Текст книги "Брошенная колония. Ветер гонит пепел"

– Вам смешно, – прожевав, ответил Демидов, – а я четыре дня на поддерживающей магии провел, желудок ребра грызет.

– Ну хорошо, – продолжила Глана, – допустим, я отдала вам «компас» и вы нашли Ворота. Я так понимаю, вы возьмете одержимого с собой. Где гарантия, что он не сдаст вас своим? А потом и нас, поведав, что руна в Северске.

– Не думаю, – отозвался Игнат. – Он больше человек, чем дух. Знаете, что он спросил, когда я разговаривал с ним?

Все трое покачали головой.

– Он спросил – защищала ли его Арина.

Струна удивленно уставилась на Демидова.

– Что? – не поняла она. – Зачем ему это было нужно?

– Для него это было очень важно, – пояснил Видок и покосился на Киру. – Видишь ли, ты очень нравишься Фарату как женщина. Милая, не надо в меня сейчас швыряться ничем убойным, я только цитирую его.

– Давай уже, – нетерпеливо заявила Басаргина, – мне самой интересно, что думает дух, который видел всех твоих женщин. Кстати, как считаешь, он их всех помнит?

– Хорошо, – улыбнулся Игнат, а про себя прикинул, что нужно взять с Фарата слово не трепать Кире о его бабах. – Но помни: это не мои слова. Он сказал, что «из всех твоих женщин за последнюю пару лет она, пожалуй, самая темпераментная». Конец цитаты.

В глазах Киры он заметил просыпающийся вулкан ревности: какие бы отношения ни связывали ее со Струной, эта единственная ночь всегда будет между ними. А вот Арина очень мило покраснела, Демидов даже не думал, что она так умеет.

– Ты не обманываешь? – спросила Глана, хотя уже сама знала ответ.

– Нет, и я еще раз повторяю: он провел со мной тридцать лет. Последние лет десять кокон был не слишком прочным, Фарат стал сильнее и мог преодолевать его и чувствовать то же, что и я. Он учился. Это не дикий дух из разрыва, захвативший первое попавшееся тело, это нечто новое. Да, я верю ему, наша с ним договоренность подразумевала полную легализацию после окончания войны, но вышло иначе. Может кто-нибудь мне рассказать, как я лишился своего самого большого козыря?

Присутствующие переглянулись.

– Что ты помнишь? – спросила Кира.

– Боль в груди, словно Фарат рвется наружу, затем – все, темнота.

– Понятно, – опередив Киру, сказала Арина. – Мы думаем, что дело было так… Ты стоял посредине поля боя, вокруг трупы и кровь. Сам знаешь, разрывы любят подобные места. Вероятней всего, рядом с тобой возник микроразрыв, всего несколько секунд. Фарата, которого не сдерживал кокон, начало тянуть в родной мир, разрыв, похоже, открылся совсем рядом, и джинн, вернее уже ифрит, просто не смог сопротивляться, его буквально вырвало из твоей груди вместе с остатком кокона и куском мяса. И тут он захлопнулся. Надо отдать должное твоему «пассажиру», он не стал захватывать тебя – наверное, посчитал бесперспективным, ты умирал, а нежить, которой ты неминуемо стал бы, мы уничтожили бы на месте, несмотря на наше к тебе отношение.

Кира поморщилась, но опровергать не стала. Что ж, Игнат отлично понимал их, он бы поступил точно так же: если бы Фарат захватил его мертвое тело, нежить вышла бы опасной для всех. Тут не до сантиментов. А учитывая, что вокруг было полно «черных», кстати, надо уточнить, кто это такие, его спалили бы за пару секунд, как только поняли, что случилось.

– Так вот, в этот момент одна из вдов, те дамочки в черном так зовутся, подавила духа внутри пленника и уже собиралась задать несколько вопросов, как в дело вмешался самый настоящий ифрит и за несколько секунд расправился с ослабленной сущностью, взяв под контроль тело Павла. Тут с улицы раздался вой Киры, я выбежала, чтобы увидеть, как она на коленях стоит в грязи, перемешанной с твоей кровью, пытаясь руками зажать тебе дыру в груди, и орет, что магия не помогает. Тут Тамара подоспела, влила тебе в рот зелье регенерации, тебя трясти начало, но кровища хлестать перестала. Глана открыла портал прямо в больницу. И там уж тобой занялась Илона. А одержимого заковали по рукам и ногам и переправили сюда. Только он заупрямился и разговаривать не стал, а ведьм, владеющих ментальной магией на таком уровне, у нас нет.

– Понятно. С одной стороны, хорошо все устроилось, а с другой – я фактически стал обычным человеком. Стареть начну, болеть, лишусь своей скорости и много чего другого, что делал мой джинн. Тьфу ты, никак не привыкну: он же подрос, он теперь ифрит.

– Я о тебе позабочусь, – с нежностью в голосе заявила Кира. – Надеюсь, исчезновение Фарата не скажется на нашей постели, – серьезно и очень задумчиво продолжила она, – а то ведь я к нему уйду. – Но, не выдержав и увидев вытянувшееся лицо Игната, магичка рассмеялась: – Я шучу, милый.

Демидов улыбнулся, но шутка все же слегка задела его мужскую гордость.

– Кто тебя еще к Фарату подпустит? – включилась в шуточную беседу Арина. – Он на меня глаз положил, так что прочь с дороги.

И тут Игнат понял, что вот это как раз не шутка, Струна и вправду заинтересовалась одержимым Фаратом Павлом. Он покосился на Глану – та сидела задумчивая, ей это не нравилось, но ничего поделать верховная ведьма не могла. Сейчас ее жизнь полностью принадлежала Кире, а она, похоже, своей шкуркой очень дорожила.

– А что с мобилем и с вещами?

– Все в порядке, – успокоила его Басаргина. – Оружие и вещи в комнате, которую нам выделили, а «Голем» припаркован на стоянке школы.

– Надеюсь, на этот раз трофейного «арбалета» никто не зажал?

– Нет, все в порядке, он тоже в комнате.

– Так что вы собираетесь делать? – неожиданно очнувшись, спросила Глана, возвращая разговор к серьезной теме. – И что будет с проклятием?

– Найти и уничтожить, – сообщил Игнат. – Мне кажется, решив проблему с артефактом, мы решим и проблему с нашествием, причем на долгие годы, если не навсегда. А проклятие – вопрос не ко мне.

– Я сниму его, как только мы будем в безопасности, в любом случае тебе ничто не угрожает, при активации шара я заложила условие исполнения по моему приказу. Не делай глупостей, и все с тобой будет нормально.

– Что вам нужно? – поинтересовалась Глана. В ее голосе сквозило облегчение – похоже, она уже признала поражение и готовилась к капитуляции. Жертвовать собой ради плана, который может еще и не выгореть, верховная не собиралась.

– «Компас», Фарат, оружие для него, одежда. Транспорт у нас свой.

– Хорошо, как только его вылечат и он расскажет то, что мы хотим узнать, вы свободны.

– Не совсем, – заявила Арина.

Все уставились на нее, пытаясь понять, что на уме у разведчицы вольных земель.

– Я пойду с вами.

– Нет, – в один голос сказали Кира и Игнат.

– Я понимаю, что потеряла ваше доверие, – спокойно продолжила она, – и попытаюсь вернуть его вновь. Так вышло, что очень многое в этой истории связано со мной, и я хотела бы участвовать в ней до самого конца, плохого или хорошего.

– Ага, – усмехнулась Басаргина, – чтобы в последний момент катнуть нам под ноги милую гранатку?

– Кира, ты не права, – покачал головой Игнат, – она не будет связываться с гранатой, использует что-нибудь новенькое. Например, отравит. Знаешь, Арина, я категорически против. Представь, насколько я против, если готов доверить спину одержимому, а не тебе.

– Я тоже против, – неожиданно поддержала их Глана, – ты будешь нужна мне тут.

– Сожалею, госпожа верховная, но я сама решаю, где мне быть. В любом случае больше я на вас работать не собираюсь. Мне противны ваши методы.

– Все для блага вольных земель. Или ты забыла наш девиз?

– Нет, госпожа, я его отлично помню, но одно дело запереть парочку влюбленных на недельку в безопасном месте с кучей жратвы, пусть отдохнут, а другое – вынашивать планы пустить их в расход с целью протянуть лишний день.

Глана поморщилась: возразить на это было нечего, она сама призналась.

– Струна, в данном случае решать будем мы, – осадила ее Кира. – Ты можешь идти куда хочешь, но только не с нами. Извини, но я к тебе спиной не повернусь.

Игнат кивнул, поддерживая возлюбленную.

– Девушки, не могли бы вы мне подогреть кофе, а то остыл совсем.

Кира взяла чашку, не прошло и двух секунд, как от содержимого пошел пар.

– Держи, ты шибко горячего не любишь.

– Спасибо, милая, – поблагодарил Демидов и сделал глоток, – то, что надо. Ну что, осталось только дождаться, когда Фарата поставят на ноги.

Арина промолчала, но вид у нее был решительным – похоже, от идеи она не отказалась.

– Может, пока ждете, осмотрите мою оружейную? – предложила Глана. – В конце концов, вам же нужно оружие для Фарата.

Сейчас она играла роль радушной хозяйки, а еще несколько часов назад была повелительницей судеб, играющей в «Золотой трон», только вместо магических карт – чужие жизни. Вот что делает с людьми смертельное проклятие.

– Я не против взглянуть, – согласился Игнат.

Кира только кивнула, а вот Арина осталась сидеть за столом, судя по ее задумчивому взгляду, упертому в бок запеченной курицы, с которой расправиться у егеря не хватило сил, она вынашивала какую-то важную мысль, и, скорее всего, это было связано с ними.

Глана хлопнула в ладоши, и в зал вошла та самая пышногрудая блондинка, что заглянула к нему утром, когда он гостил тут в прошлый раз. Увидев Игната, она тут же заулыбалась и начала вести шквальный огонь своими большими голубыми глазами. А потом ее взгляд наткнулся на что-то у него за спиной, и обстрел мгновенно сошел на нет. Игнат усмехнулся: не нужно было обладать способностями Фарата, чтобы угадать, что она там увидела.

– Вызывали, госпожа директор?

– Да, Натали, – очень мягко ответила Глана. – Проводи, пожалуйста, Игната и его жену в оружейную. Пусть выберут себе оружие, но в разумных пределах. А то знаю я этих вольных стрелков – только дай волю, все вытащат до последнего патрона.

Блондинка кивнула и, развернувшись, устремилась к дверям. Игнат и Кира не торопясь пошли следом.

– Я так понимаю, это та самая Натали, что прыгнула к тебе в койку в прошлый раз? – прошипела на ухо Кира: похоже, она была действительно зла.

– В ванну, – машинально поправил Игнат и только сейчас понял, какую ошибку совершил. Но назад уже не отыграешь: Басаргина нехило завелась.

– То-то она так обрадовалась встрече – наверное, думала провести еще один приятный вечер в койке или в ванне. Слушай, я шага не могу ступить, чтобы не наткнуться на тех, кого ты трахал.

– Кир, прекрати, – попросил Демидов. – Хочешь поскандалить? Давай поскандалим там, где выделенная нам комната. Надеюсь, это не та, в золоте и с палаткой над кроватью.

Магичка не выдержала и хихикнула, да так громко, что Натали сбилась с шага.

– Я когда-нибудь тебя убью, не сдержусь – и как шарахну чем-нибудь убойным, – но не сегодня. Живи, кобелина.

Игнат задумчиво шел за Натали, Кира не отставала, держа его за руку. А ведь Русалка скандалила для проформы: она не ревнует к этой девчонке и к Милке отнеслась спокойно – похоже, единственный объект, вызывающий у нее ревность, – это Арина. Мысли Игната свернули к Градовой: интересно, что она задумала. И неожиданно в его голове появился до боли знакомый мыслеобраз зала, из которого они только что ушли. Арина стояла у окна, глядя куда-то вдаль, Гланы не было. Игнат тряхнул головой, и картинка исчезла. Неужели у него получилось сканировать местность, как это делал Фарат? Он ведь говорил что-то такое про способности, что некоторые останутся с ним.

Коридор свернул к лестнице, и они спустились на два уровня. На пути им попалось несколько девочек лет тринадцати, одни в зеленых, другие в желтых накидках. Затем он увидел женщину с пистолетом на боку и боевым хлыстом, в мундире гвардии. Она проводила их взглядом, но это было единственное проявление внимания с ее стороны.

А вот потом началось интересное. Они остановились возле небольшой платформы телепорта.

– Нам на первый ярус, – пояснила Натали, моргнув своими голубыми глазами, – похоже, ресницы она удлинила с помощью магии, Игнат даже испугался, что она может взлететь. – Встаете на платформу и громко и четко, иначе не сработает, говорите: первый уровень. – Блондинка взошла на платформу и громко произнесла: – Первый уровень.

Короткая голубая вспышка, в которой она и исчезла. Кира с Игнатом переглянулись и по очереди последовали за ней.

Потом еще минут пять голубоглазая водила их по коридорам, и наконец путь закончился: глухой тупик с единственной дверью, возле которой застыла ведьма в желтом капюшоне с винтовкой в руках и синем мундире гвардии. Стоило им приблизиться, ствол опустился.

– Стоять, запретная зона, – приказала она.

– Все нормально, Анна, – быстро затараторила блондинка. – Распоряжение госпожи Гланы показать нашим гостям оружейную, им позволено выбрать себе оружие в пределах разумного. Пароль – «незабудка».

Ведьма кивнула и посторонилась, прикоснувшись рукой к магическому замку, который мгновенно деактивировался. Дверь распахнулась, пахнуло смазкой и железом. Игнат даже зажмурился от удовольствия. Надо сказать, оружейка школы, или академии, или образовательного заведения, каждый называл как хотел, была в идеальном порядке.

Перешагнув порог, Игнат огляделся. Как ни странно, в запертой комнате обнаружился мужчина в зеленом капюшоне и с внушительным пистолетом на поясе. Он молча смерил Демидова взглядом и кивнул.

– Зовите меня Виктором.

– Игнат, – представился он в ответ. – А это моя жена Кира. Глана разрешила мне порыться в ваших закромах, нам предстоит путешествие, и нашему спутнику не помешает оружие и боеприпасы.

– Я знаю, она уже связалась со мной. Наташа, – обратился он к блондинке, причем сказав ее имя по-русски, – подожди снаружи.

Девушка молча развернулась и вышла, дверь закрылась.

Игнат попытался просканировать помещения за несколькими дверьми, которые вели из местного арсенала. И, как ни странно, ему это удалось, в его голове появились мыслеобразы, правда, та немного начала болеть – понятно, злоупотреблять этим нельзя. За одной из них оказался склад боеприпасов, внушительный такой, а за второй обычная комната с простой кроватью и небольшим санузлом – видимо, каптенармус местной оружейки жил прямо тут.

– Итак, что вам нужно? – поинтересовался Виктор. – Автоматы, винтовки магазинные, ружья, есть трофейные, но мало, всего пара, пистолеты. Ну и нетиповое оружие.

– Автоматы – сразу нет, – отмахнулся Игнат. – Винтовки – желательно Яр-княжества, двенадцатый калибр.

Виктор приподнял бровь.

– А вы знаете толк в оружии, – уважительно произнес он.

– Я егерь, – пожав плечами, не видя смысла скрывать, пояснил Игнат.

Каптенармус уважительно взглянул на Демидова и повел его в сторону пирамид с винтовками.

– ЯР-10, ЯР-12 и ЯР-15 «Кара» – последняя новинка, попавшая к нам в руки всего четыре дня назад, трофей с одной нехилой заварушки, где мы потеряли десяток сильных ведьм.

Игнат ничего решил не говорить о том, что принимал непосредственное участие в этом замесе, Кира, заметившая это, тоже промолчала.

Демидов протянул руку и вытянул из пирамиды «Кару».

– Это еще что такое? – рассматривая абсолютно непривычный дизайн, поинтересовался он.

Винтовка была длиннее, чем старая десятая и двенадцатая, которой он пользовался после отъезда из Белогорска. Почти метр, в ширину вместе с рукоятью сантиметров семнадцать, приклад, батарея, прицел, правда, без рун, наклонная рукоять с защитной скобой, в которой крепился очень широкий магазин с довольно странной подачей боеприпасов. Калибр идентичный тому, чем он пользовался. Игнат отомкнул магазин – пятнадцать пуль, приноровился, вскинул к плечу, быстро левой рукой воткнул его обратно. Весила винтовка побольше, чем его старые, килограмма три с половиной, но для егеря это не являлось проблемой. Даже без Фарата он смог бы прицельно стрелять из нее с одной руки.

– Есть к ней запасные магазины? – спросил он Виктора, и в глазах каптенармуса увидел тоску: тот уже понял, что игрушку, которую он так и не успел понянчить, сейчас заберут, приказ Гланы был совершенно определенным – облизывать посетителей, как родную гвардию, для которой ничего не жалко.

– Есть пять штук, – нехотя признался он, – и даже разгрузка уцелела. Хотя как – ума не приложу. – Он прошел к одному из ящиков и извлек требуемое, выложив на стол перед посетителями. – Я пострелял из нее, точность обалденная, на двести метров без всяких проблем все в десятку положил, на триста разлет больше, но все в ладонь. На четыреста уже не тянет: батарея слабовата.

– Отличный результат. – Видок был впечатлен.

Быстро осмотрел добытое, довольно кивнул. Это он удачно зашел. Когда каптенармус принес разгрузку, Демидов обнаружил несколько пятен крови, и больше ничего.

– Вдовы сказали, этому одержимому пуля в лоб прилетела. Даже дух, сидящий внутри, не спас, – пояснил хозяин.

Игнат подмигнул Кире: он был единственным, кто пользовался винтовкой, а значит, это по-любому его трофей. Причем по праву. Так что, можно сказать, он не грабит, а берет свое.

– А что еще было на этом покойнике? Кстати, чтобы успокоить твою «жабу», скажу, что это и так тебе не принадлежало.

– Это почему? – удивился каптенармус.

– Да потому что пулю ему в лоб я загнал, – обрадовал Виктора Игнат, – но был серьезно ранен и не мог обшманать труп. Так что показывай, что там у него еще было.

– Брешешь?

– Свяжись с Гланой, она подтвердит: только я стрелял в той заварухе.

Но Виктор отрицательно мотнул головой.

– Так поверю. Все равно, даже если неправда, велено давать все, что попросят, в разумных пределах. Вот еще что было, – вытащил он кобуру с пистолетом.

Игнат вынул оружие и прикинул, магазин на двенадцать пуль, батарея небольшая, чуть тяжелее, чем у него, но сам пистолет покороче. И сделан он был в частной мастерской. Клеймо ему показалось смутно знакомым – вроде в Мирославле похожие делали.

– Тоже забираю. Магазины есть?

Виктор кивнул, его «жаба», похоже, отступила. Он еще порылся в ящике и выложил на стол сразу три штуки.

– Кир, тебе винтовку подбирать не будем, твое оружие – магия, пистолет – так, на всякий случай. О, – вспомнил он, – Виктор, у тебя, случайно, в закромах нет рунного ножа? Нам такие дела предстоят, что без него никак.

«Жаба» каптенармуса вновь проснулась, но он, задавив ее, достал из ящика с замком красивый резной сундук, после чего, с тяжким вздохом вскрыв его, обреченно махнул рукой.

– Выбирай, паразит.

Игнат быстро перебрал содержимое ларца. Один кинжал с закопченным лезвием показался ему знакомым, где-то он его видел, причем не так давно. Он взял его в руки, изучил руны. Все правильно, камень в рукояти и знак в виде карты… Валет, наконец вспомнил Демидов прозвище молодого егеря.

– Тоже с этого боя? – спросил он у Виктора.

– Да, одержимый сгорел, кинжал остался. Узнал, что ли, его?

– Молодому егерю принадлежал, видел его чуть больше месяца назад в офисе братства в Белогорске, жив был, на задание его отправили. А вот где он кончил. Забираю. Больше ничего не трону. Только дай нормальных обычных боеприпасов, винтовку пристрелять. Без всяких изысков. Не буду я тебя грабить, у меня кое-какой запас в мобиле есть.

Виктор, обрадованный окончанием грабежа, принес со склада целую сотню обычных стальных патронов, половина из которых оказалась даже рунными, разрывными.

– Сумка в подарок, – заявил он, укладывая внутрь все, что не сумел сохранить. Он проводил гостей до двери и, похоже, был счастлив, что отделался малой кровью.

Натали стояла, прислонившись спиной к стене, ожидая своих подопечных. Стоило покинуть оружейку, как она тут же затараторила:

– Поступило сообщение от верховной. Ваш спутник Павел готов говорить, без вас отказывается. Велено вас проводить в больницу. Госпожа уже дважды вас спрашивала.

– Если спрашивала, давай сходим, – согласился Игнат. – Вперед.

Натали развернулась и устремилась к телепорту. Пять минут – и вот уже знакомая палата. Правда, возникли новые лица: на одной из коек сидела озабоченная Тамара, Арина стояла и подпирала плечом стену, Урсула и Глана сидели на стульях рядом с кроватью, на которой лежало тело Павла. О своей безопасности ведьмы позаботились: на всякий случай его притянули к ложу заклятием.

– Хорошо выглядишь, Павел, – разглядывая подлеченного одержимого, заметила Кира, вошедшая следом.

– А может, по истинному имени? – с мольбой попросил ифрит.

– Нет, Фарат. Если ты собрался влиться в общество, то пользуйся принятыми в нем именами, – заметил Игнат, садясь на один из свободных стульев. – Теперь ты Павел. Правда, фамилии я его вспомнить не смогу.

– Арсеньев была его фамилия, – сообщил Фарат. – Ну Павел так Павел.

– Может, приступим к допросу? – вклинилась в беседу Урсула.

– К беседе, – поправил Игнат. – И вообще, сделайте доброе дело, уберите сковывающее заклятие, он свободный человек.

Ведьма зыркнула на него исподлобья, но промолчала. Тетка была неприятная, обладающая холодной хищной красотой, высокая, с лицом, на котором застыло презрение ко всем, за исключением, наверное, Гланы. На нее вдова смотрела с подобострастием.

– Сними, – распорядилась верховная.

Урсула нехотя буркнула заклинание и махнула рукой.

– О, так лучше, – обрадовался Павел и сел, – а то все затекло и спина чешется, помыться бы.

– Успеешь, – отказала Глана, – сначала информация.

– Сначала гарантия, – неожиданно вклинилась Арина, – давайте, госпожа, пора клясться.

Владычица Северска бросила на Арину злой взгляд, но вновь промолчала.

– Какой полезный у тебя шарик, – шепнул Демидов Кире. – Прямо золотая женщина стала.

Кира на это только улыбнулась.

Глана процедила слова клятвы, и Арина заклинанием подтвердила ее.

– Теперь можно начинать? – нетерпеливо спросила Урсула.

– Спрашивайте, – разрешил Фарат.

– Каковы планы одержимых на вольные земли? – задала вопрос вдова.

Игнат на это лишь хмыкнул и закатил глаза, к счастью, этого никто не заметил.

– Нет никаких планов, людей тут больше не будет. Вообще можете не задавать вопросы о планах, на людей – истребление, единственный план.

Дальше посыпались дежурные вопросы – что, где, когда. Фарат подробно отвечал. Игнат прислушивался, прикидывая дальнейший маршрут. Сейчас нелюди громили княжества, помимо Югорска пал Ореж, князь погиб, из города никто не вышел, за исключением одержимых. Гвардия и магички сутки удерживали княжеский терем, а потом погибли. Город сожжен. При этом ифрит активно скидывал всем желающим мыслеобразы, которые позаимствовал у поглощенного духа. Радостного там было мало. Гильдия стянула все силы в Белогорск, падение Златограда сильно ослабило магическую мощь княжеств, стены Орежа, недостаточно зачарованные, были буквально сметены первой же атакой, а потом в город хлынули нелюди. Лесовики, шестилапы, лешие, ядовитые жабы и поднятая нежить, которая вообще пуль не боялась. Она принимала выстрел в грудь, а потом толпа наваливалась и рвала стрелка в куски. Причем попадались и совершенно незнакомые: чего стоил трехметровый монстр с серой кожей, огромными ручищами, который, задев плечом бревенчатый дом, развалил его. Потом шли одержимые – их было много, несколько тысяч, они ловили людей, тех, кого не сожрали твари, и, связав, сгоняли на центральную площадь. Последним полученным мыслеобразом был сгоревший дотла город, только угли и пепел.

– Никто не спасся? – спросила Кира, и голос ее звучал подавленно.

– Один отряд дружинников при нескольких магичках, – ответил Павел. – Человек сорок на трех грузовиках при поддержке бронемобилей. Они смели тварей в воротах шквалом огня из всех стволов в упор, магички ударили «инферно» по накатывающей волне нелюдей и прошли сквозь пламя. Грузовой мобиль и десять человек сгорели, но остальные ушли.

– «Ветер гонит пепел», – неожиданно произнес Игнат вслух, вспомнив название книги, которую прочел прошлой зимой. Автора он не запомнил, она была о тотальной войне в княжествах, когда магички разгулялись и осталось одно пепелище.

Все вздрогнули и повернулись к нему.

– Что? – переспросила Глана – возможно, решила, что послышалось.

– Ничего, – поднимаясь, ответил Игнат и рефлекторно потер лицо. – Ветер гонит пепел, ничего не останется, только выжженная земля. Вставай, Паша, пора идти, приведешь себя в порядок – и поедем, нам нужно торопиться. Глана, вы обещали одежду нашему спутнику и артефакт.

– Обещала – выдам, – ответила верховная ведьма.

Игнат кивнул и вышел. После увиденного он понял: еще немного – и ничего не останется.