Читать книгу "Отец подруги. Запретные желания"

Глава 18. Птичка

Хотя и страшно опять с ним там встретиться, но я еду в дом Лики и ее отца. Чтобы забрать свои вещи.

Какая же я наивная! Полагала, что те разы были просто ошибкой и отец Лики искренне сожалеет и раскаивается. А он…

Ужасно.

Но почему? Разве я дала повод?

Ужасно стыдно.

Ворота к дому Лики медленно открываются и мне навстречу выходит Женя, охранник и водитель. Который тогда подвозил нас.

– Привет, – улыбается мне.

– Добрый день, – отвечаю, не глядя на него.

– Ты чего такая хмурая? Случилось что? Двойку получила?

– Все в порядке. Лика дома? – поднимаю на него взгляд, а сама уже вижу. что машины отца Лики нет.

Очень надеюсь, что и его дома нет.

– Да, дома. Я спросить хотел, Влада, – говорит Женя, идя за мной к дому.

Смотрю на него.

– Можно тебя пригласить? – спрашивает он. – В кафе? Или в кино? Просто вместе сходить куда-нибудь. Что скажешь?

– Ох, Евгений, – вздыхаю я. – Мне не до этого пока. Мне надо проблемы решить кое-какие.

– Проблемы? Давай я помогу? Что случилось?

Я не хочу ему рассказывать и тут на помощь приходит Лика, которая выскакивает из дома и бросается ко мне.

– Влада! Ну, наконец! А я жду тебя! Жду!

Женя чуть хмурится, прощается и уходит.

– Поехали в салон! – командует Лика. – Мне подарок надо выбрать! Поможешь!

– Извини, Лика, не получится, – говорю я. – Я за вещами.

Лика замирает и круглыми глазами смотрит на меня.

– В смысле?

– Ну, я за своими вещами. Уезжаю.

– Куда? Ты что? Что случилось?

Я прохожу в дом и иду в комнату, где жила эти дни.

– К тетке поеду. Она зовет, – придумываю на ходу.

Не хочу Лике рассказывать про ее отца.

– Да как же?! А я?! – встает на моем пути. – Я как? Ты же обещала со мной пожить!

– Лика, ну, это… как-то ненормально. У тебя папа вернулся. А я кто? Я чужой человек.

– Что за глупости ты несешь? Ты моя подруга! Да и папа не против же!

Да уж!

Молчу.

Лика слишком хорошая, чтобы знать такое о своем отце.

– Нет, Лика, не могу остаться. Надо к тетке.

Беру сумку. Вещей у меня немного.

– Блин! Мы же так классно жили! – Лика идет за мной на выход. – Но ты же ненадолго? Вернешься?

Киваю. Просто киваю. Хотя сама уверена, что больше не вернусь сюда.

– Давай, хотя бы Женя отвезет тебя! – предлагает Лика и зовет охранника. – Жень, помоги Владе. Отвези ее, а то у нее сумка.

– Конечно! – улыбается тот.

Я обнимаю Лику на прощание и сажусь в машину. Мне хочется быстрее уехать, пока хозяин дома не вернулся.

Пока едем, Женя пытается разговорить меня, но мои ответы односложные. Я все в мыслях.

Что скажу тетке? Она точно не обрадуется. Скажу, что это на пару дней. Попробую с общагой решить вопрос.

– Я провожу до квартиры, – говорит Женя, когда мы подъезжаем к дому.

– Не надо. У меня строгая тетя. Будут вопросы.

– Влада, так что с моим предложением? Сходим куда-нибудь? Не возражаешь, если я позвоню? Сейчас не отвечай. Я понимаю, проблемы. Но можно я позвоню.

Я киваю. Лишь бы быстрее закончить этот разговор.

Поднимаюсь на этаж тетиной квартиры. Вдыхаю побольше воздуха и звоню.

Открывается дверь и я вижу молодого мужчину.

– Аааа, – удивленно смотрю на него. – Я к Ирине Николаевне. Или ошиблась?

– Не ошиблась, – улыбается он. – Заходи. Мама на дачу уехала, попросила за квартирой ее присмотреть.

– Мама?

– Ну да. Ирина Николаевна – моя мама. А ты кто?

– А я… я Влада. Родственница.

– А! Все! Вспомнил! Мама рассказывала. Проходи, Влада.

– Да я…

– Проходи! – берет меня за руку и тянет внутрь квартиры. – Мамы нет, но можешь со мной чай попить. Меня Дэн зовут, – и протягивает мне руку.

Отвечаю на жест и мы жмем руки.

– Проходи! Я как раз чайник поставил.

На кухне Дэн наливает чай в стаканы.

– А ты чего с вещами? – кивает на мою сумку. – Собралась куда?

Я вздыхаю и решаю рассказать ему. Про общагу. Что мне жить негде и я рассчитывала напроситься к его маме на пару дней.

– Так живи! – запросто восклицает он. – Я разрешаю.

– Но…

– Что? Хочешь в комнате ложись. Я тут, на диване лягу. Без проблем вообще. живи. Я серьезно. Мне сейчас уйти надо. Так что ты располагайся. У меня смена. Поздно приду, – он смотрит на часы. – Все, давай, Влада! Не грусти! – подмигивает и уходит.

А я пока отойти не могу. Все так хорошо складывается. Мне есть, где ночевать. И Дэн такой хороший парень. Работает, вон.

Но, конечно, я не буду его из комнаты выгонять. Лягу тут, на диване.

Наступает вечер. Дэна все нет. Я же не знаю, когда он вернется. Может, ночью? Поэтому решаю лечь спать.

Но просыпаюсь, когда чувствую, что меня кто-то трогает. Как будто толкает.

Открываю глаза и вижу рядом с собой Дэна. Вскакиваю и закрываюсь одеялом.

– Дэн? Ты чего?

– Устал. Я тут лягу рядом с тобой? – и он и правда ложится.

– Дэн?

Я пытаюсь встать.

– Да не бойся, чего ты? – усмехается он и удерживает меня за руку.

– Пусти! Дэн! Ты с ума сошел? Или… ты пьян?

– Красивая ты, Влада, – и он вдруг утыкается мне в грудь головой.

– Дэн! – толкаю его от себя.

Я в панике. Что делать-то?

Но тут в дверь раздается звонок.

Дэн поднимается и смотрит в коридор.

Я вырываюсь и прижимаюсь к стене, так и удерживая одеяло.

– Это кто еще? – злится Дэн. – Жди меня здесь! – рявкает мне.

Потом слышу, как он открывает дверь и тихий разговор с кем-то.

Ждать его я не собираюсь. И мне нужна помощь. Поэтому накидываю куртку и выбегаю в коридор. Поднимаю взгляд и тут же встречаюсь со взглядом человека, от которого точно помощи ждать бесполезно.

Глава 19. Птичка

– Влада… – то ли вопрос, то ли удивление.

Он произносит мое имя на выдохе.

– Что же ты врешь? – зло зыркает на Дэна.

– Уходите. Это мой дом! – вскрикивает он. – Я полицию вызову!

– Влада, нам надо поговорить, – отец Лики не обращает на Дэна внимания и толкает его в плечо, проходит в квартиру. – Десять минут.

А я не знаю, почему, но решаю, что это мое спасение. Убегаю обратно в кухню, хватаю свою сумку с вещами. Возвращаюсь в коридор и натыкаюсь на удивленный взгляд Николая.

– Заберите меня, – шепчу, глотая слезы.

Нельзя расплакаться. Нельзя.

– Влада, ты чего? – лезет ко мне Дэн, но я отскакиваю от него, глядя с ужасом.

Рука мужчины останавливает парня. И мне не нравится его взгляд. Слишком хмурый. Слишком злой. Как будто еще немного и он взорвется.

Чтобы избежать этого, я быстро выхожу из квартиры и бегу по лестнице вниз. Вместе с сумкой.

– Влада! – слышу сзади, но останавливаюсь, только оказавшись на улице.

– Что случилось? – отец Лики встает передо мной.

Не поднимаю на него глаз.

– Отвезите меня… пожалуйста… – прошу и не понимаю сама, куда везти-то?

К счастью, он не спрашивает.

– Конечно, – и берет меня за локоть и ведет к машине. На ходу перехватывает сумку с моего плеча. – Садись, – помогает сесть.

Я забиваюсь в салон его машины. И словно согреться не могу. Меня трясет. Зажимаю руки между коленок, но это не помогает.

– Влада, что случилось? Ты дрожишь, – густой бас отца Лики как шипами впивается в кожу. – Он что-то сделал тебе? Кто это вообще?

– Это… он… Дэн… те-телефон, – тихо говорю я, не найдя телефон в сумочке. Второпях оставила его, похоже. – Мой телефон там.

Испуганно смотрю на него, потому что понимаю, что сама ни за что туда не вернусь.

– Сиди здесь, – строго произносит он.

Выходит из машины и скрывается в подъезде.

А я и сижу. Все ещё дрожу и сижу.

Николая нет долго. Ну, мне так кажется.

Страх усиливается, но, наконец, вижу, как открывается дверь подъезда и из нее выходит он. Отец Лики.

Садится в машину и протягивает мне телефон.

– Спасибо, – шепчу я и замечаю, что у него на костяшках пальцев как будто ссадины.

Причем свежие ссадины.

Поднимаю взгляд на него и вижунахмуренное и сосредоточенное лицо. И желваки туда-сюда ходят на скулах.

Николай молча заводит машину и мы трогаемся.

Едем в полной тишине. И я только спустя несколько минут задаю вопрос:

– Куда мы едем?

– Домой, – сухо отвечает он.

– К вам домой? Я не хочу, – говорю уже увереннее.

И резкое торможение и машина съезжает на обочину. Я вжимаюсь в кресло, когда отец Лики поворачивается ко мне и кладет одну руку на руль, а вторую – на подголовник моего кресла.

Смотрю на него, боясь моргнуть.

– Послушай, Влада, – начинает он тихим, но жёстким голосом. – Я приехал, чтобы извиниться, – и хмурится ещё больше.

Я молчу, хотя уверена, что он ждёт от меня каких-то слов. И, не дождавшись, продолжает:

– То, что произошло в квартире, – опускает взгляд. – Это... Это проверка была. Да, проверка, – поднимает взгляд и смотрит строго.

Как будто я спорю. Но я ведь молчу!

Сижу в шоке и молчу. Да, страх ушел, но на смену ему пришел шок.

Отец Лики сидит сейчас передо мной и извиняется? Серьезно?

– Чего молчишь? – смотрит исподлобья.

– А что сказать? – спрашиваю честно.

– Откуда ты взялась такая? Подруга, бл... – обрывается, недоговорив, и тянется на заднее сиденье.

И достает оттуда букет цветов. Небольшой, но очень красивый.

И сует его мне.

– Мне? Зачем? – спрашиваю оторопело.

– Типа извиняюсь, – хмуро произносит он. – Ну, неправ был. Хотел проверить тебя.

– Зачем? Что проверить? – я все же беру букет, но продолжаю удивлённо смотреть на мужчину.

– Что ты не шалава. Лика – моя дочь и я хочу быть уверен, что рядом с ней... Блять... Прости... В общем, ты поняла!

Резко выпрямляется и газует.

– Я не смогу жить в вашем доме, – говорю искренне.

– Почему?

– Потому что... – и не знаю, что сказать-то.

– Меня боишься? – уже с усмешкой произносит Николай. – Не бойся. Мне такие сложности не нужны. Всё, Влада Птичкина. Всё.

Мы как раз подъезжаем к их дому.

Спорить у меня нет сил. Пусть переночую сегодня здесь. Завтра с общагой разберусь.

Я так устала и физически, и морально, что согласна сейчас на всё.

– Лика уже спит, – говорит Николай, заглушая мотор. – Думаю, глупо просить об этом, но, – смотрит мне в глаза, – она ничего не должна знать.

– Конечно, – киваю я. – Но я сделаю это не ради вас, а ради нее. У вас, Николай Евгеньевич, очень хорошая дочь. Наверное, она в маму.

Зачем я говорю это?

Мужчине явно не нравится. Он хмурится и смотрит опять тяжёлым, давящим взглядом.

– Скажи, что букет... – говорит сухо.

– Скажу, что его подарил мне Женя...

– Женя? – тут же перебивает он. – Это кто ещё?

– Я пойду, – и дергаю ручку двери, чтобы открыть ее.

А она то ли заблокирована, то ли заедает, то ли я что-то не так делаю от волнения.

Николай чуть усмехается и тянется к моей двери. Я вжимаюсь максимально в кресло и не дышу. Потому что он почти касается меня. Берется за ручку, но как будто не торопится открывать.

Поворачивает голову и наши взгляды встречаются. Теперь я точно не дышу. Чувствую только, как губы моментально становятся сухими.

Отец Лики так близко, что я чувствую его дыхание кожей. И жар его тела ощущаю.

Долго он собирается так смотреть на меня?

Быстро облизываю губы, чтобы попросить его отодвинуться, и громко вздыхаю, когда жесткие мужские губы с силой впиваются в мой приоткрытый рот.

Смотрю в черные глаза отца Лики. Тону в них, с ужасом понимая, что спасения нет.

А он и не думает отпускать. Наоборот, прижимается ко мне своим горячим телом.

Чувствую его щетину на своей коже. И губы. Горячие губы. И поцелуй какой-то дикий. Он как будто съесть меня хочет.

До боли терзает мои безвольные слабые губы. Медленно опускает веки, но тут же открывает глаза, хмурится и резко отстраняется.

Так же резко, как и набросился на меня. Тяжело и часто дышит и облизывает свои губы.

Щелчок и дверь открывается.

Я буквально сползаю с кресла на улицу и, забыв про сумку с вещами в багажнике, бегу в дом. В его дом! Такое себе спасение. Но слышу за спиной гул мотора и визг шин. Оборачиваюсь и вижу, как машина на скорости уезжает прочь.

Глава 20. Ник

Успокаиваюсь немного, только когда выезжаю на трассу. Понимаю, что надо снизить скорость. Иначе снесет в кювет. Ослабляю давление на педаль газа.

А руки все так же крепко сжимают руль.

Нихера не понимаю! Ну, вернее, понимаю, конечно, но, сука!

Чуть не проезжаю нужный поворот и с визгом выруливаю.

Паркуюсь и, не глядя схватив сумку из багажника, иду ко входу. В этот поздний час в зале почти никого. Пара машин на парковке. Охранник клуба открывает мне дверь и здоровается. Я лишь киваю хмуро, весь в своих мыслях.

Захожу в раздевалку, чтобы переодеться.

Ставлю сумку на скамейку и только сейчас замечаю, что это не моя сумка! Расстегиваю и внимательно вглядываюсь.

Блять, это, наверное, сумка девчонки! И зачем-то лезу туда, заметив черное кружево. Подцепляю его пальцами и тяну вверх.

Сглатываю, понимая, что это трусики. Черные кружевные трусики.

Зажмуриваюсь и вдыхаю побольше воздуха, чтобы прочистить мозги. Задерживаю дыхание и громко выдыхаю. Пальцы невольно сами сжимают мягкую ткань, а перед глазами встает картинка, на которой Влада Птичкина в этих самых трусиках. Только в них.

И возбуждение, которое, вроде как, погасло, новой волной прокатывается по телу. Мне кажется, я даже ощущаю, как приподнимаются волоски на руках под рубашкой.

Давно такого не испытывал. Уже и забыл, что так бывает.

Сука.

Распахиваю глаза, сжимая зубы до скрежета.

В этот момент слышу, как дверь в раздевалку открывается. И я прячу трусики в карман брюк. Еще не хватало, чтобы меня застукали за этим. Застегиваю сумку.

– Ник? И ты здесь?

Оборачиваюсь и вижу своего хорошего знакомого – Рамиля.

– Здорово! – протягиваю ему руку.

– Здорово! Не думал, что кто-то еще в такое время тут окажется, – усмехается он.

– Да решил пар выпустить, – хмурюсь я. – Пойду, сумку свою возьму. Перепутал.

Хватаю сумку девчонки и выхожу.

Когда возвращаюсь, Рамиль еще там. Переодевается. Я тоже достаю шорты и майку.

Мы идем в пустой зал. Кроме нас, никого.

Я подхожу к груше. Накручиваю на ладони защитные ленты, хмурясь и прямо чувствуя, как глубокая морщина прорезает мне переносицу.

Напряжение зашкаливает. Мне реально нужно спустить пар.

Встаю в стойку. Удар и груша как будто глухо охает и покачивается.

И я начинаю колотить ее. Без пауз. Нанося удары справа и слева.

Вся моя злость сейчас концентрируется в этой груше и я вымещаю на ней все напряжение.

Чувствую, как выступают капли пота на лбу. Майка намокает и прилипает к телу.

– Тяжелый день, Ник? – слышу за спиной голос Рамиля.

Перестаю стучать по груше и выдыхаю. Снимаю ленты с ладоней.

– Да проблемы небольшие, – отвечаю сухо.

– Может, спарринг? – предлагает он.

– Нет, Рам, не вытяну, – отказываюсь. – По груше постучал и ладно.

– Ник, ты помнишь о субботе, да?

– Да, конечно, – киваю. – Буду. Даня тоже придет? Не звонил ему?

– Будет, да. Обсудим то дело.

Киваю.

Мы еще что-то обсуждаем и потом я прощаюсь с приятелем и иду в душ в раздевалке. Включаю прохладную воду и стою, склонив голову и уперевшись руками в плитку. Холодная вода стекает по коже, но облегчения не приносит.

И груша не помогла. Только на время отпустило. А сейчас опять накатывает.

Облизываю губы, но вместо воды ощущаю вкус Влады. И запах ее словно чувствую.

Сладкая девочка.

Я ведь еще после первой встречи ее найти хотел. Даже выяснил, что за курьерская служба должна была мой заказ привезти.

Не успел. Она сама нашлась. В моем собственном доме.

У меня тогда как катушки слетели. Так хотелось ее трахнуть. Прямо там, на кровати в гостевой комнате. И я бы трахнул. Но девчонка оказалась шустрой.

Недотрога.

И, блять, подруга мой дочери! Какого хера?!

Сжимаю пальцы в кулак и бью им о стену.

Выключаю воду и выхожу. Быстро одеваюсь и иду к машине.

Чертова сумка! Лежит в багажнике.

Надо же вернуть ее? Как девчонка без шмоток? Поэтому еду обратно домой. Хотя твердо решил переночевать в квартире в городе. Подальше от Влады. От соблазна.

Но сумка!

В доме тихо. По-видимому, все спят.

Я ведь могу оставить сумку тут, в коридоре. Утром найдут. Оставить сумку и уехать прочь. Подальше от соблазна.

Но нет. Какого черта меня дергает отнести сумку Владе в комнату.

Нахера?!

Отмахиваюсь от вопроса. Правильного, но ломающего мои планы.

Потому что хочу!

Чего хочу?

Ее увидеть, блять! А вдруг она не спит?!

И тогда что?

Она ясно дала понять, что это все ей нахер не упало!

К тому же, блять! Она подруга моей дочери! Подруга Лики!

Какое же блядство!

Я злюсь и сам не понимаю, на что. На себя? На свое безволие и глупость, что решил пойти к ней в комнату?

Злюсь.

Злюсь и тянусь к ручке двери в гостевой комнате.

Глава 21. Ник

Тихо открываю дверь. Поднимаю взгляд и сразу же утыкаюсь в пару испуганных и внимательно следящих за мной глаз.

Влада видит на кровати, натянув одеяло до подбородка. Смотрит на меня.

Не спит. Как и я.

– Я вещи принес, – говорю тихо, чтобы не напугать ее и не разбудить Лику.

В комнату не захожу, а ставлю сумку на пол у стены.

Молчит. Только смотрит внимательно и молчит.

А я не знаю, что дальше делать. Меня на части рвет от всей этой ситуации. Любую другую я бы просто вдавил сейчас в кровать и трахнул. Отпустил бы себя. Зверя, который во мне неистовствует от желания.

И наверняка успокоился бы! Получил свое и успокоился.

Но тут… девочка… испуганная… слишком юная… слишком чистая…

Поворачиваюсь, чтобы уйти, но замираю. Не смотрю больше на нее. Взгляд – в дверной косяк.

– Ты это… – говорю и матерю себя в мыслях. Слабак! – Не бойся. Я… я в квартиру перееду. Живи тут. С Ликой. Не надо в общагу съезжать. Можешь не бояться тут.

Хмурюсь. Разворачиваюсь и быстрым шагом ухожу.

Сбегаю.

От себя сбегаю.

Еду в квартиру. Раздеваюсь. Снимаю брюки и из кармана выпадает черное кружево.

Поднимаю с пола и сжимаю. Раскрываю кулак и смотрю на кружевные трусики. Вторая рука сама тянется к ширинке.

Красивая нетронутая Птичка… в черных кружевных трусиках…

Закрываю глаза.

Это какой-то ад!

Понимаю, что мне надо в душ. И не для того, чтобы помыться.

Ненавижу себя. Ее ненавижу.

Я занимаюсь тем, чем не занимался хуеву тучу лет. Я ведь могу позвонить Нельке. Приедет, отсосет.

Но не хочу.

Потому, водя рукой по каменному стволу, я представляю не ее…

Сняв напряжение, но не избавившись от злости, падаю на кровать.

Выкинуть нахрен эти чертовы трусы! Выкинуть и забыть!

Но рука сжимает тонкую ткань.

Утром у меня поганое настроение и, чтобы хоть как-то отвлечься, я решаю сам съездить в командировку в один из филиалов. Предупреждаю Лику, что меня не будет несколько дней и что я пока поживу в квартире. Потому что мне так удобнее.

Да, блять! Удобнее!

Почти неделю я провожу не дома. Отвлекаюсь на проблемы, усиленно решаю их. И это даже помогает. Но все равно перед глазами Влада. Этот взгляд ее. Вкус ее на губах.

По прилету домой я еду в квартиру. Делаю себе кофе и тут раздается звонок в дверь.

Открываю. Там Нелька.

Я и забыл про нее.

– Николя! Ты совсем забыл обо мне! – восклицает она, заходя в квартиру без приглашения. – Уехал! Меня с собой не взял!

– Я по работе ездил, – отвечаю сухо, подходя к кофемашине.

– А я так соскучилась, – и она обнимает меня со спины. Пальцами начинает гладить грудь через рубашку. – Нельзя так надолго оставлять без тебя… я соскучилась… – и рука ее ползет вниз.

На живот.

Хватаю ее за запястье, останавливая.

– Николя? – вопросительно смотрит на меня, когда я разворачиваюсь к ней лицом. – Что случилось?

– Ничего. Ты зачем пришла? – убираю ее руки с себя и отхожу к окну с чашкой кофе.

– Соскучилась же! мы неделю не виделись! А уж про остальное я и забыла, как это! – немного обиженно произносит она.

Я смотрю в окно, пью кофе и молчу.

Похер вообще. Не хочу ее. Лучше сам.

Блять.

– Николя, я так хочу тебя, – опять обнимает и лезет с ласками.

– А я не хочу, – поворачиваюсь и грозно смотрю на нее.

Она оторопело смотрит.

– В смысле?

– Не хочу. Какой еще смысл ты в этом хочешь уловить?

– Как «не хочешь»? ты же без секса жить не можешь, Николя… у тебя кто-то есть?! Да?! Кто она?!

Я хмурюсь. Еще мне этого говна не хватало. Кем она себя возомнила?

– Или… – уже мягче произносит Нелька. – Ты меня не хочешь? Или вообще не хочешь?

– Что ты несешь?

– Ну, как? Я понимаю, Николя… возраст… но я могу помочь…

И снова лезет.

– Ты дура?! – толкаю ее от себя. – Проваливай!

– Николя…

– Уходи, Нелли. По-хорошему прошу. Уходи! – жесткий взгляд.

Вижу, что она расплакаться собирается.

– Николя… ты меня бросаешь? Николя… – и всхлип.

Я морщусь. Ненавижу это все.

– Я позвоню, Нелли, – чуть приобнимаю ее и толкаю к двери. – У меня… проблемы на работе… Иди. Пока ты не выбесила меня еще больше. Иди, – открываю дверь.

– Но ты позвонишь?

– Конечно, – киваю и буквально выставляю ее за дверь.

Днем звоню Лике, узнать, как она там. Ну и не только она.

– Пап, помнишь, ты обещал со мной сериал посмотреть? Ну, тот? Второй сезон вышел!

– Помню, конечно, – улыбаюсь я.

– Тогда сегодня я тебя жду! Я скачала его и твои любимые чипсы купила! Я соскучилась, пап!

Блять. Ехать в дом и встретить там Птичку я пока не готов. Еще и при Лике…

– Пап, только не говори, что ты меня тоже бросишь! – смеется дочь. – Одну меня оставишь смотреть! Влада предала меня!

– Что такое? – блять, я, наверное, выдаю себя. Свой интерес. Надо прохладнее.

– Ну, она на свидание сегодня идет!

Как мешком по башке.

Да в смысле?!

Все зудит спросить, с кем и, собственно, какого хера?! У нее же не было никого!

Но выдам. Сто процентов выдам себя!

– На свидание? – стараюсь звучать как можно равнодушнее.

– Да. С Женей. Ой, пап, у них такой романтик! Я даже завидую иногда! Он ей букеты дарит!

– Женя… что за Женя? Однокурсник ваш? – говорю, а сам чувствую, как вскипает все внутри.

– Нет, пап. Наш охранник!

Что, блять?!

– Ну, Евгений. Помнишь такого?

– Угу, – и перебираю в голове своих охранников.

– В общем, пап, отказы не принимаются! Я не хочу одна смотреть! Жду тебя сегодня в шесть!

– Буду, – кидаю я и мы прощаемся.

Новость о том, что Птичка пойдет на свидание с каким-то хером и что, в принципе, у них все заебись, романтик гребанный, окончательно выбивает меня из себя.

Я срываюсь на подчиненных. Чуть не увольняю кого-то. Потом отхожу и прощаю.

Выясняю, кто такой Женя. Смотрю на его фотографию и понимаю, что уже завтра он будет уволен. С такой пометкой в личном деле, что никуда нахер не устроится в нормальное место.

Я сделаю. Не понимаю, зачем. Но какое-то удовлетворение получаю от одной мысли, что у этого Жени, блять, будут проблемы.

Заставляю себя успокоиться и вечером еду в дом, к дочери на сеанс. Вот, по дочери я точно соскучился. По ее смеху и шуткам.

Она встречает меня и бросается радостно на шею. Мы идем в зал, где стоит домашний кинотеатр.

Лика подготовилась. И правда мои любимые чипсы.

Плюхаюсь на диван. Надеюсь, хотя бы здесь расслабиться. С дочкой наедине и отвлекшись на фильм.

– Ой, забыла! – говорит Лика и убегает из зала.

Я отключаю телефон, чтобы никто не помешал.

– То никого, то все сразу! – доносится веселый голос дочери и я поворачиваю голову.

И сглатываю. Потому что рядом с ней в дверях стоит Влада. Тоже смотрит на меня круглыми глазами. Тоже не ожидала, похоже.

Я сажусь прямо. Расслабление как ветром сдуло.

– Влада с нами посмотрит! – говорит Лика, толкая подругу к дивану. – Ты не возражаешь, пап?