Текст книги "Александр Галич. Полная биография"
![](/books_files/covers/thumbs_240/aleksandr-galich-polnaya-biografiya-94516.jpg)
Автор книги: Михаил Аронов
Жанр: Биографии и Мемуары, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 11 (всего у книги 61 страниц) [доступный отрывок для чтения: 17 страниц]
«На семи ветрах»
Так назывался первый и последний киносценарий Галича, целиком посвященный военной теме. Правда, написал его Галич не один, а в соавторстве со Станиславом Ростоцким302302
В РГАЛИ хранится сам сценарий (Ф. 2329. Оп. 12. Ед. хр. 771; Ф. 2912. Оп. 1. Ед. хр. 930) и дело фильма (Ф. 2329. Оп. 12. Ед. хр. 3648).
[Закрыть].
Сюжет напоминает фильм Григория Чухрая «Баллада о солдате» – присутствует та же авторская идея, но несколько изменены мотивы. Вместо солдата Алеши Скворцова главная героиня здесь – Светлана Ивашова. Рядовой Алеша, подбивший два вражеских танка, получает в награду трехдневный отпуск и едет домой на свидание с матерью, а Светлана, по приглашению своего жениха Игоря, жившего в маленьком захолустном городке, 20 июня выехала из Владивостока и пересекла всю страну, чтобы добраться до места назначения. Однако Игорь с началом войны ушел на фронт, и их встреча не состоялась.
Cценарий писался Галичем и Ростоцким в расчете на Вячеслава Тихонова как исполнителя одной из двух главных ролей – роли капитана Суздалева. Но фильм, задуманный раньше «Баллады о солдате» и «Судьбы человека» (оба – 1959), был снят тремя годами позже (съемки начались в 1961 году и закончены в 1962-м), и когда он появился на экранах, то выглядел уже как своеобразное «повторение пройденного», несмотря на замечательную актерскую игру.
Вероятнее всего, задержка съемок была связана с противодействием киночиновников. Исполнительница роли Светланы Ивашовой Лариса Лужина утверждает, что «слабый сценарий Александра Галича Станислав Ростоцкий превратил в замечательный фильм “На семи ветрах” <…> Станислав Иосифович писал сценарий вместе с Галичем, картина, кстати сказать, могла быть лучше, если бы не цензурные ограничения; можно было бы какие-то моменты заострить, но, к сожалению, все острые углы пришлось обходить»303303
Лужина Л.: «Высоцкий относился ко мне как к звезде» / Беседовал Сергей Павленко // Красноярский рабочий. 2002. 27 сент.
[Закрыть].
Вот и здесь не обошлось без цензуры, а ведь фильм, казалось бы, полностью вписывался в советскую идеологическую парадигму…
Роль Светланы Ивашовой изначально писалась сценаристами в расчете на Нину Меньшикову, жену Ростоцкого. Вот что рассказывала Нина Евгеньевна: «Бытует такая легенда, что Ростоцкий хотел снимать жену, а Герасимов настоял, чтоб снимали Лужину. Ничего этого не было!!! Правда, роль писалась для меня: Галич все время на полях писал – Нина Меньшикова. Просто сценарий писался очень долго, целых восемь лет. А я в тридцать два года не хотела играть восемнадцатилетнюю девушку. Помню, Галич на меня тогда очень обиделся…»304304
Осипова Г. Ростоцкие-Меньшиковы / Беседа с Ниной Меньшиковой // Ролан. 2005. Май. № 4 (49).
[Закрыть]
По словам Ростоцкого, у Светланы Ивашовой был реальный прототип: «Понимаете, я не могу, чтобы жена сыграла плохо! Один раз мы писали с Сашей сценарий специально для нее. Это была роль Светланы в картине “На семи ветрах”. Но мы писали с Галичем восемь лет. Я привез эту историю с фронта, рассказал ему, мы стали писать сценарий. Ей было 22, когда мы начинали, ей стало 30, когда мы кончали. И она категорически отказалась, хотя могла вполне играть эту роль… Ирина Печерникова, прекрасная девочка с не очень хорошей человеческой судьбой, достаточно трагической…»305305
Телепередача «В Нью-Йорке с Виктором Топаллером. Станислав Ростоцкий» (RTVI, июль 2001).
[Закрыть]
А Лариса Лужина рассказывала, что «Станислав Иосифович в первые годы войны был тяжело ранен, попал в госпиталь и ему отняли ногу. И никто об этом никогда не знал. До последних лет жизни все думали, что все нормально, а у него протез был после госпиталя… И он там встретил молодую девушку, которая, зная, что он режиссер, рассказала ему эту историю – что она ищет своего жениха, не может найти, что они так и не встретились в мирное время, должны были пожениться. Он потом эту историю рассказал Галичу, она обросла легендой, и они сделали сценарий. <…> В этой картине я сыграла самое себя. Мне особых усилий не пришлось прикладывать»306306
http://www.amur.info/easy/2005/12/27/434.html (27.12.2005)
[Закрыть].
Причем актерскую игру Лужиной оценил и сам Галич, с которым она познакомилась на съемках307307
Этот факт упомянут Ларисой Лужиной на вечере «Приношение Александру Галичу» (Культурный центр Вооруженных Сил РФ, 15.02.2008).
[Закрыть].
Картина вышла на экраны 8 мая 1962 года и сразу же завоевала большую популярность. Многие зрители помнили войну, и поэтому 22-летняя Лужина в роли Светланы Ивашовой и 33-летний Тихонов в роли капитана Суздалева оказались им очень близки – глядя на них, люди вспоминали самих себя, свою молодость.
Часть вторая
ПОЭТ
Рождение нового Галича
1
К началу 1960-х Галич уже давно и прочно входит в обойму классиков советской драматургии наряду с Николаем Погодиным, Виктором Розовым и другими. Его пьеса «Вас вызывает Таймыр» и сценарий «Верные друзья» в обязательном порядке изучаются в школах и вузах. Юлий Ким вспоминал, что в педагогическом институте, где он учился, когда сдавали советскую литературу, студенты были обязаны перечислить всех советских драматургов, и если кто забывал назвать Галича, то получал четверку вместо пятерки308308
Телепередача «Неоконченная песня. К 90-летию со дня рождения Александра Галича» (канал «Культура», 19.10.2008). Ведущий – Юлий Ким.
[Закрыть].
Все, кто знал Галича лично, единодушны в оценках его внешности и манер: пижон, барин, бонвиван. Например, по воспоминаниям драматурга Юлиу Эдлиса, когда он впервые увидел Галича в Малеевском доме творчества, тот показался ему «пижон пижоном – белые носки, трубочкой, по моде, брюки, из кармана свешивалась тонкая золотая цепочка от часов, вид самоуверенный, чуть высокомерный, как и полагается любимцу дам»309309
Эдлис Ю. Четверо в дубленках и другие фигуранты: Свидетельства соучастника. М.: АСТ; Астрель; Олимп, 2003. С. 236—237.
[Закрыть].
Помимо того, Галич славился своим гостеприимством. Друзья говорят, что его традиционным призывом было: «Приходите, ребята! Сельдя заколем!»310310
Рассадин С. Возвращение // Александр Галич. Возвращение: Стихотворения / Сост. И. Винокурова. Л.: Киноцентр, 1989. С. 313. См. также эту фразу в книге: Высший титул: Воспоминания о докторе Э. Канделе. М.: Эллис Лак, 1994. С. 71.
[Закрыть], а дома у Галичей «всегда очень изысканный стол. Если даже бедный. С картошкой, селедкой, что-то еще там было добавлено. Все равно это было в прекрасном фарфоре»311311
Из интервью С. Рассадина для фильма «Без “Верных друзей”» (2008).
[Закрыть]. Вместе с тем в еде Галич был неприхотлив, но обязательным условием, по словам его дочери Алены, была красивая тарелка: «А что уж на тарелке лежало, он всегда абсолютно спокойно ел. Картошка там с сосиской? Ну замечательно. Что-то другое – тоже замечательно. Но это должна быть красивая тарелочка. Вот без красивой тарелочки мы не могли. И когда они собирались в Малеевку – а они часто туда ездили – я приходила помогать. Это было нечто. Собиралось все. Собирались тарелочки, из которых Сашенька может есть. Это Ангелина всегда говорила»312312
Из интервью А. Архангельской для фильма «Без “Верных друзей”».
[Закрыть].
Василий Аксенов вспоминал, что в 1950-е годы Галич «был вхож в круг “Националя”313313
Одной из самых престижных и дорогих гостиниц Москвы.
[Закрыть]. Это такие вот советские денди. Он был типичный денди, и это был дендизм, концентрировавшийся вокруг Юрия Карловича Олеши, которого я не знал, но он знал очень хорошо. И это был круг литераторов, которые собирались в “Национале”, которые ходили на бега. Я прекрасно помню, как Саша появлялся, всегда невероятно элегантный»314314
Д/ф «Закрытое досье. Смерть изгнанника (Александр Галич)» (т/к «Совершенно секретно», 2003).
[Закрыть].
Сохранилось даже машинописное стихотворное посвящение Галича, написанное им в Переделкине 29 марта 1959 года. Называется оно «Дорогому Юрию Карловичу Олеше!»: «Нет, еще далеко не подведен итог! / Ждем от Вас – сочинений, открытий, деяний! / Мы ведь знаем – совсем не количеством строк / Измеряется список благодеяний! / Не количеством строк, не количеством слов! / Не за это в народе писателя ценят! / Никакие могучие сто толстяков / Нам любимейших трех толстяков не заменят! / И мы знаем – (мы шлем Вам сердечный привет)! / Вы подарите нам настоящее счастье / Не количества строк – а количества лет, / Их достоинства, мужества, силы и страсти!»315315
РГАЛИ. Ф. 358. Оп. 2. Д. 949. Л. 1.
[Закрыть]
Так как же получилось, что относительно благополучный драматург, один из самых богатых писателей страны, вдруг начал писать острейшие политические песни, направленные против существующего режима? Чего ему, как говорится, не хватало? Такой вопрос однажды задал Галичу минчанин Валерий Лебедев. В ответ Галич усмехнулся и сказал: «Сам не знаю. Не мог больше так жить – и все. Сами собой выстраивались строки, как будто кто-то диктовал. Запиши, прочитай другим, спой. Если это хорошо, оценят. Значит, это нужно. Значит – это твоя судьба. Не спрашивай, ступай за ней»316316
http://www.lebed.com/gbarch/gb20050203.htm (запись от 16.02.2005).
[Закрыть].
В одной из предыдущих глав, говоря о пьесе «Пароход зовут “Орленок”», мы высказали версию о том, что свою роль здесь сыграло глубинное недовольство, вызванное многочисленными творческими запретами, и глубинное же понимание преступной сущности советского строя, которое Галич гнал от себя, создавая романтические произведения о комсомольцах. И вот теперь это понимание наконец прорвалось наружу в довольно неожиданной форме.
Кстати говоря, во многих пьесах Галича 40-х и 50-х годов в качестве ремарок, сопровождавших высказывания персонажей, часто встречались такие слова и выражения, как со смехом, улыбаясь, шутливо, радостно, весело и др. Здесь как раз и проявились те черты характера Галича, которые отмечали его близкие друзья: веселость, открытость души, остроумие, – и за которыми многие из них не сумели разглядеть глубинное трагическое мироощущение, маскировавшееся шутками и веселостью, с одной стороны, и пижонством, «снобизмом» – с другой.
Поэтому, когда в 1960-е годы Галич внезапно начал писать свои острые песни и подвергаться за них гонениям, некоторые его старые друзья категорически не приняли «нового», а по сути подлинного Галича, которого они раньше не знали, и приписывали эту перемену его пижонству и желанию прославиться еще больше. Тот же Нагибин записал в своем дневнике 27 декабря 1977 года: «Он запел от тщеславной обиды, а выпелся в мировые менестрели»317317
Нагибин Ю. Дневник. М.: Независимое издательство «ПИК», 1996. С. 370.
[Закрыть].
Более того, даже жена Галича Ангелина была сначала против этих песен! Бард Александр Мирзаян приводит такие ее слова: «…я ему сказала: “Саша, брось ты эту гитару, тебя народ не поймет”»318318
Из интервью А. Мирзаяна для фильма «Без “Верных друзей”» (2008).
[Закрыть]. Да и сам Галич на первых порах не был уверен в правильности нового пути. Даже спрашивал Фриду Вигдорову (ту самую, которая оставила запись судебного процесса над Иосифом Бродским): «А скажите, Фрида, вы действительно думаете, что в этом что-то есть, что этим стоит заниматься?». На что та «поспешила его уверить, что, конечно же, стоит»319319
Раскина А. Слушая Галича // Новое русское слово. Нью-Йорк. 1991. 19—20 окт. С. 7.
[Закрыть].
2
Рассказывая в 1973 году на одном из домашних концертов о своем пути к авторской песне, Галич подробно остановился на запретах, которые были созданы вокруг ряда его пьес: «Самая первая песня, написанная мною после того, как в течение двух с половиной примерно лет у меня подряд запретили три пьесы. Одной из них должен был открываться театр “Современник”, с другой должен был дебютировать режиссер Хейфец, а третья прошла раза два, потом была разгромная статья в “Правде”, ее сняли. В общем, я понял, что так дело не пойдет и что ничего в драматургии по-настоящему я сделать не смогу. И это государственная, так сказать, институция, при которой можно в основном показывать кукиш в кармане, что занятие для некоторых, до какой-то поры, интересное, но потом надоедает – карман рвется. И я решил, что надо поискать… И тогда я просто вернулся к стихам, которые я писал в детстве и в юности, потом на долгие годы перестал их писать».
Первая пьеса, упомянутая Галичем, – это, несомненно, «Матросская тишина». Третья – это, вероятно, «Август», однако разгромные статьи о ней появились не в «Правде», а в «Советской России» (19.02.1960) и в «Советском искусстве» (04.11.1960). А вот что за пьеса, которой должен был дебютировать театральный режиссер Леонид Ефимович Хейфец (в 1962-м поставивший на сцене рижского ТЮЗа свой первый спектакль по пьесе Уильяма Гибсона «Сотворившая чудо»), по-прежнему остается загадкой.
Когда Галич только начал сочинять свои острые песни, писатель и ученый-китаевед Борис Вахтин сказал ему: «Старик, ты идешь на посадку!»320320
Из беседы с музыкальным обозревателем Анатолием Агамировым на радио «Эхо Москвы». Сообщено автору А.А. Красноперовым (Ижевск).
[Закрыть] Галич понимал это ничуть не хуже. Более того, есть все основания полагать, что «на посадку» он шел сознательно: ему уже настолько осточертела жизнь «благополучного советского холуя», как он сам себя впоследствии называл, что просто отбросил все «тормоза», все сдерживающие факторы, и начал писать то, что хотел.
Однако при кажущейся простоте решения, которое принял Галич, оно было не из легких: многие творческие люди так и не решились порвать с прежней благополучной жизнью.
В «Генеральной репетиции» Галич много места уделит анализу своей допесенной биографии и скажет, что хотя писал песни и раньше, но именно песня «Леночка» явилась началом его «истинного, трудного и счастливого пути». Точно так же он охарактеризует этот момент и в своей передаче на радио «Свобода» от 7 декабря 1974 года: «С этой песни, собственно, и начался мой жизненный путь»321321
Цит. по: Галич А.А. Я выбираю свободу / Сост. А. Шаталов. М.: Глагол, 1991. (Журнал «Глагол». № 3). С. 27.
[Закрыть].
3
Галич и раньше исполнял песни – как свои (написанные еще для «Города на заре» и военных спектаклей), так и чужие. По словам Валерия Гинзбурга, «он играл на рояле, очень хорошо подбирал. С листа играл какие-то серьезные вещи. В доме у нас всегда было пианино, много всяких нот, в том числе дореволюционных»322322
Гинзбург В. Он взял с собой только Пушкина / Беседовал О. Хлебников // Новая газета. 1997. 15—21 дек.
[Закрыть].
Нередко Галич прибегал к помощи брата для того, чтобы восстановить ту или иную песню: «Сашка всегда знал о том, что у меня хороший слух. Не только слух, но и музыкальная память. Несколько раз бывали случаи, когда он звонил и говорил: “Валет, приезжай, мне нужно восстановить в памяти такую-то песню”. И я приезжал. Он умел читать ноты, но не умел записывать. И вот начинал мне петь песни из своих ранних спектаклей, из “Парня из нашего города”, из “Ночи ошибок”. <…> Я ему говорил: “Нет, врешь, здесь неточная нота”. И так – пока мы с ним не добивались полного восстановления музыкального звучания той или иной песни»323323
Там же.
[Закрыть].
Одна из версий того, как начинался Галич-бард, принадлежит Станиславу Рассадину: рождение песни «Леночка» «было подстегнуто, о чем он сам, смеясь, рассказал, полусерьезной ревностью: “Булат может, а я не могу?”»324324
Рассадин С. Человек, которому повезло // Вечерняя Москва. 1996. 19 сент. Ср. с похожими воспоминаниями писателя Григория Свирского, относящимися к началу 60-х годов, когда был написан «Старательский вальсок»: «В те дни я и услышал от него досадливое: Булату можно, а мне нельзя?!» (Свирский Г. Избранное. Т. 1. Штрафники. М.: Независимое изд-во «Пик», 2006. С. 133).
[Закрыть] Другая версия известна в изложении Валентина Лифшица, знакомого Галича и друга Михаила Анчарова: «…существует легенда, что Галич начал писать свои песни после одной встречи в Ленинграде с Анчаровым. Вроде бы они встретились в гостинице “Московская” в Питере, куда оба приехали по каким-то киношным делам, каждый по своим. Миша, по-моему, в связи со съемками картины “Мой младший брат”. Он был сценаристом этой картины. Что делал там в это время Галич, я не знаю. Молва утверждает, что они встретились в номере одной дамы, проживающей в это же время, там же в гостинице “Московская”. Оба они пользовались успехом у дам, и оба очень ценили свой успех. <…> В номере у вышеупомянутой дамы стояло пианино, и Галич, который обожал петь романсы под собственный аккомпанемент при “охмурении” слабого пола, подумал, что Миша ему не конкурент, но Анчаров пришел с гитарой, и Галич соревнование проиграл. <…> Галич вынужден был уйти в свой номер. Анчаров остался. Короче, жена Галича сказала впоследствии Мише, что Галич, приехав из Ленинграда, полез на антресоль за старой гитарой, при этом он сказал следующую фразу: “Если Анчаров может! Я тоже могу!!”»325325
Лифшиц В. По поводу статьи в память Александра Галича [О статье В. Фрумкина] // http://valentin-angeln.livejournal.com/580.html
[Закрыть] И якобы после этого он написал свою первую песню «Леночка».
Фильм «Мой младший брат» по повести Василия Аксенова «Звездный билет» действительно вышел на экраны в 1962 году, но только на «Мосфильме», и его натурные съемки проходили летом 1961 года в Таллине, а не в Ленинграде.
Александр Мирзаян, вспоминая о своем посещении Галича в 1974 году, привел любопытное свидетельство Ангелины Николаевны о начале его песенного пути: «…он сам открыл. Ангелина Николаевна тоже была дома. Там была отдельная сцена, когда к нему пришли гости, это уже было, наверное, второе мое посещение его или третье. И пришли какие-то люди по делам. И она мне сказала: “Сашенька, пойдемте, чаю попьем”. И она мне стала говорить: “Это все Миша его подбил на это. Все Миша Анчаров. Он же начал писать с подачи анчаровской”. <…> Это была встреча в Питере с Михаилом Анчаровым. Потом, возвращаясь в поезде “Москва—Ленинград”, о чем он пишет в своих воспоминаниях, в своей прозе, он говорит, что была бессонная ночь и он начал писать вот эту песню “Леночка”»326326
Из интервью для фильма «Без “Верных друзей”» (2008).
[Закрыть].
Сам же Галич, рассказывая историю появления «Леночки», во-первых, ясно говорит, что он ехал из Москвы в Ленинград (а не обратно), и, во-вторых, даже близко не упоминает Анчарова: «Я ехал из Москвы в Ленинград – пижон, вполне благополучный кинематографист – в мягкой “Стреле”. <…> И вот, так как мне не спалось, я решил сочинить какую-нибудь песню. Причем песен я не писал очень давно, а стихов тем более, и как-то они ушли из моей жизни на долгие годы. И вот я стал сочинять песню под названием “Леночка”. И сочинял я ее, в общем, всю ночь, но как-то я сочинил сразу, с ходу. То есть это заняло у меня часов пять, не больше. И когда я сочинил, я вышел в коридор и так подумал: “Э-э, батюшки! Несмотря на полную ерундовость этой песни, тут, кажется, есть что-то такое, чем, пожалуй, стоит заниматься!”» (концерт на даче Пастернаков, 12 мая 1974).
Другие подробности встречаются в рассказе Валерия Гинзбурга: «Однажды он ехал в Ленинград по делам на студию. На следующий день должен был побывать на дне рождения у Юрия Павловича Германа, отца Алексея Германа – нынешнего режиссера327327
Версию о дне рождения Германа подтверждает и С. Рассадин в своем интервью для фильма «Без “Верных друзей”».
[Закрыть]. Думал, какой подарок сделать Герману, и в течение одной ночи написал песню под названием “Леночка”. Это была его первая песня – написанная в вагоне “Красной стрелы”, а вечером спетая и врученная Герману». Кроме того, Валерий Гинзбург утверждает, что по приезде Галича в Ленинград появилась песня «Облака»328328
Передача «Ночной эфир Бориса Алексеева» на радио «Эхо Москвы» (октябрь 1997).
[Закрыть].
Здесь надо лишь уточнить, что Галич вовсе не думал, какой подарок сделать Герману, поскольку тот ему прямо сказал, чтó хотел бы получить ко дню рождения. Это известно из воспоминаний художника Константина Клуге, близко общавшегося с Юрием Германом. Он приводит следующее признание Галича: «Как-то звоню я Юрию из Москвы, жалуюсь на грызущую душу тоску. “Ты вот что, плюнь на все и езжай сразу же ко мне, хоть на пару дней. Только с условием: в поезде ты придумаешь специально для меня веселенькую песенку”. Так я и сделал, сочинив “Леночку”. Юрию она очень понравилась, а заодно и рассеяла мою хандру. С того дня я и пишу свои песни»329329
Клуге К.К. Соль земли. М.: Искусство, 1992. С. 190.
[Закрыть].
Как видим, ни Окуджава, ни Анчаров здесь решительно ни при чем. Скорее всего, описанная В. Лифшицем встреча Галича с Анчаровым произошла как раз во время приезда Галича к Герману. Поскольку к тому времени в арсенале Галича была одна лишь «Леночка», только что написанная в поезде, и он еще не взял в руки гитару, то, соответственно, не мог конкурировать в этом жанре с Анчаровым. Поэтому ему пришлось петь под рояль песни Вертинского, и соревнование он проиграл. Но зато уж по возвращении в Москву взыграла оскорбленная мужская гордость: «Если Анчаров может, я тоже смогу!»
В любом случае все эти истории – и с Германом, и с Анчаровым, и с Окуджавой – были лишь внешним поводом, подтолкнувшим Галича к исполнению своего главного предназначения, к которому он уже был внутренне готов.
4
После войны на улицах Советского Союза появилось множество девушек-регулировщиц, которые до этого воевали на фронте. Явление было настолько массовым, что Галич не мог мимо него пройти. Так и возникла «останкинская девочка, милиции сержант» Леночка Потапова. Однако здесь могли иметь место и другие источники. К примеру, в 1961 году Галич исполнял под рояль следующую фольклорную песню: «Из-за леса, из-за гор / Едет к нам милиция, / Убирайте, бабы, девок – / Будет репетиция. / Ах, не хочу я чаю пить / Из пустого чайника, / А хочу я полюбить / Милиции начальника».
От «милиции начальника» до «милиции сержанта» Л. Потаповой, как говорится, рукой подать. Если же говорить непосредственно о содержании, то в «Леночке» разрабатывается извечный сказочный сюжет с Золушкой, перенесенный на советскую почву: простая, безвестная девушка внезапно становится принцессой из-за того, что в ее жизни появляется добрая фея. В песне Галича роль феи выполняет эфиопский принц, приехавший с визитом в Советский Союз. По дороге из Шереметьева на машине в сопровождении «охраны стеночкой из КГБ» он замечает Лену Потапову и влюбляется в нее. И вскоре наступает преображение безвестной героини: «Вся в тюле и в пан-бархате / В зал Леночка вошла. / Все прямо так и ахнули, / Когда она вошла. / И сам красавец писаный / Ахмет Али-паша / Воскликнул: “Вот так здравствуйте!”, / Когда она вошла…»
Как и положено сказке со счастливым концом, песня заканчивается тем, что «шахиню Л. Потапову узнал весь белый свет». В творчестве Галича этот сюжет восходит к пьесе «Много ли человеку надо?!», написанной и поставленной за несколько лет до этого: здесь главной героине также помогает «добрая фея» (директор магазина), доставшая ей билет на Кремлевский бал, а перед этим девушка облачается в роскошные наряды, купленные (правда за свой счет) в универмаге.
А твердость действий Л. Потаповой: «Дает отмашку Леночка, а ручка не дрожит» – перекликается с твердостью сотрудницы ЧК Лёли из блатной песни «Есть в саду ресторанчик приличный», о которой сказано, что «своей пролетарской рукою она молча взяла револьвер». Эту песню в начале 1960-х Галич нередко пел в компаниях под рояль. Поэтому нет ничего удивительного в том, что и в своей собственной «Леночке» Галич впервые употребил в сатирическом контексте священные для того времени аббревиатуры КГБ и ЦК КПСС.
Надо сказать, что Галич не только пел чужие песни, но и часто их переделывал – менял слова, дописывал строки, а то и строфы, подготавливая себя, таким образом, к бардовской стезе. Еще до появления собственных песен он выступил в качестве соавтора двух песен Геннадия Шпаликова – «За семью заборами» и «Слава героям». По словам Галича, первую из этих песен они придумали в Болшеве, когда сам он еще сидел за роялем330330
Концерт на даче Пастернаков в Переделкине, 12.05.1974.
[Закрыть]. «Мы поехали за город, / А за городом дожди, / А за городом заборы, / За заборами вожди. / Там трава несмятая, / Дышится легко, / Там конфеты мятные, / “Птичье молоко”. <…> Там и фауна, и флора, / Там и ёлки, и грачи, / Там глядят из-за забора / На прохожих стукачи. / Ходят вдоль да около, / Кверху воротник… / А сталинские соколы / Кушают шашлык!» Однако жена Шпаликова, сценарист Наталья Рязанцева, излагает другую версию появления этой песни: «Эта песенка была написана в электричке, не записана даже, а заучена хором. Мы к другу ехали на день рождения, в Жуковку, на богатую дачу. Шли, декламировали и даже флаг какой-то несли. Были Саша Княжинский, оператор Белявский – операторская компания. Паша Финн там был. Это было придумано для того, чтобы войти с флагом и вот так спеть. А потом, когда Галич узнал про это, он продолжил: “На экран уставится / сытое мурло, / очень ему нравится / Мэрилин Монро”. И так же и с замечательной, по-моему, песней “У лошади была грудная жаба”. Она очень хороша в своих первых двух куплетах. Остальное уже придумано Галичем»331331
Передача «Геннадий Шпаликов. Смерть поэта» на радио «Свобода», 06.11.2004. Ведущая – Елена Ольшанская.
[Закрыть].
По свидетельству драматурга Анатолия Гребнева, Галич, услышав через несколько дней песню «За семью заборами», тут же дописал еще две строфы332332
«А последние две, как сообщил нам Галич, добавлены им самим» (Гребнев А. Записки последнего сценариста. М.: Алгоритм, 2000. С. 45).
[Закрыть], которые придали стихотворению уже откровенную политическую окраску и превратили его в по-настоящему опасную сатиру: «А ночами, а ночами / Для ответственных людей, / Для высокого начальства / Крутят фильмы про блядей! / И, сопя, уставится / На экран мурло: / Очень ему нравится / Мэрилин Монро!» Такая же история повторилась с песней «Слава героям» («У лошади была грудная жаба…»).
Помимо того, впоследствии он неоднократно переделывал и собственно шпаликовские строфы, как бы окончательно авторизуя обе песни. Однако, по свидетельству Натальи Рязанцевой, когда Галич, дописав несколько строф к этим песням, «сразу спел Гене. Тому не очень понравилось такое продолжение, но он промолчал – из почтения к Галичу, как бы одобрил. Это было в Болшево, в нашем “доме творчества”…»333333
Рязанцева Н. «Не говори маме». М.: Время, 2005. С. 40.
[Закрыть]. Тем не менее при публикации обоих текстов во всех сборниках Галича неизменно указывается: «Совместно с Г. Шпаликовым».
Подобное «дописывание» чужих песен было характерно для Галича не только в 1960-е годы, но и раньше. К примеру, находясь в 1955 году вместе с Эльдаром Рязановым в Болшевском доме творчества кинематографистов (Галич там писал киносценарий «Сердце бьется вновь» для режиссера А.М. Роома, а Рязанов работал над фильмом «Карнавальная ночь»), дописал пятнадцать строф к популярной песне «Чуйский тракт», автором которой был сибирский писатель, а в то время пока еще электромонтер и водитель «Москвича», Михаил Михеев: «Есть по Чуйскому тракту дорога, / Много ездит по ней шоферо´в»334334
Подробнее об этом см.: Рязанов Э. В соавторстве с Александром Галичем // Рязанов Э. Ностальгия. Нижний Новгород: ДЕКОМ, 1997. С. 33—36. Впервые же рассказ Рязанова на эту тему прозвучал на вечере памяти Галича в Московском доме кино, 27.05.1988.
[Закрыть]. А уж изобразить чужой стиль или характер Галич умел как мало кто другой. По свидетельству режиссера Бориса Голубовского, у него сохранилась давняя пародия Галича на известную песню, исполнявшуюся Леонидом Утесовым:
Родился я, друзья, в Одессе-маме,
Только это все промежду нами.
Охватила меня сразу музыкальная экстаза,
Потому я прозван Гоп со с джазом.
Граждане, послушайте меня!
Ведь Гоп со с джазом это буду я!
Глинка, Верди и Россини,
Римский-Корсаков, Пуччини – это мои лучшие друзья.
Я изъездил целую Расею,
Ничего для джаза не жалею:
Трио, скерцо и гавоты переделывать в фокстроты
Дай вам Бог уметь, как я умею.
А если я на небо вознесуся,
Попаду я там к Христу Исусу,
И без дальних разговоров, проявив природный норов,
Ангелы запляшут под «Марусю»335335
Голубовский Б.Г. Большие маленькие театры. М.: Изд-во им. Сабашниковых, 1998. С. 398.
[Закрыть].
А теперь приведем информацию из разряда уникальных – фрагмент из интервью Ларисы Лужиной, не вошедший в фильм «Без “Верных друзей”» (2008): «Вот еще, помню, такая песня у него была, почему-то она нигде не напечатана. Я даже спрашивала Алену, его дочку, – она говорит: “Странно, даже в сборник не вошла”. Хотя она тоже вспомнила, что это его песня. Есть такая песня военных лет: “Мы под Колпино скопом стоим, / Мы пропахли землею и дымом. / Артиллерия бьет по своим. / Это наша разведка, наверно, / Ориентир указала неверно. / Недолет. Перелет. Недолет. / По своим артиллерия бьет”. <…> Она на меня очень подействовала. И я ее помню – это в студенческие годы мы слышали. <…> Случайно потом нашла ее в своих каких-то записях. Но она нигде почему-то не фигурирует».
Простим Ларисе Анатольевне и Алене Александровне, что они приписали Галичу стихотворение Александра Межирова «Десантники» (1956). Для нас важен сам факт того, что Галич исполнял его под гитару. К тому же это подтверждает писатель Анатолий Гордиенко, который рассказал о том, как весной 1963 года в Болгарии во время одной из домашних посиделок Галич спел «Мы похоронены где-то под Нарвой…», а потом и это стихотворение: «…больше всего ударяла в мое тогда еще молодое сердце песня на стихи Межирова “Мы под Колпино скопом стоим”. Кстати, замечу, Галич пел эти песни только для своих, только для нас, для узкого круга. <…> Как пел эту песню Галич! Это уже была не песня, а некий горестный гимн нашей прошлой, довоенной, военной и нынешней жизни. Конечно, слова эти были такой дьявольской силы, которая останавливала дыхание, и хотелось плакать горючими, непрекращающимися слезами»336336
Гордиенко А.А. Давно и недавно. Петрозаводск: Острова, 2007. С. 156—157.
[Закрыть]. Да и Вениамин Смехов в своих воспоминаниях пишет про это стихотворение Межирова, что его «текст давно слит с голосом “опального” барда»337337
Смехов В.Б. Театр моей памяти. М.: Вагриус, 2001. С. 281.
[Закрыть]. Но почему же до сих пор не обнародована хотя бы одна запись этой песни в исполнении Галича? Давно пора338338
Известно также, что в 1971 году на вечере «в теплом доме московского эстрадного артиста» Галич исполнил под гитару стихотворение Ярослава Смелякова «Если я заболею, к врачам обращаться не стану…» (Моргулис М. «Погиб поэт…» // Новое русское слово. 1977. 30 дек. С. 3). А актриса Алина Покровская, игравшая в фильме по сценарию Галича «Государственной преступник» (1964) роль Майи Чернышевой, упомянула факт исполнения Галичем в Ленинграде ернической песенки о вождях Анатолия Флейтмана «Жил-был Миколка, самодержец всёй Руси», написанной им 16 января 1965 года, через три месяца после смещения Хрущева (см. ее текст: Флейтман А.Д. Я демон-шут. Ленинград, 1991. С. 30 – 31): «Однажды позвонил режиссер Розанцев и сказал: “Приходи сегодня. Ты хочешь послушать Галича?” – “Конечно”. Мы пели и песни его: “И в октябре его немножечко того” и прочее… И он говорит: “Если хочешь послушать его, будет Александр Аркадьевич у нас дома”. Я пришла. Розанцев жил недалеко от “Ленфильма”. И был Александр Аркадьевич с гитарой. И вот тогда я услышала вживую. Он пел “Облака плывут облака”, и еще он пел: “Уходят друзья”» (д/ф «Точка невозврата. Александр Галич», 2010). В упомянутой песне Флейтмана последовательно говорится о Николае Втором («Но в феврале ево маненечко тово… / Тады всю правду мы узнали про ево…»), о Сталине («Но как-то в марте он маненечко тово… / Тады всю правду мы узнали про ево: / Что он марсизим нарушал, / Что многих жизни порешал, / Что в лагеря загнал он всех до одново!») и о Хрущеве («Но в октябре ево маненечко тово…»). И заканчивается песня обобщающим выводом: «А мы по-прежнему всё движемся вперед, / А ежли кто-нибудь случайно и помрет, / Так ведь на то она, история, / Та самая, которая / Ни столько, / ни полстолька / не соврет!», в чем видится перекличка с более поздней песней самого Галича «Предполагаемый текст моей предполагаемой речи на предполагаемом съезде историков стран социалистического лагеря, если бы таковой съезд состоялся и если б мне была оказана высокая честь сказать на этом съезде вступительное слово» (1972): «Уходят слова, и приходят слова, / За правдою правда вступает в права. / Сменяются правды, как в оттепель снег…». И хотя песенка Флейтмана о вождях («Год тысяча девятьсот юбилейный») в исполнении Галича не сохранилась (не исключено, что он просил ее не записывать, опасаясь последствий), однако был лично знаком с автором, о чем говорит сохранившаяся запись домашнего концерта у Флейтмана в Ленинграде в сентябре 1966 года. После того, как Галич исполнил песню об отставном чекисте («Получил персональную пенсию…», 1963), Флейтман спросил его, в подтексте имея в виду свою песню о Хрущеве: «Александр Аркадьевич, один маленький вопрос. Вот эту пенсионную… вохровца… вы написали до 14 октября 64-го года? – Да. – Вот видите, еще раз подтверждается сила искусства, потому что слова насчет кузькиной матери очень звучат!» (речь шла о строках: «Волны катятся, чертовы бестии, / Не желают режим понимать. / Если б не был он нынче на пенсии, / Показал бы им кузькину мать!»; это выражение было употреблено Хрущевым 12 октября 1960 года на 15-й Ассамблее ООН, когда он снял с ноги ботинок и стал стучать им по трибуне, грозя показать Америке «кузькину мать»).
[Закрыть].
В воспоминаниях А. Гордиенко есть еще один, необычайно важный для нас эпизод (также имевший место в болгарском Доме отдыха журналистов в мае 1963 года), который показывает бескомпромиссную гражданскую позицию Галича-барда: «Как-то Галич спросил меня, что я думаю о нашей нынешней жизни.
– Серая, как штаны пожарника, – ответил я веселой фразочкой. Ответил так смело, ибо мы были наедине.
Александр Аркадьевич преподал мне тогда некий краткий курс неприятия тоталитарного режима. Говорил он непривычно резко, горячо. Крамольные речи его вызывали у меня двоякое ощущение: я и соглашался, и не соглашался. Я сопротивлялся: дескать, не все так плохо, есть достижения в науке, в национальной политике. Галич это все умело парировал, говорил яростно, убежденно. Чувствовалось, что все это им выстрадано, что об этом думано-передумано. Запомнились его слова о роли поэтов-буревестников, о роли миннезингеров – бунтарей с гитарой, будящих спящую страну.
Вот слова Александра Галича, записанные мной в блокнот: “У нашего народа преждевременно состарились души. Мы, работники культуры, должны разбудить людей от вековой спячки, от вечной боязни. Человек рождается свободным. Нельзя жить скучно!”»339339
Гордиенко А.А. Давно и недавно. С. 157.
[Закрыть]
А чуть раньше, сразу же после публикации в 11-м номере «Нового мира» за 1962 год повести Солженицына «Один день Ивана Денисовича», Галич сказал драматургу Юрию Кроткову (и по совместительству, как выяснилось позднее, агенту 2-го Главного управления КГБ, поехавшему на следующий год в командировку в Лондон и попросившему там политическое убежище): «Ладно. Игра так игра. Мы профессионалы. Мы все равно должны писать. Мы согласны. Но в любой игре должны быть правила. Смешно, если сегодня белый конь ходит слева направо, а завтра – наоборот. Почему Солженицыну можно, а мне нельзя? Где логика? Мы не революционеры. Мы достаточно сговорчивы и покладисты, но не садитесь нам на шею, товарищи руководители из ЦК. Извольте соблюдать правила игры. Извольте сделать так, чтобы они были едиными для всех. А если вы уж такие смелые, ликвидируйте правила игры, да и самое игру!»340340
Кротков Ю.В. А. Галич // Новый журнал. Нью-Йорк. 1978. № 130. С. 243.
[Закрыть]
5
Между тем, начав писать свои авторские песни, Галич взял гитару не сразу – в начале 1960-х годов во время работы с Борисом Ласкиным над сценарием «Дайте жалобную книгу», которая проходила большей частью в Болшеве (в 1962 году уже был написан четвертый вариант этого сценария, называвшийся «Хорошее настроение»341341
РГАЛИ. Ф. 2944. Оп. 6. Ед. хр. 123. Сохранилось еще несколько вариантов сценария за 1963 год (Ф. 2912. Оп. 2. Ед. хр. 94; Ф. 2944. Оп. 6. Ед. хр. 123а) и дело картины (Ф. 2944. Оп. 4. Ед. хр. 554). См. также два документа Второго творческого объединения «Мосфильма»: «Стенограмма заседания художественного совета объединения по обсуждению литературного сценария А.А. Галича, Б.С. Ласкина “Хорошее настроение”» за 12 апреля 1963 года (Ф. 2453. Оп. 5. Ед. хр. 881) и «Стенограмма заседания художественного совета объединения по обсуждению режиссерского сценария Э.А. Рязанова “Московское приключение”» за 13 февраля 1964 года (Там же. Ед. хр. 889).
[Закрыть]), он часто пел их под рояль. Вот как описывает это Наталья Рязанцева: «Приезжаем поздней осенью, дом почти пустой, но веселая компания драматургов пишет сценарий для Эльдара Рязанова, и среди них Галич. Галича, конечно, усаживают за рояль в старой гостиной, и он поет свои песни, которых еще немного, он с ними нигде не выступает. Только для узкого круга. Это было потрясение»342342
Рязанцева Н. Памяти долгой счастливой жизни // Искусство кино. 2005. № 2. С. 103.
[Закрыть].
Об этом же рассказывала актриса Людмила Шагалова, игравшая в фильме «Верные друзья»: «…Саша и его жена Нюша были большими друзьями нашей семьи. Они жили в доме напротив, и мы всегда становились первыми слушателями его песен. Галич брал длинную щетку и стучал в потолок Борису Ласкину, чтобы тот спускался. Они садились за пианино и начинали настоящий концерт. Сначала это были домашние шутки, которые затем переросли в замечательное творчество»343343
Капков С. Короли комедии. М.: Алгоритм, 2003. С. 117.
[Закрыть].
Но долго так продолжаться не могло, поскольку песни требовали выхода к широкой аудитории, и близкий друг Галича, журналист «Известий» Анатолий Аграновский, сказал ему: «Саша, если хочешь, чтоб эти песни услышали, бери гитару!»344344
Долгополова И. 19 октября Александру Галичу исполнилось бы 90 лет / Беседа с А. Архангельской // Вечерняя Москва. 2008. 17 окт. Еще несколько вариантов реплики Аграновского: «Саша, для твоих песен рояль не годится. Возьми-ка ты гитару» (Архангельская А.: «Мой отец – Александр Галич» / Беседовала Т. Зайцева // Вагант. 1990. № 10. С. 7); «Саша, если ты бард, то при чем тут пианино? Давай-ка, бери в руки гитару!» (Архангельская А. На век уезжая / Подготовила Н. Крюкова // Россия. 1995. 5 июля); «Саш, твои стихи нужно петь под гитару, и они разойдутся повсюду» (Архангельская-Галич А. Вместо предисловия // Галич А.А. Избранные стихотворения. М.: Пробел-2000, 2008. С. 9).
[Закрыть] Вместе с Аграновским они поехали почему-то не в магазин, а в Марьину Рощу к цыганам, за большие деньги купили у них гитару, которая оказалась очень плохой. Но Галич с Аграновским никому в этом не признались – наоборот, говорили, что гитара исключительно хорошая, зато потом часто ее чинили…
Вот на этой гитаре Аграновский и учил Галича играть. Потом появились другие гитары – одну из них сделал мастер Александр Шуляковский, снабжавший гитарами многих известных бардов и артистов, в том числе Высоцкого.
6
Если говорить об истоках авторских песен Галича, то следует заметить, что все главные темы в них были уже так или иначе заявлены в его пьесах, сценариях и даже – как ни странно – в комсомольских стихах и песнях к кинофильмам, тем более что Галичу пригодился имевшийся у него опыт стихосложения. Более того, можно утверждать, что, не будь Галича-драматурга и Галича – автора бравурных советских песен и стихов, мы не знали бы Галича-барда и диссидента. Кстати, и сам он говорил об этом вполне открыто: «Для меня работа в жанре песни – та работа, обсуждением которой мы сейчас занимаемся, – это есть прежде всего продолжение моей профессиональной литературной, писательской деятельности»345345
Александр Галич: «Помни о мельнике!» (Неизвестные страницы Новосибирского фестиваля песни 1968) / Публ. К. Андреева // Мир Высоцкого. Вып. 2. М.: ГКЦМ В.С. Высоцкого, 1998. С. 439.
[Закрыть].
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?