Читать книгу "Музыка Макса. 1. Табулатуры"

– Пф… – фыркнул Макс. – Замётано.

– Любое желание? Всё, что захочу? – уточнила я. Макс кивнул. – А ты меня не обманешь? Не съедешь потом?

– Детка, я вырос в интернате, поэтому слово держать умею. – В голосе Макса послышались нотки обиды. – Ты не представляешь, что там делали с пиздаболами.

Мы ударили по рукам. Если бы только Макс знал, что я попрошу!

В день концерта, не смотря на мои опасения, всё складывалось гладко. К моему огромному удивлению, в тот же день, когда мы заключили с Максом пари, билеты раскупили все до единого. Я радостно потирала руки.

Я сидела в гримёрке, любуясь своим отражением в зеркале. Визажист, которую я пригласила, сделала мне потрясающий макияж. На мне было новое, неизменно чёрное, платье с открытыми плечами, исключающее ношение лифчика. Это платье я купила на деньги Макса. Он не ограничивал меня в расходах, просто бросал деньги в коробку из-под конфет, лежавшую на полке в кухне, и я брала, сколько мне было нужно. Я могла купить и другое платье, которое было ещё красивее. Оно висело в том же магазине, что и платье, которое было сейчас на мне, и это была любовь с первого взгляда. Чёрное кружево и ручная вышивка в дополнении с тонким невесомым шёлком, полностью закрытое спереди оно обнажало полностью всю спину. У меня была небольшая грудь, и я избегала декольтированных фасонов, поэтому открыть спину было бы очень уместно. Но это платье стоило в пять раз дороже, чем я планировала потратить, мне и так было неловко тратить деньги Макса, поэтому оно так и осталось висеть в магазине.

Я немного волновалась, готовясь к встрече с полным залом. Настало время выходить на сцену. Мысленно я помолилась, как умела, и попросила маму о помощи.

Когда я вышла в зал, я не понимала, что происходит. В баре сидело человек 30 не больше. Где были все остальные зрители, купившие билеты я не понимала. Макс ждал меня у сцены с невозмутимым видом.

– Я ничего не понимаю, где все? – шёпотом спросила я Макса.

– Боюсь, что больше никого и не будет, – с улыбкой сообщил Макс. – Похоже все в сборе.

– Как так? Все 200 билетов были раскуплены, – настаивала я на своем.

– Я выкупил оставшиеся билеты, – спокойно сказал Макс. – Так что поднимайся на сцену и давай уже быстрее закончим это мероприятие.

Я задохнулась от возмущения. Как Макс мог так со мной поступить? Мало того, что я пари проиграла, так мне ещё и придётся выступать в пустом зале. Я в отчаянии пробежалась взглядом по зрителям. Сюрпризы на этом не закончились – за барной стойкой я увидела своего отца. Только этого не хватало! Пусть папочка тоже позлорадствует моему фиаско. Увидев, что я его заметила, он помахал мне рукой.

– Что тут делает мой отец? – зло зашипела я на Макса. – Это ты его пригласил?

– Может он купил билет, как все? Пойди, спроси! – Макс равнодушно пожал плечами. – Пора ему, наконец, убедиться воочию, что его дочь талантливая поэтесса. Так что давай уже начнём!

К нам подошел Гаврилов.

– Слушай, Глина, там, у входа целая толпа собралась. Им похую, что тут поэтический вечер, они хотят хлеба и зрелищ. Сам понимаешь – пятница. – Макс вопросительно вскинул бровь, не понимая, что Гаврилов от него хочет. – Так мне их запускать, или как?

– Они в курсе, что вход по трёхе? – Директор кивнул. – Пусть проходят, – распорядился Макс. – Деньги ей отдашь. – Кивнул он головой в мою сторону.

Гаврилов ушёл. Мы ещё немного постояли, наблюдая, как зал наводняется людьми. Я с усмешкой посмотрела на Макса. Он обречённо покачал головой.

– Я не знаю, кто тебе помогает – Бог или дьявол? – со вздохом произнес он.

– В любом случае, ты проиграл мне желание, – напомнила я, сияя от счастья.

Концерт прошёл прекрасно, после всех моих трудов и препятствий, которые мне пришлось преодолеть, иначе быть не могло. Не смотря на известность и популярность Макса, всё внимание зала было приковано к моей персоне. Моя искренность и общение с залом подкупили зрителей. Это был мой концерт и МОЙ триумф. Я буквально купалась в аплодисментах. Когда всё закончилось, отец, Макс, Петя бармен и даже кое-кто из гостей, подарили мне цветы. Букет Макса был самым шикарным.

Макс помог мне отнести цветы, не помещающиеся у меня в руках, в гримёрку. Следом вошёл Гаврилов и официантка с подносом.

– Это вам от заведения, – сообщил он, когда девушка поставила поднос на стол. Там было ведерко с бутылкой шампанского и два бокала. – Поздравляю! – сказал он, пожимая нам с Максом руки. – Желаю дальнейших творческих успехов. – После этого он протянул мне конверт с деньгами, и они вместе с официанткой быстро удалились.

Гаврюша был доволен полным залом и сегодняшней выручкой, иначе с чего такие подношения? Только сейчас я смогла с облегчением выдохнуть. Всё закончилось хорошо. Я приоткрыла конверт. Мысленно прикинув, сколько там денег я убрала конверт в сумку. Деньги за купленные Максом билеты я возвращать ему не собиралась. Таким образом, мне удастся проучить и его в свою очередь. Будет знать, как дорого стоит попытка испортить мне жизнь. А вот гонорар, о котором он заикнулся в тот злополучный вечер в 200 тысяч, я ему выплачу с удовольствием. Я посмотрела на Макса, разливающего шампанское по бокалам. Мне стоило больших трудов не швырнуть Максу в лицо деньги прямо сейчас. Не хотелось портить впечатление о вечере. Ну, ничего, я могу и завтра это сделать с таким же удовольствием. Я подошла к столу, и Макс протянул мне бокал.

– За тебя! – сказал он банальный тост, и мы выпили.

– Что, не получилось испортить мне концерт? – не удержалась я от едкого замечания.

– Я не хотел ничего портить, – усмехнулся Макс. – Просто хотел, чтобы ты знала, что иногда приходиться работать и с пустым залом. Надо быть готовой ко всему.

– А может, ты хотел выставить меня полной дурой перед отцом? – выдвинула я свою версию событий. – Дурой и бездарностью, на которую никто не пришёл? Чтобы вы потом вместе вытирали мне сопли, убеждая, что выступать – это не моё?

– Почему никто? 36 человек пришли же? – парировал Макс.

Я умножила в уме оставшиеся 164 билета, которые выкупил Макс через интернет на их стоимость. Только сейчас до меня дошло, какая сумма должна лежать на моей банковской карточке. По моим меркам она была баснословной. Это же почти полмиллиона! Сколько же Макс зарабатывает? О, как я сожалела сейчас, что не купила то самое дорогущее платье.

– Остальным ты просто не дал шанса, – заметила я. – Жаль, что Артёма сегодня не было. – Я сменила тему. – Это странно, что его телефон до сих пор выключен. Я уже не знаю, что и думать. Как он мог так запросто исчезнуть? Я даже не знаю, где его искать! Может быть, ты знаком с его родителями?

Макс разлил остатки шампанского по бокалам.

– Ой, да забей! – небрежно бросил он. – Может, телефон сломался. – Макс пытался меня успокоить. – Может твой Артёмочка напился, как обычно, и вообще потерял его. – В голосе Макса послышались нотки ревности. – В любом случае, тебе придется последовать моему примеру и найти себе другого гитариста. Тимон поправится не скоро, – предупредил меня он. Меня снова посетила мысль, что Макс что-то скрывает.

– Ты что-то знаешь об Артёме, чего не знаю я? Макс, что ты не договариваешь?

– Я знаю не больше твоего. Он просто сломал руку и пока что не выступает. – Макс допил шампанское и поставил бокал на стол. – Детка, у тебя паранойя. Тебе везде мерещатся заговоры и предатели.

От волнения, я с самого утра не могла съесть и кусочка, поэтому шампанское резко ударило мне в голову. Глядя ему прямо в глаза, я подошла к Максу настолько близко, что почувствовала жар его тела. Он с интересом наблюдал за мной. Теперь мне пришлось задрать голову, чтобы видеть его лицо.

– Макс, – страстно прошептала я. – Ты должен мне желание. – Я положила руки ему на грудь, с наслаждением чувствуя под ладонями твердые мышцы и гулкое биение его сердца. Мое же готово было выскочить наружу, казалось, но бьется где-то в ушах.

– Кхм… И? – Максу пришлось откашляться, прежде чем он смог говорить. Я гладила его грудь. Он не шевелился. – Что же ты хочешь?

– Тебя, – по-прежнему шёпотом произнесла я. – Я желаю, чтобы ты со мной переспал.

– Оль, – Макс взял меня за запястья, убирая от себя мои руки. – Ты немного навеселе, поэтому…

Я не дала ему договорить и вырвала руки из его пальцев.

– Ты что отказываешься? – Макс не отвечал. Придя в ярость, я сорвалась на крик. – Я так и знала! Ты, жалкий трус! Ненавижу тебя!

Я развернулась и решительно направилась к двери. Макс, как пантера, метнулся в мою сторону. Он дернул меня за руку, отчего меня развернуло на 180 градусов, я вскрикнула и оказалась прижатой к его груди. Глаза Макса сверкали так, что по моей спине пробежал холодок. Макс тряхнул меня за плечи.

– Подожди, послушай, – затараторил он. – Я не отказываюсь, просто хотел сказать, что раз уж ты этого хочешь, то надо делать это по трезвяку. Не сегодня. Понимаешь?

Макс выглядел так убедительно, что я на секунду растерялась. Мысли, эмоции – всё смешалось в моей голове, нахлынув новой волной.

– Я хочу аванс, – выдохнула я. – Макс, поцелуй меня.

Он не колебался ни секунды, казалось, что Макс только и ждал приглашения. Его губы страстно впились в мои. Затем он отпустил мои плечи, и я с удовольствием запустила пальцы в его волосы. Макс одной рукой придерживал меня за спину, а другая рука легла мне на затылок. Постепенно его поцелуй превратился в более нежный и чувственный. Ноги плохо меня держали, голова шла кругом, мне казалось, что я сейчас упаду. Макс, будто читая мои мысли, подтолкнул меня назад, и я уперлась задницей в стол, на который Макс ловко меня усадил. Мои ноги были раздвинуты, Макс упирался меж ними бедрами, и я чувствовала, как сильно он возбужден. Он оторвался от моих губ, и начал ласкать шею. Его рука медленно двигалась от щиколотки вверх по ноге, задирая мягкую ткань платья. Я застонала от удовольствия. Мне хотелось большего. Я хотела, чтобы Макс касался меня в самых сокровенных местах моего тела, и он меня не разочаровал.

Небрежно стянув футболку и отбросив её в сторону, Макс расстегнул на спине моё платье. Лишиться девственности в гримерке бара – не самое престижное событие, но зато запоминающееся, подумала я. Рассчитывая всего лишь на поцелуй, я и подумать не могла, сколько желания он пробудит во мне. Спустив платье до талии, Макс поочередно ласкал мои груди. Я совсем потеряла голову, стыд и счёт времени. Я инстинктивно потерлась бедрами о его член. Макс застонал. Его губы проложили дорожку поцелуями к шее, я наклонила голову, постанывая от каждого прикосновения. Наконец, я почувствовала пальцы Макса между своих ног. Он отодвинул в сторону мои трусики и осторожно, уверенными движениями, начал ласкать мой клитор. Я уткнулась ему в шею, и, тихонько постанывая, двигалась в такт его руки.

– Макс, я сейчас умру, – простонала я. И вот наступила разрядка. Я вскрикнула и впилась пальцами в его плечи.

– Чщщщ, – прошипел Макс, успокаивая меня. Он гладил меня по спине и волосам, бережно прижимая к себе. Я прислонилась щекой к его груди, слезы облегчения текли по моим щекам. Макс держал в объятиях мое обмякшее тело, пока мое дыхание и пульс не пришли в норму. Реальность постепенно возвращалась. Я с трудом открыла глаза и отстранилась от Макса.

Он тут же отошёл от стола и, подхватив с пола футболку, натянул её на себя. Я тоже поспешила привести свою одежду в порядок. Руки плохо меня слушались, поэтому застегнуть платье мне удалось с трудом. Макс стоял поодаль, скрестив руки на груди и поджав губы. Возникла неловкая пауза. Некоторое время мы молчали. Мне почему-то стыдно было смотреть Максу в глаза, я вздохнула и слезла со стола. Ноги до сих пор дрожали, я провела руками по изрядно мятому платью, поправляя его, насколько это было возможно. Отвернувшись от Макса, я подошла к зеркалу, чтобы привести причёску и макияж в порядок.

Я удивилась своему отражению. Щёки горели румянцем, блестящие с поволокой глаза, губы, припухшие от поцелуев. Было в этом что-то завораживающее, в глазах читалось ощущение сытости и счастья. Я видела себя такой впервые, но это всё же была я и мне мое отражение чертовски нравилось.

Макс подошел ко мне сзади, и я увидела его отражение рядом с собой. Мы отлично смотрелись вместе. Я смотрела в его глаза через зеркало и думала о том, что если сегодняшние ласки принесли мне столько счастья и удовольствия, то, что будет, когда он займется со мной сексом по-настоящему? От этих фантазий меня снова захлестнула волной желания.

– Ты довольна авансом? – шепотом выдохнул Макс мне в шею, осторожно убирая пальцами волосы с плеча. Он коснулся губами моей спины между лопаток, у меня снова стали ватными ноги. Я не ответила, как заворожённая, прислушивалась к каждому его движению. – Это очень скользкая дорожка. Ты же понимаешь, что если мы это сделаем, то дороги обратно не будет? – продолжил Макс также тихо. – Хочешь замарать наши отношения сексом? Это будет слишком жирный кусок грязи. Мы никогда не сможем всё вернуть назад и общаться, как раньше. Мы потерям всё. Всё, что между нами есть. – Я прекрасно понимала, что он имеет в виду, но сейчас мне не хотелось об этом думать. Макс пробежался пальцами по верхней кромке платья на моей груди и сделал шаг назад. – Подумай об этом! – громко воскликнул он, и я вздрогнула от неожиданности, выйдя из оцепенения. – Жду тебя в баре, – объявил он и стремительно вышел из гримёрки, оставив меня одну.

Без Макса мне стало холодно и неуютно. Я быстро собралась, напоследок ещё раз проверив свой внешний вид.

Бар всё ещё был битком, несмотря на поздний час. Что и говорить – пятница. Я нашла Макса за барной стойкой в компании отца. К моему удивлению, папа был навеселе. Видимо, они говорили обо мне, потому что при моём появлении разговор резко прервался.

– О! Доча! – воскликнул изрядно захмелевший отец, приобняв меня за плечи. – Мы как раз с Максимом говорили о тебе. – Мне стало страшно от того, что Макс мог обо мне рассказать. Я недоверчиво взглянула на Макса. Его лицо ничего не выражало. – Должен признать, – продолжил отец. – Зря я тебе запрещал выступать. Максим тоже со мной согласен. – Да неужели? Я снова посмотрела на Макса, но он сделал вид, что копается в телефоне. Отец жестом подозвал бармена. – Давайте отпразднуем это событие! Ты у меня талантище!

От его искренней восторженной похвалы у меня навернулись на глаза слёзы счастья. Для меня это было высшей планкой признания. Отец взял им с Максом по сотке виски. К моему изумлению для меня он заказал то же самое, только с колой. Надо же, подумала я, папочка разрешает мне пить, как большой.

– Как же я рад, что ты, наконец, вернёшься домой! – воскликнул отец, глядя на меня полными обожания глазами. – Я вопросительно вскинула бровь, потягивая коктейль через соломинку. – Ну, у Максима же ремонт начинается, – пояснил отец. – И он сказал, что утром поможет тебе переехать.

Я на секунду задохнулась от возмущения. Макс решил меня сплавить, куда подальше? Только рамки приличия и количество выпитого спиртного, спасли Макса. Я готова была размозжить его голову прямо сейчас своим бокалом. Я зло взглянула на Макса, он мило улыбался мне в ответ.

– Конечно, папочка! – как можно радостнее выдавила я из себя. – Только не завтра. Макс всё напутал, у нас там дело одно не законченное осталось… И к тому же мы все так устали сегодня.

Макс перестал улыбаться. Ну что, съел?

– Глина, здорОво! – послышался рядом зычный мужской голос.

Я повернулась и покраснела, готовая провалиться сквозь землю. Рядом с Максом стоял тот самый репер Ворон, которому я случайно нагрубила на работе. Он был достаточно высоким и широкоплечим парнем, кареглазый и темноволосый, с короткой стрижкой. Одет он был в свободную куртку и мешковатые штаны. Образ дополняла толстенная золотая цепь на шее, очки с жёлтыми стеклами и бейсболка, одетая козырьком назад. Макс тепло поприветствовал его и представил нас с отцом:

– Лёха, познакомься – это Ольга – моя подруга и её отец Валерий Анатольевич.

Ворон пожал руку моему отцу, затем поцеловал мою руку. Вдруг в его глазах заплясали чёртики.

– Эй! Ты же та девчонка с автомойки? – рассмеялся он, узнав меня. Я кивнула, покраснев ещё больше.

Макс ничего не понял, поэтому не придал значения словам Ворона. Они по-дружески перекинулись парой фраз, когда Макс сообщил ему, что мы уже собираемся уходить. Ворон предложил нас развести по домам, ему хотелось подольше пообщаться с Максом.

Когда мы вышли на парковку и Ворон снял свою машину с сигнализации, я присвистнула от восхищения. Это была темно-синяя «Феррари». На автомойку какие только машины не приезжали, но такую я видела только в модных журналах. В свете ночных фонарей она так сверкала, что казалась мне невероятной!

– А где «Гелик»? – удивилась я.

– Нигде… – рассеяно ответил Ворон. – Просто у меня несколько тачек, – пояснил он, складывая мои букеты и гитару Макса в багажник.

Макс сел впереди, а мы с отцом на заднее сиденье. Парни разговаривали о своём. Макс рассказал о сегодняшнем концерте, о творческих планах, а Лёха своих. Я слушала их разговор в пол-уха, рассеянно отвечая отцу на его расспросы обо мне. Сначала мы отвезли домой отца. Он вышел из машины, со всеми попрощавшись, и сейчас я смотрела, как закрываются за ним ворота нашего дома.

– Уверена, что не хочешь выйти здесь? – обернувшись ко мне, спросил Макс, намекая, не передумала ли я о своем желании.

– На 200%! – заверила я Макса. Ворон спросил, куда ехать дальше. Макс назвал адрес.

– Погоди, Глина, она, что, твоя девушка? – Не оборачиваясь, Ворон показал на меня большим пальцем руки, уверенно ведя машину.

– Не-а, – ответил Макс.

– Почему тогда вы живете вместе?

– Лёха, – это длинная история, – устало отмахнулся Макс. – Потом расскажу.

– А у неё есть парень? – спросил Ворон у Макса. Они говорили обо мне, как будто меня в машине не было. – Она встречается с кем-нибудь?

– Нет, – ответил за меня Макс. Мы приехали. – Насколько мне известно, – добавил он.

– Слушай, Оль, я могу пригласить тебя на концерт? – наконец, повернувшись назад, обратился Ворон лично ко мне.

– Я не знаю… – растерялась я. – Я не слушаю реп.

– Никогда не поздно начать, – настаивал парень. Он открыл бардачок машины, достал оттуда билет и протянул мне. Макс перехватил билет, рассматривая его.

– Ну, ни хуя себе! Семь косарей!? – воскликнул Макс, увидев его стоимость. Макс пока «стоил» трёху за билет, и это в Москве, в других городах по косарю, поскольку находился в самом начале музыкальной карьеры.

– Это ВИП место! – сообщил Ворон. Он забрал билет обратно, шутливо щелкнув им Макса по лбу, и снова протянул его мне. – С фотосессией и автографом.

– Я столько не зарабатываю… – смущаясь, пробормотала я. Ворон от души расхохотался.

– Это подарок, – успокоил он меня. – Ещё один нужен? Может, ты с подругой хочешь пойти? – Я взяла билет, отрицательно покачав головой. Не было у меня сейчас ни друзей, ни подруг. Ворон взял у меня номер телефона. – Тебя, сучка, не приглашаю, – обратился он к Максу, который не переваривал рэп, и не упускал случая, лишний раз напомнить об этом. – Знаю, что ты от меня вся течёшь, поэтому лучше не надо.

Мы посмеялись над этой шуткой, и вышли из машины. Макс забрал гитару из багажника и, отойдя от машины на пару шагов, закурил, наблюдая, как Ворон помогает мне достать мои цветы. Я тоже достала сигареты. Я протянула Ворону пачку, но он покачал головой. Лёха не курил.

– Его мамка заругает! – крикнул Макс, когда увидел, что друг отказался от сигаретки.

Я повертела пачку в руках и снова убрала в сумку, решив воздержаться.

– Жаль, что я пропустил твой концерт, – с улыбкой сказал мне Лёха. Я смутилась и тоже улыбнулась. – Какие твои любимые цветы? – поинтересовался парень, кивнув головой на букеты.

– Те, которые подарены с любовью, – неоднозначно ответила я.

– Кхм, – задумчиво кашлянул Лёха. – Может, сходим куда-нибудь? – предложил он.

– Может… – Я открыто кокетничала с парнем, зная, что Макс за нами наблюдает. Мне было плевать, что он подумает. Ещё недавно я позволяла ему немыслимые вещи, а теперь, как ни в чем не бывало, хихикаю с его другом. – Спасибо, что подбросил. – Я нежно чмокнула Ворона в щёку. Он улыбнулся ещё шире.

– Эй, голубки! – окликнул нас Макс. – Я всё ещё здесь. – Намекнул он на то, что мы долго прощаемся.

– Я позвоню, – пообещал Лёха, и я быстро зашагала к подъезду.

– Как тебе Лёха? – спросил меня Макс, когда мы уже ехали в лифте. Я рассеянно пожала плечами. Билет на его концерт всё ещё был у меня в руках. – Советую к нему присмотреться. Он очень серьёзный и успешный парень.

Я ничего не ответила, понимая, что с помощью Лёхи он хотел отвлечь мое внимание от себя самого. Оказавшись дома, я сразу отправилась спать, так что в этот вечер больше ничего примечательного не случилось.

Следующим утром я проснулась позже обычного. Я попила кофе, покурила и решила разбудить Макса для разговора. Деньги за концерт всё ещё были у меня. Я хотела поскорее с ним рассчитаться.

Собравшись с духом и приготовив для Макса отборные оскорбления, я громко постучалась к нему в спальню. Тишина. Я осторожно открыла дверь и с разочарованием обнаружила, что его нет. Кровать была не заправлена, повсюду беспорядок. Чуть не плача, я забралась в его постель и долго лежала, закрыв глаза и вдыхая запах его подушки. Постепенно мой пыл поутих. Как бы я не была зла на него, больше всего на свете мне хотелось, чтобы Макс сейчас лежал рядом и обнимал меня.

Сегодня. Сегодня это произойдет, подумала я, а завтра я уеду к отцу. Как только я приняла решение, мне стало так легко, что я птичкой соскочила с кровати и, пританцовывая, побежала одеваться. Нужно было прикупить что-нибудь особенное. Благо, денег у меня было предостаточно.

Быстро отдраив всю квартиру и собрав свои немногочисленные вещи, которые уместились в одной сумке, остаток дня я провела в приятных хлопотах. Я купила себе красивейшее бельё и новое платье. После посетила СПА и салон красоты. Сделала эпиляцию, маникюр, прическу и макияж. Домой я вернулась во всеоружии. Я не знала, во сколько вернётся Макс, поэтому мне хотелось быть сногсшибательной в любой момент его появления.

Дома меня саму ждал сюрприз. Из кухни доносились музыка и веселые голоса. Разувшись, я сразу прошла именно туда. Моему взору представилась картина маслом: Макс в компании смазливенькой блондинки распивали самбуку. Девушке было от силы лет двадцать, изящная укладка, кукольное личико с неброским макияжем, красивое платье. Одним словом красотка, в стиле Макса. Я на секунду опешила, не веря в происходящее. Меня как будто ударили по лицу. Неужели Макс опять привёл домой девушку? Макс и блондинка замолчали, заметив моё появление. Я молчала тоже, гордо вскинув голову, чувствуя, как сжимаются мои кулаки и земля уходит из-под ног.

– Привет! – первым нарушил молчание Макс, осматривая меня с ног до головы. – Выпьешь с нами?

– Конечно, любимый! – воскликнула я, улыбаясь и сдерживаясь изо всех сил, чтобы не заржать, видя, как вытянулось лицо Макса после моих слов. Щас ты у меня получишь, пронеслось у меня в голове. Я решительно подошла к Максу и чмокнула его в губы, пока он был в ступоре. – Что же ты не сказал, что у нас будут гости? Я бы ужин приготовила.

Блондинка смотрела на меня во все глаза. Я была безумно рада, что прибралась в квартире и сама была как с картинки. Это придало мне храбрости и уверенности в себе.

– Макс, а ты не говорил, что живёшь не один, – пролепетала блондинка.

Она могла бы сказать иначе, например: «Почему ты не сказал, что у тебя есть девушка?». Но факт наличия девушки её, видимо, не смущал. Макс, занятый поиском рюмки для меня, ответить не успел.

– Ой, да вы же знаете, какой он скрытный! – воскликнула я и протянула руку блондинке. – Я Ольга.

– Алиса, – с кислой миной пожала мне руку блондинка. – Очень приятно.

Макс жестом подозвал меня к шкафу, в котором он, якобы, никак не мог отыскать для меня подходящей рюмки.

– Что, блядь, за цирк? – тихо прошипел мне Макс, так, чтобы гостье не было слышно. То, что он был в ярости, это мягко сказано.

– У тебя научилась! Сам скажешь ей, чтобы она проваливала? – глядя прямо ему в глаза, со стервозной улыбкой ответила я, намекая, что сделаю всё, чтобы ему с блонди ничего не обломилось. В дополнение я незаметно ущипнула его за зад, отчего он даже подпрыгнул на месте от неожиданности.

Вскоре выяснилось, что на этой вечеринке весело было только мне. Так мы и сидели втроём, ведя вялотекущую светскую беседу, пока гостье это окончательно не наскучило. Она вызвала такси и быстро попрощалась. Макс проводил её до дверей, а я осталась на кухне, в ожидании шторма. Макс вернулся, громко хлопая в ладоши.

– Браво, детка! Как же ловко ты ее спровадила! – аплодисменты предназначались мне. Он встал в дверном проеме, облокотившись о косяк. – Отличный спектакль. – Я сидела, боясь взглянуть на разъярённого Макса. Внезапно я вспомнила выражение лица Алисы, когда я поцеловала Макса, и прыснула со смеху. – Ну посмейся… – Макс стукнул кулаком в косяк. – Чего ты добиваешься?

Я перестала смеяться и подошла к нему, скрестив руки на груди.

– Отдай мне то, что должен, и я уберусь отсюда на все четыре стороны, – пообещала я. Теперь хохотал Макс. – Ты что, опять пошёл на попятную?

– Нет, конечно, но для этого тебе придется меня изнасиловать. Добровольно я в этой хуйне участвовать отказываюсь, – сообщил Макс и пошёл к себе в спальню. Я побежала следом за ним.

– Эй! В смысле изнасиловать? – Макс игнорировал меня, расправляя кровать. – Как можно мужчину изнасиловать? Даже статьи такой нет! – Сама не знаю, зачем я это сказала. – Есть насильственные действия, сексуального характера. – Цитировала я, как будущий юрист, Уголовный Кодекс. – Макс картинно поморщился, мол, какая к чёрту разница, и не спеша начал раздеваться. – Макс, ты, что спать собрался? – Я начинала психовать.

– Что ещё остаётся? Ты же выгнала мою подругу, – не глядя на меня, устало ответил Макс. Он остался в одних трусах, сонно потянулся и залез под одеяло, затем покопошившись под ним, Макс извлек оттуда свои трусы, которые полетели в угол. Он лег на спину, устроился поудобнее и закрыл глаза. – Наглая сучка, будь добра, выключи свет, – попросил он, зевая.

Мне ничего не оставалось, как выполнить просьбу и отправиться ни с чем восвояси. Я закрылась у себя, едва не плача, от обиды. Я включила ноутбук, бесцельно шаря по просторам интернета. Неужели все мои старания были напрасны? Утром я должна уехать, и это не обсуждалось. Я не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я решилась на отчаянный поступок. Я разделась догола и на цыпочках пробралась в спальню Макса.

Сердце от страха колотилось так, что мне едва удалось расслышать его размеренное дыхание. Он лежал на боку, спиной ко мне, и я не могла видеть его лица. Наверное, он и, правда, уже уснул. Я подошла к кровати и несколько мгновений стояла не в силах пошевелиться. Я вся дрожала, как осиновый лист, борясь с желанием броситься прочь, но мне всё же удалось взять себя в руки. Как можно осторожнее я откинула одеяло с противоположной стороны от Макса, и нырнула в кровать.

Что делать дальше, я не представляла. Немного отдышавшись, я осторожно положила руку ему на плечо, Макс не шевелился. Подрагивающими пальцами я несмело начала ласкать его спину и плечи. И вот, осмелев, я уже целовала его шею и ложбинку между лопаток, с удовольствием вдыхая его запах. От Макса пахло солнцем, мужчиной и сексом. Лично меня это невероятно возбуждало. Моя голова закружилась, внизу живота сладко налилось тяжестью. Я так разошлась, что теперь моя рука уже гладила твердый живот Макса, двигаясь ниже и ниже…

Но до заветного места я не добралась, Макс резко перехватил мою руку. От неожиданности я ахнула.

– Бляяяядь, что ты творишь? – сонно простонал Макс.

Было понятно, что он не спит, причем давно. Макс повернулся, и вот мы лежали лицом к лицу. Его губы были так близко… Мне казалось, что я сейчас потеряю сознание от волнения и желания, но я сделала над собой усилие и, взяв Макса за руку, приложила его руку к своей груди.

– Макс, я хочу тебя, – прошептала я.

– Если ты сейчас же не уйдешь отсюда, я оттрахаю тебя, как последнюю шлюху! – Макс был на пределе. Он был рассержен и возбуждён не меньше, чем я, и его угрозы выглядели очень убедительно.

Я испуганно сглотнула, понимая, что разгневанный Макс, наверное, не самый нежный любовник. Рука Макса всё ещё продолжавшая лежать на моей груди нервно подрагивала.

– Я никуда не уйду! – с вызовом бросила я.

Глаза Макса сверкнули в полутьме.

– Видит Бог, что я противился, как мог! Ты не оставляешь мне выбора! – Эти слова были сказаны им скорее для собственного оправдания. Мне оправдываться было не в чем и незачем.

Макс властно закинул одну мою ногу на себя и впился в мои губы поцелуем. Потом он провёл языком от моего уха до ложбинки между грудей. Его дыхание было сбивчивым и обжигало мою кожу, казалось, он едва сдерживается. Я совсем потеряла голову, когда Макс начал жадно целовать мою грудь, я его рука требовательно ласкала меня между ног. Эти прикосновения показались мне сущей пыткой, которая длилась до тех пор, пока я не стала жаться к нему теснее, требуя проникновения.

– Макс, пожалуйста… Сделай это прямо сейчас, – простонала я.

Дважды Макса просить не пришлось, он тут же раздвинул мои бедра и навис надо мной. Я сама подалась ему навстречу и вот наши тела слились воедино. Макс вошёл в меня одним резким движением, но сделать это до конца ему не удалось. Я ахнула от боли и непривычных ощущений внутри себя. Чувствуя преграду, Макс инстинктивно попытался отстраниться, но я обвила его бедра ногами, снова подавшись навстречу. Снова боль.

– Господи Исусе! – простонал Макс. – Ты… Как ты?…Я не могу остановиться, прости!

С этими словами он снова сделал резкий толчок, и вот он был во мне безо всяких преград.

– Милая, расслабься, – прошептал он мне в ухо, всей своей тяжестью вдавив меня в матрас. – Сейчас будет хорошо, – пообещал он.

Макс поглаживал мои бедра, и я расслабила ноги, выпуская Макса из этого плена. Он двигался медленно и осторожно, пока я не застонала от удовольствия, затем на секунду остановился, переводя дух.

– Макс, – задыхаясь, произнесла я. – Я.. Я больше не могу! Это невыносимо!

– Всё хорошо, моя сладкая, так и должно быть, – успокоил меня Макс.

Жажда обладания. Медленнее. Глубже. Влажный запах огромного, мощного и сильного мужчины. Первого мужчины. Любимого мужчины. Он берёт меня. Здесь и сейчас. Сладкое напряжение. Взрыв. Ядерный гриб, сметающий всё на своем пути. Слёзы счастья и облегчения.