Текст книги "Любима и свободна"

Глава 11

– Ксандер! – закричала Лиана, бросаясь в воду вслед за ним.

Волны били ее в грудь. Ветер относил прочь от Ксандера.

– Ксандер! – вновь крикнула она, отплевываясь от соленых брызг.

Волны захлестывали ее с головой. Лиана отдалась на их волю, и ее отнесло к берегу, где она и осталась стоять почти по пояс в воде. И тут она увидела голову Ксандера. Волна подхватила его и понесла к берегу, и вот он уже стоит рядом с ней.

– Ты что, утопиться хочешь? – воскликнула Лиана. Она промокла насквозь, а тщательно наложенный макияж был безнадежно смыт.

– Нет, – глухо сказал он. – Просто вдруг показалось, что у меня руки в крови, и вот… попытался отмыть.

Лиана подошла к нему и взяла его руки в свои.

– Не вижу никакой крови, – произнесла она.

– Но она там есть.

– Тогда расскажи мне.

– Я не могу. Прости.

– Не надо просить прощения. Просто объясни – все, что было.

– Сегодня… я собрался на пляж и только потом сообразил, что по пути нам придется проехать место… той аварии. Сообразил только за последним поворотом. И сразу вспомнил тот день.

– О боже, Ксандер… мне очень жаль.

– Наверное, всегда ужасно видеть, как умирает человек. – Ксандера била крупная дрожь. – Даже если ты его не знаешь. Но видеть, как твоя мать… как она бледнеет, как из тела с кровью вытекает жизнь и кровь остается на твоих руках… Хуже ничего не может быть. – Он поймал ее остановившийся взгляд. В его зрачках плясали демоны, страдание жгло его изнутри. – Я не мог ничего сделать… ничего. Только сидеть и ждать помощи. Но, когда они приехали, было уже слишком поздно. И последние слова, которые она услышала от меня, были исполнены злости. Я… я был вне себя от гнева, Лиана.

– За что ты злился на нее?

– Не важно. Это не изменит ни того, что случилось, ни наших с ней последних мгновений. Я ничего не смогу исправить. Не смогу извиниться за те ужасные слова, сдержать гнев, остановить машину, а лучше – вообще никуда не ездить в тот день. Я не смогу вернуться и сказать ей, что, как бы я на нее ни злился, это пройдет и все будет в порядке… – По его телу вновь волной прошла дрожь.

– Тебе лучше выйти из воды, – сказала Лана. – Подожди меня тут.

Вскарабкавшись вверх по лестнице, она подошла к машине, выдернула ключи из замка зажигания, вытащила из багажника плед и корзинку для пикника и, заперев авто, вернулась на пляж.

Подойдя к Ксандеру, Лиана набросила ему на плечи плед:

– Грейся. Сэндвичи будешь?

– Я не могу сейчас есть.

– Тогда давай поговорим.

– Ты мне доверяешь? – спросил Ксандер.

– Не вполне.

– Наверное, это к лучшему. Тем не менее, если память о беспутной юности не изменяет мне, вон там, неподалеку, есть пещера. Там можно спрятаться от ветра, а заодно и от любопытных глаз. Мне бы не хотелось, чтобы какой-нибудь случайный зевака глазел на то, как наследник трона Кионоса трясется в припадке безумия.

– Ну что ж, пойдем.

Придерживая на плечах плед, он повел ее прочь от моря.

– Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. – Лиана с восторгом оглядела небольшую пещеру, скрытую в скале.

– Это ты про мой приступ безумия?

– Признайся, сколько девушек ты здесь соблазнил?

– Девушки были позже. Здесь я прятался еще мальчишкой.

– Кстати, я до сих пор не знаю: до нашей помолвки ты встречался со многими девушками?

– Я не особо любил, как ты выражаешься, встречаться, – подмигнул он ей. – Предпочитал дам, которым было интересно просто согрешить с принцем.

– Ясно.

– А ты до меня, я так понимаю, ни с кем не встречалась?

Лиана вспыхнула, радуясь, что в темноте пещеры Ксандер этого не видит:

– Я все-таки из семьи политиков. Мать очень рано и недвусмысленно объяснила мне, как заполучить достойного мужа. Для этого необходима невинность или хотя бы ее искусная имитация. Принцы и им подобные не любят, когда желтая пресса пестрит статьями о похождениях будущей жены.

– То есть меня искусно завлекли в западню? – расхохотался Ксандер.

– Мы оба знали о том, зачем нам этот брак. Но, конечно, я старалась выглядеть так, чтобы семья Дракос сочла меня достойной.

– Наверное, ты даже слишком старалась, – отозвался он. – Вряд ли я этого заслуживал.

– Я делала это не для тебя, – ответила Лиана. – А для себя. Вряд ли даже теперь ты понимаешь, какой я была хитрой маленькой интриганкой, мечтавшей о власти.

– Меня это не волновало. Достаточно того, что ты была красавицей.

– А потом перестала ею быть, и пришлось опять работать над собой. Это был тяжелый удар. Я долго отказывалась принять то, что случилось.

– А я отказываюсь до сих пор. – Прислонившись к каменной стене пещеры, Ксандер невидяще смотрел в пустоту. – Те первые годы вообще прошли как в тумане.

– Почему? – У Лианы вдруг пересохло в горле.

– Я тогда был постоянно пьян – так я пытался забыть, из-за чего сбежал. И как смывал с рук кровь мамы…

– Это ужасно – так жить, – вздохнула Лиана. – Наполовину живым, наполовину мертвым.

– Тогда для меня существовали лишь секс и наркотики. Но потом оказалось, что это не помогает – удовольствие быстро проходит, и тебе становится так плохо, что ты понимаешь: лучше даже и не пытаться вырваться из пустоты.

– Когда ты бросил?

– Наркотики? Уже лет двенадцать как. А пьянство и распутство – всего пару-тройку недель назад. Трудно отказаться от любимых подпорок.

– Мне жаль, что тебе пришлось такое пережить. И прости, что не думала о том, через что ты прошел и каково тебе сейчас. Я все время помнила о своих страданиях и совсем забыла о твоих.

– Я тебя не виню. Тебе пришлось пройти через ад.

– Нам обоим пришлось.

– Тогда… когда я поцеловал тебя… – медленно произнес Ксандер, – мне просто хотелось забыться. Забыть себя, свою жизнь, то, что отец болен, что он умирает. Когда я тебя целую, я забываю о плохом, потому что… потому что хочу тебя.

– Мой поцелуй настолько волшебен?

– Да.

– Поцелуй принцессы-зомби?

– Мне плевать на идиотов. Они не знают, каково это – целовать тебя, чувствовать ладонями твое тело…

Ее щеки покрылись румянцем.

– Когда мы целуемся, я тоже забываю обо всем. Не думала, что мне будет так не хватать этого. Я надеялась прожить без мужчин. Просто невыносимо было представлять, что меня могут отвергнуть из-за внешности. Или что кто-то согласится быть со мной из жалости. Но когда ты целуешь меня… мне все равно, что ты чувствуешь по этому поводу. Потому что я могу думать только о своих чувствах.

Ксандер подвинулся поближе к ней.

– Значит, со мной ты становишься эгоисткой?

– Да. Эти ощущения… просто невероятно. Знаешь, я ведь ни с кем, кроме тебя, не целовалась. И я до сих пор жалею, что тем вечером, в саду, нам помешали.

– Я тоже не раз об этом жалел. Хоть и старался не думать о тебе все эти годы, но… все равно мне было жаль. Тогда наше будущее было связано, и потом, в другой жизни, я часто представлял ту сцену и все остальное: как ты бы стала моей женой, правительницей Кионоса… Наверное, именно поэтому я кинулся искать тебя, как только вернулся.

– И вдруг обнаружил на месте красавицы чудовище.

Ксандер нежно провел пальцами по ее щеке. Лиана таяла от этой ласки, да и сам он обожал касаться ее кожи и даже ее шрамов.

– А чувства все те же. Невероятно, как сильно нам обоим пришлось измениться, чтобы вернуться к тому, с чего мы начали.

Обхватив ладонями ее щеки, Ксандер наклонился и поцеловал ее – нежно и глубоко.

– Я хочу тебя. Очень хочу. Как и раньше. Нет, даже сильнее. Я так долго жалел о том, что не сделал тебя своей тогда… Но больше я не повторю этой ошибки.

Лиана взглянула ему в глаза. В них все еще плескалась боль и усталость, она видела это даже в полумраке пещеры.

– Я нужна тебе, чтобы забыться? – спросила она.

Ей самой нужно было забыться. Забыть о его и о своих страданиях. О том, что они потеряли.

– Да, – прошептал Ксандер. – Пожалуйста.

Она поцеловала его. Медленно провела языком по его губам, будто просясь вовнутрь. Он приоткрыл губы и обхватил ее за талию, прижимая к себе и позволяя ей самой изучать таинство поцелуя.

Поначалу Лиана действовала неловко, но Ксандера это явно не смущало. Его член, твердый и горячий, вжимался ей в живот. Она чувствовала, как его нетерпение передается и ей, разгораясь в глубинах тела. Они должны быть вместе. Он говорил, что, даже сливаясь с женщиной в экстазе, чувствует себя бесконечно одиноким, но Лиана верила, что с ними подобного не произойдет.

Оба они уже побывали в пучине отчаяния. А значит, заслужили воспарить на вершину экстаза – хотя бы на несколько мгновений.

Сбросив плед с плеч, Ксандер постелил его на песчаный пол пещеры.

– Я еще никогда не соблазнял здесь женщин, – шепнул он.

– Это не важно. – Лиана смахнула слезы с ресниц. – Я очень замерзла.

– Потому что ты окунулась в океан.

Лиана, смеясь, покачала головой:

– Нет, это другой холод, он внутри уже давно. Сможешь меня согреть?

– Ты заслуживаешь большего. – Ксандер вновь запечатал ей губы поцелуем. – Но ты все-таки будешь со мной.

Нетерпение, сквозившее в его голосе, словно бальзам проливалось на ее раны. Может, она и принцесса-зомби, но ее принц, прекрасный, хоть и несовершенный, жаждет ее тела.

Ксандер провел пальцами по ее пояснице, и ее тело пронзила сладкая истома. Как давно Лиана не прислушивалась к своему телу! Как давно не обращала внимания на то, чего оно желает, – изысканной пищи, отдыха… секса. Но теперь, благодаря Ксандеру, Лиана не могла думать ни о чем, кроме восхитительных ощущений, рождавшихся в ее теле. Он пробудил самое потаенное и острое из ее желаний – и теперь она уже не сможет от него отказаться.

Конечно, надо было потребовать, чтобы все произошло на кровати, на шелковистых простынях, и чтобы он был нежен и не торопился, ведь для нее это – первый раз.

Но это ее уже не волновало. Годится и песчаный пол в пещере.

Наверное, если бы он, вернувшись, не предложил ей выйти за него, все кончилось бы тем же. То, что когда-то началось, надо было закончить. Лучше жалеть о сделанных ошибках, чем об упущенных возможностях.

Его ладони, забравшись к ней под платье, ласкали обнаженную кожу. Она прикоснулась к его животу, затем, вытащив из-под брючного ремня рубашку, стала изучать пальцами его тело. Такое горячее, мускулистое! Совсем не как у нее.

В других обстоятельствах Лиана, наверное, испугалась бы собственной смелости. Но сейчас реальность будто исчезла.

Оторвавшись от ее губ, Ксандер принялся целовать ее шею, легонько покусывая ее зубами и тут же лаская места укусов языком, точно угадывая, когда легкая боль должна уступить место острому наслаждению. Затем, чуть отпустив ее, он положил ладони на ее грудь, поглаживая ее сквозь мокрую майку. Лаская большими пальцами соски, он завершил начатое холодной морской водой – они затвердели, налившись тянущей, дразнящей болью.

Тихо зарычав, он подтолкнул Лиану к стене, раздвинув своим бедром ее ноги, и его член коснулся ее лона сквозь ткань платья. Это было головокружительно-сексуально. Как же долго она лишала себя этого! Слишком долго. Она сказала Ксандеру, что была женщиной задолго до того, как он вернулся в ее жизнь. Да, это так – и все же огромная часть женственности оставалась от нее скрытой. Лишь теперь, когда его губы ласкали ее кожу, его руки гладили ее тело, его сила сливалась с ее нежностью, Лиана поняла это.

Подняв голову, она приникла к нему в глубоком поцелуе, наслаждаясь вкусом его губ, прикосновениями его языка. Вкус его поцелуя заставлял захлебываться от наслаждения. Казалось, она никогда не насытится им…

Запустив пальцы в ее волосы, Ксандер настойчиво потянул ее вниз, на плед. Его тело придавило ее. Она устремлялась ему навстречу, ее тело жаждало освобождения, которое, казалось, близилось с каждым его прикосновением.

Стянув юбку с Лианы, Ксандер стянул ее трусики и, положив руку на промежность, быстро нашел большим пальцем чувствительный бугорок клитора. Она не успела смутиться или испугаться: ее тут же захлестнула волна наслаждения, которое он дарил ей с мастерством опытного любовника.

– Ты хочешь меня, – хрипло пробормотал Ксандер.

– Да, – выдохнула Лиана, целуя его в шею. – Да, да.

Плед сбился, их тела оказались на голой земле, но ей было все равно. Это лишь добавляло остроты происходящему. Его палец проник к ней во влагалище, и это неизведанное ощущение тут же привело ее на самый пик возбуждения.

– Ты девушка? – шепнул он.

– Да.

Ксандер продолжал ласкать большим пальцем ее клитор, заставляя ее содрогаться от удовольствия.

– Ты уверена, что хочешь этого?

– Я хочу тебя, – выдохнула Лиана. – Ты нужен мне. Вот так! Сейчас!

– Это будет не слишком романтично. – Отодвинувшись, Ксандер расстегнул брюки, стянул через голову рубашку. – И наверное, очень быстро.

– Ты меня отговариваешь?

– Theos, вот именно! Если у меня есть душа, этим я наверняка навлеку на нее вечное проклятие.

– Нет… – Лиана покачала головой. – Не навлечешь. Как это возможно, если я чувствую, что умру без тебя?

Ксандер приник к ее губам в медленном, ищущем поцелуе, столь странно контрастировавшем со снедавшей их лихорадкой желания.

– Я постараюсь не сделать тебе больно, – прошептал он.

Почувствовав его член у входа во влагалище, Лиана на секунду напряглась. Он начал двигаться, и чем глубже он входил в нее, тем дальше уходили страх и волнение. Больно не было совсем. Это было… необычно. И восхитительно.

Подхватив Лиану под бедра и приподняв, Ксандер вошел в нее. С его губ сорвалось хриплое проклятие, прозвучавшее как молитва.

Задрав платье выше, он обнажил ее грудь и приник губами к соску. Он нежно втягивал его в рот, лаская губами, продолжая двигаться внутри ее, унося Лиану на вершины наслаждения, о существовании которых она и не подозревала.

Это казалось совершенно естественным – принимать его плоть, двигаясь с ним в едином ритме. Лиана обняла ногами его бедра, выгибаясь ему навстречу, помогая ему проникнуть как можно глубже. Ее ногти вонзались в его плечи. Ксандер двигался все быстрее, резче, наслаждение уже захлестывало ее с головой, с каждым толчком перед глазами проскакивали белые искры. Эти вспышки становились все чаще, сливаясь в единый столб жаркого пламени, охвативший ее тело и, казалось, грозивший поглотить ее целиком.

Ксандер зарычал, вцепился зубами в ее плечо, и выгнулся в судороге оргазма. В ее теле боль и наслаждение слились воедино, и Лиана растворилась в слепящей волне экстаза. Восхитительно! Прекрасно!..

Затем пламя угасло. В пещере слышалось лишь их прерывистое дыхание, эхом отдававшееся от каменных стен. На смену жару пришел озноб, ледяной волной окутавший ее тело. Лиана вдруг осознала, что лежит на земле, придавленная телом Ксандера.

И она позволила ему – нет, умоляла его! – овладеть ею вот так, прямо здесь.

Поднявшись, Ксандер натянул брюки и принялся приводить себя в порядок – на удивление быстро и ловко. Да, опыта в этом деле ему не занимать.

Лиана почувствовала, как ее охватывает гнев. Но она не имеет права гневаться – она ведь знала о его прошлом, о его похождениях. Что ж, его опыт любовника сегодня оказался кстати. Это было восхитительно – так говорило ее тело.

А душа… душа была пуста. Грудь сдавило тяжестью. Только что они были близки, как только могут быть близки двое. И все же сейчас Лиане было одиноко, как никогда. Он все еще оставался рядом, его запах впитался в ее кожу. Но все это не имело смысла. Всего лишь секс. Без любви.

Только что это казалось важным. Необходимым. А теперь душа была пуста, как выжженная пустыня.

– Давай помолчим. – С трудом поднявшись, Лиана пыталась привести одежду в порядок.

– Почему? – недоуменно спросил Ксандер, застегивая ремень.

– Потому что это бессмысленно. Я не хочу, чтобы… не хочу.

– Ты жалеешь о том, что случилось?

– Я пока не поняла, что случилось.

– Чего же тут непонятного? Мы хотели друг друга. И сделали это.

– Я же сказала, что не хочу ничего обсуждать!

– Прячешь голову в песок?

Лиана чувствовала, что вот-вот расплачется.

– Мы оба знаем в этом толк. Мы оба бежим от собственной боли. Разве не так?

– В точку, – жестко сказал Ксандер. – И должен сказать, это – мой любимый способ. Согласись, он куда приятнее, чем затворничество в монастыре.

– Не уверена, что он мне понравился.

Схватив Лиану за руку, он потянул ее к себе и впился в ее губы поцелуем.

– Нет, тебе понравилось.

– Да что ты? – Она изо всех сил старалась говорить спокойно.

– По крайней мере, оргазм у тебя был мощный. Тут меня не обманешь.

– Ты не прав. – Ее лицо залило краской.

– Хочешь сделать вид, что ты скромная приличная девочка? Мы оба знаем – это не так.

– Думаешь, мне важно оставаться порядочной? Нет. Меня это никогда не заботило, даже когда я скрывалась от мира. Если бы это было не так, наверное, я бы не согласилась лишиться девственности на земле, в пещере.

– Тогда, agape, наш брак еще может быть удачным. Если нас обоих не заботят вопросы порядочности, мы можем неплохо развлечься.

– Так же, как сегодня? – В ее голосе звучало презрение.

– Да, именно так. – Ксандер вновь обнял ее и поцеловал – жадно, настойчиво. – И не строй из себя страдающую девственницу, это тебе не идет.

– Ты забыл, что все мои страдания написаны у меня на лице?

Ксандер опустил руки.

– Что, черт возьми, тебя беспокоит? Забудь об этой ерунде! В моем браке должен быть секс. Если ты не разрешаешь мне заводить любовниц, значит, я буду заниматься сексом с тобой! В отличие от тебя меня совершенно не привлекает мысль о целибате.

– Ты… ты…

– Сексуален?

– Твой эгоизм…

– В данном случае эгоизм ни при чем. Я знаю, тебе понравилось, так что давай обойдемся без глупой болтовни.

– Кажется, это я и предлагала с самого начала, – процедила Лиана сквозь зубы.

– Отлично! Значит, к сексу мы еще вернемся.

Лиана оделась, старательно отводя взгляд от Ксандера, и вышла из пещеры. Подумать только: мир ничуть не изменился, тогда как у нее в душе все встало с ног на голову!

– Как бы то ни было, я чувствую себя гораздо лучше, – донесся сзади голос Ксандера.

– Ты не подумал, что меня это может обидеть?

– Вряд ли, – откликнулся он. – Потому что обычно, когда все заканчивается, мне сразу становится хуже. А сейчас – наоборот, несмотря на нашу пикировку. Честно говоря, она мне тоже понравилась.

– Почему?

– Потому что мы все-таки поговорили. Но я не хочу заканчивать разговор на такой ноте.

Сердце Лианы вздрогнуло.

– Тут ты прав.

– Значит, мир?

Ксандер протянул ей руку – может, для рукопожатия? Но Лиана не пошевелилась.

– Мир? – непонимающе спросила она.

– Мир лучше, чем война, согласна?

Нет, так нечестно! Лиана была в смятении, совершенно не понимая, что делать.

– Хорошо, – наконец проговорила она, нерешительно сжав его пальцы.

– Ладно. – Ксандер выпустил ее руку. – Нам пора. Пляжный отдых удался, но, думаю, нам обоим на сегодня хватит.

Да, на сегодня хватит. Сегодня ему не придется оказаться там, где погибла его мать, они не будут обсуждать то, что произошло и почему после этого Лиана чувствует себя так.

– Я готова, – произнесла она.

Ксандер улыбнулся, и Лиана поняла: он прекрасно понимает ее, как и она его. Они оба знают, что сейчас делают. Всего лишь прячут голову в песок.

– Отлично, пойдем.

Глава 12

Ксандер никак не мог справиться с галстуком. Его бесила мысль, что он должен наряжаться к ужину, потому что Ставрос, видите ли, пригласил каких-то высших государственных сановников, на которых Ксандеру, если честно, было глубоко плевать.

Сейчас его волновали исключительно мысли о собственной невесте. Точнее, о том, какой она была, когда, обнаженная, лежала под ним. Для него секс с Лианой оказался откровением. Черт! Коротко ругнувшись, Ксандер швырнул галстук на кровать.

Она была… Нет, он не находил слов. Ослепительная вспышка, пелена забвения и в то же время полная ясность – вот что он ощутил, овладев ею.

Для него секс всегда был лишь способом забыться. Но в этот раз все было иначе. Рядом с ней он не был одинок.

Его взгляд упал на галстук. Поморщившись, Ксандер подобрал его с кровати. Может, пора завести личного камердинера? У отца он наверняка есть. Но сейчас ему нужен не он.

Распахнув дверь, он двинулся по коридору. Без стука он вошел в апартаменты Лианы, надеясь застать ее на месте. И он не ошибся.

– Мне нужна помощь, – заявил он.

Лиана, лежавшая в кровати, нахмурилась:

– Врываться в мою комнату без стука – плохая привычка.

– С каких пор нужно спрашивать разрешения, чтобы зайти к собственной невесте? Кроме того, я уже видел тебя без одежды, поэтому не надо делать вид, что я оскорбил твою невинность.

– Если ты однажды видел меня раздетой, это не значит, что ты можешь глазеть на мое тело, когда пожелаешь.

– Конечно, значит. – Ксандер бесцеремонно уселся на стул, стоявший возле кровати. – Я буду королем. А значит, у меня будет право смотреть на что угодно, когда мне угодно.

Лиана холодно приподняла брови:

– Ты впал в детство, попав в отчий дом? Или ты всегда ведешь себя как бунтующий подросток?

– Помоги мне завязать галстук! – рявкнул он, проигнорировав вопрос.

– Почему ты не попросил слуг?

– Зачем мне жена, которая стесняется показаться передо мной голой и не может помочь завязать чертов галстук?!

– Не знаю. Может, тебе стоит еще раз подумать насчет свадьбы?

– Нет. – Ксандер встал и подошел вплотную к Лиане, набросив галстук на шею. – Завяжи.

Сердито фыркнув, она взялась за концы галстука:

– Я не делала этого тысячу лет. Раньше немного практиковалась на отце. Чтобы научиться выполнять любое желание моего вспыльчивого муженька. Но ты пока еще не мой муж, не забывай об этом!

– Но ты уже моя во всех смыслах.

– Считаешь, что тебе принадлежит каждая женщина, с которой ты занимался сексом? Тогда тебе придется выделить одно крыло дворца под королевский гарем.

Выдернув галстук у нее из рук, Ксандер вновь начал сам возиться с непокорным узлом.

– Переоденься к ужину.

– Меняем тему?

– Черт возьми, да!

– Ты всегда такой злой после секса?

– Нет, но я всегда такой злой, когда вынужден отправляться на чертов официальный ужин.

– Значит, мне часто придется наблюдать тебя в таком настроении?

Ксандер сел, сплетя пальцы и опершись на них подбородком:

– Значит, придется с этим бороться, так?

– С чем?

– С тем, что мне не нравятся такие мероприятия. Да и не умею я вести себя на них.

– Как ты ухитрился забыть то, для чего тебя воспитывали с детства?

Ксандер неловко заерзал на стуле. Кажется, пора сказать ей.

– Потому что я был рожден не для этого.

Слово не воробей, вылетело – не поймаешь. По крайней мере, такое слово. Она не успокоится, пока не узнает все.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Лиана.

– Ты знаешь, как устроена система правления на Кионосе. Власть дает лишь королевская кровь. Дети Ставроса не могут претендовать на престол: они усыновленные, а значит, не принадлежат к нашей династии. Мне с детства было интересно, какая магическая сила таится в королевской крови. Еще мальчишкой я поражался своему везению: ведь в моих жилах течет кровь королей, а значит, я обладаю божественным правом управлять этой страной.

– Неудивительно, что ты был таким ужасно самоуверенным.

– Конечно. Будешь самоуверенным, если считаешь, что стоишь выше других исключительно по праву рождения. – Глубоко вздохнув, он посмотрел в окно. Было бы проще исчезнуть в море, чем разбираться со всем этим. Но он обещал Лиане. – Но, понимаешь… я узнал, что у меня нет такого права. Во мне нет королевской крови, Лиана. Я – не сын короля.

– Что? – Казалось, она вот-вот потеряет сознание.

– Из-за этого мы и поссорились тогда с матерью. Мы ехали на пляж, и по дороге она рассказала мне, что я не отпрыск королевской династии. Я – всего лишь плод интрижки, которую она закрутила с собственным телохранителем. Она выходила замуж за короля, зная, что беременна.

– Что? Но как…

– Насколько я понимаю, она окрутила его довольно быстро. Оставалось лишь убедить его, что я родился немного раньше срока. Это было несложно.

– Но она уверена?..

– По крайней мере, так она мне сказала.

– А телохранитель?

– Был отправлен в отставку с хорошими отступными. Она боялась за меня. Поэтому и рассказала мне обо всем.

– В смысле?..

– Она боялась, что однажды кто-нибудь использует мой ДНК-тест против меня. Поэтому упрашивала меня никогда не делать анализов ДНК ни мне, ни моим детям.

– Но почему она?..

– Наверное, ее грызло чувство вины. Из-за этого она видела опасность даже там, где ее не было.

– Но если… Почему было не отдать корону Ставросу?

– Отец ничего не знал. Мама не хотела, чтобы он знал. Она любила его… к тому времени. Когда они поженились, любви у нее не было. Так что солгать не казалось такой уж проблемой. Но потом… она решила сохранить все в тайне. Ради себя. Ради него. И ради меня. Для нее я был первенцем и заслуживал трона. Думаю, она считала меня любимым сыном – ведь мой настоящий отец был ее первой любовью. – Ксандер пожал плечами. – Я думал об этом пятнадцать лет. Пьяным и трезвым, в одиночестве и в постели с женщинами я думал об этом. Думал, какой в этом смысл. Мама сделала все что могла, чтобы я стал наследником трона. Но все равно я им не являюсь.

– И поэтому ты бежал?

– Да. И еще потому, что считал себя виновным в ее смерти. Я был так зол, Лиана, у меня перед глазами была пелена, я кричал, как безумный, и ехал слишком быстро, и…

– Ты совершил ошибку. Но не нарочно.

Ксандер покачал головой:

– Не нарочно. Но ошибки бывают разными. Некоторые можно исправить. Но другие… если тебе уже не перед кем извиниться за свою ошибку, почти невозможно получить прощение. От других… и от себя.

– Расскажи про тот день, когда ты уехал. – Она опустилась на пол у его ног. – Расскажи, что тогда произошло.

– Отец вызвал меня в кабинет. Там уже был Ставрос. – Они стояли у него перед глазами. Отец, с пепельно-серым лицом, раздираемый гневом и страданием. Его брат – такой несчастный и такой юный. – Отец заявил, что я виноват в смерти королевы. Он сказал, что я ему не сын. Я молчал, ведь, по сути, он был прав. Я уже знал, что не являюсь его сыном.

– А Ставрос?

Ксандер сглотнул.

– Он сказал, что всегда будет винить меня в смерти матери. Его матери. Что он никогда больше не будет считать ее моей, ведь я отнял у нее жизнь. Тогда я вспомнил, что кричал ей тогда, на дороге, – что она мне больше не мать. Так что и он был во всем прав.

– И у тебя ничего не осталось, – прошептала Лиана.

– В один миг я потерял всю семью. И узнал, что не имею права на престол.

Она поднялась, положила руки ему на бедра и приникла к нему в поцелуе, нежном и искреннем. Ксандер обхватил ее за голову и, запустив пальцы ей в волосы, крепко прижал ее к себе. Именно это ему было нужно. Лиана. Он хотел ее – хотел до дрожи, хотя не прошло еще и суток с тех пор, как он овладел ею.

Аккуратно потянув за волосы, Ксандер откинул ее голову и стал целовать ее, медленно и глубоко. Лиана призывно застонала. Он стал осторожно покусывать ей губы, заставив ее исторгнуть новый стон наслаждения.

Лиана чувствовала себя на вершине блаженства. Ей нравилось подчиняться его власти, задыхаться под его тяжестью, стоять перед ним на коленях, доставляя ему наслаждение. И хотя сила была на его стороне, но она чувствовала, что держит эту силу в узде.

Продолжая держать ее за волосы, он расстегнул брюки, высвобождая напрягшийся член. Лиана глядела на него, расширив глаза, с выражением ангельской невинности на лице, слегка приоткрыв губы.

– Знаешь, чего я хочу? – напряженно спросил он.

Лиана медленно наклонила голову. Ксандер еще крепче перехватил ее за волосы, глядя, как краснеют ее щеки – не от застенчивости, а от возбуждения. Постепенно алой краской заливалась ее шея, грудь…

– Возьми его в рот, – хрипло сказал он.

Он направил ее голову вниз, и она, наклонившись, несмело коснулась его члена кончиком языка.

– Глубже. – Он притянул ее ближе к себе.

Лиана несмело провела языком по всей длине члена. Ксандер сидел, не в силах пошевелиться, и неотрывно смотрел на то, как она ласкает его мужское достоинство. У него вырвалось короткое и энергичное проклятие, но это, казалось, лишь придало ей смелости. В ней не было ни капли смущения. Она без стеснения пробовала его на вкус, на ощупь, меняя ритм – то ускоряясь, то останавливаясь, сжав пальцами основание члена и почти доводя его до оргазма.

– Осторожнее! – простонал Ксандер, когда ее язык коснулся особенно чувствительного участка. – Я не хочу кончить слишком быстро.

Ответом ему стал озорной взгляд, напомнивший о прежней Лиане Ксенакос – уверенной, дерзкой, кокетливой. О женщине, которую всегда окружала аура чувственности и невинности.

Она вновь наклонилась над ним, но он потянул ее за волосы.

– Нет, – хрипло произнес Ксандер. – Я хочу в тебя.

Приподняв платье, Лиана стянула трусики. Он тут же обхватил ее за талию и усадил к себе на колени. Обернув юбку вокруг бедер, он мял ее обнаженные ягодицы, под конец звонко шлепнув по ним. Совсем не сильно – лишь чтобы исторгнуть из ее губ еще один стон наслаждения.

С силой ухватив Лиану за бедра, Ксандер подвинул ее ближе к себе, нежно водя головкой члена между ее ног. Она истекала соком. Он стал медленно насаживать ее на себя. Она беспомощно откинула голову, и он, не в силах устоять, вновь легонько прикусил ее шею.

Наконец он полностью вошел в нее. Прислонившись щекой к его груди и вцепившись пальцами в плечи, Лиана тихо прошептала:

– Да, Ксандер.

Он понял, что ее наслаждение не уступает его собственному. Он так хотел ее, что забыл и думать о ней, о том, что она, быть может, еще не готова.

Но Лиана была готова.

– Платье, – простонала она. – Сними…

Ксандер стянул с нее платье и бросил на пол. Затем, мгновенно расстегнув бюстгальтер, отшвырнул его следом.

– С удовольствием, – промурлыкал он, наклоняясь и обхватывая губами сосок.

Ее тело выгнулось дугой. Ксандер почувствовал, как напряглись мышцы ее влагалища. Он уже почти не мог терпеть. Но ему было необходимо увидеть ее лицо в момент оргазма. Поэтому, дотянувшись до клитора, он стал аккуратно поглаживать его большим пальцем, продолжая ритмично насаживать ее на себя. Лиана вонзила ногти ему в спину и забилась в экстазе, на мгновение потеряв сознание. Ксандер смотрел на ее перекошенные губы, закрытые от наслаждения глаза, страдальчески сморщенный лоб… Шрам по-прежнему искривлял нижнюю губу, и одна бровь навеки осталась ниже другой. Но все это – Лиана. Ни с кем, кроме нее, Ксандер не смог бы пережить подобного. Никто не смог бы исторгнуть из него самую страшную тайну, и на ее крыльях вознести его на небеса.

Лиана крепче прижала его к себе, и мир взорвался перед его глазами. Кровь превратилась в огонь. Мощная волна оргазма смывала боль и сожаления. Ксандер словно рождался заново.

Когда он пришел в себя, Лиана по-прежнему была в его объятиях. Он был словно в тумане. Кто он, где он? И почему, черт возьми, всего несколько минут назад он беспокоился о каком-то галстуке?..