевдоним.

Другая барменша окликнула Лидию, и девушка поспешила уйти, напоследок окинув Сесилию и Тристана обеспокоенным взглядом.

Тристан сделал несколько глотков прежде, чем Сесилия выхватила у него бутылку. Свободной рукой она схватила его за запястье стальной хваткой.

– Ладно, – сказал он, – я перезвоню Эванджелине позже, довольна? У нее и так полно забот сейчас. К тому же почему ей нужен именно я?

Ее брата нашли мертвым, а Тристан, вероятно, был последним, кого Эванджелина хотела бы сейчас видеть. Если бы он был на ее месте, он бы тоже не хотел себя видеть. Кстати, он тоже не то чтобы горел желанием видеться с Эванджелиной. Или, по крайней мере, не хотел ворошить то, что уже четыре года так старательно пытался забыть.

Глаза Сесилии сверкнули гневом.

– Эванджелина велела тебе прийти немедленно. Лично. Дело срочное.

– А я сказал…

– Плевать, что ты сказал.

Очевидно, Сесилия была настроена решительно, а Тристану стоило дважды подумать, прежде чем пить рядом с Сесилией. Конечно, как любой другой оборотень, он обладал быстрым метаболизмом, но сегодня он явно переоценил свои силы. В подвыпившем состоянии бороться с нечеловечески сильной хваткой Сесилии было сложно.

– Эм, надеюсь, у вас все хорошо? – спросила Лидия дрожащим голосом.

Она вернулась с коренастым коллегой. Тристан понял, что, если они с вампиршей немедленно не уйдут, их выведут из клуба охранники. В подобных заведениях драки пресекали на корню.

– Просто общаемся, – весело сказала Сесилия. – Приятного вечера.

Сесилия выволокла Тристана из клуба. Оказавшись на улице, он тут же уставился на луну. Ему показалось или она стала еще более полной, чем раньше? Луна будто бы издевалась над ним. Она знала, как тяжело ему сдерживать зверя и как сильно он ненавидел терять контроль над собственным телом.

– Даже не думай превращаться, – рявкнула Сесилия, проследив за его взглядом.

Тристан стиснул зубы. Он мог бы огрызнуться, но почему-то придержал язык. А затем у него просто не осталось времени на язвительный ответ. Две темные фигуры спрыгнули с крыши, приземлившись на четвереньки. Явно не люди.

Сесилия выругалась и отскочила в сторону.

Это были близнецы, Луис и Джина. Их лица исказились от ярости, и Тристан не мог их за это винить.

– Ты правда думал, что можешь безнаказанно украсть мои часы? – прорычал Луис, сверля красными глазами Тристана.

Тристан простонал от досады. Конечно же, он думал, что Луис ничего не заметил. Но тот оказался умнее, чем Тристан предполагал. Нет, Луис тут ни при чем. Тристан расслабился, когда нужно было держать ухо востро.

Это была главная опасность в работе Тристана – самонадеянность. И теперь ему предстояло расплачиваться за беспечность. Второй раз за вечер он пожалел о том, что выпил.

– Блин, еще этого не хватало. – Сесилия оттолкнула Тристана в сторону и встала между ним и приближающимися девятихвостыми. – Простите, ребята, но вам придется свести с ним счеты позже. Сегодня он нужен Эванджелине.

– Сесилия, он вор, – выплюнула Джина, ее глаза сверкали красным. – Он преступник, лжец и…

– Я не спорю, но неужели вы пойдете против Эванджелины Лун? – перебила ее Сесилия. – Вы Когти. Вы поклялись в верности Джулиусу, и, хотя его больше нет, вы должны понимать: дела Эванджелины важнее ваших, поэтому вам стоит проявить уважение. Я действую по приказу Эванджелины, а это значит, что вы тоже обязаны подчиняться ее требованиям.

Пока они спорили, Тристан украдкой посмотрел в конец улицы, туда, где виднелись огромные рекламные щиты, освещающие Таймс-сквер. Он мог бы с легкостью ускользнуть, пока его одноклассники переругивались. Раствориться в тенях и исчезнуть, прежде чем кто-то заметит его отсутствие. Он начал медленно пятиться назад.

Джина опустила взгляд, выглядя немного пристыженной, и ничего не сказала. Очевидно, слова Сесилии подействовали на нее. Луис же плюнул на грязный асфальт под ноги вампирше.

– Эванджелина может разобраться с этим куском дерьма позже. К тому же вам с Эванджелиной лучше бы не задирать нос.

Сесилия замерла и уставилась на Луиса во все глаза.

– Ты сейчас к чему клонишь?

– Ты разве не слышала? Луны могут в скором времени потерять власть.

Тристан замер. Намечалось что-то интересное, и он не мог это пропустить.

– С чего вдруг? – спросил он.

– Да, с чего бы это? – холодным тоном потребовала Сесилия.

– Луис, – прошипела Джина, толкнув брата в широкое плечо, намекая, что ему надо заткнуться. Но парень даже не пошатнулся: с таким же успехом она могла толкать стену.

– О, так вы оба не в курсе? – усмехнулся Луис. – Видимо, все это не вашего ума дело. Остальные члены Верховного совета не слишком высокого мнения об Эванджелине. Они мирились с правлением Джулиуса из уважения к традициям, но его смерть все изменила. – Он облизал губы и уставился на Тристана горящими глазами, словно его неосведомленность доставляла ему особое удовольствие. – Впервые наследников может возглавить канцлер из дома Быка.

Тристан прищурился. Маркус Ню. Одного имени было достаточно, чтобы испортить ему настроение. Дом Быка в настоящее время возглавлял наглый оборотень, которому было чуть за двадцать в тот год, когда он стал бессмертным. После Лунов семья Ню считалась второй по влиятельности среди наследников, имея небольшую, но преданную группу сторонников, которых Джулиусу так и не удалось переманить на свою сторону. Хотя время от времени ходили слухи о борьбе за власть, Ню никогда прежде не предпринимали попыток свергнуть Лунов.

Ненависть Тристана к Маркусу была глубоко личной, ее корни уходили так далеко, что простирались на поколения.

– И каким же образом Маркус собирается бросить вызов Лунам, если он даже не может совладать со своим облысением? – протянул Тристан.

Сесилия едва сдержала смешок. Тристан впервые оказался с ней в одной лодке.

– Любой, кто решится бросить вызов дому Дракона, потерпит неудачу, – тут же сказала Сесилия. – Эванджелина вторая по силе после Джулиуса, и он десятилетиями готовил ее к роли своего преемника. Никто, кроме нее, не способен возглавить наследников. Тебе лучше следить за языком, Луис, потому что ты сейчас балансируешь на грани предательства.

Луис злобно насупился, но его сестра вмешалась, прежде чем он успел снова что-то сказать.

– Мой брат просто хочет сказать, что власть Лунам больше не гарантирована, – сказала Джина. – Если вы переживаете за Эванджелину, то вам стоит ее предупредить. Мы тоже будем защищать наследие Лунов. Мы будем верны Джулиусу до конца времен.

– Или до смерти, – ухмыльнулся Луис. – Смотря что раньше наступит.

Мысли Тристана закружились в вихре. Если уже поползли слухи о возможной борьбе Ню за власть, это означало, что наследники начали собираться в альянсы. Знала ли Эванджелина об этом? И почему Тристана вообще беспокоило, в курсе она или нет?

– Мы его не убьем, – бесстрастно сказал Луис, обращаясь к Сесилии. – Просто ноги ему переломаем.

– Эванджелину это не устроит. Он нужен ей в полной боевой готовности, – отрезала Сесилия.

Тристан нахмурился. Сесилия говорила о нем, как о машине и как будто его единственная ценность заключалась в его полезности для Эванджелины.

Луис скрипнул зубами, а затем неожиданно отвернулся:

– Ладно. Я подожду. Почаще оглядывайся, Тристан.

– Непременно. А ты остерегайся карманников, – не удержался Тристан.

Луис плюнул ему под ноги, и Тристан отпрыгнул в сторону.

– Скажи своей милой Эванджелине, чтобы она тоже смотрела в оба, – прорычал Луис, а затем он и Джина исчезли за углом.

Сесилия смотрела им вслед с непроницаемым выражением лица, но кулаки выдавали ее истинные чувства. Затем она обратила на Тристана свой яростный взгляд, и оборотень невольно вздрогнул.

– В следующий раз, когда я скажу тебе идти за мной, не мешкай!

– Спасибо за помощь, – пробормотал Тристан.

– Не благодари меня, – резко ответила она, лицо ее исказилось от гнева. – Ты что, украл часы у Луиса?

– Эм… – Вины на лице Тристана было достаточно, чтобы Сесилия закатила глаза.

– Идиот. Надеюсь, Луис тебе наваляет потом.

Тристан хотел возразить, но не нашел слов. В следующий момент Сесилия схватила его за руку, и они словно полетели по воздуху. Он двигался так быстро, что даже не мог говорить.

В считаные секунды они оказались на массивных каменных ступенях особняка Лунов, рядом с каменными львами, которые охраняли вход в величественное здание. Красные двери распахнулись, и на пороге появилась его бывшая девушка в лиловом костюме с золотыми манжетами на рукавах.

Ее красота, как всегда, поражала, и явное отвращение, написанное на ее лице, ничуть ее не портило. Розоватые разводы на ее щеках, следы кровавых слез, заставили сердце Тристана болезненно сжаться. Он ненавидел себя за то, что после разрыва он все еще что-то к ней чувствовал. Он ненавидел себя за то, что видел терзания Эванджелины сквозь ее надменную, холодную маску.

Эта встреча будет сложной для них обоих. Тристан лишь надеялся, что она не закончится катастрофой.

– Привет, – сказал он и тут же поморщился от того, как жалко прозвучал его голос.

– Привет, Тристан. – Эванджелина осталась серьезной. – Нужно поговорить.

Эванджелина

Эванджелина надеялась, что после ее недолгих и катастрофических отношений с Тристаном, которые закончились четыре года назад, им больше никогда не придется разговаривать с глазу на глаз. Эти тайные отношения были ошибкой – вероятно, самым худшим решением, которое она когда-либо принимала за всю свою долгую жизнь, – и она расплачивалась за эту ошибку до сих пор. В академии «Пяти стихий» все знали друг друга, так что постоянно избегать Тристана было невозможно. Но, если учитывать, что они вращались в разных кругах и что Тристан был ужасным учеником, который нечасто появлялся на занятиях, она надеялась, что их встречи сведутся к минимуму.

О, как же она ошибалась.

Когда Тристан появился на пороге особняка Лунов, Эванджелина изо всех сил старалась сохранить спокойствие. Несмотря на все попытки забыть прошлое, воспоминания нахлынули на нее сокрушительной волной. Перед глазами мелькали образы, как она касалась его растрепанных темно-каштановых волос. Как ее палец нежно скользил по родинке у его левого уха. Тристан был жив, но она предпочитала вести себя так, будто похоронила и его, и их отношения.

Эванджелина задумалась, не совершает ли она ошибку, привлекая Тристана к делу. Некоторые двери должны оставаться наглухо закрытыми.

– Так о чем таком срочном ты хочешь поговорить? – Тристан потер затылок, его взгляд метался от двери к лестнице, от лестницы к гостиной, избегая встречи с взглядом Эванджелины, которая сидела на черном кожаном диване. Возможно, он уже планировал побег. Только вот Тристану не удастся пройти сквозь защитные заклинания поместья Лунов. Да и от Эванджелины тоже так просто не сбежать.

– Садись, – приказала она, указав на черное кожаное кресло напротив. Ей нужно было вести себя максимально отстраненно. Эванджелина отвела взгляд от его волевого подбородка и сосредоточилась только на предстоящей миссии.

Хорошо, что Тристану не пришлось повторять дважды. От его покорности Эванджелина испытала мрачное удовольствие. Тристан мог нагло смотреть в глаза отчаянным преступникам, но Эванджелине он подчинился по первому требованию. Он так быстро сел, что на мгновение она вспомнила, как раньше могла подчинять других своей воле при помощи одних лишь слов. Ах, было время.

Сесилия встала рядом с Эванджелиной, словно тень, но ее взгляд был сосредоточен на Тристане. Было очевидно, что она не простила его за то, что он разбил сердце вампирше.

Эванджелина глубоко вздохнула. Лучше всего было изложить факты, а ненужные эмоции оставить за дверью. Именно так Луны всегда справлялись с трудностями.

– Джулиуса убили, – сказала она, и ее голос не дрогнул.

Тристан смотрел на нее некоторое время, словно не веря услышанному, и Эванджелина не могла его в этом винить. Имя Джулиуса Луна было легендой, и о его деяниях говорили с благоговением. Сама мысль о том, что ее брата могли убить, была шокирующей и неправдоподобной.

После мгновения тягостного молчания Тристан едва слышно произнес:

– Я слышал, что нашли его тело, но убийство… Я… Мои соболезнования, Эва.

Эванджелина вздрогнула. Никто больше не называл ее так. Тем более он.

– Эванджелина, – исправился Тристан, опустив взгляд.

Эванджелины приподняла брови, но ничего не сказала. Ей едва удавалось сдерживать слезы, но сейчас девушке, как никогда, важно было держать лицо. Так ее учили вести себя еще до проклятия бессмертием, и она скорее бы сгорела в аду, чем позволила кому-то – особенно Тристану – увидеть ее слабой.

– Спасибо. – Ее голос дрогнул, и она сглотнула. Будь сильной, приказала она себе. И когда Эванджелина заговорила снова, ее голос прозвучал с привычной холодной уверенностью.

– Ранее сегодня я услышал кое-что, что тебе следует знать. – Голос Тристана был непривычно серьезным. – Ню собирают поддержку среди других домов. Похоже, что они воспользуются смертью Джулиуса как предлогом, чтобы наконец положить конец правлению Лунов. Они планируют захватить власть.

Потребовалось мгновение, чтобы до Эванджелины дошел весь ужас слов Тристана, и, когда это произошло, она сжала кулаки так, что костяшки ее пальцев побелели. Конечно же. Где-то в глубине души она подозревала, что в этот переходный период найдутся наследники, которые захотят встать у власти вместо нее. Если бы она была на месте Маркуса Ню, она бы поступила именно так: нанесла удар прежде, чем следующий Лун успеет заручиться поддержкой других наследников. Маркус всегда свысока смотрел на Эванджелину. Она просто не ожидала, что этот бессердечный ублюдок опустится до того, чтобы нанести удар ей в спину, когда она еще даже не похоронила брата.

– Это меня не удивляет, – с нарочитым спокойствием произнесла Эванджелина. – Но это не изменит моих планов.

– Не изменит?

– Именно.

Оставалось лишь предполагать, что прямо сейчас Маркус собирает сторонников, заставляя их присягнуть в верности ему и дому Быка. По традиции именно дом Дракона возглавлял остальные одиннадцать домов, так как китайская диаспора всегда называла себя «Лун Дэ Чуань Жэнь», или потомками дракона. Однако это не означало, что так должно быть всегда. Если Маркус уже склоняет других на свою сторону, то Эванджелине нужно было показать себя. А поступки говорили громче слов. Лучший способ укрепить позиции в качестве лидера – это восстановить справедливость. Ей нужно было исполнить пророчество и вернуть наследникам силу и былую славу. Если у Эванджелины получится, то место следующего канцлера будет ей гарантировано. Джулиус наверняка знал, что правление дома Дракона неизбежно окажется под угрозой, и, вероятно, готовился к этому.

– Итак, к сути, – объявила Эванджелина. – Я вызвала тебя, Тристан, потому что у Джулиуса остались незаконченные дела, требующие внимания. Тебя даже освободят от уроков, если ты согласишься помочь мне с миссией.

Тристана прищурил золотистые глаза. Эванджелина знала, что возможность безнаказанно пропустить уроки могла бы его заинтересовать, но он мог и отказаться, потому что вряд ли перспектива провести это время с Эванджелиной казалась ему привлекательной.

– Что за миссия? – медленно спросил Тристан.

– Помоги мне завершить дело, которое начал Джулиус. А потом помоги мне найти убийцу моего брата.

– Что ты собираешься делать, когда найдешь виновного? – спросил Тристан.

– Я его ограблю, – с кровожадной усмешкой ответила Эванджелина, – а потом убью.

Если Тристана и удивили ее слова, то он не показал этого. Оборотень задумчиво нахмурился. Эванджелине сейчас пригодилась бы ее магия убеждения, однако она не сомневалась в том, что Тристан примет ее предложение. Он не мог так просто отказаться от опасной миссии, как и она сама.

– А зачем я тебе? Я ведь не убийца.

– Ты не убийца, но ты вор – и, возможно, лучший в нашей школе, – нехотя признала Эванджелина.

– Лучший на Манхэттене.

Эванджелина не удостоила это заявление ответом:

– Кроме того, мы собираемся вытащить Алого Шпиона из тюрьмы, что в Подземном городе. Я знаю, что ты с ним знаком, Тристан, и я рассчитываю на то, что ты убедишь его нам помочь.

– А при чем тут Алый Шпион? – Тристан поднял бровь.

– Если верить Джулиусу, то Алый Шпион будет полезен на территории фейри. Никто из нас не был там, поэтому проводник нам бы не помешал, – объяснила Эванджелина.

– Хм, этот шаман – мой должник. Но его бросили в тюрьму, прежде чем он со мной рассчитался, – пробормотал Тристан.

– Его долг может сыграть нам на руку, – сказала Эванджелина. – Это не рядовая миссия, так что тебе придется отнестись к ней серьезно.

– Я ко всему отношусь серьезно, – возразил Тристан.

– Мне нужна помощь и надежный союзник. Нам нужно будет найти и проникнуть в хранилище на территории фейри, а это сродни тому, чтобы проникнуть в самый охраняемый музей в мире.

Тристан откинулся в кресле и закрыл глаза. На мгновение наступила тишина, нарушаемая лишь звуком его ровного дыхания, а затем он медленно произнес:

– Эванджелина… Ты что, хочешь нас убить? Или, хуже, обречь на вечное заключение в Фейриленде?

– Нет, я хочу сделать нас, наследников, непобедимыми. Я хочу восстановить справедливость и вернуть «Круг двенадцати». Мы станем еще сильнее, чем были! Мы будем производить на свет еще более сильных наследников. И что самое важное, я заставлю Маркуса Ню пожалеть не только о том, что он бросил вызов Лунам, но и вообще что на свет родился.

Пришло время перестать ходить вокруг да около. Она сунула руку в карман, достала письмо брата и бросила его на журнальный столик перед Тристаном. Сама она уже успела запомнить написанное слово в слово.

Прочитав письмо, Тристан поднял взгляд на Эванджелину. Он облизал губы. Эванджелина всегда читала его как открытую книгу, и она видела по его напряженным плечам и сжатым челюстям, что он не боится предстоящей опасности. Напротив, Тристан предвкушал ее.

– Я нашла это письмо в кабинете Джулиуса сегодня вечером, – сказала Эванджелина. Ее взгляд остановился на окне, хотя в темноте ничего не было видно, кроме отражений присутствующих. – Похоже, он знал, что не вернется.

– Твой брат тщательно готовился к этой миссии.

– Да.

– И ты отправишься на миссию, даже если придется идти одной.

– Да.

– Даже если рискуешь не вернуться.

– Да, Тристан.

– Ты думаешь, что именно о тебе говорится в этом пророчестве.

– Джулиус так считал, а он еще ни разу не ошибался в своих догадках. Ну что, ты закончил задавать бессмысленные вопросы?

Наступила долгая, тяжелая пауза.

– А что с гневокрылами? Они уже давно не представляли реальной угрозы. Какое отношение они имеют к пророчеству?

– Я не знаю, – призналась Эванджелина. – Но я намерена это выяснить.

– Значит, это и есть план? Найти шамана и надеяться, что он согласится помочь нам найти утерянные части фонтана? – спросил Тристан.

– Да. А потом убить того, кто убил Джулиуса. Зуб за зуб.

– Звучит просто. Вполне обычное дело, чтобы сделать его в четыре руки.

– В команде не только мы. Я попросила еще двоих присоединиться ко мне. Николаса Ху и…

– Фу, лис, – буркнул Тристан.

– Да, Николас Ху, девятихвостый лис, – сказала Эванджелина с легкой улыбкой.

Николас был полной противоположностью Тристана во многих отношениях – уравновешенный, пунктуальный, прилежный, идеальный. Но что больше всего раздражало Эванджелину в Тристане, так это то, что в некоторых аспектах он был пугающе похож на Николаса. Они оба были опасно умны и амбициозны. Эти двое были две стороны одной медали. Николас применял свои ум и таланты для учебы и помогал Джулиусу управлять Верховным советом, в то время как Тристан впустую растрачивал свои способности и занимался воровством. Именно по этой причине Эванджелина никогда не могла полностью принять Тристана таким, какой он есть. Отсутствие таланта – одно дело. Использование таланта для пустых, эгоистичных целей – вот настоящая проблема.

– Ты уверена, что он нам нужен? – спросил Тристан с сомнением в голосе. – Я могу предложить несколько наследников, которые лучше подойдут для миссии. Есть ребята посильнее. Я могу хоть сейчас сходить и позвать парочку таких.

– Нет, Тристан. – Эванджелина говорила спокойно, но твердо. – Мне нужен Николас и его способность менять внешность. Кроме того, его ум будет гораздо ценнее, чем грубая физическая сила.

Тристан цокнул языком и пробормотал что-то вроде: «Ну, не говори потом, что я тебя не предупреждал, когда этот трус станет обузой». Эванджелина явно не осознавала, чем рискует, но спорить с ней было бесполезно.