Текст книги "Призрак прошлого"
![](/books_files/covers/thumbs_240/prizrak-proshlogo-33145.jpg)
Автор книги: Людмила Белякова
Жанр: Ужасы и Мистика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
– А тебе, Тамара, я хочу напомнить то, что уже как-то говорил, – отчеканил Андрей.
– Это что же? – почти не разжимая губ, осведомилась Зуева.
– Не попадайся мне на пути, хорошо?
Он решительно двинулся к выходу, так что девицам волей-неволей пришлось отступить.
– Я думала, ты с концами ушел, – заметила Валя, когда он вернулся в редакцию.
– Про мейстерзингеров закончу, тогда до понедельника кану. Как ты считаешь – я вправе домой к папе-маме на выходные съездить?
– Вправе, вправе!..
На бурливой волне непонятного ему самому раздражения Андрей сколотил из своих заметок о пришлых кладоискателях ироничный, едкий материал, предложив всем держателям местных балконно-чердачных свалок исследовать свои залежи на предмет обнаружения золотых швейных машинок, платиновых гантелей и серебряных ведерок для шампанского. Владельцев хозяйственных магазинчиков и палаток Андрей призвал срочно обеспечить горожан ножовками по металлу и точными весами – для взвешивания найденных драгметаллов. А на происки жуликов, выдающих себя чуть ли не за работников Гохрана, посоветовал не поддаваться, а, напротив, сдавать их, как самый что ни на есть черный металлолом, в пункты приема, то есть в компетентные органы.
– …Вот, – сказал Андрей, выключая компьютер. – Если любимый глав-вред захочет ознакомиться, файлы здесь.
– Но ты ж в понедельник будешь? – решила уточнить Валя.
– В понедельник буду.
Никогда не скучна Москва так, как летом. Уже с утра висит над ней сизое марево, особенно густое над чирьями автопробок. Поджарые, неразличимые в профиль «менеджеры по продажам» меховых бутиков, ошалев от одиночества, милы и сердечны с редкими покупателями, заходящими сюда, чтобы просто взглянуть на недоступное им мохнатое счастье. Продавцы тремя порядками ниже – толстые уличные лоточницы – начинают автоматически зазывать покупателей, даже прекрасно видя, что те тащат мимо них точно такие же помидоры, что и у них на прилавке.
…Родителям о своих приключениях у водоемов и на свинячьей ферме Андрей рассказывать не стал, только вечером потихоньку поведал младшему брату. Рассказал о том, что, похоже, вернулся тот водяной конь, который колобродил по району много лет назад… И теперь, приняв вид черной лохматой собаки жутких размеров, он бегает по пригороду и стращает припозднившихся влюбленных.
– Да не гони! – сделал преувеличенно испуганные глаза Виталька. – Правда, что ли? Может, ньюфаундленд какой одичал… Они же воду любят.
– Правда, чего там… Даже рисунки с натуры в редакцию прислали.
Андрей и сам не знал, почему он, вот прямо сейчас, связал то читательское письмо с легендой о водяном коне. Но почему-то он это сделал?
А версию о диком ньюфаундленде решил запомнить.
– Прикольно, я смотрю, там у вас – улет! Надо будет к вам на практику попроситься. Коня запрячь…
– Поздно будет.
– Почему? – зевнул брат, выключая свет.
– Он каждые тридцать пять лет из подполья выходит. Ну, в смысле из-под коряги… Пока ты до диплома доползешь, я его сам изловлю.
– Еще чего-нибудь найдется, – сонно пробормотал Виталька и через несколько секунд ровно, почти по-детски, засопел на своей тахте.
Андрей, отвыкнув от постоянного ровного шума за окном, еще долго не мог заснуть.
В понедельник, пропустив утренние перегруженные электрички, Андрей появился в редакции только к двум часам.
– А, герой! – радостно, словно после долгой разлуки, приветствовал его Борода. – Читал я, что ты мне оставил… Хлестко, ничего не скажешь! Вон, Борис уже иллюстрации ищет. Прямо Нариньяни!
– Кто?
– Это фельетонист, лучший, советский. После его фельетонов в «Правде» кого-нибудь обязательно из партии исключали и с работы снимали. Не проходили разве?
– А, да, вспомнил, – соврал Андрей.
– Ты зачем наш менталитет так опускаешь? – хихикнул верстальщик, оглянувшись. – Я понимаю, ты человек не местный, но что мы тебе плохого сделали? Ну, хотели бабули заработать…
– Никто никому ничего плохого не делал. Надо просто освобождаться от местечкового сознания. А гренадеров видели, Михал Юрич?
– Гренадеры – это грандиозно! – воскликнул Борода. – Мы их тоже заверстали!
«Ага, я, кажется, перестарался».
– Я оба материала поставил, – подтвердил его худшие опасения главред.
«Значит, мне надо искать что-то на первый июльский номер. Шутки шутками, а ведь уже середина лета…»
– Андрюша, утром Аня Озерных звонила, – едва он появился в комнате, «обрадовала» его Валя. – Спрашивала, где ты. Она вечером к тебе домой который раз дозвониться не может.
– А на мобильный она мне не может позвонить?! – взвился Андрей.
– У них там деньги положить неоткуда. И с электричеством проблемы, напряжение низкое – зарядники японские не работают.
– О господи!.. Я ей не могу дозвониться, потому что у нее мобильный постоянно выключен, она мне – потому что там терминала нет! – Андрей забегал по комнатке, натыкаясь на мебель. – Сейчас положу ей штуку на телефон, а потом угоню у строителей трансформатор на солярке и отвезу им в лагерь – пусть все подзаряжаются до потери пульса!
– Ой, да не переживай ты так!.. – всплеснула руками Валя. – Чего ты!.. Все сладится у вас. Молодые же!
– Я молодой, да, но, боюсь, не доживу, – серьезно ответил Андрей, останавливаясь. – Если наши отношения будут развиваться такими темпами… Точно не доживу.
– Куда ты денешься! – весело махнула рукой Валя. – Доживешь!
– Ага… Кстати, – решил сходить в разведку Андрей, – мой братан высказал предположение, что эта местная собака Баскервилей – просто бездомный ньюфаундленд, от бескормицы промышляющий браконьерской рыбной ловлей.
Валя вдруг помрачнела.
– Да нет… Те собачки хоть и большие, но мирные… Спасатели же. А вот Михал Юрич сказывал: он на этой конференции в кулуарах слышал нехорошие вещи… Покусанные есть.
Сердце у Андрея замерло.
– Сильно коцает тварь?
– Сильно, – сокрушенно покачала головой Валя. – Едва выкарабкиваются из-за кровотечения. Хорошо, пока летальных исходов нет.
– А кого… на кого эти монстры чаще охотятся?
– Ты подразумеваешь…
– Угу.
– Не знаю, надо уточнить у Михал Юрича. Эту тему он сам ведет.
«И куда же?… Да, надо ведь уточнить место и время проведения наших языческих игрищ… А то перенесут в подальше от… греха».
В святилище жреца Клима не было. Зато, ловко ковыряя большим деревянным крючком, сидела девушка с длинными русыми волосами в платье-рубахе до полу.
– …А вы кто? – ревниво оглядев его, спросила дежурная весталка.
– Я главный специалист по лешим, русалкам и водяным. Клим меня знает.
– А-а, тогда я тоже знаю. Нате. Это вроде пропуска. – Она подала ему бумажку.
– А еще один? Я буду с дамой.
– Это ничего, пройдете по одному. Это ж не официальное мероприятие. Так, для порядка. – Она слегка пожала плечами и мило улыбнулась.
Едва он вышел из магазина, зазвонил мобильный. Не глядя на номер, Андрей нажал на педальку.
– Это ты специально – чтобы мне стыдно было, да? – услыхал голосок Анны.
«Ага, получила деньги на счет».
– Добился своего?
– Добился. Мне очень стыдно, но по-другому не получается. На праздник-то пойдем? Я приглашения достал.
– Да, пойдем… – Голосок звучал не очень уверенно.
– Я за тобой заеду? В субботу вечером? В девять начало.
– В девять я только детей укладываю.
– Вот я и подъеду… Как раз костры разгорятся…
– Мы это еще уточним, Андрюша. Вторник же только. Мне пора. Я тебя целую…
– Я тебя тоже.
Разговаривая с Анной, он прошел почти до старой части города.
«Что у нас в программе? Торжественный общий хоровод, гадание по воде – девушкам принести венки и свечи, танцы-пляски до зари… Просьба не приносить спиртные напитки и обнажаться полностью, ага… Не пользоваться видеокамерами и ненормативной лексикой. Не делать ничего, что противоречит общепринятой морали… Ну, это они написали на тот случай, если у властей будут претензии к организаторам за нарушения общественного порядка. Мы, мол, всех предупреждали… А они, мерзавцы, не послушали… Про занятия любовью прямо под звездами ничего конкретного не было говорено? Кажется, нет. Значит, в принципе можно… Хотя это вряд ли то, что хотелось бы делать в принципе».
«Чем занять четверг, пятницу и весь день субботы?» – мучительно соображал Андрей, даже огорченный тем, что Борода ваял очередной номер и его не трогал.
Но… Бросив на секунду верстальщика, главный заглянул к ним комнату:
– Андрюша, сынок!.. Ты как, сильно занят?
– Да нет, почти нет. А что?
– Слушай, я тут тему одну поднял… Если время у тебя есть, сходи к дамочке одной, поспрошай ее – что и как? Она тебе, молодому, красивому, больше расскажет.
– Хорошо, только сориентируйте меня поточнее.
Борода присел на стульчик для посетителей.
– Муж ее, дамочки этой, решил ее заказать… «Упс-с-с!» – как говорят наши американские друзья.
– …и даже кредит в банке взял.
– О господи! – ахнула Валя за своим столом.
– Представляешь? Оригинально, да? – оглянулся на нее Борода.
– Нет, ребята, я этого не представляю и даже пытаться не буду.
Главред, не встретив сочувствия у ответственного секретаря, снова обратился к ведущему корреспонденту:
– Да, а когда разместил в Интернете объявления на этот предмет, попал в поле зрения органов…
«…которые по старой дружбе и верной любви сообщили об этом факте вам, уважаемый Михал Юрич».
– На его, так сказать, призыв о помощи откликнулся оперативный работник. Ну, с этой стороной я в целом разобрался. А ты, как мастер психологического очерка, разберись – как он дошел до жизни такой, а? Как там у них в семье отношения развивались.
– Ладно, разберусь. Давайте, что там – адреса, явки, пароли…
– Я знал, что ты меня не подведешь! – обрадовался Борода. – Пойдем, я тебе все дам.
Борода плюхнулся рядом с Борей доделывать номер, а Андрей решил обратиться за помощью к Вале. Она, кажется, обидевшись за всех женщин на всех мужчин, включая коллег, насупленная, что-то набивала с исписанного от руки листочка. Наверное, подборку читательских писем. Про собак страшных и мужиков ужасных.
– Валь, ты мне не поможешь встречу назначить?
– А чего?
– Ну, женским голосом позвонить.
– Этой дамочке, что ли?
– Угу. Я ее мужским голосом отпугнуть боюсь.
– Ну ладно, – согласилась Валя, чуть подумав. – После такого трудно мужикам доверять.
Она набрала номер, вызвала страдалицу, подождала и заговорила с невидимой собеседницей тихим, неуловимо сочувственным голосом. Та, вероятно, не была расположена откровенничать с газетой, и Валя часто повторяла: «Но вы поймите, надо уберечь других женщин от подобных явлений». В ее голосе слышались какие-то знакомые нотки. А, да… Как у Ксении Петровны. Надо ей позвонить.
– …Нет, это очень хороший журналист… Он многим людям помог, и женщинам, и детям, и пожилым.
Валя зачем-то глянула на него – ты согласен, что ты такой? И Андрей вынужден был кивнуть в ответ.
– Вы не могли не читать его публикаций… Да, за это вы не беспокойтесь, имена мы изменим, зашифруем инициалами… Хорошо… Он подъедет вечерком, да?
Андрей снова кивнул.
– Это ненадолго, – сказала под конец Валя то ли Андрею, то ли дамочке и положила трубку. – Ты был прав – я и то с трудом ее уломала. Напугана она, не хочет ни с кем общаться.
«Вот поэтому Борода и дал мне это «почетное поручение»… – Андрей понимающе хмыкнул. – Ну ладно, делали до этого – сделаем и сейчас».
Валя отдала ему бумажку с адресом и отпустила на перерыв.
– Ну как, богатырь? – окликнул главред, когда Андрей проходил мимо раскрытых дверей. – Наклевывается там чего?
Андрей только презрительно глянул на него, выпятив губу.
– Я в тебе и не сомневался.
Ехать к заказанной собственным супругом даме пришлось на трамвае, в новый микрорайон, хотя новым его, вероятно, называли по инерции.
Квартира располагалась на шестнадцатом этаже.
«А чего было киллера нанимать, да еще за бешеные деньги? Сбросил бы с балкона, и все дела, – звоня в дверь, подумал Андрей. – Эх, хорошо, Валя мыслей моих не слышит… Навсегда б разругались».
Объект интервьюирования мельком глянул в щелку, откинул цепочку и впустил Андрея в квартиру.
– Вы, конечно, извините, – жалостливо промолвила коротко стриженная, круглолицая женщина лет тридцати, – но вы же понимаете… Я бы хотела убедиться…
«Что я не Терминатор».
– Конечно, – легко улыбнулся Андрей. – Это обычное дело.
Он дал ей посмотреть удостоверение.
– Да, мы ваши статьи читаем… Вы хорошо про людей пишете. Про директора канатной фабрики всем отделом вслух читали.
В прихожей крутился мальчонка лет пяти, такой же темноволосый и круглолицый.
– Привет, герой, – сказал Андрей и протянул ему руку.
Мальчик ответил: «Привет» – и с размаху шлепнул его лапкой по ладони.
– Кто ж так с гостями-то здоровается, Денис? – строго нахмурив брови, заметила Оксана.
– У богатырей так принято, не беспокойтесь.
Квартира была двухкомнатная, обстановка, вероятно, сохранилась от родителей, с восьмидесятых годов. В большой комнате был открыт балкон, через него Андрей мельком увидел панораму района и даже пробегавшую здесь Москву-реку. Солнце стояло еще высоко, но от горизонта поднялось сероватое марево. В трамвае Андрей слышал, как граждане сетуют на отсутствие дождя – хоть бы пыль прибил.
«В понедельник, граждане, не раньше!» – тогда же подумал он.
– Дениска, пойти поиграй, – велела Оксана.
– Ну-у-у, – изогнулся парнишка.
– Денис, я кому говорю?
Мальчик нехотя ушел. Оксана провела Андрея в кухню и усадила пить чай.
– Скучает он по отцу, – заметила, разливая заварку. – Не знаю, как ему и сказать, где отец. В полярники нанялся! – Она досадливо мотнула головой и отвернулась.
– А как вообще могла сложиться подобная ситуация? У вас, я смотрю, обстановка приличная, не голодаете. Парень хороший… Нормальная семья, – приступил к расспросам Андрей.
– Ну, Володя…
«Он по-прежнему Володя?».
– …он всегда ревнивый был. Еще до свадьбы выспрашивал – был ли кто у меня до него. Дальше – больше… На работу очень часто звонил – где я, что делаю… Даже начальница моя на него один раз собак спустила по-крупному, высказала, что из-за него отдел не работает – только меня ищут. Дозвониться до нас клиентам трудно, вечно из-за его звонков телефон занят. Так он пришел в офис и такой скандал устроил… Охрану пришлось вызывать. Ну, к женщине ревновать – где ж это видано? Вообще…
– М-да, такое не часто услышишь.
– Ну, вот я и решила, чтоб у него эту агрессивность снять, на вегетарианский рацион перевести.
«Какая-то кинологическая лексика у нее… Спросить потом?»
– Мы-то, как поженились, питались, можно сказать, раздельно, мне одно, ему другое, сыну, как родился, – третье. Я сама уже восемь лет мяса в рот не беру и прекрасно себя чувствую. Вегетарианцы же не агрессивные, мягкие… Вот я и хотела, чтобы он таким стал. Но Володя, как два-три дня без мяса просидит, ворчать начинает, злиться. Возражал, что я Дениску редко мясным кормлю. Я настаивала, уговаривала, думала, привыкнет.
– И долго это…
– Да года два с половиной.
«Стойкий мужик Володя! Но достали его таки мягкотелые вегетарианцы!»
– И все время были какие-то конфликты?
– Да, были… И ревность проклятая никуда не уходила, и из-за питания скандалили часто.
– Тогда, может быть, стоило отказаться от этой тактики? Раз хуже было?
– Так ведь почему хуже-то! – всплеснула руками Оксана. – Потому что меня не слушал! Привык бы постепенно… Но он же не все время дома питался, обедал в общепите, значит, и мясо ел. От этого все!
«Значит, путь через желудок ведет не только к любви, но и к ненависти».
Оксана прослезилась.
– А теперь на пожизненное пойти может… А? Сын без отца вырастет. А как вырастет, узнает, что папа сидит за то, что маму убить хотел.
Они помолчали.
– Скажите, Оксана, а если бы ваш муж вернулся через некоторое время домой, вы бы его простили? Приняли бы?
– Простила бы, конечно… Как мальчишке без отца?
– А… отношение к питанию изменили бы?
– Что ж тут изменять? У меня современный, здоровый подход.
Она смотрела на него, явно ожидая подтверждения своей правоты.
– Так, я понял ситуацию, – отводя глаза, сказал Андрей.
– Вы ведь так и напишите – что от мясной пищи весь вред и преступность, да?
– Я, естественно, точно донесу до читателя вашу жизненную позицию. Может быть, проконсультируюсь с врачом-диетологом. Я не специалист, так что лучше спросить у тех, кто занимается этим профессионально.
– Нет-нет! Вы так и напишите – весь вред от мяса, особенно от говядины… Вы ведь понимаете, когда эту несчастную скотину забивают, весь ее ужас, боль, страх смерти – они как бы остаются в тканях и травят человека… Ой, я вам сейчас книжку принесу!
Оксана унеслась и через секунду вернулась с брошюркой, заметно потрепанной, с разлохматившимися уголками.
– Вот, почитайте.
– Спасибо. Когда мы сделаем материал по этому случаю, я вам верну.
– Ой, не надо!.. Оставьте себе. – Оксана радостно замахала руками. – Я ее почти наизусть знаю!
«Ты б лучше «Книгу о вкусной и здоровой пище» выучила!»
– Тогда спасибо, – сказал Андрей, вставая. – Да, я еще хотел спросить: чем вы занимаетесь?
– Менеджером работаю, в небольшой фирме. Корм для домашних животных поставляем.
«Ведь почти угадал… Интересно, связано это как-нибудь с ее увлечением вегетарианством?»
Коль скоро Борода играл в шахматы, а Валя вязала, можно было сделать вывод, что номер вчера благополучно сдали в типографию.
– Привет, Андрюша! – повернулся к нему главред. – Ну, чего, был ты у этой жертвы несостоявшейся?
– Был-то я был, но кто там жертва – большой вопрос.
– Я и надеялся на твой нестандартный подход к теме.
– Кстати, о подходе… У вас знакомый врач-диетолог есть?
– А чего?! – всполошился Борода. – Ты заболел?
– Да нет… Это у героев наших дело в питании. Обеспечите информацией?
– Хорошо, я сейчас позвоню. Ты набросай там, что нарыл, а я потом все в один материал сведу, хорошо?
«Вот так и прокантуюсь до вечера пятницы… Столько ждал – может, и дождусь, доживу!»
…Вчера вечером ему на домашний номер позвонила Анна. Она говорила быстро и как будто прикрыв микрофон ладошкой – что у нее все хорошо, что на празднике, скорей всего, будет, просто еще не знает, стоит ли Андрею приезжать за ней.
– Ох, господи, ну что за дела? – стонал он в трубку. – Ночи-то нет, светло почти круглые сутки!.. Что я, заблужусь?
– Ладно, я еще позвоню. Целую, Андрюшик.
Бессильно послушав назойливо-издевательское пиканье отбоя, Андрей едва не швырнул телефон об стену.
– …И что там за убийственная ситуация? – ревниво спросила Валя, не отрываясь от вязания, когда он сел за свой стол.
– Ничего хорошего, подруга. Оксанка эта просто довела мужа диетами до полной невменяемости, а теперь рыдает, что сынишка без отца вырастет. Женская логика, блин!.. Мне из них только его по-настоящему жалко… Разнесу всех сейчас к чертовой матери со всеми их заворотами!..
– А чего ты злой такой? Неужели из-за них?
– Нет, не из-за них, – признался Андрей, включая компьютер.
– Аня не звонит? – осторожно предположила Валя.
– Да нет, звонила вчера. Только неохотно на контакт идет. Я ведь ей, по-моему, свою преданность доказывал неоднократно… А она мямлит что-то, все тянет…
– Ну, ты понимаешь… Она ведь, кроме твоего замечательного отношения, с подлостью людской неоднократно сталкивалась. Боится еще раз обжечься. Я, например, ее понимаю.
Андрей глубоко вдохнул, собираясь произнести тираду о том, что его нежно любят птицы, дети и читатели. И все потому, что он благородный, готовый прийти на помощь слабому и страждущему и вообще замечательный, но в комнату с какой-то бумажкой вкатился главный.
– Вот, Андрюша, можешь созвониться и получить консультацию. Только это после обеда.
– Да, Михал Юрич, а вы мне машину на вечер субботы дадите?
– А ты куда намылился? – живо заинтересовался Борода.
– Так ведь шабаш районного масштаба намечается – не помните разве? В приснопамятные Озерки поеду, с русалками колобродить, коней водяных укрощать.
– Ах да… Костика тебе дать?
– Да не надо… Это ж на всю ночь. Он изноется там. Я у Клима, лешака их старшего, фотки возьму – наверняка у них архив немалый за последние триста лет собрался.
– Ага… Ну ладно. Как знаешь.
– Ты чего дедушку пугаешь? – тихо спросила, давясь от смеха, Валя. – Он ведь поверил.
– А я и не врал вовсе, – сам невольно фыркнул Андрей. – Назначь мне встречу, а? А то вдруг там на телефоне баба-яга какая-нибудь? Биографию заставит рассказывать, справки о прививках потребует…
Свидание с врачом Валя назначила только на два часа пятницы, а до этого можно было расслабиться и, отпустив Валю, побродить по Интернету.
Борода, отдав ключи и посоветовав не задерживаться, тоже уковылял по своим делам.
Еще учась в университете, Андрей любил, пропустив малоинтересную пару на Моховой, посидеть на лекции по психологии, которые читались в высотках на Воробьевых горах. Там он слышал местное присловье, сводившееся к тому, что проблемой эмоций занят эстонец, лекции по психологии зрительного восприятия читает слепой, а ведущий специалист по спортивной психологии приезжает на лекции в инвалидной коляске. Поэтому вполне можно было ожидать, что врачом-диетологом работает необъятных размеров дама, которой легче застрелиться, чем похудеть. Но доктор, кандидат наук Лисовец, напротив, оказался поджарым, желчным мужчиной. От большого, нависавшего над верхней губой носа к подбородку проходили складки, а кожа была желтоватого оттенка. Если б не белый халат и шапочка, выглядел бы он типичным Кощеем Бессмертным. Хотя у кого, как не у Кощея, испрашивать совета, как прожить триста лет да еще активно добиваться расположения юных царевен?
– …Полное вегетарианство русскому человеку совершенно несвойственно, – выговаривал Лисовец Андрею, словно тот был ярым приверженцем салатов. – Там, где можно собирать три урожая овощей в год, это, может быть, и возможно в принципе, но не у нас. В России слишком скудные урожаи и слишком долгая зима. Овощей до нового урожая все равно не хватит. Да и в природе ни одно самое травоядное животное не упустит случая поесть мяса. Белка, если представится случай, ворует из гнезд птенцов…
– Ну да? – искренне удивился Андрей.
– Да… Я, работая на Крайнем Севере, лично наблюдал, как олени, которые питаются почти исключительно мхом ягелем, нашли под снегом гнездо леммингов, и через пять минут от бедных грызунов ничего не осталось – так, несколько капель крови на снегу… Кстати, тамошнее население питается практически только мясной пищей, а преступность там, особенно связанная с насилием, традиционно очень низка. Так что ваша героиня…
Лисовец почему-то указал на книжку, которую дала Андрею несостоявшаяся жертва.
– …действовала в заведомо противоположном направлении.
– А?…
– Я вам больше скажу, – перебил его явно вошедший в лекционный вкус Лисовец. – Где-то в Кордильерах есть некое индейское племя…
«Да, ну это точно про нас! В самую десяточку!»
– …где мужчины, как правило, не доживают и до сорока лет. И все из-за того, что там постоянно происходят кровавые драки…
– И как это соотносится с нашей темой?
– А так, что это племя вообще не употребляет мяса и другой белковой пищи – в силу религиозных традиций. Только растительную.
Врач победно посмотрел на Андрея: что, убедил?
«А ведь и вправду про нас… Недоедают мужики по-крупному, вот бросаются друг на друга с мачете, или что у них там…»
– В этой связи я всегда выступал против религиозных постов, особенно Великого поста, – продолжил обличать Лисовец.
– Почему?… Вроде, говорят, очищение, обновление… Поясните.
– Во-первых, не надо загрязняться, тогда и очищаться не придется. А во-вторых, что за польза от поста в конце зимы, когда и так катастрофически не хватает питательных веществ? Если уж охота очиститься – попоститесь летом, когда достаточно овощей и фруктов.
– Многие вас не поймут.
– А обычаи, изобретенные три тысячи лет назад для палестинских земледельцев, понятны?
Лисовец ехидно усмехнулся, будто бы Андрей в ранней юности сам принимал участие в их создании – сам на скрижали буква за буквой переносил, и врачу это было доподлинно известно.
– К примеру, – совсем уж скривил тонкогубый рот диетолог, – почему во время Великого поста запрет налагается еще и на интимные отношения, а?
«Вот это уж точно не я сочинил!.. Правда-правда, дяденька!»
– Не представляю, доктор.
– А потому, что, если женщина забеременеет в начале весны, к концу осени будет уже на сносях и не сможет принять участие в сборе урожая. Да еще будет сама нуждаться в присмотре и уходе других лиц… А осенний день – он год кормит.
– Словом…
– Словом, надо руководствоваться здравым смыслом, а не предрассудками, и не книжки дурацкие читать, а консультироваться у специалистов. Не согласны?
Лисовец еще раз с презрением ткнул длинным желтоватым пальцем в Оксанину брошюрку.
– Согласен полностью. Так и напишем. Вы мне дадите сведения – для точности, – что вы заканчивали, по какой теме защищались. Наш главный редактор очень требователен к фактам.
– Э-э… – замялся врач. – Тут есть одна особенность… Я, видите ли, кандидат технических наук…
– Как?
– Да… Из-за занятий наукой я подзапустил собственное здоровье, ну, знаете, сухомятка, перекусы… А когда спохватился, уже так подорвал себя, холецистит, катар желудка…
«Ага, ведущий специалист по психологии слухового восприятия глух на полтора уха… Чего нового!»
– …а врачи ничего, кроме консервативного лечения, предложить мне не могли. Вот я и начал почитывать специальную литературу, собирать народные рецепты… Вылечился сам – теперь лечу других. – Он, не глядя на Андрея, пожал плечами. – Довольно успешно.
– Ну, эти обстоятельства к нашей теме прямого отношения не имеют, – постарался утешить его Андрей. – Главное я услышал, за что вам большое спасибо.
Выйдя из корпуса горбольницы, Андрей решил пройтись пешком до редакции – это заняло бы минут двадцать пять. Всего? Ох, как же гнусно тянутся последние часы до… праздника.
«А хороший мужик этот врач технических наук… Желтолицый правда, но все равно. Главное, пост не надо соблюдать – точные науки категорически против, а это уже серьезно!.. Мяско хавать можно под завязку – раз! Воздерживаться от дамскага полу не надо – два!.. Хорошо-то как!.. А я вот воздерживаюсь».
Шел пятый час, в редакции клубились и вставали волнами внештатники, явившиеся за июньскими гонорарами. Комната главного была закрыта и заперта.
«А ну эту работу! – подумал Андрей. – Пойду-ка я на самом деле хряпну парочку-троечку бифштексов… Мне, кажется, воздержание не показано? Нет… Наемся мяса и завалюсь спать, как большой удав – свернувшись бухтой… Ведь мне завтра всю ночь куролесить… Или как?»
Надо было во что бы то ни стало дозвониться Анне О., согласовать встречу… Самое логичное и простое – забрать ее из лагеря, отвезти на это языческое токовище… А потом, когда нагуляется, повезти к себе. Если она захочет… А она захочет?
Вот об этом надо будет спросить ее на празднике.
…Отдуваясь и довольно прикрывая глаза, Андрей взялся за мобильник. Ох, хорошо пошли эти рыжие фабричные кругляшки! Вот что надо было этой глупыхе Оксанке делать – кормить мужа от пуза и преимущественно белковой пищей! За морковку тертую, конечно, убивать жену не стоило, но… Жаловать тоже особенно было не за что.
Посмотрел на часы – половина восьмого вечера. Тепло, томно… Солнце зависло над горизонтом, заглядывая прямо в открытые окна. Взикали, тоже активно ужиная белком, домашние стрижи. Пусть бы так было завтра… А там – хоть потоп.
В мобильнике настырно пищало – и то хорошо! Значит, телефон у Анны включен и абонент доступен.
– Алё, Андрюша!
– Привет. Ты как?
– Замечательно!
«Ага, голос радостный!».
– Как мы завтра?
– Ну да… Завтра встретимся прямо там, на Озерках.
– А раньше? Чтоб я был уверен?
– Я буду обязательно. Но только не к самому началу.
– Нет, давай я в лагерь приеду?
– Не надо, я сама приеду. Там встретимся.
– А зачем все эти сложности?
– Ну, так… Я так хочу, – почти прошептала Анна. – Уж найдем там друг друга, я думаю…
В голосе Анны послышались мурлыкающие, скользко-неуловимые нотки, от которых у Андрея защемило сердце. Ведь будто обещает… Или не «будто»?
– Правила тамошние знаешь? – смирился Андрей.
– А там есть какие-то правила? – уже совсем по-земному спросила Анна.
– Есть, и очень строгие, – приврал Андрей. – Вот поэтому надо встретиться хотя бы на подходе…
– Созвонимся завтра ближе к вечеру, ладно? Сейчас детки поедят, мне их укладывать. Извини, пора идти. Я тебя целую, Андрюшик, крепко-крепко…
Андрей не успел договорить «и я тебя тоже», как в трубке запикал отбой. Все. Поговорили. Главное, свидание состоится… Обязательно.
Где его парадное обмундирование?
Вид пятнистых шорт и майки неприятно напомнил о Тамарке Зуевой.
«Вот пойду завтра с утра пораньше и куплю что-нибудь другое – светлое, как одеяние Лоэнгрина… С утра перед работой и сбегаю. Эх, лишь бы дождь не пошел».
Засыпая, Андрей прислушался, пищат ли стрижи, хватая припозднившихся мошек, но, кажется, птицы, налетавшись, тоже завалились спать.
Идти в редакцию утром в субботу было не обязательно. Материал для следующего номера вырисовывался отличный… Но чтобы без глубоких психологических травм протянуть эти десять часов до свидания с Анной О., позарез нужно было их хоть как-то заполнить…
Андрей влился с первыми покупателями в только что открывшийся торговый центр, не перебираясь, купил в павильончике у какой-то взрослой тетеньки короткие светло-серые шорты со множеством карманчиков, белую футболку и резво поскакал назад на работу.
«Отчешу сейчас эту Оксану-травоедку, а там пусть Борода преломляет ее в своем творчестве как хочет… Я на два объекта за материалом выезжал – моя часть все равно информационно весомее!» – чуть злясь на весь непонятный женский род, подумал Андрей.
Погода стояла теплая, почти жаркая. Дождя не было уже три недели с хвостиком, центр города усиленно поливали машинами. Это был не очень хороший признак. Андрей давно заметил, что вслед за искусственным поливом, как правило, очень скоро наступал естественный. Это было совсем неплохо, если разобраться… Попрыгают они там через костер, а потом хлынет противный, ужасно мокрый дождь – и они с Анной побегут спасаться от холодных струй сначала в машину, а потом к нему домой. Куда ж еще? Зачем на другой конец города ехать и родителей ночью будить? Конечно, к нему… Да, вот и эти тонкие, высокие облачка появились в зените бледно-голубого неба. Точно, к ночи дождика надует…
Бороды на месте не было, только Валя говорила по телефону. Она, не прекращая вещать, протянула ему ключи от машины.
– О! – невольно воскликнул Андрей, а Валя сделала ласковые глаза.
– Веселый сегодня? – спросила вместо приветствия, положив трубку.
– Вроде да, – кивнул Андрей. – А чегой-то компьютер включен? Я вроде вчера не садился. Да и вообще – выключаю всегда четко.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.