![](/books_files/covers/thumbs_240/shkolnaya-neuspevaemost-prichiny-psihokorrekciya-psihoprofilaktika-160131.jpg)
Автор книги: Наталья Локалова
Жанр: Педагогика, Наука и Образование
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 9 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Существует ли зависимость между типом темперамента и уровнем умственных способностей? На этот вопрос есть определенный ответ: такая однозначная зависимость отсутствует. Лица с высоким умственным развитием могут обладать разными темпераментами, а лица, имеющие одинаковый темперамент, могут характеризоваться разным уровнем умственных способностей.
Однако эти природные особенности не могут не проявиться каким–то образом, и сказываются они на процессуальных характеристиках деятельности: на скорости умственных операций, на степени устойчивости и переключаемости внимания, на динамике «втягивания» в работу, на характере эмоциональной саморегуляции по ходу работы, на степени нервного напряжения и утомляемости. Таким образом, особенности темперамента обусловливают лишь пути и способы работы, но не уровень достижений, не уровень интеллектуального развития, которого может достичь субъект.
Но какую же роль все–таки здесь играют умственные способности субъекта? Их важная роль состоит в выработке таких путей и способов работы, которые бы компенсировали недостатки того или иного типа темперамента. Прежде всего, речь идет о формировании индивидуального стиля деятельности (В. С. Мерлин, Е. А. Климов), который не появляется у человека сразу и только стихийно. Чем выше умственные способности человека, тем активнее и эффективнее он, осознавая все достоинства и недостатки своего темперамента, приспосабливается к условиям выполняемой деятельности, ищет приемы и способы, помогающие ему достигать лучших результатов.
Тексты для самостоятельного изученияВ кн.: Гуревич К. М. Проблемы дифференциальной психологии. Избр. психол. труды. – М.: Изд–во «Институт практической психологии»; Воронеж: изд–во НПО «МОДЭК», 1998. – С. 123–124, 126, 129–130.
[Закрыть]
Когда группа психологов под руководством Б. М. Теплова приступила к разработке проблемы индивидуальных различий с позиций учения
0 физиологии высшей нервной деятельности, перед ними в числе прочих возник вопрос о социальной оценке индивидуальных сочетаний свойств нервной системы. Он имеет свою историю. Как известно, И. П. Павлов считал, что представители «слабого типа» плохо приспособлены к жизни. Он много раз высказывался в таком смысле и полагал, что для них «прямо невыносима как индивидуальная, так и социальная жизнь с ее наиболее резкими кризисами, приходящимися большей частью как раз на молодой, еще несладившийся, неокрепший организм».
Не все последователи И. П. Павлова разделяли его пессимистические взгляды на представителей «слабого типа». В частности, Б. М. Теплов в этом пункте был полностью согласен с А. Г. Ивановым–Смоленским, призывавшим «никогда не забывать о ведущем значении социальной ее (человеческой личности. – К. Г.) ценности, что, конечно, полностью относится и к оценке представителей слабых типов высшей нервной деятельности».
Сам Б. М. Теплов писал: «При любом типе нервной системы человек может иметь высокие социальные достижения».
Это высказывание не было беспочвенно благожелательным. Сотрудники лаборатории Б. М. Теплова собрали научные данные, ставившие эту идею на твердую почву фактов. Исследование В. Д. Небылицына начиналось с такого предположения: «Понятия положительного и отрицательного являются подчас весьма относительными: известный функциональный дефект может заключаться в том, что обычно принято считать положительным, – в то же время недостатки одного рода могут в какой–то мере сглаживаться или даже компенсироваться достоинствами другого. Законно было бы предположить отсюда, что недостаток работоспособности у слабой клетки в определенной степени компенсирован наличием у нее каких–то других качеств, что по линии сила – слабость варьирует не только свойство работоспособности (сопротивляемость, устойчивость к сильным раздражителям и т. д.), но – в какой–то связи с уровнем этого свойства – еще и другое качество (или даже ряд их), составляющее особую характеристику как сильной, так и слабой клетки. Некоторые факты и наблюдения дают основания полагать, что таким качеством является свойство чувствительности (возбудимости, реактивности), присущее в общем всякой нервной ткани, в том числе, конечно, и корковым клеткам больших полушарий».
Полученный автором в экспериментах вывод был таков: «Нервная система слабого типа обладает повышенной возбудимостью и, соответственно этому, повышенной чувствительностью по сравнению с нервной системой сильного типа. Обычная, целиком негативная характеристика слабой нервной системы недостаточна».
Слабость нервной системы автор рассматривает как следствие ее высокой реактивности, чувствительности. Нет необходимости доказывать, что не только в профессиональной деятельности, а вообще в социальной жизни эти качества слабой нервной системы не только допустимы, но во многих отношениях полезны и необходимы.
Вопрос о жизненном модусе слабой нервной системы рассмотрен и в большой работе Н. С. Лейтеса, получившей в дальнейшем отклики и развитие в целом ряде исследований, относящихся к профессиональному труду и обучению. Н. С. Лейтес в данной работе исследовал не тип нервной системы, а его психологические проявления – темперамент. Наблюдаемые им психологические особенности юношей автор с должной осторожностью соотносил с предположительно стоящими за этими особенностями свойствами нервной системы.
Работы В. Д. Небылицына и Н. С. Лейтеса подтверждают тезис Б. М. Теплова: «Человек при любом типе нервной системы может иметь высокие достижения».
Во многих весьма ценных исследованиях, выполненных В. С. Мерлиным, Е. А. Климовым, их сотрудниками и учениками, особенное значение придается именно индивидуальному стилю трудовой деятельности. В их обобщающих статьях указывается, что существуют профессии, для которых пригодны не все люди, и называются некоторые из них, относящиеся к первому типу, где требуется абсолютная профессиональная пригодность. Но в отношении других профессий В. С. Мерлин склонен решать вопрос так: индивидуальный стиль есть средство, делающее все эти профессии доступными всем людям и с равными шансами на высокие достижения. Следует отметить, что Б. М. Теплов нигде не упоминает о том, что люди с разными особенностями нервной системы могут иметь высокие достижения во всех областях. Он говорит о возможностях высоких социальных достижений, но не о том, что эти достижения могут быть универсальными, что каждый может их добиться в любой профессии.
Ничуть не умаляя значения индивидуального стиля трудовой деятельности, нужно вместе с тем помнить, что существуют не зависящие от субъекта объективные условия деятельности. В одних условиях определенный стиль будет отвечать этим условиям, а в других не будет.
Индивидуальный стиль, отвечающий природным особенностям личности, присущему ей сочетанию основных свойств нервной системы, возникает в итоге длительных, то безотчетных, то сознательно повторяющихся проб.
Психологические проявления врожденных особенностей, ставшие обычными и характерными для деятельности данного субъекта, формируются в определенной зависимости от жизненных условий; типичной для него становится та форма проявлений, для которой имелись благоприятные объективные условия. Этим же объясняется сохранение или изменение индивидуальных форм проявлений свойств нервной системы.
Сами природные свойства консервативны и неизменяемы, но этого нельзя сказать о формах их проявлений. Допустим, у определенного лица формой проявления подвижности нервных процессов стала общительность.
Общительность свидетельствует не только о подвижности, но и о том, что для ее проявления были соответствующие условия: без сомнения, общительный человек находился в такой среде, где поддерживалось и подкреплялось это проявление подвижности. Нельзя утверждать, что общительность – непременное проявление подвижности; скорее можно предположить, что общительность чаще всего формируется на основе подвижности. Если же нет условий для проявления общительности, то она может и не обнаружиться даже у лиц с большой подвижностью нервных процессов.
В современном стихийном процессе размещения по профессиям основные свойства нервной системы во внимание не принимаются. Что же происходит тогда, когда основные свойства нервной системы данного индивида сталкиваются с не благоприятствующими ему объективными условиями?
Конфликт в этом случае неизбежен. Один из выходов – перемена рабочего поста внутри профессии, другой – сохранение конфликтной ситуации с постоянным насилием над собой, с назревающим в перспективе нервным срывом, подобным тому, который описан И. П. Павловым. Но срыв произойдет, впрочем, только в том случае, если профессиональная деятельность не предлагает объективных условий для проявления присущих субъекту природных данных. Если же такие условия имеются, то возможно эффективное формирование индивидуального стиля. Этот процесс впервые описан Е. А. Климовым, изучавшим индивидуальные различия по подвижности нервных процессов у ткачих высокой квалификации. В этой профессии индивидуальный стиль складывался стихийно.
В кн.: Акимова М. К., Козлова В. Т. Психофизиологические особенности индивидуальности школьников: учет и коррекция. – М.: Академия, 2002. – С. 74–77.
[Закрыть]
Психологические портреты школьников с разными типологическими свойствами
Наблюдая за учащимися, можно выделить среди них наиболее характерных представителей того или иного свойства. Так, сразу бросается в глаза ребенок со слабой нервной системой – чаще всего спокойно–тихий, осторожный, послушный. Он не может долго участвовать в шумных подвижных играх, что связано с его небольшим запасом сил, повышенной утомляемостью. Часто склонен к аккуратности, доходящей до педантизма. Ему нравится сам процесс наведения порядка. Он отличается повышенной впечатлительностью. Непривычная среда, внимание окружающих, тем более незнакомых людей, оказываемое на него психическое давление – все это может для такого ребенка стать сверхсильным раздражителем. В таких случаях ребенок может растеряться, не найти нужных слов, не ответить на вопросы, не выполнить простейших просьб.
Из–за своей повышенной чувствительности «слабые» дети отличаются особой уязвимостью. Часто они болезненно реагируют на окружающее, относя все происходящее на свой счет. Нейтральная реплика может восприниматься ими как критика в их адрес. Они чрезвычайно чувствительны к недовольству окружающих взрослых. Вот как описывает Н. Г. Гарин–Михайловский в романе «Гимназисты» реакцию своего впечатлительного героя Темы Карташова на резкое замечание учителя: «Класс завертелся в глазах Карташова. Половина слов пролетела мимо, но довольно было и тех, которые попали в его уши. Ноги его подкосились, и он сел, наполовину не осознавая себя».
Родители, учителя и сверстники часто удивляются тому, насколько неадекватно резкой может быть реакция детей со слабой нервной системой на внешне мало значимое событие, как часты у них перепады настроения.
Нередко таким детям не хватает уверенности в себе, им свойственны боязнь неудачи и страх глупо выглядеть, вследствие чего продвижение к успеху значительно осложняется для них.
Из–за своей неуверенности и болезненного отношения к неудачам дети со слабой нервной системой любят, как бы заранее подстраховываясь, планировать свою работу, тщательно ее организовывать. Они предпочитают составлять расписание своих занятий на каждый день, продумывать их последовательность и основные этапы. Тем самым они как бы готовят те внешние опоры, которые помогают им в ограниченное время выполнить ту деятельность, которая от них требуется. Такая же скрупулезность и продуманность отличают их домашнюю подготовку к устным ответам: составляются схемы ответов, краткие изложения, планы.
Совсем иным видится ребенок с сильной нервной системой. Чаще всего бодрый, уверенный в себе, не испытывающий какого–либо напряжения в учении, поражающий легкостью, с которой он усваивает значительный по объему материал. Заметно, что он полон энергии, неутомим, постоянно готов к деятельности, его практически нельзя увидеть уставшим, вялым, расслабленным. Он способен в течение длительного времени сосредоточенно заниматься уроками или какой–либо интересной для себя деятельностью. Включаясь в работу, почти не испытывает трудностей. Ему нипочем дополнительные нагрузки, переход к незнакомой, новой деятельности. Чаще всего обнаруживает полную поглощенность своим очередным занятием. Вот, например, Володя, старший брат Николеньки Иртеньева из трилогии Л. Н. Толстого: «Увлекаясь самыми разнородными предметами, он предавался им всей душой. То вдруг на него находила страсть к картинкам: он сам принимался рисовать, покупал на все свои деньги, выпрашивал у рисовального учителя, у папа, у бабушки; то страсть к вещам, которыми он украшал свой столик, собирая их по всему дому; то страсть к романам, которые он доставал потихоньку и читал по целым дням и ночам…».
Поглощенный своими занятиями ученик с сильной нервной системой может спокойно отрешиться от посторонних моментов. Ему не мешают шум, разговоры, присутствие людей. Он способен готовить уроки на перемене, в транспорте – везде. Его отличают большая эффективность использования времени, способность выполнить за тот же промежуток времени больше, чем другие учащиеся, за счет своей выносливости, отсутствия остановок и перебоев в работе.
А теперь посмотрим, как выглядит подвижный учащийся. Учитель в классе сразу выделяет детей, отличающихся непоседливостью, несобранностью, неумением сосредоточиться на уроке. Не всегда такие черты можно рассматривать как результат плохого воспитания, неправильного отношения к труду. Они возможны и в результате проявления такого индивидуального свойства, как высокая подвижность нервной системы.
Такие дети, будучи предоставлены сами себе, долго не могут собраться и приняться за работу (и в классе, и дома). Их постоянно что–то отвлекает, они вертятся, разговаривают, перекладывают книги, точат карандаши. Им скучно заниматься какой–то одной деятельностью, обычно у них много разнообразных занятий; времени им хватает и на уроки, и на многие внешкольные дела. Переходя от одного занятия к другому, они полностью вытесняют из сознания предыдущее. Подвижный ученик не составляет для себя каких–либо графиков и расписаний; он все свои дела и заботы держит в голове. Его не смущает известная неопределенность в том, чем и когда ему нужно заниматься, кто и где его ждет. Он способен на ходу принимать решение или изменять прежние намерения, быстро, без труда приспосабливаясь к новым условиям, легко следуя за ними и подчиняясь складывающимся обстоятельствам.
Нередко высокая подвижность нервной системы проявляется в чрезмерной двигательной активности, в характерных особенностях речи. Так, юный Петр I в романе А. Н. Толстого не ходил, а бегал, «спотыкаясь от торопливости». Такие эпитеты, как «нетерпеливый» и «торопливый», чаще всего использовал писатель для характеристики своего героя; он торопливо говорил, приказывал, нетерпеливо дергал головой, вращал глазами, грыз ногти. «Горячась, он начинал говорить неразборчиво, захлебывался торопливостью, точно хотел сказать много больше того, чем было слов на языке».
Что касается учебы, то тут подвижный ученик отличается легким схватыванием объяснений учителя, умением быстро выполнить требуемые задания и решать задачи, мгновенно отвечать на устные вопросы. Описывая подвижного ученика, Н. С. Лейтес так характеризует его мыслительные особенности: «Собеседник едва успевает произнести мысль, как он может подхватить и развить ее, опережая автора, или начать возражать сразу же на выводы из данной мысли».
По–другому ведет себя ребенок с инертной нервной системой. Он намного спокойнее на уроках. Исключение составляют лишь те случаи, когда он на перемене участвовал в шумных играх, и тогда ему трудно сразу перестроиться и включиться в учебную деятельность. Он не способен «разбрасываться» на разнообразные занятия; чаще всего его свободное время полностью занято учебой, приготовлением уроков. Он не успевает больше практически ничего, так как выполнение домашних заданий тянется очень долго, каждое непредвиденное обстоятельство надолго отвлекает его, выбивает из рабочей колеи. Много времени и сил уходит у него на такие мелочи, которые почти не замечают другие ученики. Вот как описывает умственную деятельность инертного ученика Н. С. Лейтес: «В приготовлении уроков каждая деталь задания – особое дело. Прочесть, обсудить материал, приготовить чертеж, произвести вычисление – все это маленькие события, требующие некоторой подготовки, утомляющие».
Неприятности, неудачи, обиды не забываются инертными сразу, а как бы застревают в сознании, отвлекают от решения насущных вопросов, мешают двигаться дальше. Нужно какое–то время, прежде чем волнующее событие забудется и его негативное действие прекратится. Инертный не может быстро и полно ответить на внезапно поставленный вопрос. Ему требуется время на обдумывание, тщательную подготовку. Чаще всего у инертного речь неторопливая, замедленная, мимика и жестикуляция практически отсутствуют. У того же Н. Г. Гарина–Михайловского в «Гимназистах» дается описание манеры говорить героини, отличающейся сдержанностью, медлительностью: «…Она отвечала не сразу, как будто ее отделяла от говорящего какая–то изолирующая среда, звук через которую проходил не сразу, а нужно было время. Иногда казалось, что она не слышала, но проходило время, и она отвечала так, как будто отвечала себе, но могли слушать и другие».
Контрольные вопросы и задания1. Почему чаще в числе отстающих в учении оказываются ученики со слабыми и инертными нервными процессами? Могут ли такие школьники при прочих равных условиях хорошо учиться?
2. Назовите положительные стороны учащихся со слабой нервной системой и перечислите ситуации, затрудняющие их работу на уроке.
3. Назовите положительные стороны учащихся с инертными нервными процессами и перечислите ситуации, затрудняющие их работу на уроке.
4. Попробуйте обосновать тезис Б. М. Теплова о том, что «при любом типе нервной системы человек может иметь высокие социальные достижения». Какое значение в этой связи имеет формирование индивидуального стиля деятельности?
5. Сравните психологические портреты школьников с разными природными особенностями нервной системы, приводимые М. К. Акимовой и В. Т. Козловой.
6. Изучите методы и некоторые конкретные экспериментальные методики выявления природных особенностей нервной системы школьников:
♦ метод наблюдения за поведением учащихся в школе (на уроке, на перемене, в общении с одноклассниками) и их эмоциональных реакций на различные ситуации;
♦ метод анкетирования;
♦ метод анализа продуктов деятельности;
♦ экспериментальный метод;
♦ теппинг–тест Е. П. Ильина для установления силы – слабости нервной системы;
♦ моторная проба Лаччинза (изучение пластичности – ригидности нервных процессов);
♦ методика выявления уравновешенности – неуравновешенности нервных процессов.
Раздел II
ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СЛАБОУСПЕВАЮЩИХ ШКОЛЬНИКОВ
Тема 5
Характеристика развития когнитивной сферы отстающих в учении детей
Особенности познавательных процессов младших школьников с низкой успеваемостью.
Психологические особенности «средних» учащихся. Особенности когнитивного развития учащихся VII–X классов. Интеллектуальная пассивность.
Основные понятия для усвоенияИнтеллектуальная пассивность – это сниженный уровень интеллектуальной деятельности, обусловленный в основном особенностями воспитания и проявляющийся в недостаточной сформированности интеллектуальных умений, в негативном отношении к умственному напряжению, в использовании обходных путей при выполнении интеллектуальных заданий.
Когнитивная сфера – система познавательных процессов, обеспечивающая переработку (преобразование, хранение и воспроизведение) поступающей информации.
Метод «проб и ошибок» – порочный прием учебной работы, состоящий в бездумном, случайном выборе учеником способа решения учебного задания. В случае неудачного выбора попытки действовать наугад продолжаются. При случайном выборе правильного решения процесс поиска прекращается.
Отставание в учении – это конечный результат интегрального воздействия, как правило, нескольких, разных по степени сложности причин. Несмотря на различие причин неуспеваемости у разных школьников, учащиеся с трудностями в обучении имеют достаточно много одинаковых черт и особенностей, что позволяет дать им общую психологическую характеристику.
Категории слабоуспевающих и неуспевающих школьников:
• дети с умственной отсталостью (легкая степень олигофрении);
• дети с временной задержкой психического развития;
• педагогически запущенные дети;
• дети с ослабленным слухом и зрением;
• дети в целом с нормальным психическим развитием, но имеющие недостаточный уровень сформированности отдельных психических функций либо по уровню их развития относящиеся к нижней границе нормы. Именно эта, последняя, группа отстающих в учении школьников и будет находиться в центре нашего внимания.
Их общая характеристика состоит в следующем. Они обычно не принимают активного участия в работе класса, не обнаруживают склонности к самостоятельному умственному труду, характеризуются более низким уровнем работоспособности, чем хорошо успевающие одноклассники. Они медленнее воспринимают материал и требуют длительного времени для его осмысления. Знания усваиваются этими детьми неполно, без достаточного осмысления, часто лишь весьма поверхностно или совсем не усваиваются. Дети не умеют применять имеющиеся знания в новых условиях учебной работы.
К числу конкретных трудностей слабоуспевающих учеников относятся, в частности, низкий уровень развития умения планировать (за составление плана к прочитанному тексту слабоуспевающие набрали в 1,4 раза меньше баллов, чем хорошо успевающие), значительные затруднения у них вызывает необходимость устанавливать логические связи между частями усваиваемого содержания, отделять главное от второстепенного.
Темп усвоения и выполнения заданий у них бывает более медленный, чем у остальных учеников. Так, по данным Ю. К. Бабанского, переписывание текста из 50 слов слабоуспевающие школьники выполняли в 1,5 раза медленнее, при этом допустили в 3 раза больше ошибок, чем хорошо успевающие. Темп чтения у них в 1,7 раза ниже, чем у хорошо успевающих учащихся, а темп вычислений – в 2 раза ниже, чем у их одноклассников с более высокой успеваемостью.
Естественным и закономерным результатом такого низкого качества учебной деятельности является все возрастающее отставание этих школьников от одноклассников в усвоении учебной программы и, как следствие, низкая общая успеваемость этих учеников.
Стремясь выполнить задания, они прибегают часто к наиболее легкому для них механическому заучиванию и бездумному выполнению упражнений. В их работе выступает стиль «проб и ошибок», который, к сожалению, нередко на начальных этапах обучения приводит к положительному результату. Такую «маскировку» учитель часто не замечает, положительно оценивает выполнение таким образом учебных заданий, что ведет к закреплению этого порочного стиля учебной работы.
Ребенок шел «наощупь», без понимания и осмысления того, что делает. И хотя он, так или иначе, пришел к правильному ответу, не знает, не понимает, не может объяснить, почему выполненные им действия оказались верными. Поэтому даже правильное решение не продвигает такого ученика в усвоении материала и не способствует его умственному развитию.
Отставание в интеллектуальной работе усиливается нарастающими эмоциональными отрицательными переживаниями. Постоянные неудачи, упреки родителей, учителей вызывают сначала огорчение, затем переживание безнадежности и равнодушия, появляется неуверенность в своих силах, формируется низкая самооценка. Учение становится для них пыткой. Малоэффективные способы учебной работы приводят к возникновению отрицательного отношения ребенка к учению и к школе, к потере чувства собственного достоинства.
«Напрасный безрезультатный труд и для взрослого становится постылым, отупляющим, бессмысленным, а ведь мы все же имеем дело с детьми. Если ребенок не видит успехов в своем труде, огонек жажды знаний гаснет, в детском сердце образуется льдинка, которую не растопить никакими стараниями до тех пор, пока огонек опять не загорится (а зажечь его вторично – ой как трудно!); ребенок теряет веру в свои силы, застегивается, образно говоря, на все пуговицы, становится настороженным, ощетинивается, отвечает дерзостью на советы и замечания учителя. Или еще хуже: чувство собственного достоинства у него притупляется, он свыкается с мыслью, что ни к чему не имеет способностей. Сердце охватывает гнев и возмущение, когда видишь такого равнодушного, безропотного ребенка, готового терпеливо слушать хоть целый час назидания учителя, абсолютно безразличного к словам товарищей: ты отстающий, ты останешься на второй год… Что может быть безнравственнее, чем подавить в человеке его чувство собственного достоинства!» (Сухомлинский В. А., 1969б. – С. 142).
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?