Текст книги "Алиса въ стране Чудесе. Часть I"

Алиса въ стране Чудесе
Часть I
Льюис Кэрролл

Переводчик Светлана Александровна Касаткина

© Льюис Кэрролл, 2022

© Светлана Александровна Касаткина, перевод, 2022

ISBN 978-5-0056-2513-7 (т. 1)

ISBN 978-5-0056-2514-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

предисловие

Дорогой читатель, эта книга задумывалась, как упражнение ума. В первую очередь, моего ума, который корпел над поиском подходящих церковно-славянских слов. Во-вторых, это будет упражнение для Вас. Перед Вами откроется красота и поэзия этого великого языка. Нужно только капельку терпения и вдумчивого чтения.

В наше время многие ратуют за перевод богослужения на наш обычный русский язык, чтобы всем стали понятны слова. Я не спорю, он очень красочен и богат, многие великие писатели написали на нем поистине бессмертные произведения. Только прошу вас обратить внимание, как преобразился текст всеми известной сказки Льюиса Керролла, когда я моими скромными знаниями попыталась пересказать ее вам на церковно-славянском языке. И неужели от этого сказка стала совершенно непонятной? А сколько новых слов вы узнаете в процессе чтения! Изволяю ти благовременного провождения!

С. Касаткина.

Глава николиждая, – изъ елицей семъ не мнее мощно нечто познати

Более всего на семъ свете азъ гнушаюся обмана и любо ми честность, аможе честно исповедаю, яко азъ ваю (уне мале!) лукавилъ: всеистинно сие не НИКОЛИЖДАЯ ГЛАВА, а НИСЯКАЯ НЕ ГЛАВА – сие просте-напрость… Разумеете, тако азъ вамъ и реклъ? Нестъ, косните. Восе дочьстите до конца, толи узнаете! А не изочьтете – ну яко же, дело ваю. Толице егда – еже иму веру! – не понаходите11
  познавать


[Закрыть] прочтети и всю книжицу. Ей, ей!

Дело въ семъ, яко хочь предъ ваю – сказка, но сказка сия зело, зело не про́ста.

Начнемъ съ начала, како присоветова Червонный Король (вамъ надлежитъ съ нима скороуткнутися22
  встретиться


[Закрыть]). И даже мале ранее: съ нарекания книги.

«Приключия Алисы въ Стране Чудесе»…

Буди моя власть, азъ бы ни за что бо не нареклъ тако сию книгу. Таковое наречение, азъ разумеваю, толико помрачаетъ. Се истинно – ужеле по наречению проразумеетися, яко речь назнаменова о малой (хочь и зело мудрой!) девице? Что приключения буде восе не таковые, иже обычно: не буде ни соглядатаевъ, ни чужестранцевъ, ни морскихъ разбойниковъ33
  пиратов


[Закрыть], ни сечи, ни трусовъ44
  землетрясений


[Закрыть], ни кораблекрушений, ни даже възвады55
  охоты


[Закрыть] на крупную дичь.

Да и «Страна Чудесе» – тоже не восе таковые слова, сице хотяше назнаменова въ заглавии оной сказки!

Несть, быху бо воля моя, азъ бы назвахъ книжицу, прикладъ, тако: «Аленка въ Вообразилии». Любо «Аля в Удивляндии». Любо «Алька въ Чепухании». Аще уж, на худую кончину: «Алиска въ Расчудесии». Но стоило ми заикнутися о семъ своемъ желании, како все начаша на ми страшно кричати, абы азъ не дерзнулъ. И азъ не дерзнулъ еси!

Все горе въ ономъ, яко книжица сия быша написованна въ Аглицкой земли единъ векъ вспять и за оное время успела еси тако прославитися, что и у наю восе – хотя бы по молве – знамы об Алисе и навыкоша къ постноватому названию «Приключения Алисы въ Стране Чудесе». Сие назнаменуется писательнымъ обычествованиемъ66
  традиция


[Закрыть], и зде, яко глаголится, ничесо не попишешь. Хочь название «Алиска въ Расчудесии» стократъ боле похоже на настоящее, английское название оной сказки; но ежели бы азъ тоя тако назвахъ, люди подумали бы, что это совершенно другая книжка, а не та, знаменитая…

А благославна «Алиса» обаче нерукотворенно. Более всего во странахъ, идеже глаголятъ по Лунски77
  по-английски


[Закрыть]. Тамо ея ведаетъ кийждо и любятъ восе. И истое любознаемое, яко, хотя сия сказка для чадъ, доволе, зельне отроковъ любяше ея добревозрастные, а боле всехъ – зеловозрастные из возрастныхъ – книжники88
  ученые


[Закрыть]!

Да, абие видно, сие бо зельно и зельно непростая сказка!

Мало того. Написаны бысть целые горы книгъ, въ яцехъ «Алису» на все лады растолковывают и объясняют. А еда такъ много и долго толкуютъ, се разумею, знаменуетъ, яко люди сами не восе уразумели есте.

Такъ что и вы не зелоогорчевайтесь, ежели сеже не абие все воспреимете. Ведь всегда можно перечитать непонятное место еще разок, правда?

Азъ есмь уповаю, иже ваю не вельми запугахъ. По совести рекохъ, бояхубося ничесоже.

Воеже аще право прочитати, тожде поразумети, сею сказку, потребома толико двема вещи.

Нужно – и сие совершенно необенуемо! – имети искусие смехотворения, аможе се едина изъ сущщихъ радостнотворящихъ книгъ на беломъ свете.

Зде азъ бо за ваю совершенно покоенъ есмь – еже уверенъ еси, что смеятися вы умеяху и любляху!

Потребно еще – и сие тожде совершенно необенуемо! – КОЕ-ЧТО знати.

Тако  бо  ежели во  главе  пусто, увы,  во  еже имети  дозела  радостнотворение  не спасеша  ваю.

Се бо малый прикладъ99
  пример


[Закрыть].

Имамъ единого знаемого человека, доволе двухъ годинъ отъ роду, елицы имяше зеловелие благоискусство насмешничати – онъ возможе смехотворствовати, егда нилеже иному и въ разумъ не прейде засклабиться. Обаче лю’бая его прибаутка (онъ бо самъ ея ветийствовалъ) сицевая:

– Андрюшенька, якъ вопиетъ курочка?

– Му! Му! Му!

И Андрюшенька исходитъ смехомъ велиемъ.

Но ежели вы ему речете, яко Ихтиозавръ реклъ еси: «Ахъ, батюшки мои!» – Андрюшенька и не засклабится.

Аможе дело въ семъ, что онъ зело мало знаемъ съ обычаемъ Ихтиозавровъ.

Тако восе, якоже подобаше читати сею книгу добремудренно – а читати ея добремудренно – се бо знаемо читати еси и смехотворити еси! – требо ведети множество сущихъ многообразныхъ разностей.

Надо знати, кто таки суть АНТИПОДЫ и иже суть се ПАРАЛЛЕЛИ и МЕРИДИАНЫ, надо знати, ЕГДА ЯКО ПРОИЗЫДЕ1010
  случилось


[Закрыть] и иже сице ТКАНЬ ПОВЕСТВОВАНИЯ; надо знати, изъ чесо НЕ леть деяти ГОРЧИЦУ и яцемъ образомъ положенно играти въ ЛАПТУ; кто сицевые ПРИСЯЖНЫЕ и семъ е отличны отъ ПРИСТЯЖНЫХЪ; и екъ1111
  какого


[Закрыть] рода ВРЕМЯ, и смоляютъ1212
  курят


[Закрыть] ли червяки ФИМИАМНИКЪ1313
  кальян, сосуд для курения


[Закрыть], и носят ли Лягушки, Караси и Судии ПАРИКИ, и леть1414
  можно


[Закрыть] ли питатися единымъ токмо МАРМЕЛАДОМЪ и… и паки и сему подобие!

Ко двору, азъ бо не втуне помянулъ еси Ихтиозавровъ – бысть бо они ископоваемые, а разносные ископоваемые въ оной сказке сретаются зело часто: прикладъ. Князи и Княгини, Боляры и ЭРЛЫ (суще тожде сие суть). Клевретъ1515
  лакей


[Закрыть] и, на конецъ, во давние времена скончавшиеся1616
  вымершая


[Закрыть] птица Додо, она же суть ископоваемый Дронтъ. Сие несть удивительно – вы бо не запямятовали, яко, речено мною уже быша, книга сия быша написана цельный векъ назадъ!

Знаемо бе, ведать ВСЕ оные вещи, мыслю азъ есмь, никто бо не возможе – даже Малый Энциклопедический Словарь.

Совещаю зеловнимати примечания (они начертаны малой вязью1717
  шрифтом


[Закрыть]) – сие пособно кое въ чемъ бо помощи.

Посему, ежели яко вамъ бо превидетися зело ужо неудобопозноваемымъ (а истое1818
  главное


[Закрыть], непрелогае смеху!), не робейтеся вопрашати у старейшихъ. Абие1919
  вдруг


[Закрыть] да они оное ведаша есте?

А ежели ужъ егда вамъ все буде вконецъ2020
  совсем


[Закрыть] разумно, тожде вы, возможе быти, некое разумение имате…

Но оное, обаче2121
  впрочем


[Закрыть], не сиречъ непреложно.

Азъ бо надеюся, яко ваю у взалкали2222
  захотели


[Закрыть] еси узнати, аможе возникохся на светъ божий сия неизрядная сказка и кто ю» сложилъ2323
  сочинил


[Закрыть] еси.

Знаемо бе, изложити сею сказку могий толико неизрядный человекъ. Да и то неведомо, сотворилъ бе онъ ю» еже нестъ, ежели не едина малая юница, иже звали есте… Предзрейте2424
  угадайте


[Закрыть]!.. Истино, Алисой!

Да, убо Алиса потребовала еси во время странствия на ладье2525
  лодочная прогулка


[Закрыть] отъ своего знаемого, господина Доджсона, дабы онъ сказываша бысть ею и ея сестрамъ любопытную сказку. И во еже въ оной сказке быша доволе веселого буйства2626
  чепухи


[Закрыть]. И видимо, сия Алиса бе еликая юница, юже зелотяжце быша отметатися2727
  отказать


[Закрыть], понеже2828
  потому что


[Закрыть] господинъ Доджсонъ, обаче и быша мудрецомъ арефметики2929
  математика, арифметика


[Закрыть] (истинно слово!) и къ тому же во оный день ужо зельно усталъ еси, – послушася. Онъ бо нача сказовати сказку о злоключенияхъ единой юницы, елиция быхъ чесо-ради тезоименна Алисе!

Потребно воспети должно юной Алисе (азъ бо возименую сущщую Алису, всеполное имя ея бе Алиса Плезенсъ Лидделъ) – она добрознала еси, еже исходатайствовать сказывати сказку!

Постоянные3030
  взрослые, зрелые


[Закрыть] человецы, особо ти, елицы всегда ничесо не разумеваютъ, находили господина Доджсона зелопостнымъ3131
  скучным


[Закрыть] мужемъ, жестокимъ3232
  сухим


[Закрыть] арефметикомъ, и, увы, даже ученицы не изрядно любили его наущения.

Но младая Алиса – яко и все те дети въ Англии, елицы блаженны усрести господина Чарльза Лютвиджа Доджсона (тако е» и нарицали, азъ сего не удумалъ еси!), – благопознала еси, яко онъ бо восе не овакъ и все сие лжа3333
  неправда


[Закрыть]!

Елико мощно пологати зелопостнымъ человецемъ, елицый умяху сотворити из носоваго пла’та мышь – и сия мышь бо бегала яко имущая животъ! Человека, елицый из простой бумаги слагаша гаковницу3434
  огнестрельное оружие с прикладом времен XVI века


[Закрыть], – и гаковница оная паляще яко не горше настоящей! Елико мощно быша пологати постнымъ таковаго изрядного затейника!

Онъ бе ветийствовалъ не токмо сказки – онъ бо непщевалъ3535
  выдумывал


[Закрыть] еси головоломки, загадки, игрушки, игры, да еще каковые! Во неглие играютъ есте и доселе. (Убо3636
  именно


[Закрыть] онъ придумалъ еси веселую игру, елицая нарекается «Цепочка», любо «Како сотворити из мухи слона»; иже кто веждествова въ ню играти, легце магохъ претвори’ти НОЧЬ въ ДЕНЬ или МОРЕ в ГОРУ. Осе тако: МОРЕ – ГОРЕ – ГОРА. И все! Возмогайте играти, толице не на урокахъ!).

Особе онъ любилъ еси и умелъ еси играти… словами. Велезначимые, велетяжцые, велемудрые глаголы по его приказу колобродили3737
  кувыркались


[Закрыть], и ходихъ на главе, и показываша вычуры3838
  фокусы


[Закрыть], и претворялись едино въ другое – единымъ словомъ, Богъ знаетъ иже твориша си!

И еще онъ умеша ветийствовать старые, претящие3939
  надоевшие


[Закрыть]стихиры – тако изветийствова, иже они сташа зеловеселящие. Сие, яко вы позна, нарекается подражание4040
  пародия


[Закрыть].

И даже имя свое (Чарльз Лютвидж, вы не забыли есте?) онъ претворяху дондеже оное не претворися въ то самое имя, еже знаменуется на лице книги сказе об Алисе и яко ране не бе ни у клиже на свете: ЛЬЮИСЪ КЭРРОЛЛЪ.

первая глава

Алиса седяше вкупе со старой сестрѐницей на брегу́ и томи́лася. Делати́ бо ей ничесо́же, а сиде́ти праздно, сами ведаша, дело неле́гце. Един – двакра́ты она потща́лася носъ въ кни́жицу пустити, но онде не бе изображений, ни стихиръ. «Кому го́де книжки не имущии образо́въ, – или хочь стихиръ, не разумеваю!» – мы́сляху Алиса.

Съ кручины сей она нача́ша непщевати (правда, ныне сие дело бе не ле́гце – отъ ва́ра ю вся́ко изможди́ло), чесо́ истинно, добро бо спле́сти венец из маргаритъ, но зело то, что на сие́ треба́ тружда́тися и тека́ти взыска́ти сии́ маргариты, какъ вдругъ… Внеза́пу совсемъ по́дле изнико́хся белый крольча́ти съ розовыми очи́ма (в азя́ме одинцо́ве4141
  слетло-зеленый


[Закрыть])!

Ту, разумеется, еще не бе ничесо́же такова́го чу́днаго. Алиса-то не зело бе подиви́лася, даже якоже услыха́, еже кроликъ рече́ (а реко́хъ онъ: «О́ле-о́ле! Азъ коли́ждо косню́!») У́бо приснопомина́я все сие, она заключи, что тре́бе есть вмеле подиви́тися ста́ло, но ныне е́ каза́лося, что все сие́ и́де я́коже тре́ба.

Но егда́ кроликъ извлеко́хъ из язя́много кише́ня (ей-ей, истинно!) ЧАСЫ (ИСТИННЫЕ!) и, едва воззря́ на нихъ, о́прометью ки́нушася бежа́ти; зде Алиса такъ и подскочи́ша.

Дивно ли? Ведь сей бе первый Крольча́ти въ азяме и имовитецъ часовъ, якова́го она среце́ за весь свой животъ!

Огнедохнове́нна отъ неве́дения, она, не щадя живота, помча́шася настига́ти Крольча́ти и, пра́вое слово, мальми е́ не достиго́ша!

Во всякомъ случае, она поспе́ я́ко бе согласующеся, Е́же заметить, како Белый Крольча ти исчезохъ въ кладенце́ ве́лиемъ подъ те́рней оградою.

Въ сей же часъ Алиса не размышляща нисхождахся за не. А кое о чемъ размышляти е́ не лишше бе – ну хочь о семъ: яко она буди возвращатися вспять!

Нора испе́рва идохъ ровно, яко теснина, и далее абие обрывалася тако стремнино и внезапо, аже Алиса возопити не успе́, акы лете́ – лете́ долу, въ сицевый кладенецъ, онде бе зело глубокъ.

Не́кли студене́цъ яве бе ужо глубоку, не́кли лете́ Алиса ужо костно зело, но токмо вскоре проясняхуся, яко ныне имяше доволе времени, аже бы озиратися окре́стъ, и аже бы предпоучатися, е́же ю срящетъ доле.

Итперва она, знамо дело, возглядоша долу и потщалась разумети, камо она лете́, но онде быша тьма велия; тогда она начаша озирати стены студенца и узрела, яко вместо стенъ грамоздяшеся сплошь заволоки и поставцы, полочки и полки; кое-где бе наплатаны4242
  развешаны


[Закрыть] изображения и начертанное лице земли.

Съ единой полки Алиса изловчилась на лету снять скрынницу, на яковой знаменася начертание: «СМОКОВНОЕ ВАРЕНИЕ». Скрынница, увы бе пуста, но, хочь Алиса и быша зело огорчеванна, она, убояшеся зашибить напрасно кого-нибудь, и не кинуша е́, изловчилась паки водрузити скрынницу на не́кую полку.

– Да, – рече въ разуме Алиса, – вотъ яко полете тако полете! Ужо ныне азъ не восслезю, егда полечу с лествицы! Домашние рекутъ: вотъ многотехнинна! Можетъ даже съ крыле храмины слечу и не воскликну!

(Страшуся, яко зде она бе вельми права!) И она все лете: долу, и долу, и долу! Неужто сие не колиже не скончеватися?

– Любопытно, колико4343
  сколько


[Закрыть] азъ пролете? – зело громогласно рекла Алиса. – Верно, азъ ужо где-нибудь подле серцевины Земли! Знамо дело: якъ разъ малым числом более полтьмы верстъ (тьма – десять тысяч) или что-то въ сиемъ роде…

(Дело заключашеся въ наказании Алисы различнымъ премудростямъ, и девеча онде проходиша яковое въ сиемъ подобии; хотя ныне не благовременне блеснути своимъ мудрованиемъ – ведь, къ сожалению, никто е́ не внимаше, – она всегда бе не прочь истязатися.)

– Ну да, расстояние азъ определе верно, – пробавила4444
  продолжала


[Закрыть] она. – Вотъ точею любопытно, на яковхъ же азъ тогда параллеляхъ и меридианахъ?

(Убо зрите, чесо таковое параллели и меридианы, Алиса не имяша о семъ разумения. – ей просто любо глаголати яковые красные, пространные слова.) Мале отдохнувъ, она паки начала еси:

– А вдругъ азъ буду тако летети и пролечу всю Землю на пропятие? Бяше вельми лепотно! Вылезу – и вдругъ станусь посреде сихъ… елицы ходятъ на главахъ, вверхъ ногама! Яко они нарекаются? Анти… Антипятуки что ли?

(На сей разъ Алиса въ душе возрадовася, яко е́ николиже слышаху: она сама разуме, убо слово яковое не совсемъ сицевое.)

– Токмо ми, пожалуй, тамо треба притужати у соисходниковъ4545
  попутчиков


[Закрыть], камо азъ обрете: «Извини, жено, рцы ми, Спанийскъ градъ сей, али Эллинский?

(Совокупно Алиса потщалась4646
  попыталась


[Закрыть] еще сродственно позо́роватися! Воображаете? Преизяществова на воздусе! Бе бо менито сие, како вы мыслете?)

– Но жена сея толи помыслитъ, яко азъ обуяваю, общно ничесоже разумеваю! Нет ужъ, уне не бе вопрошати. Сама прочте! Тамо ведь обычно, проявленно имяшеся уписование, сицевая бяше страна.

И делече низвергаяся – долу, долу, и долу!

Зане ничесоваго другаго делания у е́ не обретеся, Алиса вскоре паки начаша беседовати сама съ собою.

– Динка буде днесь вечеру зело обо мне скучати! (Динкой нарекалась ея кошка.) Хочь бы они не запамятовали дати е́ молока въ той часъ!..

Любодружная моя Диночка, добро бе совокупно со мною бяше! Мышекъ зде, правда, наверное не обретше, но ты пленила бы нетопырей4747
  летучие мыши


[Закрыть]. Не точию ли ти равно, куна? Токмо азъ не вемъ, снедаютъ кошки нетопырей или не?

Оттоле Алиса и вовсе задремаша и токмо вторе сквозе соние:

– Снеде кошка нетопыря? Снеде кошка нетопыря?

А овогда уне получашася:

– Снеде нетопырь летучую кинефесту?

Вскую вопрошати, колико ответа не имахъ, истина?

Таже4848
  потом


[Закрыть] она успе поистине, и е́ стало снитися, яко оне гуляетъ съ Динкой подъ десницу и абие грозно рече е: «Ну-ка, Дина, рцы ми: ты хоть единожды снедохъ нетопыря?»

Яко напрасно4949
  внезапно


[Закрыть] – трахъ! бахъ! – она преткнулась о собрание хвороста и сухихъ листьевъ. На семъ полетъ и скончашеся.

Алиса ни мале не ушиблась; она абие всокохъ ногама и озирашася по странамъ окрестъ: исперва она возгляде выспрь, но тамо бе тьма кромешна; зане впереди паки оказалось подобие тоннеля, и где-то тамо вдали мелькнухъ образъ Белого Крольчати, елице улепетоваше во весь духъ.

Не мало не медля, Алиса текохъ во следъ его. Паки е́ казалось, яко она еще мале и настигне и́, и паки она успела услышать, яко Крольчати, исчезающи за угломъ воздыхает:

– Ахъ, вы ушима-мустаки мои! Аки азъ косню! Боже мой!

Но увы, за поворотомъ Белый Кроликъ бесследно исчазе, а сама Алиса очутишася въ месте преславночудномъ.

Се бе́ низкое, длинное подземелье; своды оного мале освещахуся рядами висячихъ канделябровъ. Правда, по всей длинне стенъ ше́дше двери, но, къ велиему сожалению, все они оказася заключе́нны. Алиса довольно скоро уверишася въ семъ, двукраты обыде все подземелье и не единожды испытавъ каждую дверь. Она уныло расхаживала взадъ и впередъ, тщашеся придумати, како е́ отзде́ выбратися, яко напрасно5050
  внезапно


[Закрыть] обрете маль стеклянный столъ, аможе легаша маль златый ключъ.

Веле взыграся Алиса помысле, яко сей ключъ от елицей двери. Но увы! Можетъ бе замки велие, или аще ключъ бе зело малъ, токмо онъ отнюдь не хотяху отверзати ни единой двери. Она прележно испытаху едину дверь за другой, и зде впервые приметила зановесь, спускавшуюся долу, а за ней…

За не бе малечькая врата – полъ лакоть высотой. Алиса встави златой ключецъ въ замочную скважню – и, о радость велия, онъ оказася впору!

Алиса отворила еси дверцу: тамо бе входъ въ теснину, чуть веле крысиного лаза. Она встала на колени, возведе очи въ горличище – и ахнула: теснина окориста въ сяковый чудесный вертоградъ, кихъ вы уто и не виде.

Помышляете, аки е́ изволишася свободитеся сего мрачного подземелья, пешеходити среде студеныхъ кратировъ и благовонныхъ цветовъ?! Али въ тесный лазъ неудобопроходный оли едина алисина глава. «Да кабы и проидохъ, – вознепщева сиромаха, – сежде разнобытие: ведь главе должно быти на раменахъ! Отонюдоже азъ сякая исполинная и неблагосличная! Осе ежели бе азъ уме вся складатися, яко звездозерцательная труба, уне аки репида, – тъгда бе иное дело! Наказахубося иже некто, азъ есмь складохся – и бе велелепотно!

(Бе бо вы обретеся на месте Алисы, то мощно сежде реша, яко ничесоже не сущего несть.)

Тако и другако, сидети при затворенной двери бе совершенно неключимо, и Алиса возвратися ко стеклянному престолу, имея бо надежду, яко мощно бе тамо обретеся другой ключецъ или́, на худую кончину, книжица: «НАКАЗАНИЕ СКЛАДЫВАНИЯ!» Ни сего, ни ового она не обрете, обаче взыска добру скляницу («Руку даяхъ, яко ранее ея зде не суть», – вознепщева Алиса, къ горлышку елицей бе привязанъ бумажный питакъ (иже на сосуде съ целиломъ), на немъ же велиями титлами бе ясно написано: «ИСПЕЙ МЯ!»

Всяко, смотряхуся сие любоискусно, но Алиса бе премудрая младица и косняху обратитися на любезное призвание.

– Несть, – рече она, – азъ исперва обозрю, написано ли зде «Ядъ!», али не.

Она не втуне чьла множество поущательныхъ баснь про детищъ, съ елицеми случахуся многообразные злобостояния – бедные ссущие и погибаше во пламени, и дивимъ зверямъ быша въ снедь, – и все сие якоже лише запамятоваху (или же не хотяху помянути!) заветы старча. Убо же чудится, яко разве неветийствовано запомнить, яко на позоръ раскаленной добела кочергой можно обжечься еси, ежели держати ю рукама долговременно; яко еще ВЕЛЕ глубоку уранити перстъ ножомъ, изъ сего перста, еже законъ, кровь изыде, и такъ делече и сему подобие.

Еще Алиса-то добре помне, ежели испиешь излишше изъ склянницы, идеже начертанны черепъ и кости и писано «Ядъ!», то отнюдь воистину ти неблагоздравствуется (сиречь состояние твоего здравия возможе пошатнутися).

Однако на сей склянице не бе ни черепа, ни костей, ни начертания «Ядъ!», и Алиса дерзнуша отведать ея содержимое.

Имже оно обретеся бедне сладкосластнымъ (на вкусъ – равно смесь ягодичиевого колача, кукуй, смоквы, жареной индюшки, тянучки и огнепальныхъ гренковъ съ елеемъ), она сама не замете, яко сосудъ опустеша.

– Ей, что же се со мною деется! – рече Алиса. – Азъ, мнится ми, истино складываюся, яко звездозерцательная труба!

Спорить съ симъ быша трудно: къ сему времени въ не остася всего лишь четвертина аршина. Алиса такъ и сияша отъ радости, веруя, яко она ныне свободно возможетъ проити во чудесный вертоградъ. Но все же она реша на всякий случай мале повременити и уверитися, иже она уже преста умалятися въ росте. «А то возможе азъ буду делатися все мале и мале, яко свеча, а далее совсемъ истае! – не безъ треволнения помысле она. – Се бо узреть, яко азъ есмь егда уподобихся.»

И она нача изображати, на что подобе плямя свечи, егда свеча угасла, но сие е́ неуспелось, – ведь, ко счастью, е́ сего николиже не привелось назирати…

Почакаща мале и уверившись, яко все запечатлеяся5151
  остается по-прежнему


[Закрыть], Алиса потекла бе въ вертоградъ; но – овое злодеяние! – при вратехъ она помяну, иже остави златой ключецъ на столе, а востече паки ко столу, узрела, еже отсе́ли е́ никакоже до ключа не достиже́.

И главное, е́ бе такъ яснозрети сквозе́ стекло!

Она потщалась влезть на столъ по подножию, но сии бе сежде и велеглажественные, и колижде Алиса ни тщалась, она паки и паки препяти на полъ, и наконецъ натщавшись и напрепятившись, изнеможе, бедне седе прямо на полу и восслезе.

– Оле, вскую еще неимати печали! – рече се Алиса довольно строго. – Слезами горю не пособиши! Совещеваю абие ти престати!

Алиса вообще присно даваша си добремудренные советы (хотя исполняху и́ далеко-далеко не выну); некогда она завалякивала себе сицевые попрещения, что еле могохъ удержатися отъ слезъ; а единократы она помнится, дожедо посягнула выдрать се за ушима за еже преблазнилася, играся съ собою въ лапту. Сия мудреница ужасно любила бысте разнствовати!

«Же ныне сие не поможе, – подумаша бедне Алиса, – да и не исполнися возможе! Изъ мя сега и единой благопристойной младицы не буде!» Зде она примете, яко подъ столомъ лежитъ ларецъ, сежде стеклянный. Алиса отверзе еговъ – и тамо обретеся калачъ, на сицевомъ изюмомъ бе выложена красная надпись: «ВКУСИ МИ!»

– Семъ и добре, вкушу, – рекла Алиса. – Ежели азъ того ста поболе, азъ возмогу достигнути ключа, а ежели ста еще мале, пролезу подъ дверь. Буде яко буде – въ вертоградъ азъ все равно проникохся! Веле или мале? Веле или мале? – отягощенно вторе она, ядше кусокъ калача, и даже возложихъ си десницу на чело, воеже смотряти за своими претварениями.

Яко же она удивися, егда оказася, иже ея размеры быхъ неизменны!

Сполу-то обычно тако и бываху съ сицевыми, кто едоша калачи, ино Алиса тако уже навыче чаяти единыхъ толико внезапности и чудеси, яко она даже мале оскорбехъ – отонюдоже се нагло паки все текло, яко обычно!

Съ кручины сей она принялась за калачъ и доволе скоро покончи съ симъ.