Читать книгу "Аннулет. Книга 2. Ученик"

– Что это?

– Дмитрий был мудрым человеком и подготовился к подобному развитию событий, – начал говорить Вениамин, подвигая папку ко мне, – в ней документы на Хадыженский оздоровительный центр. Он безо всякой волокиты переходит к тебе. Еще документы на автомобиль «рено». Ее купил Алексей на первые заработанные деньги и очень гордился этим. Дмитрий машину называл старой развалюхой, но это не мешало ему хвастаться покупкой сына и продолжать ухаживать за автомобилем. Этот дом тоже оформлен на твоего отца, переоформлением сам займешься. Проблем быть не должно.

– Спасибо, – я взял папку и, не глядя, сдвинул её на край стола. Мне сейчас было не до наследства.

– Твой дед предупреждал, что ты не слишком ориентируешься в раскладах в вашей семье, так что, пока есть время, просвещу тебя. Все имущество деда отойдет роду Шуваловых. После его смерти главой рода станет его младшая сестра Ольга. Ты с ней должен быть знаком.

– Да, припоминаю, – в памяти всплыло лицо тети Оли. Она периодически приезжала на дни рождения деда и всегда пыталась нас строить. Но, вроде, нормальная тетка. Дарила подарки, разговаривала, интересовалась, как у меня дела.

– У тебя несколько вариантов, как быть дальше. Первый, самый простой, – подтвердить, что ты остаешься в роду Шуваловых. Тогда все твое будет принадлежать роду, но и все, что есть у рода, будет твоим. Многие выбирают такой вариант. Он не плох, – Вениамин замолчал, ожидая моей реакции.

– А второй вариант?

– Второй вариант – ты выходишь из рода. В этом случае теряешь наследное дворянство, что автоматически понижает твой статус. Ты по-прежнему будешь Шуваловым, не наследным дворянином. Все, что принадлежит тебе, только твое, и дальше живешь сам, своей жизнью. За тобой никто не стоит, ты будешь сам по себе.

– Немного не понял: если я остаюсь в роду, то моя фабрика все равно же моя?

– Номинально да, но глава может сменить руководство по своему желанию, решив, что ты не справляешься с управлением. Как, например, произошло с оздоровительным центром. Там сейчас директором человек Ольги. Дмитрий особо и не сопротивлялся. Он не любил спорить со своей сестрой.

– А деньги, доходы как же? – Очень странная система.

– Доходы идут в казну рода. Со всех твоих предприятий. Но ты ими можешь пользоваться – суммой, не превышающей суммы этих доходов. Нормальная рабочая система. Заработала твоя фабрика три тысячи рублей, они перечисляются в казну рода. Захотел ты потратить эти три тысячи – тебе без проблем их выдадут. Захотел потратить десять тысяч – обосновал и получил без процентов. Род – это единое целое. Все работает на пользу рода. Если один богатеет – богатеет весь род. Если род богатеет, то и каждый член рода становится богаче. Так что мой тебе совет – оставайся в роду Шуваловых. Здесь так принято.

– Я поищу информацию, посоветуюсь с кем-нибудь. Пока не вижу причин оставаться в роду, – задумчиво протянул я, затем, не удержавшись, добавил, – мое – это мое. И делиться с кем бы то ни было мне не хочется!

– Да, Дмитрий предвидел именно такое твое решение. Оно мне совершенно непонятно. Род – это сила, многие мечтают присоединиться к сильному роду.

– Я подумаю, – упрямо ответил я ему.

– Он просил передать, что верит в тебя, и чтобы ты не действовал сгоряча.

– Спасибо, воспользуюсь советом деда, – произнес я.

– Организацию похорон взяла на себя ИСБ. Завтра отправляюсь в Хадыженск, могу и тебя захватить. Похороны назначены на послезавтра.

– Буду благодарен, – кивнул я ему в ответ.

– Тогда не буду задерживаться, – Курбатов поднялся, застегнул портфель и отправился на выход, я пошел следом. У дверей он повернулся ко мне и, крепко пожав руку похлопал по плечу:

– Держись. Потеря близкого человека – большое потрясение. Ты молод, у тебя еще вся жизнь впереди. Не замыкайся, дай волю чувствам. Переживи это и оставь в прошлом. Дмитрий верил в тебя и доверял. Не разочаруй его.

Как в тумане, я дошел до своей комнаты. Автоматически умылся, почистил зубы и, рухнув в кровать, дал волю чувствам. Расплакался в подушку, как маленький ребенок. Удивительно, но мне стало легче. Не то чтобы совсем отпустило, но сжатая внутри меня пружина слегка расслабилась.

Сел за компьютер и начал искать информацию по родам и взаимоотношениям внутри. Все оказалось достаточно просто. Члены рода – это близкие родственники. Вассалы – это другие семьи, которые по каким-то причинам решили признать над собой главенство рода. Обычно они связаны общими делами или дальними родственными связями. Вассальные семьи отстегивают процент от дохода главному роду и в случае проблем готовы вписаться за главный род. Зато в ответ получают защиту и деньги. Не все семьи могут позволить себе отправить своих детей в дорогие школы и университеты. Род же был готов вкладывать деньги в перспективных вассалов, обеспечивая им необходимые для роста условия. Этакий симбиоз.

Раньше, когда алтарей было много, род могли организовать только их владельцы. Иначе сманить к себе вассалов было практически нереально. Алтарь давал защиту и развитие магии, что делало и род, и вассалов сильнее.

В роду Шуваловых алтаря не было, но и времена нынче другие. Род у нас молодой. Ему около ста лет. Имеются и вассалы. Ветвь Ольги, сестры деда, специализируется на текстильном производстве. У них несколько крупных фабрик и десяток магазинов. К особо богатым Шуваловых отнести нельзя, но они достаточно крепко стоят на ногах. По моим воспоминаниям, дед как-то рассказывал, что под управлением Ольги денег не сильно больше, чем под его, но при этом у неё гораздо больше людей.

Взаимоотношения родов Ольги и Дмитрия немного запутанны. Род моего деда – старший. Ольга же имела отдельный род, получается, вроде как, вассальный. У её первого мужа было швейное производство, у Ольги же имелись мануфактуры по производству тканей, так что они отлично дополнили друг друга. Ольга добавила к своей фамилии Липецкая. По всем официальным документам она стала Шувалова-Липецкая. То есть Ольга не выходила из рода Шуваловых и продолжала совместно с дедом вести дела.

Дед стал первым мужем простой дворянки Тарасовой Анны. По его рассказам, женились они по любви и вскоре у них появился сын Алексей, который тоже женился, не выходя из рода. Появился я. Потом все погибли, кроме меня и деда. Получается, Шувалов Дмитрий – глава рода, Шувалова-Липецкая – глава вассального рода, сохраняющая права на наследство. И я, вроде, тоже Шувалов, но почему-то сам по себе. С одной стороны, странная и не слишком понятная ситуация, с другой – логичная для жителей этого мира. Здесь считается наследие по крови. Шувалова – главная кровь, в отличие от меня, поэтому она – прямая наследница, а я, хоть и в стороне, но хотя бы в роду. Правда, особых прав мне это не добавляет.

Чтобы разобраться во всех этих хитросплетениях, мне понадобилось чертовски много времени. Все-таки мое образование значительно хромало. Спасибо, что есть сеть с её возможностями.

В итоге вырубился от усталости в четыре часа утра. Может, так даже и хорошо, иначе вряд ли получилось бы уснуть.

Глава 5

Разбудил меня звонок в дверь. Глянул на часы – восемь утра. Блин! Поплелся открывать дверь. На пороге ожидаемо встретил Курбатова. Тот был собран и до отвратительности бодр. Рядом с ним стояли пустые коробки.

– Вставать пора! Дела не ждут, – поприветствовал он меня и, схватив коробки, зашел в дом. – Давай, умывайся, одевайся. Позавтракаем по пути. Знаю хорошее место на заправке.

– Что ж в такую рань! – проворчал я и отправился к себе одеваться. На все про все мне понадобилось минут пятнадцать. Спустившись вниз, застал Вениамина за чтением газеты и попиванием чая.

– Собрался, – он одобрительно окинул меня взглядом. Поднялся из-за стола и, взяв коробки, кивнул на дверь, разделяющую мой дом с домом деда, – открывай, надо собрать документы, перенести к тебе. Мало ли что.

Идея понятна: дом деда перейдет Ольге. Кто знает, какие у неё на него планы. Лучше личные вещи и бумаги сразу забрать.

Открыв дверь, я пропустил вперед Курбатова. Тот сразу отправился в кабинет деда. Я же бродил по гостиной, вспоминая теплые минуты, которые провел здесь. Забирать ничего не хотелось. Взял только большую семейную фотографию, где отец с беременной мамой и дед с бабушкой радостно улыбаются фотографу. Сразу отнес её в свой дом и, вернувшись, отправился в кабинет деда.

Курбатов сортировал бумаги из письменного стола, часть из них складывая в коробку.

– Открой пока сейф, – кивнул на железный ящик, спрятанный в шкафу. Он был настроен и на мою ауру. В детстве мне нравилось открывать его тяжелую дверь. Открыв, я начал доставать все из него, выкладывая на стол и с удивлением разглядывая содержимое. Здесь были награды деда, которых я на нём никогда не видел. Пистолет в кобуре и несколько папок с бумагами.

– Я не знал, что у него столько наград, – удивленно крутя в коробочку в руках, я показал её Вениамину.

– В молодости на нашу долю выпало немало сражений, – тот пожал плечами, как бы говоря: мол, ничего особенного.

– Понятно, – с умным видом протянул я, глядя, как содержимое сейфа исчезает в простой картонной коробке.

– Все, здесь, вроде, все, – Курбатов огляделся, – идем, отнесем к тебе и поедем.

Вскоре мы сидели в машине. Вениамин за рулем, я рядом с ним. Какое-то время ехали молча. Но мне стало скучно, да и мысли постоянно сбивались на смерть деда.

– А чем вы занимаетесь? – поинтересовался я. – У вас, вроде, свое охранное агентство?

– Да, свой отряд. Обеспечиваем охрану, сопровождение. Решаем разные дела.

– Иногда с ИСБ работаете?

– Да, призывают. Обычная практика. Люди все проверенные.

– А если я подкину небольшую задачку, возьметесь? С оплатой, конечно.

– Возможно, – он скользнул по мне заинтересованным взглядом.

– Мне надо знать, когда никого из Кутыевых не будет в городе, чтобы проникнуть к алтарю.

– Ты понимаешь, о чем просишь? – Его лицо затвердело. – У вас не объявлена война. О таких заказах я обязан ставить в известность ИСБ! Неужели ты думаешь, что, если я был другом твоего деда, то являюсь и твоим другом? – От него повеяло холодом, да так, что я передернул плечами.

– Прошу прощения, не подумал. Будем считать, что этого разговора не было.

– Ладно, – смягчился он, – это просто тебе урок. Думай, что и кому говоришь. В данном случае ты не ошибся, обратившись ко мне. Но могло быть иначе.

– Спасибо, я вас понял.

– Как ты планируешь проникнуть в особняк? Он защищен алтарем. Защиту, конечно, можно обойти, но для этого нужен очень дорогой и редкий артефакт, который просто так не достать.

– Защита меня пропустит. Алтарь меня признал, но что-то пошло не так. Хочу разобраться.

– Любопытно, – Курбатов задумчиво побарабанил пальцами по рулю, – очень любопытно.

– В сроках я не ограничен. Никуда не тороплюсь. Не могут же они оба сидеть безвылазно в доме? Мне бы просто информацию, что, мол, они уехали из города, а дальше я сам.

– Хорошо, – принял решение Вениамин, – сообщу.

– Сколько я буду должен? – решил уточнить я. Такие вопросы желательно решать сразу.

– В зависимости от нашего участия. Там будет видно. Когда будет все известно, сядем, обдумаем. Возможно, нужно будет отвлечь охрану, организовать пути отхода и прикрытие. Рассчитывай от пятисот рублей до трех тысяч. Устроит?

– Да. Буду ждать информацию. Спасибо.

Позавтракав в кафе на заправке, мы вскоре добрались до города.

– Особняк отойдет Ольге, но пока ты имеешь полное право жить в нем. Я бы сказал, что на данный момент именно ты хозяин. И не давай помыкать собой! – предупредил Вениамин, когда мы въехали в город.

– Не очень-то вы любите сестру деда.

– Не очень, – коротко согласился он со мной, предпочтя не развивать тему.

Заехав в ворота, мы подъехали к крыльцу. Меня удивило количество машин во дворе. Почти десяток! Вениамин уверенно поднялся по лестнице, я немного робко плелся за ним. Открыв дверь, вошли внутрь. Здесь было на удивление шумно. Сновали какие-то люди. Что-то носили, что-то переставляли.

Первой из знакомых мне попалась на глаза наша кухарка, Татьяна Леонидовна. Увидев меня, она бросилась навстречу, без отдыха причитая:

– Ах, какое горе, какое горе. Как же так. Дмитрий Александрович нас покинул. Вы держитесь, господин, держитесь!

Обняв меня, прошептала:

– Приехала Ольга, но я отстояла вашу комнату. Она туда сына заселить хотела. Но застыдила я её, молодой господин, – отодвинувшись от меня, кухарка продолжила причитать:

– Ах, горе-то какое! Мы сейчас вот готовимся. Надо столы расставить, зеркала занавесить. Много гостей завтра ожидается. Часа через два будет обед, я отправлю кого-нибудь вас позвать.

В этот момент я увидел спускающуюся по лестнице с надменным видом сестру деда. Выглядела она для своего возраста молодо. Худая, даже, сказал бы, сухощавая, в темном платье с пиджаком, на лацкане которого расположилась сверкающая бриллиантами крупная брошь. Увидев её, Татьяна Леонидовна упорхнула на кухню. Как и не было.

– Виталик, – Ольга подошла ко мне и тепло обняла, – как же ты вырос. Два года не виделись. Похорошел, – отпустив из объятий, она покрутила меня, – держись, нам всем будет не хватать Дмитрия, но жизнь продолжается. Ты должен понимать, что не остался один. У тебя за плечами целый род Шуваловых. Мы всегда готовы поддержать тебя и подставить плечо. Мы – одна кровь.

– Спасибо, тетя, – ответил я, сбитый с толку такой встречей. Из головы сразу вылетели все слова Вениамина. Мне приятно было ощутить себя кому-то нужным, почувствовать наличие семейных уз.

– Ольга Александровна, – слегка кивнув, поприветствовал её Курбатов, – я готов скоординировать с вами прощание с телом и похороны.

– Вениамин, пройдемте в кабинет, все обсудим, – кивнула она ему, потом повернулась ко мне, – устраивайся, твоя комната свободна. Через часик зайди ко мне в кабинет.

– Хорошо.

Я отправился к себе и, завалившись прямо в одежде на кровать, достал планшет. Настроение было паршивым, да и скопившаяся усталость давала о себе знать. Поискал новости и заметки о теракте. Нашел только в официальных источниках. На форумах не было ни слова: то ли это никого не интересует, то ли ИСБ работает и подчищает подобные сообщения.

По официальной версии удалось составить примерную картину произошедшего.

Четырнадцать человек захватили детский лагерь и выдвинули требования правительству: выплатить деньги и освободить заключенных братьев из тюрем. Ответственность взяла на себя группировка радикальных борцов за свободу из Турции.

Правительство Российской Империи не ведет переговоров с террористами, даже если в плену дети. Ну, это по версии официальных источников. На деле, скорее всего, переговоры были, хотя бы для того, чтобы потянуть время и собрать отряд для штурма.

Потом начались военные действия. Мой дед пару раз упоминался, без фамилии. Типа «заместитель главы отряда, освободивший заложников, обладал уникальной магией иллюзий, что помогло отряду незамеченным подобраться к боевикам и начать освобождать детей». Потом, скорее всего, что-то пошло не так, и началась стрельба. Освободители прикрывали детей. Террористов положили всех. Из отряда погибло два человека, среди них – заместитель главы. Еще четверо ранены, их состояние вне опасности. Да, мой дед – настоящий герой. Посмертно он представлен к награде.

Раздался стук в дверь, и какой-то парень из прислуги сообщил, что меня ожидает Ольга Александровна. Поднявшись, я поправил одежду и отправился за парнем. Он привел меня к бывшему дедову кабинету и, кивнув головой в сторону двери, удалился. Постучав, я открыл дверь и вошел внутрь.

За столом, заваленным бумагами, сидела тетя Ольга, недалеко от тети в любимом дедовом кресле устроился её сын, Влад, от имени Владислав.

– Какие люди, – он снисходительно мне улыбнулся, – давно не виделись!

Мы с ним и правда года три как не виделись. В детстве я его терпеть не мог: он был старше на пять лет и все время издевался надо мной. Ну, просто как сильный над более слабым. По каким-то неведомым причинам его пару раз оставляли со мной с наказом следить, чтобы все было в порядке. Ослушаться Влад не мог, а с такой разницей в возрасте в собеседники я не годился. Так что, чтобы не скучать, он отбирал у меня игрушки и ломал их. Короче, парень с явно садистскими наклонностями.

Не знаю, каким он стал сейчас, может, и взялся за ум, но вряд ли. Судя по ехидной улыбке и самодовольному лицу – настоящий мажор, да и еще чувствующий себя хозяином положения.

– Так, – Ольга оторвала свой взгляд от бумаг и подняла его на меня, – садись. Нам есть о чем поговорить, – она замолчала и побарабанила пальцами по столу, – да, Дима дела запустил. Всегда знала, что служба у него на первом месте. Но ничего, мы это исправим. Первым делом меняем мэра города. На время исполняющим обязанности будет Владислав. Он два года назад закончил Воронежский университет, думаю, справится. А там либо совет города подтвердит его назначение, либо выберем подходящего человека. Но это к делу не относится, просто чтобы ты понимал, что город я не брошу и передам его в надежные руки. Теперь с тобой, – она порылась в бумагах на столе и нашла нужную, – смотрю, Дмитрий переписал на тебя заводик по производству крема, – Ольга подняла свой взгляд, ожидая от меня подтверждения.

– Да, «Хадыж-крем», – кивнул я.

– Точно! Подготовь информацию по нему. Я к вам всего на три дня приехала, оказалось – тут гора дел. Вот, смотрю бумаги по заводу и не могу понять – это безалаберность, транжирство или злой умысел? Месяц назад на счету фабрики было почти двадцать тысяч рублей, а сейчас чуть больше трех. Составь отчет, на что пошли эти деньги. В любом случае директора надо менять. Бывший технолог, как он может управлять заводом? Так, аренда достаточно низкая, коммунальные платежи тоже, а вот площадь очень неплохая. Подумаем, скорее всего, выгодней будет переоборудовать и встроить в существующий бизнес. Дальше. Мне сказали, что ты идешь учиться в первый колледж?

– Вроде как.

– Хорошо, снимем тебе комнату поближе к учебе. На дом Дмитрия в Екатеринодаре у нас уже есть желающие. Будем продавать. Нет смысла содержать дом, если в нем не живешь, нерационально. У нас в Воронеже хватает жилья, а сюда переезжать мы не планируем. Завтра после церемонии похорон приедет мой юрист и, пока тут будут официальные люди, оформит все бумаги. Принятие тебя в клан, доверенность на управление имуществом и заводом. Не переживай, все сделаем быстро, постараемся тебя лишний раз не тревожить. Дальше твое дело – хорошо учиться и не ронять честь рода. Денег выделим. Думаю, даже прислугу подберем, чтобы комнату убирала и еду готовила. Мы тебя не бросим.

– Спасибо, – я был удивлен её напором. К тому же, у меня сложилось впечатление – она уверена, что творит добро и оказывает мне поддержку. Даже на миг стало неудобно, ведь она еще не знает, что оздоровительный комплекс переоформили на меня. Но тут прорезался сыночек:

– Да, и убери свою рухлядь из гаража. Там же твой «рено» стоит? Мне не разрешили его выгнать, – он покрутил на пальце ключи от своей машины, – а то мне не хотелось бы оставлять на улице свой «БМВ».

– На машине я сейчас уеду, но место не занимай. Ты пока не хозяин в этом доме! – излишне напористо произнес я, мгновенно вспыхнув и вызывающе глядя ему в глаза. Тот сразу завелся, видно, не привык, когда ему перечат.

– А не охренел ли ты! – Влад начал подниматься из кресла.

– Сядь! – резко приказала ему мать. – Виталий прав, прошу уважать память моего брата и его деда. Сын, ты здесь не хозяин, а гость. Даже через два дня не тебе решать, что и как делать. Пока я жива, я – глава клана! – поставила Ольга его на место.

– Ну, мам, – неожиданно заканючил он.

– Тихо! Потом разберемся. Ничего с твоей машиной не случится. Переночует на улице. Разговор окончен, – тетя повернулась ко мне, – церемония завтра начнется, в двенадцать часов дня. Ты обязан присутствовать от начала и до конца. Первым у нас идет прощание с телом. Проходить будет в мэрии, там специальный зал для таких мероприятий. Приедут знакомые и друзья Дмитрия, официальные лица из Екатеринодара и ИСБ. Затем близкие родственники едут на кладбище, а почетные гости – к нам в дом. В четыре часа дня мы тоже возвращаемся сюда. Наши клановые дела должны засвидетельствовать человек из ИСБ, паладин и чиновник. Чтобы лишний раз их не тревожить, сразу все бумаги и подпишем. Сейчас можешь быть свободен, у меня еще слишком много дел.

– Благодарю, – я поднялся и, слегка поклонившись, покинул кабинет.

Удивительное дело – внутри меня царило полное спокойствие. Беседа с Ольгой и слова Владислава позволили укрепиться в решении не вступать в клан. Нет никакого желания становиться их ручной собачкой. Когда решение принято, сразу становиться легче. Теперь можно действовать по плану, который сложился в моей голове, не оглядываясь на переживания и угрызения совести.

Заскочил в свою комнату и взял папку с бумагами. Не стоит в этом доме хранить подобные документы. Спустился по лестнице и, устроившись за рулем «рено», покинул территорию особняка. На обед решил не оставаться – нет никакого желания проводить его с подобными родственниками. Набрав Ефросинью, договорился встретиться в ресторане, и, если получится, пусть позовет и отца.

Как и ожидалось, до ресторана добрался первым. Мне ехать было всего десять минут.

Когда я уже доедал свой обед, в ресторан вбежала моя помощница.

– Виталик! Прими мои соболезнования. Хоть я и мало была знакома с Дмитрием Александровичем, но мне он показался хорошим человеком. Очень жаль, что так получилось. Ты как? – голосом, полным сочувствия, поинтересовалась она.

– Спасибо, я, вроде, нормально. Тут дела закрутились. Некогда переживать, – признался я, – сама как?

– Ты слышал, моего отца уволили? Вот так прям взяли и выгнали с должности мэра! А ведь Ольга Александровна еще не стала главой вашего клана. Получается не слишком законно, но отец спорить не стал, – начала она вываливать информацию, – какая разница – днем раньше, днем позже. Ушел с гордо поднятой головой.

– И когда это случилось? – поинтересовался я. Ольга упоминала об этом, но я думал, тетя имела в виду планы на ближайшие дни. А оказывается – уже все свершилось. Быстро она!

– Вчера приехала и сразу с сыном в мэрию отправилась, – понизив голос и убедившись, что нас никто не слышит, продолжила Фрося. – Отец считает, что она давно готовилась. Ну, захватить власть в городе. Дмитрий Александрович не любил с ней спорить, он, конечно, скала, но, если Ольге Александровне что в голову придет, проще уступить. Так мне отец рассказывал. Хотя, будь Дмитрий Александрович жив, неизвестно, как бы все сложилось. Может, он тебе планировал оставить наш город.

– Не уверен, – я покачал головой. Хорошо, что полночи разбирался во взаимоотношениях аристократов, – даже если бы мне отдали город, надо мной постоянно бы, как коршун, висела Ольга, дожидаясь любой моей ошибки. А дед, вроде, отошел от дел и, может, и вправду готов был подвинуться.

– Понятно. Очень грустно это все. Отец столько сил положил на развитие Хадыженска.

– Ну ничего, не грусти. Не в интересах Ольги все рушить. К тому же, есть еще совет из знатных членов города. Им здесь жить. Присмотрят за порядком.

– Это да, нового мэра они еще не одобрили, будет пока ходить с приставкой «врио», – злорадно произнесла она.

– Ты отцу передала мое приглашение встретиться? Какие у него вообще планы? Останется в городе? Будет искать новую работу?

– Работу, конечно, будет искать, но это дело небыстрое. Возможно, и переехать придется. Но пока рано об этом говорить. Я все равно останусь с тобой, – Фрося вдруг резко засмущалась, поняв, как двусмысленно прозвучала эта фраза, – ну, в плане работы.

– Я так и подумал, – серьезно кивнул я ей, – так что насчет встречи?

– Ой, уже надо бежать. Он к трем часам дня обещал приехать на завод. Поехали! – Она резко вскочила со стула.