Читать книгу "Не дареный подарок. Кася"

Глава восьмая
Отвязывательная

– Мы…

Дарис замялся и бросил опасливый взгляд на своего подельника. Ни один, ни второй не решались произнести вслух то, что от них требовалось.

– Снимете привязку, – дружелюбно подсказал Аррануш, – и отделаетесь всего лишь отработкой.

Кадеты мялись, не спеша соглашаться и подтверждать свою причастность к обретению Илисом нечисти раньше срока.

– Будете упрямиться, я сегодня же подпишу документы на ваше отчисление, – решил мотивировать их директор.

На побитых и глубоко несчастных парней было жалко смотреть. Вчера зверствовал Илис, сегодня – его отец. И если вчерашняя встреча с одним из Грэнаров закончилась всего лишь ночевкой в лазарете, то сегодня проблема была значительно серьезней.

Парни все же боевики, и получать по шее для них не в новинку. Каждый из первокурсников – немного боксерская груша. Синяками и переломами таких не удивишь, в отличие от исключения.

За дверью кто-то прошел, громко обсуждая предстоящие выходные.

В лазарете из всех девяти кроватей были заняты только две, что исключало свидетелей изнутри. Другое дело, что они могли нагрянуть снаружи. Двери в лазарете почему-то не запирались.

– Давайте закончим с этим поскорее?

Спрятав нос в лапки, я все равно чувствовала свежий, чистый до колючего кома в горле запах стерильности.

– Может, я с ними поговорю? – предложил хозяин.

Ему не больше моего хотелось здесь находиться.

– Ты с ними уже поговорил, – проворчал директор.

С укором и, как мне показалось, с тайной гордостью. Шутка ли, любимый сын уделал боевика-четверокурсника и защитника-третьекурсника. В одиночку. Грех таким не гордиться.

– Мы все сделаем, – просипел перекачанный, с трудом приподнимаясь на кровати.

– Приступайте, – величественно дозволил директор.

Отступив на два шага назад, он невольно повел плечом, на котором, как правило, сидела сова. Сегодня ее с нами не было, что слегка смущало непривычного к такому положению дел Аррануша.

Илис, следуя указаниям, встал между койками, на которых лежали жертвы его благодарности. Он взял меня на руки и послушно отстоял положенное, пока кадеты быстро, нервно, взахлеб бормотали нужные слова.

Лапу заломило почти сразу, кожу в том месте, где были вытравлены символы, жгло, казалось, еще чуть-чуть, и можно будет различить запах паленой шерсти.

Я тихонечко заскулила. Илис успокаивающе погладил меня по спине. Знаки на его руке лениво светились. Хозяину тоже было больно, но он, в отличие от меня, умел терпеть.

Боль ушла, кадеты замолчали, а тонкая полоска подчиняющего заклинания никуда не исчезла.

– Минус два балла каждому.

Аррануш почти не удивился. Видимо, давно был директором и на собственном опыте знал, как часто у кадетов не срабатывают заклинания. Слишком мало старания, концентрации или знаний – и вот вам, пожалуйста. Ничего не вышло. Единственное, что можно сделать в данной ситуации, – мотивировать.

Минус два балла, чем не стимул не совершать больше ошибок? Издевательство повторилось. Лапу жгло, хоть отгрызай. Затем на смену боли пришло облегчение и осознание того, что ничего не получилось.

Кадеты беспомощно смотрели на директора, ожидая очередного минуса.

– Странно, – Аррануш выглядел удивленным, – ну-ка, давайте еще раз.

Прижав уши, я ждала худшего. Уже не нервировал даже густой запах лазарета, появилось в моей жизни кое-что похуже.

Третий раз ничем не отличался от предыдущих двух. Разве только хозяин выругался и, уже не переставая, наглаживал меня, пытаясь успокоить. Я тихонечко скулила, поджав лапу, и успокаиваться не хотела.

– Мы все делаем правильно…

Нервно оправдываясь, Дарис смотрел исключительно на директора. Последний раз свои непонятные слова они выговаривали четко, раздельно, буквально по слогам, чтобы уж наверняка.

Наверняка не получилось.

– И чего теперь делать будем? – опасливо уточнила я, поглаживая лапу.

– Может, попробуем еще раз? – предложил Аррануш.

Я ощутимо вздрогнула.

– Нет. Хватит.

И как же я была благодарна хозяину за эту его грубую категоричность!

Директор нахмурился.

– Возможно, мы что-то делаем не так? Необходимо воспроизвести ту ночь в точности.

– За исключением того, что в прошлый раз в лазарете лежал хозяин, ничего не изменилось, – поспешила заверить я. Лапу было жалко, она мне нравилась.

Дарис охотно закивал:

– Прямой контакт между нечистью и будущим хозяином, подчиняющее плетение и необходимое заклинание.

– И что теперь будет? – угрюмо спросил Варн. Он уже морально готовился к отчислению.

Аррануш пожал плечами, напряженно глядя почему-то на меня. Можно подумать, я во всем виновата. Я же жертва!

– Поучаствую в подчинении, – пожал плечами хозяин. – Если получится – хорошо. Если нет… У меня уже есть нечисть.

Я обняла его за руку и нежно погладила по рукаву:

– Хазяин, я так тебя люблю, ты просто не представляешь.

Илиса от моего эмоционального признания ощутимо передернуло.

Директора такое положение дел устраивало мало. Он хмурился, прожигал взглядом то меня, то увечных кадетов и хотел еще раз попробовать снять привязку. Решение далось ему с трудом.

– Хорошо. Поучаствуешь в подчинении, и если не получится привязать другую нечисть, – Аррануш поморщился, сама мысль об этом была ему глубоко неприятна, – то попробуем отвязать Каси еще раз.

Илис пожал плечами, не имея ничего против. Он почему-то верил, что все получится. Я не верила, заранее готовилась испытать новые неприятные ощущения и начинала тихо жалеть себя несчастную, замученную и всеми притесняемую.

Нервное напряжение даром не прошло, истрепанные нервы, общее издерганное состояние и ожидание чего-то малоприятного вылились в очередное очеловечивание. Предупредить меня о том, что процесс превращения способны запустить сильные эмоции, было некому, все приходилось узнавать самостоятельно.

Именно потому вечером вместо ужина я пугала хозяина воплями и мечтала, чтобы меня кто-нибудь гуманно вырубил. Или не гуманно. Можно даже каким-нибудь зверским способом, только бы не чувствовать всего этого.

– У-у-у!

Закутанная до подбородка в покрывало, я каталась по кровати и скулила, с беспомощной отупляющей ясностью осознавая, что легче мне станет еще не скоро.

Илис застыл надо мной, не имея понятия, что делать и как помочь. На все его вопросы я выла и ругалась. И плакала. По-детски, навзрыд, непрерывно причитая. Второе превращение оказалось еще хуже.

Первое было только пробным. На этот раз облик закреплялся. Я чувствовала, как мышцы запекаются, как кровь в жилах раскаленными колкими льдинками скользит по венам, обжигая холодом и оставляя после себя расплавленный след. Кости что-то ело изнутри. Позвоночник закаменел, ребра давили на легкие, и каждый вздох мог стать последним. Он казался последним.

– Ты уверена, что обезболивающее не поможет?

В первые мгновения моего превращения Илис порывался позвать директора, и только мой истеричный вопль с требованием не оставлять меня одну его остановил. Теперь, кажется, он жалел, что остался.

– Мне уже ничего не поможет.

Глаза болели, голова болела, зубы ныли, а в ушах стоял звон. Хотелось чего-нибудь погрызть и чтобы все это закончилось. Оно закончилось только тогда, когда я окончательно охрипла, а хозяин с немного невменяемым видом укачивал меня на коленях уже минут пятнадцать. В таком положении я выла чуточку тише.

Затихнув, я в последний раз тоненько всхлипнула и простонала:

– Как Илли только три превращения выдержала?

– Спроси лучше, как я твои превращения выдерживаю? – проворчал он, продолжая меня укачивать. – Успокоилась? Уже ничего не болит?

– Легкая слабость и больше ничего… – Прислушавшись к своим ощущениям, я с сомнением призналась: – А еще меня, кажется, тошнит. Перестань, пожалуйста.

Обиженно хмыкнув, Илис прекратил раскачиваться из стороны в сторону. Минут десять мне понадобилось, чтобы успокоиться, смириться со случившимся и прийти к неутешительному выводу:

– Хазяин, я хочу есть.

– Давай ты не будешь звать меня хозяином, когда ты… в таком виде.

– Это почему? – Будь у меня больше сил, я, наверное, заглянула бы Илису в лицо. Но мне было лень, и голова, слишком тяжелая и большая, не хотела отрываться от его плеча. – Плетение никуда не исчезло, значит, ты все еще мой хазяин.

Я вяло зашевелилась, стремясь выпутаться и продемонстрировать наглядно символ моего подчинения.

– Можно подумать, я этого не знаю, – проворчал он, сжимая меня сильнее и пресекая на корню попытки выбраться из покрывала. – Когда ты человек, зови меня Илисом, поняла?

– «Хазяин» мне нравится больше, – пробормотала я, не в силах внятно объяснить почему.

Не говорить же, что мелкой и слабой нечисти просто нравится быть чьей-то? Ни илистому коту, ни аспиду моих чувств не понять, а ведь они тоже нечисть. Что уж говорить о человеке?

– Это не имеет значения.

Я бы обиделась, не будь мне так лень.

– Ну и ладно. Но есть я все равно хочу. Пошли в столовую.

– Тебе нужна одежда.

Илису надоело держать меня на коленях. Сгрузив свою ценную ношу на кровать, он поднялся.

Плотнее закутавшись в покрывало, оглядела себя и осталась довольна результатом.

– Да я и так могу!

Илистар моих чувств не разделял. Ему претила сама мысль о том, что он потащит в столовую голую девицу, завернутую лишь в покрывало. Ужин закончился около часа назад, но это для кадетов. Некроманты и некоторые лекари питались по какому-то своему расписанию и в столовую могли заявиться в самое неожиданное время.

– Нет у меня одежды. Пошли так.

Хозяин скривился и велел:

– Сиди здесь, я что-нибудь придумаю.

Он ушел, а я осталась, продолжая кутаться в покрывало и стараясь не обращать внимания на назойливые, раздражающие покалывания внутри. Превращение не останавливалось ни на секунду. Сидеть на одном месте было невыносимо, каждая клеточка тела ныла, и я решила немного размяться.

Проблему мою Илис решал минут двадцать, да так и не решил. Вместо этого он привел Наю. Когда белобрысая вплыла в комнату и увидела меня, сидящую на полу после нескольких изматывающих, но, в общем-то, удачных попыток пройтись, то замерла.

Я подобралась, готовая к скандалу. Если она бросится на меня с кулаками, я еще успею спрятаться под кроватью. К тому, что случилось, я была совсем не готова.

– Не может быть! – В ее голосе не было злости, только удивление и легкая обида. – Я так надеялась, что ты себе никого не найдешь до конца обучения.

– Ная…

– Ты же обещал! А теперь? Да как ты мог?

– Послушай…

– Не хочу ничего слушать. Ты теперь мне должен.

Уверенно подойдя к кровати, она упала рядом и тут же потянула руки к моим волосам.

– Интересный цвет…

Пропустила снежно-белую прядь между пальцами, обхватила мое лицо ладонями, заставляя повернуться к себе.

– А глаза-то… глаза, – выдохнула она. – Это природный цвет? Или ты какими-то каплями пользуешься? Как ты добилась такого яркого цвета? Они же золотистые!

– Я…

– А что у тебя там? – с горящими глазами она потянула покрывало на себя.

– Ная! – наконец-то возмутился хозяин.

– А что – Ная? – Не отрывая взгляда от меня, она продолжала тянуть покрывало. – Она миленькая, и я тебя вполне понимаю, но интересно же, что у нее еще есть.

– З-з-зубы! – зашипела я, выдернув ткань из ее рук. – И я умею ими пользоваться.

– Какая прелесть, – умилилась Ная, поглаживая меня по плечу. – Скажи, а брата у тебя случайно нет? Но чтобы такой же хорошенький был.

Я уже ничего не понимала, боялась пошевелиться и старалась не выпускать сумасшедшую из вида. Эта неадекватная девица на меня в виде рагры реагировала спокойнее, чем сейчас.

– Ная, ей нужна одежда. Сможешь достать?

– А где ее одежда? Что ты с ней сделал? – Наградив хозяина подозрительным взглядом, она едко поинтересовалась: – Неужели разорвал в порыве страсти? А сапоги ей тоже нужны? И что делать с плащом? Все же поздняя осень. Она ведь из города, так? Как ты ее только умудрился сюда протащить? Не проще ли было встретиться в гостинице?

Скрипнув зубами и ни разу не скривившись, Илис выдержал поток неприятных вопросов и обманчиво спокойно спросил:

– Нужен полный комплект одежды. Ты поможешь или нет?

– А ты дашь нам потом пообщаться? – спросила Ная, разглядывая меня с каким-то жутким интересом. – Мне так хочется узнать, как она добилась такого ровного цвета кожи. Кремы? Маски? Или особые отвары для умывания?

Теплый пальчик нежно скользнул по моей щеке. Не сдержавшись, я невольно отшатнулась. Я и раньше знала, что девушка хозяина странная, но и представить не могла, что все настолько запущено.

– Ты ее пугаешь, – с укором заметил Илис.

– Переживет. Она мне последние полтора года в академии испортила. – Наконец оторвав взгляд от меня, она возмущенно спросила: – Вот где я себе еще одного такого же, как ты, найду?

Хозяин был несчастен и безнадежен.

– Все совсем не так. Я уже жалею, что решил обратиться за помощью к тебе.

– И напрасно жалеешь! – Сверкнув светло-карими, почти желтыми глазами, она оптимистично пообещала: – Я найду для нее одежду. А ты поможешь мне найти нового партнера.

Илис только покорно кивнул и посторонился, позволяя Нае уйти.

– Па-партнера?

Это был не самый важный вопрос, просто мозг ухватился за последнее услышанное мною слово.

– Ная – оборотница. Очень… темпераментная.

– Оу… – Кажется, я начала понимать, какой именно партнер ей требовался. – А я думала, вы встречаетесь.

– Мы встречаемся, – грустно ответил он, – теперь уже встречались. Больше года. Она хорошая, с ней легко. В какой-то мере я ее даже люблю.

Смотрел он на меня с таким укором, что я невольно почувствовала себя виноватой.

– Ну так объясни, что она все неправильно поняла.

Устав топтаться рядом с дверью, Илис подошел к кровати и присел на то же самое место, где совсем недавно сидела оборотница.

– Позволь рассказать о Нае. Если она для себя что-то решила, переубедить ее уже невозможно. Если она думает, что ты моя…

Он не договорил, грустно вздохнул и бездумно уставился на дверь.

– А почему она мне тогда глаза выцарапать не попыталась? Или волосы не повыдирала? Или… что там еще обычно делают обманутые девушки?

– Потому что я был только партнером. Не парой. – Развеселившись, он потрепал меня по голове. – Повезло нам.

– Но ты же понимаешь, что я не виновата? Ты сам ее привел.

– Понимаю, – покорно кивнул он, – сам виноват. Нужно было идти к отцу.

– То есть ты на меня не злишься?

Илис коротко кивнул.

И вроде можно было успокоиться и больше не бояться. И я даже не боялась бы, не скажи он напоследок совершенно спокойным голосом:

– Но от близкого знакомства с Наей тебя это не спасет.

Глава девятая
Подготовительная

Семь часов утра. Холодно, голодно, печально знакомый зал с порталом забит кадетами, такими же сонными и несчастными, как я. Все зевают и хотят спать. Кроме двух самодовольных оболтусов и одного задумчивого хозяина.

Тайс с важным видом прохаживался между одногруппниками, ненавязчиво демонстрируя всем следовавшего за ним по пятам илистого кота. Керст стоял рядом с нами, не обращая особого внимания на свернувшегося у его ног аспида. Аспид вроде бы дремал, но все равно изрядно меня нервировал. Бешеная змея с вечно голодным пузом находилась слишком близко, чтобы я могла чувствовать себя в безопасности.

– Хазяин, а хазяин?

Илис поежился и постарался отодвинуть меня подальше от своего уха, в которое я со всей ответственностью ткнулась холодным носом.

– А зачем мы здесь?

– Кадеты отправляются за нечистью. Эти двое, – кивнул он почему-то только на Керста, но и так было ясно, что вторым был Тайс, а совсем не змей, – попрактикуются в работе с подчиненной нечистью. А ты…

Я боком подобралась ближе, почти касаясь своей пушистостью хозяйской щеки:

– А я?

– Лучше бы осталась в академии.

– А почему не осталась?

На этот раз я была с ним полностью согласна. Я еще не успела соскучиться по лесу, чтобы вновь рисковать своей шубкой, прогуливаясь по памятным, но опасным местам.

– Отец полагает, что твое присутствие может помочь мне при привязке. В чем я очень сомневаюсь.

Одна из девиц, поступивших на факультет боевых магов вопреки всякой логике, своему небольшому росту, несерьезной комплекции и вечному смущению, неловко подкралась к нам.

– Илистар…

– Что?

Не смея поднять взгляд от пола, она нервно выдохнула:

– А можно… А можно Симу погладить?

Топтавшиеся чуть в сторонке тихо хихикающие девушки с жадным любопытством смотрели в нашу сторону, как бы намекая, что гладить меня собирается не одна помешанная на пушистых. Их целая стая. А ведь я уже даже не Сима, так за что мне все это?

– Бери. – Хозяин небрежно, за шкирку, стянул меня с плеча, позволяя теплым девичьим пальчиками сжать мои бока, и только потребовал напоследок: – Чтобы перед отправкой вернула.

– Конечно!

Девица была счастлива до невменяемого состояния.

У меня не было слов. Даже матерных. Хотя вчера, когда я случайно вывалилась под ноги каким-то кадетам, спасаясь от хозяина и похода в душевые, имела счастье узнать несколько новых слов и парочку интересных оборотов, которыми могла воспользоваться в сложившейся ситуации. Но почему-то не воспользовалась.

Он мне за что-то мстил. Правда, я не знала за что. Может, за исцарапанные руки? За стыдную отметину на лице, которую я поставила совершенно случайно, просто неудачно махнув лапой? Но кто же знал, что его лицо находится так близко, а мои когти настолько острые? А может, за прокушенную ладонь, которая теперь была перебинтована совсем как у директора после нашей первой встречи?

Исцелиться Илису не удалось.

В итоге сбежать я так и не смогла, а хозяин на собственном опыте узнал, что напуганная рагра в два раза опаснее ненапуганной. Потому что становится не только очень верткой, но и ядовитой.

– Хотела бы я себе такую прелесть, – проворковала девица, прижимая меня к груди.

– Я бы тоже не отказалась, – согласилась пышная брюнетка, за задние лапы пытаясь вытянуть меня из чужих объятий. – Но знаете, еще больше я бы хотела оказаться на ее месте.

Девушки понимающе захихикали, а блондинка, что в порыве чувств пыталась оторвать мне ухо, с придыханием заметила:

– Он с ней спит. И представляете, вчера сам ее мыл. Романтика-то какая!

Я поежилась. Мыл он меня вчера, это да. Долго мыл, часа два. Потому что я кусалась, вырывалась и сбегала, а он меня ловил, ругал и тащил в душевые, где без всякой жалости макал в заполненную водой раковину.

В итоге я была помытой, но немного неадекватной, а Илис – злым и расцарапанным. И никакой романтики. Даже приблизительно, даже самой суровой. Это было жестокое обращение с животными, и я ему даже что-нибудь откусила бы, не будь он моим хозяином, пусть и не всегда любимым.

Ну подумаешь, опрокинула я на себя тарелку! Что в этом страшного? Соус был густой и вкусный. И я бы спокойно вылизалась, без всех этих кардинальных мер. Так нет же, хозяину понадобилось меня мыть. Из-за чего я теперь, немного затисканная, задерганная и, кажется, даже лишившаяся клока шерсти, терпела все эти жизнеопасные нежности.

Вчера мучили, сегодня мучают, а впереди еще и возвращение в леса, где меня обязательно кто-нибудь попытается съесть. От жизни такой я рисковала превратиться прямо на глазах у всех этих кадетов. Вот тогда они точно проснутся.

– Вот бы он и меня так… – вздохнула рыжая малахольная девица с тягой к мазохизму.

– Мечтать не вредно, – фыркнула брюнетка, отняв-таки мое едва живое тельце и прижав к своей груди. – Наяра за него любой из нас глаза выцарапает. Он ее лучший выбор за все четыре года. Уже столько вместе – и ни одного скандала.

– Да-а… И это с ее-то характером.

– Дольше всех продержался.

– Такого парня отхватила.

– А вы знаете, – рыжая, что так хотела на мое место, заговорщицки понизила голос, – ходит слух, что они расстались.

Все предвкушающе притихли, желая знать подробности. Тонкий визг в этой нетерпеливой тишине раздался неожиданно. Девица, притащившая меня в этот курятник, подпрыгнула, и, схватившись за сердце, резко обернулась.

За ее спиной, с самым благожелательным выражением на морде, сидел илистый кот.

– Дамы, я вижу, вы знаете толк в прекрасном… – Крадучись обойдя замерших девушек, он потерся о ноги брюнетки, отчего та непроизвольно сжала руки сильнее, выдавив из меня весь воздух и немного жизни. – Так вот, я очень хорош.

Недогадливые кадеты непонимающе уставились на кота.

– Лучше рагры.

В глазах девиц все еще светилось растерянное непонимание.

– Гладьте меня, – разочарованно и прямо предложил сумасшедший смертник, даже не представляя, на что себя обрекает.

– Не надо, – сдавленно пискнула я.

– Мелкая, – оскалился он, демонстрируя белые, длинные клыки, – замолчи, ладно?

– А твой хозяин?

Брюнетка продолжала меня сжимать, что, видимо, придавало ей уверенности.

– Где-то там гуляет, – кот еще раз потерся о ее ноги, – он у меня уже большой. Ничего с ним не случится.

Самой смелой оказалась рыжая. Нерешительно погладив кота по голове, она вздрогнула от раздавшегося в ответ раскатистого мурлыканья и с восторгом выдохнула. Через минуту обо мне забыли почти все. Только брюнетка предпочла большому и не особенно пушистому коту маленькую мягкую рагру. Как по мне, так лучше бы хозяину вернула.

Кот завалился на спину, подставив мягкое брюхо, и не переставая мурлыкал. Раньше он был просто илистым котом с дурацким именем, теперь стал «котиком», «пупсиком», «прелестью», почему-то «зайчиком» и «лапочкой». И он был не против. Совсем не против, что конкретно меня шокировало, а всех вокруг умилило.

– Кадеты, внимание! – хлопнул в ладони огромный бородатый дядька в сопровождении группки аспирантов с факультета боевиков.

Кадеты как по команде замолчали. Даже падкие до всяких пушистиков девицы выпрямились, мгновенно забыв о коте.

Тот лениво встал, потянулся и, заговорщицки мне подмигнув, боднул головой брюнетку. Шикнув на него, она уронила меня ему на холку и вновь преданно уставилась на мужика, одеждой и внешним видом больше похожего на лесника, чем на преподавателя.

– Правила поведения в лесу помнят все?

Нестройный, но утвердительный хор в ответ его вполне устроил.

– У вас есть восемь часов, по истечении которых все должны вернуться к порталу, – продолжал вещать бородатый, пока я не дыша сидела верхом на коте.

Я оседлала кота. Настоящего хищного кота. Оседлала. Илистого кота. Я.

– Мелкая, – в поток бессвязных и панических мыслей ворвался насмешливый голос мною оседланного, – давай ты не будешь так тянуть, ладно?

Только после этого я осознала, что сижу, ухватившись за его шерсть, и нервно подергиваю лапками, порываясь выдрать клок побольше.

– Я-а-а…

– Не трясись, не съем я тебя. Меня и так хорошо кормят.

Кот был благодушен, насмешлив и снисходителен, что немного раздражало. Но пусть. Лучше снисходительный кот, чем агрессивно настроенный.

– Сейчас вы разобьетесь на группы по четыре человека. К каждой четверке будет прикреплен куратор, – вещал бородатый, чуть посторонившись, чтобы аспиранты вышли вперед, выстроившись в шеренгу, – после чего портал активируется.

– Слушай, мелкая, а как ты уговорила своего хозяина забрать тебя в общежитие?

– А что?

– Не хочу я жить в виварии. Скучно там. А Тайс отказывается брать меня с собой.

– Я, как ты правильно заметил, мелкая. Опасно оставлять в виварии. Ты же сам видел, как меня чуть не сожрали.

– Видел, – подтвердил он, недолго подумал и спросил: – а Илису, случайно, еще одна нечисть не нужна?

– Тебя Тайс не отпустит.

Грустно вздохнув, признавая справедливость моих слов, кот с досадой пожаловался:

– Он меня Энариком зовет, представляешь?

– Сочувствую.

И я действительно ему посочувствовала. Время, когда я была Симой, еще не забылось, и если даже мне, мелкой и безобидной, было неприятно иметь такое насмешливое имя, то что уж говорить об опасном хищнике?

– Ладно, пойдем, нужно найти наших.

Теперь я ехала на илистом коте. На самом настоящем, живом и говорящем. День уже начинался странно, и я даже боялась предположить, что случится дальше.

– А можно вопрос? – Удобнее устроившись на кошачьей спине, я почувствовала себя немного увереннее. – А зачем ты к нам подошел? И добровольно подвергся всем тем ужасным пыткам?

– Пыткам? – Вывернув голову, он хитро посмотрел на меня. – Ты о тех милых барышнях, которые по доброте душевной и из чистой любви к животным могут повадиться подкармливать меня всякими вкусностями и вычесывать?

– Ну…

– Видишь ли, мой хозяин не Илис. Тайс вредный и невнимательный, ничего вкусного не приносит, отказывается вычесывать и, представляешь, пытался меня даже вымыть. Скажи, за тобой когда-нибудь гонялся хозяин с ведром воды и щеткой?

– Со щеткой гонялся!

Не знаю почему, но сказала это я с гордостью.

– Что, тоже мыть пытался? – сочувственно спросил кот.

– Не пытался. Помыл…

Я грустно вздохнула.

– Энарик!

Кота перекосило. Тихо рыкнув, он обернулся на голос своего хозяина.

– Как ты мог сбежать?

– Не сбежать! – с достоинством отозвался кот. – Я обследовал местность. Скажи, мелкая.

Я активно закивала головой, преданно глядя на хозяина, стоявшего за спиной рыжего.

– Нам бы поторопиться, – предложил Керст, обходя сопящего Тайса, перед которым, чуть впереди, скользил аспид.

Когда он проползал мимо нас, кот слегка отступил и напрягся. Не я одна опасалась этого хладнокровного гада, что несколько приободряло.

Двое на одного – это ведь не так уж и нечестно.

* * *

Нам достался молчаливый угрюмый аспирант с тяжелым взглядом и забавным коротким хвостиком. Темные волосы даже на вид казались жесткими и непослушными, а собранные на затылке, смешно топорщились в разные стороны. Звали его Малек. И это все, что мне было о нем известно.

– А вы знали, что ихры в этом лесу почти исчезли? С каждым годом встретить их все сложнее, хотя во времена молодости наших родителей подавляющее число погибших в лесах людей было на их совести…

Четвертым членом нашей странной команды стала длинная и бледная Дарисса-пожалуйста-зовите-меня-просто-Дари.

– Ихры?

Название звучало знакомо, но картинка не накладывалась на слово. У меня не получалось понять, кто эти таинственные людоеды.

– Крылатые волки, – охотно ответила она, всем корпусом поворачиваясь к нам. Не самая лучшая идея, если ты находишься в лесу, где нет протоптанных человеком тропинок, а звериные тропы неровные и не всегда легко преодолимые.

Зацепившись ногой за спутанный клубок из трав, пуха и веточек – чей-то старый и давно покинутый домик, – она с придушенным всхлипом завалилась назад и на ногах удержалась исключительно благодаря Тайсу.

– Спасибо…

– Под ноги смотри, – недружелюбно велел он, продолжая путь. Просто-Дари смешалась и покраснела.

– Хазяин, а давай мы тебе крылатого волка найдем? – предложила азартно. – С волком я тебя делить согласна.

– И ты знаешь, где его можно найти? – усмехнулся он, оглядывая мрачные заросли.

Легкий туман, густой свежий воздух с ярким лесным запахом, тихие шорохи и скрип деревьев. Идиллия. Дом, милый дом, и почему я не успела по тебе соскучиться?

– Не знаю, но можно поискать.

– Я бы тоже хотела себе ихра, – мечтательно призналась Дари.

– Кто успеет, того и волк.

Керст беззаботно улыбался и почти не следил за привычно скользившим чуть впереди аспидом.

– А кто не успеет? – заинтересовалась я.

– Утешительный приз? – предположил боевик. Смерил меня оценивающим взглядом и весело спросил: – Что скажешь, Каси, станешь утешительный призом?

– Нет, – ответила поспешнее, чем следовало, и обхватила хозяина за голову, вызвав приступ смеха. И смеялся не только Керст, Илис тоже посмеивался, пытаясь убрать мою лапку со своего носа.

Издеваются, поняла я.

– Плохой ты, – проворчала я, исподлобья глядя на шутника. – Если бы не коса, я бы тебя не любила.

Илис фыркнул и сразу ойкнул.

Лапу на его носу я сжала сильнее, почти впиваясь когтями в кожу:

– А у тебя, хазяин, косы нет, так что поосторожнее. Тебя и любить-то не за что.

– Вот тут я бы с тобой поспорил, – обиделся Илис.

– Вы не на прогулке.

Сумрачный и недружелюбный Малек остановился под раскидистым деревом, крупные пожелтевшие листья которого все еще упрямо держались на ветвях. Оно здорово выделялось на фоне безлистых серых стволов, среди которых изредка встречались пушистые ели.

– Мы отошли от портала достаточно далеко, пора приступать к поискам. У вас шесть часов, чтобы найти себе нечисть для подчинения. Если удастся, активируете кристалл, который вам дали. – Осмотрев застывших полукругом кадетов, он поинтересовался: – У всех есть кристаллы?

Дари охотно продемонстрировала спрятанный за отворотом курточки черный продолговатый кристалл. Остальные лишь кивнули.

– Отлично. Активируете его и дождетесь меня, я проконтролирую привязку. Без меня не пытаться никого привязывать, ясно? – Удовлетворившись очередной порцией вялых кивков, Малек продолжил: – Максимально разрешенное время задержки – сорок минут. Кто не уложится, будет проходить задание повторно в индивидуальном порядке.

Керст с Тайсом самодовольно переглянулись. Им ничего такого не грозило.

– Тот, кому не удастся найти подходящую нечисть, – аспирант почему-то посмотрел на единственную в нашем отряде девушку, – возвращается сюда. Это дерево, – хлопнул ладонью по мощному стволу он, – место встречи. Всем все ясно?

На этот раз Малек даже не стал дожидаться подтверждения. Просто велел, сбрасывая рюкзак на землю:

– Приступайте.

– Ихры водятся на обрывах, – срывающимся шепотом поведала Дари, с нервным волнением стараясь вырваться вперед. Мы, в отличие от других групп, были наполовину укомплектованы и решили не разбредаться.

– Давайте проверим, есть ли здесь поблизости обрывы? – предложил Керст, вытягивая из рюкзака плотно скрученную карту.

– Зачем смотреть? – удивился кот. – Я и так скажу, что километрах в десяти отсюда небольшой обрыв. Под ним еще река течет. Хорошее место.

– И там живут ихры? – оживилась Дари.

– Может быть. – Прижав уши, кот опасливо огляделся и признался, невольно понизив голос, чтобы никто лишний его не услышал: – Но там точно живет линорм.

– Давайте туда не пойдем?

С линормами я раньше не встречалась, зато пару раз натыкалась на места их пиршеств. Жуткие картины до сих пор не до конца стерлись из памяти.

– Пойдем, – после недолгих размышлений решил хозяин. – Думаю, линорма от обычной виверны мы отличим.

– А браслеты нам на что? – бесстрашно усмехнулся Тайс.

– И есть надежда, что там мы найдем ихра…

Мысли Дари были заняты исключительно крылатыми волками.

– Самоубийцы, – обреченно прошептала я и очень удивилась, когда аспид меня поддержал:

– С этим не могу не с-согласиться, – признался он, неохотно добавив: – С высшим линормом даже я не с-стал бы связ-с-сываться.

– Тебя они хотя бы не съедят, – тоскливо откликнулся кот. Ему, как большому и довольно аппетитному четырехлапому мясному блюду килограммов этак на сто, было чего опасаться. – Хладнокровными линормы не питаются.