Читать книгу "Книга Души /1/"

Философия
«Жизнь – недосказанная теорема», а мы в промежутке ее предрассудков

Выше написанный текст – это всего лишь предисловие для осмысления важных вещей постоянно выпадающих из вида. Отношения – это всего лишь ширма, за которой прячутся причины наших несчастий. Влюбленность всегда заканчивается – это неоспоримый факт. Все надоедает, даже удовольствия. Когда в отношениях отсутствует духовная связь, мы никуда не движемся, наш потенциал остается невостребованным и теряется смысл жизни.

 
Он долго шел ко мне мой крик,
Он так окреп в какой-то миг
Прорвался, вышел из неволи,
В нем столько боли, столько соли!
 

Наслаждение социальным миром, которое привито в обществе, возможно только до тех пор, пока не начинаешь понимать, что оно совершенно безсмысленно для внутреннего Духа.

Не надо жалеть о том, что уже сделано, надо жалеть о том, что не сделано и сделать, чтобы больше не жалеть!

Когда ты обретаешь глубокий опыт физического наслаждения, устаешь даже от этого. Душа продолжает ощущать пустоту, и смысл наслаждений теряет свою значимость. Оказавшись в тупиковой ситуации, ты приходишь к тому, что дальше за всем этим ничего для тебя интересного нет, всё это не приносит тебе наполнения, и именно с этого мига, ты начинаешь искать «то не знаю что» внутри себя самого.

Пощади меня», – говорила я ночи. – Не могу я больше предаваться безумству, мне пусто! Не наполняет услада, хоть и много её, Души моей. Во мне дыра размером с Космос, но Космоса нет в ней. И прогнала я тогда свою страсть к сладострастию, и осталась в абсолютном одиночестве с пустой Душою своей. Духовным кризисом называют пустоту эту, «тёмной ночью Души»…

Я просто Есть! Ты приходи!

Сама ходить уже не буду.

Лечить твой хмель, твою простуду —

Все лицемерие и лесть!

Я сам себе теперь учитель!

Ты был мне нужен, как мучитель,

Я, только так могла понять,

Как сильной стать!

И та дорога «через боль» —

Осознанный, лишь мною, выбор,

Чтоб слабость разглядеть свою

Хватило вдоволь твоих игр!

Я залатаю свой изъян,

Прочнее прошлой жизни стану,

Я знаю цену лжи, обману —

То недоверия бурьян!

Тебе я, впредь, не доверяю,

Себе я тоже цену знаю,

Ты – суета, а я – покой

И нам не по пути с тобой!

***

Я кончилась, зарылась,

Ушла в свое «подполье»,

От ЭГОизма скрылась,

Предательства раздолья…

***

Я знаю, больше мне не надо

Ни эндорфинов, ни услады,

Всего важнее мне награда,

Когда покой царит от взгляда!

«Кто хочет избрать верный путь ко всему этому, должен начать с устремления к прекрасным телам в молодости. Если ему укажут верную дорогу, он полюбит сначала одно какое-то тело и родит в нем прекрасные мысли, а потом поймет, что красота одного тела родственна красоте любого другого и что если стремиться к идее прекрасного, то нелепо думать, будто красота у всех тел не одна и та же. Поняв это, он станет любить все прекрасные тела, а к тому одному охладеет, ибо сочтет такую чрезмерную любовь ничтожной и мелкой. После этого он начнет ценить красоту души выше, чем красоту тела, и, если ему попадется человек хорошей души, но не такой уж цветущий, он будет вполне доволен, полюбит его и станет заботиться о нем, стараясь родить такие суждения, которые делают юношей лучше, благодаря чему невольно постигнет красоту нравов и обычаев и, увидев, что все это прекрасное родственно между собою, будет считать красоту тела чем-то ничтожным. От нравов он должен перейти к наукам, чтобы увидеть красоту наук и, стремясь к красоте уже во всем ее многообразии, не быть больше ничтожным и жалким рабом чьей-либо привлекательности, плененным красотой одного какого-то мальчишки, человека или характера, а повернуть к открытому морю красоты и, созерцая его в неуклонном стремлении к мудрости, обильно рождать великолепные речи и мысли, пока наконец, набравшись тут сил и усовершенствовавшись, он не узрит того единственного знания, которое касается прекрасного, и вот какого прекрасного…

Теперь, – сказала Диотима, – постарайся слушать меня как можно внимательнее!

Кто, наставляемый на пути любви, будет в правильном порядке созерцать прекрасное, тот, достигнув конца этого пути, вдруг увидит нечто удивительно прекрасное по природе, то самое, Сократ, ради чего и были предприняты все предшествующие труды, – нечто, во-первых, вечное, то есть не знающее ни рождения, ни гибели, ни роста, ни оскудения, а во-вторых, не в чем-то прекрасное, а в чем-то безобразное, не когда-то, где-то, для кого-то и сравнительно с чем-то прекрасное, а в другое время, в другом месте, для другого и сравнительно с другим безобразное. Прекрасное это предстанет ему не в виде какого-то лица, рук или иной части тела, не в виде какой-то речи или знания, не в чем-то другом, будь то животное, Земля, небо или еще что-нибудь, а само по себе, всегда в самом себе единообразное; все же другие разновидности прекрасного причастны к нему таким образом, что они возникают и гибнут, а его не становится ни больше ни меньше, и никаких воздействий оно не испытывает. И тот, кто благодаря правильной любви… поднялся над отдельными разновидностями прекрасного и начал постигать самое прекрасное, тот, пожалуй, почти у цели.

Вот каким путем нужно идти в любви – самому или под чьим-либо руководством: начав с отдельных проявлений прекрасного, надо все время, словно бы по ступенькам, подниматься ради самого прекрасного вверх – от одного прекрасного тела к двум, от двух – ко всем, а затем от прекрасных тел к прекрасным нравам, а от прекрасных нравов к прекрасным учениям, пока не поднимешься от этих учений к тому, которое и есть учение о самом прекрасном, и не познаешь наконец, что же это – прекрасное. И в созерцании прекрасного самого по себе, дорогой Сократ, – продолжала мантинеянка, – только и может жить человек, его увидевший. Ведь увидев его, ты не сравнишь его ни со златотканой одеждой, ни с красивыми мальчиками и юношами, при виде которых ты теперь приходишь в восторг, и, как многие другие, кто любуется своими возлюбленными и не отходит от них, согласился бы, если бы это было хоть сколько-нибудь возможно, не есть и не пить, а только непрестанно глядеть на них и быть с ними. Так что же было бы, – спросила она, – если бы кому-нибудь довелось увидеть прекрасное само по себе прозрачным, чистым, беспримесным, не обремененным человеческой плотью, красками и всяким другим бренным вздором, если бы это божественное прекрасное можно было увидеть во всем его единообразии? Неужели ты думаешь, – сказала она, – что человек, устремивший к нему взор, подобающим образом его созерцающий и с ним неразлучный, может жить жалкой жизнью? Неужели ты не понимаешь, что, лишь созерцая прекрасное тем, чем его и надлежит созерцать, он сумеет родить не призраки добродетели, а добродетель истинную, потому что постигает он истину, а не призрак? А кто родил и вскормил истинную добродетель, тому достается в удел любовь богов, и если кто-либо из людей бывает бессмертен, то именно он.» Поэма Платона «Пир».

«Прежде чем отправиться на поиски, искатель истины должен, выполнить определенные существенные условия. В своих комментариях на первую сутру Веданта-сутр Шанкара доказывает, что четыре условия являются существенными для каждого изучающего философию. Первое условие заключается в том, чтобы знать о различии между вечным и приходящим. Это не означает полного знания, которого можно достичь только в итоге, а лишь тенденцию у ищущего подвергать все сомнению, склонность к метафизике, которая не признает за абсолютно реальное все видимое. Ищущий истину должен обладать исследовательским духом, чтобы все подвергать проверке живым воображением, которое могло бы извлекать истину из массы, казалось бы, разобщенных фактов, и привычкой к размышлению, которая не позволит его уму бесплодно растрачивать свои силы. Вторым условием является отказ от желания наслаждаться плодами действий либо в настоящей, либо в будущей жизни. Это условие требует отрешения от всех мелких желаний, личных мотивов и практических интересов. Для познающего ума размышление или исследование есть его единственная цель. Правильно использовать интеллект означает понимание вещей, как хороших, так и плохих. Философ – это естествоиспытатель, который должен следить за движением вещей, не преувеличивая добро и не преуменьшая зло в угоду своим предрассудкам. Он должен стоять вне жизни и созерцать ее. Говорят также, что философ не должен любить настоящее или будущее. Только тогда он может рискнуть всем во имя своего ясного мышления и беспристрастного мнения и развить объективный взгляд на мироздание, соединенный с преданностью фактам. Чтобы достичь этого настроения, его душевный мир должен претерпеть изменения, что требуется третьим условием, согласно которому философ испытывает чувство радости, приобретая сдержанность, отрешенность, терпение, спокойствие духа и веру. Только обученный ум, всецело управляющий телом, может всю жизнь предаваться исследованиям и размышлениям, ни на мгновение не выпуская объект из поля зрения и не поддаваясь какому-либо земному искушению. Добивающийся истины должен обладать необходимым мужеством потерять все во имя своей высшей цели. В самом деле, он должен подчинятся суровой дисциплине, отвергать наслаждение, испытать горе и презрение. Дисциплина духа, включающая безжалостный самоконтроль, даст возможность искателю истины достичь своей цели – свободы. Стремление к мокше, или освобождению, – есть четвертое условие. Метафизически настроенный человек, упражняющий свой ум и отрекшийся от всех своих желаний, имеет только одно всепоглощающее стремление – осуществить цель или постичь вечное. Народ Индии питает столь глубокое уважение к философам, прославившимся могуществом познания и силой интеллекта, что преклоняется перед ними. Пророческие души с благородной страстью к истине, проводящие долгие дни и бессонные ночи в упорных стараниях постичь тайны мира и найти способ их выразить, – это философы в подлинном смысле этого слова. Они постигают жизненный опыт на благо человечества, которое вечно благодарно им.»

(Сарвепалли Радхакришнан. Индийская философия. Том I).

Темная ночь Души
Вакуум пустоты

Ничего из того, что мы видим, не существует реально. Мы глубоко поглощены иллюзией, Майей, мы очень крепко спим. Сознание в ловушке! Страх не является счастьем, а смерти нет! Но кто же, кто же запер нас в этой тюрьме, где нет возможности ощущать эту безусловную Любовь, где нет возможности почувствовать родственную Душу и обрести Единство?

Все нити событий моей жизни были изящно тогда сплетены в один узел: потеря работы, финансовый кризис, крах в личных отношениях, отсутствие моральной поддержки. Я осталась одна, наедине со своими вопросами и страхами… Что дальше? Безответная тишина заполнила все пробелы ума, образуя вакуум незнания, вакуум пустоты и прострации.

 
То взлёты, то падение,
В моей Душе смятение,
То счастье все моё переполняет существо,
То пустота – кромешное забвение.
 

Я очень остро ощущала, как бездарно проходят дни. Все, за что бы я не бралась, по сути, лишено было всякого смысла. После того внезапного расширения Сознания, обесценивание всех процессов, происходящих во внешнем мире, стало происходить само собой. Я многое понимала, но объяснить того, что понимала, не могла, а время, оно было так ценно и хотелось сделать что-то очень великое, важное, внести в этот мир хоть какую-то «лепту», в ином случае я не видела смысла ни в чём. Во мне возникла глубокая тишина… Отсутствие желания говорить, слушать. Хотелось молчать. Просто быть… А после, на меня нахлынуло озарение такой мощности… Я взяла лист бумаги и начала писать, писать, писать… И до сих пор пишу. Внутренняя потребность какая-то, как выговориться, подставляйте кувшины…

 
То, что чувствую, вновь, не сказать мне словами,
То волною прибудет, то вновь отойдет.
Я люблю это время, в тот миг, под ногами,
Я не чувствую тверди, не чувствую тела,
Я тону в своем мире, но Разум живет.
Исчезаю в объятиях блаженства и неги,
Я теряюсь в безмолвии, я есть покой!
Для меня исчезает пространство и время,
Меня нет, мироздание становится мной!
Каждый атом ликует, любовью наполнен,
Каждый атом во мне – Океаны Любви!
Этой нежной Любви каждый отрок достоин,
Только в сердце свое ты ее призови!
 
 
***
Люблю свой дом, люблю свою квартиру,
Об этом хочется поведать всему миру,
Слагать поэмы и писать стихи,
В которых строчки жизни также коротки.
В своей квартире, словно в скорлупе,
Тепло и тихо, как младенцу в животе.
И нет нужды в бетонных лабиринтах
Искать тот мир, что я нашла в себе.
 

Во времена тишины и раздумья, начинаешь все более отчетливо видеть свои промахи, ошибки и огрехи. Начинаешь ощущать, как дороги тебе родные люди, да так, что ком подкатывает к горлу. Начинаешь понимать, как мало времени мы уделяем друг другу, все больше о себе думаем, любовь, счастье ищем и, кажется, что находим… Увлекаемся, от чувств сходим с ума, отдаем себя своей страсти до капли, а родным остаются, лишь крохи. Обесточенные, опустошенные, без сил и без жизни в глазах, разочарованные своим очарованием, мы несём этот мусор в свой дом. Как горько осознавать свою безучастность в жизни того, кто нам дорог, особенно тогда, когда взрослеют дорогие люди, когда стареют и уходят навсегда…

 
Ты был, конечно, молодец,
Но не сумел открыть ларец,
Не смог загадку отгадать,
Не смог достойно доиграть.
Ходов так много впереди,
Но ты застрял на полпути,
Увяз в соблазнах мира тьмы
И стал рабом у Сатаны.
Он жадно пил тебя до дна,
Сияла там, в ночи, Луна
И освещала путь добыче,
В округлость тела носом тыча.
Ты наслаждался до утра,
С рассветом уходить пора,
Но тянет вновь увязнуть в ласках,
Напялить каблуки и маски
И новых путников искать,
Чтобы гордыню ублажать.
Но жизнь проходит, сердце гложет,
В конце придется подытожить..
Задашь вопрос себе «зачем?»
Ты попадался в этот плен,
Какого Черта ты там делал,
Что опустился до колен?
Но будет поздно, как не жаль,
И не спасет тебя печаль,
Не выйдет Ангел на подмогу,
Ты преградил ему дорогу!
Ты не услышал, как он звал,
От силы тьмы тебя спасал,
Ты отмахнулся от него,
Тебе был блеск важней всего.
И жизнь подставил под удар,
И превратил ее в кошмар.
Ты сам виновник своих бед!
Тебе давалось столько лет
Исправить все, что налопатил,
Вернуть все то, что в миг истратил..
Жизнь коротка! Она – мгновение!
Рискни прожить без сожаления!
Вложи любовь в свои дела,
Тогда и смерть будет ничтожна,
Как прошлое – совсем мала!
 

Почему мы так убиваемся, когда теряем людей? Не уделять внимания при жизни, но бежать на похороны при смерти – форменное лицемерие! О чем думают люди, когда идут на похороны знакомого, родного или близкого человека? Как безсмысленна была его жизнь? Сколько пришлось ему пережить, прежде чем покинуть этот мир?… Кто-то роняет скупую слезу, кто-то плачет горючими. О чем они думают, провожая умершего в последний путь, точкой которого становится горстка земли засыпающая могилу? Каждый из нас боится оказаться на его месте… Плачет от жалости к самому себе, страшась этой самой смерти. Горько расставаться с жизнью, не оставив за собой ничего: пустоту, еще один сгусток негативной энергии, пласт обид и неразрешенных проблем. О чем сожалеть? О том, сколько дерьма ты еще не сделал?..

Мрачные люди умирают мучительной смертью, Светлые люди уходят быстро, внезапно и легко, и чаще всего в раннем возрасте. Светлые Души нужны духовному миру, он спасает их от грязи, забирая с собой… Разве это может вызывать сожаление? Когда умирает Светлый человек, я не испытываю боли утраты, лишь боль от того, что не увижу его улыбки снова, что не смогла навестить лишний раз и высказать, как я сожалею, что не была так внимательна к нему при жизни. Он был этого достоин! Светлые люди нуждаются в человеческой любви сильнее, чем другие. Для них – это единственная ценность, которую они ищут на Земле всю жизнь. Редко находят, но их Свет от этого не меркнет, а становится только ярче, вопреки всему, отдавая свою Любовь людям, безвозмездно. Не обязательно быть рядом, ведь не всегда есть возможность быть рядом со всеми, кто в этом нуждается, но в Душе быть рядом со всеми вполне реально! Мысленно отдавая часть своего тепла, Любви и Света, вспоминая других, мы поддерживаем их, делая сильнее, защищая на более тонком уровне от невзгод и болезней. Думайте друг о друге при жизни, восполняйте друг друга духовными силами, любите друг друга «сейчас», потом, может быть уже поздно!

 
Эту осознанность, да в молодые годы,
Чтоб отдавать себе отчет, отчет своим поступкам…
И остриё иметь чутья,
Чтоб избегать ловушки и капканы,
Чтоб находить в себе изъяны
И с корнем вырывать,
Что было-бы тогда, как знать..?
 

Мы, словно во сне, бредем и сильно заблуждаемся, блуждая… Нет счастья в разрозненности, оно есть в единстве, которое мы ищем всюду, но нет его нигде.

 
Лишь одинокий холод, пустота,
Пустые обезжизненные лица,
Нет счастья на их жизненных страницах,
Не привлекает их природы красота.
 

Ощущая свой духовный разрыв с родными, и близкими мне когда-то людьми, я восполняла этот пробел в общении с сыном. Я учила его и училась у него сама тому, чего не смогла найти в семье, но нашла в своем сердце – душевное тепло. Из нашего общения мы исключали враждебность в любом её проявлении. Мы больше говорили, разбирали детали интересующих нас событий. В нашем общении мы делали акцент на чувствах и ощущениях, а в моменты их всплесков давали друг другу остыть, оставляя в уединении. Волна негодования сменялась стыдом, а боль вырывалась наружу слезами. Прощение и желание понять разрушает всевозможные барьеры! Я поддерживала, вдохновляла и верила в него так, как мне хотелось, чтобы поступали со мной мои родители. Я вижу результат своего терпения. Желание сломать стереотипы, решиться сделать по-другому, не так, как нас учили, изменил ход вещей – мой сын стал достойным мне другом. И нет стыда во мне и страха выражать свою любовь ему открыто, ведь, можно показать лишь то, что есть, но если того нет, то не покажешь… Слова: «люблю тебя», «я так тебя люблю», «ты нужен мне», «ты важен мне», «ты дорог мне» – они важны, как дыхание жизни! А теплые, нежные объятия лечат, лучше всяких лекарств, ведь, душевная боль медикаментозным способом не лечится!

ЛЮБОВЬ ЕСТЬ, но только настоящая Любовь – не Химера! Даже глубочайшая иллюзия жизни не способна обмануть настоящее светлое чувство и это единственно-ценное, что должны мы хранить, копить и приумножать не где-нибудь, а в самих себе!

Сын мой, родной, дорогой, что есть у меня, что я могу тебе дать? Я могу тебе дать, лишь Себя, но поверь мне – это не мало! Я отдаю себя тебе всегда, когда тебе это необходимо. Я трепетно наблюдаю за тобой, со стороны, и не лезу в твою Душу. Я знаю, когда тебе будет нужно, ты придешь, сядешь рядом и доверишься мне, а я тебя не обману, не использую твои слова тебе во вред, не буду спорить с тобой и продавливать твою Волю, но только тихо наблюдать. Ты покажешь в себе меня, такую меня, какой я являюсь. И если я допустила ошибку в нашем общении, ты обязательно её проявишь в отношении ко мне, точно зеркало, ведь, связь – она существует, а между родными Душами – она очень крепкая! И я её чувствую, и ты её чувствуешь, а значит, этого не может не быть! И только собственным примером я могу показать тебе, как можно быть счастливым! Я научилась видеть Свет в темноте, я многому научилась! Теперь, я хочу, чтобы ты впитал это с воздухом, которым мы дышим, ощущая тепло друг друга, на уровне Душ, поддержку мою и Любовь!

Люблю – это значит, вижу в тебе Свет! Любовь в тебе – это Свет Бога!

ЛЮБОВЬ/ Свет Бога в тебе.

(ЛЮ) – свет, энергия

(БО) – бог

(ВЪ) – в чем-то, в ком-то завершённом, заключённом.

Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ – Я ВИЖУ ТВОЙ СВЕТ!

Три года намеренного погружения в себя, ощущения полнейшего одиночества, неимоверной тоски и боли, разрывающей моё Сердце, было переживаниями внутреннего процесса очищения, которое следовало параллельно освобождению от вредных привычек и эмоциональных зависимостей. А потом была тишина, пустота, бездонный вакуум. В эзотерических кругах этот процесс называют «тёмной ночью души». Как я ощущала себя в эту долгую тёмную ночь отражают строки из личного дневника, который стал моей соломинкой, за которую я хваталась каждый раз, когда не знала, куда себя деть, тогда, я просто садилась и писала свои ощущения и мне становилось намного легче. Дневник стал тем недостающим «близким другом» с которым я могла разделить и свою ликующую радость, и невыносимую тоску и боль.

 
Я не хочу искать себя, а просто Быть,
Не бегать за Любовью, в ней парить!
Мне надоело есть, мне надоело пить,
Мне скучно говорить, молчать и даже жить.
Хочу закрыть глаза и раствориться,
Забыть себя, забыть других, с дыханием слиться,
Закрыть окно, залечь на дно, увязнуть в небытие.
Отсутствие тепла, плюс крепкое вино и ты в…
 
 
Уединяюсь, извиняюсь, каюсь…
И, в сей момент, я вас ни капли не касаюсь.
Что происходит, то творится лишь со мной,
Мне просто захотелось стать пустой.
Запрусь в чулане, сброшу мишуру,
Побуду налегке, пусть пусто в рюкзаке…
Я – чистый лист, без опыта, без знания,
Бездвижна в лабиринтах мироздания.
 

Состояния радости и грусти, обретая амплитудную периодичность, попеременно сменяли друг друга, изменяясь лишь в своём качестве (+/-) и силе воздействия. Самая низкая ступень в градации грусти выражалась в желании «небытия», в желании смерти. Самая высокая – в безпричинной, окрыляющей радости, вдохновении и ликовании.

Грусть… Она занимает большую часть меня сейчас, а быть может, всегда занимала большую часть, но за ворохом мелочной суеты не была заметна. Сейчас я имею возможность погрузиться в нее с головой, уходя на самое дно бездонного Океана грусти, которая стала частью меня, а может, я всегда была ее частью. Мои глаза наполняются соленой водой, я медленно погружаюсь в боль, что лежит на самом дне бездонного океана грусти. Все внешнее просто картинка, не хочется быть ее частью. Ты стоишь в стороне и наблюдаешь за внешними изменениями, которые не могут войти в твою глубину и стать ее частью, потому, что это всего лишь картинка, за пределами океана грусти, что скрыт у меня внутри и является частью меня или я являюсь его маленькой частью размером с бездонный океан, в котором дно – лишь перепонка между этим бездонным океаном и следующим.

Грусть – это признак отдаления от своего внутреннего центра, опустошение…

Мне не интересно жить. Какой в этом толк? Интересно, когда что-то в первый раз, но ощущения, что я уже была здесь неоднократно столь сильны. Должна жить ради вас? Но я вам ничего не даю, зачем тогда нужна? Вы тоже мне не нужны, я привыкла сама. Я научилась быть без вас, а вы без меня. Мне не нужна машина, дача, они у меня есть – это мои ноги и небо… Мне нужно только одно – Любовь! Но этого вы мне дать не можете, не ту любовь я хочу, состав другой… Я нежной хочу, теплой, чтоб просто Быть и любить. Но вы не можете со мной просто быть, ведь, вас нет! Вы в своей суете, а мне одиноко, одиноко в своей пустоте. Не хочу отдавать себя – разрушу. Вы разнесете меня, по частям, и я войду в суету, как и вы. Наверное, я скоро уйду… Мне кажется, я не отсюда. Хочу домой, где много Любви! Я была там, там хорошо! Сложно объяснить словами. Там я любима, там я на месте, по-настоящему Дома! Не хочу быть в теле, хочу летать, парить, а оно такое тяжелое и мертвое… Все хотят его, а не меня настоящую!

Я пришла в этот мир и столкнулась с другими законами. Они противоречат закону моей Души, он один и это – ЛЮБОВЬ! Для меня существует лишь он, все остальное – одно сплошное беззаконие. Каждое утро я просыпаюсь и выдумываю смысл, ради которого стоит жить. Их так мало осталось этих смыслов. Я цепляюсь за них, как тонущий цепляется за все, что попадается под руку, чтобы удержаться на плаву. Я выдумываю себе цели, планы, чтобы проживать эту жизнь, выискивая в ней смысл. Все повторяется, бесконечно много раз повторяется, и в это повторение, не вижу смысла идти снова. Не хочу быть проводником новых Душ в этот чужой для меня мир! Я хочу уйти навсегда, когда настанет мое время, закончить на себе движение реинкарнаций, если таковые вообще существуют.

Быть может это слабость, пусть… Со мной что-то постоянно происходит… Чем вызвано мое гнетущее состояние уныния? Что породило его? Что является его началом?

 
Меня уныние сковало,
Не отпускает ни на шаг.
Ты «друг», уныние, или «враг»?
«Конец» ты мой или «начало»?
Коль ты «конец», пойду ко дну —
До низшего предела точки,
Полна тобой, в тебе тону,
И мной ты пишешь эти строчки.
Коль ты «начало» – мой трамплин,
Я оттолкнусь, сольюсь со Светом,
Я обниму собой планету,
Рассеяв тьмы, уныния дым.
 
 
Кто хозяин моей печали?
Кто источник – то Дьявол, иль Бог?
Иль движение по спирали,
От спирали к спирали прыжок?
И дыхание замирает,
И владеет мной пустота,
Не дает и не отбирает —
Слепота, глухота, немота…
Замереть и не двигаться более
Мое тело стремится сейчас
И ни радости, и ни боли,
Я не чувствую в этот час.
 

«Бывают моменты, когда человек чувствует себя опустошённым и отчуждённым. Такие моменты очень желательны, потому что они означают, что душа подняла якорь и отправилась в плавание к отдалённым местам. Это отрешённость – когда старое кончилось, а новое ещё не пришло». Нисаргадатта Махарадж.

Я схожу с ума от одиночества. Мое существо цепляется за всякую мнимую возможность почувствовать себя наполненной и нужной, но наполнения не происходит… Ничто не питает меня, ничто не даёт мне ответов. Мне мало физиологии и совсем не интересно материальное. Бессмысленность всего приводит к одной единственной мысли, которая, конечно же является ложной, отводя внимание от главного: я хочу уйти из мира несбыточной мечты, мира иллюзий и искусственно-созданного ощущения счастья. Я хочу умереть!

Умереть – этот ложный путь возникает как раз в тот самый момент, когда ты уже способен перейти черту, прыгнуть из известного в неизвестное, словно сменить среду своего обитания, до этого, прежде, дыша кислородом, погрузиться в глубину неизвестного Океана, научившись плавать и дышать под водой…

Возможно – это моя слабость, возможно – очередная выдумка Ума, чтобы оттянуть возможность развивать себя в этой жизни. Самоубийство, даже на незначительном уровне, не достойно разумного человека! Убивая свое тело, ты лишаешь себя развития, лишаешь себя возможности вырасти до иного уровня самосознания, которое возможно только здесь, только в этом человеческом теле. Не лишай себя этой возможности! Будь сильнее своей слабости!

Как же больна душевная боль! Сводит скулы, стреляет в ушах, в солнечном сплетении ходуном ходит что-то, что не выходит наружу и не дает покоя… Оно болезненно клокочет, бьет по вискам и разрушает организм изнутри. Я жутко устала… Устала терпеть эту боль!

– Почему мне больно, все время больно?

– Это рост! Рост идет через боль, никак иначе! Времени осталось мало. Надо меняться и меняться стремительно, терпи!

 
Наш РОД зовет тебя к себе
И очищает плодотворно,
Чтоб чище быть своей слезы,
Чтоб выдержать Огонь среды
В которой будешь пребывать,
Покоем обладать…
 

Сон – это лучшая возможность, данная нам свыше для восстановления своих сил, но эту боль необходимо пережить в сознании, чтобы прочувствовать переход из одного состояния в другое проживая её до конца. Только так ты сможешь переболеть, пережить, прочувствовать, осознать причины своей боли и ощутить, что стал совсем, совсем другим.

Преодоление, как переход… Переход из одного состояния в другое. Изменение состояния из менее качественного в более…

 
Мои слезы длиною с песню,
Заунывную песню в тиши.
Их причина, лишь мне известна —
Рядом нету любимой Души.
 
 
Я лишила себя соблазнов,
С корнем вырвала тягость надежд,
Перестала бродить в непролазном
Безконечном лесу средь невежд.
 
 
Я устала стучаться лбом в стены,
В стены жизней людских без дверей.
Я не буду искать замены
Заполнять ей цикличность дней.
 
 
Я не буду стремиться к славе,
Не в почете во мне суета,
Разверну на листе мыслей главы,
Ведь, листу не страшна нагота.
 
 
Нагота, что щемит мое сердце,
Превращаясь в скептический слог,
Растворит затворённые дверцы
Раз открыть их никто не смог.
 
 
Моя боль и печаль – во благо
Миллионов иль тысяч сердец,
Они строчками в сердце лягут,
Вскроют дивный хрустальный ларец.
 
 
И Душа развернет свои крылья,
Осветит своим светом леса,
В каждом сердце звучать будет имя
То – Любовь, что творит чудеса!
 

Нет силы большей, чем Любовь, а Любовь – это Свет!

Свет проникает в пустое пространство, пустое от мыслей…

«Когда вы пробудите свое сердце, то, к великому изумлению, найдете это сердце пустым! Вы обнаружите, что смотрите в открытое пространство. Где вы? кто вы? где ваше сердце? Всматриваясь в него по-настоящему, вы не найдете там ничего ощутимого, ничего прочного. То есть, конечно, там может оказаться нечто вполне прочное – если вы злитесь на кого-то или если вы влюблены и стремитесь к обладанию. Но тогда это нельзя назвать пробужденным сердцем. Если вы ищете пробужденное сердце, если вы просунете руку сквозь ребра, внутрь грудной клетки, и попытаетесь нащупать его, то не найдете ничего, кроме… нежности. Вы ощутите щемящую боль и мягкость. И когда откроете глаза на весь мир, вы почувствуете огромную печаль. Печаль подобного рода приходит не потому, что к вам плохо относятся; вам грустно не потому, что кто-то вас оскорбил, не потому, что вы чувствуете себя глубоко несчастным. Эту печаль можно назвать безусловной. Она возникает из-за того, что ваше сердце полностью открыто. Нет кожи, не существует такой ткани, чтобы прикрыть его; это чистый кусок обнаженного мяса. Если на него садится даже крошечный комар, его прикосновение ранит. Ваше переживание будет свежим, нежным и глубоко личным.

Подлинно печальное сердце рождается из ощущения полноты вашего несуществующего сердца. Вам хотелось бы пролить его кровь, отдать это сердце другим. Именно переживание воином печального и чуткого сердца порождает бесстрашие. В общепринятом понимании бесстрашие означает, что вы не боитесь удара, что вы в состоянии возвратить удар. Однако мы говорим не о таком «бесстрашии» на уровне уличной драки. Действительное бесстрашие – продукт чуткости. Оно приходит, когда вы даете миру возможность коснуться вашего сердца, вашего обнаженного и прекрасного сердца. Вы хотите раскрыться навстречу миру без сопротивления и без робости. Вы хотите поделиться своим сердцем с другими людьми.» Чогьям Трунгпа Ринпоче.

 
Я страстно жажду чистоты
И в сердцевине пустоты
В себя хочу ее вобрать,
Чтобы светить и отражать!
В твоих глазах не ты, а я,
Что словно малая Земля
Ежесекундно умирает,
Когда слеза твоя стекает.
 
 
Я боль твою возьму себе,
Пусть низвергаются вулканы
В моей душе, в моем челе
От бесконечного обмана.
 
 
В себя вбирая твою соль,
Нейтрализуя, растворяя,
Уснуть тихонько помогая,
Я буду плакать твою боль.
 
 
Во мне сокрыта боль веков,
Что, вырываясь из оков
Выходит соляным потоком,
Чтобы другому стать уроком!
 
 
То – очищение от зла,
Что правит нашими умами,
Меняет душу полюсами,
Играет во главе стола.
 
 
Меня к тебе не подпускает
И слой за слоем нарастает,
Так, незаметно, не спеша,
Пороков пыль, и спит Душа…
 
 
Я здесь, чтоб сердце разбудить,
Разрушить мерзкие оковы,
Чтоб жить, любить, мечтать, творить,
Чтоб наслаждаться миром снова!
 

И вновь возникала эта бездонная дыра пустоты во мне, которая в последствие наполнилась Любовью, окутывающей меня в свое мягкое, теплое одеяло, словно в кокон. Все, чего бы не касались мои глаза, я видела изнутри, как начало всех начал, суть всего живого в этом мире, я в каждом видела Бога… Любовь пропитывала каждую клеточку моего организма, и ощущение было таким, будто я свечусь изнутри. Одна идея за другой посещали тогда мои мысли. Я не отходила от блокнота, он лежал со мной рядом и днём, и ночью, чтобы быть под рукой в мгновения озарений, которые стучались в моё Сознание в самый неожиданный момент. Стихи тогда лились из меня рекой, я садилась, брала ручку, входила в свои ощущения и переносила чувства на бумагу. Да-да, на бумаге этой не слова, а чувства, ощущения, которые облеклись в слова для их восприятия другими. Вот и сегодня, моя пустота заглянула в гости. Я знаю, – это ненадолго, а потому встречаю ее смиренно, и посвящаю ей весь день, прогуливаясь по парку, среди прудов и тропинок, внимательно слушая ее одну. Я знаю, она скоро уйдет. Но уйдет наполненная моей силой, моим вниманием, а взамен даст мне что-то другое, и это будет отдано мне в Дар, за то, что я не променяла свою внутреннюю тишину на толпу, на безсмысленную суету, на свое любимое творчество. Я отдала ей всю себя и она благодарна за это. А во время прогулки, она подкидывала мне один стих за другим, помогая мне выразить свои, еще неосознанные чувства. Незатейливый разговор с прохожим, украсил мою обратную дорогу. Непринужденная беседа с владельцем собаки, оказалась весьма приятной и легкой. Пустота шла со мной рядом, позволяя мне немного отвлечься от ее назойливого вторжения в мою жизнь – терпеливая подруга…