![](/books_files/covers/thumbs_240/chutkie-deti-kak-razvit-empatiyu-u-rebenka-i-kak-eto-pomozhet-emu-preuspet-v-zhizni-207033.jpg)
Автор книги: Мишель Борба
Жанр: Воспитание детей, Дом и Семья
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава 3. Дети, которые понимают потребности других людей. Умение посмотреть на ситуацию с чужой позиции и поставить себя на место другого человека
В апреле 1968 года Мартин Лютер Кинг – младший был героем месяца у третьеклассников из Райсвилля в Айове. Позже в том же месяце его убили, и школьники хотели узнать почему. Они не знали, что такое расизм, поскольку жили в белом сообществе. Их учительница Джейн Эллиот подумала, что надо наглядно показать детям, что такое дискриминация, а не просто объяснить. К утру она решила провести необычный урок[118]118
J. Elliott discrimination lesson in: William Peters. A Class Divided: Then and Now. – New Haven, CT: Yale University Press, 1971; Peters. A Class Divided. – P. 17.
[Закрыть].
«Сомневаюсь, что можно себе представить, каково это – быть черным ребенком, если никогда не испытывал дискриминацию на себе, – сказала она ученикам. – Хотите попробовать?» Класс согласился.
Учительница разделила детей на две группы по цвету глаз: с голубыми или зелеными и с карими. Потом объявила, что карие глаза лучше, поэтому их обладатели получат привилегии: длинные перемены, ранний обед с возможностью выбирать, с кем сидеть, и право на добавку. Детям с зелеными и голубыми глазами не разрешали пить из фонтанчика, не давали добавку, не пускали на спортивную площадку и не разрешали пользоваться спортивным оборудованием.
Разница проявилась сразу: кареглазые дети выглядели довольными, активными и лучше успевали на уроках. Дети с зелеными и голубыми глазами представляли печальное зрелище: они ссутулились, впали в уныние, а их оценки снизились.
В понедельник детей поменяли ролями. «На самом деле голубоглазые умнее кареглазых», – объявила Эллиот ученикам. Все повторилось, и поведение детей менялось в соответствии с ролью.
Во вторник эксперимент закончился, и учительница попросила детей описать свои впечатления. Поразительно, насколько глубоко их затронул этот опыт: «Мне казалось, что я грязный», «Меня как будто связали», «Мне хотелось плакать», «Меня как будто все бросили». Родители тоже отметили перемены. «Вы не знаете, что случилось с моим сыном? – спросила одна женщина. – Его как подменили. Он стал дружить с младшими детьми»[119]119
Peters. A Class Divided. – P. 51.
[Закрыть]. По наблюдениям Эллиот, задиристый мальчик превратился в чуткого буквально за одну ночь. Да и остальные дети тоже стали отзывчивее[120]120
Peters. A Class Divided. – P. 50.
[Закрыть].
Упражнение оказалось таким успешным, что учительница устроила День дискриминации в других классах, но лишь четырнадцать лет спустя осознала его истинные последствия. Одиннадцать ее выпускников на встрече одноклассников рассказали, как это событие изменило их жизни[121]121
Peters. A Class Divided. – P. 3–4.
[Закрыть]. «Этот день останется с нами навсегда, в наших мыслях, в наших сердцах», – поделился один из них. «Мы шире мыслим, – добавил другой. – От нас дети предрассудкам не научатся»[122]122
Peters. A Class Divided. – P. 120–124.
[Закрыть]. Школьный опыт повлиял даже на подход к воспитанию.
Ученые спорят о достоверности выводов, но последнее слово остается за учениками Эллиот. Почти через сорок лет после первого Дня дискриминации журналист разыскал пятьдесят ее выпускников и опубликовал их воспоминания в журнале Smithsonian: «Все участники так хорошо помнят эксперимент, как будто он был вчера». Вердикт бывших третьеклассников трудно оспорить[123]123
Stephen G. Bloom. Lesson of a Lifetime // Smithsonian. – September 2005. – P. 82–92.
[Закрыть]. «Такой эффект невозможно переоценить». «Нельзя не измениться, пройдя через это». «Когда я вижу, что кого-то принижают, я вспоминаю свои ощущения в день, когда кареглазые стали изгоями». Упражнение не просто запомнилось, а в корне изменило мнение детей. Редкий урок имеет такие последствия.
Смотреть, помогать, действовать: у детей эмпатия пробуждается в активном личном опыте, а не на лекциях и за учебниками. Именно поэтому упражнение Эллиот дало такой эффект и до сих пор остается в сердцах и умах ее выпускников. Чтобы научиться ставить себя на место другого человека, ребенку нужен реальный опыт, который затронет глубокие струны его души и покажет, что думает или чувствует кто-то другой. Мы преследуем благородную цель: помогаем детям вырасти достойными людьми. Джейн Эллиот сказала о бывших учениках то, о чем мечтает любой родитель: «Они выросли такими, какими мне хотелось»[124]124
Peters. A Class Divided. – P. 129.
[Закрыть].
Поставить себя на место другого человека означает понять, что он думает, чувствует, хочет и в чем нуждается. Я называю эту привычку смотреть на мир чужими глазами «вратами к эмпатии». Это основа глубокой, человечной связи с окружающими. Она пригодится во всех сферах жизни: от разрешения споров в песочнице до ведения переговоров с руководством.
Умея понять точку зрения другого, ребенок становится эмпатичнее, учится мирно выходить из конфликтов, не судить, считаться с тем, что все люди разные, заступаться за слабых и помогать, утешать и поддерживать. Согласно исследованиям, такие дети получают эмпатическое преимущество: они лучше адаптируются[125]125
Индуктивное мышление повышает адаптивность ребенка, по данным исследования Нэнси Айзенберг, Ричарда Фейбса и Мартина Хоффмана: Nancy Eisenberg, Richard Fabes, Martin Hoffman. The Compassionate Instinct / cited by Dacher Keltner // The Compassionate Instinct / ed. by Dacher Keltner, Jason Marsh, and Jeremy Adam Smith. – New York: W. W. Norton & Co., 2010. – P. 13–14.
[Закрыть], популярнее среди сверстников[126]126
V. Slaughter, K. Imuta, C. C. Peterson, J. D. Henry. Meta-Analysis of Theory of Mind and Peer Popularity in the Preschool and Early School Years // Child Development 86. – No. 4. – April 2015. – P. 1159–1174.
[Закрыть], у них складываются более здоровые отношения. Они не зациклены на себе, их интересуют чужие судьбы. Это мощная прививка от эгоизма.
Хочу вас обрадовать: этому аспекту эмпатии, как и другим, можно учиться с ранних лет, развивать его в школьном возрасте и даже позже. Согласно недавним исследованиям, умение поставить себя на место другого человека значительно снижает невольные предубеждения и существенно улучшает взаимоотношения с внешне отличающимися людьми[127]127
Цитата по: A. Dixon. Can Empathy Reduce Racism // Greater Good. – July 21, 2011. – http://greatergood.berkeley.edu/article/item/empathy_reduces_racism/; исследование: A. R. Todd, G. V. Bodenhausen, J. A. Richeson, A. D. Galinsky. Perspective Taking Combats Automatic Expressions of Racial Bias // Journal of Personality and Social Psychology 100. – No. 6. – June 2011. – P. 1027–1042.
[Закрыть]. Уровень расизма и буллинга можно снизить, чтобы дети росли в более добром и гуманном мире. Как развивать эту привычку? Сейчас узнаете.
Из исследования ясно, что лучший способ научить ребенка вставать на чужое место – на время «надеть» на него чужую шкуру. Для этого есть не один десяток способов – Джейн Эллиот выбрала особенно запоминающийся. Но есть и другие, подходящие для повседневной жизни.
• Сделай заново. «Джошуа, ты обидел брата своими словами. Скажи то же самое еще раз, но чтобы Тим обрадовался».
• Ролевые игры. «Давайте снова, но теперь представим себе, что чувствует Кевин из-за того, что его не пригласили. Я буду тобой: “Кевин, мы не хотим с тобой играть”. Теперь ты – Кевин, покажи, что он чувствует и думает».
• Замри и подумай. «Стоп, помолчи и посмотри на папино лицо. Что бы ты почувствовала, если бы твоя дочь так разговаривала с тобой? Что надо сказать папе?»
Хитрость в том, чтобы поймать момент, когда ребенок в полной мере сможет осознать масштаб последствий своих поступков для окружающих и в дальнейшем обходиться без подсказок.
Родители и педагоги вынуждены искать компромисс между развитием эмпатии и расстановкой границ, когда дети себя ведут плохо. В разных семьях разный подход к наказаниям, и не мне говорить вам, что правильно, а что – нет. Речь о том, что, велев одному ребенку не бить другого, мы через пять минут сами же его шлепаем. И какой вывод он из этого сделает? А что бы подумали мы сами на его месте?
Американцы часто наказывают детей. В среднем каждые шесть-девять минут подвергается наказанию ребенок от 2 до 10 лет – это приблизительно пятьдесят в день. А в год получается целых 15 000 случаев![128]128
Пятьдесят дисциплинарных воздействий ежедневно или более 15 000 в год. M. L. Hoffman. Empathy and Moral Development: Implications for Caring and Justice. – New York: Cambridge University Press, 2000. – P. 140.
[Закрыть] И сколько из них за то, что ребенок не посчитался с чужими чувствами? Все это – упущенные возможности для развития эмпатии. Ниже перечислены виды наказаний и описано, как они препятствуют развитию эмпатии и способности поставить себя на место другого человека.
Шлепки. Среди американцев 94 % шлепают своих детей до четырехлетнего возраста, и это плохо для эмпатии[129]129
Susan Campbell. Spare the Rod? // Psychology Today. – September 2002.
[Закрыть]. Исследователи Университета Тулейн наблюдали 2500 детей и отметили, что те, кого чаще шлепали в три года, к пяти годам становятся агрессивнее[130]130
C. A. Taylor, J. A. Manganello, S. J. Lee, J. C. Rice. Mothers’ Spanking of 3-Year-Old Children and Subsequent Risk of Children’s Aggressive Behavior // Pediatrics 125. – No. 5. – 2010. – P. e1057–1065. – http://pediatrics.aappublications.org/content/125/5/e1057.full; L. J. Berlin, J. M. Ispa, M. A. Fine, P. S. Malone, J. Brooks-Gunn, C. Brandy-Smith, C. Ayoub, Y. Bai. Correlates and Consequences of Spanking and Verbal Punishment for Low-Income White, African American, and Mexican American Toddlers // Child Development 80. – No. 5. – September-October 2009. – P. 1403–1420.
[Закрыть]. Безусловно, есть и другие факторы (например, кто именно и как наказывает), но трудно спорить с данными исследования: за шестьдесят лет подтверждена связь между шлепками и агрессией, асоциальным поведением, психическими проблемами, задержкой морального развития и сниженной эмпатией[131]131
Elizabeth Thompson Gershoff. Corporal Punishment by Parents and Associated Child Behaviors and Experiences: A Meta-Analytic and Theoretical Review // Psychological Bulletin 128. – No. 4. – 2002. – P. 539–579.
[Закрыть].
Крик. Многие родители осознают, что шлепать детей вредно, но других методов не знают. И когда раздражение накапливается, срываются на крик[132]132
88 % родителей повышают голос на детей: M. A. Straus, C. J. Field. Psychological Aggression by American Parents: National Data on Prevalence, Chronicity, and Severity // Journal of Marriage and Family 65. – November 2003. – P. 795–808.
[Закрыть]. Им хотелось бы обходиться без этого (две трети родителей назвали крик действенным способом пристыдить ребенка)[133]133
Hilary Stout. For Some Parents, Shouting Is the New Spanking // New York Times. – October 21, 2009. – http://www.nytimes.com/2009/10/22/fashion/22yell.html.
[Закрыть]. В отсутствие альтернативы крик стал современным аналогом шлепанья. Само по себе повышение голоса неприятно, но задеть можно еще и словами. Результаты сканирования мозга подтверждают, что «словесные шлепки» с желанием пристыдить, отчитать или высмеять наносят вред нейронным связям ребенка[134]134
Elizabeth Dougherty. Cutting Words May Scar Young Brains: Parental Verbal Abuse of Child Appears to Damage Cerebral Pathways // Harvard Medical School. – February 20, 2009. – http://hms.harvard.edu/news/cutting-words-may-scar-young-brains-2-20-09.
[Закрыть].
Повышение голоса имеет три негативных последствия для эмпатии.
1. Крики портят отношения между родителями и ребенком. Семена эмпатии прорастают из наших отношений с детьми. Согласно исследованиям, у эмпатичных людей более близкие и теплые отношения с родителями.
2. Стыд душит эмпатию. Он переносится болезненнее и менее эффективен для развития эмпатии, чем чувство вины или неловкости. Стыд принижает ребенка, вселяет в него ощущение собственной ничтожности, вызывает стресс и преувеличивает значимость сторонней оценки («Мама думает, что я плохой»). Исследования показывают, что наказания, связанные со стыдом, снижают вероятность появления у детей сочувствия к тем, с кем они поступили плохо[135]135
Nancy Eisenberg. Emotion, Regulation, and Moral Development // Annual Review of Psychology 51. – February 2000. – P. 665–697.
[Закрыть].
3. Крик – отрицательный пример поведения. Здесь все однозначно. Результаты исследований подтверждают: эмпатичные дети берут пример с родителей, глядя, как те ведут себя в кругу семьи и с другими людьми. Такие родители превыше всего ставят доброту и того же ожидают от детей[136]136
S. P. Oliner, P. M. Oliner. The Altruistic Personality: Rescuers of Jews in Nazi Europe. – New York: Free Press, 1988.
[Закрыть].
Лишение. Наказание заключается в изоляции и запрете игр. «Не один десяток лет результаты исследований привязанности демонстрируют, что во время дистресса мы особенно нуждаемся в присутствии и утешении любящих людей»[137]137
Daniel Siegel, Tina Payne Bryson. Time-Outs Are Hurting Your Child // Time. – September 23, 2014. – http://time.com/3404701/discipline-time-out-is-not-good/.
[Закрыть], – утверждает Дэниел Сигел из Школы медицины Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе. Но когда дети теряют контроль над эмоциями, родители запирают их в комнате, чтобы те подумали над своим поведением. Эксперты беспокоятся, что лишение не помогает детям учиться хорошо себя вести и анализировать свои поступки. Более того, судя по данным сканирования мозга, муки отверженности и изоляции воспринимаются детьми почти так же, как физическая боль и насилие.
Награда. «Будешь хорошо себя вести – получишь приз!», «Еще одна хорошая оценка – и ты заслужишь игрушку!». Многие родители соблазняют детей «быть паиньками» за игрушки, конфеты или деньги. Альфи Кон, автор книги «Наказание наградой»[138]138
Кон А. Наказание наградой. Что не так со школьными оценками, системами мотивации, похвалой и прочими взятками. М.: Манн, Иванов и Фербер, 2017.
[Закрыть], цитирует данные более семнадцати исследований и доказывает, что такой метод иногда дает обратный результат, особенно в отношении эмпатии, потому что для детей поводом быть добрыми становится только награда. Более того, они реже «действуют просоциально в отсутствие внешнего вознаграждения»[139]139
Alfie Kohn. The Brighter Side of Human Nature. – New York: Basic Books, 1990. – P. 203.
[Закрыть]. У них нет стимула проявлять доброту, и шанс поставить себя на место другого оказывается упущен.
Я далека от утверждения, что неблаговидное поведение следует спускать с рук. Ребенок должен понимать разницу между «можно» и «нельзя», а родители и педагоги обязаны ее объяснять. Это оставляет нас с вопросом: как останавливать плохое поведение и показывать ребенку, что его поступки имеют последствия для окружающих? К счастью, наука уже нашла ответ.
Что говорит наука: как установить границы«Моему ребенку три года, и он кусается. Как его наказывать?», «Что делать, чтобы дочь прекратила дразнить младшего брата?», «В школе сказали, что наш мальчик задирает всех в автобусе. Как с ним поступить?». По поводу наказаний дают противоречивые советы, поэтому родители не всегда понимают, как быть. Давайте посмотрим, что об этом говорит наука.
Более сорока лет профессор психологии Нью-Йоркского университета Мартин Хоффман изучал детскую эмпатию в контексте наказаний и установки границ. Он выяснил, что эмпатия выше у тех детей, родители которых объясняют им, что чувствуют обиженные ими люди[140]140
M. L. Hoffman. Empathy and Moral Development: Implications for Caring and Justice. – New York: Cambridge University Press, 2000. – P. 143.
[Закрыть]. Хоффман назвал это индукцией[141]141
Индукция – метод объяснения детям последствий поведения для окружающих.
[Закрыть]. Во многих исследованиях подтвердилось, что она не только улучшает поведение, но и учит ставить себя на место другого, протягивать руку помощи и прокачивает «мышцы» эмпатии.
Дети до трех лет интересуются мнением ровесников
Более тридцати лет Каролин Зан-Уэкслер и Мэриан Радке-Ярроу изучали эмпатию и выяснили, что фокусирование внимания на последствиях поведения для других (или индукция) эффективно даже для маленьких детей. В одном блестящем исследовании они привлекли матерей в качестве ассистентов для сбора данных о детях в возрасте от 15 до 29 месяцев. Матери фиксировали реакцию детей на дистресс их сверстников (грусть, боль, дискомфорт, гнев, усталость) и собственную реакцию до, во время и после события. Анализ данных за девять месяцев показал, что у матерей, использовавших индукцию, дети лучше умеют поставить себя на место другого, чем у остальных родительниц, и демонстрируют более просоциальное поведение. Вот один из отчетов об эмпатическом воспитании мальчика по имени Джон 22 месяцев от роду и его дружбе с Джерри.
«Сегодня Джерри ‹…› начал голосить и никак не успокаивался. Джон носил ему разные игрушки, так сказать подбадривал. Он говорил что-то вроде: «Ну-ну, Джерри». Я объясняла ему: «Джерри грустит, плохо себя чувствует, ему сегодня делали укол». Джон смотрел на меня нахмурившись, как будто понял, что Джерри плачет потому, что ему плохо, а не потому, что он плакса. Он опять подошел к нему, погладил по руке, сказал: “Джерри хороший”, – и продолжил носить ему игрушки»[142]142
C. Zahn-Waxler, M. Radke-Yarrow, R. A. King. Child Rearing and Children’s Prosocial Initiations Toward Victims of Distress // Child Development 50. – No. 2. – 1979. – P. 319–330.
[Закрыть].
Как это применимо в жизни? Предположим, вы заметили, что ваш ребенок отнял у друга игрушку и не отдает. Индуктивный метод заключается в том, чтобы ваш ребенок представил себе, как он почувствовал бы себя на месте друга и таким образом осознал последствия своего поступка. Ребенок не только учится ставить себя на чужое место, но и морально развивается. Заберите у него игрушку и спросите: «А что, если у тебя отнимут любимую игрушку? Это справедливо? Почему нет? И что надо сделать?»
Наука предупреждает о подводных камнях: для индукции надо уметь правильно выбрать интонацию. Само по себе предупреждение или разъяснение («Прекрати!», «Ты обидел Джонни») не пробудит отклик альтруизма. Когда матери объясняли, почему ребенок поступил плохо («Посмотри, что ты сделал! Видишь, Келли больно? Никогда не дергай ее за пальцы»), он, как правило, старался утешить обиженного. Дети не хотят причинять вред, и если показать им – ясно, четко и без осуждения, – как их поступки влияют на других, то они примут это близко к сердцу. Это основа индукции.
Родителям на заметку: спокойно объясните ребенку, что он сделал плохо, и обратите его внимание на чувства жертвы. Используйте принцип Златовласки: не будьте излишне строги («Так нельзя. В наказание будешь месяц сидеть дома») или мягкотелы («Ну ладно, бывает»). Скажите как есть («Твой друг из-за тебя плачет. Надо быть добрее к людям. Как теперь все исправить?»). Ребенок должен понимать, чего вы от него ожидаете.
Выражайте разочарование, но не злитесь
Ребенка интересует не только мнение сверстников, но и ваша реакция. Эмоциональный отклик родителя на поведение имеет значение, и с возрастом ребенка он только растет (а не уменьшается).
В другом исследовании анализировали реакцию родителей на поведение детей от 11 до 13 лет и оценивали ее влияние на эмпатию и образ действий. Матерей опрашивали, как они отреагировали бы на определенные поступки[143]143
Julia Krevans, John C. Gibbs. Parents’ Use of Inductive Discipline: Relations to Children’s Empathy and Prosocial Behavior // Child Development 67. – No. 6. – December 1996. – P. 3263–3277.
[Закрыть], а у детей интересовались, какой реакции они ждут от мамы. В конце измеряли эмпатию детей по пяти тестам. Результат: дети, чьи родители использовали индукцию – объясняли последствия поведения для окружающих, – продемонстрировали более высокий уровень эмпатии, умения поставить себя на место другого и просоциального поведения, чем дети, которых лишали привилегий или наказывали физически. Страх разочаровать родителей одновременно предотвращает плохое поведение и стимулирует эмпатию.
Родителям на заметку: не бойтесь сказать ребенку, что разочарованы его поступком. Исследования доказывают, что это оптимальная реакция. Только осуждать надо поступок, а не ребенка («Чтобы я таких слов больше не слышала. Их говорят только плохие мальчики, а ты не такой!», «В этом доме все должны быть добры друг к другу. Я разочарована твоим поведением!»). Говоря о разочаровании, вы подчеркиваете семейные ценности и транслируете свои ожидания по отношению к ребенку.
Подросткам тоже не все равно
Стоит сообщать о последствиях поведения и подросткам. Это подтверждает исследование, в котором участвовали ученики пятого, восьмого и десятого классов и их матери. Школьники отвечали на вопросы анкеты о типичной реакции своих матерей на негативное поведение и комментировали, считают ли ее справедливой и соразмерной.
Исследователи оценивали и уровень моральной самооценки. Затем матерей опрашивали о мерах воздействия и частоте их применения. Результаты показали: у матерей, которые использовали индукцию и выражали разочарование равнодушием детей, те росли с более выраженной моральной идентичностью и умели поставить себя на место другого[144]144
R. B. Patrick, J. C. Gibbs. Inductive Discipline, Parental Expression of Disappointed Expectations, and Moral Identity in Adolescence // Journal of Youth and Adolescence 41. – No. 8. – August 2012. – P. 973–983.
[Закрыть]. За серьезные проступки, такие как магазинная кража, матери наказывали и подчеркивали последствия таких действий.
Мать: Так, Джордан, давай подумаем о владельце видеомагазина. Как он себя должен чувствовать после того, как его обворовали?
Джордан: Ну, он расстроен или типа того.
Мать: А почему?
Джордан: Потому что кто-то взял то, что принадлежит ему.
Мать: Да, но кто заплатит за украденное?
Джордан: Не знаю… продавец?
Мать: Да. Каково тебе было бы платить за то, что взял кто-то другой?
Джордан: Я бы взбесился.
Мать: Думаешь, это справедливо, если бы тебе пришлось платить из своих денег?
Джордан: Нет. Прости меня. Я все верну.
Родителям на заметку: всегда говорите о последствиях, используйте индукцию. Ребенок впитывает ценности и формирует моральную идентичность, взрослея и разрешая более сложные вопросы. Выражайте разочарование любым проявлением черствости и указывайте, как поступок ребенка задел чувства жертвы, чтобы он учился ставить себя на место другого человека.
Как научить ребенка смотреть на вещи чужими глазамиИндукция эффективна, но как ее применять родителям? Ниже описаны четыре этапа метода.
Этап 1: привлеките внимание к негативным аспектам
Здесь две части: сначала укажите, что именно ребенок сделал неправильно, а потом объясните, почему это так. Многие родители пропускают этот этап и сразу переходят к нравоучениям или наказаниям, что Мартин Хоффман называет «злоупотреблением властью». Понятно, что вы расстроены, подавлены или озадачены поступком ребенка, но если вы не объясните ему, в чем он неправ, то он не научится ставить себя на место другого и не разовьет эмпатию. Дети должны понимать, как влияют их поступки на окружающих. Как только ребенок проявил черствость, сразу обратите на это его внимание. Наедине обсудите, почему так делать не надо и почему вы этого не одобряете. Вот примеры высказываний.
• Кричать, что Джеб ничего не умеет, грубо.
• Некрасиво было говорить Берту, чтобы он ушел и дал тебе поиграть с Салли.
• Невежливо писать сообщение, когда дедушка с тобой разговаривает.
Этап 2: оцените влияние поступка на окружающих
Умение ставить себя на место другого человека не приходит само по себе, и ребенок не всегда сам понимает, как его поступки влияют на окружающих. Нэнси Айзенберг, автор книги The Caring Child («Заботливый ребенок»), утверждает: лучшие методы развития эмпатии основаны на том, что ребенку разъясняют последствия его поступка для другого человека («Смотри, она плачет из-за того, что ты… (сделала то-то и то-то)») и его чувств («Ему плохо»)[145]145
Nancy Eisenberg. The Caring Child. – Cambridge, MA: Harvard University Press, 1992. – P. 96.
[Закрыть].
Ребенок, даже маленький, начинает понимать, что у жертвы ситуации тоже есть мысли, чувства и потребности. Надо помочь ему ощутить ее боль. Для начала спросите ребенка, что он почувствует, подумает и чего захочет, если с ним поступят так же. Посмотрев на ситуацию с точки зрения жертвы, он в будущем начнет задумываться о чужих мыслях, чувствах и потребностях.
• Маленькие дети. Предположим, ваш малыш схватил чужую игрушку. Спросите его: «А если Тим возьмет твою игрушку? Покажи, какое у тебя будет лицо. По-твоему, как Тим себя чувствует?»
• Дети постарше. «Представь, что ты – Сара и это сообщение про тебя. Каково тебе будет? Что ты скажешь тому, кто его написал? Что, по-твоему, думает Сара?»
Этап 3: объясните, как исправить положение
Чтобы научиться ставить себя на место другого человека, ребенок должен понять, что именно он сделал не так. Как только он это осознает («Ему из-за меня плохо (грустно, стыдно, страшно), и я знаю, что он чувствует»), у него проснется неловкость, чувство вины. Извинения облегчат эти чувства. Но они должны быть искренними (не из-под палки), в соответствии с возрастом и соразмерными проступку. Вот пример диалога отца с сыном, дразнившим своего друга Марка.
Отец: Как Марк себя теперь чувствует?
Сын: Ему грустно, мне тоже было бы грустно.
Отец: Как ты докажешь ему, что тебе жаль?
Сын: Я приглашу его к нам.
Отец: Да, но из этого непонятно, сожалеешь ты или нет.
Сын: Я позвоню и извинюсь.
Отец: Это будет нелегко, но так и надо сделать.
Этап 4: выразите разочарование и проговорите свои ожидания
Последний этап – сказать о своих чувствах по поводу поступка ребенка и выразить разочарование. Не переживайте: согласно научным данным, это очень эффективный способ донести до ребенка свое мнение[146]146
Nancy Eisenberg. Emotion, Regulation, and Moral Development // Annual Review of Psychology 51. – 2000. – P. 665–697.
[Закрыть]. Так вы даете ему понять, что он может стать лучше. Кроме того, высказанное разочарование «подталкивает ребенка поставить планку, относительно которой он сможет судить о своих поступках, уровне эмпатии и моральной идентичности, что создает предпосылки для развития достойной личности»[147]147
Adam Grant. Raising a Moral Child // New York Times. – April 11, 2014. – http://www.nytimes.com/column/adam-grant/.
[Закрыть] – так поясняет Адам Грант в книге «Брать или отдавать?»[148]148
Грант А. Брать или отдавать? Новый взгляд на психологию отношений. М.: Манн, Иванов и Фербер, 2013.
[Закрыть]. В этапе две части: сначала выразите разочарование поступком (не ребенком!), а потом скажите, чего ожидаете, и уверьте его, что он может стать лучше.
• «Мне не нравится, что ты за глаза плохо отзываешься о друзьях. Ты хороший человек, и я надеюсь, в дальнейшем ты будешь считаться с чувствами других».
• «Это неуважительный тон, и меня он расстраивает. Следует говорить с людьми уважительно. Ты ведь умеешь хорошо себя вести».
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?