Читать книгу "Нет запрета. Только одно лето"

Я встала на носочки и приблизилась к его губам, он отстранился.

– Не играй со мной, Кимберли, иначе придется рассказать Марлен, что ты вытворяешь.

– Ничего я не вытворяю.

– Считаешь себя самой умной? Не боишься, что эти игры приведут к тому, к чему ты на самом деле не готова?

Ну нет. Конечно, это был обычный мухлеж, тем более после того, как он шарахнулся, когда я потянулась за поцелуем. Манипуляции, чтобы я соскочила.

– Мне стоит снова застонать?

Карие глаза блестели. Я с вызовом вскинула голову и прошлась взглядом по взлохмаченным темным прядям.

– Раздвинь ноги.

Мужской голос стал хриплым. Он испытывал, проверял.

Я пыталась не мешкать, но и не быть слишком резкой, чтобы унять быстро бьющееся от волнения сердце. В этой игре должна была выиграть я, а он признать влечение к американкам, ко мне.

Разведя колени, я выпрямилась. Раймонд встал впритык и спустил с меня шорты вместе с нижним бельем, но его взгляд сконцентрировался на моих глазах и даже не собирался спускаться ниже. Он поместил мою свободную руку между нами. Пальцы коснулись половых губ, и я вздрогнула, неуверенно рассматривая красивое лицо. Надеюсь, взгляд не выдавал моей неуверенности.

– Мастурбируй.

– Что? – я растерялась еще больше.

– Я не буду тебя трогать, Кимберли. Моей ты не станешь, как бы того не захотела и не просила. Это ничего не значит и не будет значить. Мастурбируй.

Я так растерялась, что вообще ничего не поняла.

Мастурбировать на него? При нем же? Высшая степень эгоизма!

Раймонд с особенной ловкостью освободил мою приклеенную руку, я взвизгнула от неожиданности и легкого пощипывания, но взяла себя в руки.

– Можешь идти, если не решаешься. Мне и так все понятно.

Он сделал шаг назад, но я притянула его обратно и начала… Под его пристальным взглядом, от которого опустила глаза. Волна возбуждения постепенно поднималась. Внутри мне было неловко так, что я покраснела. Раймонд приподнял лицо за подбородок, осмотрел румянец и облизнул свои губы.

– Смотри на меня, – прошептал он и провел пальцем по моим губам. – Ускорься. Скажи, о чем думаешь?

– Я… Мне неловко.

– Мы никому об этом не расскажем. Признаться, я впечатлен твоей решимостью, но думал, что с той вечеринки ты вернешься не голодная. – Он обхватил мою руку внизу и начал направлять, от чего я спустила первый искренний стон. – Да, неплохо.

– Вы наконец-то не отрицаете, что думаете обо мне. Прогресс.

Он усмехнулся.

Впервые за все время! Клянусь, я бы и не подумала, что он может показаться таким красивым при обычной эмоции.

– Ты так хочешь, чтобы о тебе думали?

– Возможно.

Раймонд согнул несколько моих пальцев и медленно ввел указательный внутрь. Я опрокинула голову и прикрыла глаза. Он спросил:

– Зачем?

– Может, просто хочу провести лето не так правильно, как привыкла… – Он добавил к указательному пальцу средний и снова проник внутрь.

– Тебе следует найти кого-нибудь для своего неправильного лета. Только пусть это будет не кто-то из моих кузенов. Будь умнее, Кимберли.

– Кимми, – выдавила я. – Найду.

– У-умница. Видимо, только через такие методы ты становишься податливой. Не все потеряно. Открой глаза, Кимми, смотри на меня. Да-а-а, вот так. Не торопись заканчивать, рано.

Я почувствовала, как его пальцы едва коснулись клитора, но он быстро себя одернул, придерживаясь заявленной позиции. Разгоряченная, словно полностью обнаженная перед ним, поймала себя на мысли, что хочу большего. Чтобы он взял меня. Это бы ничего не значило, ну и пусть. Никто бы в этой семье не осудил. Они ведь сами нормально относятся к интрижкам.

– Ты представляешь кого-то? – неожиданно спросил он, и я решила схитрить.

– Это разве запрещено, Мистер Ротштейн? Я просто представляю, что ко мне прикасаются, а не я сама себя ласкаю. Так намного приятнее.

– Не провоцируй. Мы обойдемся без этого.

– Вы, вероятно, да, а вот я… Давайте придумаем моему герою имя? Американское.

– Паршивка.

Я увеличила темп. Раймонд немного отстранился, наблюдая за моими движениями сверху. Конечно, ему нравилось происходящее. В привычном угрюмом лице уже не было высокомерия, а я на пике удовольствия даже немного забыла, какой он на самом деле человек.

– Вам нравится имя Джереми? – простонала я. – Думаю, в моем неправильном лете в приоритете у парня будет это имя.

– Мое тебе не по нраву, олененок?

Раймонд остановил мою руку, заглянул в глаза.

– Не смотрите так. Надеюсь, вы понимаете, что это ничего не значит? – тут же передразнила я, но простонала, ведь моя рука под его руководством начала поглаживать чувствительное место и постепенно ускорялась.

Под гнетом его глаз и движений ноги затряслись. Я обмякла, осмотрительно положив руку на крепкое плечо. Дыхание сбилось, стало рваным. Сухость во рту напомнила о выпитом алкоголе. Выпрямившись, я снова встретилась с янтарными глазами самого мерзкого человека в этом доме, поэтому гордо вскинула голову, когда он подтянул мои шорты. Изнеможенная рука оказалась возле его рта. Смотря прямо на меня с вызовом, мужчина поднес мои пальцы к губам и облизнул их. Медленно. Демонстративно.

Тянуть момент было бы глупо.

Эйфория прошла, сменившись на легкий стыд, поэтому я отошла в сторону и сказала:

– Сделайте одолжение, Мистер Ротштейн, никому не рассказывайте о случившемся. О, и сами не лежите без сна, думая обо мне, хорошо? Сделаем вид, что ничего подобного никогда не было.

Мужчина едва закатил глаза. Я знала, что он никому ничего не расскажет, а мой монолог был всего лишь предлогом на последнее слово. По существу, между нами и так ничего не было.

Выглянув в коридор, я услышала:

– Подожди… Что с дверью ванной?

– Вы же не думали, что я собираюсь просто подшутить над вами, приклеив к дверной ручке? Вам следует подыскать себе другую ванную комнату.

Он удивленно вскинул брови, явно не ожидая подобного действия, и я ушла, стараясь не прокручивать странное событие случившегося.

Я проснулась вечером, когда телефон настойчиво зазвонил где-то под подушками. Игнорируя головную боль, пришлось приподняться и увидеть несколько сообщений от Тайлера и пропущенный звонок с неизвестного номера. Это оказалась Софи.

– Привет, – прохрипела я, снова рухнув на подушки и протирая глаза.

– Ну где ты? Мы же договорились встретиться у холма в семь! Забыла?

Я не помнила. Не помнила даже то, как мы обменялись номерами, но лучше бы мне не помнить продолжение вечера. Оно почему-то не забылось!

– Дашь пару минут, ладно? Нужно немного оклематься.

– Поторопись! – прокричала Эмма, после чего раздались длинные гудки.

Приведя себя в порядок, я оделась и спустилась вниз, пытаясь убрать волосы в пучок. Небрежность подходила под внутреннее состояние, но перед членами семьи Ротштейн я предстала улыбающейся и жизнерадостной. Оливер и Ян играли в мяч в бассейне, пока Марлен и племянник о чем-то мило разговаривали. Я сразу приняла решение – не смотреть на соседа и вести себя как обычно.

– Привет, – неловко улыбнулась я, помахав парням и поцеловав женщину в щеку.

– Кто-то вчера неплохо провел время, раз проспал до самого вечера. – Марлен отодвинула стул, с интересом наблюдая, как я присаживаюсь. – Покушай и рассказывай. Я с утра жду, когда ты проснешься и расскажешь что-нибудь интересное из вчерашнего вечера.

– Вообще-то мне нужно идти. Я договорилась о встрече.

– Встрече? И с кем это?

Я видела боковым зрением взгляд мужчины, но зареклась в ответ не смотреть, поэтому встала к нему спиной и демонстративно наклонилась к Марлен, чтобы снова чмокнуть ту в щеку.

– Расскажу, когда вернусь.

– Ты могла бы надеть что-нибудь из новых вещей!

– Мне сложно привыкнуть к брендам, а эти вещи мои любимые, хоть и куплены почти два года назад. Футболка – полный восторг.

– Эй, Кимми, подай мяч! – Ян подозвал к себе, а я, наивная, подошла и присела, моментально приняв волну брызгов. Парни загоготали под осуждающие комментарии Марлен.

Я выпрямилась и потянулась к столу, схватив гроздь винограда и устроив небольшой обстрел. Они визжали точно девчонки, но ни одна виноградина не угодила в цель. Последнюю Ян и вовсе поймал ртом, довольно вскидывая руки вверх.

– В яблочко!

– Как скажешь.

Схватив яблоко, замахнулась, но те испуганно прижались к бортику и что-то залепетали. То-то же!

Я со всей силы пнула по мячу, который улетел на несколько миль, довольно откусила кусочек от яблока и демонстративно поклонилась недовольным парням.

– Умница, Кимми, – с гордостью произнесла Марлен. – Будут знать, как дурачиться.

Время поджимало.

Попрощавшись, я как можно быстрее побежала к девчонкам.

Марлен:

Забавно наблюдать, как самый младший ребенок, а к тому же девочка, ставит на место парней. Оливер и Ян с детства имели привычку дразнить Кимми, поэтому в моих глазах они всегда оставались беззаботными детьми. Наблюдая за очередными шалостями, в глаза бросился странный взгляд сына. Восхищенный, нежный и пронзительный. Такое можно заметить только со стороны. Уловить на секунду и понять значение. Ранее на Кимми он так не смотрел, и, конечно, я все поняла.

Немного понаблюдав за Яном, медленно повернулась к племяннику и уловила еще один подобный взгляд, более сдержанный и мимолетный, так как Рай в эту же секунду взглянул на меня и вопросительно кивнул. Тогда-то я и поняла, что серьезного разговора с Ротштейнами не избежать. Со старшим через младшего. Не прямо, извилисто.

Кимми ушла под пристальным нескрываемым вниманием Яна. Раймонд же поднял глаза только тогда, когда девочка оказалась в пределах видимости бокового зрения. Немного удивляло, что Рай думал об этом. После печального опыта с американской девушкой несколько лет назад такого любопытного взгляда я еще не замечала, но то и другое нужно было обозначить. С кем угодно, но не с моей малышки Кимми.

Удачно Оливер решил сходить за мячом, поэтому я подозвала сына ближе, наблюдая, как тот беззаботно усаживается в кресло и набирает из пиалы виноград.

– У Кимми все в порядке? – полюбопытствовала я, разливая сок по стаканам.

– Да. А что не так?

– Она кажется немного задумчивой. Новая обстановка, люди… Я думаю насчет того, чтобы пригласить ее парня в гости. Сюрпризом.

Ян усмехнулся. Пришлось с улыбкой сощурить глаза.

– Они расстались, мам.

– Расстались? С Тайлером?

– А был еще кто-то?

– Не ерничай, – предупредила я. – Что произошло? Когда они успели?

– Она и местные девчонки обсуждали это всю ночь. Видимо, вчера и расстались. Мам, этот Тайлер – козел. Они были вместе с пятнадцати лет, других парней она и не видела, а Оливер постоянно промывал Тайлеру мозг, так как тот ревновал ее чуть ли не к каждому столбу. Кимми достойна лучшего, поэтому даже не думай приглашать его сюда.

– Тогда я просто напомню о том, что Кимми должна хорошо провести это лето перед учебным годом.

– Так и будет.

– Без каких-либо приключений, связанных с нашей фамилией.

Ян замер, а я продолжила:

– Девочка невероятно открытая, несмотря на все, через что ей пришлось пройти. Какой бы красивая она не была в моменте, помни, вы росли вместе. Она тебе как сестра, которую нужно оберегать. Я запрещаю какие-либо продуктивные действия в ее сторону.

– Мам, да ты о чем вообще? – наигранно засмеялся сын. – Кимми для меня навсегда останется жизнерадостной девочкой, которая постоянно стукачила на нас с Оли. Этого не изменить.

Я довольно кивнула, сделав вид, что поверила.

Пока приходилось обходиться предупреждением, чтобы никто из них даже не помышлял о ней как о любовнице.

Переведя взгляд на Рая, я улыбнулась. С ним дела обстояли сложнее. Хитрый, расчетливый. Племянник умел держать марку и даже под дулом пистолета не выдал бы ни одной истинной реакции. От его взгляда я даже могла бы предположить, что ошиблась. Он сразу что-то почувствовал.

– Не пойми неправильно, Марлен, – заговорил он, – но через неделю сюда приедет моя девушка. Ты точно скажешь, что я подам Кимберли дурной пример, поэтому, если ты все же против, ее проживание здесь можно отменить.

Какой же жук.

Вызов в глазах расценивался едким. Он знал, что я против подобного при Кимми, и заметил подозрения как к Яну, так и к себе. Моя наглая порода. Еще и в этой ситуации.

– Кимми уже знает о любовницах. Первое время будет шарахаться, зная о твоей невесте и видя девушку, а потом свыкнется. Я переселю вас в другую комнату, и дело ваше.

– Комната останется за мной, Марлен. Мне там комфортно.

– Тогда Кимми заедет в другую.

– Меня это уже не касается.

– Отлично.

Он быстро улыбнулся, а я решила обезопасить свою девочку от нрава Ротштейн, хотя до последнего считала, что она и Никлас смогут поладить.

Кимми:

Я и девочки решили пойти на пляж, чтобы искупаться и встретить закат. Мне было так хорошо, что я растянулась на лежаке и перестала о чем-либо думать, наслаждаясь шумом океана и постепенно уходящим теплом.

– Сначала он просто названивал, а потом завалил телефон сообщениями, – сообщила я, когда мы с Софи остались вдвоем. – Взгляни.

Передав телефон, я уставилась на серферов и молчала, пока девушка читала многочисленные сообщения.

– Вот же сукин сын!

– Ага, после ласковых речей с призывом поговорить перешел на оскорбления и угрозы. Меня еще никогда не называли шлюхой, но, на удивление, мне как-то все равно… Это нормально?

– Я считаю, что после таких сообщений ты наконец-то увидела его истинное лицо. Заблокируй, и дело с концом. Я бы даже читать не стала.

Задумчиво надув губы, я откинула телефон в сторону и прикрыла глаза.

Меня раздражало лишь то, что раньше я никак не замечала в Тайлере подобной агрессии. Была слепа и верила, что та ревность – проявление любви. А по факту я никогда ее не видела.

Чувствовать себя свободной гораздо проще, чем ломать голову по пустякам. Это лето должно было стать не просто особенным. Я хотела сделать его переломным для своих принципов и правил, которых раньше придерживалась, поэтому решила наплевать на какую-либо мораль и просто испытать что-то новое. Родители бы осудили такую жизнь, но с другой стороны, я оставалась одна и была вправе делать то, что хотела.

Мы немного прогулялись и разошлись по домам, договорившись иногда проводить время вместе.

Моя единственная подруга несколько лет назад переехала в другой штат, а еще позже мы перестали общаться. Из знакомых девушек в школе я общалась хорошо со всеми, но дружбы между нами не случалось. Одиночество было зоной комфорта, но не потому, что я избегала общения со сверстниками, а просто любила тишину и свои мысли. Софи и Эмма смогли переубедить меня, хотя даже об этом не знают, что иной раз нам необходимо находить своих людей и просто наслаждаться их компанией. Тогда я только к этому привыкала.

По приходу домой в гостиной меня встретила Марлен. Мы поговорили о вчерашнем вечере, а затем она обескуражила меня новостью о том, что в курсе нашего с Тайлером расставания. Я пыталась всем видом показать, что подростковая любовь переоценена, но, видимо, ей не хватало драматизма. Пришлось минут пятнадцать слушать о ее первой любви и расставании.

– Марлен, правда, со мной все хорошо. Тайлер сам добился этого исхода, когда игнорил и не писал. Я больше страдала по его молчанию, чем по нашему расставанию. Но сейчас я готова к новым знакомствам и на этот раз не допущу очередного красного флага.

– Моя девочка. – Она обняла меня за плечи и поцеловала в макушку. – Ты достойна только самого лучшего. В конце концов, у меня много подруг, у которых есть сыновья.

– Оу, парни из высшего общества не для меня.

– Не говори глупости! Ты ни с кем толком не общалась.

Толком… Стоит вспомнить Никласа и его старшего брата, о котором я пытаюсь не думать с тех пор, как проснулась.

– Я, пожалуй, пойду спать. Слишком устала за такой короткий день.

Не успела я ступить шага, как женщина встала на пути.

– Совсем забыла… Теперь у тебя новая комната.

– Новая?

– Да, я решила, что тебе будет комфортно находиться поближе ко мне, нежели делить ванную с Раймондом. Теперь у тебя своя ванная комната! Вид из окна, конечно, не такой впечатляющий, но если выйти на балкон, можно увидеть кусок сада.

Понятно.

Кто бы сомневался, что после случившегося Раймонд не выкинет что-то подобное, чтобы держаться от меня подальше. Вообще я считаю, что он мог переехать в другую комнату, чтобы хотя бы немного быть джентльменом. Но нет. Куда легче спровадить меня.

– Ладно, только я заберу свои вещи.

– Основное уже перенесли, но в тумбочки не совались.

– Спасибо.

Узнав, где находится новая комната, я заглянула в старую, чтобы забрать ноутбук и зарядки. Копошась в ящиках, пыталась не смотреть на дверь ванной комнаты. Вероятно, он только и ждал, что я заявлюсь с концертом, но вместо этого я решила просто принять ситуацию и привыкнуть к новому месту моего обитания.

3: Перемена привычного.

Кимми:

Первая неделя лета пролетела достаточно быстро. Несколько дней назад со мной связался классный руководитель и сказал, что есть возможность наверстать упущенную программу, не оставаясь на второй год. Конечно, я сразу ухватилась за эту идею.

– Летние занятия и экзамены в конце каникул позволят не торчать в старшей школе еще год, – поясняла я для Марлен, шагая за ней по пятам, пока она готовила синабон в присутствии всех обитателей дома, собравшихся в гостиной. – Я уеду, распрощаюсь с долгами и через месяц или два вернусь.

– Так все просто у тебя, Кимми, – подразнил брат, пока они с Яном играли в приставку. – Хочешь угнаться сразу за двумя зайцами? Только вот за последний месяц лета ты толком не отдохнешь.

– И я думаю точно так же, дорогая, – сообщила Марлен. – Лето пройдет мимо, а гарантии, что ты успеешь наверстать пропущенный материал, мало. Там же не пара тем. Легче отдохнуть и взяться за знания в новом учебном году вместе с остальными.

– Но я много учила! Если бы не принципиальность директора, я бы сдала экзамены экстерном и сразу пошла в университет.

– Я против такого длительного отъезда. Мне хочется, чтобы ты побыла рядом и просто отдохнула.

Я с раздражением плюхнулась на диван, проигнорировав рядом Раймонда, печатающего что-то в ноутбуке. Он покосился, но не отодвинулся.

– А преподаватель не хочет заняться тобой в онлайне? – спросил Ян, отвлекаясь от игры.

– Моя школа с церковным уклоном, и все преподаватели настаивают на живом общении. Для них это не век технологий, а век великой деградации. Они считают, что гаджеты мешают концентрации.

Оливер заулыбался.

– Я так рад, что выпустился!

– Отстой, – чуть слышно произнесла я и уронила голову на спинку дивана, пялясь в потолок.

Целый год по ту сторону лета. Как они не понимали, что в этом случае приоритет был исключительно у учебы? Я могла поступить в университет в этом году, а не чувствовать себя отстающей сиротой.

Поднявшись, я перешагнула через руку Оливера и пошла в сад, чтобы немного подышать, а затем незаметно проскользнула в комнату.

Утром следующего дня со мной связался директор и сам предложил наверстать отставания в онлайне. САМ. Я была так счастлива, что немедленно ринулась в город за необходимой канцелярией, а все следующие дни без перерыва занималась с репетитором. Учеба никогда не давалась с трудом. Я любила саморазвитие. Хотела развиваться в школе и любила научные статьи на различные темы. С их помощью удавалось расслабляться и мысленно отдохнуть.

Спросив у Марлен разрешения пригласить в гости Эмму и Софи, я поблагодарила ее за заботливую суету. Домашние посиделки с девочками пришлись крестной по вкусу, поэтому она организовала для нас закуски и шампанское у бассейна, предварительно прогнав Яна и Оливера из дома, чтобы те не крутились под ногами. Мы разместились на лежаках, наслаждаясь солнцем и приглашенной музыкой.

– Итак, Кимми. – Эмма лукаво сощурилась. – Что там с поисками потенциальных мужчин на лето? Подыскала красавчиков?

– Оу, я… Нет.

– Только не говори, что ты убиваешься по бывшему!

– Конечно нет! Я его заблокировала, но он бесконечно написывает с фейковых аккаунтов. Сейчас планы касаемо парней немного поменялись. Я пытаюсь наверстать школьную программу, чтобы поступить в университет в этом году.

– Так тем более тебе необходимо избавляться от нагрузки за день с помощью хорошего оргазма. Воздержание чертовски вредно!

– Я не воздерживаюсь. Не могу же я таскать в чужой дом кого попало ради секса. Если мне кто-нибудь понравится, ты узнаешь об этом первая, Эмма. Обещаю.

Софи устало взглянула на сестру, немного с упреком. Я заметила, что у нас закончилось шампанское, а значит, появился хороший повод наконец-то сменить тему.

Достав из холодильника бутылку, я обернулась и увидела в гостиной незнакомку. Короткие светло-русые волосы, выглаженный классический комбинезон черного цвета и туфли-лодочки. Она вполне могла быть каким-нибудь партнером по бизнесу Ротштейн, однако чемодан у ее ног сбивал с толку.

– Добрый день, – выдавала я и сама не заметила, как обняла бутылку, делая неуверенный шаг в ее сторону. – Вы кого-то ждете?..

– Здравствуйте, да.

Она улыбнулась и прошлась по мне взглядом. На вид девушка совсем не намного старше меня, а, может, и вовсе ровесница?..

– Я могу вам помочь? Вы к Марлен?..

– Не совсем. Я жду Раймонда.

– Раймонда?

Скрыть удивления и интереса не вышло. Я шагнула ближе.

– А вы ему кто?

– Я его подруга.

Потупившись, я немного растерялась.

Какая подруга? Подруга – подруга? Или девушка?

– Девушка Раймонда?

Она точно посчитала меня за слабоумную, иначе как нормально понять такую дерганую реакцию с раздельночленными словами?

– Аманда Браун, – с теплотой произнесла она и протянула худую ручку. Я с трудом сдержалась, чтобы опять не переспросить.

– Кимми Хилл.

Сжав тонкие пальчики, приходилось держать себя в руках, хотя найти кого-то более странного, чем я, в этом доме было бы сложно. Даже Оливер с его глуповатым выражением лица при виде моделей по телику выглядел гораздо сообразительней, чем я в ту минуту.

– Аманда… – Низкий голос Раймонда вывел из оцепенения. – Смотрю, ты уже успела повстречать нашего домашнего олененка?

Я совершенно случайно посмотрела ему в глаза, чего не делала на протяжении нескольких дней после той ночи. В эту же секунду поспешила отвернуться. Игнорировать «проблему» оказалось очень занимательно, я даже иной раз забывала, что среди нас живет черт.

– Было приятно познакомиться, Аманда, – улыбнулась я и поспешила уйти, ощущая испепеляющий взгляд мужчины.

Подруга, чемодан…

Она точно была не подруга – подруга. Любовница! Но она совсем не выглядит как любовница.

– Эй, ты чего?

Софи обеспокоенно коснулась спины, а я протараторила:

– Я, кажется, только что разговаривала с любовницей.

Сестры переглянулись.

– С чьей? – скривилась Эмма. – Яна?

– Что? Нет! Раймонда. Но… Она не похожа на любовницу. Ни внешне, ни разговором… Я, наверно, не так все поняла. Она точно подруга – подруга.

– А ты много любовниц видела? Как-то ты слишком взволнована этой встрече. Знакома с ней?

– Нет, я просто… Не думала, что у него хватит наглости пригласить в дом любовницу, понимаете? Я видела его невесту. Высокая, ноги от ушей, чистокровная немка с красивым и стервозным лицом, а эта девушка… Она совсем не такая. Обычно таким изменяют с такой, как та немка, понимаете, о чем я?

– Ты очень впечатлительная, Кимми, – подытожила Софи. – Давайте-ка о чем-нибудь другом.

Но перестать думать об Аманде уже не получалось.

С появлением у бассейна Марлен я наблюдала, как подружки общаются с хозяйкой дома с легкостью и беззаботностью. У них было достаточно тем для разговоров, учитывая, что все трое воспитывались в семьях с хорошим достатком и высоким положением, я же половину разговоров просто не понимала. Что-то о школах светских дам и книжном клубе. Манеры, уйма занятий с детства, знатные семьи… Было сложно понять, как такое элитное общество спокойно относилось к изменам.

– А у меня есть небольшой сюрприз, – улыбнулась Марлен, наклоняясь в мою сторону. – Завтра я организую небольшую посиделку, на которую придут мои подруги и их одинокие сыновья.

– Марлен…

– Ничего не хочу слышать. Девочки, вы тоже приходите. Составите Кимми компанию, познакомитесь, поболтаете.

Софи улыбнулась:

– Мы бы с удовольствием, но завтра отец везет нас на баскетбольный матч. Такие игры мы не пропускаем.

– Но я вас полностью поддерживаю, Мисс Ротштейн. Кимми будут на пользу новые знакомства. Тем более с перспективными парнями.

Эмма кокетливо подмигнула.

– Завтра я приложу все усилия, чтобы взгляды были сфокусированы только на виновнице торжества. Будем считать, это ее посвящение.

Посвящение.

В тот момент я точно осознала, что проживаю не свою жизнь и не свои желания. Мое уважение к Марлен было велико, безгранично. Все видели, как трепетно и нежно та ко мне относится, как любит и заботится, стараясь сделать все возможное, лишь бы доставить мне радость после гибели родителей. Но эта жизнь со светскими раутами, дорогими нарядами и элитными развлечениями были не для меня. Я не видела в этом посвящения. Обычные смотрины, где показывают потенциальную невестку и невесту. Не больше. Немного унизительно для той, что была далека от элитного общества.

С этими мыслями наша посиделка подошла к концу. Оливер и Ян вернулись как раз к ужину, который я хотела прогулять, чтобы выдохнуть, но Марлен настояла, чтобы я поела.

Усаживаясь за стол, пришлось на несколько секунд замереть при виде нашей новой гостьи. Аманда переоделась в мешковатую черную футболку и шорты, собрала волосы в хвост. Поздоровавшись со всеми, девушка с нежностью и благодарностью погладила плечо Раймонда, когда тот отодвинул для нее стул и сел рядом. Никто из присутствующих даже глазом не повел, даже Оливер! Никаких осуждающих или косых взглядов. Ничего. Марлен как ни в чем не бывало начала самый обычный диалог, я же думала, что схожу с ума. Абсурд. Комедия, которую даже не придумаешь.

С огромным трудом я взяла себя в руки, чтобы не пялиться, поэтому чуть ли не уткнулась в тарелку. Но стоило Аманде ответить на какой-то вопрос женщины, я сразу подняла глаза и начала что-то оживленно делать, а именно положила ложку сахара в чай и начала мешать. Мешать и мешать, наблюдая и слушая гостью. Ян одним движением остановил мою руку и убрал ее от ложки. Я поспешила наклониться к нему и схватила эклер с кремом, чтобы делать вид, что ем. Откусила и протараторила:

– Видно, что нервничаю? Я из последних сил сдерживаюсь, чтобы не начать задавать вопросы. Заметно?

– Сама знаешь.

– Почему она здесь?

– Кимми, не сейчас. Это невежливо.

Невежливо.

Быстро слизнув крем с губы, я перевела взгляд обратно на девушку.

Как она согласилась быть любовницей? Как Раймонд со своим характером, поведением и открытым пренебрежением смог уговорить эту милашку на что-то подобное? Это может быть не по-настоящему? Что-то вроде запланированной показухи или поддержки закрепившегося устоя о любовницах в жизнях Ротштейнов?.. Я никак не могла понять, что к чему, и это делало меня безумно нервной.

Взгляд проследил за рукой Раймонда, которая опустилась под стол ближе к ногам Аманды, из-за чего я снова начала гонять чай по кружке.

– Завтра днем к нам придут гости. Я решила устроить небольшое посвящение для Кимми. Познакомить с подругами и их сыновьями. Уж прости, Оли.

Брат усмехнулся:

– Без проблем. Надеюсь, они нормальные и без каких-то лишних мыслей. Я только рад, если Кимми вольется в общество и познакомится с твоим окружением.

Представляете?

Они обсуждали это в такой манере, будто меня здесь вообще нет. Мало того, что я не хотела никаких знакомств с элитным обществом, так еще и должна была показывать благодарность Марлен, игнорируя истинные чувства на этот счет.

– Все нормально, милая? – спросила она, слегка наклонившись вперед, чтобы меня видеть.

Всеобщее внимание обратилось ко мне, из-за чего немного разболелась голова.

Выдавив улыбку, я кивнула и поднялась.

– Извините, но я неважно себя чувствую.

Никогда в жизни так наигранно не разговаривала. По взгляду близких поняла, что они уловили уровень иронии, но я поспешила скрыться, чтобы передохнуть.

Эмоции и впечатления размотали. Головная боль разрасталась, поэтому я приняла таблетки, которые прописал врач после аварии. Проглотила их без воды, лишь бы не возвращаться на кухню.

В дверь постучали, и я открыла, увидев Аманду. Она по-доброму улыбнулась и спросила, все ли хорошо. Пришлось ее впустить.

– Я заметила, ты расстроилась, когда Марлен начала говорить о завтрашнем мероприятии. Вероятно, это не мое дело, но… почему ты прямо не скажешь ей, что не хочешь?

– Прости, но почему тебя это волнует? Мы ведь толком не знакомы.

– Ты мне симпатизируешь. Здесь раньше не было с кем поговорить…

В тот момент я узнала, что Аманда гостила в этом доме и ранее. Происходящее было настолько странным и ненормальным для меня, что я была готова в эту же минуту засыпать ее вопросами, наплевав на приличия.

– Как давно вы с Раймондом?.. Ну…

– Около года плюс-минус. Понимаю, о чем ты думаешь… Здесь об этом пытаются не говорить с момента моего появления, и я немного отвыкла, что на меня могут коситься. И это, конечно, нормальная реакция. Не такая, к которой привыкла.

Неловкость немного подкосила.

Девушка произнесла это с неуверенностью. Думаю, боялась открытого осуждения. И я осуждала. Осуждала поддержку данным отношениям.

Я решила быть прямой:

– Не пойми неправильно, но ты не выглядишь как любовница. Наоборот, кажешься той, кто против подобного титула и статуса.

– Когда-то была.

– Год назад, – кивнула я. – Сколько тебе лет?

– Двадцать.

Вот же мерзкий лис!

Меня называл девчонкой, а сам выбрал в любовницы практически мою ровесницу!

– Но почему ты пересмотрела свою позицию? – не выдержала я. – Он тебя соблазнил? Что-то пообещал?

Аманда взглянула на меня с укором.

– Конечно нет! Я просто влюбилась… Влюбилась, зная, из какой он семьи и чего они придерживаются. Зная о невесте. У меня не получилось себе противостоять. Без Раймонда мне было безумно тяжело, пусто и одиноко. Ни один мужчина не имеет столько смысла, сколько он… Я просто полюбила.

За что его можно полюбить?

За мои восемнадцать лет ни один человек не мог показать столько безразличия и эгоизма. Не будь он племянником Марлен, я бы издевалась над ним, унижала в ответ и даже не помышляла останавливаться и сдерживаться. Его красота не была оправданием его поступков. Холодный расчет – вот что можно было рассматривать от взаимодействия с этим человеком, но любовь?

– Вижу, что осуждаешь.

– Знаешь, я тоже считала, что люблю человека. Многое терпела и могла продолжать, если бы не резкий щелчок. Я просто прислушалась.

– Он не такой плохой. Если бы не запрет на любовь, он бы был мягче.

Хотелось бы поддержать, но вместо этого я усмехнулась на тупое крылатое выражение. Это ее обидело.