Текст книги "Брошенная колония. Ветер гонит пепел"

Выложив на стойку серебро, Игнат забрал изготовленные для него боеприпасы. Потом купил за десять чеков чехол для винтовки, сделанный из толстой свиной кожи, крепкий и жесткий. Последней покупкой стал тоненький шерстяной свитер с горлом, зачарованный на сохранение тепла. Натянув его и надев сверху куртку из шкуры ветрюха, остался доволен, стало гораздо комфортней. Поблагодарив Грету за хорошую работу, Демидов направился прямо к администрации. Охранник на входе шагнул навстречу и загородил вход.

– К кому и по какому делу? – требовательно спросил он.

Деревенского простака, поставленного тут для мебели, этот крепкий мужик с цепким взглядом напоминал меньше, чем лесовик дамскую собачку. Рука лежит на рукояти пистолета, а в левой маленький шарик, полный магии, скорее всего, быстрый защитный артефакт неизвестного уровня – сожми кулак и тут же получишь щит. Или еще что полезное. Короче, это не тот человек, которого легко можно отодвинуть в сторону. Интересно, откуда он тут взялся? Причем он, похоже, не менее реально воспринимает силу и возможности посетителя, иначе так не напрягался бы.

– К Дмитрию. А дело мое тебя точно не касается. Скажи, егерь Игнат Демидов просит встречи.

– Жди здесь, – приказал мордоворот и скрылся внутри управы.

Не прошло и трех минут, как двери распахнулись.

– Проходи, – пригласил охранник. – Оружие оставь тут, – указал он на железный шкаф, вделанный в стену и имеющий довольно неплохой магический замок.

Игнат послушно разоружился: главное его оружие никто не сможет забрать, для этого надо полностью заблокировать джинна и связать его по рукам и ногам.

Кабинет Дмитрия был простым – два стола буквой «Т» и пять стульев, за спиной карта земель вокруг поселка, который, как оказалось, носил имя Дорожный. Тонкий намек на долгий путь, хотя именно тут дороги, проложенные людьми, обрываются – забавная ирония.

– Чего хотел? – оторвав взгляд от пергамента, спросил глава поселения.

– Наружу надо выйти, пристрелять винтовку. Грета все починила, теперь надо довести ее до ума.

– Иди, кто мешает? Скажи на воротах, что я дал команду пропускать и впускать в любое время.

– Похоже, тебе не до меня, – прокомментировал Игнат, видя, что Дмитрий опять уткнулся в пергамент, даже не посмотрев, ушел посетитель или нет.

– Ты прав, – очнувшись, отозвался тот. – Вести из большого мира пришли, мы регулярно получаем отчеты от наших агентов. Ну как агентов? Просто людей, которые информируют нас о событиях, происходящих в княжествах. Половина из них, правда, вот уже несколько недель перестала выходить на связь.

– И что там происходит, если не секрет? – садясь обратно на стул, с которого только что встал, спросил Игнат.

– Плохо все. Это если двумя словами. Ваша информация подтвердилась, Златоград сгорел дотла, спаслось человек двести, это если не считать эвакуированной академии. Повсюду атаки нелюдей, а еще к ним добавилась нежить. И с каждым днем ее все больше. Окраинные южные княжества опустели. Из Югского новостей нет больше недели, очевидцы видели зарево над Югорском. Это вторжение. Деревни пустеют, народ тянется к большим городам. Цены на чистое железо взлетели втрое. И думаю, это не предел.

– Плохо, – поднимаясь и направляясь к выходу, бросил Игнат. – Мне нужно как можно быстрее в вольные земли, только тогда появится шанс остановить все это.

– Завтра в полдень откроется портал – сначала оттуда придут грузовики с кое-какими припасами и свежая смена дружинников при магичке, а в ту сторону уйдете вы. Так что встречаемся в полдень на портальной площадке. А то еще неделю ждать будешь.

Игнат кивнул и вышел.

На воротах никаких вопросов не возникло, ему открыли малую калитку, в которую он и проскочил. Отойдя примерно на километр и удостоверившись, что людей вокруг нет, Игнат снарядил два магазина обычными пулями и, установив мишень, которую ему по «доброте душевной» подарила Грета, направился на позицию. Для начала он решил стрелять лежа, на пять сотен метров – это была самая дальняя дистанция, на которую он стрелял. Егеря очень редко стреляли по нелюдям с такой дистанции, поскольку после первого выстрела твари разбегались, и вот тогда все преимущества оказывались у них. Такой выстрел имел смысл, если цель одиночная или если противников не больше двух. Поэтому снайперов среди братьев можно пересчитать по пальцам одной руки.

Отмерив расстояние, Игнат оборудовал позицию и улегся на промокшую осеннюю траву. Пристроив ложе винтовки на небольшой мешочек с землей, который соорудил специально для таких целей, он прицелился и задержал дыхание. Прицел у ренегата был отличным, над этим артефактом явно потрудился хороший специалист и не менее хороший маг. Переключаясь, можно было корректировать обзор и сетку, сейчас он мог видеть только мишень, но поверни колесико справа – и сможет отслеживать фронт в пятьдесят метров. А две руны поиска скрытого, нанесенные прямо на линзы, позволяли найти невидимок с очень низкой возможностью к обнаружению. Дорогая игрушка попала ему в руки. Но сейчас надо пристрелять винтовку. Выстрел, легкий толчок в плечо, но гораздо сильнее, чем толкалась «Ярка».

Игнат так и не понял, куда угодила пуля. Он долго обшаривал в прицел деревья за мишенью, прежде чем нашел свежий след: похоже, та прошла над мишенью на метр и чуть правее.

Подправив сетку, Игнат вновь прицелился – второй выстрел был чуть удачней, пуля ушла вверх сантиметров на двадцать и расщепила ствол дерева, на которое Игнат повесил мишень. Но зато теперь прямо по центру. Больше промахов не было, еще смещение прицельной сетки, и пуля попадает в третий круг. Когда магазин опустел, Игнат был доволен результатом. Незнакомый ему Пыж создал отличную винтовку. Но один минус у нее имелся – батарея была небольшой емкости, Демидов стрелял пять раз, а по его подсчетам энергии ушло четверть. Хреново, получается двадцать выстрелов – меняй батарею.

Игнат поднялся с мокрой травы и убрал винтовку в чехол. Отличное приобретение, хоть и не его стиль, но может очень пригодиться: уж больно силы неравны. Одержимые – это не обычные твари, возможно, большая дистанция и мощная пуля будут как раз тем, чего не хватает. Только боеприпасов не так уж и много, а рунных еще меньше. Но как раз эту проблему можно будет решить в вольных землях. Тамара, а то и верховная ведьма Глана смогут нанести руны на пули, оставшиеся в наследство от Крученого. Игнат задумался: а можно ли сделать пулю, которая способна пробить магический щит? Ведь есть зачарованные пули для пробития зачарованных жилетов или брони мобилей, тогда чисто технически возможно зачаровать пулю на пробитие щита.

Снова начал накрапывать дождь. Игнат вытащил из воротника капюшон и натянул на голову, сейчас он пожалел, что шляпа так и осталась лежать в «Големе» на переднем сиденье. Забыл он про нее совсем.

В воротах поселка его ждал недовольный сержант: его состояние понять можно, ему пришлось выбираться из теплой караулки и открывать калитку. Часовой на стене, завернувшийся в зачарованную накидку, показал начальству язык, правда, показал в спину, так, чтобы сержант не осерчал.

Осень Игнат не любил. Очень странно, что одержимые начали свою атаку именно осенью, учитывая, что нелюди воду ненавидят, за редким исключением. А впереди зима, нелюди забиваются в самые глубокие норы и впадают в спячку. Самое спокойное время для егерей и самое безденежное: живи на то, что скопил за сезон. Обычно у каждого была своя нора, где охотник будет сыт и обласкан. Но теперь, когда нет братства, да и егерей почти не осталось, все иначе.

«Фарат, что думаешь?» – заходя в тепло постоялого двора Милоша и занимая привычный стол, спросил Игнат джинна.

«Ты еще не понял? – отозвался «пассажир». – Это уже не та нелюдь, с которой вы привыкли иметь дело, каждая тварь будет одержима духом, полное управление, а нам все равно, дождь или снег, жара или стужа».

«Понятно», – подвел итог Демидов и быстро сделал заказ.

Он не успел доесть, когда в зал неожиданно спустилась Кира.

– Мне тоже закажи, – усаживаясь напротив, попросила она. – Кстати, что ешь?

– Суп острый, с мясом и капустой, картошка жареная с тушеной свининой. Милош сказал, что есть рыбный суп.

– Нет, пожалуй, закажу то же самое, – все взвесив, определилась магичка. – Пристрелял винтовку?

– Да, вполне прилично вышло.

– Еще бы, за такие деньги, – согласилась Басаргина.

– А ты что так быстро, я думал, пополнение резерва часов на пять затянется.

Волшебница улыбнулась.

– А вот тут приятный сюрприз преподнес браслет: когда я, вычертив рунный круг, занялась пополнением, он начал притягивать энергию, словно магнит, ее стало больше, не было нужды собирать по крохам. Тебе это сложно понять, твой мелкий резерв пополнить любой энергии вокруг хватит. А мне тяжело и с каждым часом все тяжелее. Но сейчас это было – как из реки черпать.

– Ну и здорово, тогда, я думаю, ты не откажешься подзарядить все батареи, оказалось, что на новой винтовке очень быстрый расход энергии, сейчас осталась только половина, а ведь я выстрелил всего одиннадцать раз. Да и «Голема» надо подзарядить, и остальное наше оружие.

– Хорошо, – согласилась магичка, – это не отнимет много сил. После обеда все, что нуждается в зарядке, в нашу комнату. Ты с Дмитрием говорил? Портал в вольные земли на завтра вроде бы запланирован.

– Да, в полдень на портальной площадке, она прямо рядом с домом Леоны. Просил не опаздывать, иначе будем тут неделю куковать.

Кира кивнула и, положив в суп ложку сметаны, начала размешивать.

Глава 9
От прыжка к прыжку

Переход появился ровно в полдень. Кира, увидев огромную темно-синюю воронку портала, так отличающуюся от ее собственного, даже рот открыла от удивления. Прошла минута, затем еще и еще, и вот в конце седьмой из портала выехал открытый багги, за пулеметом которого стоял дружинник с шевроном сержанта. Сразу видно – слабенький маг, морда лица зеленая, но, в отличие от Игната, не старается заблевать все вокруг себя. В мобиле еще трое, все при оружии, готовые на отражение любой атаки, правда, рожи такого же салатового оттенка, что и у старшего. Похоже, это было мерой предосторожности со стороны вольных земель, поскольку только спустя все те же семь минут из портала появились остальные дружинники и грузовики. Их сопровождали аж две магички, обе в желтых капюшонах – понятно, третья ступень или четвертая. Вот у этих цвет лица вполне обычный. Они обменялись приветствием с Лирой, задали несколько вопросов.

– Две минуты, и отправляемся, – крикнул сержант.

И точно, портал стал менять полярность. Если недавно воронка крутилась по часовой стрелке, то сейчас – против.

Первыми ушли Лира и семеро дружинников, затем грузовой мобиль, потом Игнат с Кирой и, замыкая, оставшиеся бойцы.

Стоило Демидову оказаться в портале, как стало очень плохо. Наученный горьким опытом, он не стал завтракать, планируя это сделать после того, как его стошнит. Не помогло. Только хуже стало: в глазах темнело. Мобиль все дальше и дальше тащило по синему коридору. Игнат почти вырубился, когда «Голем» выехал на знакомую ему портальную площадку. Было так хреново, что Демидов перепутал педали и вместо тормоза нажал газ, вездеход рванул вперед, чудом избежав столкновения с грузовиком, руль вывернулся из ослабевших рук, Лира и остальные дружинники с трудом успели отпрыгнуть в сторону. Выручила Кира: она перехватила управление, чтобы их транспорт не слетел с двухметровой высоты, после чего заглушила движок, но Видок уже оклемался и нажал на тормоз. А пару секунд спустя горькая терпкая желчь выплеснулась за борт. Утерев рот платком, который протянула ему магичка, Игнат откинулся назад и закрыл глаза. Делая глубокие вдохи, он медленно приходил в себя.

«Мне тоже не понравилось, – мысленно заявил Фарат, – хоть блевать мне нечем, но вся сущность словно зыбкой стала. Я раньше издевался над тобой после каждого портала, теперь понимаю».

Игнат промолчал: даже думать путно не выходило.

– Явился? – услышал он над собой язвительный голос.

– Здравствуй, Тара, – с трудом произнес егерь. – Ненавижу твои порталы, они из меня всю душу вытрясли.

– Ничего, переживешь, – отозвалась главная портальница вольных земель. Судя по голосу, она была Игнату не особо рада. – Чего приперся и кто это с тобой? Ты, егерь, баб меняешь как перчатки. Смотри, плохо это для тебя кончится.

– Не пугай, пуганый, – отбрыкнулся Игнат, поборов новый приступ тошноты, – мне сейчас так хреново, что я ничего не боюсь. А это Кира, моя жена.

– Врешь, – отозвалась Тара, – не жена она тебе, но связь между вами сильная. Магичка она, и ранг у нее желтый, почти красный, и магия боевая, сильна девка. И «пассажир» твой без кокона остался, ты почти мертвец, егерь. Так что повторяю вопрос: чего приперся? Не мог там подохнуть?

Игнату даже не нужно было открывать глаза, чтобы почувствовать удивление Басаргиной.

– Жена не та, что по документам, а та, что в душе, – переведя дыхание, уже более спокойно ответил Демидов. Фарат справился с последствиями перехода и его немного подлатал. – А пришел я сюда к Тамаре, мне очень нужно ее увидеть. Это действительно важно.

– Знаю, что важно, иначе бы ты не прискакал за пять тысяч километров. Сначала с Гланой поговори, а там посмотрим. Езжай, маршрут ты, надеюсь, помнишь?

Игнат кивнул.

– Кстати, о твоей просьбе, я не смог ее выполнить: не повстречалась мне голубоглазая ведьма, что стырила у вас ключ.

– Я знаю, – усмехнулась обезображенными губами Тара. – Ты удивишься, но я знаю очень много о тебе после того, как ты от нас ушел. Но думаю, Глана просветит тебя гораздо лучше. Все, езжай.

– Хочешь, я поведу? – предложила Кира. – У тебя лицо цвета моих глаз.

– Я в норме. – Он осторожно сдал назад, махнул на прощанье Лире и не торопясь съехал с платформы.

Завернув за угол, Игнат остановил «Голема».

– А теперь, милая, попробуй открыть портал за пределы города: нам нужно сматываться отсюда, и как можно скорее. Наш путь лежит на юг.

– А Глана? – не поняла Кира.

– А к верховной ведьме, которая тут рулит, мы явимся на обратном пути. Или у тебя есть желание оказаться в самом глубоком подвале?

Басаргина озадаченно уставилась на егеря.

– Кир, ну не тупи, стоит нам рассказать местным шишкам о цели путешествия – нас либо убьют, либо закуют в подавители и засунут в самый глубокий подвал и выбросят ключ. А Тамару возьмут под охрану и запрут в самую высокую башню местной магической школы. Она единственная, кто стоит между одержимыми и артефактом. Плохо, что я сказал Таре, куда мы едем, не соображал ничего, но этого уже не исправить. Можешь открыть портал?

– Найди глухой переулок, лучше, если мы не будем здесь маячить.

Игнат кивнул и уже через две минуты загнал «Голема» за какой-то склад.

Кира выбралась наружу и начала творить чары, только через десять секунд, махнув рукой, она вновь заняла свое место рядом с Демидовым.

– В городе блокируются все порталы, кроме разрешенных. Сам понимаешь, у нас никакого разрешения нет и быть не может. Местные ведьмы очень толково подошли к делу, в княжествах в этой теме от них отстали. Так что пока мы внутри стен, я телепорта не открою.

– Ну, значит, поехали кататься, – сдавая назад, философски прокомментировал Игнат неудачу с переходом. – Только без прорывов – если не выйдет проскочить, придется идти в «гости»: кровь местным пускать не будем, они пока что нам не враги.

Мобиль быстро бежал по узким улочкам. Здесь уже вовсю чувствовалось приближение зимы: с гор дул ледяной ветер, деревья лишились своей листвы и только-только смогли избавиться от утреннего инея, кое-где в тени на лужах еще оставался ледок. К воротам добрались минут за десять. Несколько раз Игнат плутал и заезжал не туда. Тут их никто не ждал, в воротах дежурная смена – три дружинника при магичке, причем та была в зеленом капюшоне. На «Голема» они только покосились, выезжающий из города странный мобиль больше заинтересовал их своим дизайном, чем пассажирами. Приказа «не пущать» у них не было.

Длинный мост миновали без проблем, как и караульную башню, так сказать, первый рубеж обороны, если что. Демидов уверенно вел мобиль прочь от города – он знал, что время форы, которое у них было, почти истекло.

– Ну что, сможешь открыть портал? – остановившись за деревьями, спросил он у Басаргиной.

– Без проблем, блокада исчезла, как только мы съехали с моста.

– Ну, тогда вперед, давай уберемся отсюда и передохнем, жрать хочется просто жутко.

Кира выбралась наружу, накинув на лицо капюшон: с неба начинал моросить мерзкий осенний ледяной дождь.

Демидов с опаской посматривал в сторону деревьев, за которыми в паре километров был мост, ведущий на остров, этот жидкий лесок вдоль дороги отгораживал от нее бескрайние поля и какие-то хозяйственные строения на горизонте.

«Фарат, приглядывай за выездом из Северска, – попросил егерь, – если начнется нездоровая суета, сразу дай знать».

Не прошло и двух минут, как в его голове возник мыслеобраз, присланный джинном. Из ворот вынеслись сразу два вооруженных до зубов багги, они летели по мосту, словно пытаясь догнать кого-то.

– Кира, время вышло, – крикнул Игнат, бросив взгляд на винтовку, которая была закреплена на небольшом козырьке прямо над рулем. К нему же крепился тент.

– Не торопи меня, я нащупываю область перемещения, сейчас открою портал над обрывом – будешь знать. Сколько у нас времени?

– Три минуты, может, чуть больше.

– Тогда не отвлекай, мы уйдем раньше, чем они сюда доберутся. – И, закрыв глаза, магичка стала делать пассы руками, словно шаря в пространстве. Наконец она прекратила изображать дерево под шквальным ветром и начала читать заклинание.

Сорок секунд – и овал портала возник в двух метрах от капота. Игнат торопливо въехал внутрь, опять замутило, но почти сразу все кончилось, мобиль выехал с другой стороны, рядом с лесной опушкой. Через секунду из перехода выбежала Кира и взмахом руки закрыла его.

– Почти попались, они даже успели крикнуть «ни с места». Сейчас сразу открою другой, чтобы запутать след, с ними была магичка в желтом капюшоне, которая, если умеет, конечно, сможет открыть портал, используя мой след.

Ей потребовалась еще пара минут, и новый переход закинул их на высокий обрывистый берег какой-то не слишком полноводной речки, ширина которой была метров десять, не больше.

– Все, теперь на какое-то время они нас потеряли, – доставая из багажника сумку с едой, довольно произнесла волшебница. – Да и дождь кончился, так что мы кругом в плюсе. Давай я запалю небольшой костер – тут прохладно, гораздо холоднее, чем в княжествах. Черт, ну почему все это началось осенью, неужели было так трудно подождать до весны?

– Не любишь зиму?

Девушка, запалив магический костер, покачала головой.

– Бывал на радужных островах?

Игнат присел рядом с огнем на какое-то поваленное бревно.

– Только слышал, несколько наших там работали. Там людей мало живет, и острова-то как Белогорск.

– Скорее меньше, – распаковывая еду, поправила егеря Кира. – Но там всегда лето, обычно я на несколько недель отправлялась туда, когда в княжества приходит поздняя осень, а иногда и зимой моталась на несколько дней.

– Слышал, это очень дорогое удовольствие: островитяне ценят свой маленький рай.

– Да, на старой Земле такие места назывались «курорт», – вешая котелок с заранее сваренной кашей с мясом и овощами на огонь, продолжила рассказ Кира, – только переход туда стоит пятьдесят чеканов, позволить себе там отдыхать зимой могут очень состоятельные люди. Делать там, конечно, особо нечего, кроме как купаться или валяться на пляже из белого песка с бокалом холодного белого вина. Народу немного – приезжих обычно не больше сотни да поселок человек на триста. Но пусто там никогда не бывает.

– И сколько обычно выходила такая поездочка? – доставая ложку из кармана рюкзака, спросил Демидов.

– В среднем где-то укладывалась в двести чеканов: сто портал туда-обратно и столько же тратишь за проживание, кормежку и развлечения.

Кира помешала содержимое котелка ложкой, используя заклинание призрачной руки. Говорят, на старушке Земле это умели некоторые люди со способностями, называлось телекинез. Потом, так же не вставая с места, она сняла котелок, и тот, плавно подлетев, опустился на бревно между ними.

– Кушать подано, – провозгласила магичка.

– Садитесь жрать, пожалуйста, – схохмил Демидов. И они дружно рассмеялись.

– Мы обязательно смотаемся на радужные острова, когда покончим с этим вторжением одержимых и нелюдей, – улыбнувшись, заявила Кира. – У меня есть обалденный заговоренный купальник. Он по желанию может менять цвет, становиться больше или меньше.

– Я обязательно хочу его увидеть, – загорелся идеей Игнат.

«А я? – подал голос Фарат. – Я очень люблю места, где тепло».

«А ты, надеюсь, к этому моменту обретешь свое собственное тело и прекратишь трепать мне нервы. Станешь самостоятельным и сам поедешь на острова, но уже за свой счет».

«Не ценишь ты меня, – надулся джинн. – Вот потеряешь – тогда поймешь, какой замечательный спутник у тебя был».

Игнат не стал это комментировать.

– Кстати, а почему радужные? – обратился он к магичке.

– Жаркое солнце, белый песок, вокруг все зеленое, и птицы неимоверных ярких раскрасок, всех цветов радуги, а в прозрачной воде плавают рыбы, переливающиеся в солнечных лучах. Знаешь, странно, я всегда представляла себе егерей иначе: замкнутые брутальные мужики, задача которых – убивать нелюдей. И больше они ни на что не годны. Ты поначалу показался мне таким, скользнул по мне взглядом и унесся убивать тех, кто за мной гнался, потом вернулся, спокойный, сосредоточенный, словно выполнивший давно привычную скучную работу, сделать которую тебе ровным счетом ничего не стоило. Я сама не подарок, боевая магичка, но вот эта холодность меня поразила. А потом ты шагал по тропинке целеустремленно, почти без остановок. Я чувствовала, что тебя злит эта задержка и то, что я медленно иду. И только там, у заброшенного домика, я увидела человека, а не бездушный механизм для отправки вставших у тебя на пути к богам.

Она зачерпнула ложкой кашу и принялась дуть, хотя та уже порядком подостыла, пока они разговаривали.

– Большинство из нас именно такие, – прожевав и закурив, согласился Игнат. – Что мы видим за отмеренный нам век? Вечный бой. Мы убиваем, чтобы жить. Многие из нас никогда не доживают даже до среднего возраста, старики – редкость, богатый егерь, ушедший на покой, встречается реже, чем лесовик в поле под дождем. Наша жизнь проходит с винтовкой в руках, с рюкзаком за спиной, в котором все, что у нас есть. Мы приходим в город, берем заказ, потом возвращаемся и спускаем половину, а то и все, снимая самых дорогих шлюх, едим в дорогих ресторанах, устраиваем мордобои, и все ради того, чтобы ощутить себя живым. А потом мы идем дальше, чтобы найти денег еще на один загул и пули.

– Но ты же не такой?

– Откуда тебе знать, какой я был до встречи с тобой? – раздавив окурок каблуком сапога и радуясь, что надел под куртку не только кольчугу, но и свитер, ответил Видок.

Игнат после приключения на портальной площадке был жутко голодным и вновь взялся за ложку – не прошло и двадцати минут, как котелок опустел. Кира заклинанием вычистила его: возиться с мытьем никому не хотелось. Запустив его с помощью призрачной руки на середину реки, она набрала воды и, быстро очистив ее, с помощью магии вскипятила, заварив крепкий чай. Горячий, ароматный, хоть и несладкий, он все же принес им бодрость. Пора было трогаться дальше, правда, Игнат очень смутно представлял, куда им двигать, но надеялся прояснить этот вопрос в первом же поселении.

Кира, поводив по воздуху руками, обнаружила искомое и открыла портал в километре от цели.

– Нечего нам тут делать, – разглядывая поселок в пять домов через прицел, установленный на новой винтовке, подвел итог Демидов. – Нас тут уже ждут. Вон там, под скрывающим заклинанием, две ведьмы желтого ранга и пятеро дружинников, обвешанных оружием, как новогодние елки. Точно по нашу душу, спрятались так, что даже Фарат их не учуял, – если бы не наследство Крученого, я бы их и не нащупал.

– Девки сильные, заклинание поставили грамотно, – согласилась Кира. – Даже когда знаю, где они, у меня глаз с их чар соскальзывает, хотя, может, и не они колдовали, а использовали артефакт. Еще на одно перемещение меня хватит, но больше сегодня порталов до вечера не проси, а то опять перегорю. Нужно найти что-то на отшибе, совсем маленькое. И желательно не так далеко.

Игнат задумался. Если княжества он знал довольно неплохо, все же тридцать лет по ним бродил, то путь на юг к дому Тамары был единственным – ни лесами, ни полями он точно дорогу не найдет.

– Нужна карта местности, – наконец решил он. – Как думаешь, где ее можно раздобыть? Сомневаюсь, что у мелкого фермера она есть.

– Думаю, у этих ребят под скрывающим пологом точно есть, – доставая расческу и вычесывая из волос палую листву, предположила Кира. – Только сомневаюсь, что они нам ее отдадут.

– В этом ты права. Эх, если бы их вырубить, но так, чтобы без крови. Они нам пока что не враги.

Кира задумалась.

– Если бы не было местных ведьмочек, я бы решила проблему меньше чем за полминуты, проспали бы сутки. Хотя наверняка у них имеются амулеты от ментальных атак. Тупик.

Игнат еще раз посмотрел на засаду через прицел. Бойцы сидели под навесом и молчали, одна из магичек спала, прислонившись спиной к стене, вторая сидела на вдвое сложенном одеяле с закрытыми глазами, но явно бодрствовала – похоже, приглядывала за местностью через заклинание.

– Ты не чувствуешь активных заклятий?

Кира уселась на поваленное дерево, обросшее мхом, предварительно накинув дорожный плащ.

– Не отвлекай, – попросила она и закрыла глаза.

Так прошло минут двадцать. Наконец магичка открыла глаза.

– Сильные девочки. Я бы сказала, заклинание вешала очень способная девушка, или, как считают местные, красная. Висит оно прямо над поселком, постоянное сканирование местности в круговом обзоре. Думаю, они захватывают метров пятьсот: стоит нам вылезти из этого перелеска – нас тут же засекут. Сомневаюсь, что у них приказ атаковать, скорее сюда явятся девочки в гвардейских мундирах, или огневицы – так ты их вроде называл?

– Да, Мила говорила, что они как наши инквизиторши, спецы по захватам и противодействию магии. Работают парами – ведьма не ниже третьей ступени и огневица, принимающая на себя в случае столкновения магическую атаку. Думаю, это будет совместная операция, тут все подчиняются Глане, а не как гильдия и лига – у каждой свой шесток. А может, я под невидимостью прокрадусь и закину им милую гранатку, которая гасит всю магию?

– Жалко, – покачала головой Басаргина, – у нас их почти нет, лучше поберечь для действительно критической ситуации. Жезл тоже не поможет, он блокирует направленную на тебя магию. Правда, вблизи него невозможно использовать силу в принципе. Но это нам мало чем поможет. Уходим, поищем другую добычу.

Игнат кивнул и, убрав винтовку в багажник, сел за руль. Кира начала искать место, куда можно перенестись. Наконец она принялась за заклинание. Демидов заметил, что у нее начали подрагивать пальцы, это значило, что Русалка почти на пределе, еще немного – и упадет.

Портал открылся только спустя минуту, Кира же, обливаясь потом, стояла покачиваясь. Егерь не заставил ждать, он быстро направил мобиль в портал и уже через десять секунд оказался возле маленького лесного озерца, на противоположенном берегу которого стоял вросший в землю бревенчатый дом, на ступенях, как на лавочке, сидел седой старик, куривший трубку и внимательно наблюдающий за происходящим.

Кира вывалилась из перехода в прямом смысле этого слова.

– Слишком далеко пришлось прыгать, – дрожащим голосом произнесла она, когда Игнат, поддерживая, помог ей усесться на пассажирское место. – Я открыла коридор больше чем на три сотни километров. Ближе не имело смысла – нас везде ждали, это уединенное место я случайно почувствовала, словно под руку толкнули.

Игнат медленно поехал вокруг озерца – оно было абсолютно круглым, едва ли метров пятьдесят в диаметре. Краем глаза он следил за стариком: тот продолжал дымить своей трубкой, сопровождая взглядом мобиль.

«Я чувствую присутствие другого духа, – неожиданно всплыла в мозгу мысль, посланная Фаратом. – Он очень слаб, его кокон очень плотный».

«Старик?» – мысленно спросил егерь, хотя и сам знал ответ: тут в округе больше никого не было на много километров, зверье он не считал.

Дважды под колесами в высокой осенней траве хлюпала вода, мобиль шел с трудом, но широкие покрышки не дали «Голему» сесть на брюхо. Выбрасывая грязь, Демидов все же выехал на тропу, ведущую к дому, и уже через пару минут без проблем остановился у крыльца.

Несколько секунд Видок раздумывал, но потом все же решился. Выбравшись наружу, он сделал шаг к крыльцу, на котором сидел седой старик, и, сжав кулак, вскинул правую руку, согнутую в локте над головой.

– Без пощады, – громко и отчетливо произнес он древний девиз егерей.

– Борись всегда, борись везде, пока осталась жизнь в тебе, – довольно бодро процитировал хозяин дома первые строки, написанные древним поэтом, знаменитой оды «Егерям». Голос у него был старческим, немного скрипучим. – Вот уж не думал, – произнес он, раскуривая трубку, – что встречу в этих землях брата.

Игнат, не дожидаясь приглашения, присел на ступеньку рядом со стариком.

– Игнат Демидов по прозвищу Видок.

– Дед Вадим, – представился в ответ хозяин дома. – Фамилию свою я давно забыл, а вот прозвище, – он замолчал, выпустив несколько колец вверх, – наверное, ты даже его слышал, когда-то меня называли Лютым.

Игнат присвистнул.

– Я думал, тебя давно нет в живых, – с почтением произнес он.

Сейчас он разговаривал с очень уважаемым в братстве человеком: семьдесят лет назад он возглавлял его, а потом в один прекрасный день передал бразды правления своему преемнику и, взяв свой такой же древний, как и он сам, карабин, просто вышел за дверь. И вот спустя десятки лет Игнат наткнулся на него в лесной глуши вольных земель.

– Кто это с тобой, сынок?

– Жена, – ответил Демидов, ожидая очередного прозрения. Но его не произошло.

– Жена так жена, – просто согласился Лютый. – Магичка? Пошел по стопам нашего основателя барона Сергея?

Игнат пожал плечами, не видя смысла комментировать очевидное.

– Правильно, сынок, егерь с магичкой сильнее вдвое. Может, расскажешь, как тут оказались? Давно я новостей из княжеств не получал. Кто сейчас во главе братства?

– Лютый, братства больше нет, цитадель в руинах. Те, кто уцелели, сейчас в Белогорске готовятся к войне с одержимыми, нелюдями и нежитью. Твой преемник Аркад погиб при нападении на цитадель. В княжествах смута.