Читать книгу "Генри Форд. Народный автомобиль. Маленькие рассказы о большом успехе"

13. Пуритане

Пора рассказать о главном герое нашего повествования – о Генри Форде…

В Америке семейство Фордов появилось в 1847 году, когда дед будущего миллиардера и промышленника Джон Форд вместе с женой и 21-летним сыном отправился из родной Ирландии через океан искать счастья. Подобно многим ирландским переселенцам Форды были протестантами. И Генри, воспитанный в строгом пуританском духе и в почтении к религиозным святыням, в своей взрослой жизни терпеть не мог католиков, поэтому женитьбу внука Генри Форда II на католичке и последующий его переход в католичество счёл едва ли ни предательством семейных устоев.

История Джона Форда – это типичная история американского труженика, начавшего без гроша в кармане, но постепенно, своим трудом, достигшего благополучия и, если ни богатства, то прочного, надёжного положения. Джон Форд начинал с подённой работы на фермеров Мичигана. Его примеру последовал и сын Джона – Уильям Форд. Отец и сын до поры работали на хозяев, но оба старательно копили деньги на собственный участок земли.

Собственно, копить пришлось недолго – акр земли стоил в те времена около 2 долларов – столько, сколько Форды зарабатывали за неделю. Другое дело, что землю надо было обрабатывать, что-то в неё сеять, построить дом, в котором можно было жить, обзавестись живностью.

Эта работа – многолетняя, выматывающая, тяжелая (как любой труд на земле) – забрала у Уильяма всю молодость. Он женился лишь в 36 лет. Но уже имел и ничего себе ферму – близ Дирборна, штат Мичиган, и дом, и хозяйство.

Мечта старого Джона Форда сбывалась – его сын был счастливей его самого.

14. Семейство Фордов

30 июля 1863 года 24-летняя супруга Уильяма Форда Мэри родила первенца – мальчика, которому дали имя Генри. В ту пору Мэри почти не работала на ферме, занимаясь домашним хозяйством и детишками, которые, к слову, появлялись едва ли ни каждый год. А в поле трудились муж и тесть.

В 1865 году на свет появился младший брат Генри – Джон. В 1867 году – дочь Маргарет. На следующий год, в 1868-м, на свет божий появилась девочка, которой дали имя Джейн. В 1871 году родился Уильям Форд-младший. Наконец, в 1873 году появился последний ребёнок семейства Фордов – Роберт.

Шестеро детей! Шутка ли… В 1876 году в возрасте 37 лет Мэри Форд умерла. Бесконечные роды истощили её силы. Тяжёлая работа на ферме подорвала здоровье. И матушка Мэри отошла в мир иной.

Генри часто вспоминал мать и с грустью говорил, что ему не хватало её заступничества и ласки. Матушки не стало, когда Генри было всего 13 лет. Но он хотя бы её помнил. Младшие братья и сёстры припоминали мать с трудом. И Генри рассказывал им, каким чудесным, каким добрым, каким душевным она была человеком.

Уильям Форд эти разговоры старался пресекать. Он был человеком суровым. Обычный сельский труженик, не знавший отдыха. Не умевший приласкать и утешить. Но он очень любил своих деток. И всю жизнь старался дать им всё, что помогло бы его потомству выжить в этом жестоком и несправедливом мире.

15. Маленький «бездельник»

Уильяма Форда расстраивало отношение Генри к семейному делу. Когда пришла пора помогать отцу на ферме, Генри не выказал никаких сельскохозяйственных талантов. Работал еле-еле, через силу. Сев, уборка урожая, молотьба – его не увлекало ровным счётом ничего. И только нехитрые механизмы – сеялки, веялки, молотилки согревали его сердце. Генри мог с упоением возиться с какой-нибудь тележкой, перебирая ступицы колёс, смазывая, налаживая, ремонтируя инвентарь.

В доме от него прятали все механические игрушки. Едва в руки Генри попадала какая-нибудь заводная забава, он тут же разбирал её на части, чтобы «посмотреть, что там внутри»… На этом месте сделаем небольшое отступление.

При описании жизни Генри Форда постоянно обращаешься к его замечательной книге «Моя жизнь, мои достижения», написанной в 1924 году. Удивительно, но не получивший полноценного образования Форд обладал хорошим слогом. В нём явно «умер» писатель. Если бы ни одна деталь – он был склонен к мистификациям. Пусть не очень значительным, но всё же. В книге он писал об отсутствии в доме игрушек и о том, что судьбу техника ему предсказала матушка, которая разглядела его склонность к конструированию. На деле (по свидетельству сестры Форда) всё было несколько иначе. Игрушки в доме были – Форды относились к семействам достаточно зажиточным. И отец старался побаловать детей какой-нибудь интересной штукой. И тягу к механике воспитал в Генри отец. Просто между ними – отцом и старшим сыном – отношения были всегда немного натянутыми. Дело, в общем-то, житейское…

16. Карманные часы

В детстве в карманах Генри было много всякой механической всячины. Чаще всего – часы, которые некому было починить. Их выбрасывали, а Генри подбирал. Пытался отремонтировать, но безуспешно. Он попытался понять, как же они ходят. И – разобрался. В тринадцать лет он впервые починил старые часы. А к пятнадцати годам уже мог исправить любые часы, что попадали ему в руки. И ремонтировал старые хронометры, которые привозили соседи по ферме или городские приятели отца (Уильям Форд раз в неделю выезжал в Дирборн купить всякой всячины и при случае поболтать с друзьями).

Придёт время, и Генри будет зарабатывать на жизнь починкой часов. Соберёт коллекцию диковинных часов в три сотни штук. Потом работу часовщика оставит, но страсть к этому делу сохранить на всю жизнь.

Уже будучи миллиардером, владельцем гигантской промышленной империи, Форд по просьбе знакомых и друзей будет чинить часы, как обычный мастер. Более того, при отсутствии «клиентуры» Форд сам будет обращаться к знакомым, предлагая почистить часы «для профилактики». И всю жизнь не мог удержаться от покупки интересных часов, как только они попадались ему на глаза.

А тогда, в ранней юности, возня с часами научила его обходиться самыми примитивными инструментами и чинить механизмы, опираясь не столько на теоретические познания, сколько на интуицию. Для изобретателя – неоценимое качество.

17. Локомобиль

В 1875 году в жизни Генри произошло событие, перевернувшее его жизнь и во многом определившее его судьбу. Генри поехал с отцом в Детройт. И километрах в восьми от города впервые в жизни увидел локомобиль. Эта монструозная тяжеленная машина с паровым двигателем перемещалась сама. Её предназначением было приведение в действие молотилок и циркулярных пил. Но вал парового двигателя можно было соединить цепью с задней осью, превратив локомобиль в самоходное шасси.

Этот локомобиль марки «Никольс-Шеппард» был произведен в Бэтл-Крике. Генри разузнал это у машиниста. Пропуская лошадей Форда, машинист застопорил двигатель. И мальчишка, воспользовавшись моментом, разговорился с этим чумазым парнем, который с радостью выложил Генри подробности устройства. Мол, паровая машина выдает двести оборотов в минуту. И с колесами соединена цепью, которую можно отсоединить в любой момент без остановки парового двигателя – через фрикционную муфту, действовавшую вроде автомобильного сцепления (которое ещё не было изобретено).

Лошади Уильяма Форда и локомобиль благополучно разъехались. Генри побывал в Детройте и получил в подарок свои первые часы. Но с тех пор самодвижущаяся «телега» не шла у него из головы. В конце концов, по признанию самого Форда, этот локомобиль и привёл к постройке первой моторной тележки Генри.

18. Его «университеты»

Генри Форд не получил высшего образования. Он и среднего-то образования не получил. Вся его школа – восьмилетка в Дирборне, где был всего один лишь для всех возрастов класс и один учитель. Когда наступала пора работать в поле, учитель Миллер закрывал школу и открывал лишь после окончания уборки урожая или сева. При этом сам преподаватель был не шибко грамотен. Он обучал детей счёту, письму и самым основным житейским мудростям. Полноценным образованием назвать это было нельзя.

Удивительно, но сам Форд считал, что образован вполне достаточно, чтобы разбираться решительно во всём. Своё невежество он компенсировал интуицией. И ошибался лишь в том, что… с подозрением относился к университетам и институтам. Если перед Фордом стоял выбор между дипломированным специалистом и техником-практиком, он выбирал практика. При этом ссылался на то, что и великий Эдисон (а Форд его боготворил) институтов не заканчивал. И предлагал «умникам с дипломами» повторить то, что сделал сам Генри – хотя бы в минимальной степени.

Однажды журналисты Детройта решили поставить Генри на место. И предложили ему написать статью для популярного журнала – разумеется, об автомобилях. А потом опубликовали эту статью так, как она была написана, с огромным количеством нелепых грамматических ошибок. В это трудно поверить, но в противостоянии с журналистами выиграл Форд. После его статьи личность Генри стала ещё популярней. Обыватели увидели в нём простого человека – пусть не очень образованного, но безумно талантливого.

19. Свой путь

Закончив восемь классов школы, Генри решил – с него хватит. И в один прекрасный день, собрав в узелок свои инструменты и нехитрый скарб, никому ничего не сказав, он отправился в Детройт – устраивать свою судьбу.

Найти работу безусому юнцу в большом малознакомом городе – дело почти невероятное. Но Генри повезло – первая же контора, в которую он зашёл, оказалась механической мастерской Драйдока. Когда хозяин спросил, что юноша умеет делать, Форд ответил – чинить часы. Драйдок тут же вручил ему варварски разваленные карманные часы. И Генри в буквальном смысле на коленке их починил. И был принят на работу учеником механика. В его обязанности входила починка старых вагонов детройтской конки. В неделю он зарабатывал по два с половиной доллара и был бы вполне счастлив, если бы… ему ни приходилось платить хозяйке квартиры на доллар больше. Чтобы свести концы с концами Генри устроился на ночную работу к местному ювелиру, взяв на себя починку часов. Ювелир платил ему с выработки. Иногда заработок Генри достигал полудоллара в день, что было уже почти «богатством».

В своём мастерстве часовщика он достиг такого уровня, что мог уже сам изготовлять часы. И обязательно занялся бы этим, рассчитывая продавать свои часы по 30 центов за штуку. Но этому не суждено было сбыться. Его снова поманили локомобили…

От ювелира и мистера Драйдока Генри ушёл не просто так. Он сконструировал уникальные часы, которые показывали местное время и на отдельном маленьком циферблате – время, установленное железнодорожной компанией (в те годы железная дорога жила по собственным часам, совпадающим с географическим поясным временем). Этими часами Форд гордился.

20. Свой парень в «Вестингаузе»

Случайно Генри узнал, что в Детройте работает представительство компании «Вестингауз», которое собирает, продаёт и ремонтирует собственные локомобили. Форд обратился в эту контору и довольно быстро уломал мастера принять его на работу в качестве «эксперта». И это не шутка – восемнадцатилетний юноша разбирался в технике ничуть не хуже опытного специалиста. К тому времени он потихоньку конструировал собственный паровой двигатель, ещё толком не зная, к чему он его приспособит. Но в паровых машинах разбирался уже блестяще.

Локомобили «Вестингауз» очень нравились Генри. Они были похожи на машины «Никольс-Шеппард» с тем отличием, что машина и котёл располагались не друг над другом, а последовательно – в носу локомобиля машина, в средней части паровой котёл, на корме место машиниста. И в движение локомобиль приводился не цепью, а ремнём. К валу локомобиля можно было присоединить любой сельскохозяйственный механизм. А если нужно было переехать с места на место, ремень перебрасывался на шкив ведущей пары колёс, и локомобиль превращался в паровой трактор. Скорость движения была небольшой – до 12 миль в час (не так уж и мало, кстати). Но на первом месте была вовсе не скорость, а мобильность, способность переехать с места на место.

Возня с локомобилями навела Форда на мысль о небольшом, легком и дешёвом тракторе для фермеров. Локомобиль стоил очень дорого. И был по карману только людям состоятельным. Семейство Фордов относилось к среднему классу. И позволить себе такую машину оно вряд ли смогло бы… Вот если бы трактор…

21. Паровая тележка

Человек не очень образованный, Генри тем не менее старался быть в курсе всех новинок и при случае покупал популярные журналы, в которых описывались технические новшества. В те годы очень много писали о самодвижущихся экипажах, приводимых в движение паровыми машинами. Проблема заключалась в том, что легкие машины были очень ненадёжны – паровые цилиндры и котлы требовали усиления прочности, иначе они попросту взрывались. Усиление конструкции – увеличение веса машины. Увеличение веса машины – увеличение массы всей конструкции. И в результате получался… неповоротливый, тяжеленный, тихоходный локомобиль. И вместо реального самодвижущегося экипажа одни журнальные публикации под рубрикой «наука и техника завтрашнего дня».

Года два Генри бился над конструкцией своей паровой тележки, пытаясь решить неразрешимую задачу. Поначалу он хотел соорудить паровой велосипед. Но паровая машина получалась такой ненадёжной, что за практическую реализацию можно было и не браться. Тележка выглядела уже убедительней. Четырёхколёсная конструкция, в которой можно использовать, скажем, колёса от велосипеда. Простое рулевое управление, опять же, больше похожее на велосипедное, чем локомобильное – в локомобиле поворачивалась сразу вся ось – вокруг центрального вертикального стержня.

Тележку Генри построил. Испытал в движении. И пришёл к выводу, что… конструкция никуда не годится. Трактор, фермеру нужен трактор. А в качестве средства передвижения паровая тележка не годится. Кому понравится сидеть на паровом котле?.. Да и по каким дорогам могла бы ездить эта паровая тележка?

22. Двигатель Отто

Проработав в компании «Вестингауз» год, Генри снова решил уйти. Он научился всему, чему хотел. И убедился, что паровая машина для самодвижущейся тележки не годится. А ему хотелось создать именно экипаж, транспортное средство, тележку, на которой можно было разъезжать, как на лошадях.

И вдруг он вспомнил старый европейский журнал, описывающий устройство газового двигателя Отто. Это был самый настоящий четырёхтактный двигатель внутреннего сгорания, работающий на светильном газе. Зажигание горючей смеси в цилиндре – от раскалённого металлического стержня. Один цилиндр, приводящий во вращение через кривошип массивный маховик.

Генри начал размышлять. Господи, это же и есть тот самый двигатель, который ему нужен! Лёгкий, мощный, быстроходный. Но… вот одна журнальная статья. Вот ещё одна. И все доказывают, что светильный газ в качестве топлива для мотора – это полная ерунда. Усилие, развиваемое на валу двигателя Отто, по сравнению с паровой машиной ничтожно мало. И это тупиковый путь, а двигатель Отто не больше, чем технический казус, игрушка.

Под конец своего затянувшегося ученичества, году в 1885 (или где-то около) Генри довелось ремонтировать двигатель конструкции Отто. Это было в мастерских Игль в Детройте. Форд оказался единственным, кто смог разобраться в этой машине. Двигатель он починил. А попутно разобрал его до винтика и перерисовал в свою тетрадь. Вскоре после этого он взялся за постройку собственного мотора такой же конструкции. Очень маленького, с цилиндром диаметров в дюйм, работающего на лёгких нефтяных фракциях – парах газолина.

23. Возвращение

Остановимся на минуту. И представим всё происходящее практически, «перетянув» описываемые события на себя…

Мне 22 года. Я уже тёртый калач и знаю, как устроены паровые и газолиновые двигатели. Дело, в общем-то, нехитрое. Надо лишь взять в руки ножовку, напильник и дрель. И соорудить моторчик по описанию в журналах и по подобию того стационарного движка, что пришлось недавно ремонтировать… Кто на это способен? Сделать примерно такой же моторчик, какой устанавливается, скажем, на современные авиамодели? Вы способны? Я – нет. Думаю, мало кто способен – даже сегодня, когда про моторы известно всё и всем. Недаром же двигатели для моделизма изготавливают промышленным способом, а количество талантливых энтузиастов-самодельщиков крайне невелико.

Вот вам и оценка таланта Генри Форда. Да он был не просто блестящий механик. Он был – гений…

Генри прожил в Детройте несколько лет. Поработал на вагоноремонтном заводе, на котором ремонтировали экипажи конки. На судостроительном заводе братьев Флауэр. А потом вдруг решил… вернуться домой.

Отец возвращению блудного сына был несказанно рад, хотя истинной причины так и не понял. А причина была в женщине. Ещё семнадцати лет от роду Генри познакомился с милой четырнадцатилетней девчонкой Кларой Брайант. И вот теперь, годы спустя, Клара превратилась во взрослую девушку. И Генри Форд не мог думать о ней без сердечного волнения.

24. Клара

Уильям Форд не стал темнить и предложил старшему сыну всё, что мог – участок необработанной, поросшей лесом земли в 40 акров. Генри предстояло выкорчевать лес, вспахать землю, засеять пшеницей. А потом построить дом, в котором он смог бы жить… с будущей женой. Генри же надумал жениться?

И Генри согласился. И, действительно, выкорчевал лес, вспахал землю и построил маленький, но очень симпатичный домик. А потом женился на Кларе Брайант.

Всё сложилось лучше, чем он предполагал. Родители Клары ни за что бы не отдали дочь за нищего механика, у которого не было ни накоплений, ни своего дома. А тут – фермер (чета Брайантов жила по соседству и тоже возделывала землю), человек «с руками» и «с головой». Когда Форд посватался, его дом был готов больше, чем наполовину. А на поле уже колосилась пшеница, обещавшая хороший урожай.

Форды и Брайанты справили свадьбу. Генри преподнёс молодой супруге скромное колье. Оно было едва ли ни единственным дорогим подарком, который Клара получила от своего великого супруга – Генри был довольно прижимистым человеком даже в те годы, когда мог купаться в роскоши и ни в чём себя не ограничивать. И они зажили обычной для сельского человека жизнью.

Ежедневные заботы о хозяйстве. Возня Генри с домом и сельскохозяйственным инвентарём. Редкие поездки в соседний город. Всё чин по чину, всё как у людей.

25. Фермер

Впрочем, фермерское благополучие Генри Форда было лишь видимостью. Срубив лес, Генри первым делом установил возле дома паровую машину и на её основе соорудил лесопилку. Из поваленных стволов он настрогал бруса и досок. Часть из них пошла на достройку дома, часть пошла на сарай, в котором Генри оборудовал мастерскую. Здесь он продолжал свои опыты по постройке газолинового двигателя.

Посевы и фермерские дела его интересовали мало. Зато моторы… Свой первый одноцилиндровый моторчик он подарил какому-то приятелю, который выпросил эту игрушку для каких-то своих надобностей. Сам Генри к этому двигателю охладел. Слишком маленький, слишком слабосильный. И вибрации – Генри понимал, что для его моторной тележки сильно вибрирующий, неравномерно работающий двигатель не годится. Для экипажа нужен двигатель с плавным ходом.

В 1890 году Форд начал постройку нового 2-цилиндрового газолинового двигателя. Попутно он выписывал и прочитывал все журналы, хоть в какой-то степени касающиеся темы двигателей внутреннего сгорания и самоходных экипажей. Основные события в этой области происходили в Италии, Франции и Германии. Вот-вот, и должен был появиться автомобиль.

Свой ещё не построенный двигатель Форд хотел испытать на велосипеде. Но скоро пришёл к выводу, что для велосипеда этот двигатель тяжёл…

Ему остро не хватало инженерной среды – хорошей мастерской, общения с такими же увлечёнными людьми, материалов и станков. Генри затосковал…

26. Семейные ценности

В судьбе каждого состоявшегося человека есть место счастливому случаю. В жизни Генри Форда таких случаев было много. Один из них – знакомство и брак с Кларой Брайант.

Она была моложе Генри на три года. И тоже не имела хорошего образования. Но для Форда скромная, никогда не вмешивавшаяся в дела супруга, Клара сыграла очень значительную роль. Дважды она спасала его от позора. В первый раз во время войны с профсоюзами, когда Генри упёрся и не желал идти на соглашение «со смутьянами», едва ни убив своё детище – компанию «Форд Мотор». И второй раз – когда ни в какую не желал передавать управление компанией в руки внука Генри Форда II, который оказался талантливым менеджером и хитрым дипломатом, избавившим компанию от криминальной «крыши», выведя из управления всех, кто имел отношение к мафии.

Но главное – вот в эти молодые годы Клара была верным товарищем и терпеливой женой. Редкая женщина, получив ферму и дом, откажется от всего ради прожектов мужа. А Генри занимался совершенно безумным делом – он продолжал конструировать свой газолиновый двигатель, утверждал, что он принесёт молодому семейству Фордов славу, деньги и даже счастье. Клара выслушивала все рассуждения Генри, в которых мало что понимала, и на все его предложения отвечала согласием. Даже на те, которые выглядели самоубийственно.

Едва обжившись на ферме, Генри предложил Кларе всё бросить и уехать в Детройт. И Клара лишь кивнула. Не женское это дело – ломать планы супруга.