Читать книгу "Вредная для Снежного, или Вынужденный брак леди райн-Рейвис"

Тисса нервно переступила с ноги на ногу. Она явно ожидала, что я ее представлю, но зачем бы мне это делать?

– Сама публикуюсь под псевдонимом, – добавила герцогиня. – Мой очаровательный супруг считает, что чрезмерная ученость уродует женщину.

– Вы убрали от фамилии первую букву, – сощурилась я. – Ваша статья по растительным ядам была потрясающа. Хоть и не моя сфера, но читала с истинным удовольствием.

Больше она ничего не сказала, герцог Влейр, закончив общаться, довольно грубо ухватил ее под локоть и увел в сторону. Мне стало не по себе.

Нет, не то чтобы я не знала, что договорные браки – основа нашего общества. Просто...

– Вот поэтому я и вышла замуж за небогатого и глуповатого парня, – хмыкнула Тисса. – Мой драгоценный лорд Трой только и знает, что обсуждать тонкорунных овец да способы обработки шерсти.

В голосе Тиссы звучало превосходство. Она в очередной раз уверила себя, что сделала правильный выбор.

– Многие считают, что жизнь женщины меняется в день свадьбы, – задумчиво проронила Лукреция, – но истинно необратимые изменения происходят после рождения детей.

– Ты можешь уйти от постылого мужа, – кивнула я. – Но ты не бросишь своих детей.

Тисса лениво пожала плечами:

– У моих близнецов три кормилицы и четыре няньки. Они уж точно не брошены.

Легкая, ненавязчивая музыка внезапно оборвалась. Леди Трой поспешно отскочила от нас и смешалась с толпой.

– Сейчас круг пройдут Их Величества, – прошептала Лукреция. – Говорят, что фаворитке позволено идти следом.

– Немыслимо, – не поверила я.

Но это оказалось правдой. Позади царственной четы шествовала черноволосая и черноглазая красавица в алом платье.

– Хайлен, наш надежный герцог, – голос короля раскатился по залу. – Новость о твоей женитьбе поразила нас. Покажи свой прекрасный цветок.

Повинуясь жесту Его Величества, я выступила вперед и присела в глубоком реверансе. Мысленно отсчитывая секунды, я с легким интересом рассматривала изукрашенные туфельки королевы. Из-под подола виднелись лишь носы, но рисунок... Рисунок вышивки был весьма и весьма красноречив – защитные заклятья, простые, на одну искру. Но! Но их было больше десятка – и это только на той части обуви, что виднелась из-под платья!

«Надо взять на вооружение эту идею», – отметила я себе.

– Стойкая, – оценил король. – Какие прекрасные цветы растут в пансионе благородных магесс.

– Моя супруга – магистр защитных чар, – проронил Хайлен, а затем доверительно добавил: – Иногда она меня пугает.

Король рокочуще расхохотался и приказал мне выпрямиться. А его венценосная жена, посмотрев мне в глаза, тонко усмехнулась:

– Магистр защитных чар – это интересно. Присоединитесь ко мне в перерыве.

Последняя фраза была скорее приказом, чем вопросом. И я склонила голову:

– Это большая честь для меня.

Ее Величество, обмахнувшись веером, бросила несколько ничего не значащих фраз, в то время как королевская фаворитка изо всех сил пыталась привлечь к себе внимание. Она не смела заговорить, но дула губы, вскидывала брови и выразительно вздыхала. И все это работало на короля – он огладил возлюбленную ласковым взглядом, а вот на жену посмотрел холодно и раздраженно.

Признаюсь, я выдохнула, когда царственная чета двинулась дальше.

– Король плохо выглядит, – проговорила Лукреция. – Вино и девки никому не добавляют здоровья.

– При дворе служат лучшие целители. – Я посмотрела на царственную процессию.

– Думаешь, они способны принудить короля к умеренности? – хмыкнула тетушка.

– Они целители, а не самоубийцы, – в тон ей отозвалась я.

Нам пришлось простоять без движения еще около получаса. После чего король и его фаворитка наконец-то открыли бал.

– Какой интересный мужчина рискнул пригласить на танец свою королеву, – шепнула Лукреция. – И как талантливо все это игнорируют.

– Госпожа моя, – Хайлен впервые за последний час обратился ко мне, – не откажите.

Он склонился и протянул мне руку. Медленно выдохнув, я вложила пальцы в его ладонь и постаралась мягко улыбнуться:

– Не откажу, господин. Вы можете взять столько танцев, сколько посчитаете нужным: этот вечер уже не может стать хуже.

– Не испытывай терпение Богов, – буркнула тетушка, – вдруг они захотят доказать, что ты ошибаешься?

Мелодия сменилась, и все пары одна за другой закружились в старом танце. Поворот, поворот, разъединиться и, пропустив других танцующих, вновь соединить руки.

– Моя госпожа прекрасно танцует.

– Проклинаю я тоже неплохо, – ровно ответила я, – яды варю так себе, на проходной балл.

Мы вновь разошлись, чтобы через минуту сойтись.

– Как долго вы будете избегать меня, господин?

– Моя госпожа желает моего внимания? – он вскинул брови. – Мне казалось, я еще не заслужил эту честь.

Он лихо закрутил нас, избегая столкновения с забывшейся в танце парочкой.

– Наше знакомство не задалось с самого начала, – тихо сказала я. – Но если с моей стороны это была просто глупая выходка, то вы… Вы почти уничтожили саму возможность договориться. Равный брак – это равные возможности.

Мы вновь разошлись и вновь оказались рядом.

– Да, вы герцог, богатый и влиятельный маг, – продолжила я. – Тут с вами сложно соревноваться, но зачем вам в доме враг?

– Я никогда не назову свою госпожу врагом, – улыбнулся он.

С трудом подавив ругательство, я тоскливо спросила:

– Вы издеваетесь?

– Ни в коем случае. – Музыка стихла, и Хайлен подвел меня к тетушке. – Мы поговорим позже.

Что ж, это больше, чем ничего. Вероятно, у меня не получится надавить на него, чтобы вытряхнуть подробности, но…

Передо мной появился мужчина в синем мундире. Каштановые волосы, озорные зеленые глаза и тонкая ухмылка на узких губах.

– Леди райн-Рейвис, окажите мне честь…

– Моя жена танцует только со мной, – жестко отрезал Хайлен.

– При дворе другие правила.

– Дуэль? – заинтересовался герцог райн-Торланд.

Я бы с удовольствием посмотрела на хорошую драку. Ох, как же мне нравилась атмосфера на дуэльной площадке в Академии. Но…

– Кто бы ни победил, а два следующих танца я пропущу, – ровно проговорила я. – Тетушка, проводи меня на балкон.

Зимний сезон в Эрандаре суров, и я, убедившись, что мужчины остались в зале, отослала Лукрецию назад.

– Найди себе развлечение, – посоветовала я. – Не мерзни.

– Так уж и скажи, что хочешь перебеситься в одиночестве, – понимающе хмыкнула тетушка. – Но учти: Острави всегда был слаб в зельеварении. Так что все его микстуры отвратительны на вкус.

– Это ты к чему?

– Не простудись, – закатила она глаза. – Внутренний огонь не даст тебе почувствовать холод, но тело… Тело все равно переохладится.

Я только кивнула, а после повернулась к парку. Отсюда были видны цветные всполохи колдовских огней, освещавших ледяные скульптуры. Где-то там, вдалеке, так и стоит временная церковь.

Мороз скользил по коже, дразнил мое пламя и отступал, не в силах пробраться глубже. Что будет в Вейарне? Говорят, что там кипяток застывает за несколько секунд.

Я обхватила себя руками за плечи и прикрыла глаза. В ушах так и звучали все обидные и ядовитые фразы. И ведь было понятно, что так и будет. Мне казалось, что я готова, но…

Но правда в том, что к такому подготовиться нельзя. Нарастет ли на мне когда-нибудь броня, или я так и останусь слабой и ранимой?

За спиной прозвучали чьи-то шаги.

– Эрандар не прощает ошибок, – низкий голос Хайлена раздался прямо над ухом. – Холод пронизывает до костей, но внутри замка он бессилен. Отчего же моя госпожа решила выйти в легком платье на балкон?

Его голос звучал равнодушно, но в то же мгновение я ощутила, как мои плечи были укутаны его силой. Тяжесть невидимого согревающего заклятья ударила по оголенным нервам и заставила мой огонь разгореться сильней.

– Господин забыл, что я магистр защитных чар. Если мне холодно, значит, таково мое желание.

Одним импульсом я уничтожила его щит. Легко и просто, магия – послушный инструмент в моих руках. Я тренировалась больше кого-либо другого, ведь когда у меня не было ничего – у меня была моя сила. Мне казалось, что я чего-то достигла, выросла, поумнела. Мне казалось, что у меня есть будущее.

Воздух вокруг нас сгустился, став едва ли не холоднее, чем был до этого. Я почти физически ощущала на себе взгляд его ледяных глаз. Но упрямо не поворачивалась, продолжая рассматривать парк.

– Госпожа моя, твой дивный характер восхищает. Но как магистр защитной магии ты должна понимать…

Он склонился надо мной так, что его горячее дыхание обожгло мою кожу:

– Что некоторые вещи не защищают, а лишь маскируют слабость. Скрывают уязвимость и делают ее смертельно опасной для хозяина.

Развернув плечи, я подняла голову и, обернувшись, посмотрела в его ледяные глаза. В них читалось что-то неуловимое, что-то сложное. Не гнев, гнев я узнаю из тысячи эмоций. Раздражение? Что-то подобное было в глазах моих профессоров, когда я взламывала их щиты.

Я не успела толком разобрать его настроение, а он уже отстранился, отошел и, стоя на границе тепла и холода, проронил:

– Скоро большой перерыв, служанка Ее Величества уже ищет тебя, госпожа моя. И прошу: будь осторожна.

Что именно хотел сказать Хайлен? С кем быть осторожной? С королевой, королем или фавориткой? Очень сильно сомневаюсь, что кто-нибудь действительно заинтересуется мной.

Вернувшись в зал, я потянулась своим браслетом к тетушкиному и, следуя по незримой нити, нашла Лукрецию у колонны. В руках у нее была тарелка с тарталетками.

– Угощайся, твои любимые.

– Я думала, ты сплетничаешь, – хмыкнула я.

Лукреция завела глаза:

– С кем? Видела Саймишей. Как они от меня шарахнулись, ты не представляешь!

– Мне казалось, что они попытаются навязаться, – нахмурилась я. – Неужели Хайлен так много заплатил, что им на все хватило?

Тетушка пожала плечами:

– Наследнику Саймишей действительно оплатили обучение, хотя у него еще не было первой колдовской искры. А у девочки была, но ее ждут два курса в пансионе благородных магесс.

– Всего два?

– Леди Саймиш не заинтересована в полном образовании, – Лукреция тяжело вздохнула, – она полагает, что чрезмерная ученость убивает в женщине женщину.

– И кто же остается? – хмыкнула я.

– На этот вопрос ответа не было, а после меня заметили и пришлось уносить ноги. Зато на платье леди Саймиш пятно от трех канапе. Пришлось пожертвовать лососем.

Лукреция горестно свела брови и патетично добавила:

– Мы никогда не забудем этот подвиг. Впрочем, Его Величество нанял целый факультет бытовиков, так что платье леди Саймиш быстро привели в порядок. Увы, пятно не продержалось и десяти минут.

– Ничего, она все равно долго его не забудет, – утешила я тетушку.

Бальный зал понемногу пустел, люди перемещались в открытые гостиные, чтобы перевести дух, насладиться закусками, посплетничать и подготовиться ко второй части танцев.

– Леди райн-Рейвис. – Ко мне подошла немолодая женщина в некрасиво-желтом строгом платье. – Леди Ассари приглашает вас отдохнуть.

Чуть нахмурившись, я с легким недоумением проговорила:

– Боюсь, что я не имею чести знать ее.

Лицо женщины странно вытянулось, как будто мой ответ застал ее врасплох. Я лишь через несколько секунд сообразила, что леди Ассари – это фаворитка короля. Он же дает им новые имена и фамилии, чтобы незнатные семьи не были скомпрометированы.

– Леди райн-Рейвис, Ее Величество ждет вас.

Помощница королевы была в строгом сером платье, белый тугой воротничок украшала скромная брошь с нескромным изумрудом, а в светлых волосах поблескивали драгоценные шпильки. Леди Оллина Майрис служила Ее Величеству уже больше десяти лет.

– Благодарю, леди Майрис. Найдется ли для моей тетушки место среди компаньонок Ее Величества?

– Разумеется, – степенно кивнула Оллина.

Она, что интересно, не удостоила Желтую и взглядом. Вела себя так, будто, кроме меня и тетушки, больше никого не было.

«Хорошо происходить из рода, в котором есть собственный кодекс, – промелькнуло в моей голове. – Если бы Хайлен привел в дом любовницу, я бы сразу подала на развод. Обошлась бы даже без вмешательства магистрата, хватило бы лишь чистой колдовской силы и обращения к старым клятвам».

Десятки райн-Рейвисов клялись своей кровью соблюдать кодекс рода. Там, конечно, больше говорилось о чести и достоинстве, о защите кровных родственников и о служении сюзерену. Однако же прелюбодеяния жесточайшим образом осуждались. Пламенные маги не способны делить любимого человека. Огонь жесток и беспощаден, а потому нам проще отказаться от брака, чем принять в него кого-то третьего.

Леди Майрис провела меня в большую уютную гостиную, которая была поделена на две части. Конечно, нельзя сказать, что кто-то натянул заградительные ленты, но… Знатные леди разделились на две группы.

И я, сопровождаемая неприязненными взглядами, была препровождена к диванчику, который занимала королева.

Она же, похлопав ладонью по мягкой обивке, позвала меня напрямую к себе:

– Садитесь, в наших кругах редко появляются по-настоящему интересные женщины.

– Благодарю, Ваше Величество, – негромко ответила я и осторожно села.

Признаться, это нельзя было назвать полноценным отдыхом. Пусть даже слуги подали охлажденный сок и крошечные канапе – расслабиться в присутствии Ее Величества было невозможно.

Зато разговор тек гладко: королева не пыталась сделать из меня развлечение. Всего лишь задала несколько вопросов о пансионе да о защите диплома. И все это вскользь, невзначай.

– Было бы любопытно увидеть ваши щиты в действии, – проговорила вдруг она. – Мы слышали, вы прошли сквозь колдовской костер. Разве это возможно?

– Защититься от природного огня несложно, – я сложила руки на коленях и склонила голову к плечу, – а вот пройти сквозь пламя, призванное другим магом… Раньше это считалось невозможным. Но моя новая разработка многое изменит. К сожалению, у меня пока что нет магистерского диплома и я не могу раскрыть формулу.

– Это нам прекрасно понятно, – тонко хмыкнула королева. – Полагаю, вас уже навещали перспективные соавторы?

– Ваше Величество, – я не сдержала улыбку, – вы невероятно проницательны. Мне предложили перспективное сотрудничество. Но я предпочла отказаться.

– Говорят, полицейский департамент заинтересован в вашем новом заклинании.

Я искренне поразилась тому, с какой скоростью разносятся слухи. А с другой стороны, все это происходило на оживленной праздничной улице, так что чему удивляться?

– Равно как и я была заинтересована в прохождении стажировки, – тут мне потребовались все мои силы, чтобы горечь не просочилась в голос. – Однако все пошло по странному пути.

– По странному пути, – сложным тоном проговорила королева. – Интересная формулировка. Нам нравится.

Нам принесли новую порцию деликатесов. Это были небольшие пирожные, как раз на один укус – чтобы не испачкать платье и не испортить макияж.

«С каким бы удовольствием я сейчас съела большой, хорошо прожаренный кусок мяса. Да с зеленью и печеным картофелем», – пронеслось у меня в голове.

– Вы могли бы продемонстрировать что-то не тайное и не столь масштабное? – спросила королева.

– Могу ли я разбить что-нибудь? – спросила я.

– О, сколько угодно, – рассмеялась Ее Величество и лично подала мне бокал.

Подхватив тонкостенное ажурное чудо, я окружила его сложным звуковым щитом. После чего чуть отклонилась в сторону и с размаху разбила о мраморный пол.

– Ни звука, – ахнула королева. – Еще!

За бокалом последовала тарелка, а после и вовсе откуда-то принесли огромную супницу. Ее об пол бросила сама королева.

– Это потрясающе. – Ее глаза сияли.

Меня же это несколько поразило. Такие щиты среди магов назывались «заглушками» и были распространены повсеместно! Всем ведь хочется говорить и не переживать за лишние уши. Хотя… Этому не учат на занятиях. Такие заклятья передаются от старших курсов к младшим, и особым шиком считается создать собственную модификацию, которую не грохнет проходящий мимо старшекурсник.

– Это можно наложить на любой предмет? – спросила меня королева.

– На предмет или развернуть вокруг группы людей. Этим заклятьям не учат в академии, их передают от студента к студенту. Мне эта формула досталась лишь на третьем курсе. Я была не самой популярной девушкой.

Ее Величество медленно кивнула:

– В этом есть смысл. Мы многое упустили, лишившись возможности учиться в Академии.

Я сочувственно склонила голову, а после улыбнулась:

– Вы были бы лучшей ученицей, а значит, свою первую заглушку получили бы в подарок. Позволите преподнести вам формулу?

Мне было понятно, что королева захочет изучить это заклинание. И можно было бы подождать, пока она попросит. Но что-то мне подсказывало, что лучше всего оформить это в дар.

– Мы были бы признательны.

Через несколько минут передо мной поставили малый переносной писчий столик, на который легла пухлая книжица.

И я, поняв, что там хранятся все знания Ее Величества, не только вписала формулу заглушки, но и добавила простую кровную цепочку, которая надежно защитит тайны королевы. Все, что ей нужно теперь сделать, – это капнуть кровью на колдовской рисунок. И тогда все ее записи превратятся в размышления о кулинарии разных народов мира.

Все это я также записала.

– Но хочу сказать, что такие заглушки легко схлопнуть, – я посмотрела ей в глаза, – поэтому их принято постоянно проверять.

Третья формула легла в тетрадь.

Удивительно, но мне стало искренне жаль королеву. Уж насколько сложна моя ситуация, но я хотя бы имею не только стихийный дар, но еще и великолепное образование. Мои щиты прикроют и меня, и Лукрецию. У королевы же есть лишь ее странный, сложный статус. Вроде бы и жена короля, а вроде бы и нелюбимая, лишняя женщина. Но зато мать наследника, но воспитывают мальчика чужие люди.

«Сегодня я жалею себя чуть меньше, чем вчера», – пронеслось у меня в голове.

Королева приняла из моих рук свою записную книжку, внимательно все прочитала, а после быстро и не задумываясь вытащила из лифа иголку. Капля крови впиталась в страницы, и вместо моего почерка появилась заметка о жареных червях, что готовят на краю мира.

– Прочитайте последнюю кулинарную заметку, – приказала королева и протянула книжку одной из своих фрейлин.

Пока бедная леди читала, остальные зеленели. Королева же лишь снисходительно улыбалась и нет-нет да и приговаривала:

– Мы любим на досуге изучить кулинарию далеких стран. Когда-то мы мечтали путешествовать. И в этих путешествиях изучать алхимию. Составлять яды и противоядия.

Она бросила задумчивый взгляд на ту сторону, где царила леди Ассари. Я посмотрела на Ее Величество и тихо спросила:

– Разве зелье плодородия не решает такие проблемы? Дарованное магией дитя забирает у матери все, включая красоту. После родов здоровье, конечно, восстановится. Но времени пройдет достаточно.

– А бастарды на трон претендовать не могут, – королева хмыкнула, – простая и изящная мысль. Нам нравится.

Задумывалась ли я, к чему могут привести мои слова? Не слишком. Просто Ее Величество удивительным образом располагала к себе.

«Кто знает – быть может, мне предстоит за это поплатиться, – подумала я и пригубила согревшийся сок. – А может, и нет. Глупо думать, что у королевы нет других советчиков».

– Знаете, что самое забавное? – По губам Ее Величества скользнула грустная улыбка. – Наш наследник дарован магией. А эликсир нам был подан рукой королевы-матери. Кто бы смог отказать?

Я смогла лишь сочувственно вздохнуть. Через несколько минут большой перерыв закончился и Ее Величество пространно поблагодарила меня за увлекательную беседу.

– Знаешь, – подошедшая тетушка ненавязчиво подхватила меня под локоть, – Может, и хорошо, что мы покидаем Эрандар. Фаворитка Его Величества тобой явно недовольна.

– Меня это не слишком беспокоит, – серьезно ответила я. – Другое дело, что я бы предпочла остаться незамеченной. Однако же примыкать к свите леди Ассари недопустимо.

Тетушка согласно кивнула:

– Недопустимо. Но публичное осуждение довольно лицемерно, не так ли?

– Весьма, но вряд ли найдется смельчак, способный осудить короля.

В свиту леди Ассари входили младшие дочери, бесприданницы и любовницы иных знатных лордов. Эти змеи смертельно ядовиты, но вокруг них все равно есть незримый барьер. Эти дамы могут войти далеко не в каждый дом. На их мужчин общественное осуждение не распространяется.

– Окажите мне честь. – Обернувшись, я увидела Его Величество.

Ошеломленная и растерянная, я несмело протянула руку, и вокруг моих пальцев вдруг взметнулись снежинки.

– Мой король, – на мои плечи легла рука Хайлена, – моя супруга танцует только со мной.

В этот момент я окончательно перестала что-либо понимать. Во-первых, это всего лишь танец. Во-вторых, глупо отказывать королю в такой малости. В-третьих, я… Я явно чего-то не понимаю.

– Вы готовы противостоять нам, – расхохотался Его Величество, – это так забавно. Мы посмотрим, что произойдет с вашей парой через два-три сезона. Но мне интересно…

Он сделал короткий жест, и к нам присоединилась Ее Величество. Она была немного бледна и явно недовольна тем, что ее подозвали как собаку.

– Герцог Вейарны запретил мне танцевать со своей женой. Пригласи-ка его самого!

Боги, какая нелепая и дурацкая ситуация. И я ведь не могу просто промолчать, Хайлен задрал планку, и я просто вынуждена… О!

– Моя королева, – я присела в реверансе, – молю вас о снисхождении.

– Поднимитесь, леди райн-Рейвис, и не беспокойтесь, – бледно улыбнулась королева. – Ваш супруг пока что принадлежит лишь вам.

Затем она повернулась к королю и положила ладонь ему на руку.

– Наш венценосный супруг упустил из виду маленький нюанс: первый танец на балу всегда принадлежит супругу.

– Они уже танцевали, – нахмурился король, убирая пальчики Ее Величества.

– Они – да, – королева спрятала руки в складки платья, – но мы – нет. Прошу меня простить, мне нехорошо.

– Помогу тебе дойти до фрейлин. – Его Величество грубовато ухватил свою супругу под локоть. – И позволю себе напомнить, что ты уже танцевала сегодня…

Лорды и леди старательно не смотрели на венценосную пару и при этом столь же внимательно фиксировали каждое действие, каждый жест и каждое слово.

– Почему Его Величество столь недоволен своей королевой? – не удержалась я. – Свое содержание Ее Величество тратит на приюты для сирот и больницы для бедных. Она устраивает еженедельные благотворительные обеды, раз в месяц назначает встречи с боевыми магами, пострадавшими от тварей и…

– Люди любят Корринель Эрандарскую, – Хайлен посмотрел на меня, – а леди Ассари не любят.

– Ходил слушок, – тетушка понизила голос, – что Ее Величество была заперта в своих покоях. И чтобы выйти, ей следовало назвать леди Ассари своей сердечной сестрой.

– Эту традицию назвали аморальным пережитком прошлого, – ахнула я.

Хайлен, так и стоявший рядом с нами, тихо проговорил:

– Боюсь, что я не знаю, о какой традиции речь. В Вейарне у мужа есть только его госпожа, а у госпожи только муж. Иное порицается законом, обществом и брачными клятвами.

– В Эрандаре тоже порицается, – хмыкнула тетушка. – Поэтому и придумывают лазейки. Жена, называя любовницу мужа своей сердечной сестрой, как бы возвышает девицу. Разделяет с ней бремя общественного порицания и своим поступком говорит окружающим, что не осуждает девушку.

– Из-за чего осуждать начинают уже жену, – вздохнула я.

– Унизительная традиция, – оценил Хайлен. – Госпожа моя, позвольте пригласить вас на танец.

Я устало посмотрела на герцога, а затем спросила:

– Через сколько мы сможем удалиться с бала?

– Через три танца, – уверенно ответил Хайлен.

И тетушка согласно кивнула. Мне оставалось лишь довериться им. Увы, подобные тонкости прошли мимо меня. Нельзя быть лучшей во всем, но видят боги, от магии проку больше, чем от этикета!

Правда, уже через пару минут я пожалела обо всех упущенных уроках: музыка стихла, люди немного разошлись, и в центре зала осталась одна лишь королева. Она была бледна, ее тонкие пальцы судорожно сжимали тонкую ножку бокала, в котором плескалось что-то насыщенно-алое. Я бы предположила, что это вино, но красное при дворе не подают. Так что же это?

– Мой супруг обрел покой рядом с леди Арраси, – проговорила Ее Величество, и никто не посмел исправить ее оговорку, – так зачем же я отказываюсь от сердечной сестры?

Королева подняла бокал, отпила из него и протянула в пустоту:

– Нитта Арраси, будь же моей сердечной сестрой.

Я прижала ладонь ко рту. Как же неудачно закончился разговор Их Величеств.

– Ее ведь по-другому зовут, верно? – шепотом спросила Лукреция. – Сольвенна Ассари, урожденная Вильмиран.

– Маленькая бессильная пакость, – так же тихо ответила я.

Мы во все глаза наблюдали за королем, и он, видя, что жена не собирается отступать, знаком велел своей фаворитке принять новое имя.

– Забавно, если в бокале яд, – хмыкнула тетушка.

А я, затаив дыхание, с искренним восторгом смотрела на королеву. Да, сейчас она проиграла. Но сердечная сестра может быть лишь одна, а в бокале… В бокале явно зелье плодородия. Алое, густое и насыщенно-пряное.

– Будь моему супругу опорой, щедрой женой и ласковой матерью, – проговорила королева и сделала еще один глоток. – Раздели со мной дар земли и неба.

И теперь все зависит от того, какое образование получила Нитта Арраси, она же Сольвена Ассари, урожденная Вильмиран. Знает ли она, что зелье плодородия в старых справочниках называется даром земли и неба?

Фаворитка, бросив торжествующий взгляд на поверженную противницу, приняла из ее рук бокал и демонстративно поднесла к нему кулон-определитель.

Молочно-белый камень никак не отреагировал на зелье, и новоявленная леди Арраси уверенно осушила бокал.

– Думала, сможешь напугать меня, сестрица? – с интересом спросила леди Арраси.

– Ни в коем случае. – Королева мягко улыбнулась. – Наш король теперь в надежных и заботливых руках.

В глазах Ее Величества горели решимость и желание сражаться до конца. Вот только мнится мне, что бой пойдет не за венценосного мужчину, а за свободу.

«Хорошо бы оказаться подальше, когда противостояние выйдет на открытое пространство», – подумала я.

Королева же публично заявила о том, что ей неможется, и удалилась прочь.

– И нам пора, – негромко сказала Лукреция. – Хайлен, проводите супругу прочь из зала.

Если герцог и хотел возразить, то не стал. Мы не протанцевали три оставшихся танца и, что самое интересное, мы были не первыми, кто решил покинуть бал.

– Я не понимаю, что происходит, – шепнула я, когда мы вышли в парк.

– Даже мужчинам не нравится возвращение этой традиции, – хмыкнула Лукреция. – Подумай-ка, вот у лорда дочь. Он выдает ее замуж, дает за ней приданое, затевает строительство, скажем, фабрики. А затем раз!

Тетушка резко хлопнула в ладоши и затем продолжила:

– И дочь становится лишней, в поместье заправляет сердечная сестра, а дети… Это королева защищена, бастарды трон не наследуют. А вот у простых лордов и леди наследует тот, на кого отец укажет. И кому это надо?

– Уехали те, кто готов открыто противостоять королю. – Я прикусила язык.

Хайлен покачал головой и негромко заметил:

– Не открыто. Никто ничего не сказал, ничем не выразил своего негодования. Просто женщины приболели и захотели домой.

– Болезни придут в каждый дом Эрандара, – хмыкнула тетушка. – Чем же пригрозил король королеве?

А я вспомнила высокого и статного мужчину, с которым танцевала Ее Величество. Могли ли они быть любовниками? Или он всего лишь друг?

Или королева просто подождет отставки леди Арраси, ведь это далеко не первая фаворитка Его Величества.

– Леди райн-Рейвис!

Обернувшись, я увидела Оллину Майрис. А за ее спиной… Там стояла закутанная в меховой плащ фигура. Но парк был слишком хорошо освещен, и я рассмотрела узор на туфельках.

– Ваше Величество. – Я присела в реверансе.

Она подозвала меня к себе, и я, не оглядываясь, подошла к ней.

– Не буду изворачиваться, – просто и буднично проговорила она. – Вам нужна стажировка, а мне защищенные покои.

– Я хороша, – ровно сказала я, – но опыта у меня меньше, чем у других.

– Люди с большим опытом имеют большие амбиции и, как правило, выбирают не опальную королеву, а блистательную фаворитку. Вам нужна стажировка и подтверждение вашего диплома, а мне спокойный сон.

– Я не могу дать гарантию...

– Ее никто не даст, – прервала меня королева. – Но вы дадите клятву, что не оставите осознанной лазейки.

– Все мастера дают такие клятвы, – нахмурилась я.

– Да. Все. Жаль, что эти клятвы они дают не мне, – хрипло рассмеялась Ее Величество. – Семь дней праздника – семь дней практики, включая этот.

Я сомневалась. Не то чтобы меня пугал монарший гнев, о нет. Меня больше волновало, имеет ли королева право принимать практиканток?

Но с другой стороны – что я теряю? Мне семь дней сидеть в доме герцога со злобствующими слугами?

– Тетушка будет со мной, если вы позволите.

– Позволю, но зачем?

– Обстановка в доме герцога, – я чуть понизила голос, – особая. Не хочу оставлять без присмотра дорогого мне человека.

Королева кивнула:

– Да, последнее время в воздухе витает нечто... Неприятное. Вы знаете, в чем обвинялся отец вашего супруга?

– В общих чертах, – я бросила взгляд на Хайлена, что терпеливо ожидал меня, – заигрывание с запретной магией.

– Считается, что после него остался архив, к которому никто не может подобрать ключ. Будьте бдительны, если король чего и боится, так это тварей. Стоит ему лишь заподозрить вас в, м-м-м, способности найти старые записи...

Королева не договорила, а я явственно ощутила, как на шее затягивается удавка. Спасибо, Хайлен райн-Торланд.

Теперь-то мы точно поговорим. И сегодня же!

Ее Величество больше не проронила ни слова. Лишь подала жест своей доверенной леди, и та передала мне конверт.

– Там жетон-пропуск и контракт. Изучите, если все устроит – завтра подпишем.

Сама королева в это время уже уходила, так что реверанс достался ее спине.

– Доброй ночи, – задумчиво проронила я, и леди Майрис бледно улыбнулась:

– Благодарю.

В карете мне с трудом удавалось сохранять видимость спокойствия. Пытаясь сдержать сотню колких фраз, я нещадно мяла и тискала конверт. Бумага хрустела под моими пальцами, а по краям даже начали проявляться подпалины.

– Моя госпожа не обязана подчиняться Их Величествам. – Хайлен посмотрел на меня своими холодными синими глазами. – Желаете, чтобы я вмешался?

Я желала совсем другого. И вдруг мое пламя успокоилось, мне в голову пришла заманчивая мысль.

– Благодарю, господин. Но все складывается наилучшим для меня образом. Почему бы мне не стать частью свиты Ее Величества?

На лице герцога отразилось замешательство.

– Моя госпожа хочет остаться в Эрандаре?

– Здесь контракт на стажировку, – я постучала пальчиками по конверту, – кто знает – быть может, я буду достаточно хороша, чтобы королева оставила меня при себе.