Текст книги "Светлая адептка. Академия целительниц"

Глава 13

Красота – страшная сила, а чувство прекрасного – штука специфичная. Вампиры обожают бледную, с голубоватым отливом кожу, орки без ума от пельменеобразных губ орчанок, а темные эльфы млеют от таинственно мерцающих глаз возлюбленных.

Вот переводом рецептов, способных подарить мне совершенно потрясающее преображение, я и занималась, когда в комнату заглянула Мари. Обычно мы старались друг друга не замечать, а тут она сама поинтересовалась, чем же я таким занята. А когда узнала, то предложила покопаться в библиотеке Аманды.

– Сомневаюсь, что она согласится одолжить мне книгу.

– А я не скажу, что это для тебя. Быстро перепишешь, что нужно, и вернешь! Не дрейфь, я сейчас!

Мари умчалась в комнату старосты, я же осталась на месте, нервно постукивая кончиком ручки по столу. В конце концов, что я теряла? Оригиналы рецептов у меня были, сравню переводной вариант.

Книга, принесенная Мари, выглядела новенькой, словно только что из типографии, и пахла не краской, а розовой водой.

– Уверена, Аманда ею еще и не пользовалась. Она же терпеть не может возиться в лаборатории.

– Зато умеет подбирать готовые снадобья.

– Для этого много ума не надо. – Мари с раздражением передернула плечом.

– Что-то случилось?

– Пока нет, но… Аманды с утра нет. Натали уверена, что она отправилась в гостиницу «Сокол». Догадываешься, к кому?

– Магистру Мэлору помощь целителя сейчас не помешает, – тихо заметила я.

– Вот именно! Целителя! Толку от Аманды.

– Звучит так, словно ты ее недолюбливаешь…

Мари присела на край кровати и принялась наводить порядок в чемоданчике. Я уже сочла, что она больше не вернется к разговору, когда Мари тихо произнесла:

– Имение родителей примыкает к охотничьим угодьям лорда Антера. Он давно точил зубы на наш парк. А полгода назад начал скупать долговые расписки отца. Аманда обещала все уладить… Вчера к отцу пришел поверенный от лорда Антера и дал три дня на возврат долга. Невозможно перезанять такую сумму за столь короткий срок. Когда я пришла к Аманде, она сказала, что не помнит об обещании и вообще не общается с предателями.

– Узнала, что девочки заходили ко мне, чтобы извиниться? Мне жаль…

– И мне! Жаль, что я столько времени шла у нее на поводу. Аманда, а не ты, настоящая гадина! Все! Больше не отвлекаю.

С готовым переводом дело пошло быстрее, оставалось лишь отправить почтового голубя в магическую лавку. Потратиться, конечно, придется, но какая девушка не спускает последние карманные деньги ради судьбоносной встречи с женихом?

* * *

Магистр Лойр вызвал меня после ужина, причем в зал для физических тренировок. Здесь мы умирали, валясь с ног от усталости, по три раза в неделю. Ректор Соер была непреклонна и считала, что целительницы должны обладать сносной физической формой.

– Самое большое заблуждение целителя – вера, что его обязательно спасут и защитят.

Тихий голос невидимого магистра доносился откуда-то из-под потолка, зато посреди зала обнаружилась фигура в плаще с глубоким капюшоном – наставник пригласил для меня очередного ассистента. Я инстинктивно сделала шаг в сторону стойки с зельями.

Боевая магия противоречит самой сути целителей, поэтому попытки сплести боевой аркан заранее обречены на провал. И все-таки целители не беспомощны. Мы умеем создавать снадобья, способные как восстанавливать живую плоть, так и ранить ее. Недаром говорят, что магические зелья – яд, вся тонкость в дозе. И безобидная вытяжка из семян ирса, увеличивающая энергетический резерв мага, способна его убить.

– Перед вами юная пожирательница, испытывающая жажду. Озвучьте внешние признаки приближающегося приступа.

– Слабость, лихорадка, влажные ладони… вертикальный зрачок. Магистр Лойр, ваше наглядное пособие на юную особу не тянет!

Как только задание было озвучено, женщина сбросила плащ. Так что теперь я могла ее рассмотреть в деталях. Мимоходом отметила, что у Анабель никогда не будет сероватой кожи, которой отличались все низшие создания Бездны. Да и черты лица она унаследовала от человеческой матери. При должном уровне самоконтроля Анабель сможет жить среди людей.

Изучив женщину из рода пожирателей, я довольно хмыкнула:

– Не опасна.

– Как определила? – Голос магистра все еще раздавался из-под потолка. На мгновение мне показалось, что я слышу хлопанье крыльев.

– По отсутствию розовой каймы вокруг зрачка. У пожирателя, привыкшего убивать, она явно выражена.

– Я же говорила, что нужно использовать иллюзию. – Пожирательница улыбнулась, обнажив белоснежные клыки, после чего протянула руку. – Рада познакомиться…

Скачок адреналина в ее крови был таким неожиданным, что вместо ответа на приветствие я дернулась в сторону. И вовремя! Пожирательница прыгнула и неуклюже приземлилась туда, где я только что стояла. Громко взвизгнув, она упала на одно колено и заскулила.

– Растяжение левой лодыжки. Я бы рекомендовала вам пару часов полного покоя.

Тихо зарычав, пожирательница снова попыталась до меня добраться, но не сделала и пары шагов, как замерла, скованная зельем замедления.

– Адептка Мейбус, вас вызвали в зал не для этого! – Магистр Лойр появился рядом с пожирательницей и принялся плести аркан общего очищения.

– Знаю. Она должна была меня поймать и немного потрепать, чтобы я окончательно уяснила, что прикосновение любого пожирателя опасно. Тем более для целителя. Наша сила слишком схожа с живительной жизненной энергией.

– Какая вкусная умная девочка. Так бы и съела! – Зелье замедления никак не влияло на речь.

– Отравитесь, – буркнула я. – Если что, парализующие снадобья на стойке тоже имеются, а я сама лично могу обеспечить вам инфаркт и безо всяких зелий.

– Тогда почему сейчас воспользовались склянкой? – Магистр Лойр взмахом руки испарил с пола осколки.

– Глупо зря разбрасываться силой, когда вы пригласили меня в зал для тренировки.

Не признаваться же, что мне завтра три снадобья варить и я не хочу зря растрачивать резерв.

– Я требую компенсации! – неожиданно взвилась пожирательница. Двигаться она пока не могла, вместо этого пыталась разогнать кровь в онемевших ладонях. – Вы утверждали, что девчонка безобидна, а она перемещалась со скоростью боевого мага.

– Адептка Мейбус – ламия, но это не имеет значения. Оплату получите на выходе. Можете быть свободны.

Магистр Лойр исчез, а у нас над головами словно пронесся ветерок, и я снова расслышала хлопанье чьих-то крыльев.

Мы с пожирательницей переглянулись. Вот и позанимались. Методы магистра традиционно отличались оригинальностью.

– Идемте. Я провожу вас к выходу.

– И проследите, чтобы мне заплатили!

После ухода пожирательницы я отправилась в зверинец на поиски магистра Лойра. Теперь я не сомневалась, что расслышала хлопанье крыльев.

К вольеру с черным грифоном я приблизилась с опаской и заметила звуконепроницаемый барьер, только когда его миновала. Жуткий, полный боли вой разорвал тишину до того внезапно, что несколько секунд я стояла неподвижно, скованная ужасом.

– Кажется, я уже сказал, что ваше дополнительное занятие завершено. – Магистр Лойр показался в дверях, вспыхнувший в ночи пульсар залил все вокруг бледно-голубым светом.

– Кто там?

– Вы уже знаете ответ.

Вопль повторился. И принадлежал он разумному существу!

Я решительно приблизилась к магистру.

– Пропустите немедленно!

– Как скажете. – Мужчина криво усмехнулся и отступил в сторону.

Я сделала шаг и замерла, вспомнив о печальном опыте, полученном в комнате магистра Мэлора. Куратору я тоже доверяла. И чем это закончилось?!

– Поклянитесь, что не причините мне вред.

Улыбка на лице магистра Лойра стала еще шире.

– Отрадно видеть пробуждение зачатков разума у лучшей адептки академии.

Сложив пальцы в рассекающем аркане, магистр полоснул по своей ладони. Я уловила запах крови, и в темноте прозвучали слова клятвы, которую он не сможет нарушить ни сейчас, ни когда бы то ни было. Маг поклялся, что не причинит мне вред ни действием, ни бездействием.

Магистр Лойр меня обезопасил, но я потеряла время. Когда вошла в загон, все уже было кончено: черный грифон вяло тыкал лапой неподвижного мужчину. Сплетенный аркан общей диагностики лишь подтвердил его гибель.

– Это был кровавый пожиратель. Если вас это утешит, его должны были казнить на рассвете. Я всего лишь дал ему возможность умереть в бою.

Я судорожно сглотнула, рассматривая пернатую громадину. Этот грифон был крупнее тех, что я видела раньше. Сама смерть, покрытая угольно-черными перьями.

Зверь приподнял лапу, ворчливо заклекотал и еще раз брезгливо ткнул тело.

– Да, Малыш, не самая приятная трапеза. Но другой мне не найти, – неожиданно мягко произнес магистр Лойр.

Грифон склонил голову и коснулся клювом груди пожирателя. Следом произошло нечто совсем странное: вокруг мертвого мужчины появилась темная дымка. Некоторое время она клубилась над ним, а потом была поглощена грифоном. Со стороны казалось, словно огромная птица втянула в себя этот дым.

Из моего горла вырвался удивленный писк, а магистр Лойр вдруг схватил меня за плечо и развернул лицом к себе.

– А вот это уже интересно, – задумчиво произнес он. – Чистокровная ламия и дитя этого мира, узревшее Тьму.

– Я никому не расскажу… – еле слышно прошептала я. В горле пересохло, каждое слово давалось с трудом. – Если хотите, я тоже дам клятву.

Вместо ответа магистр Лойр рассмеялся, а потом вдруг толкнул навстречу грифону.

Но он же поклялся!

Поскользнувшись на полу, я взмахнула руками и замерла, с ужасом и в то же время с невольным восхищением рассматривая пернатого хищника.

Грифон медленно повернулся ко мне и заинтересованно склонил голову набок. Бесконечное мгновение мы таращились друг на друга, а потом он резко взмахнул крыльями и, приподнявшись над полом, завис над моей головой. Резкое шипение, прозвучавшее в темноте, заставило меня вздрогнуть. Приказ, вынудивший грифона снова опуститься на пол, вырвался из моего горла!

Осмыслить случившееся как следует я не могла: покрытая перьями морда теперь маячила перед моим лицом, обдавая горячим дыханием. С трудом подавив желание броситься прочь, я заставила себя протянуть ладонь и положить на переносицу грифона.

– Боевые грифоны признают лишь своих хозяев, для вас, адептка Мейбус, он сделал исключение. Теперь вы можете его отпустить, это боевой зверь, а не кошка. – В напряженном голосе магистра Лойра проскользнул смех.

Только тогда я заметила, что мои пальцы не просто лежали на птичьей морде, а нервно перебирали перья. И грифону это не нравилось! Я уловила его раздражение. Он не мог сообразить, зачем эта странная испуганная двуногая его щекочет.

Я понимала грифона! Но как же так? Как?!

Отшатнувшись, я попала в объятия магистра Лойра. Тот развернул меня лицом к выходу и вывел из загона. Только очутившись на свежем воздухе, я ощутила слабость в коленях и без сил опустилась на траву вольера.

– Ваш грифон убил и выпил пожирателя, – потрясенно прошептала я.

– В вашем присутствии, что делает вас соучастницей, – ничуть не смущаясь, парировал магистр.

С негодованием уставилась на мужчину, но тот лишь ухмыльнулся:

– Истерика отменяется? Очень хорошо. Итак, вы заклинательница…

Многозначительная пауза намекала, что магистр жаждал услышать рассказ о моем таланте. И что я могла ему поведать? Я и сама не подозревала об этой способности, хотя умение находить общий язык с живыми существами у меня было с детства. Особенно ярко запомнились два случая.

Когда мне исполнилось семь, я помогла отцу успокоить взбесившуюся лошадь, в чей корм по недосмотру конюха попали побеги страсть-травы. А кузен Кайл получил красную ленту и приз укротителя соколов. Лишь его птица за неделю дрессировки смогла без ошибок преодолеть трассу. О моем участии в тренировках он, разумеется, умолчал.

Я считала, что птицы и животные тянулись ко мне, потому что чувствовали дар целительницы. А теперь выяснилось, что я заклинательница… У которой прямо на глазах грифон поглотил энергетическую сущность убитого пожирателя!

Но это же невозможно! Лишь порождения Бездны способны выпивать друг друга, а грифоны – создания этого мира. Живой не может поглотить силу мертвого…

– Ваш грифон – нежить, – потрясенно прошептала я.

Выразительная пауза и резкое:

– Докажите!

Магистр Лойр приглашающе толкнул дверь. Я же окончательно сошла с ума, потому что, вместо того чтобы рвануть прочь от пристанища жуткой птицы, снова вошла под крышу загона.

Заметила грифона не сразу. Тот сидел на перекладине подобно петуху и чистил перышки. Почувствовав меня, повернул голову и заклекотал. Грифон не понимал, что я забыла в его жилище. Не чешу, не кормлю, только тревожу напрасно.

– Прости, сегодня я с пустыми руками. Только полюбуюсь немного. Ты такой красивый…

И я принялась рассказывать грифону, какой он замечательный. Сама же по-быстрому сложила пальцы в аркане общей диагностики и с изумлением увидела ауру живого существа. Это грифон был не просто нежитью, а хорошо замаскированной нежитью! Которая крайне нервно реагировала, когда с ней обращались как с живым существом.

Вот Юстас пытался накормить грифона зерном, а тот вышвырнул его из загона. Пообещав грифону, что еще приду его навестить, я вышла наружу и тут же наткнулась на напряженный взгляд магистра Лойра.

– И каков диагноз? – едко вопросил он.

– Вы хорошо защитили своего подопечного. Никто не заподозрит в нем нежить, если вы не заставите его летать при солнечном свете.

– Я выгуливаю Малыша по ночам, – нехотя буркнул магистр. – Он не опасен для наставников и учащихся академии.

Я тихо хмыкнула, осознав, для чего магистр Лойр пригласил в академию ту пожирательницу. Ему было нужно, чтобы ворота академии зафиксировали ее прибытие и уход.

– Надеюсь, пустые угрызения совести вас не потревожат. Как я уже сказал, этот субъект был приговорен.

– И Темная стража добровольно передала его вам для вершения правосудия?

– Адептка Мейбус, вам не говорили, что вы – ужасная зануда?

А еще я дружу с нежитью. Она льнет ко мне не меньше живых. Бродячий пес, которому я дала приют в курятнике, устроил кровавый пир. Наутро вся усадьба гудела о том, что нам всем безумно повезло: некропес никого не тронул. Насытившись курятиной, он убрался восвояси. Однако перед тем как покинуть усадьбу, возрожденный заглянул в мою комнату, напугав своей окровавленной мордой до полусмерти.

Некропес зашел сказать мне «спасибо» и попрощаться.

Крамер Тортон

Личное дело магистра Лойра состояло сплошь из темных пятен. Маг появился на свет в прибрежной деревне с названием Марлоковый Ус. С этого светлого момента миновало практически столетие, а вот в Садарской школе целительства юный Лойр засветился всего сорок лет назад.

Я не знал ни одного волшебного средства, способного скостить полсотни лет и превратить зрелого мужчину в подростка. Сомнительно было и то, что магистр Лойр злоупотреблял иллюзиями. В этом случае он сделал бы свою физиономию посимпатичнее. Либо военный целитель обнаружил тайный источник молодости, либо он был не тем, за кого себя выдавал.

И это мне не нравилось.

Вот с военной карьерой все было более-менее ясно. Магистр Лойр прошел путь от полевого лекаря до целителя в ранге магистра магии. Был несколько раз представлен к наградам и – вот это уже интересно – являлся заядлым дуэлянтом. И это целитель! Обычно маги, владевшие даром исцеления, с излишним трепетом относились ко всему живому. Зачастую их считали слабаками, неспособными дать отпор.

Пожалуй, стоит запросить дополнительные сведения о дуэльном прошлом магистра Лойра.

Отложив свитки в сторону, я подошел к окну. Отсюда открывался отличный вид и на эльфийский парк, и на башню, в которой проживали адептки. Вид темной фигуры, вынырнувшей из-под развесистого клена, заставил меня крепче стиснуть зубы и податься вперед. Я уперся лбом в стекло, едва сдерживая желание выйти в окно и перехватить любительницу приключений. Нет, мало наставники грузят своих адепток, раз у тех остаются и силы, и время разгуливать по ночам!

У входа в башню Делия Мейбус вдруг остановилась и посмотрела через плечо. Свет в комнате не горел, так что змейка меня не видела, но все равно я не мог избавиться от ощущения, что она смотрела на мое окно.

Делия Мейбус

Светлый источник Шалатара прежде творил чудеса. Он снимал проклятия и нивелировал последствия принятия магических снадобий. К нему приходили за ответом на вопросы, особо впечатлительные паломники утверждали, что источник предсказывал будущее, но достоверных сведений на этот счет в архиве не было. Зато шалатарские целители предельно четко обозначили дату изменения места силы: смерть хозяина замка. В ту ночь над Шалатаром пронеслась страшная гроза, земля дрожала, а наутро обнаружилось, что источник ушел под землю. С этого дня к нему перестали пускать просителей и Хранэль отгородился от всего мира.

В архивных документах об этом не говорилось прямо, но я догадывалась, что хранитель не захотел больше принимать посторонних. Однако десять лет назад он переделал конюшни замка в смотровые. И произошло это, когда на пост ректора академии была назначена леди Кларисса Соер.

Дальнейшее изучение архивных записей было прервано поступлением почты. Обычно я улавливала лишь настойчивое желание очутиться рядом с огнем, а тут по правой руке разлилось приятное тепло. Как странно!

Я протянула палец к свече, и на конце фаланги вспыхнул крошечный огонек. Он точно живой перескочил на фитиль, и мне в руку упал запечатанный конверт.

«Нежнейшая леди Мейбус!

Этой ночью я прибыл в Шалатар и разместился в гостинице «Сокол».

С надеждой на скорую встречу,

Лорд Гарет Эгран».

Я покосилась на коробочку с косметикой. За минувшие дни я успешно сдала положенные экзамены и как следует подготовилась к встрече с женихом.

Крамер Тортон

Обновления финального рейтинга ожидала вся академия. В зал отдыха понемногу стекались целительницы четырех курсов. Результаты сдачи экзаменов традиционно вывешивались в полдень, но я ловил себя на том, что бросаю взгляд на информационную доску каждые пять минут.

Делия Мейбус получила высший балл по всем предметам. Оставалось узнать лишь результат сдачи магической диагностики и зельеварения. Оба предмета сейчас находились в ведении магистра Лойра.

Кхм… Да вот же он!

Мужчина вошел и немедленно привлек внимание целительниц. Девушки повскакивали с мягких диванчиков и выстроились полукругом перед информационной доской. Всеобщее удивление указывало на то, что преподаватели нечастые гости в этом зале.

– Светлого дня, адептки Шалатара. Мое объявление предназначено лишь для второго курса.

Дождавшись, когда остальные разойдутся, магистр активировал звуконепроницаемый барьер. Желто-зеленый купол взметнулся ввысь, накрыв и преподавателя, и адепток.

Стоило магистру Лойру заговорить, как его слова вызвали растерянность на лицах девушек. Теперь они нервно прижимали руки к груди и встревоженно переглядывались. Делия Мейбус прикусила нижнюю губу и теребила рукав мантии. Так некстати вспомнилось, как дрожали ее пальцы в карете, а в затуманенных глазах я увидел то, что заставило моего внутреннего змея шипеть от восторга. У меня и сейчас в голове звучали настойчивые звуки победоносного марша. Хотелось подхватить Делию на руки, утащить в укромный уголок и целовать, пока из ее взгляда не исчезнет напряжение, а тело не сделается расслабленным, податливым…

С этим Хранэлем я совсем умом тронулся!

Мстительный светлый весь вечер третировал меня звуками органа, злился, что я так и не вооружился тряпкой и метелкой. Хватит с него и того, что я задействовал очищающий аркан и соскреб со стены остатки пирожных.

Магистр Лойр продолжал рассказ, но я не смог уловить ни звука. И это когда обычно я без особых усилий пробивал чужие барьеры, независимо от того, были ли они защитными, ограждающими или изолирующими. Потенциал военного целителя впечатлял настолько, что возникал закономерный вопрос: а как маг его возможностей оказался среди целителей?

Пожалуй, следует направить запрос в Садарскую школу целительства. Пока же оставалось довольствоваться чужими эмоциями. Впрочем, и они давали пищу для размышления.

Магистр Лойр был зол. Что бы он ни сообщил целительницам, его лично это задело сильнее, чем девушек. Реакция адепток была во много схожа: удивление смешивалось с недоумением и робкой надеждой. Девушки считали, что все обойдется.

Гхар линялый! Да что же все-таки стряслось?

Я едва сдерживался, чтобы не подойти ближе. Покончив с объявлением, магистр Лойр развеял купол и направился ко мне.

– Светлого дня? – Я выжидающе посмотрел на мага.

– Не сегодня. Минувшей ночью кто-то вломился в учебную лабораторию и опустошил шкафчик второго курса. Ректор Соер искала вас. – Мужчина покачал головой, давая понять, что не готов отвечать на вопросы. – Все подробности узнаете у нее.

– Как доверенное лицо его величества, я желаю осмотреть место преступления.

– Хорошо. Идемте.

Легкость, с которой магистр обеспечил мне доступ в лабораторию, удивила меня не так сильно, как отголосок одобрения – магистр был рад, что я захотел пойти вместе с ним.

Ректор Соер была уже на месте. Женщина стояла у трехуровневого стеклянного шкафа, нижняя полка которого оказалась пустой.

Заметив наше появление, Кларисса Соер стремительно приблизилась.

– Магистр Лойр, – учтивый кивок. – Лорд Тортон, как хорошо, что вы к нам присоединились.

Я уловил взгляд, который ректор послала магистру Лойру. Она словно благодарила его за то, что меня удалось найти так быстро.

– Хранитель больше не может отслеживать чужие перемещения?

– К сожалению, это не все. Я со вчерашнего вечера не слышу Хранэля. Его музыкальный голос затих. – Признание ректору далось нелегко. – Невыносимо думать, что мы опоздали.

– Рано отчаиваться, ваш хранитель всю ночь терроризировал меня звуками органа.

– Лорд Тортон! Он хотел вас о чем-то предупредить! Но вы не отреагировали. – На лице женщины отразилась такая досада, что я невольно почувствовал себя виноватым.

– Например, о краже из лаборатории. – Магистр Лойр нахмурился, но обвинять меня поостерегся.

– Интересоваться, как вор проник в академию, бесполезно?

– Это отдельная дурная новость. – Кларисса Соер нервно сжала руки в кулаки. – Привратник Ла-Рушк уже проверил охранное заклинание. Сигнализация не сработала.

– Следовательно, шкаф опустошил кто-то из наших, – судя по тону, маг уже озвучивал эту версию, но ректор с ней не согласилась.

– Магистр Лойр, мы не можем пока никого обвинять. Мои наблюдатели все еще работают.

– Мне кажется или я о чем-то не знаю? – Я уставился на ректора.

– Когда стало известно, что хранитель перестал справляться со своими обязанностями, я была вынуждена привлечь создания, способные вести наблюдение.

Я соотнес легкое смущение Клариссы с полученной информацией. Вывод напрашивался сам собой.

– Так это вы пригласили в замок цветочных фей?

– Цветочных фей? – изумление магистра Лойра было посильнее моего. – Леди Соер, когда вы утверждали, что придумаете, как компенсировать близорукость Хранэля, я и подумать не мог, что вы пригласите крылатых пустозвонок!

Ага! А еще они феноменально прожорливы. Хм… И готовы продаться за коробку конфет?

Озвучивать это предположение я не стал. Меня интересовало другое.

– Если зелья второго курса похищены, то каким образом адептки получат зачеты по зельеварению?

И тут на меня посмотрели как на полного придурка. Причем и ректор, и магистр Лойр.

– Лорд Тортон, я полагаю, что ввиду чрезвычайных обстоятельств магистр Лойр сможет закрыть эту сессию по текущим отметкам.

– Нет!

– Леди Соер, не нужно мне указывать, я сам прекрасно знаю, как найти выход из ситуации. Эм… Лорд Тортон, вас что-то не устраивает?

Да абсолютно все! Начиная с того, что местный хранитель вот-вот развоплотится, причем без постороннего участия. А испорченное зелье Делии? Я столько сил положил, чтобы она не была допущена к испытаниям, а теперь выясняется, что из-за недееспособности Хранэля мой план летел гхару под хвост! С другой стороны, настолько слабый хранитель не сумеет провести полноценный отбор…

– Прошу прощения. Меня вызывают. – Ректор Соер подошла к окну, на котором цвели букетики фиалок.

Женщина простерла руку, и над одним из горшков сформировалась сфера связи. Возникшая в ее отражении цветочная фея была встревожена и принялась что-то рассказывать, отчаянно жестикулируя.

– Глазам своим не верю… – взволнованно произнес магистр Лойр.

– Вы не считаете цветочных фей надежными информаторами?

На меня снова посмотрели как на придурка.

– Лорд Тортон, если вы не заметили, то леди Соер использует способ связи, характерный для светлых друидов.

– Подозреваете, что это она проводит темные ритуалы в Шалатаре или украла зелья второкурсниц?

– Разумеется, нет!

Негодование магистра Лойра было таким искренним, что впору было заподозрить, что маг неровно дышал к ректору Шалатарской академии целительниц.