Читать книгу "Цивилистический процесс: вчера, сегодня, завтра. Liber Amicorum. В честь профессора И.В. Решетниковой"

19. Сериков Ю.А. Презумпции в гражданском судопроизводстве / Науч. ред. В.В. Ярков. М., 2006. 184 с.

20. Справочник по доказыванию в административном судопроизводстве / И.В. Решетникова, М.А. Куликова, Е.А. Царегородцева. М., 2016. 128 с.

21. Справочник по доказыванию в арбитражном процессе / Под ред. И.В. Решетниковой. М., 2021. 360 с.

22. Справочник по доказыванию в гражданском судопроизводстве / Под ред. И.В. Решетниковой. 7-е изд., доп. и перераб. М., 2022. 472 с.

23. Треушников, М.К. Судебные доказательства. М., 1997. 320 с.

М.О. Дьяконова, П.Д. Печегина
Концептуальные основы унификации и дифференциации гражданского процесса

Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, Москва, Россия; civil@izak.ru

Мария Олеговна Дьяконова – кандидат юридических наук, ведущий научный сотрудник отдела гражданского законодательства и процесса Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации.

Полина Денисовна Печегина – кандидат юридических наук, младший научный сотрудник отдела гражданского законодательства и процесса Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации.

В статье проводится анализ тенденций унификации и дифференциации цивилистического процесса на современном этапе, рассматриваются проблемы соотношения гражданского, арбитражного и административного судопроизводств. Авторы формулируют варианты дальнейшего развития системы гражданского процессуального законодательства и приходят к выводу, что в условиях отсутствия единой концептуальной законодательной базы, регулирующей деятельность по отправлению правосудия по гражданским делам, перспектива дальнейшего реформирования процессуального законодательства огранивается дублированием правовых институтов и норм в ГПК РФ, АПК РФ и КАС РФ и лишь фрагментарным устранением необоснованных различий в правовом регулировании схожих процессуальных правоотношений.

Ключевые слова: цивилистический процесс, арбитражное судопроизводство, административное судопроизводство, унификация процессуального законодательства, дифференциация процессуального законодательства.

Conceptual foundations of unification and differentiation of the civil procedure

M.O. Diakonova, P.D. Pechegina

Institute of Legislation and Comparative Law under the of the Russian Federation

Maria O. Diakonova – Candidate of Law, Leading Researcher of the Department of Civil Legislation and Process of the Institute of Legislation and Comparative Law under the Government of the Russian Federation.

Polina D. Pechegina – Candidate of Law, Researcher of the Department of Civil Legislation and Process of the Institute of Legislation and Comparative Law under the Government of the Russian Federation.

The article analyzes the trends of unification and differentiation of the civil procedure at the present stage, examines the problems of the correlation of civil, commercial and administrative proceedings. The authors formulate options for further development of the system of civil procedural legislation and come to the conclusion that in the absence of a unified conceptual legislative framework governing the administration of justice in civil cases, the prospect of further reform of procedural legislation is limited by the duplication of legal institutions and norms in the Civil Procedure Code, Commercial (Arbitrazh) Procedure Code, Administrative Procedure Code of the Russian Federation and only fragmentary elimination of unjustified differences in the legal regulation of similar procedural legal relations.

Keywords: civil procedure; arbitration proceedings; administrative proceedings; unification of procedural legislation; differentiation of procedural legislation.

* * *

Вопросы системы процессуального законодательства не только сохраняют свою значимость, но и приобретают новую остроту в современных условиях, что отражается на числе научных публикаций по этой тематике, разработке и принятии законопроектов, имеющих соответствующую направленность, содержании разъяснений вопросов применения процессуального законодательства высшей судебной инстанцией. В целом наблюдается два разнонаправленных процесса – унификации и дифференциации гражданского процессуального законодательства.

Унификация процессуального законодательства. Начиная с 2014 г., существовавшие ранее обособленно системы судов общей юрисдикции и арбитражных судов объединены в целостную структуру, возглавляемую одним руководящим органом – ВС РФ, который является вышестоящей надзорной инстанцией для гражданских, уголовных и административных дел.

Создание объединенной высшей инстанции обусловило проведение огромной работы по унификации цивилистического процесса. Вместе с тем сам по себе факт формирования единого высшего судебного органа не является первопричиной унификации. Для унификации процессуального законодательства существуют и объективные факторы. Как справедливо отмечает И.В. Решетникова, все процессуальные отрасли права имеют сходства в отраслеобразующих признаках: предмете, методе правового регулирования, принципах, а также наличии большого количества межотраслевых правовых институтов[201]201
  См.: Решетникова И.В. Унификация процессуального законодательства. Ждать ли революций?! // Законы России: опыт, анализ, практика. 2015. № 3. С. 3–9; Решетникова И.В. Современное процессуальное право: унификация или дифференциация? // Вестник гражданского процесса. 2020. № 2. С. 32–52.


[Закрыть].

И.В. Решетникова рассматривает несколько возможных подходов к унификации:

• «механистическое» соединение имеющегося процессуального законодательства, чего не хотелось бы, так как в этом случае невозможно создать единый процесс;

• «мягкая» унификация – создание нового единого процессуального кодекса на основании первичного объединения имеющегося правового регулирования и выстраивания как единых подходов в правовом регулировании (где это возможно), так и сохранения специфики регламентирования (где это необходимо);

• «революционная» унификация – смести все, что наработано в законодательстве, и создать новое (наверное, это самый проигрышный вариант) – без истоков нет движения вперед. Кроме того, и ГПК, и АПК успешно применялись с 2002 г., нет объективных оснований для их ломки[202]202
  Решетникова И.В. Унификация процессуального законодательства. Ждать ли революций?! // Законы России: опыт, анализ, практика. 2015. № 3. С. 3–9.


[Закрыть].

Современное реформирование процессуальных кодексов свидетельствует об избрании модели унификации норм в рамках действующих ГПК РФ, АПК РФ, КАС РФ процессуального законодательства. Недостатками такого подхода являются:

• дублирование большого объема законодательного материала;

• нарушение единообразного понимания и толкования тождественных правовых норм;

• необоснованные противоречия в регулировании отдельных вопросов в различных процессуальных кодексах.

Ярким проявлением унификации процессуального права является принятие 8 декабря 2014 г. Концепции единого ГПК РФ[203]203
  «Концепция единого Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» (одобрена решением Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству ГД ФС РФ от 8 декабря 2014 г. № 124(1)) // СПС «КонсультантПлюс».


[Закрыть]. Создание единого процессуального кодекса, содержащего среди прочего специальные правила рассмотрения отдельных категорий дел, и ранее предлагалось в науке, например, в советский период разрабатывалось так называемое судебное право, объединяющее не только гражданский, но и уголовный процесс.

Возникшая идея создания Единого гражданского процессуального кодекса требует проведения сложной и трудоемкой работы. Например, разработка действующего ГПК РФ 2002 г. началась еще в 1993 г. Потребовалось 10 лет законотворческой работы, прежде чем были реализованы идеи, заложенные в Концепции судебной реформы 1991 г. Содержание же принятой в 2014 г. Концепции вызвало среди большинства процессуалистов обоснованную критику[204]204
  «Местами авторы увлекаются рассмотрением мелких и частных вопросов, забывая, что Концепция ГПК РФ – это не просто модель проекта ГПК, а документ, в котором на должном уровне обобщения должен быть выделен комплекс ключевых положений или установок, позволяющих видеть направленность развития процессуального законодательства на годы вперед». Шерстюк В.М. Категории «действительность» и «возможность» в гражданском процессуальном праве // Вестник гражданского процесса. 2016. № 6. С. 12. В.М. Жуйков справедливо отмечает, что анализ российского процессуального законодательства «свидетельствует об отсутствии единой концепции его развития». Жуйков В.М. Предисловие // Теоретические и практические проблемы гражданского, арбитражного процесса и исполнительного производства: Сборник науч. статей. Краснодар; СПб., 2005. С. 13.


[Закрыть]. Недостатки Концепции Единого ГПК РФ, отсутствие конструктивной законопроектной работы в данном направлении, а также принятие КАС РФ делают неубедительными доводы о необходимости и возможности скорейшего проведения столь масштабной реформы.

Не исключается такая модель унификации процессуального законодательства, в рамках которой будут приняты Основы гражданского судопроизводства в форме Федерального конституционного закона. Часть 3 ст. 128 Конституции РФ это позволяет, поскольку предусматривает, что полномочия, порядок образования и деятельности КС РФ, ВС РФ и иных федеральных судов устанавливаются федеральным конституционным законом.

В Основах следует определить:

• систему процессуального законодательства и правил его применения (толкования, разрешения коллизий, преодоления пробелов);

• общие задачи судопроизводства;

• принципы правосудия;

• виды судебных актов и предъявляемые к ним требования;

• правила формирования состава суда, рассматривающего дело, основания для отвода судей, порядок заявления и разрешения ходатайств об отводах;

• компетенцию судов;

• общие правила о доказательствах и доказывании (в частности и средствах доказывания);

• виды производства в суде первой инстанции;

• виды производств по проверке и пересмотру судебных актов, общие положения об их содержании;

• общие положения об исполнении судебных актов.

Изложенные аспекты в процессуальных кодексах (ГПК РФ, АПК РФ, КАС РФ) нередко в отсутствие каких-либо объективных причин урегулированы по-разному, что создает препятствия в осуществлении правосудия, поскольку нарушает конституционный принцип равенства всех перед законом и судом. Необоснованные различия в регулировании гражданского судопроизводства не позволяют единообразно раскрыть гарантии права на судебную защиту независимо от вида и правового статуса ищущего ее лица[205]205
  Научные концепции развития российского законодательства: Монография. 7-е изд. доп. и перераб. / С.Е. Нарышкин, Т.Я. Хабриева, А.И. Абрамова и др.; отв. ред. Т.Я. Хабриева, Ю.А. Тихомиров; Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации. М., 2015. С. 367–381 (автор главы 25 «Развитие законодательства о гражданском судопроизводстве» – Глазкова М.Е.).


[Закрыть]. Принятие Основ позволит во многом решить проблемы унификации процессуального законодательства и избавиться от указанных недостатков, при этом сохранив специфику рассмотрения и разрешения отдельных категорий дел в процессуальных кодексах[206]206
  Проблемы развития процессуального права России / Под ред. В.М. Жуйкова. М., 2016. С. 91–98.


[Закрыть].

Тенденция унификации проявляется не только в разработке концепции Единого ГПК РФ, но и в подходах к изменениям процессуального законодательства. Так, изменения, как правило, либо вносятся в ГПК РФ, АПК РФ и КАС РФ «единым пакетом», либо направлены на ликвидацию имеющихся различий, как метко называет данный процесс И.В. Решетникова – «хорошо зарекомендовавший себя процесс взаимного обогащения»[207]207
  Решетникова И.В. Новейшие изменения в арбитражном и гражданском процессуальном законодательстве // Законы России: опыт, анализ, практика. 2019. № 2. С. 59–64.


[Закрыть]. Среди таких изменений: внедрение в ГПК РФ известных арбитражному процессу видов производств – упрощенного и группового, имплементация из ГПК РФ в АПК РФ и КАС РФ правил о приказном производстве[208]208
  Федеральный закон от 2 марта 2016 г. № 45-ФЗ «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации и Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» // СЗ РФ. 2016. № 10. Ст. 1319; Федеральный закон от 2 марта 2016 г. № 47-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» // СЗ РФ. 2016. № 10. Ст. 1321; Федеральный закон от 5 апреля 2016 г. № 103-ФЗ «О внесении изменений в Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» // СЗ РФ. 11 апреля 2016 г. № 15. Ст. 2065.


[Закрыть], реформирование порядка отвода судьи в гражданском процессе по аналогии с арбитражным, закрепление института отказа в принятии искового заявления в АПК РФ, расширение полномочий прокурора в арбитражном процессе, создание идентичных правил проверки судебных актов, закрепление во всех трех кодексах примирительных процедур и др.

Таким образом, как указывает И.В. Решетникова, в последние годы при существовании самостоятельных процессуальных кодексов имела место определенная фрагментарная унификация, т. е. унификация определенных процессуально-правовых институтов[209]209
  См.: Решетникова И.В. Унификация процессуального законодательства. Ждать ли революций?! // Законы России: опыт, анализ, практика. 2015. № 3. С. 3–9.


[Закрыть].

Другим важным шагом на пути к унификации стало исключение института подведомственности[210]210
  Федеральный закон от 28 ноября 2018 г. № 451-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».


[Закрыть]. Само по себе текстуальное изменение названий соответствующих институтов не является самоценным, вместе с тем ряд связанных с этим нововведений, в частности о возможности передачи дела по подсудности из суда общей юрисдикции в арбитражный суд и наоборот, позволяет говорить о повышении доступа к правосудию.

В качестве проявления тенденции унификации можно привести закрепленное в ГПК РФ (ст. 331) и КАС РФ (ст. 161) право перехода суда к рассмотрению дела по правилам другого вида судопроизводства (из гражданского в административное и наоборот) без необходимости прекращения производства по делу (и допускаемое в том числе на этапе апелляционного и кассационного обжалования!). Такой подход законодателя свидетельствует о том, что различия в порядке судебной защиты в указанных видах судопроизводств не столь принципиальны, что само по себе рассмотрение дела без учета процессуальных особенностей КАС РФ в целом не свидетельствует о каких-либо существенных нарушениях прав лиц, участвующих в деле, если оно не повлекло возникновение каких-либо оснований для отмены (изменения) судебных постановлений. Не это ли говорит об общей концептуальной основе гражданского и административного судопроизводств?

Практически полностью унифицирована система проверки и пересмотра судебных актов, в частности, в результате внедрения в арбитражный процесс порядка двойного кассационного обжалования, реформирования надзорного производства, гармонизации норм об основаниях для отмены (изменения) судебных актов. В целом унификация норм процессуального права, регулирующих производство в проверочных инстанциях, пошла по пути копирования правил гражданского процесса, что во многом обусловлено созданием единого Верховного Суда.

Вместе с тем процесс унификации процессуального законодательства не окончен. В отсутствие единой концептуальной законодательной базы, регулирующей деятельность по отправлению правосудия по гражданским делам, перспектива дальнейшего реформирования процессуального законодательства огранивается дублированием правовых институтов и норм в ГПК РФ, АПК РФ и КАС РФ и фрагментарным устранением необоснованных различий в правовом регулировании схожих процессуальных правоотношений.

В частности, это касается таких значимых вопросов, как состав суда и процессуальный статус отдельных участников гражданского судопроизводства; перечень доказательств, правила их раскрытия и обеспечения; порядок судебного извещения, течение процессуальных сроков, применение предварительных обеспечительных мер, порядок совершения отдельных процессуальных действий в ходе рассмотрения дела, возможность обжалования отдельных видов судебных актов, полномочия суда апелляционной инстанции и др.

Например, ст. 328 ГПК РФ и ст. 269 АПК РФ, в отличие от ст. 309 КАС РФ, не предусматривают полномочие суда апелляционной инстанции отменить решение суда и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Такое полномочие для отдельных случаев закреплено только в актах разъясняющего характера[211]211
  Пункт 53 Постановления Пленума ВС РФ от 22 июня 2021 г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»; пункт 28 Постановления Пленума ВС РФ от 30 июня 2020 г. № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции».


[Закрыть].

В целях эффективной защиты прав граждан и организаций во всех процессуальных кодексах следует на законодательном уровне предоставить указанное полномочие суду апелляционной инстанции. В качестве таких случаев возможно предусмотреть:

• нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, устанавливающих правила подсудности[212]212
  В настоящее время данное правило содержится в Постановлении Пленума ВС РФ от 19 июня 2012 г. № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» (п. 37, 38).


[Закрыть];

• рассмотрение дела судом первой инстанции в незаконном составе;

• рассмотрение дела судом первой инстанции в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания;

• разрешение судом первой инстанции вопроса о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

Дифференциация процессуального законодательства. Параллельно с процессом унификации процессуального законодательства в его системе происходят процессы дифференциации правовых норм, институтов, производств и судопроизводств. Таким образом, системные изменения цивилистического процесса носят разнонаправленный, но не взаимоисключающий характер, обеспечивая адаптацию механизма защиты прав и законных интересов к меняющимся социально-экономическим условиям.

Проявлением дифференциации является принятие КАС РФ, который «вырос» из производства по делам из публичных правоотношений в ГПК РФ и в настоящее время регулирует порядок рассмотрения и разрешения споров между гражданами и органами государственной власти[213]213
  См. оценку принятия КАС со стороны ученых: Актуальные вопросы развития административного судопроизводства: Сборник материалов научно-практической конференции / Под общ. ред. А.Ю. Карташова. Тверь, 2016.


[Закрыть].

Как отмечалось выше, аргументом в пользу принятия в 2015 г. обособленного кодекса послужило указание в Конституции РФ на административное судопроизводство как на самостоятельный вид судопроизводства. Вместе с тем, принимая во внимание развитие процессуального законодательства по рассмотрению и разрешению публично-правовых споров[214]214
  В дореволюционной России публично-правовые требования рассматривались губернскими присутствиями – административными учреждениями, никак не связанными с судебными органами и подчиняющимися непосредственно Сенату. По УГС 1864 г. лишь дела казённого управления рассматривались и разрешались судом по общим правилам искового производства с некоторыми особенностями, но и в этих делах органы государственной власти, как указывал Е.В. Васьковский, выступали не в качестве носителей государственного суверенитета, а в качестве «частноправового юридического лица, участвовавшего в гражданском обороте на правах обыкновенного частного лица». Иначе говоря, судебный контроль за законностью в сфере государственного управления отсутствовал в принципе. Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса. М., 1917. С. 329.
  После революции 1917 г. ситуация не изменилась: в той политической конъектуре, когда должности в органах исполнительной власти занимали, как правило, члены правящей партии, жалобы и предложения граждан были не чем иным, «как только информацией о существовании определенных упущений». Носов Е.К. К вопросу о теории советской административной юстиции // Советское право. 1925. № 4. С. 83.
  С 1930-х годов отношение законодателя к административной юстиции постепенно стало изменяться. Постановление ЦИК и СНК СССР от 11 апреля 1937 г. «Об отмене административного порядка и установлении судебного порядка изъятия имущества в покрытии недоимок по государственным и местным налогам, обязательному окладному страхованию, обязательным натуральным поставкам и штрафам с колхозов, кустарно-промысловых артелей и отдельных граждан». СЗ СССР. 1937. № 30.
  К 1960-м годам только три категории административных дел были отнесены к ведению суда, и они же вошли в ГПК РСФСР 1964 г. в виде отдельной главы, т. е. общая закономерность проявлялась в том, что компетенция судов расширялась, но оставалась специальной.
  Конституция СССР 1977 г. впервые провозгласила право граждан обжаловать в суд действия должностных лиц, но лишь спустя 10 лет была создана адекватная законодательная конструкция реализации этого конституционного права: был принят Закон СССР от 30 июня 1987 г. «О порядке обжалования в суд неправомерных действий должностных лиц, ущемляющих права граждан». Однако он оказался малоэффективным и практически не расширил сферу судебного контроля.
  Принципиальную роль для дальнейшего развития судебной защиты прав граждан в сфере публичных правоотношений сыграла Конституция РФ 1993 г. и новеллы ГПК 1993, 1995, 2000 гг., развивающие ее положения.


[Закрыть], становится ясно, что норма ст. 118 Конституции РФ, в совокупности с ч. 2 ст. 46 прежде всего призвана гарантировать возможность защиты публичных прав в судебном порядке (а во внесудебном порядке – в вышестоящем органе), а не разграничить производства между собой или дать исчерпывающий перечень возможных процессуальных порядков. В науке не раз указывалось, что применительно к значительному числу норм этого Кодекса имеет место очевидное дублирование общих положений ГПК РФ и норм, включенных в его ранее действовавший подраздел III «Производство по делам, возникающим из публичных правоотношений». В целом функциональные институты КАС РФ практически полностью повторяют аналогичные институты ГПК РФ. При этом понятийный аппарат КАС РФ пополнился важнейшей категорией гражданского процессуального права – иск («административное исковое заявление»), и логическим продолжением этой новации стало включение в текст нового Кодекса понятий «административный истец» и «административный ответчик». Избранные законодателем формулировки (по сравнению с терминологией утративших силу гл. 23–26.2 ГПК РФ и аналогичных норм АПК РФ, действующих в настоящее время) подчеркивают единство искового производства как базовой модели судопроизводства гражданского и административного, несмотря на различную юридическую природу спорных правоотношений.

Зачастую решение или действие государственного органа, должностного лица, иного субъекта, наделенного публичными полномочиями, выступает необходимым условием возникновения субъективного права и развития гражданских, земельных, трудовых и других правоотношений либо препятствует реализации правомочий, относящихся к частноправовой сфере. Обращаясь к судебной защите, заинтересованные лица стремятся выбрать оптимальную, с их точки зрения, конструкцию иска: например, они могут одновременно выдвинуть требования о защите гражданского права и о признании незаконными решения, действия (бездействия) властного субъекта. В соответствии с ч. 1 ст. 33.1 ГПК РФ, если разделение этих требований невозможно, они подлежат рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства (такое же правило закреплено в ч. 1 ст. 16.1 КАС РФ). В большинстве случаев совместное рассмотрение разнородных требований предпочтительнее их самостоятельного рассмотрения в порядке гражданского и административного судопроизводства, поскольку это требует дополнительного времени, организационных и финансовых затрат, а также повышает нагрузку на судей[215]215
  См. подробнее: Жуйков В.М., Долова М.О. Актуальные проблемы унификации процессуального законодательства // Журнал российского права. 2019. № 8. С. 124, 127; Ганичева Е.С. О некоторых проблемах развития административного судопроизводства // Образование и право. 2021. № 1. С. 91.


[Закрыть]. В то же время рассмотрение по правилам гражданского судопроизводства требований публично-правового свойства (административных исков), пусть даже в минимальной степени, но обесценивает реализованную в ходе создания и принятия КАС РФ идею дифференциации процессуального режима рассмотрения судами общей юрисдикции дел, возникающих из административных или иных публичных правоотношений, и гражданских дел.

Иным проявлением дифференциации процессуального законодательства является закрепление на конституционном уровне самостоятельности арбитражного судопроизводства. Поправками к Конституции РФ 2020 г. ч. 2 ст. 118 Конституции РФ дополнена новым, теперь самостоятельным видом судопроизводства – арбитражным[216]216
  Закон РФ о поправке к Конституции РФ от 14 марта 2020 г. № 1-ФКЗ «О совершенствовании регулирования отдельных вопросов организации и функционирования публичной власти» // СЗ РФ. 16 марта 2020 г. № 11. Ст. 1416.


[Закрыть]. Такая инициатива не нова – при подготовке проекта Конституции РФ 1993 г. этот вопрос также обсуждался, однако хозяйственное судопроизводство было исключено из проекта без необходимых пояснений[217]217
  Из истории создания Конституции Российской Федерации. Конституционная комиссия: стенограммы, материалы, документы (1990–1993 гг.) / Под общ. ред. О.Г. Румянцева. М., 2008. С. 298, 360.


[Закрыть], хотя к тому времени уже действовал первый АПК РФ 1992 г. Ранее отсутствие специального указания на арбитражное судопроизводство в Конституции РФ, а также существенных специфических отличий от конституционно закреплённых видов, позволило утверждать, что арбитражные суды осуществляют гражданское и административное судопроизводство, что не образует самостоятельного вида судопроизводства[218]218
  См., напр.: Т.В. Сахнова. Курс гражданского процесса. М., 2014. С. 26.


[Закрыть].

Самостоятельность арбитражной процессуальной формы можно попробовать обосновать спецификой рассмотрения и разрешения экономических споров и статуса участников таких споров[219]219
  Такая специфика обусловлена, например, следующим:
  1) правила ГПК РФ ориентированы на активное содействие гражданам в защите их нарушенных прав и свобод в целях установления фактов объективной действительности, в то время как производство в арбитражном суде ориентировано на защиту экономических свобод и рассмотрение именно предпринимательских споров, возникающих между профессиональными участниками товарооборота;
  2) в качестве главного содержательного критерия отличия гражданского и арбитражного процесса выступает нормативное определение разрешаемых арбитражным судом экономических споров (особенности рассмотрения корпоративных споров, банкротства и др.);
  3) гражданский процесс, в отличие от арбитражного, не ориентирован на профессиональную деятельность участников спора и профессиональное судебное представительство (в производстве мирового судьи, районного суда допускаются в качестве представителей лица, не имеющие юридического образования, в то время как в арбитражном процессе всегда и во всех инстанциях участвуют представители с высшим юридическим образованием; при подаче искового заявления в арбитражный суд требуется ссылка на законы и иные нормативные правовые акты, а для искового заявления в суд общей юрисдикции этого не требуется).


[Закрыть]. Вместе с тем нельзя не отметить подвижность видов судопроизводства и невозможность их рассмотрения в заведомо закрытом перечне, актуальном для всех этапов социально-экономического развития.

Неопределенность и отсутствие идентификационных признаков судопроизводства находит отражение и в действующем российском законодательстве. В отраслевых кодификациях нормы ГПК РФ, АПК РФ, КАС РФ не в полной мере синхронизированы, например, по существу единые по природе отношения по оспариванию нормативных правовых актов, решений, действий (бездействия) органов государственной власти урегулированы одновременно в АПК РФ и КАС РФ. Порядок привлечения к административной ответственности установлен одновременно в АПК РФ и КоАП РФ, при этом имеются существенные различия в порядке рассмотрения в судах общей юрисдикции и в арбитражных судах дел об административных правонарушениях.

В связи с этим в юридической науке и при осуществлении законотворческой деятельности возникают споры по поводу отнесения того или иного процессуального порядка к предусмотренным видам судопроизводств и производств, что обуславливает необходимость разработки единого нормативного акта, в котором закреплялись бы общие для всех судебных порядков положения.

Еще одним проявлением дифференциации процессуального законодательства являются существующие различия в особенностях рассмотрения дел по ГПК РФ, АПК РФ и КАС РФ, что в большинстве случае обусловлено субъектным составом спора. Так, в качестве исключения из общего с 2019 г. для трех процессуальных кодексов правила о профессиональном представительстве[220]220
  Федеральный закон от 28 ноября 2018 г. № 451-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // СЗ РФ. 2018. № 49 (ч. I). Ст. 7523.


[Закрыть] выделены производства у мирового судьи и районного суда, что заслуживает поддержки.

Аналогичная ситуация наблюдается при конструировании обязанности раскрытия доказательств в ГПК РФ, АПК РФ, КАС РФ. Если в АПК РФ и ГПК РФ рассматриваемая обязанность закреплена прямо (ч. 3 ст. 65 АПК РФ, ч. 3 ст. 56 ГПК РФ), то нормы КАС РФ лишь косвенно указывают на нее, упоминая об обязанности административного истца на стадии подготовки дела к судебному разбирательству передать административному ответчику копии документов, в которых содержатся доказательства; для публичного образования – передать суду доказательства, обосновывающие возражения относительно административного искового заявления, а административному истцу или его представителю – копии документов, в которых содержатся эти доказательства (ст. 135 КАС РФ). На основании анализа указанных статей процессуальных кодексов в литературе высказываются позиции о том, что процессуальная возможность ознакомления с доказательствами друг друга по КАС РФ зависит от усмотрения оппонента, что может привести к злоупотреблению процессуальными правами со стороны публично-правовых субъектов[221]221
  См.: Сиразитдинова Ю.Р. Раскрытие доказательств в административном судопроизводстве // Арбитражный и гражданский процесс. 2021. № 9. С. 29–32.


[Закрыть].

Однако указанное замечание скорее относится к общему подходу законодателя, избранному при конструировании норм о раскрытии доказательств в процессуальных кодексах, – обязанность сторон по раскрытию доказательств не была снабжена соответствующей санкцией. В то же время следует отметить, что в данном случае требуется не «легковесно равный, а дифференцированный подход к установлению обязанности по раскрытию доказательств»[222]222
  Смагина Е.С. Участие государства в современном цивилистическом процессе: Монография. М., 2021. 268 с.


[Закрыть]. Представляется наиболее целесообразным закрепление неблагоприятных процессуальных последствий в виде запрета ссылаться на нераскрытые доказательства в ходе рассмотрения и разрешения дела только в АПК РФ, регламентирующего наиболее «профессиональный», арбитражный процесс.

Рассмотренные проявления унификации и дифференциации правил судопроизводства в целом следует оценить положительно. Однако, несмотря на существующую специфику видов судопроизводств, обусловленную субъектным составом участников и характером защищаемого материального права (интереса), подход ГПК РФ, АПК РФ и КАС РФ к конструированию основополагающих институтов цивилистического процесса во многом идентичен. В связи с этим с точки зрения развития системы процессуального законодательства сохраняет актуальность перспектива создания единой нормативной основы цивилистического процесса, основные положения которой должны быть отражены в концепции судебной реформы. Разработка проекта единого ГПК, к сожалению, не получила развития, а произошедшие к настоящему времени изменения упомянутой системы не являются достаточными и завершенными. Сохраняется разобщенность регулирования производства по делам, возникающим из публичных правоотношений, судами общей юрисдикции и арбитражными судами, и на фоне объединения высших судов видится необходимым и объединение процессуально-правовых основ осуществления правосудия. В связи с этим является перспективной регламентация общих правил судопроизводства в Основах гражданского судопроизводства и сохранение только необходимых и обоснованных особенностей отдельных видов производств в процессуальных кодексах. Однако для таких изменений нужны длительные сроки и концептуально проработанная основа.

В данном случае унификация и дифференциация правового регулирования представляют собой взаимообусловленные процессы, которые при их оптимальном сочетании способствуют более четкой, логически выверенной регламентации сходных процессуальных отношений, складывающихся в рамках гражданского, арбитражного и административного судопроизводства, отражающей на уровне кодифицированных актов их особенности.

Подводя итог вышеизложенному, хочется процитировать слова И.В. Решетниковой о том, что «всегда важна обоснованность как для дифференциации, так и для унификации права»[223]223
  Решетникова И.В. Современное процессуальное право: унификация или дифференциация? // Вестник гражданского процесса. 2020. № 2. С. 32–52.


[Закрыть]. Вместе с тем современное процессуальное законодательство не всегда может похвастаться такой обоснованностью, что образует долговременную задачу его реформирования с обязательной научной основой и учетом потребностей судебной практики.

Список литературы

1. Актуальные вопросы развития административного судопроизводства: Сборник материалов научно-практической конференции / Под общ. ред. А.Ю. Карташова. Тверь, 2016.

2. Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса. М., 1917. С. 429.

3. Ганичева Е.С. О некоторых проблемах развития административного судопроизводства // Образование и право. 2021. № 1. С. 85–92.

4. Теоретические и практические проблемы гражданского, арбитражного процесса и исполнительного производства: Сборник науч. статей. Отв. ред. Г.Д. Улетова. Краснодар; СПб., 2005. 560 с.

5. Жуйков В.М., Долова М.О. Актуальные проблемы унификации процессуального законодательства // Журнал российского права. 2019. № 8. С. 121–135.

6. Из истории создания Конституции Российской Федерации. Конституционная комиссия: стенограммы, материалы, документы (1990–1993 гг.) / Под общ. ред. О.Г. Румянцева. М., 2008. 1119 с.

7. Курс гражданского процесса / Т.В. Сахнова. М., 2014. 784 с.

8. Научные концепции развития российского законодательства: Монография. 7-е изд. доп. и перераб. / С.Е. Нарышкин, Т.Я. Хабриева, А.И. Абрамова и др.; отв. ред. Т.Я. Хабриева, Ю.А. Тихомиров; Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации. М., 2015. 544 с.

9. Носов Е.К. К вопросу о теории советской административной юстиции // Советское право. 1925. № 4. С. 70–85.

10. Проблемы развития процессуального права России / Под ред. В.М. Жуйкова. М., 2016. 223 с.

11. Решетникова И.В. Новейшие изменения в арбитражном и гражданском процессуальном законодательстве // Законы России: опыт, анализ, практика. 2019. № 2. С. 59–64.

12. Решетникова И.В. Современное процессуальное право: унификация или дифференциация? // Вестник гражданского процесса. 2020. № 2. С. 32–52.

13. Решетникова И.В. Унификация процессуального законодательства. Ждать ли революций?! // Законы России: опыт, анализ, практика. 2015. № 3. С. 3–9;

14. Сиразитдинова Ю.Р. Раскрытие доказательств в административном судопроизводстве // Арбитражный и гражданский процесс. 2021. № 9. С. 29–32.

15. Смагина Е.С. Участие государства в современном цивилистическом процессе: Монография. М., 2021. 268 с.

16. Шерстюк В.М. Категории «действительность» и «возможность» в гражданском процессуальном праве // Вестник гражданского процесса. 2016. № 6. С. 10–32.