Читать книгу "Вихрь жизни"

Лиза. Ничего этого нет.

Анна Павловна. Каренин делал предложение… и посылаешь его за мужем. Что это? Чтобы возбудить ревность?

Лиза. Мама! Это ужасно, что вы говорите. Оставьте меня.

Анна Павловна. Так мать выгони из дома, а развратного мужа пусти. Да я не стану ждать. И прощайте, и Бог с вами, как хотите, так и делайте. (Уходит, хлопая дверью.)

Явление пятнадцатое

Лиза и Саша.

Лиза (падает на стул). Этого недоставало!

Саша. Ничего. Всё будет хорошо. Мамa мы успокоим.

Явление шестнадцатое

Те же и Анна Павловна.

Анна Павловна (молча проходит). Дуняша, мой чемодан!

Саша. Мама! Вы послушайте! (Уходит за ней и подмигивает сестре.)

Занавес

Картина вторая

Явление первое

Комната у цыган. Хор поёт «Канавелу». Федя лежит на диване ничком, без сюртука. Афремов на стуле верхом против запевалы. Офицер у стола, на котором стоит шампанское и стаканы. Тут же музыкант записывает.

Афремов. Федя! Спишь?

Федя (поднимается). Не разговаривайте. Это степь, это десятый век, это не свобода, а воля… Теперь «Не вечерняя».

Цыган. Нельзя, Фёдор Васильевич. Теперь пусть Маша одна споёт.

Федя. Ну, ладно. А потом «Не вечерняя». (Опять ложится.)

Офицер. «Час роковой». Согласны?

Афремов. Пускай.

Офицер (к музыканту). Что ж, записали?

Музыкант. Невозможно. Всякий раз по-новому. И какая-то скáла иная. Вот тут. (Подзывает к цыганке, которая смотрит.) Это как? (Напевает.)

Цыганка. Да так и есть. Так чудесно.

Федя (поднимаясь). Не запишет. А запишет да в оперу всунет – всё изгадит. Ну, Маша, валяй хоть «Час»! Бери гитару. (Встаёт, садится перед ней и смотрит ей в глаза.)

Маша поёт.

И это хорошо. Ай да Маша. Ну, теперь «Не вечерняя».

Афремов. Нет, постой. Прежде мою, похоронную.

Офицер. Отчего похоронную?

Афремов. А это оттого, что когда я умру… понимаешь, умру, в гробу буду лежать, придут цыгане… понимаешь? Так жене завещаю. И запоют «Шэл мэ вéрста», – так я из гроба вскочу, – понимаешь? (Музыканту.) Вот что запиши. Ну, катай.

Цыгане поют.

А, каково. Ну – «Размолодчики мои».

Поют. Афремов делает выходку. Цыгане улыбаются и, продолжая петь, хлопают. Афремов садится. Песня кончается.

Цыган. Ай да Михаил Андреевич, настоящий цыган.

Федя. Ну, теперь – «Не вечернюю».

Явление второе

Те же. Входит цыган.

Цыган (к Феде). Вас барин спрашивает.

Федя. Какой барин?

Цыган. Не знаю. Одет хорошо. Соболья шуба.

Федя. Барарай? Ну что же, зови.

Явление третье

Те же, без цыгана.

Афремов. Кто ж это к тебе сюда?

Федя. А чёрт его знает. Кому до меня дело? (Встаёт, шатаясь.)

Маша уходит и что-то говорит по-цыгански с своими.

Явление четвёртое

Те же, без Маши. Входит Каренин. Оглядывается.

Федя. А, Виктóр. Вот кого не ждал. Раздевайся. Каким ветром тебя сюда занесло? Ну, садись. Слушай, Виктóр, «Не вечерняя».

Цыгане поют.

Вот это она. Вот это она. Удивительно, и где же делается то всё, что тут высказано? Ах, хорошо. И зачем может человек доходить до этого восторга, а нельзя продолжать его?

Музыкант (записывает). Да, очень оригинально.

Федя. Не оригинально, а это настоящее…

Афремов. Ну, чавалы, вы отдохните. (Берёт гитару и подсаживается к Кате.)

Музыкант. В сущности, оно просто, но только ритм.

Каренин. Je voudrais vous parler sans témoins[1]1
  Я хотел бы говорить с тобой без свидетелей (франц.).


[Закрыть].

Федя. О чём?

Каренин. Je viens de chez vous. Votre femme m'a chargé de cette lettre, et puis…[2]2
  Я сейчас от вас. Твоя жена поручила мне это письмо и потом… (франц.).


[Закрыть]

Федя (берёт письмо, читает, хмурится, потом ласково улыбается). Послушай, Каренин, ты ведь знаешь, что в этом письме?

Каренин. Знаю. И хочу сказать…

Федя. Постой, постой. Ты, пожалуйста, не думай, что я пьян и мои слова невменяемы, то есть я невменяем. Я пьян, но в этом деле вижу всё ясно. Ну, что же тебе поручено сказать?

Каренин. Мне поручено найти тебя и сказать тебе, что она… ждёт тебя. Просит тебя всё забыть и вернуться.

Федя (слушает молча, глядя ему в лицо). Я всё-таки не понимаю, почему ты?

Каренин. Лизавета Андреевна прислала за мной и просила меня…

Федя. Так…

Каренин. Но я не столько от имени твоей жены, сколько сам от себя прошу тебя: поедем домой.

Федя. Ты лучше меня. Какой вздор! Лучше меня нетрудно быть. Я негодяй, а ты хороший, хороший человек. И от этого самого я не изменю своего решения. И не от этого. А просто не могу и не хочу. Ну как я поеду?

Каренин. Поедем теперь ко мне. Я скажу, что ты вернёшься, и завтра…

Федя. А завтра что? Всё буду я – я, а она – она. Нет. (Подходит к столу и пьёт.) Зуб лучше сразу выдернуть. Я ведь говорил, что если я опять не сдержу слова, то чтобы она бросила меня. Я не сдержал и кончено.

Каренин. Для тебя, но не для неё.

Федя. Удивительно, что ты заботишься о том, чтобы наш брак был не нарушен.

Каренин хочет что-то сказать. Входит Маша.

Явление пятое

Те же и Маша. Потом цыгане.

Федя (перебивает его). Ты послушай, ты послушай. Маша, спой.

Цыгане сходятся.

Маша (шёпотом). Повеличать бы.

Федя (смеётся). Величать: Виктор сударь Михайлович…

Цыгане поют.

Каренин (сконфуженно слушает, потом спрашивает). Сколько дать?

Федя. Ну, дай двадцать пять.

Каренин даёт.

Явление шестое

Те же, без Каренина.

Федя. Чудесно! Теперь «Лён». (Оглядывается.) Удрал Каренин. Ну, чёрт с ним.

Цыгане разбредаются.

Федя (махает рукой, подходит к Маше, садится на диван рядом с ней). Ах, Маша, Маша, как ты мне разворачиваешь нутро всё.

Маша. Ну, а что я вас просила…

Федя. Что? Денег? (Вынимает из кармана штанов.) Ну что же, возьми.

Маша смеётся, берёт деньги и прячет в пазуху.

Федя (цыганам). Вот и разберись тут. Мне открывает небо, а сама на душки просит. Ведь ты ни черта не понимаешь того, что ты сама делаешь.

Маша. Как не понимать. Я понимаю, что кого люблю, для того и стараюсь и пою лучше.

Федя. А меня любишь?

Маша. Видно, что люблю.

Федя. Удивительно. (Целует её.)

Цыгане и цыганки уходят. Остаются парочки: Федя с Машей, Афремов с Катей, офицер с Гашей. Музыкант пишет, цыган перебирает вальс на гитаре.

Ведь я женат, а тебе хор не велит. Хорошо тебе?

Маша. Разумеется, хорошо, когда хорошие гости. И нам весело.

Федя. Ты знаешь, кто это?

Маша. Слышала фамилию.

Федя. Это превосходный человек. Он приезжал звать меня домой к жене. Она меня, дурака, любит, а я вот что делаю.

Маша. Что же, это нехорошо. Надо к ней ехать. Надо её пожалеть.

Федя. Ты думаешь, надо? А я думаю, не надо.

Маша. Известно, коли не любишь, так и не надо. Только любовь дорога.

Федя. А ты почём знаешь?

Маша. Должно, знаю.

Федя. Ну, поцелуй меня. Чавалы! Ещё «Лён», и тогда шабаш.

Начинают петь.

Ах, хорошо! Кабы только не просыпаться. Так и помереть.

Занавес

Действие второе

Картина первая

После первого действия прошло две недели. У Лизы. Каренин и Анна Павловна сидят в столовой. Саша выходит из двери.

Явление первое

Каренин. Ну что?

Саша. Доктор сказал, что теперь опасности уж нет. И только не простудить.

Анна Павловна. Ну, слава Богу. А то Лиза совсем извелась.

Саша. Он говорит, что это был или ложный круп, или в слабой форме… Это что? (Указывая на корзинку.)

Анна Павловна. Да это Виктóр привёз виноград.

Каренин. Не хотите ли?

Саша. Да, она любит. Она очень нервна стала.

Каренин. Две ночи не спать, не есть.

Саша (улыбаясь). Да вы тоже…

Каренин. Я другое дело.

Явление второе

Те же. Выходят доктор и Лиза.

Доктор (внушительно). Так так-с. Через каждые полчаса меняйте, если он не спит. Если спит, не тревожьте. Мазать гортань не нужно. Температуру в комнате держать так же…

Лиза. А если опять будет задыхаться?

Доктор. Не должно быть. Если будет – пульверизация. И, кроме того, порошок, утром один и вечером другой. Я сейчас пропишу.

Анна Павловна. Не хотите ли, доктор, чаю?

Доктор. Нет, благодарю, больные ждут. (Садится к столу.)

Саша приносит бумагу, чернила.

Лиза. Так, наверное, это не круп.

Доктор (улыбаясь). Совершенно верно. (Пишет.)

Анна Павловна стоит над доктором.

Каренин. Ну, теперь выкушайте чая или, ещё лучше, поспите, а то посмотрите, на что вы похожи.

Лиза. Теперь я ожила. Спасибо вам. Вот истинный друг. (Жмёт ему руку.)

Саша сердито отходит к доктору.

Благодарствуйте, мой друг. Вот где дорога помощь.

Каренин. Что же я сделал? Вот уж не за что благодарить меня.

Лиза. А кто ночи не спал, кто привёз эту знаменитость? Всё вы…

Каренин. Уж я так награждён и тем, что Мика вне опасности, и, главное – вашей добротой. (Опять жмёт руку и смеётся, показывая монету, оставшуюся у ней в руке.)

Лиза (улыбается). Это доктору. Только я никогда не умею как отдать.

Каренин. Ну и я тоже не могу.

Анна Павловна (подходит). Что не могу?

Лиза. Давать деньги доктору. Он спас мне больше, чем жизнь, а я даю деньги. Что-то тут такое неприятное.

Анна Павловна. Давай я дам. Я умею как. Очень просто…

Доктор (встаёт и даёт рецепт). Так эти порошки в столовой ложке отварной воды хорошенько размешать и… (Продолжает наставление.)

Каренин у стола пьёт чай. Отходят вперёд Анна Павловна и Саша.

Саша. Не могу видеть их отношений. Она точно влюблена в него.

Анна Павловна. Что ж тут удивительного?

Саша. Противно…

Доктор уходит, прощается со всеми. Анна Павловна идёт провожать его.

Явление третье

Лиза, Каренин и Саша.

Лиза (Каренину). Он так мил теперь. Как только ему стало лучше, он сейчас же стал улыбаться и болтать. Я к нему пойду. И от вас уходить не хочется.

Каренин. Да вы выпейте чаю, съешьте что-нибудь.

Лиза. Мне теперь ничего не нужно. Мне так хорошо, после этих страхов. (Всхлипывает.)

Каренин. А вот вы видите, как вы слабы.

Лиза. Я счастлива. Хотите взглянуть на него?

Каренин. Разумеется.

Лиза. Пойдёмте со мной.

Уходят.

Явление четвёртое

Саша и Анна Павловна.

Анна Павловна (возвращается). Так прекрасно отдала, и он взял. Ты что насупилась?

Саша. Отвратительно. Она его с собой повела в детскую. Точно он жених или муж.

Анна Павловна. Да тебе-то что? Из чего ты кипятишься? Или ты за него замуж собиралась?

Саша. Я, за эту версту? Да я скорее не знаю за кого выйду, но не за него. Да и никогда мне в голову не приходило. Мне только противно, что Лиза после Феди может так сближаться с чужим человеком.

Анна Павловна. Какой же он чужой – друг детства.

Саша. Но ведь я вижу по улыбкам, по глазам, что они влюблены.

Анна Павловна. Что же тут удивительного? Человек принял участие в болезни ребёнка, сочувствовал, помогал, и она благодарна. И кроме того – отчего же ей не полюбить и не выйти замуж за Викто́ра?

Саша. Это было бы ужасно. Отвратительно, отвратительно.

Явление пятое

Каренин и Лиза выходят. Каренин прощается молча. Саша сердито уходит.

Явление шестое

Анна Павловна и Лиза.

Лиза (к матери). Что с ней?

Анна Павловна. Право, не знаю.

Лиза вздыхает молча.

Занавес

Картина вторая

У Афремова в кабинете. Вино в налитых стаканах. Гости.

Явление первое

Афремов, Федя, Стахович мохнатый, Буткевич бритый, Коротков, прихвостень.

Коротков. А я вам говорю, что за флагом останется: Ла-бель-буа – первая лошадь в Европе. Пари.

Стахович. Полно врать. Ведь ты знаешь, что никто тебе не верит. И пари держать не станет.

Коротков. Я тебе говорю. Твой Картуш за флагом.

Афремов. Да полноте ссориться. Я вас помирю. Спросите Федю. Он верно скажет.

Федя. Обе лошади хороши. Дело в ездоке.

Стахович. Гусев подлец. Надо только его в руках держать.

Коротков (кричит). Нет!

Федя. Ну постойте, я вас помирю. Дерби кто взял?

Коротков. Взял, да ничего не стоит. Это случай. Кабы Кронпринц не заболел – посмотрел бы.

Входит лакей.

Явление второе

Те же и лакей.

Афремов. Что ты?

Лакей. Госпожа приехали, спрашивают Фёдор Васильевича.

Афремов. Какая? дама?

Лакей. Не могу знать. Только настоящая дама.

Афремов. Федя. К тебе дама!

Федя (испуганно). Кто это?

Афремов. Не знает кто. (Лакею.) Проси в залу.

Федя. Да постой, я пойду посмотрю. (Уходит.)

Явление третье

Те же, без Феди и лакея.

Коротков. Кто это к нему? Наверно, Машка.

Стахович. Какая Машка?

Коротков. Цыганка Маша. Втюрилась в него, как кошка влюблена.

Стахович. Какая милая. И поёт.

Афремов. Прелесть! Танюша да она. Вчера они с Петром пели.

Стахович. Ведь экой счастливец этот…

Афремов. Что его бабы любят, Бог с ним.

Коротков. Терпеть не могу цыганок. Никакого изящества нет.

Буткевич. Ну, не говори.

Коротков. Я их всех за одну француженку отдам.

Афремов. Ну, да ты известный эстет. Пойти посмотреть, кто это. (Уходит.)

Явление четвёртое

Те же, без Афремова.

Стахович. Если Маша, так приведи её сюда, пусть споёт. Нет, теперь не то цыгане. Танюша была. Ах, чёрт возьми.

Буткевич. А я думаю, что всё то же.

Стахович. Как то же, когда романсы пошлые вместо песни?

Буткевич. И романсы есть хорошие.

Коротков. А хочешь пари, что я заставлю спеть, и ты не узнаешь: песня это или романс?

Стахович. Коротков вечно пари.

Явление пятое

Те же и Афремов.

Афремов (входит). Господа, это не Маша. А принять её негде, кроме здесь. Пройдёмте в биллиардную.

Коротков. Давай пари. Что, заробел?

Стахович. Хорошо, хорошо.

Коротков. Вот и попадёшь на бутылку.

Стахович. Ну ладно. Вино захвати.

Уходят, разговаривая.

Явление шестое

Входят Федя и Саша.

Федя. Пойдём сюда. Ах, ах. Как это ты. Да, да…

Саша (смущённо). Федя, прости меня, если тебе неприятно, но, ради Бога, выслушай меня. (Голос её дрожит.)

Федя (ходит по комнате. Саша села, смотрит на него). Слушаю.

Саша. Федя, вернись домой.

Федя. Я тебя очень понимаю, Саша, милая, и на твоём месте я бы сделал то же: постарался бы как-нибудь вернуть всё к старому, но на моём месте, если ты, милая, чуткая девочка, была бы, как ни странно это сказать, на моём месте, – ты бы наверное сделала то, что я, то есть ушла бы, перестала бы мешать чужой жизни…

Саша. Как мешать? Разве Лиза может жить без тебя?

Федя. Ах, милая Саша, голубушка, может, может. И ещё будет счастлива, гораздо счастливее, чем со мной.

Саша. Никогда.

Федя. Это тебе кажется. (Держит в руке письмо и гнёт.) Да не в том дело, то есть не то, что не в том дело, а главное дело в том, что я-то не могу. Знаешь, толстую бумагу перегибай так и этак. И сто раз перегнёшь. Она всё держится, а перегнёшь сто первый раз, и она разойдётся. Так между мной и Лизой. Мне слишком больно смотреть ей в глаза. И ей также – поверь.

Саша. Нет, нет.

Федя. Говоришь нет, а сама знаешь, что да.

Саша. Я могу только по себе судить. Если бы я была на её месте и ты бы ответил то, что ты отвечаешь, это было бы ужасно для меня.

Федя. Да, для тебя.

Молчание. Оба смущены.

Саша (встаёт). Неужели так и останется?

Федя. Должно быть.

Саша. Федя, вернись.

Федя. Спасибо тебе, милая Саша. Всегда ты мне останешься дорогим воспоминанием… но прощай, голубушка. Дай мне поцеловать тебя. (Целует её в лоб.)

Саша (взволнованная). Нет, я не прощаюсь и не верю, и не хочу верить… Федя…

Федя. Ну так слушай же. Только слово, что то, что я тебе скажу, никому не скажешь. Даёшь слово?

Саша. Разумеется.

Федя. Ну так слушай, Саша. Правда, что я муж, отец её ребенка, но я лишний. Постой, постой, не возражай. Ты думаешь, я ревную? Нисколько. Во-первых, не имею права, во-вторых, не имею повода. Викто́р Каренин – старый её друг и мой тоже. И он любит её, и она любит его.

Саша. Нет.

Федя. Любит, как может любить честная, нравственная женщина, которая не позволяет себе любить никого, кроме мужа, но она любит и будет любить, когда препятствие это (показывает на себя) будет устранено. И я устраню его, и они будут счастливы. (Голос дрожит.)

Саша. Федя, не говори так.

Федя. Ведь ты знаешь, что это правда, и я буду рад их счастью, и лучше я ничего не могу сделать, и не вернусь, и дам им свободу, и так и скажи. И не говори, не говори, и прощай. (Целует её в голову и отворяет дверь.)

Саша. Федя, я восхищаюсь перед тобой.

Федя. Прощай, прощай.

Саша уходит.

Явление седьмое

Федя один.

Федя. Да, да, чудесно, прекрасно. (Звонит.)

Явление восьмое

Федя и лакей.

Федя. Позовите барина.

Лакей уходит.

Явление девятое

Федя один.

Федя. И правда, и правда.

Явление десятое

Входит Афремов.

Афремов. Как же устроил?

Федя. Чудесно. «И божилась, и клялась…» Чудесно. Где все?

Афремов. Да там, играют.

Федя. Отлично. Пойдём… «побывать ко мне на час».

Занавес

Действие третье

Картина первая

Князь Абрезков – 60-летний элегантный холостяк. Бритый, с усами. Старый военный с большим достоинством и грустью. Анна Дмитриевна Каренина – мать Виктóра, молодящаяся, 50 лет, grand-dame. Перебивает речь французскими словами. Лиза, Виктóр, лакей. Кабинет Анны Дмитриевны, роскошно-скромный, полон сувениров.

Явление первое

Анна Дмитриевна пишет письмо.

Явление второе

Анна Дмитриевна и лакей.

Лакей. Князь Сергей Дмитриевич.

Анна Дмитриевна. Ну, разумеется. (Оборачивается и поправляется перед зеркалом.)

Явление третье

Анна Дмитриевна и князь Абрезков.

Князь Абрезков (входит). J'espère que je ne force pas la consigne[3]3
  Надеюсь, что я не нарушаю приказа (франц.).


[Закрыть]. (Целует руку.)

Анна Дмитриевна. Вы знаете, что vous êtes toujours le bienvenu[4]4
  вы всегда желанный гость (франц.).


[Закрыть]. A теперь, нынче, особенно. Вы получили мою записку?

Князь Абрезков. Получил, и вот мой ответ.

Анна Дмитриевна. Ах, мой друг, я начинаю совсем отчаиваться. Il est ensorcelé, positivement ensorcelé[5]5
  Он околдован, положительно околдован (франц.).


[Закрыть]. Я никогда не встречала в нём такой настойчивости, такого упрямства, такой безжалостности, равнодушия ко мне. Он совсем переменился с тех пор, как эта женщина бросила мужа.

Князь Абрезков. Но что же именно, как стоит дело?

Анна Дмитриевна. Так, что во что бы то ни стало хочет жениться.

Князь Абрезков. Но как же муж?

Анна Дмитриевна. Даёт развод.

Князь Абрезков. Вот как.

Анна Дмитриевна. И он, Виктóр, идёт на это, и вся эта грязь, адвокаты, доказательства вины. Tout ça est dégoutant[6]6
  Всё это отвратительно (франц.).


[Закрыть]. И это не отталкивает его. Я его не понимаю. Он с своей чуткостью, робостью…

Князь Абрезков. Любит. Ах, если человек точно любит, тогда…

Анна Дмитриевна. Да, но отчего же в наше время любовь могла быть любовью чистой, любовью-дружбой, которая идёт через всю жизнь? Такую любовь я понимаю, ценю.

Князь Абрезков. Теперь новое поколение уж не может довольствоваться идеальными отношениями. La possession de l'âme ne leur suffit plus[7]7
  Душевная близость их уже не удовлетворяет (франц.).


[Закрыть]. Что делать. Но как же быть с ним?

Анна Дмитриевна. Нет, про него не говорите. Но это какое-то колдовство. Его точно подменили. Ведь вы знаете, я была у неё. Он так просил меня. Я поехала, не застала её, оставила карточку. Elle m'a fait demander quand je pourrai la recevoir[8]8
  Она меня просила, когда я смогу принять её (франц.).


[Закрыть]. И нынче (смотрит на часы), во втором часу, стало быть сейчас, должна приехать. Я обещала Викто́ру принять, но понимаете моё положение. Я вся не своя. И по старой привычке послала за вами. Мне нужна ваша помощь.

Князь Абрезков. Благодарствуйте.

Анна Дмитриевна. Вы поймите, что это посещение её решает всё дело – судьбу Виктóра. Мне надо или не согласиться… А как я могу…

Князь Абрезков. Вы совсем не знаете её?

Анна Дмитриевна. Никогда не видала. Но боюсь её. Не может хорошая женщина согласиться оставить мужа. И хорошего человека. Ведь он товарищ Виктóра и бывал у нас. Он был очень милый. Да какой бы он ни был. Quels que soient les torts qu'il a eus vis-à-vis d'elle[9]9
  Как бы он ни был виноват перед нею (франц.).


[Закрыть], нельзя бросать мужа. Надо нести свой крест. Я одно не понимаю, как может Викто́р с своими убеждениями согласиться на женитьбу на разведённой. Сколько раз – недавно он при мне горячо спорил с Спицыным, доказывая, что развод несогласен с истинным христианством, и теперь сам идёт на это. Si elle a pu le charmer à un tel point[10]10
  Если она могла очаровать до такой степени (франц.).


[Закрыть], я боюсь её. Но, впрочем, я вас позвала, чтобы слышать вас, и всё только сама говорю. Что вы думаете? Скажите. Что по-вашему? Как надо? Вы говорили с Виктóром?

Князь Абрезков. Я говорил с ним. И я думаю, что он любит её, привык любить так, любовь эта взяла такую власть над ним – а он человек, медленно, но твёрдо принимающий. Что вошло ему в сердце, то уже не выйдет. И он никого, кроме её, любить не будет и без неё и с другой счастлив быть не может.

Анна Дмитриевна. А как Варя Казанцева пошла бы за него. И какая девушка и как любит.

Князь Абрезков (улыбаясь). C'est compter sans son hôte[11]11
  Это – считать без хозяина (франц.).


[Закрыть]. Это теперь совсем несбыточно. И, я думаю, лучше покориться и помочь ему жениться.

Анна Дмитриевна. На разведённой, чтобы он встречал мужа своей жены? Я не понимаю, как вы можете спокойно говорить про это. Разве это та женщина, которую мать может желать женой своего единственного сына, и такого сына?

Князь Абрезков. Да что же делать, милый друг. Разумеется, лучше бы жениться на девушке, которую вы знаете, любите. Но коли этого нельзя… Да потом, если бы он женился на цыганке или Бог знает на ком. А Лиза Рахманова очень хорошая, милая женщина; я по племяннице Нелли знаю её. Кроткая, добрая, любящая и нравственная женщина.

Анна Дмитриевна. Нравственная женщина, которая решается бросить мужа.

Князь Абрезков. Я не узнаю вас. Вы недобры, вы жестоки. Муж её – один из тех людей, про которых говорят, что он только сам себе враг. Но он ещё больше жене враг. Это слабый, совершенно падший, пьяный человек. Он промотал всё своё состояние, всё её состояние, – у неё ребёнок. Как же вы осуждаете женщину, которая оставила такого человека? И то не она, а он оставил её.

Анна Дмитриевна. Ах, какая грязь, какая грязь. И я должна пачкаться в ней.

Князь Абрезков. А ваша религия?

Анна Дмитриевна. Да, да, прощение. «Как и мы оставляем должникам нашим». Mais c'est plus fort que moi[12]12
  Но это выше моих сил (франц.).


[Закрыть].

Князь Абрезков. Ну как же ей жить с таким человеком? Если бы она и не любила другого, она должна бы была это сделать. Для ребёнка должна. Он сам, муж, умный и добрый человек, когда он в своём уме, советует ей это сделать.

Явление четвёртое

Анна Дмитриевна, князь Абрезков, входит Каренин, целует руку матери, здоровается с князем Абрезковым.

Каренин. Мама! Я зашёл сказать вам одно: Лизавета Андреевна сейчас приедет, и я прошу, умоляю вас только об одном: если вы продолжаете быть несогласны на мой брак…

Анна Дмитриевна (перебивая его). Разумеется, продолжаю быть несогласна.

Каренин (продолжая речь и хмурясь). …то прошу, умоляю вас об одном: не говорите о своём несогласии, не решайте в отрицательном смысле.

Анна Дмитриевна. Я думаю, что мы и не будем ни о чём таком говорить. Я по крайней мере уж никак не начну.

Каренин. Она тем менее. Мне только хотелось, чтобы вы узнали её.

Анна Дмитриевна. Не понимаю одно: как ты миришь своё желание жениться на госпоже Протасовой с живым мужем, с твоими религиозными убеждениями, что развод противен христианству?

Каренин. Мама! Это жестоко с вашей стороны! Неужели мы все так непогрешимы, что не можем расходиться в наших убеждениях, когда жизнь так сложна? Мама, за что вы так жестоки ко мне?

Анна Дмитриевна. Я люблю тебя, хочу тебе счастья.

Каренин (к князю Абрезкову). Сергей Дмитриевич!

Князь Абрезков. Разумеется, вы хотите ему счастья, но нам, с нашими сединами, уже трудно понимать молодёжь. А особенно трудно матери, приучившей себя к мысли о своём счастье для сына. Все женщины так.

Анна Дмитриевна. Вот, вот, именно. Все против меня. Разумеется, ты можешь сделать это, vous êtes majeur[13]13
  ты совершеннолетний (франц.).


[Закрыть], но ты погубишь меня.

Каренин. Не узнаю вас. Это хуже, чем жестокость.

Князь Абрезков (к Виктóру). Перестань, Викто́р. Мама говорит всегда хуже, чем делает.

Анна Дмитриевна. Я скажу, что думаю и чувствую, и скажу, не оскорбляя её.

Князь Абрезков. Это наверно.

Явление пятое

Анна Дмитриевна, князь Абрезков, Каренин и лакей входит.

Князь Абрезков. Вот и она.

Каренин. Я уйду.

Лакей. Лизавета Андреевна Протасова.

Каренин. Я ухожу, мама. Пожалуйста…

Князь Абрезков тоже встаёт.

Анна Дмитриевна. Просите. (К князю Абрезкову.) Нет, вы останьтесь.

Явление шестое

Анна Дмитриевна и князь Абрезков.

Князь Абрезков. Я думал, вам легче en tête-à-tête[14]14
  с глазу на глаз (франц.).


[Закрыть].

Анна Дмитриевна. Нет, я боюсь. (Суетится.) Если я захочу остаться с ней tête-à-tête, я кивну вам. Ça dépendra…[15]15
  Это будет зависеть… (франц.).


[Закрыть] A то мне остаться одной с ней, это свяжет меня. Я тогда так сделаю вам.

Князь Абрезков. Я пойму. Я уверен, что она понравится вам. Только будьте справедливы.

Анна Дмитриевна. Как вы все против меня.

Явление седьмое

Те же. Входит Лиза в шляпе, в визитном платье.

Анна Дмитриевна (приподнимаясь). Я жалела, что не застала вас, но вот вы так добры, что сами приехали.

Лиза. Я никак не ожидала. Я так благодарна вам, что вы пожелали меня видеть.

Анна Дмитриевна. Вы знакомы? (Указывает на князя Абрезкова.)

Князь Абрезков. Как же, я имел честь быть представленным. (Shake hands[16]16
  Здороваются за руку (англ.).


[Закрыть]. Садятся.) Моя племянница Нелли мне часто говорит про вас.

Лиза. Да, мы дружны были очень. (Оглядываясь робко на Анну Дмитриевну.) И теперь дружны. (К Анне Дмитриевне.) Я никак не ожидала, что вы пожелаете меня видеть.

Анна Дмитриевна. Я знала хорошо вашего мужа. Он был дружен с Виктóром и бывал у нас до своего переезда в Тамбов. Кажется, там он женился на вас?

Лиза. Да, мы там женились.

Анна Дмитриевна. А потом, когда он опять переехал в Москву, он уже не бывал у меня.

Лиза. Да, он нигде почти не бывал.

Анна Дмитриевна. И не познакомил меня с вами.

Неловкое молчание.

Князь Абрезков. Последний раз я встретил вас у Денисовых на спектакле. Вы помните? Очень было мило. И вы играли.

Лиза. Нет… да… как же… помню. Я играла.

Опять молчание.

Анна Дмитриевна, простите меня, если вам неприятно то, что я скажу, но я не могу, не умею притворяться. Я приехала, потому что Виктор Михайлович сказал… потому что он, то есть потому, что вы хотели меня видеть… но лучше всё сказать… (Всхлипывает.) Мне очень тяжело… а вы добры.

Князь Абрезков. Да, я лучше уйду.

Анна Дмитриевна. Да, уйдите.

Князь Абрезков. До свиданья. (Прощается с обеими женщинами и уходит.)

Явление восьмое

Анна Дмитриевна и Лиза.

Анна Дмитриевна. Послушайте, Лиза, не знаю, да и не хочу знать, как вас по отчеству.

Лиза. Андреевна.

Анна Дмитриевна. Ну всё равно – Лиза. Мне вас жаль, вы мне симпатичны. Но я люблю Виктóра. Я одно существо на свете люблю. Я знаю его душу, как свою. Это гордая душа. Он был горд ещё семилетним мальчиком. Горд не именем, не богатством, но горд своей чистотой, своей нравственной высотой, и он соблюдал её. Он чист, как девушка.

Лиза. Я знаю.

Анна Дмитриевна. Он никого женщин не любил. Вы первая. Не скажу, что я не ревную к вам. Я ревную. Но мы, матери, – у вас ещё маленький, вам рано, – мы готовимся к этому. Я готовилась к тому, чтобы отдать его жене и не ревновать. Но отдать такой же чистой, как он.

Лиза. Я… Разве я…

Анна Дмитриевна. Простите, я знаю, вы не виноваты, но вы несчастны. И я его знаю. Теперь он готов всё перенести, и перенесёт, и никогда не скажет, но будет страдать. Его оскорблённая гордость будет страдать, и он не будет счастлив.

Лиза. Я думала об этом.

Анна Дмитриевна. Лиза, милая. Вы умная, хорошая женщина. Если вы любите его, то вы хотите его счастья больше, чем своего. А если так, то вы не захотите связать его и заставить раскаиваться – хоть он не скажет, никогда не скажет.

Лиза. Я знаю, что не скажет. Я думала об этом и задавала себе этот вопрос. Я думала и говорила ему. Но что ж я могу сделать, когда он говорит, что не хочет жить без меня. Я говорила: будем друзьями, но устройте себе свою жизнь, не связывайте свою чистую жизнь с моей несчастной. Он не хочет.

Анна Дмитриевна. Да, теперь не хочет.

Лиза. Уговорите его оставить меня. А я согласна. Я люблю его для его, а не для своего счастья. Только помогите мне, не ненавидьте меня. Будем вместе, любя, искать его блага.

Анна Дмитриевна. Да, да, я полюбила вас. (Целует её. Лиза плачет.) Но всё-таки, всё-таки это ужасно. Если бы он тогда, когда вы ещё не выходили замуж, полюбил вас.

Лиза. Он говорит, что полюбил тогда, но не хотел мешать счастию друга.

Анна Дмитриевна. Ах, как это всё тяжело. Но всё же будем любить друг друга, и Бог поможет нам найти то, что мы хотим.

Явление девятое

Те же и Каренин.

Каренин (выходя). Мама, милая. Я всё слышал. Я ожидал этого: вы полюбили её. И всё будет хорошо.

Лиза. Как мне жалко, что вы всё слышали, – я бы не говорила…

Анна Дмитриевна. Всё-таки ничего не решено. Я могу сказать одно, что если бы не все эти тяжёлые обстоятельства, я бы рада была. (Целует её.)

Каренин. Пожалуйста, только не меняйтесь.

Занавес