Читать книгу "Ведьма для наследников дракона"

Вместо цветка мне под руку попался мелкий острый камешек, и я торопливо отдернула руку.

– Библия мало помогает в жизни, – резко бросил Таркер, смотря вдаль. Там покачивались деревянные качели, свисающие с дерева. – Но я буду рад оказаться неправ на ваш счет.

– Раз уж разговор принял такой оборот, не хотите заключить сделку? – предложила я и поморщилась: на порезанном пальце выступила кровь.

– Сделку? – Таркер ненадолго обернулся в мою сторону. На его лбу пролегла складка. – Вы меня заинтриговали. Что же вы хотите предложить мне?

Последнее слово он выделил интонацией, и я хмыкнула. Постановка вопроса подразумевала, что козырей мне в этой партии не сдали.

Напрасно он так думает.

Таркер продолжал смотреть мимо меня, и я рефлекторно поднесла ранку ко рту и облизнула, пытаясь унять боль. Легче не стало, и тогда я тихонько подула на порез.

– Я помогу вам с детьми, сделаю все, чтобы они не устроили леди Аттвуд сладкую жизнь. Более того, я постараюсь примирить их с действительностью. Возможно, они все-таки примут ваш брак.

Рука Таркера, покоящаяся на лавочке, сжалась в кулак.

– Вы полагаете, что у вас получится?

Скептицизм, прозвучавший в его голосе, меня не оттолкнул. Лишь раззадорил.

– Давайте попробуем и узнаем. Что вы теряете?

Таркер усмехнулся и искоса на меня взглянул.

– Видел бы вас сейчас отец… Ему не приходило в голову, что его дочь умеет вести дела не хуже мужчины?

– Боюсь, этого я не узнаю. Не в ближайшее время, – я пожала плечами и нетерпеливо спросила: – Так как?

– А что вы хотите получить взамен?

Я плотоядно улыбнулась.

– Возможность выбирать книги из вашей библиотеки по своему вкусу.

Таркер вдруг тряхнул головой и подался вперед. Опершись ладонями на колени, он уставился в землю, будто боролся с дурнотой.

– Это несколько странно, – пробормотал он.

Я не ответила, потому что в этот момент подула на продолжающий ныть порез, и он прямо на моих глазах затянулся, исчезнув без следа. Я ошарашенно застыла, пытаясь понять, что произошло.

– Согласна, – протянула я, почти ничего не слыша.

Я потрясла рукой и поднесла ладонь к лицу. Может быть, это какой-то обман зрения? Или, возможно, не было никакого пореза? Но я точно помню боль и алую каплю на пальце!

В этот момент Таркер обернулся, и я застыла, забыв, как дышать. Хотелось вскочить и убежать, но изумление и страх оказались так сильны, что я не сдвинулась с места. Даже с лавочки не упала.

– Лорд Таркер, – полузадушенно позвала я. Он вопросительно вскинул бровь. – Вы знаете, что у вас сейчас вертикальные зрачки?

Таркер непонимающе моргнул, а затем тряхнул головой. Его ноздри странно затрепетали, а спустя мгновение он чихнул снопом искр. Я взвизгнула совершенно неподобающим для леди образом и вскочила с места.

– Прекратите хулиганить! – возмутилась я, борясь с желанием спрятаться за ближайшим деревом. – Будьте добры, ведите диалог как мужчина, а не дракон!

Таркер снова чихнул, а затем прикрыл нос рукой. На его лице, частично спрятанном под ладонью, угадывалась растерянность. Я бы ему посочувствовала, но звериный зрачок придавал Таркеру чужеродный, пугающий вид.

– Прошу прощения, – пробормотал он и резко встал на ноги. – Вынужден вас покинуть.

Я проводила его удаляющуюся спину ошарашенным взглядом. Я сказала что-то не то? Или у Таркера есть привычка чихать огнем? Пожалуй, лучше его не доставать. Вдруг он разозлится на меня и полыхнет пламенем так, что от меня останутся разве что шляпка да сумочка.

Задумавшись о странном поведении Таркера, я не сразу вернулась к более важной проблеме. Воспоминание об исчезнувшем порезе вспыхнуло, когда я уже сделала шаг в сторону дорожки, намереваясь вернуться домой. Вздрогнув, я снова поднесла заживший палец к глазам, рассматривая, словно под микроскопом.

Что, черт возьми, здесь происходит?

* * *

Этот же вопрос не давал мне покоя, пока я мрачно возвращалась в поместье. При этом я думала не об огнеопасных чихах (в конце концов, то проблемы самого Таркера), а о порезе, исчезнувшем, стоило мне слегка подуть на него. Ведь мне же не могло померещиться, верно?

Проходя мимо розария, я свернула с извилистой мощеной дорожки. Куст белоснежных роз сразу привлек мое внимание, и, воровато оглянувшись, я осторожно потянулась к… нет, не к цветку, а к его шипам. Быстрый болезненный укол, и на саднящей подушечке пальца снова показалась тягучая алая капля. Чувствуя себя на редкость глупо, я осторожно подула на ранку.

Ничего.

Я во все глаза уставилась на целехонький порез. Ладно, возможно, я сделала что-то не так…

Невольно вспомнив о волке из сказки, я с такой силой дунула на палец, что капелька крови чуть дернулась, словно ведомый ветром парус, но… никуда не исчезла. Будь рядом лавочка, я бы потрясенно опустилась на нее, чтобы схватиться за голову, но лавочки поблизости не оказалось, и рефлексию пришлось отложить до лучших времен.

Кусая губу, я медленно вернулась на дорожку и направилась в поместье. В голове роем диких пчел жужжали различные предположения, одно глупее другого, пока среди этого гомона отчетливо не проступили слова Таркера: «Не вздумайте применять магию против моих детей».

С губ сорвался вздох облегчения. Что ж, это многое объясняет. Видимо, я, сама того не понимая, каким-то образом смогла использовать магию леди Рейс. Интересно, что за дар у нее был?

Меня невольно резануло это «был». Я чуть сбилась с шага. Перед глазами снова как наяву встал тот темный сырой туннель. Куда же он вел? Впрочем, неважно.

Я приблизилась к парадному входу и не спеша поднялась по невысоким ступеням из темно-серого камня, придерживаясь рукой за балюстраду. Уже в самом доме мне на пути попался Баррет, и я дружелюбно кивнула ему. Он ответил легким поклоном.

Миновав лестницу, я, колеблясь, ненадолго остановилась у порога детской. Я уже занесла руку, намереваясь постучаться, но затем отдернула сжатые пальцы. Пусть дети немного придут в себя и остынут. Если они переняли папину манеру плеваться огнем, сейчас к ним лучше не подходить. У меня еще будет время начать выполнять условия нашего с Таркером уговора.

Спальня встретила меня тишиной и легким шорохом раздуваемых штор – окно оказалось приоткрытым, и в комнате витал едва уловимый аромат цветущего сада. Я постояла у окна, наслаждаясь прекрасным видом небольшого фонтана, венчающего округлый пруд с кувшинками, а затем решительно распахнула шкаф.

Заняться мне пока нечем, так почему бы не понять, что из себя представляла леди Рейс? В шкафу меня ждало разочарование: ровный ряд платьев и аккуратные стопки с нижним бельем – ничего интересного. Я нашла взглядом чемоданы и торопливо сунула в них нос, но и тут было пусто. В буквальном смысле.

Захлопнув дверцы, я задумчиво осмотрела спальню, будто видела ее в первый раз. Высокая кровать с отдернутым пологом казалась огромной, и на ее фоне немного терялись остальные детали обстановки: мягкое кресло с обивкой в нежно-розовый цветочек и маленькой круглой подушечкой, белоснежный камин с черной каминной решеткой, небольшой туалетный столик с россыпью каких-то баночек на нем и чисто девичьим розовато-жемчужным пуфиком. Розового цвета в интерьере было много, но он почему-то не раздражал: слишком разные его оттенки смешались между собой, а вкрапление белого и вовсе придавало комнате воздушность и легкость.

Возле кровати стояла тумбочка. На потолке я рассмотрела люстру, в рожках которой стояли толстые свечи. Неужели электричество провели лишь в гостиной и столовой, не удостоив вниманием спальни?

Я подошла к туалетному столику с изящными ящиками и потянула один из них на себя. Внутри нашлась перьевая ручка, ворох бумаги и роскошная золотая шкатулка, украшенная крупными алыми камнями. Возможно, рубинами.

Рука потянулась к замочку, и я разочарованно вздохнула: на меня взглянуло обтянутое бархатом дно пустой шкатулки. Что ж, и здесь пролет.

Я уже хотела захлопнуть ящик, когда в голову пришла неожиданная идея. Взяв сразу всю кипу листов, я опустилась на пуфик и куснула кончик перьевой ручки. У меня не получается сказать правду вслух, но что, если попробовать написать об этом? Вдруг на письма защитная магия мира не распространяется?

Вдохновленная, я замерла, обдумывая, как начать. На ум приходило только «Дорогой лорд Таркер, я вовсе не леди Рейс. Меня подставили!», и я с ухмылкой отогнала эту идею.

Пальцы легли на металлический наконечник ручки, я попыталась вывести первое слово. Тщетно. Пришлось снова открыть ящик, найти в нем чернильницу и, обмакнув острый кончик ручки, продолжить.

Высунув от усердия язык, я успела нацарапать только: «Лорд Таркер, должна вам признаться…», и пульс зачастил с такой силой, что в глазах запрыгали черные мушки. В носу защекотал уже знакомый аромат вербены. Пытаясь справиться с собственным непослушным телом, я обхватила рукой горло (воздуха катастрофически не хватало) и рухнула в темноту.

Глава 6

В лицо светило солнце. Его лучи согревали, но не опаляли, ласково скользя по коже. Вдалеке слышался щебет птиц. Он смешивался с мягким рокотом раскинувшейся где-то совсем рядом реки.

Я распахнула глаза и с непониманием уставилась на чистое голубое небо без единого облачка.

– Наверное, мне следует сказать, что рада тебя видеть, но это не совсем правда, а лгать я не могу.

Я резко приподнялась с влажной, покрытой росой травы, чтобы вновь увидеть женщину из своего видения. Этот внимательный, пробирающий до мурашек взгляд серых глаз я никогда не смогу забыть. Что-то он мне смутно напоминал… Или кого-то?

– Как я здесь оказалась?

Женщина абсолютно естественным и неимоверно изящным движением коснулась своей прически. Ее отдающие легкой сединой волосы были забраны наверх и украшены золотой заколкой в виде цветка.

– Ты снова пыталась рассказать о том, что пришла из другого мира, и упала в обморок. – Она неодобрительно покачала головой, в ушах сверкнули длинные тонкие серьги. – Это не доведет до добра, дитя. Однажды ты можешь не очнуться.

Это не прозвучало угрожающе, просто как констатация факта. Я вздрогнула. Смерть, когда о ней говорили так равнодушно, пугала особенно сильно.

– Не называйте меня дитем, – попросила я и встала на ноги. – Мне это не нравится.

Женщина усмехнулась и поправила ярко-синие пышные юбки. В лучах солнца шелк сверкнул сапфиром.

– Как же тебя называть?

– Анна, – твердо сказала я и сделала пару неуверенных шагов в ее сторону.

Женщина сидела на высоком, покрытом мхом камне. При моем приближении она не отодвинулась, лишь повыше подняла голову, чтобы видеть мое лицо.

– Это твое имя из прошлой жизни, – мягко заметила она. – Тебе придется привыкнуть к новому.

– А если я не хочу? – я упрямо вскинула подбородок.

Женщина посмотрела на бурную узкую речушку, мелькающую среди влажных камней и густой зелени в паре шагов от нас.

– Не всегда наши желания определяют нужный путь.

Я сжала челюсти. Отлично, на психотерапевтический сеанс с философским подтекстом я вовсе не настроена!

– Как к вам обращаться? – резко бросила я. – И кто вы? И, ради Бога, где мы?

– Как всегда, много вопросов. – Она улыбнулась уголками губ. Слабый порыв ветра донес до меня уже набивший оскомину аромат вербены. – Мне нравится твой пытливый ум, но он направлен не в ту сторону.

– Вот как? – мрачно поинтересовалась я и скрестила руки на груди.

Интуиция не подвела, эта фраза и правда стала любимой!

Женщина, которую я решила звать Вербеной, вздохнула.

– Формально мы находимся на границе сознания, а если тебя интересует, где можно найти это место… – Она обвела рукой лес и шумящую между порогов реку. – Оно недалеко от поместья. Достаточно выйти на лестную тропу у трех дубов. В детстве я обожала здесь гулять.

Ее глаза влажно блеснули, а взгляд заскользил по кронам деревьев. Ко мне он вернулся не сразу.

Я немного выждала, а затем решила брать быка за рога. Второго шанса может не представиться.

– Послушайте, что, если нам договориться? Я выполню ту миссию, которую вы на меня возлагаете, а вы – вернете меня домой.

В повисшей тишине отчетливо громко прозвучал крик какой-то птицы. Наверное, ее охватило то же отчаяние, что и меня.

Ладно, возвращаемся к плану Б: соглашаемся, киваем, но делаем все по-своему. В искусстве партизанской войны я была лучшей.

Вербена нахмурилась, и я мысленно осеклась. Надеюсь, она не заглядывает мне в голову?

– Раз вы хотите, чтобы я сыграла роль леди Рейс, вы обязаны ответить на мои вопросы.

– Не сыграть, мы не в театре, – укоризненно поправила Вербена. – Ты должна принять свое новое тело…

– Да-да, отмахнулась я, желая пропустить часть с нотациями. – Расскажите мне о даре леди Рейс! Она была магом?

Вербена неодобрительно взглянула на меня и сложила изящные ладони на колени. На безымянном пальце тонким ободком сияло кольцо.

– Магия – сложная материя, почти неподвластная людям. Женщины к ней более восприимчивы, но и им открыты не все двери.

– Что вы имеете в виду?

Брошь на груди Вербены чуть качнулась, привлекая мое внимание. Удивительно красивая брошь в виде свернувшейся ящерицы. Кажется, я видела ее и в прошлый раз.

– Естественной магией владеют лишь драконы и малая доля человеческих женщин. Последних называют ведьмами. Все остальные (и мужчины, и женщины) получают ее через темный жестокий ритуал. Это искусственное приобретение магии, на которое идут многие представители высшего сословия, чтобы не чувствовать свою ущербность перед драконами. Леди Рейс не стала исключением.

Я сглотнула. Темный жестокий ритуал? Надеюсь, речь идет не о жертвоприношениях?

Вербена чуть нахмурилась, ее тонкие губы сжались в одну линию, и по моей спине поползли мурашки. Что ж, пожалуй, лучше ничего не спрашивать. Не так уж интересно, честное слово.

– Значит, леди Рейс приобрела дар целительства? – уточнила я и пояснила: – Сегодня мне удалось залечить собственный порез.

– Через ритуал невозможно получить дар целительства. Леди Рейс, как и ее отцу, досталась стихия льда. Именно о ней чаще всего и просят те, кто вознамерился стать магом. Только лед и может защитить от драконьего огня.

Я непонимающе нахмурилась. Боже, сколько всего сразу! Ну почему бы не давать информацию дозированно? Риторический вопрос, знаю.

– Тогда как…

Вербена не позволила мне договорить. Видимо, ей наскучила моя неспособность сложить два и два.

– В тебе проснулась ведьмовская природа, твоя природа. – Она выделила два последних слова интонацией. – Если ты думаешь, что дар заключен в теле, то ошибаешься: он принадлежит душе. Я искала душу ведьмы и нашла ее.

Я едва не села на землю. Не знаю, как меня удержали ноги. Вот уж правда, все чудесатее и чудесатее!

– Наверное, вы что-то путаете, – упрямо проговорила я. – У меня никогда не было никаких… ведьмовских штучек. Я бы заметила!

Вербена улыбнулась той мудрой, понимающей улыбкой родителя, которая так бесит всех детей без исключения.

– В твоем мире нет магии. Твоя сущность просто спала, ожидая перерождения, и оно наступило немного раньше положенного срока.

Я распахнула рот, да так и застыла. Просто молча и совершенно растерянно взирала на Вербену, не в силах выдавить из себя ни слова.

– Это странно, – просипела наконец я, невольно процитировав Таркера.

К моему удивлению, со мной согласились. Кажется, впервые с момента знакомства.

– Если только немного.

В густой зелени ветвей продолжали щебетать птицы. Рядом шумела река. Земля не разверзлась под ногами, и я, поколебавшись, сдалась.

– Ладно, что мне с этим делать? Зачем вам была нужна ведьма?

Где-то совсем рядом прогремел гром, и я вздрогнула. Вербена вскинула голову, всматриваясь в потемневшее небо.

– Кто-то пытается привести тебя в чувство, – сказала она. – Нам придется продолжить в следующий раз.

– Какой еще следующий раз? – возмутилась я. – Не собираюсь я больше в обмороки падать и задыхаться, чтобы встретиться с вами!

Последние слова заглушил налетевший ветер. Меня закрутило и бросило в чернеющую воронку смерча. В глаза и нос тут же забилась земля, смешанная с сором мелких листьев. Мгновение паники, и я снова провалилась в темноту.

* * *

Кто-то тормошил меня за плечо.

– Леди Рейс, вам плохо? Отзовитесь, прошу вас!

Я с трудом узнала голос Джози и с еще большим трудом разлепила веки.

– Все в порядке, – пробормотала я, поднимая тяжелую голову.

Джози с сомнением окинула меня долгим взглядом.

– Вы бледная, как полотно, и лоб в испарине. Вы снова упали в обморок?

– Нет-нет! – торопливо заверила я. – Просто уснула. День был сложным.

Мы одновременно взглянули на настенные часы. Их стрелки только-только подбирались к полудню.

– Понимаю, – протянула Джози, и ее интонация говорила ровно об обратном. – Что ж, если у вас появилось свободное время, может быть, обсудим ваш наряд к ужину?

– К ужину? – тупо переспросила я.

– Конечно! – Джози, кивая, подошла к шкафу. – Вы обязаны сегодня блистать! К нам пожаловала леди Аттвуд. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы ее платье смотреть лучше вашего.

Голова после обморока была непривычно пустой, в горле словно наждачкой провели, поэтому я не сразу поняла, о чем речь. Лишь спустя пару мгновений до меня дошло, что аристократы переодеваются перед ужином, и смена наряда – едва ли не самое важное событие дня.

– Может быть, подойдет ваше любимое жемчужное платье? Или то, что выписали недавно, из Лархии? Винный оттенок снова в моде!

Джози зарылась в шкаф, чтобы вынырнуть из него с несколькими вешалками сразу. От блеска шелка и сияния атласа резало глаза.

– Я не помню, взяли ли мы из дома гарнитур с рубинами, – рассеянно пробормотала Джози, бережно раскладывая платья на кровати, – но можно обойтись жемчугом. Это так демократично!

Я равнодушно посмотрела на океан роскоши, струящийся по покрывалу в цветочек, и начала тактическое отступление к двери. Последнее, что мне хотелось обсуждать – цвет платья, которое надену к ужину. Право слово, на фоне моих проблем это выглядит как изощренная издевка.

Джози снова что-то забормотала, перекладывая платья с места на место, но я ее уже не слушала.

– Полностью доверяю твоему вкусу, – торопливо вставила я. – Прости, но я собиралась прогуляться.

Джози в изумлении вскинула голову, отрываясь от перебирания нитей жемчуга, вытащенного из шкатулки с туалетного столика.

– Но разве вы не хотите лично проследить за подготовкой? – с недоумением спросила она. – Мы должны обсудить еще прическу и…

– Ты справишься и без меня, – с улыбкой сказала и ухватилась за ручку двери, как за спасательный круг.

– Лели Рейс! – воскликнула Джози, и я замерла на пороге, будто застигнутая на месте преступления. – Вы забыли шляпку и перчатки! Разве можно выходить на улицу без них?

Пришлось обернуться и, поблагодарив, взять и первое, и второе. Нет, Джози точно скоро догадается: слишком много странностей в моем поведении. Вопрос лишь в том, как именно она их истолкует и к какому выводу придет?

Я действительно собиралась прогуляться, чтобы в одиночестве привести мысли в порядок, но, оказавшись в коридоре, споткнулась взглядом о закрытую дверь детской. Возможно, стоит начать выполнять требования нашего с Таркером уговора? Мне как никогда нужно попасть в библиотеку!

Я осторожно толкнула дверь детской. Комната оказалась просторнее моей и более светлой. Две узкие кровати стояли друг напротив друга, вдоль разных стен. Вместительный шкаф, небольшой книжный стеллаж и два кресла с кофейным столиком в углу – вся эта скромная обстановка оказалась изрядно припорошена игрушками. Я успела заметить мяч, кукол в кроватке и коляске, набор посуды и россыпь каких-то кубиков, прежде чем столкнулась взглядом с Хлоей. Та сидела в кресле, пододвинутом к окну, и хмуро читала книгу. На кровати, в обнимку с потрепанным плюшевым медведем, лежал Томас. При виде меня он насторожился и неохотно поднялся. Хлоя равнодушно перевернула страницу, сделав вид, что не заметила меня.

Пожалуй, душеспасительные беседы о том, как им повезло снова обзавестись «мамой», придется отложить до лучших времен. Сейчас меня за такое просто испепелят. В буквальном смысле. А ледяной магией, спасающей от гнева драконов, я не владею.

– Леди Рейс, папа отменил все уроки на сегодня, – сказал Томас. Его нос покраснел, а лицо будто немного опухло. Он плакал? – Так что мы с вами увидимся только завтра.

– Думаю, даже раньше, – я улыбнулась ему и жестом попросила сесть. Он плюхнулся на кровать. – За ужином.

– Мы не спустимся к ужину, – холодно вставила Хлоя и снова зашуршала страницей.

Или эта девчонка быстро читает, или просто демонстративно листает книгу, чтобы поставить меня на место.

Ох, Таркеру не понравится, что его отпрыски игнорируют ужин!

– Я слышала, сегодня подадут шоколадный пудинг, – радостно солгала я (все ради благого дела!) и опустилась рядом с Томасом на кровать. Тот быстро отодвинулся в сторону. – Разве вы не хотите его попробовать?

Грубая попытка, знаю. Но ничего лучше мне в голову не пришло.

Хлоя поморщилась и неохотно бросила:

– Нам все равно. Мы объявили голодовку.

Томас кивнул и прижал к груди медведя, словно баюкая его.

Я приуныла. Голодающие дети Таркера мало помогут в деле получения пропуска в библиотеку.

– Вы что-то хотели, леди Рейс? – так вежливо, что это звучало почти как оскорбление, спросила Хлоя.

Решение пришло моментально. Я задумчиво куснула губу. Рискованно, но другого выхода, кажется, нет. Как говорится, если не можешь остановить революцию, возглавь ее.

– Леди Аттвуд показалась мне отвратительной особой. Заметили, как она покосилась на мое платье?

Томас удивленно моргнул, а Хлоя впервые оторвалась от книги и бросила на меня взгляд исподлобья. Именно он и заставил меня выпалить:

– Я подумала… Не проучить ли нам ее?

* * *

Мы с леди Аттвуд столкнулись нос к носу у дверей столовой.

– Леди Рейс, рада вас видеть!

Ее взгляд прошелся по мне, как сканер. Уверена, она мысленно оценила и мое темно-синее шифоновое платье с заниженной талией, и его роскошную отделку стеклярусом, и легкую, наброшенную на плечи накидку. Глаза леди Аттвуд на мгновение затуманились, будто она на ходу подсчитывала стоимость каждого аксессуара. Я усмехнулась и не отказала себе в удовольствии тоже мельком пройтись по «конкурентке». В отличие от меня, она выбрала приталенное платье с длинным разлетающимся шлейфом. Понятия не имею, как она в нем не путалась! Фасон платья показался мне нарочито сексуальным, и если бы не нежно-голубой цвет шелка, смотрелся бы вульгарно. Это ощущение немного смягчали нити жемчуга и кружевные перчатки.

– Прекрасно выглядите, леди Аттвуд.

Словно дуэлянты, мы отступили назад, улыбнулись друг другу, сощурив глаза, а затем одновременно шагнули в столовую. Ровное сияние лампочек в хрустальной люстре после коридора, освещенного свечами, показалось мне непривычно ярким, и я ненадолго прикрыла глаза. А когда распахнула их, успела заметить сочувствующий взгляд лакея, стоявшего у стены. Парнишка изредка подносил к лицу ладонь, сложенную козырьком, словно такой свет его пугал.

Пожалуй, не все здесь привыкли к электричеству. Неудивительно, что в прошлый раз мы ужинали при свечах.

При нашем появлении лорд Таркер и Томас встали.

– Леди Аттвуд, леди Рейс, благодарю, что присоединились к нашей скромной компании.

– Я счастлива, что могу разделить с вами ужин, лорд Таркер, – пропела леди Аттвуд. Ее пухлые губы растянулись в такой широкой улыбке, что я была уверена: наутро у нее будут болеть скулы. – С вами и, конечно, с вашими отпрысками, – спохватившись, добавила она уже без прежнего пыла. – Ведь они скоро станут и моими детьми.

Щека Таркера дернулась. Видимо, он не был готов к такому резкому появлению «общих» детей.

Реакция остальных тоже оказалась эмоциональной. Лицо Томаса вытянулось, а Хлоя так сильно сжала вилку, что я бы не удивилась, если бы тщательно начищенное серебро погнулось в ее руках. Лакей оторвался от изучения стены напротив и покосился на леди Аттвуд с интересом. Баррет тоже отвлекся, а потому не одернул его.

Я кашлянула, привлекая внимание.

– Чудесный вечер, правда? – светски спросила я.

Таркер взглянул на меня, будто подозревая в издевке, но никак не прокомментировал мою фразу. Нам с леди Аттвуд помогли сесть. Ей досталось место рядом с Таркером, а мне – с Хлоей. Признаться, меня это устраивало.

– Вы все подготовили? – Хлоя едва шевелила губами, и ее шепот было сложно разобрать. – Я ничего не вижу.

– Все в порядке, не волнуйся, – схватившись за салфетку, так же тихо заверила я.

– Леди Аттвуд, вам показали поместье? – равнодушно спросил Таркер, приступая к жаркому.

Судя по его взгляду, жаркое интересовало его больше ответа будущей жены. Его заострившееся лицо не выражало напряжение, лишь отчуждение. Впрочем, леди Аттвуд этого не заметила или не пожелала замечать.

– О, конечно! – с ослепительной улыбкой ответила она. – Благодарю вас за заботу! Правда, я не успела осмотреть все достопримечательности. Возможно, завтра вы составите мне компанию в небольшой экскурсии по окрестностям?

Хлоя гневно засопела и совершенно недостойно ткнула под столом мою ногу. Я сделала круглые глаза и покачала головой: еще рано. Хлоя опустила мрачный взгляд в тарелку и промолчала. Схваченные лентами косички недовольно метнулись из стороны в сторону, когда она посмотрела сначала на отца, а затем на его невесту.

– Возможно, – скупо ответил Таркер.

Но даже такого легкого поощрения оказалось достаточно, чтобы леди Аттвуд снова улыбнулась, но уже не ему, а Хлое.

– Прекрасное платье, дорогая, – проговорила она. – У тебя замечательный вкус! Уверена, его оценят в пансионате для девочек.

Я едва не подавилась кусочком мяса, которое беззаботно отправила в рот секундой ранее. Хлоя побледнела и замерла, а Томас опрокинул фужер с водой. Лакей тут же бросился ему на помощь, чтобы устранить беспорядок на столе.

– Будь осторожнее, милый, – ласково сказала леди Аттвуд. – В школе для мальчиков не одобрят такого поведения.

Она продолжала улыбаться, обнажая ровные жемчужные зубы, но теперь это больше пугало, чем привлекало. Не слишком ли рано она решила сбросить маски? Я искоса взглянула на леди Аттвуд, невольно оценивая ее. Она не казалась глупой, а замечание о школе было именно таким. Почему она так спешит установить собственные правила, ведь с этим разумнее было бы подождать? Она будто…

Я не успела додумать эту мысль до конца.

– Мои дети учатся дома, – подчеркнуто холодно заметил Таркер. Его голос пробирал до мурашек, и даже мне (случайному свидетелю!) захотелось вжать голову в плечи и притвориться деталью интерьера. – Больше этот вопрос мы обсуждать не будем.

Леди Аттвуд растерянно заморгала. Уголки ее губ обиженно опустились.

– Но… милорд… Разве образование, которое дают закрытые школы, сравнится с домашним? Я и сама училась в пансионе благородных девиц, могу заверить…

Сейчас она походила на трепетную лань: грудь часто вздымалась, глаза смотрели бесхитростно и прямо, рассыпавшиеся по плечам упругие локоны чуть подскакивали, когда она вскидывала непонимающий взгляд… Вот только что-то мне подсказывает, что леди Аттвуд ведет свою игру и, судя по всему, довольно успешно. Интересно, в чем ее смысл?

– Тема закрыта, – с нажимом повторил Таркер, и было что-то в его голосе, заставившее всех послушно уткнуться в тарелки.

Ненадолго в столовой повисла тишина, нарушаемая лишь едва слышным скрипом ножей и вилок о фарфор, а затем леди Аттвуд будто взяла себя в руки.

– Леди Рейс, вы ведь прибыли прямиком из столицы? Расскажите что-нибудь о последних новостях?

Я оторвалась от еды и потянулась к фужеру с вином, страдальчески вздохнув. Ну что за женщина? Еще немного, и я начну разделять мнение детей на ее счет.

– Признаться, я не знаю, что вам поведать, – с легкой улыбкой ответила я.

Причем даже не солгала. Я и правда ничего не знала о столичной жизни местных аристократов!

На миловидное личико леди Аттвуд набежала тень разочарования.

– Я слышала, в столицу ненадолго привезли выставку картин Муцхи. Вы разве не успели посетить ее перед отъездом?

Я замешкалась с ответом. К счастью, меня спас Таркер.

– Леди Рейс не увлечена искусством, верно?

С моих губ сорвался вздох облегчения.

– Вы правы, лорд Таркер.

– Тогда чем же вы любите заниматься?

Большие круглые глаза леди Аттвуд смотрели на меня с легким недоумением. Кажется, мой ответ и правда озадачил ее.

Ладно, какое хобби могло быть у леди Рейс?

– Ничем особенным: совершать променад, читать…

– Читать? – Леди Аттвуд удивилась не на шутку. – Это так необычно для женщины!

Мы с Хлоей с пониманием переглянулись, и я не удержалась от сарказма:

– Мои вкусы несколько специфичны.

– Какие же книги вы предпочитаете?

Я искоса посмотрела на Таркера, вежливо вскинувшего бровь, и уверенно бросила:

– Меня увлекает все, что связано с магией.

– Вот как? – В голосе леди Аттвуд невозможно было разобрать ни одобрения, ни недовольства. Сплошное любопытство.

– Леди Рейс не так давно прошла через ритуал принятия магии, – скучающе добавил Таркер. – Предполагаю, что ее интерес носит исключительно прикладной характер.

Леди Аттвуд испуганно дернулась. Ее руки на столе сжались в замок.

– Вы владеете ледяной магией?

Я посмотрела на нахмурившуюся Хлою и притихшего Томаса. Мне не оставалось ничего другого, как кивнуть.

– Какой необычный выбор гувернантки, – медленно протянула леди Аттвуд, а затем поспешно сменила тему. – Сегодня была прекрасная погода! Как думаете, она продержится еще пару дней?

Она обратила свой взор на Таркера, поэтому я промолчала. Я видела, как Хлоя продолжает буравить меня настороженным взглядом, и невольно понадеялась, что наше хрупкое перемирие не будет разорвано прямо сейчас. Леди Аттвуд без остановки щебетала что-то о солнце и отсутствии ветра, и я решила: пора.

Дети предлагали намазать стул леди Аттвуд клеем, чтобы испортить ее наряд и поставить в неловкое положение, но я убедила их этого не делать. Все сразу поймут, кто виноват в случившемся, и моим воспитанникам точно влетит. Это не соответствовало моему плану. Раз уж жульничать, то так, чтобы не поймали.

Признаться, идея пришла мне в голову не сразу, и я до сих пор не была в ней уверена, но… придется рискнуть.

Я отложила вилку в сторону и спрятала руки на колени в надежде, что так мой маневр станет менее заметным. Таркер меланхолично жевал, леди Аттвуд что-то оживленно рассказывала, дети выжидающе смотрели на меня. Именно их молчаливые взгляды и подтолкнули меня. С громко стучащим сердцем я покосилась на ножку курицы, лежащую на тарелке леди Аттвуд, и постаралась сосредоточиться.

Вербена сказала, что во мне проснулась ведьмовская природа. Я запомнила ее слова и, прогуливаясь по саду после разговора с детьми, еще пару раз резала палец и залечивала его, проверяя свои способности. А затем меня осенило: если я могу воздействовать на живую материю, вдруг смогу и на мертвую? Я пыталась прокрасться на кухню, чтобы устроить небольшой эксперимент, но там вечно толпились слуги, и у меня не получилось ничего стащить. На мою просьбу принести вареное яйцо Джози с осуждением заметила, что ужин будет совсем скоро. Так что мне пришлось отложить эксперимент… до этой минуты.