Читать книгу "Любовь на практике"

Каждое слово Карада было наполнено болью. Он знал бывших Огненных волков и сочувствовал им, когда они стали Волками пепла.

– А дальше? – я перевела взгляд на Норгата.

– А дальше Волков пепла попытались переселить из Искрящейся долины. Отец счел, что магия этого места возродится, если ее не будут осквернять маги иной стихии. Волки пепла переселяться не пожелали, ну и были объявлены врагами империи.

Надо же…

Император Ардмрак явно считал себя большим специалистом по чужой магии. И позволял решать себе судьбы других рас.

– Извини, что наехал на тебя, Шумская. Ты многого не знаешь, но тебе простительно. Просто для меня это больной вопрос. Я же знаю многих лично…

– И они хотели бы вернуться в Долину?

– Конечно. Это же их дом. Там покоится прах их предков. Для многих долина была местом силы, независимо от того какого цвета огонь согревал эту землю. – Карад спрыгнул с подоконника. – Я невеселый собеседник. Так что дальше болтайте без меня. Если вдруг воронье уберется – дайте знать. Спущусь на полигон выпустить пар.

Карад направился быстрым шагом по коридору, а мне показалось, что за ним тянется темная дымка. Такая же порой окутывала и Норгата, и тогда его огонь темнел, словно смешиваясь с черным пламенем.

– Что скажешь? – я кивнула на удаляющегося Карада.

– У него есть право на злость. Но он заблуждается. Отец действительно пытается остановить распространение скверны, лезущей из Нижнего мира. Он и его стражи делают все возможное, чтобы сохранить огненные источники живого огня и не дать им превратиться в источники угасающего пепла.

– Но при этом расы пепла стали частью этого мира. Те же горгульи и демоны пепла…

– Они были первые, кто превратился. Их приняли как неизбежные перемены. А клан Волков провел специальный ритуал. Отец расценил его как предательство.

– Иными словами, император пытается контролировать всю магию этого мира.

– Ну почему всю. Только магию южной части континента, – оскалился в улыбке Норгат.

– И ему очень не нравится магия Нижнего мира. Магия пепла – неизбежное зло, а магия смерти – зло, которое должно быть уничтожено, – пробормотала я, следя за двумя мужчинами в темно-красном, стремительно исчезающих в глубине парка.

Хорошо, что я переправила своих золотых малюток. Это багряное воронье точно бы их напугало.

– Кстати, о неоспоримом зле. Ты заметила, что Эдмард не появился в столовой?

Да, феникса не было за завтраком. Как и Азаарта. Но если демону прописали постельный режим, то куда подевался Эдмард, я не знала. Но у меня имелось предположение на этот счет.

– Я планировала после завтрака заглянуть к госпоже Вейр.

– Думаешь поискать Эдмарда в ее постели?

Я поперхнулась воздухом.

– Вообще-то, я хотела расспросить ее о петушке.

– Ладно. Идем будить одну птичку, чтобы она пропела нам о другой, – насмешливо бросил Норгат.

ГЛАВА 5

Я была уверена, что Норгат всего лишь прикалывается, пока не увидела Эдмарда в дверном проеме. Захотелось даже выйти и проверить, а в ту ли дверь я постучала.

– Тебя не было за завтраком. Мы переживали, – нагло пояснил Норгат.

Дракон явно надеялся смутить феникса, но получил лишь в ответ предельно хмурый взгляд. А потом Эдмард просто сложил руки на широкой груди и замер с видом вышибалы у входа ночного клуба.

– Кто там, Эдмард? Мне показалось, я услышала голос адептки Шумской.

Тихая грусть госпожи Вейр была приправлена таким же безропотным флером обреченности.

– Тут еще и Норгат, – предельно недовольно пояснил Эдмард.

Я прямо-таки умилилась, ощутив под раздражением феникса нечто похожее на заботу. Нет, обо мне Эдмард тоже заботился, но эта забота была совсем другая, от нее не веяло нежностью…

Поймав мой задумчивый взгляд, феникс наставил на меня палец:

– Начнешь болтать – не буду делиться секретами.

– Да как будто ты обычно ими делишься, – хмыкнул Норгат. – Может, прекрасная хозяйка позволит нам войти?

– Да, пусть войдут, – слабо пролепетала госпожа Вейр.

У нее, как и у других преподавателей, во время каникул было больше свободного времени, можно было подольше поваляться в кровати. Впрочем, сейчас Вейр выглядела так, точно собирается умереть в этой самой постели.

– И это, как я понимаю, не грим, – успела произнести я, прежде чем за спиной взревело блокирующее пламя.

– Эд! Да чтоб тебя! – взвыл Норгат.

Надо же, тоже испугался.

– Это было неожиданно, – пробормотала я, рассматривая огненный кокон, аккуратно покрывающий стены комнаты Вейр.

– Необходимость. Только так я могу закрыть Самину от имперских магов.

– А на моей карте так и торчит знак “Мертвого призыва”, – объявила суть проблемы я.

– Делаю ставку, что призрак петуха Питима тут даже и не пролетал, – подхватил Норгат. – Эдмард, ты кого покрываешь? И какого это делаешь?

– А что я должен позволить, чтобы эту дуреху заковали в обсидиан?! – рыкнул Эдмард. – Она же сама не поняла, как умудрилась пробудить спящий дар.

Норгат и Эдмард замерли друг напротив друга. Рыжий был на взводе, ему прямо-таки хотелось кого-то стукнуть, а я сомневалась, что Норгат обеспечит ему это удовольствие.

– Наконец-то мне расскажут что-то интересное! Разумеется, если вместо этого никто не захочет подраться. Кстати, драка может привлечь внимание имперских магов, – на всякий случай добавила я.

Уж больно эмоциональный фон в комнате зашкаливал.

– Пожалуйста, прекратите, – прошептала Самина и, сделав над собой усилие, села на постели.

– Как ты себя чувствуешь? – я подошла чуть ближе.

– Как будто превращаюсь в нежить, – мрачно пошутила девушка.

– Ее магия начала меняться, – стоило горгульи спустить ноги на пол, как феникс оказался рядом. – Такое случается…

– Но таких не любят, – понятливо подхватила я.

– Как я понимаю, реткор Кхаал не в курсе, – задумчиво произнес Норгат.

– И верно. Если бы ректор знал, что в его академии действительно находится маг, представляющий угрозу для всей академии…

– Шумская, да ты обалдела! – взвыл Эдмард. – Да какая из этого супового набора угроза!

– Вообще-то, суповым набором был Питим, – попыталась пошутить и сгладить неловкость момента я.

– Люба хотела сказать, что если Самину обнаружат маги императора, ректору предъявят обвинение, – спокойно пояснил Норгат. – Либо объявят соучастником, либо не соответствующим должности.

– Мне сегодня показалось, что твой отец недолюбливает Кхаала.

– Тебе не показалось, – мрачно подтвердил Норгат.

– Это из-за тебя между ним пробежала черная кошка? Ну дух вражды… – пояснила я.

– Из-за магистра Лорини. Это же лорд Кхаал предоставил ему убежище и не дал заковать в кандалы.

– Ах вот оно что… – задумчиво произнесла я.

Ректор Кхаал уже предлагал мне защиту проверенным способом, а я не согласилась, но император-то этого не знал! Вдруг он так жаждал увидеть меня снова, чтобы убедиться, что я не превратилась в еще одного защитника академии?

Когда я поделилась этим предположением с ребятами, то парни согласно кивнули и заявили, что в моих словах есть рациональное зерно. А вот реакция Самины заставила всех понервничать.

– А что любой может стать защитником-хранителем академии магии?

– Не только академии. Подойдет любое напитанное магией место, – пояснил Норгат.

– Даже не думай! – рявкнул на девушку Эдмард.

– Скоро начнется учеба. Если я не смогу вернуться к работе, придется рассказать ректору, – печально вздохнула горгулья.

– Постой, так ректор Кхаал даже не знает, что ты в академии? – опешила я.

– Я сказала, что поеду домой. Приказ императора не распространялся на простых служащих.

Я задумчиво уставилась на девушку. Сейчас она выглядела так, словно к ней в самом деле присосалась нежить. Но нежить была уничтожена. Эдмард утверждал, что магия Самины Вейр начала изменяться. Подобные трансформации случались в Альтасе, именно так возникли демоны пепла и горгульи. Но теперь магия горгульи Вейр снова делала откат…

Но как такое вообще возможно?

– Покажи ей, – Эдмард мрачно посмотрел на меня. – Шумская не верит.

Девушка сложила руки лодочкой и призвала огонь. У демонов пепла его цвет варьируется от оранжево-красного до алого в зависимости от того, сколько живого огня осталось в источнике, насколько сильно живое пламя было вытеснено огнем пепла. Так вот, огонь Самины Вейр был однозначно зеленым.

– А руна “Мертвого призыва” вроде как твоя специализация?

– Да я не знаю ни одной руны Нижнего мира! – с обидой воскликнула Самина. – И все равно в моей комнате открываются переходы…

– И лезет нежить? – ужаснулась я. – Поэтому Эдмард и прописался в твоей комнате?

– Тьфу на тебя, Шумская! – возмутился Рыжий. – И хорошо, что ты не провидец. Самина создает оконца, через такие микропорталы невозможно переместить физический объект. Но все равно магия из них прет будь здоров.

– Здоровья Самине она не прибавляет, – справедливо заметил Норгат. – Кстати, знак “Мертвого призыва” – разновидность поисковой магии в Нижнем мире. С помощью него темный маг может найти нежить.

– Предлагаешь мне обучить Самину этой руне? – опешила я.

– Предлагаю для начала подумать, как госпоже Вейр научиться скрывать свою магию, если она не хочет лишиться работы. И не только ее. Эдмард, я буду признателен, если ты поделишься своим гениальным планом, – оскалился в издевательской улыбке Норгат. – У тебя же есть план? Или ты просто воспользовался возможностью ночевать с девчонкой?

– Норгат! – возмущенно воскликнула я.

Зато Эдмард не стал ничего говорить, а просто махнул рукой, и на пустом прикроватном столике возник поднос с целым рядом бутылочек.

– Ай-ай, снова контрабанда. Что же скажет магистр Ард.

– Скажет, что ты дурак, Норгат, – буркнула я.

– Все в порядке, Люба, у него есть право злиться. – Теперь Эдмард выглядел виноватым. – Когда у Самины начались перемены, у нас было два варианта. Блокировать ее магию полностью, чтобы прервать трансформацию, или начать ее контролировать.

– Эдмард хочет сказать, что имперским магам не показалось, и они действительно уловили следы магии смерти, которую начала практиковать Самина Вейр.

– Мы раскачивали создание окошек, чтобы у Самины был доступ к магии. Но я думаю, что ей пора научиться создавать полноценные руны.

В моей памяти всплыли символы из справочника магистра Эгарта. Так вот “Мертвый призыв” относился к начальным, базовым рунам. А что, если защита академии не зря отметила Самину Вейр именно этим символом на карте?

Покопавшись в сумочке, вытащила из нее ручку и блокнот.

– Если это то, о чем я думаю, то я не одобряю, – незамедлительно объявил Норгат.

– Но и мешать не будешь?

– Я уже сказал тебе однажды, Шумская, что желаю иметь доступ ко всем твоим приключениям. Как я могу остаться в стороне?

Самина долго и придирчиво изучала руну в моем блокноте, словно сомневалась, что сможет повторить ее черточки с помощью магии. А потом призвала тонкую струйку огня и вывела ею в воздухе волшебный знак.

– Вот и все. Когда мой дар станет сильнее, я смогу не только рисовать руны магией, но и активировать их.

– Сильнее? Может, не надо? – буркнул Эдмард. – Ты и как маг пепла ничего.

– Как маг пепла я ничто, – тихо произнесла Самина.

Я не знала, из какой она семьи, но уже то, что Самина так держалась за место при ректоре Кхаале, указывало, что ее родные не богаты.

– Не всякая магия благо, – прошептала я. – Твоя может подкинуть тебе множество проблем.

– Я научусь ее маскировать! Так делают.

Ах вот оно что…

Я послала возмущенный взгляд Эдмарду. Наш птиц вконец обнаглел, раз позволил девушке поверить в такую глупость, как сокрытие магии. Ещё и меня в пример привел! Я уже хотела высказать Эдмарду все, что я думала об этом безответственном хмыре, как вдруг зеленовая руна вспыхнула ярче и медленно поплыла по воздуху.

Ко мне.

– Норгат, мне это не нравится, – прошептала я.

– Вейр, что происходит? – требовательно вопросил Норгат.

– Это не я, – испуганно пискнула горгулья. – Я не управляю руной.

Быстро осмотревшись, Норгат приказал:

– Шумская, бегом к стене и ставь на нее второй защитный контур. Знаю, ты не умеешь, но, как смотрительница этой части этажа, сможешь.

– Цель? – деловито уточнила я, призвав огонь.

– Заглушить магию Нижнего мира.

– То есть защищаться мы от нее не будем?

– Зачем? Это не атака.

– Я тоже не чувствую угрозы… – подхватил Эдмард, но слегка скис под моим взглядом.

А ведь мы с Норгатом поверили, что у Рыжего все под контролем!

Защита комнаты отозвалась в тот же миг, как я начала вливать в нее свою магию. Эти стены давно считали меня своей хозяйкой, вот и слушались. В другом месте этот фокус бы не получился, потребовались бы знания бытовой магии и умение плести огненную защиту.

На краю сознания мелькнула мысль, что глупо быть непобедимой только в родных стенах. Не потому ли император так редко покидал Золотой чертог?

Мысль мелькнула и исчезла, потому что сейчас мое внимание снова захватила руна, которая перестала передвигаться, но при этом напитывалась магией, когда же символ трансформировался в оскалившуюся костяную пасть, мы услышали, как мужской голос произнес:

– Возвращайся домой, наследница золотого пламени. Это не твоя война. Возвращайся домой – или погибнешь.

Костяная пасть щелкнула зубами. Именно этот звук и заставил меня изумленно вскинуть брови.

– И это все?

Костяная морда не ответила, а развеялась легкой дымкой.

– Н-да, Шумская, а ты стремительно обзаводишься поклонниками в обоих мирах, – бросил в своей обычной манере Эдмард и шустро создал щит, едва к нему шагнул Норгат. – Спокойнее! Я не знал, что так случится. Просто хотел помочь девушке, для которой важно стать магом.

– Мне кажется, для любой девушке в первую очередь важно, чтобы ее руки не были закованы в кандалы.

На кровати испуганно пискнула горгулья.

– Нет, а что ты думала, император позволяет магам смерти свободно разгуливать по Альтасу?

– Я думала развивать дар пепла. Хотела стать портальщиком.

– Точно не порталы, – задумчиво произнес Норгат. – С твоей удачливостью ты на первом же профильном экзамене пробьешь портал в Нижний мир.

– Самине нужна легкая специализация, связанная с использованием рун, – уверенно произнес Эдмард. – Тогда будет неважно, что ее сила способна открывать порталы в Нижний мир.

– В таком случае нам лучше обратиться к специалисту по нестандартным учебным программам, – криво усмехнулся Норгат. – В конце концов, именно он отвечает за появление Самины Вейр в академии Пламени. Люба, ты не могла бы снять защиту? Иначе ректору Кхаалу придется взламывать дверь комнаты собственного секретаря.

***

Ректору Кхаалу пришлось присесть, чтобы переварить информацию, которую четко, без лишних деталей поведал Норгат. Уловив эмоции горгула, я заботливо и своевременно придвинула к нему стул.

А ведь ректор Кхаал не выглядел стариком. Это был представительный мужчина в самом расцвете сил. Крупный, подтянутый, с высоким умным лбом и эффектными изогнутыми рожками. Учебная форма сидела на нем как мундир военного. По слухам, ректор Кхаал любит проводить тренировки в Черном корпусе, где лично гонял самых сильных адептов академии Пламени.

Сейчас горгул ощущался как потухший уголек во всех смыслах. Он выгорел эмоционально, да и со здоровьем явно все было не так уж и радужно.

– Самина создала руну “Мертвого призыва”, и она передала Шумской послание из Нижнего мира. Если кратко, то наследнице золотого огня предлагают вернуться домой и ни во что не вмешиваться, – завершил рассказ Норгат.

– Простите, я не хотела, – жалобно всхлипывала Самина Вейр.

– Не бери в голову. Ты не виновата, – приободрила ее я.

– Слухи расходятся быстро, – лорд Кхаал поджал губы и посмотрел на меня. – Я думал, у нас больше времени.

Потом горгул посмотрел на Самину и потребовал:

– Призови огонь.

Горгулья сложила ладони лодочкой и зажгла огонь. Зловещая светяшка мирно лизала воздух, когда же я протянула к ней руку, то вместо жара ощутила, как пальцы обдало холодом.

– Шумская! Тебе делать нечего?! – рявкнул ректор.

Я спрятала руку за спину и вымученно улыбнулась. Подошедший Норгат ненавязчиво обхватил мои пострадавшие пальцы и окутал их своим огнем. Боль тут же ушла, а пальцам вернулась чувствительность.

– Спасибо.

– Нивелирую любые глупости. Оплата поцелуями, – быстро шепнул он, заставив меня покраснеть.

– Достаточно. Можешь убрать огонь, – приказал Самине ректор.

Горгулья закивала, сосредоточенно уставилась на свои руки, а потом с явным трудом втянула непокорное пламя под кожу. Девушка только-только ощутила свой источник огня, но пока с трудом им управляла. Это означало, что ее разоблачение наступит быстрее, чем закончится первая учебная неделя в академии Пламени.

– Тебе придется учиться. Как ректор этой академии я не могу допустить, чтобы по ней разгуливала ходячая бомба из мертвого мира.

– Я умею создавать только микропорталы.

– Поверь, это еще хуже, – хмуро бросил Норгат.

– Так вы ее не выгоните? Не заставите поступить в другую академию или магическую школу для новичков? – уточнила я.

По мне так это было определяющим решением.

Горгулья после моего вопроса расправила плечи и побледнела так, что едва не сливалась со стеной. И только в темных, миндалевидных глазах девушки светилось такое упрямство, что мне заранее стало жалко ректора Кхаала.

Бедолага не успевал решить одну проблему, так адепты подбрасывали ему новую задачку.

– Я не могу допустить, чтобы Самина Вейр училась где-нибудь еще, – хрипло выдохнул ректор.

Самина подскочила с кровати и явно хотела броситься к мужчине, но потом спохватилась, что вокруг чересчур много зрителей, и чинно произнесла:

– Благодарю, лорд Кхаал.

– Третий факультет. Тут без вариантов. Тебе же вроде бы всегда нравились травы? – с сомнением произнес горгул, прикидывая возможную специализацию.

– Целитель с мертвым даром, – хмыкнул Норгат. – Это будет забавно. Без обид, Вейр, но меня ты лечить никогда не будешь.

Вместо ответа Самина поджала губы и уставилась в сторону. Обиделась, да.

– Мне кажется, вопрос специализации Вейр лучше решать с магистром Лорини, – осторожно заметила я. – Мы же не будем его обманывать?

– Ты еще начни вещать о недопустимости обмана преподавателей, – едко бросил лорд Кхаал.

– Я не за честность. Я за целесообразность, – весело развела руками я. – Никто не сможет составить учебную программу лучше, чем глава факультета.

– Я согласен быть куратором Самины и подтянуть ее по теоретическим дисциплинам, – тут же встрял Эдмард. – У меня и опыт нужный есть.

Глаза горгула полыхнули красным.

– А с тобой, Опытный, я пообщаюсь в своем кабинете. Зайди ко мне через час.

***

Комнату уже бывшей секретарши ректора Кхаала я покидала в глубокой задумчивости. Выяснилось, что со дня на день в академию вернётся тетя Самины, настоящая госпожа Вейр. Ее племянница давно должна была покинуть академию, но по понятным причинам отказалась это сделать.

Самина настроилась изучать магию. Диплом мага позволил бы ей получить достойную работу и не зависеть от милости клана, в котором на вершине иерархии были все те же маги. Девушка мечтала о достатке и интересной жизни. Ее стремления были логичны, но цена, которую она заплатит, если правда выйдет наружу, заставляла ежиться от холода.

Рабство. Пожизненная служба на императора. Контроль каждого шага, каждого произнесенного заклинания.

Иными словами, империи были нужны маги смерти. Нужны! Но при этом они все по умолчанию считались врагами и лазутчиками Нижнего мира.

А я ещё свое положение считала незавидным. Да, император обложил меня со всех сторон, но я хотя бы могла показать ему язык и спокойно перенестись в Золотой чертог. И запретить мне провернуть этот фокус не мог даже правитель Огненной империи. Согласно магическому закону Альтаса, магию мог ограничить только глава рода или более сильный маг, и тут по обоим пунктам у императора выходила промашка.

– Он не может меня контролировать, – довольно объявила я.

Норгат не разделял мой оптимизм, а продолжал перебирать учебники на моем подоконнике. Перед уходом ректор напомнил, что Норгату предстоит сложнейшая задача – обучение потомка Золотого дракона основам дипломатии и этикета. Звучало так, словно Норгату выдали дикарку и теперь надеются, что он научит ее пользоваться столовыми приборами до званого ужина.

– Контролировать женщину проще, чем тебе кажется. Особенно если у нее есть ребенок.

– Ха! Вот уж спасибо. Размножаться в ближайшее время не собираюсь.

– А кто тебя будет спрашивать.

– Норгат, ты не обалдел? – взвилась я.

– Нет, Любаша, он до обидного спокоен, – скорбно объявил с потолка Хвостик.

– Всего лишь просчитываю все варианты. Жениться на тебе нельзя. От роли любовницы ты тоже откажешься. Значит, сможешь послужить роду императора иначе. Ребенок – носитель золотого огня дорогого стоит.

– Ардмрак, у тебя жуткая логика, – потрясенно выдохнула я, осознав, что Норгат не шутит.

Я-то возомнила, что император будет меня обхаживать и уговаривать стать временной "любимой женой", а он реально может выбрать более удобный вариант решения проблемы.

Хотя стоп.

– Не сходится. Император опечатал Золотой чертог, едва не уничтожив тем самым золотую магию. Без главного святилища она рассеялась, воплотившись в мелких существ. Хвостик, без обид. Ты для меня круче самого крутого золотого дракона.

С потолка тихо пофырчали, но от более детальных комментариев воздержались.

– Зачем ребенок тому, кто стремился уничтожить золотую магию?

– Затем, что ты ошибаешься, Шумская. – Норгат отложил учебник по теории магических источников и посмотрел на меня. – Мой отец не стремился уничтожить остатки огня. Он просто пытался выжить без него. Император сделал все, чтобы этот мир не рухнул в Ничто следом за Янтарной ареной.

– Еще скажи, что твой отец – спаситель всего живого в Альтасе!

Я подскочила к дракону, чувствуя себя факелом, способным вспыхнуть в любой момент. Несправедливые слова Норгата жгли изнутри.

– Благодаря ему этот мир оправился после гибели золотого дракона. Шумская, успокойся. – Норгат положил руки мне на плечи и ощутимо встряхнул. – Я не разделяю методы отца. Но когда из-под земли лезла нежить, а многие расы трансформировались так, что и не понять кто друг, а кто враг, методы отца сработали. Или ты думаешь, что получившие новую магию, покорно ждали, когда их судьба будет определена теми, кого не затронуло превращение? Первые годы никто не понимал, кого из превратившихся нужно принимать, а кого лучше добивать сразу, чтобы спасти тех, кого не затронула скверна Нижнего мира.

– Вы воевали. Магистр Лорини рассказал мне о гражданской войне, разделившей Золотую империю на более мелкие государства.

– Нас разделила не война, а изменение источников силы. Князь Инферно спасал свои земли, мой отец – Огненную империю. Но в тех местах, где огонь превратился в пепел, выжившие попытались установить свой порядок и уничтожить огонь соседей.

– Их мир рухнул, и они отчаянно завидовали тем, у кого все осталось по-прежнему?

– Вроде того. Но в итоге расы пепла проиграли. Не выстояли, когда с одних сторон их подпирали воины огня, а с другой – лезущая через порталы нежить.

– Проиграли и согласились называться низшими расами?

– Это было сложное время. Но сейчас все иначе. Не как двадцать лет назад. Однажды Альтас изменился и продолжает меняться, а отец…

– Словно застыл в прошлом.

– И не он один, – Норгат хотел сказать что-то еще, но потом вдруг объявил, что ему нужно срочно переговорить с магистром Ардом.

Я не стала его задерживать, понимая, что Норгат серьезно относится к роли наставника. Ему нужно было продумать для меня учебную программу. В список общих экзаменов вопросы по этикету вряд ли внесут, но я не сомневалась, что получить зачет у наследного принца будет не так-то просто.

Шлепнувшись на кровать, уставилась на потолок.

Мне тоже нужно было подумать. Например, как сочетать учебу, преследование императора и посещение Золотого чертога. Нужно было проверить, как отреагировал хранитель на появление живности. Все-таки столько лет он был один.

***

Второе посещение Золотого чертога состоялось в середине недели, когда имперские стражи наконец-то покинули академию. Ректор Кхаал вызвал нас с Норгатом и Эдмардом в кабинет и многозначительно объявил, что отправляет нас погулять. Единственным условием прогулки было возвращение в ту же точку. Ректору не хотелось гадать, доберемся ли мы до академии или вляпаемся в еще какое-нибудь приключение.

Азаарту захотел остаться в академии. Целителю удалось немного стабилизировать его состояние, но магистр Лорини считал, что проход через мощный портал может навредить демону. А если сам глава факультета настаивает, лучше подчиниться. Я сделала вид, что приняла решение Азаарта и не заметила исходящие от него эмоции. Азаарт чувствовал себя обузой и боялся нам помешать. И с этим тоже придется что-то сделать. Невозможно исцелить тело, без разума.

Пока же я стояла перед Золотым чертогом и слушала лес, а в голове раздавался ворчливый голос хранителя:

“Не могла кого покрупнее поймать? Золоторогого оленя или золотистого медведя. Нет же, притащила фениксов…”

“Им плохо в лесу?”

“Хуже! Они лезут в замок, словно до сих пор являются символом ордена телохранителей”

“Эм… Вообще-то, являются… – мысленно хихикнула я”.

– Люба, хранитель чем-то недоволен? – насторожила Эдмард.

– Тем, что символы твоего рода активно исследуют замок, – прыснула я.

– Это птицы. Думаю, они не только исследуют, – многозначительно произнес Норгат.

Налетевший невесть откуда ветер бросил ему в лицо ворох листьев.

– Эй! Прекрати! – приказал хранителю я.

“Мне тут в самую душу нагадили, а этот насмехается…”

Н-да, кажется, в моем новом доме нарисовалась первая бытовая проблема. И ее нужно было решить, раз мы не хотим поссориться с местным духом.

– Я так понимаю, уборка никогда не входила в обязанности духа-защитника.

– Духи-защитники никогда не следят за порядком, – пояснил Норгат.

– Не умеют?

– Птицы не того полета, – буркнул Эдмард и засучил рукава. – Если этот замок хочет, чтобы я в нем прибрался, то пусть потом не воет, что ему не понравилась моя уборка.

“О чем это он? – тут же насторожился дух”

“Эдмард – маг-защитник, но вряд ли он умеет плести филигранно бытовые заклинания. Вот выжечь что-то оптом, он сможет…”

“Не надо меня жечь! И этого бешеного ко мне не подпускай!”

– Эдмард, отставить, тебя в уборщики уже не хотят, – рассмеялась я.

Вместе со мной веселился весь лес. Из кустов высовывали мордочки довольные и сытые ласки, на ветках мельтешили белки, и даже виновники уборочного балагана наблюдали за нами сверху. Где-то в лесу притаился волк, я чувствовала, что он рыщет где-то далеко вблизи границы, как и положено защитнику. Мысленно потянулась к волку и уловила приветственный отклик.

– Итак, замок хочет себе личного уборщика? – подытожил Норгат.

– Думаю, он просто хочет, чтобы в нем кто-то жил, – тихо предположила я и поняла, что попала в точку.

Дух-хранитель соскучился по общению, а я не могла ему этого дать. Я не могла проводить много времени здесь, когда мне нужно было учиться. Захоти я обосноваться в заповедном месте и сама не пойму, как возле ворот окажется армия и император, жаждущий уговорить меня стать частью его империи.

Нет, этого мне точно не нужно. Я не хочу, чтобы наследие отца было поглощено живым пламенем Альтаса. Золотой огонь должен быть сохранен, а любая независимость возможна только, если ты докажешь, что можешь себя защитить. Моя сила была в знаниях, а для этого надо было вернуться в академию.

Я мысленно проговаривала это, озвучивала свои планы, зная, что дух-хранитель меня услышит. Мне нужно было учиться не только для своей защиты, я должна была учиться, чтобы защитить свой дом.

Дом?

Неужели я назвал Золотой чертог своим домом? Ведь я его толком не видела! Только один зал, да и тот мельком. Но сейчас, стоя на окраине леса, я чувствовала, что могла бы пробыть здесь вечность.

Но нельзя…

Ректор Кхаал взял с меня слово, что мы не задержимся. Проверим, как приживаются лесные создания и сразу же обратно.

“Мы еще вернемся… – мысленно пообещала я”.

“Я готов дать приют всем…”

Когда я передала слова хранителя Норгату и Эдмарду, парни многозначительно переглянулись. Нежели переживали, что я надумаю остаться в Золотом чертоге навсегда?

***

Печать проклятия Азаарта больше не выжигала из него энергию и казалась притаившимся в темноте хищником. Пока что сытым и безобидным, но стоило ей почувствовать силу, как у тварюшки пробуждался аппетит. И случалось это, когда Азаарт использовать сильную магию.

Все выяснилось во время совместной тренировке в Белом корпусе, на которой присутствовал и целитель, и магистр Лорини. Пока Азаарт бился на мечах, печать никак себя не проявляла, ее не заинтересовали ни личные магические артефакты, ни защитное плетение, но стоило Азаарту призвать огонь, чтобы жахнуть им по территории подобно разрушителю, как демона скрутило и пришлось срочно задействовать срочную реанимацию в моем лице.

– Вот так, полежи немного. Помнишь, я уже это делала, – успокаивающе шептала я, пока мой огонь скользил по животу демона.

– Поздравляю, Азаарт, ты сегодня наработал на совместную ночевку с Любовью, – едко бросил Норгат.

– Думаешь, ему станет легче, если буду рядом? – спокойно уточнила я, хотя щеки опалил жар смущения.

– Хранитель Золотого чертога сказал об этом прямо. Но мы думали, что получится обойтись традиционными методами.

– Вы думали?!

Я с возмущением уставилась на магистра Лорини.

– Это был выбор самого Азаарта.

– Дурак! – припечатала я, хлопнув от души его по животу. – Надо сразу сказать. Учеба же скоро начнется!

– Вообще-то, Азаарту нужно переживать не из-за учебы, – спокойно заметил Норгат.

– Князь до сих пор не объявил Огненный отбор, – магистр Лорини задумчиво возвышался над распростертым на полу Азаартом. – Ты его не переживешь.

– Спасибо за поддержку, магистр Лорини, – печально усмехнулся демон.

А я почему-то подумала, что у нас подобралась та еще компания. Наследный дракон, которого многие предпочли бы видеть мертвым. Феникс из угасшего рода. Ослабленный демон, которому предстояли смертельные испытания. И я, тоже наследница, которую наверняка предпочтут увидеть в золотом гробу. Ах нет… Есть ещё Самина Вейр, начинающий маг смерти. Она прекрасно впишется в нашу компанию смертников.

ГЛАВА 6

Неделя промелькнула быстрее, чем я окончательно решила, как буду удивлять императора в следующий раз. Мне нужен был прелестный в своей дурости план, который казался бы и тупым, и логичным для иномирянки. А в идеале еще и полезным.

Люблю странные планы и нестандартные методы их достижения. С ними не скучно. Можно даже спать в кровати с парнем, которого не любишь под чутким руководством того, кому отдала сердце. Да, совместные сны с Азаартом под бдительным взором Норгата все расставили на свои места. Эмпат, врущий самому себе о своих же чувствах, это даже не сапожник без сапог, это лошадь без копыт.