Текст книги "Мой «Калейдоскоп». Пусть эти подмостки работают на нас…"
![](/books_files/covers/thumbs_240/moy-kaleydoskop-pust-eti-podmostki-rabotayut-nanas-199434.jpg)
Автор книги: Кристина Клеменко
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Да, я люблю их, – в неловкостью признаюсь я.
– Тогда бери, не стесняйся, – Кира указывает на вытянутую толстенную упаковку.
– Пойду тогда налью себе чая.
– Конечно.
Я встаю и вновь беру стакан. Не могу сдержать улыбку от новоявленной дружбы с девочками. Что же на меня вообще находит тащиться в ту плацкарту? Быстро прохожу мимо Мулюшки и остальных наливаю кипяток и возвращаюсь обратно, идя за Юлианой. У Киры в плацкарте происходят некоторые изменения. Жанна тоже спускается к нам, а Самарцева карабкается наверх к Марго. Они всовывают наушники в уши и, скорее всего, смотрят какое-то кино по чьему-то планшету.
Карамалина берёт одну печенюшку размером с ладонь, и я замечаю шоколадные камешки на угощении. Класс. Мне нравится такое печенье. Жанна откусывает кусочек и спрашивает у меня:
– Что читаешь сейчас?
– «Академию вампиров».
– Круто, но я не слышала о таком. Я помню, в прошлом году ты читала «Голодные игры».
– Да. Это моя любимая трилогия, – с гордостью говорю я, – Я читала её много раз.
Действительно я обожаю эту серию! Читаю её всегда и везде! Но сейчас я занята другой серией книг, отчего не могу прерваться на трилогию Сьюзен Коллинз.
– Мы заметили, – улыбается Кира, – Ты всегда берёшь эти книги в поезд.
– Я прочитала только две книги и начинала третью, но всё не было времени продолжить чтение, – добавляет Жанна, – У тебя есть с собой третья книга?
Я киваю:
– На электронной книге должна быть, хочешь я дам тебе почитать, пока отдыхаю.
Девушка радостно машет головой:
– Конечно!
Неохотно встаю из-за стола с приятной компанией и возвращаюсь к себе, чтобы достать книгу. Как я и предполагала, третья часть скачана на устройство. Когда мы ездили в Оренбург в последний раз, я читала бумажные версии «Голодных игр». У меня есть все три части, и я перед самым выходом в тайне запихнула эти толстые книжки в рюкзак.
– Вот.
Я показываю Жанне, как перелистывать странички и сохранять страницу, на которой она сейчас находится. Мне нравится, когда люди читают по своему желанию. Это наводит на множество мыслей о характере человека.
Я остаюсь, можно сказать, наедине с Кирой, уплетая вкусное печенье. Оно превосходное и самое главное очень свежее.
Раз уж тема разговора держится книжная, Давильева рассказывает о книге Стивена Кинга, которую читает дома. По её рассказу я понимаю, что книга очень толстая, и девушка осилила пока ещё только малую часть этого произведения. Она вкратце пересказывает мне сюжет «Дьюма-Ки». И когда мой чай заканчивается, я наливаю ещё и продолжаю слушать Киру.
Мы никогда столько не общались. Я не видела её с книгой, и признаюсь ей в том, что даже не подозревала об её чтении.
– Я не могу читать на телефоне или каких-либо электронных штучках, – поясняет Давильева, – Я за бумажные версии. Но сама понимаешь, что таскать с собой книги всегда и везде не удаётся, поэтому я предпочитаю читать дома.
Наш разговор продолжается ещё некоторое время, а потом я с извинениями забираю книгу у Жанны, оправдываясь, что мне, как наркоманке, необходима скорейшая доза чтения.
– Я ещё зайду как-нибудь.
– Приходи, – говорит Кира, улыбаясь, – Мне нравится кормить тебя.
Анна Вячеславовна улыбается мне вслед. Кажется, ей нравится, что мы, наконец, нашли общий язык с её дочерью.
***
Нахожу Мулюшку, сидящей за нашим столиком. Её ноги сложены под столом на противоположное место. В её уши вставлены чёрные наушники-капельки. Видя меня, она вытаскивает один:
– Я пришла сюда, а тебя нет.
Я напыщенно удивляюсь:
– Ты вспомнила обо мне?
– Да ладно тебе, что ты психуешь! – она сворачивает провода, – Я надеялась, что мы с тобой чем-нибудь займёмся сейчас.
– Давай поиграем в карты? – предлагаю я, – Мы же всегда в поезде играли в карты.
– Я не взяла их с собой, точнее забыла новую пачку дома,
– Вот ты ворона!
Она продолжает, пропуская мимо ушей замечание:
– Ты же расскажешь мне, что ещё произошло в «Академии вампиров»? – воодушевлённо спрашивает она.
– Конечно, но позже, давай посмотрим фильм, пока мой планшет окончательно не умер?
– Давай, и похрустим чем-нибудь!
– Можно, – соглашаюсь я и признаюсь, – только мне позарез нужно в туалет. Я перепила чая. Не знаешь, он уже закрыт? – уже более расслабленно говорю я.
– Да, мы опять куда-то подъезжаем.
– Вот блин!
Мы сидим в тишине, нарушаемой болтовнёй наших соседок, пока я включаю планшет и выбираю фильм:
– А что Вера с Алиной?
– Алина увалилась спать в наушниках, а Вера ест, – отвечает Даша.
– Бэпэшку? – смеясь, спрашиваю я, чувствуя запах, разносящийся по всему вагону.
– Ага. Я блин тоже хочу, но решила не брать лапшу в этот раз, вот и ушла, чтобы не дразниться.
– И что, получается?
– Нет, – признаётся, сморщившись, она, – А ты что совсем есть не хочешь?
– Меня подкармливают в соседней плацкарте.
– О… – протягивает Даша.
– Что?!
– Вот, чем ты без меня занимаешься.
– После слов того напыщенного индюка мне что-то совсем перехотелось бегать к Вере с Алиной.
– Да ладно тебе! Костя просто дурачился!
Я показываю ей язык:
– Мне всё равно на этого Костю.
Мы раскладываем койки и садимся на нижнюю полку. Наш выбор останавливается на комедии «Мы Миллеры», чтобы разрядить обстановку между нами. С самого начала титров нас пробирает смех от странных слов говорящего за кадром типа.
Вечер проходит хорошо, а комедия просто замечательная. Мы грызём мои соломинки, а в какой-то момент мне всё-таки удаётся сходить в туалет, и, слава богу, потому что от смеха я могла бы запросто испортить Мулюшкину кровать.
Я считаю этот день не настолько испорченным и со спокойной душой рано ложусь спать с наушниках.
Глава 7. Поезд. Часть 2
Ранним утром, едва солнце успевает встать, открываю глаза от лёгкой тряски. Уши горят от наушников, я ведь так и не привыкла спать под музыку, то и дело просыпаясь ночью от резкой смены композиции с плавной на ужасно грохочущую.
Анна Вячеславовна говорит полушёпотом:
– Через полчаса туалет закроют надолго, потому что мы скоро будем в Волгограде.
– Сколько времени? – сонно спрашиваю я.
– Семь по Москве.
Я зарываюсь лицом в подушку и бормочу:
– Хорошо, спасибо, что разбудили.
Она поднимает всех, чтобы мы успели привести себя в порядок, иначе так и суждено было бы целый день провести неумытыми да и к тому же с полными мочевыми пузырями.
Полежав ровно две секунды, я поднимаюсь. Ещё и не в такую рань просыпалась. Если бы вы жили с моей мамой, то для вас не существовало бы понятия «рано». Этот человек может подняться и в шесть утра.
Спускаюсь вниз в то время, как Мулюшка ищет свою щётку:
– Подожди меня.
Мы вместе идём умываться. Не могу поверить, что через сутки мы будем в Сочи.
Туалет свободен. Никто и не думает вставать так рано, чтобы без проблем пописать. Почти никто. Пропускаю Мулюкину вперёд, а сама наслаждаюсь видом из окна. Утренняя роса на пожухлой прошлогодней траве блестит на солнце, а сквозь маленькую форточку проникает свежий прохладный воздух. Ночи в поезде холодные, но чем больше встаёт солнце, тем жарче и душнее становится внутри, так что днём здесь не продохнуть.
К ожиданию свободного умывальника и туалета присоединяются Жанна с Юлианой. Самарцева вставляет зарядник от телефона в розетку и продолжает что-то листать в телефоне. Зато Карамалина больше настроена разговаривать:
– Доброе утро.
– Доброе, – отвечаю я, – Завтра мы будем в Сочи.
Она щуриться и взвизгивает:
– Ага, даже не верится.
– А уж пора бы поверить. Всё-таки столько месяцев прошло.
– Ага, – повторяет Жанна, – Слушай, ты сегодня сможешь мне ещё дать почитать, а то от скуки уже можно на стену лезть.
Я спокойно киваю:
– Да. Конечно.
Будет больше времени на болтовню с Мулюшкой. У нас осталось зарядки на планшете примерно на один фильм. Может меньше. Если что попытаюсь подзарядить его здесь, хотя висящие указательные таблички не рекомендуют этого делать. Напрашивается вывод: либо Юлиана не заметила это, либо её всё равно на то, что её телефон может поджариться от скачка напряжения.
Когда Мулюшка выходит, я быстро умываюсь, чтобы не задерживать девочек. К очереди присоединились Маргарита с Кирой. Мы желаем друг другу доброго утра, и я иду к себе.
Мулюкина ждёт меня, чтобы разложить столик. Мы сворачиваем матрац и вновь пихаем его наверх.
– Анна Вячеславовна уже спрашивала, не нужно ли нам что на завтрак, – говорит Даша, не успеваю я сесть, – Но я сказала, что без тебя ничего брать не буду.
– Спасибо, давай для начала нальём кофе, – предлагаю я, – Совсем не выспалась…
– Не одна ты.
Достаём помытые с вечера стаканы и идём за кипятком. Навстречу нам попадаются Вера с Алиной из другого туалета. Они точно не привыкли рано вставать, поэтому ещё зевают на ходу.
Мы пьём растворимый кофе 3 в 1. Это ужасная пародия на настоящий кофе, но я итак очень мало взяла пакетиков. Надеюсь, что шведский стол будет включать в себя этот напиток. Мне неизвестно, что такое шведский стол, но как мне объяснили, это куча еды на выбор: бери, сколько хочешь и что хочешь – всё оплачено! Это ещё одна райская нотка в этой поездке. Куда бы мы ни ездили, нас всегда кормили, но не факт, что именно тем, чем бы мы хотели.
Я не могу пить этот ужасный кофе просто так, а Анны Вячеславовны с сестрой нигде не видно, поэтому достаю пару бутербродов. Котлеты я доела вчера, чтобы, не дай бог, не испортилось мясо, а уж колбаса и сыр должны пережить этот день точно. Да и наш хореограф голодать нас не оставит точно, в чём мы не раз убеждались во время предыдущих поездок.
Ещё за несколько километров до Волгограда замечаю большую статую. Когда мы проезжаем прямо мимо неё, я узнаю женщину с мечом. Родина-мать. Я видела её раньше в школе и в интернете, но никогда прежде вживую. Все в вагоне, кто уже проснулся, смотрят на неё, а когда она исчезает из виду, садятся по своим делам дальше.
Надеваю куртку, обуваюсь и, пропуская вперёд тех, кто выходит на этой станции, сама иду к выходу.
Мы необычно встречаем утро в Волгограде. Из вагона выходит только наша четвёрка, и под руководством Алины мы начинаем делать зарядку. Но… мы больше смеёмся, чем что-то делаем, а также глупо приседаем не в состоянии потом подняться. Воздух свеж и слегка влажен. Я заношу куртку в вагон и возвращаюсь обратно в лёгкой кофточке. Мулюшка фотографирует меня на фоне надписи «Волгоград» и больших часов для мамы, и мы возвращаемся в поезд, нагулявшись. Сегодня я намерена больше времени провести с девочками. Может быть, тот Костя прав, и я всё-таки здесь не для того, чтобы сидеть в книжке.
Возвращаясь в поезд, мы с Дашей второй раз завтракаем. Анна Вячеславовна с радостью делится колбасой и ещё двумя ножками курицы для нас с Мулюшкой. Весь плавленый сыр уже разобрали девочки из плацкарты Киры, да и пусть, я больше люблю обычный сыр. Мы полноценно завтракаем, и я вместе с Мулюкиной иду к подругам.
Сейчас со мной общаются чуть дружелюбнее, чем в первый раз, что уже приятно.
Того парня, что похож на главного героя «Зайцев+1», зовут Арсений, но я пару раз хочу назвать его Сашей. Он кажется дружелюбным, как и его кучерявый накаченный друг Слава, лежащий под верхней полкой Кости. По большей части наши девчонки общаются только с ними двумя, но это не значит, что остальных стоит игнорировать.
Четвёртым, кого я не разглядела в тот раз, оказывается высокий и симпатичный юноша Стас. Его тёмно-русые волосы настолько коротко стрижены, что он кажется практически лысым. У него есть щетина, которая делает его практически брутальным. Стас менее разговорчив, так что понять его характер мне не удаётся. Тем более, что он постоянно куда-то уходит. Видимо, театралов довольно много по всему поезду.
По рукам мальчиков ходит какой-то шарик-тренажёр. Я прошу показать мне его. Он тяжелее, чем кажется, но его преимущество не в этом. Сеня как-то раскручивает шар и даёт его мне в руку:
– Крути его кистью.
Я пробую делать, как он говорит и показывает рукой, имитируя круг. Тренажёр сопротивляется, но крутить его довольно классно, поэтому следующие несколько часов от меня не могут оторвать эту штуку. Я пробую тренировать не только правую, но и левую руку. Предплечия начинают ныть от усталости, и я побаиваюсь, как бы завтра не оказаться без рук. Анна Вячеславовна, вторя моим мыслям, говорит то же самое, когда видит у меня в руках тренажёр.
За день я прихожу сюда не раз, наконец, понимая, почему девочки не вылезают из этого места. Болтовня не так утомляет меня, как обычно, и мне нравится эта непривычность.
После полудня захожу в купе Анны Вячеславовны. Они с сестрой сидят разговаривают и что-то записывают на тетрадный листочек. Кира на Юлиане показывает как быстро и красиво заплетать колоски. Пристраиваюсь рядом со смотрящей Жанной.
– Ну, в общем, ты поняла, но покажу ещё раз сначала, чтобы закрепить.
Волосы Самарцевой разделены пополам. Кира берёт на одной половине прядку, которая находится ближе всего ко лбу, и делит на три части.
– Теперь начинаем плести обычную косичку. Всего пару движений, после чего берём прядку для колоска, но не просто клочок с самого края, а как бы по прямой, перпендикулярной основной косе, – она медленно показывает, – Причём следи, чтобы прядки не уходили раньше колоска, иначе будут петухи.
Жанна кивает. Давильева быстро почти до конца доплетает Юлиану.
– Конец – самое сложное. Чтобы внизу не оставалось петухов, нужно взять оставшиеся волосы сразу и распределить в наши пряди. Главное, чтобы ничего не расплелось.
Она проделывает всё руками мастера и доплетает обычную косичку.
– Вот так, – с гордостью говорит Кира, – О, вы тоже здесь? – спрашивает она.
Я оборачиваюсь и вижу Веру, которая наблюдала этот процесс вместе со мной.
Жанна хочет тоже попробовать поплести, но Юлиана вскакивает и сбегает.
– Достаточно с меня опытов!
Вера предлагает свою голову на испытания, и Карамалина под присмотром Киры заплетает очень приличный колосок, немного намудрив в конце.
Я вновь ем пару печенюшек, наблюдая за девочками.
Мы проезжаем станцию Котельниково, где наши взрослые хорошенько закупаются копчёной рыбой. Я не решаюсь выходить тут, дабы не пропахнуть копчёностями.
Мы едем ещё какое-то время, пока поезд не останавливается в Сальске, и Анна Вячеславовна выталкивает всех погулять и пофотографироваться:
– Наденьте курточки, там может быть холодно!
Я беру с собой фотоаппарат и включаю видео съёмку. Камера направлена на Мулюшку:
– Итак, мы в Самаре, да? – спрашиваю я.
– Мы в Сальске, дурочка! – смеётся Даша, поправляя выбившуюся из хвоста чёлку.
– Ой, в Сальске, – исправляюсь я.
Я начинаю снимать поезд:
– Вот наш поезд такой длинненький! – веду съёмку вдоль нескончаемого поезда, пока не перевожу камеру на другую сторону состава. Постепенно перемещаю запись на большое бледно-зелёное здание вокзала, теперь Мулюкина тоже видит по другую сторону камеры, – Это Сальск!
– Смотри, какие чувачки идут, – шепчет она.
Я снимаю двух крупных мужчин, бодро шагающих вперёд.
В кадр влезает мальчик. Один из театралов, что поменьше, который постоянно прибегает к своим из другого вагона. Он очень странный.
Поезд сливает какую-то воду, и я по-детски говорю:
– Паравозик писает.
Даша так же тихо добавляет в камеру:
– Да у нас он на каждой станции писает!
Мимо нас проходит группа наших девчонок в направлении здания вокзала, мы с Мулюкиной следуем за ними. Теперь я снимаю её с боку.
– Мы в Сальске, – загадочно говорит она, – Жизнь трудная, да?
Даша смеётся какое-то время, пока не показывает пальцем на поезд:
– Смотри, какой грязный вагон.
Я ничего не вижу, потому продолжаю снимать Мулюшку. Она начинает вести повествование во время ходьбы:
– Мы были в Самаре долгое время! Долгое знойное время! – Её лицо осветляется, – И вот мы в Сальске!
– Здесь очень свежо по сравнению с Самарой, расскажи про это, – произношу я, как настоящий репортёр.
– Да. Тут дождик очень приятный идёт. Ветерок обдувает твоё лицо! – она довольно раскидывает руки, – О, настоящий Кайф! – её лицо становится грустным, – Скоро мы приедем, и этот дождик закончится. Так жалко!
Конечно, в Сочи должно быть будет куда жарче того пекла, что встретило нас в Самаре.
Тут Анна Вячеславовна говорит откуда-то сзади, прерывая Мулюкину:
– Так интересно, посередине состава грязный вагон!
– Да. Да. Да, – поддакивают остальные со смешками.
Я перевожу камеру на поезд. Один из вагонов прямо посередине поезда покрыт коричневым непроглядным слоем пыли и грязи.
– Я тебе про это и говорила, – возмущается Даша.
– А я и не видела его, – признаюсь я смущённо.
– А там вообще есть люди? – спрашивает у всех Мулюшка.
Никто не может ей ответить, хотя на вагоне так же как и на всех указан номер, значит там не может не быть пассажиров.
Даша дёргает меня за рукав ветровки:
– Подожди, мне нужно заправить шнурки. Я снимаю её, пока она занимается этим. Мулюкина встаёт и шутливо танцует.
Мы с Мулюшкой останавливаемся и рассматриваем здание вокзала:
– У нас в Орске и то красивее, – говорит она с неправильным ударением в последнем слове.
– Да, намного красивее у нас в Орске, – говорю я больше для камеры и с правильным ударением.
Пока мы рассматриваем здание, мы медленно отходим назад, а, повернувшись, оказываемся прямо перед тем самым грязным вагоном. Я хочу что-нибудь ещё сказать про него на камеру, но Анна Вячеславовна собирает всех девчонок около чистого вагона, чтобы сфотографироваться, и мне приходится завершить съёмку.
Мы делаем несколько снимков коллективом и опять расходимся. Я включаю камеру, продолжая снимать Мулюкину, и говорю:
– Итак, это вторая часть нашего видеохостинга, так сказать.
Внезапно я замечаю, что многие уже идут к вагону, и сама трогаюсь с места.
– Стой, не гони так сильно! – доносится до меня сзади от Даши.
– Вообще-то нам сейчас надо на поезд, – говорю я для камеры.
– Ну и что, – слышу я уже совсем рядом и перевожу съёмку на Мулюкину, которая кривляется, – Агага….
Она идёт рядом со мной гордой походкой.
– Ну, ты вообще и странная… – другое просто не приходит мне в голову, – Давай, говори что-нибудь.
– Мы едим в Сочи! Что ещё можно сказать?
Даша ухмыляется, кривив лицо, а я не могу сдержать смеха. Мулюшка несёт свою куртку в руках. Ветер развивает её чёлку, лежащую по бокам от лица. На заднем плане можно заметить идущую Анну Вячеславовну. Мулюкина продолжает:
– Говорят, куртку накиньте! Да тут тепло! – она коварно улыбается и счастливо говорит, – Наконец-то тут тепло! Не то, что дома сидишь, а тебя озноб ломит.
Я навожу камеру на вход в наш вагон:
– Вон, наши уже поднимаются.
– Давай, ты первая, – бормочет Мулюшка сзади.
Уже у ступеней я поворачиваю фотоаппарат на себя:
– На этом мы заканчиваем наш видеохостинг.
***
Весь второй день в поезде я активна, как никогда раньше в поездках. Успеваю побыть везде и поделать всё. Стараясь выходить на больших станциях, я часто бегаю к расписанию узнавать, сколько времени остаётся до следующей прогулки. Моим рвением пользуются практически все, узнавая у меня ближайшие станции и время прибытия. Ночью мы прибываем в Краснодар. На этой большой станции планируют выйти многие девочки, но я на свой счёт не уверена. Хочу выспаться, ведь рано утром по московскому времени мы доберёмся до Лоо.
В последний раз плотно ужинаем с Мулюшкой, доедая большинство своих припасов и куриные ножки, предлагаемые Анной Вячеславовной. Наш хлеб почти израсходован, а Жанна постоянно прибегает к нам за сахаром, потому что ни у кого, кроме нас его не осталось.
Валяюсь на верхней полке, пока Дашка расстилает нижнюю полку, и достаю фотоаппарат, желая просмотреть сделанные на разных станциях фотографии. Не удерживаюсь и включаю видеосъёмку:
– Итак, это снова Мулюкина, да?
Она выпрямляется и откидывает длинную чёлку с лица:
– Да.
– Мы скоро приедем в Краснодар и очень этому рады, правда?
– Да, мы очень рады. Жизнь лёгкая.
Дашка, прищурившись, смеётся.
– Давай, расскажи о своей нелёгкой жизни.
Она начинает шипеть в камеру и подпрыгивать, подставляя записи своё лицо крупным планом:
– У меня чёртов прыщ!
Мулюшка отворачивается, чтобы просмеяться, а я пока спрашиваю, чтобы продолжить видеосъёмку:
– И где он?
Даша внезапно замирает и вопросительно поднимает брови, мол: «Ты серьёзно?».
– Расскажите нам поподробнее, – продолжаю я издеваться над ней.
– Зеленко! – она смеётся, не в состоянии нормально ничего сказать и отворачивается, – Удали!
Мы смеёмся вдвоём, пока она не поворачивается к камере, закрыв ладонью лоб:
– Жизнь сложная.
Мы ещё пару секунд хихикаем, и я нахожу тему для продолжения видео:
– Расскажи про Краснодар.
Даша опять откидывает чёлку назад и с ладонью на лбу серьёзно говорит:
– Мы едем в Краснодар. Он будет тёпленький. Мы оденемся вообще легко, хотя там будет ночь, – и добавляет шёпотом, – Если там будет так тепло, как я думаю, то я надену только свитерочек.
Мулюкина убирает руку от лица и посылает камере воздушные поцелуи:
– Целуемся! До следующего репортажа!
Я выключаю запись, еле сдерживая смех. О, этой штуке нужно придумать какое-нибудь название.
– Новоявленный сериал «Мулюкина в Сочи», – афиширую я.
– О да.
Я спускаюсь вниз, и мы смотрим фильм «Прекрасные создания», полностью сажая зарядку бедного планшета. Я ложусь спать в наушниках, оставляя всех и предвкушая скорейшее пробуждение в городе моря и солнца.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?