![](/books_files/covers/thumbs_240/primenenie-zakonodatelstva-o-sobstvennosti-trudnye-voprosy-kommentariy-postanovleniya-plenuma-verhovnogo-suda-rf-10-plenuma-vas-rf-22-ot-29-aprelya-2010-g-postanovleniya-plenuma-vas-rf-ot-11-iyulya-164943.jpg)
Автор книги: Константин Скловский
Жанр: Юриспруденция и право, Наука и Образование
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Такое разъяснение содержалось в п. 20 Постановления № 8. В то же время в практике судов общей юрисдикции сохранялась прежняя оценка этого срока как давностного, подлежащего восстановлению и исчисляемого с момента, когда истцу стало известно или должно было стать известно о нарушении права.
Совместная работа Верховного Суда РФ и ВАС РФ над Постановлением потребовала определенных компромиссов в решении этого вопроса. В результате срок предложено исчислять не с момента совершения сделки, которой нарушено право преимущественной покупки, как это было в п. 20 Постановления № 8, а с момента, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении права.
В то же время восстановление срока возможно только для граждан, что вытекает из нормы ст. 205 ГК.
Конечно, такое понимание срока позволяет отнести его к давностному сроку.
Извест но, что практически действие механизма права преимущественной покупки обычно состоит не в переводе на истца прав и обязанностей покупателя, как буквально сказано в законе, а в получении им права собственности, которое уже получил покупатель. Иными словами, налицо выкуп. В Постановлении, по существу, поддержана эта практика, поскольку говорится о том, что решение суда об удовлетворении иска, предъявленного в защиту права преимущественной покупки, является основанием для внесения соответствующих записей в ЕГРП. Это значит, что решение суда служит основанием для отобрания права собственности у покупателя и передачи этого права истцу.
Поскольку речь идет о праве общей собственности, то перед судом не стоит вопрос о передаче владения: право на долю в общей собственности в форме выкупа его по суду переходит в порядке ст. 251 ГК, в момент внесения записи в ЕГРП.
Споры, связанные с применением правил о приобретательной давности
15. В силу пункта 1 статьи 234 ГК РФ лицо – гражданин или юридическое лицо, – не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).
При разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:
давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;
давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;
давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 ГК РФ);
владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т. п.).
Институт приобретательной давности является важнейшим механизмом, направленным на восстановление системных связей между нормами о приобретении права собственности и нормами о защите права собственности, которые в гражданском обороте неизбежно влекут частные противоречия и несовпадения.
Прежде всего нужно сказать, что ограничение виндикации, состоящее в защите добросовестного приобретателя, само по себе приводит к тому, что возникает фигура добросовестного приобретателя имущества, который, являясь незаконным владельцем (это уже было показано в комментарии к п. 13), защищен от иска собственника об изъятии вещи, но сам собственником не становится.
Для введения вещи, находящейся в незаконном владении, в оборот и создан прежде всего механизм приобретения по давности, который не случайно увязан с добросовестностью владельца.
Следует снова заметить, что добросовестность приобретения возможна исключительно в силу недействительной сделки. Поэтому добросовестный владелец – это тот, кто приобрел вещь по недействительной сделке, но не знал и не мог знать, что отчуждатель не имеет права на отчуждение.
Об этом говорится в п. 15 Постановления.
Может ли добросовестность возникнуть не из сделки, которая отнесена законом к производным способам приобретения права собственности (п. 2 ст. 218 ГК), а из акта первоначального приобретения права собственности, например из создания вещи для себя (строительства) (п. 1 ст. 218 ГК)?
На этот вопрос приходится давать отрицательный ответ.
Так, нарушение правил в процессе строительства исключает добросовестность в смысле ст. 234 ГК, т. е. в смысле извинительного заблуждения об отсутствии права на вещь. В то же время вынужденное нарушение порядка строительства, вызванное незаконными действиями (в том числе бездействием) органов государственного управления, может быть учтено судом при решении спора о признании права собственности на самовольное строение в пользу самовольного застройщика. Однако способ приобретения права собственности на самовольную постройку, предусмотренный ст. 222 ГК, имеет природу, отличную от приобретения права собственности по давности владения в порядке ст. 234 ГК.
Получение права собственности на находку, бесхозяйное имущество и др. регулируется специальными правилами, хотя при этом и не исключается приобретение собственности по приобретательной давности; впрочем, приобретение по давности для лиц, перечисленных в ст. 225–233 ГК, обычно все же недоступно, так как у них не имеется доброй совести в смысле ст. 234 ГК.
В целом приобретение собственности по давности не заняло до сих пор заметного места в хозяйственной жизни.
Вместе с тем с момента создания механизма приобретения собственности добросовестным приобретателем в порядке, описанном в п. 2 ст. 223 ГК (см. комментарий к п. 13 Постановления), сфера действия механизма приобретения по давности в порядке ст. 234 ГК резко сократилась не только в практическом, но и в юридическом отношении.
Теперь любой добросовестный владелец – и движимости, и недвижимости – приобретает право собственности с момента получения вещи по сделке, если эта вещь не может быть виндицирована собственником. Ожидать истечения установленных в ст. 234 ГК сроков (5 и 15 лет соответственно для движимых и для недвижимых вещей) ему совсем не нужно.
Видимо, следует поэтому квалифицировать механизм, созданный п. 2 ст. 223 ГК, как моментальную приобретательную давность. С возникновением этой моментальной приобретательной давности возникает вопрос, какова теперь сфера действия обычной приобретательной давности по ст. 234 ГК.
Иногда говорят, что она действует для тех случаев, которые не защищены оговоркой о добросовестном приобретении, скажем, для случаев получения вещи по безвозмездному договору. Но п. 2 ст. 223 ГК, видимо, не исключает возможность получения в собственность имущества, добросовестно приобретенного по безвозмездной сделке, если собственник не истребовал вещь виндикационным иском. Впрочем, хозяйственное значение этих случаев весьма и весьма невелико.
Пожалуй, лишь для вещей, утраченных собственником помимо воли и затем не истребованных (что так же бывает нечасто), формально сохраняет действие обычная приобретательная давность.
Например, автовладелец передал автомобиль в ремонт или в аренду. Автомастерская (арендатор) не вправе отказаться вернуть заказчику автомобиль, даже если докажет, что автомобиль был некогда угнан, а потому заказчик не является собственником и, соответственно, не вправе ни распоряжаться автомобилем, ни требовать его от незаконного владельца. Ведь право сделать такое заявление доступно только собственнику.
Тем не менее если все же спор перейдет в эту плоскость (это возможно прежде всего из-за инерционного действия механизма реституции в судебной практике), то автовладелец сохраняет право на возражение, что он владеет для давности (оно может применяться на самом деле наряду с утверждением, что он является собственником, пока вещь не истребована от него виндикационным иском, что представляется более точной квалификацией ситуации) и защищается в рамках ст. 234 ГК[12]12
См. п. 17 Постановления.
[Закрыть].
Как известно, все средства защиты владения (об этом будет сказано ниже) доступны и собственнику.
Приходится все же признать, что перечисленные выше ситуации носят скорее умозрительный характер, а в целом практическое значение давностного приобретения оказывается небольшим.
Разъяснения, данные в п. 15 Постановления в части толкования реквизитов приобретательной давности, вполне традиционны.
Предполагается, что вещь приобретена по недействительной сделке, совершенной неуправомоченным отчуждателем, при извинительном заблуждении на этот счет приобретателя. Добрая совесть должна иметься как в момент заключения сделки, так и в момент ее исполнения (получения владения). Об этом уже говорилось выше.
Для приобретательной давности действует правило: если добрая совесть имеется в момент получения вещи во владение, то последующая ее утрата не препятствует приобретению по давности.
Владение наряду с иными качествами, такими как фактическое господство, позволяющее использовать вещь по назначению, и др., характеризуется и исключительностью, т. е. отсутствием других лиц, относящихся к той же вещи как к своей. В этом плане можно сослаться на дело, в котором суд не согласился с требованием о приобретении по давности организации общежития, сославшись на то, что в нем живут граждане, имеющие собственное право на приватизацию. Впрочем, в деле ставится под сомнение и добросовестность истца[13]13
Постановление Президиума ВАС РФ от 28 февраля 2012 г. № 13464/12.
[Закрыть].
Такое условие, как открытость владения, по существу, вновь указывает на добрую совесть: владелец ведет себя так, как ведет собственник, не прячет вещь от других. Ведь сокрытие вещи обычно говорит о сомнениях в праве на нее. Если владение вещью по своему назначению не осуществляется открыто (биологические образцы, экспонаты, которым не имеется места в основной экспозиции по объективным причинам, и т. д.), то это не должно трактоваться как сокрытие вещи для целей ст. 234 ГК.
В Постановлении даны точные указания об исчислении срока владения, в том числе о прибавлении срока при правопреемстве. Сингулярное правопреемство означает, по-видимому, сделку, в том числе и, пожалуй, преимущественно[14]14
Можно показать, что любая сделка об отчуждении вещи, совершенная владельцем для давности, может быть признана ничтожной. Однако я бы исходил из того, что если не доказан интерес (видимо, прежнего собственника) в оспаривании такой сделки, не следует применять нормы о последствиях ее ничтожности. Такой подход вытекает из ст. 166 ГК, не допускающей оспаривать сделку без интереса в применении последствий недействительности.
[Закрыть] – недействительную. Но в этом случае приобретатель должен все же находиться в доброй совести[15]15
См., например, Постановление Президиума ВАС РФ от 5 июня 201212 г. № 238/12. 36
[Закрыть].
Для универсального правопреемства добрая совесть получателя не обязательна. Достаточно получения владения вещью в составе прочего имущества, даже если при этом правопреемник имеет основания сомневаться в праве на отдельную вещь (например, к моменту правопреемства предъявлен иск прежнего собственника о праве на спорное имущество). Но при этом, конечно, мы понимаем, что наследодатель или иной правопредшественник получил вещь добросовестно.
Перерыва во владении для универсального правопреемника не наступает, несмотря на период ожидания вступления в наследство, когда вещь находится во владении третьих лиц, даже если это владение третьих лиц превышает установленный законом срок вступления в наследство.
Владелец для давности, добросовестно считая себя собственником, не может не вступать в различные сделки по поводу вещи, находящейся в его владении, передавать ее другим лицам без ее отчуждения. Например, вещь может передаваться в починку, на хранение, передаваться перевозчику, сдаваться в аренду и т. д. Такая передача владения иным лицам считается временной утратой владения и не влияет на исчисление срока исковой давности. Для исчисления общего срока давности неважно, утрачена ли добросовестность владельцем для давности в момент заключения указанных сделок: мы уже отметили, что добросовестность нужна только в момент приобретения (точнее в два момента – момент заключения сделки о приобретении вещи и момент исполнения этой сделки, получения владения).
Утрата доброй совести в дальнейшем не влияет на течение приобретательной давности, как уже говорилось. Например, если арендатор вещи, полученной от владельца для давности, откажется ее возвращать, ссылаясь на то, что вещь не принадлежит арендодателю на праве собственности, и докажет этот факт в суде, то добрая совесть владельца будет, конечно, утрачена. Тем не менее арендатор все равно должен будет вернуть вещь, а срок приобретательной давности прерван не будет.
Получение вещи по договору с собственником означает, что получатель вещи точно знает, что он собственником не является. Тем самым исключается его добросовестность. Это положение закреплено в последней части п. 1 Постановления, в котором разъясняется, что наличие договора с собственником исключает добрую совесть и тем самым приобретение вещи по давности в порядке ст. 234 ГК.
Иногда возникает вопрос, начато ли владение для давности в случае, когда истек срок договора, но собственник не потребовал вещь (в том числе в случае исчезновения собственника без правопреемства) либо пропустил срок исковой давности для требования вещи. Строго логически на этот вопрос нужно дать отрицательный ответ, поскольку в этих случаях доброй совести у владельца, очевидно, не имеется.
Вместе с тем практика Президиума ВАС РФ показывает, что пропуск срока исковой давности для виндикационного иска рассматривается как достаточное основание для приобретения права собственности на объект по правилам п. 13 Постановления (при таких фактах, как открытое владение, регистрация права)[16]16
Постановление Президиума ВАС РФ от 11 октября 2011 г. № 7337/11. См. также комментарий к п. 13 Постановления.
[Закрыть].
Выходя за рамки комментария, я бы сказал, что есть основания все же обсудить возможность расширения условия добросовестности для приобретения по давности. На мой взгляд, наряду с тем пониманием добросовестности, которое изложено в п. 15 Постановления, оправданно и иное толкование доброй совести – добросовестным можно было бы считать такое поведение владельца, которое объективно не направлено против собственника, не содержит «неправды», как иногда это определяют, например, когда собственник отказался от истребования вещи и сроки исковой давности прошли. (В таком случае ранее существовавший и прекращенный сроком договор о передаче вещи не исключал бы приобретение собственности по давности, тогда как сейчас, как уже говорилось, в этом случае приобретение по давности исключено.)
Характерным примером может служить дело Российского географического общества (спор рассматривался Президиумом ВАС РФ[17]17
Постановление от 3 июня 2008 г. № 780/08.
[Закрыть]). Здание РГО считалось объектом государственной собственности с 1926 г., хотя формально законный акт о его национализации не был обнаружен, а по советскому законодательству о национализации имущество общественных организаций национализации не подлежало. С 1908 г., когда здание было выстроено, и до настоящего времени его владельцем оставалось РГО. Выселение РГО ни юридически, ни морально невозможно. Тем не менее в иске РГО о признании права собственности на здание арбитражными судами было отказано из-за отсутствия доброй совести.
Думаю, что подобных случаев немало.
Не стоит исключать и сближение приобретения по давности с механизмом признания права собственности за самовольными постройками, которые не нарушают строительных норм и не нарушают прав собственников земельных участков.
Впрочем, в комментируемом Постановлении эти идеи не содержатся и речь идет лишь о желательных изменениях закона и практики его применения, учитывая несомненное сокращение и без того не слишком широкой сферы действия механизма приобретательной давности.
16. По смыслу статей 225 и 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.
Поскольку с введением в действие Закона СССР «О собственности в СССР» (01.07.1990) утратила силу статья 90 ГК РСФСР 1964 года, согласно которой исковая давность не распространяется на требования государственных организаций о возврате государственного имущества из чужого незаконного владения, с указанной даты в отношении государственного имущества действуют общие положения об исчислении срока исковой давности.
В силу пункта 4 статьи 234 ГК РФ течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 ГК РФ, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям. В этой связи течение срока приобретательной давности в отношении государственного имущества может начаться не ранее 01.07.1990. При разрешении споров в отношении земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, следует учитывать, что они приобретаются в собственность в порядке, установленном земельным законодательством.
В п. 16 Постановления разрешается вопрос о приобретении по давности имущества, ранее находившегося в государственной собственности. Как известно, именно это имущество в большинстве случаев оказалось во владении различных частных лиц и вне контроля полномочных государственных органов, утративших за прошедшие годы фактическую и юридическую (из-за пропуска сроков исковой давности) возможность истребования утраченных объектов, и представляет интерес в плане возврата их в гражданский оборот.
Ранее существовали различные варианты подсчета начала течения срока приобретательной давности для таких объектов. В п. 16 предлагается считать срок с 1 июля 1990 г., если утрата публичным собственником владения не произошла позже.
Таким образом, в настоящее время отсутствуют препятствия к приобретению по давности объектов, утраченных государственными органами в рамках прежнего хозяйственного уклада, в части исчисления сроков приобретательной давности.
Не вполне ясным остается вопрос о приобретении по давности земельных участков. Так, нередко утверждается, что в силу п. 2 ст. 214 ГК существует презумпция государственной собственности на землю и другие природные ресурсы, не находящиеся в частной или муниципальной собственности, которая сама собой устраняет возможность сомнений в принадлежности земельного участка и тем самым исключает добросовестное приобретение его по давности. Однако это рассуждение верно лишь для случаев приобретения в собственность бесхозяйного имущества (ст. 225 ГК): таким имуществом не может быть земельный участок.
Между тем, как говорилось в комментарии к п. 15 Постановления, в основании приобретения собственности в силу ст. 234 ГК лежит недействительная сделка, совершенная лицом, не имеющим права на отчуждение имущества, притом что приобретатель находится в извинительном заблуждении относительно этого обстоятельства. Следовательно, если совершена такая сделка с земельным участком, то не исключены ни добросовестность при его приобретении, ни приобретение его по давности. Правило ст. 214 ГК в таком случае не сможет помешать возникновению доброй совести у приобретателя, если тот вел себя осмотрительно, и из имевшихся и обычно проверяемых фактов не следовало разумных сомнений в праве отчуждателя на отчуждение земельного участка.
Нужно, конечно, не упускать из виду, что сделка может быть совершена только в отношении сформированного земельного участка, отвечающего установленным законодательством, в том числе земельным, требованиям к объекту права. В этом смысле нельзя приобрести по давности землю, но только земельный участок. Необходимо также учитывать соблюдение процедуры приватизации земли, на что указывается в п. 16 Постановления.
Если иметь в виду добросовестность, то отсылка к процедуре приватизации земли может означать, что несоблюдение такой процедуры само по себе исключает добрую совесть приобретателя: ведь такой порок сделки отличен от того, который состоит в отсутствии у отчуждателя права на отчуждение. Между тем только извинительное заблуждение приобретателя в праве на отчуждение и может привести к возникновению доброй совести.
Практически это, видимо, означает то, что приобретение права собственности по давности на земельные участки возможно после приобретения их на вторичном рынке, т. е. от лиц, которые ранее их приватизировали либо покупали у иных частных лиц.
Естественно, что право собственности на земельный участок, приобретенный по недействительной сделке у лица, не имеющего права на его отчуждение, добросовестный приобретатель получает и в порядке п. 2 ст. 223 ГК, поскольку, как уже говорилось, получение собственности по п. 2 ст. 223 ГК подчинено тому же механизму, что и приобретение по давности, кроме срока, а также того момента, который состоит в обсуждении способа утраты владения собственником (но который действует все же в рамках спора с собственником).
17. В силу пункта 2 статьи 234 ГК РФ до приобретения на имущество права собственности в силу приобретательной давности лицо, владеющее имуществом как своим собственным, имеет право на защиту своего владения против третьих лиц, не являющихся собственниками имущества, а также не имеющих прав на владение им в силу иного предусмотренного законом или договором основания. Следовательно, давностный владелец имеет право на защиту своего владения применительно к правилам статей 301, 304 ГК РФ.
При рассмотрении иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения, предъявленного давностным владельцем, применению подлежат также положения статьи 302 ГК РФ при наличии соответствующего возражения со стороны ответчика.
Норма п. 2 ст. 234 ГК рассматривается обычно как способ установления владельческой защиты[18]18
Основной чертой классической владельческой защиты является освобождение истца от необходимости доказывать свое право на имущество. Защита владения не исключает последующего спора о праве на вещь. Владение обычно защищается от насильственных самоуправных действий третьих лиц.
[Закрыть] (впрочем, усеченной и ограниченной), вообще не известной нашему ГК, но в той или иной форме применяемой основными правовыми системами современности.
Однако на практике споров о защите владения владельцем для давности так, по существу, и не появилось.
На мой взгляд, это можно объяснить не тем, что такое владение редко нарушается, а тем, что специально созданный для владельца иск сопряжен с необходимостью доказывать истцу весь состав, предусмотренный п. 1 ст. 234 ГК, и прежде всего – добросовестность. Доказывание этого состава не легче, а иногда и труднее, чем доказывание собственности. Потому такие иски в судах практически не встречаются, в то время как основным качеством владельческой защиты всегда являлась простота обоснования права на защиту.
Более 10 лет назад мы пытались предложить запретить нарушителю, т. е. ответчику по иску владельца для давности, ставить под вопрос его добросовестность в споре о владении, полагая, что такой спор возможен только с собственником в рамках спора о принадлежности вещи. Позже более или менее схожие идеи предлагались и другими авторами. Однако приходится признать, что отечественный правопорядок едва ли сможет воспринять такие подходы. В результате владелец для давности остался практически без защиты на весь срок давностного владения.
Видимо, учитывая этот факт, в п. 17 Постановления предлагается предоставить владельцу такую же защиту, какую имеет и законный владелец, т. е. право предъявить виндикационный (ст. 301 ГК) и негаторный (ст. 304 ГК) иски. При этом сохраняется и возможность встречного возражения о доброй совести, что должно влечь отказ в виндикационном иске, если вещь не была утрачена истцом помимо воли. (Интересно заметить, что в этом случае ответчик мог бы присоединить свой срок владения к сроку предыдущего владельца, если тот также был добросовестным, как об этом говорилось выше. Однако, по классическому правилу, присоединение срока при сингулярном правопреемстве возможно, лишь если новый владелец непосредственно получил вещь от прежнего владельца для давности. Если же между ними были иные владельцы, то нужно исследовать их добрую совесть, а опосредованное прибавление сроков не допускается. Между тем виндикационный иск возможен лишь в том случае, если имущество получено ответчиком не от истца.)
Несмотря на расширение защиты владельца для давности, основным препятствием остается все то же – необходимость легитимации истца в качестве лица, описанного в ст. 234 ГК, в том числе доказывание доброй совести.
Однако с распространением на владельца для давности исков о защите права собственности произойдут, на мой взгляд, существенные изменения именно в защите права собственности. Если раньше в рамках обоснования истцом по виндикационному или негаторному иску своего права собственности ответчику было достаточно показать ничтожность сделки по приобретению спорной вещи и тем самым добиться отказа в иске[19]19
Такое течение процесса возможно, если речь не идет о зарегистрированной на праве собственности недвижимости. Регистрация права собственности за одной из сторон спора об истребовании вещи требует все же от другой стороны заявить иск о признании права за ней; суд не может по общему правилу изъять объект от обладателя зарегистрированного права.
[Закрыть], то теперь истец может даже и при недействительности сделки (или при затруднительности доказывания действительности сделки по приобретению вещи) сохранить право на защиту, обосновав не право на вещь, но только свою добрую совесть при ее приобретении. Иными словами, истец может требовать защиты уже не в качестве собственника, но в качестве владельца для давности.
В таком выводе нет ничего удивительного. Защита владения всегда может быть использована и собственником, поскольку он обычно также владеет вещью. Поэтому усиление защиты владельца для давности не может не привести к тому, что новые средства защиты получит и собственник.
В завершение комментария п. 17 Постановления должен сказать, что споры владельца по давности, вытекающие из недействительности совершенных им сделок, рассматриваются по общим правилам ст. 167 ГК. Тот факт, что владелец для давности не имеет права на имущество, переданное по недействительной сделке, не препятствует, как известно, реституции[20]20
См. п. 3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13 ноября 2008 г. № 126 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения».
[Закрыть]. Это вполне понятно, ведь другая сторона недействительной сделки тем более не приобретает права на полученное имущество.
В то же время если спор о недействительности сделки возбужден лицом, которое знало или должно было знать о ее недействительности в момент совершения, то такой иск я бы считал злоупотреблением правом, дающим суду основания для отказа в иске.
На мой взгляд, владелец имеет в силу п. 17 Постановления право на предъявление не только виндикационного и негаторного исков, но также и иных исков, установленных законом и комментируемым Постановлением, в том числе иска об исключении имущества из описи, а также иска о признании его владельцем для давности.
18. В пункте 4 статьи 234 ГК РФ предусмотрено специальное основание для начала течения срока приобретательной давности, которое не ограничено условиями пункта 1 указанной статьи. Если основанием для отказа в удовлетворении иска собственника об истребовании имущества из чужого незаконного владения является пропуск срока исковой давности, с момента его истечения начинает течь срок приобретательной давности в отношении спорного имущества.
19. Возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 ГК РФ, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.
Ответчиком по иску о признании права собственности в силу приобретательной давности является прежний собственник имущества.
В случаях, когда прежний собственник недвижимого имущества не был и не должен был быть известен давностному владельцу, он вправе обратиться в суд с заявлением об установлении факта добросовестного, открытого и непрерывного владения имуществом как своим собственным в течение срока приобретательной давности. В качестве заинтересованного лица к участию в деле привлекается государственный регистратор.
По смыслу статей 225 и 234 ГК РФ предварительная постановка бесхозяйного недвижимого имущества на учет государственным регистратором по заявлению органа местного самоуправления, на территории которого оно находится (в городах федерального значения Москве и Санкт-Петербурге – по заявлениям уполномоченных органов этих городов), и последующий отказ судом в признании права муниципальной собственности (или права собственности городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга) на эту недвижимость не являются необходимым условием для приобретения права частной собственности на этот объект третьими лицами в силу приобретательной давности.
20. По смыслу абзаца второго пункта 1 статьи 234 ГК РФ отсутствие государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество не является препятствием для признания права собственности на это имущество по истечении срока приобретательной давности.
21. Судебный акт об удовлетворении иска о признании права собственности в силу приобретательной давности является основанием для регистрации права собственности в ЕГРП.
В силу статьи 268 ГПК РФ или части 3 статьи 222 АПК РФ решение суда об установлении факта добросовестного, открытого и непрерывного владения имуществом как своим собственным в течение срока приобретательной давности также является основанием для регистрации права собственности в ЕГРП.
Регистрация права собственности на основании судебного акта не является препятствием для оспаривания зарегистрированного права другими лицами, считающими себя собственниками этого имущества.
В п. 18–21 Постановления обсуждаются различные процессуальные аспекты возникновения права собственности по давности.
Следует обратить внимание на то, что принадлежность имущества, приобретаемого по давности, иному лицу на праве собственности никак не исключает приобретения по давности. Напротив, скорее следует исходить из предположения, что собственник такого имущества имеется, и процесс признания права собственности по давности должен охватывать также меры по установлению такого собственника.
Но может оказаться, что собственника нет, в том числе нет регистрации права собственности на объект за каким-либо лицом.
Владелец, претендующий на приобретение имущества по давности, не обязан доказывать наличие или отсутствие собственника в качестве необходимого условия приобретения права собственности.
Споры, связанные с самовольной постройкой
22. Применяя статью 222 ГК РФ, судам необходимо учитывать следующее.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?