![](/books_files/covers/thumbs_240/na-astrahanskom-napravlenii-hulhuta-neizvestnyy-uchastok-stalingradskoy-bitvy-210444.jpg)
Автор книги: Олег Шеин
Жанр: Исторические приключения, Приключения
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Особое внимание уделялось несению охранной службы. Каждая рота в 19:00 выделяла полевой караул – 24 человека, – и выставляла его в ста метрах от места размещения самой роты.
Теперь о линии Калькутта. Сама Хулхута никакого значения не представляла, вся немецкая оборона опиралась на ряд окрестных высот. Расположенные на них деревянно-земляные огневые точки (ДЗОТы) и артиллерия обеспечивали необходимую безопасность гарнизона. Четыре холма находились чуть севернее пункта, из них три в ряд (включая высоту 4.9), один – высота 6.0. – чуть западнее. Строго по дороге на восток лежали высоты 7.7 и 2.0. Два холма находились южнее – с отметкой 6.3. и чуть дальше с отметкой 3.3188. Ротные опорные пункты разместились на высоте 4.9, песках северо-восточнее высоты 4.9, западных скатах высоты 2.0, в песках южнее Хулхуты. На высоте 3.3 находился взводный опорный пункт. Боевое охранение заняло два зимовья севернее отметки 4.9, 7.7 и 0.7. Резерв 156‑го мп разместился на высотах западнее Хулхуты. Особое значение имела высота 6.3, господствовавшая над местностью189. Общая протяженность укреплений составляла 8 км, ширина – 4 км.
Частью сил немцы прикрывали основные дороги севернее, в районе Цаган-Нур и Сарпы взаимодействуя с 9‑й румынской кд. К Раду Корне был направлен немецкий офицер связи.
На юге заслуживал внимания аванпост в Адыке, небольшой деревне по дороге из Яшкуля в Комсомольский. Здесь действовала телефонная станция, а также радиотелеграф, помогавшие Хенрици держать контакт с соседями справа. Однажды из Адыка немцы отправили калмыцкую разведгруппу к Каспийскому морю, которая успешно совершила рейд, впрочем, не принеся никакой полезной информации.
Передовой отряд советских войск, запиравший дорогу на Астрахань, состоял из 152‑й осбр и двух рот Т-34. Эти силы стояли полукольцом в 6–6.5 км к северо-востоку, востоку и юго-востоку от Хулхуты. 107‑й гвсп находился чуть дальше, у Давсны. К Красному Худуку была выдвинута стрелковая рота. Силы противника оперотдел армии оценивал в два мотополка, два артдивизиона (на самом деле один артполк) и до 20 танков и бронемашин190.
П.П. Севастьянов из 3‑го батальона 107‑го гвсп так описывал дислокацию сторон: «Расстояние между линией обороны немцев и нашей составляло 3 км. От нашей линии обороны на расстоянии 800 м находилась высота. Нас, 8 человек, направили в боевое охранение. В нашу задачу входило наблюдение за передвижением немецких войск и их поведением на линии обороны. Мы были связаны линией связи. Окопавшись в траншеях и в блиндаже, с пулеметом, мы в течение светового дня не проявляли признаков жизни, ночью ходили за пищей и водой, а также брали боеприпасы в расположении своего батальона»191.
Борьба шла только в воздухе. 289‑й ШАД продолжал штурмовки Хулхуты. 9 сентября в течение десяти минут, с 12:30 до 12:40, по оценкам летчиков Ил-2, они уничтожили 60 автомашин, 2 батареи и до 100 солдат и офицеров противника. Выяснилось, однако, что летчики по ошибке отбомбились по нашей же 152‑й осбр. По счастью, потери были не столь высоки, как казалось с воздуха – было ранено всего 4 человека192. Отчасти в этом была виновата сама пехота – еще неделей ранее летчики предупреждали, что наземные войска никак себя не обозначают. У немцев, кстати, с этим было все отлажено – на танках или около окопов полотнищем вверх укреплялись флаги со свастикой, чтобы не получить ненужный привет с воздуха от пилотов Luftwaffe.
13 сентября в 05:30–05:40 шесть Ил-2 провели штурмовку Хулхуты. Командиры звеньев доложили об уничтожении взвода немецкой мотопехоты, нанесении повреждений примерно 30 автомашинам. Самолеты спускались до 20‑метровой высоты. Ими было сброшено 11 ФАБ-100, 60 АО-8, выпущено 28 РС, не считая снарядов и патронов ШКАС. Немецкие зенитчики смогли повредить три крылатые машины193.
19 сентября большая группа Илов из 289‑й ШАД штурмовала Хулхуту. В общей сложности, было задействовано 23 самолета. Два из них были сбиты огнем немецких зенитчиков. Командир звена капитан Смирнов заметил, как один штурмовик совершил вынужденную посадку в 6 км юго-восточнее Хулхуты. Он заметил и другое: две машины из Хулхуты, на полном ходу стремившиеся к подбитому самолету. За машинами развивался длинный шлейф пыли и песка. Смирнов произвел посадку. На земле его ждал очень обрадовавшийся лейтенант Канунников. Смирнов подобрал товарища и на глазах огорченных немецких разведчиков поднялся в воздух. Другим сбитым пилотом оказался старший сержант Буданов. Он не вернулся194.
17 сентября осыпалась неправильно отрытая землянка, ставшая могилой для курсанта Ягудина. Всего в течение сентября было потеряно 12 Ил-2 и шесть бойцов, причем большая часть потерь пришлась на действия немецкой зенитной артиллерии195.
![](i_024.png)
Некоторые потери 289‑я ШАД несла ввиду ошибок личного состава. 14 сентября на аэродроме ефрейтор Мальцев по неосторожности ранил курсанта-авиамеханика Басанца196. Еще три Ил-2 и один У-2 были потеряны в августе 806‑м ШАП по небоевым причинам197.
Основные силы 103‑го и 105‑го гвсп, 84‑й гвап, 78‑й и 116‑й УР стояли на оборонительном обводе. Шло активное строительство оборонительных сооружений. Только УР-78, перешедший в оперативное подчинение Губаревича, за время стояния у Хулхуты соорудил 450 пулеметных и 3 артиллерийских ДЗОТа, вырыл 288 артиллерийских, 286 пулеметных и 864 стрелковых окопа, обустроил 851 землянку и блиндаж, а также уложил более восьмидесяти тысяч (!) мин – 27 000 противотанковых и 55 000 пехотных. В довершение «ур» овцы отрыли 23 колодца198. К работе привлекли и другие части. Курсантский 902‑й сп был выведен в тыл, и вместе с 905‑м сп и 771‑м ап 248‑й сд также использовался на строительстве оборонительных сооружений, не забывая и о боевой подготовке. Губаревич занялся обустройством бань.
Глубоко в тылу 52‑я осбр заняла оборону на правом берегу Волги, опоясав стрелковыми окопами городские предместья Астрахани от Морского поселка до Старой Кучергановки.
У Сарпинских озер
2‑й батальон 156‑го мп двигался к Сарпинским озерам. С этим рейдом была связана история расстрела безоружных советских девушек.
По нашим данным, 31 августа моторизованная группа в составе 10 танков, пяти бронемашин и отряда мотоциклистов вышла из Хулхуты на северо-восток. Утром в районе зимовки колхоза «Трудолюбие» группа натолкнулась на посты № 1441, 1442 и 1443 ВНОС (воздушное наблюдение, оповещение, связь). Посты долго не продержались, и их личный состав попал в плен. Семнадцать бойцов, в том числе 14 девушек, были расстреляны. Восемнадцатой оказалась Вера Никонова, раненная в руку и спину, но оставшаяся в живых. На следующий день ее, потерявшую сознание, нашли разведчики 152‑й осбр. Никонова оказалась в госпитале и смогла выжить.
Вот что она рассказывала после войны:
«Через месяц шесть девушек, пост ВНОС, расположились в районе Красного Худука. Стоял там одноэтажный дом, огороженный забором. Рядом поставили вышку. Около дома начертили круг, разбили его на 360 градусов, через каждые десять градусов палочка – указатель. Такой же круг и на вышке. Там стоишь днем, ночью – на земле. Услышишь – летит самолет, курс засекаешь по отметкам в круге, высоту – днем в бинокль, а «марку» – по звукам. Около дома вырыли небольшой котлован: если плохо слышен самолет, спускались туда, приникали ухом к земле, вроде бы лучше слышно.
И тут же все данные по телефону в свое подразделение. А уж оттуда – летчикам ли, зенитчикам – это девчонкам неведомо.
Самолетов летало много, работы хватало. Не раз и не два «мессеры», заметив вышку в степи, пикировали на нее, обстреливали, стремясь лишить ПВО зрения и слуха. Падали тогда на площадку вышки и лежали, замерев от страха.
В последние дни августа, должно быть, для подкрепления и поднятия духа, прислали на пост старшину Михаила Павловича Кузнецова.
Наши войска уже отступали. Проходя мимо поста, солдаты и их звали с собой. Но приказа на отход не было. И они, уложив на подводы все имущество, продолжали нести службу, поддерживали связь со своими.
Наконец, рано утром передали по телефону приказ: уходить по такому-то направлению, по пути соединиться еще с двумя постами.
Тронулись в путь и вскоре пришли к первой точке, там к ним присоединились еще шесть девчонок и один командир. По пути ко второй их нагнала подвода, которую тащил верблюд. На подводе несколько наших офицеров.
– Вы куда, девчата?
– Подальше от немцев!
– Ну и мы с вами…
Приехали на вторую точку – чабанский домик и кошара, а там уже никого не было. Решили позавтракать и двигаться дальше. Вера подошла к подводе взять продукты, оглянулась невзначай, а на бугре неподалеку немцы: танки, машины, мотоциклы.
Крикнула старшине: немцы!
Тот приказал занять оборону. Похватали с подвод винтовки, а гранаты и бутылки с зажигательной смесью впопыхах не нашли. Попрыгали в траншею (их у каждого поста вырывали), начали стрелять, но куда там с винтовками против танков. Окружили, отобрали винтовки, обыскали, забрали комсомольские билеты.
Разделили всех на группы. Одну отвели в кошару, другую стали допрашивать прямо у домика. Немцы – офицер и переводчик – спрашивали, кто такие, откуда и куда едут, где дорога на Юсту, где стоит их часть? Все молчали.
В кошаре, видать, тоже шел безуспешный допрос. Там вдруг раздались выстрелы, крики, снова выстрелы. И все стихло.
Офицер отдал какую-то команду, и их повели немного в сторону, поняли – на расстрел. Ведут их на расстрел. А тут из-за сруба колодца один наш офицер, сумевший за него укрыться, открыл по немцам стрельбу из автомата. Конвоир им что-то крикнул, махнул рукой, дескать, «ложись!». Они присели, группой, кучно. Офицера того немцы убили. А потом один солдат установил спокойно, неторопливо, что называется, у них на глазах, неподалеку от них ручной пулемет – и начал стрелять по ним. Она упала, прижалась к земле – и то ли худенькая, то ли плотнее других в землю вжалась, но две пули ее только сверху задели. Одна прошила тело навылет под левой лопаткой, вторая насквозь прошла через правую руку. Это она, конечно, уже потом разобралась. А сразу-то почувствовала два удара – и потеряла сознание.
Когда пришла в себя (должно быть через несколько часов), поднялась, осмотрелась кругом – все убиты, офицеров еще и в голову добивали. Раны у нее от жары и пыли запеклись, закрылись будто. Но болели сильно, и слабость была.
Подошла к подводе, отыскала какое-то «штатское» платье, переоделась. И легла в окоп, чтобы темноты дождаться. Сколько так пролежало – не помнит, видать, опять без сознания была.
Ночью очнулась, выглянула из окопа – кругом все горит: домик, кошара… Как загорелось, кто поджег – до сих пор не знает.
Пошла по степи, не думая, не выбирая путь, инстинктивно, в сторону, противоположную той, откуда пришли немцы. Шла босиком, часто падала, отдыхала и снова брела. Еды не было, воды не было. Наткнулась однажды на колодец, порвала рубашку на ленты, связала их, опустила в колодец, вытащила намокший конец, пососала… Еще и еще. Пошла дальше. Где-то наткнулась на дырявое ведро, потом попалась кружка. Кружка пригодилась – напилась из какой-то ямы со стоячей, зеленой водой. Нашла как-то колодец, заглянула, в нем дохлая коза. Что делать – спустила свою ленту, опять пососала ее – куда от жажды денешься?
На четвертые сутки в каком-то маленьком поселке набрела на своих. Встретила женщину с ведрами, полными воды, напилась. Потом медсестру нашли, дали ей маленькую чашечку молока, небольшой кусочек хлеба – сказали, больше сразу нельзя.
Ночью все вместе пошли дальше и днем вышли к какому-то селу (это было Сероглазка), попутчики звали ее в госпиталь, а она увидела знакомую вышку, поняла, что там пост ВНОС и пошла к своим. Все рассказала…
К вечеру пришла машина и увезла ее в свою часть, там был то ли медвзвод, то ли медпункт.
Лечилась она долго. Потом вернулась в строй, снова на пост ВНОС – в степи, только уже в ростовской. А как-то собрали их всех в Астрахань, на поезд – и в Польшу, снова на точки ВНОС, наблюдателем»199.
О пленении постов ВНОС, но уже расположенных на юго-восток от Хулхуты, рассказывает и житель Адыка Лиджи-Горя Цоргаев: «когда мы первый раз из степи в в Адык приехали, в августе, нам же переодеться надо было, помыться, и тут по поселку прошел слух, что немцы привезли 5–6 девушек и держат их в школе. Мне любопытно стало, я побежал к школе. Там окно разбито было, я посмотрел – сидят наши девушки, калмычки. Они в степи на посту ВНОС были, немцы их поймали, привезли в Адык, в школе заперли, а сами поехали другие посты снимать. Я посмотрел на них, но боюсь, могут же решить, что я с партизанами связь поддерживаю и меня забрать. Пошел домой, взял лепешку, по дороге налил бутылку воды. Вернулся к школе, посмотрел по сторонам – никого нет, передал им через окно лепешку и воду и ушел, страшно было там долго находиться. Потом немцы вернулись и отвезли их в Яшкуль»200.
Чуть правее, за Сарпинскими озерами, стояла 91‑я сд, укомплектованная жителями Махачкалы. Она отступила сюда из района Цымлянска, понеся в оборонительных боях большие потери. Причем дивизия отходила очень быстро, отрываясь от наседавшего противника, и настолько успешно смогла уйти на восток, что между ней и немцами образовалась большая нейтральная полоса. 21 августа дивизия без боя вернула Садовое, но уже спустя неделю ей пришлось отражать немецкие контратаки. Здесь действовала не 16‑я мд, а силы 29‑й мд 4‑й немецкой танковой армии, включая диверсионную группу. В документах дивизии описан случай, как к ее позициям в районе Деде-Ламина подошел танк, водитель которого спросил дорогу на русском языке, после чего взял в плен лейтенанта Моисеенко и еще двух солдат. Надо думать, что танк был советского производства201. 28 августа в районе Садового развернулись бои, в результате которых немцам были причинены серьезные потери – 25–30 убитыми, до 50 ранеными, один служащий вермахта был взят в плен. Вскоре бойцы дивизии обнаружили три братские могилы немецких солдат202. Однако уже на следующий день Садовое пришлось оставить, при этом отличилась штрафная рота, бойцы которой прошли по степи 60 километров, вынеся раненых на руках203.
1–2 сентября силами сводной роты 91‑я сд предприняла безуспешную кровопролитную атаку в направлении на Ханату. При этом погибли 18 бойцов, а еще 42 получили ранения. О степени изможденности советских войск свидетельствует такая запись в журнале боевых действий: «6 сентября прибыл 503‑й стрелковый полк в составе 174 человек, двух орудий, одного миномета и семи автомашин»204.
1 сентября капитан Постнов, оборонявшийся у совхоза № 1 °Cарпа, сообщил о гибели своего разведотряда205. Отряд из 17 человек на грузовике был направлен им в разведку из Юсты на юг. Пройдя пару десятков километров, водитель уперся лоб в лоб с немецким танком. Немцы открыли огонь и подожгли грузовик, после чего пленили всех бойцов. «Одного курсанта посадили на мотоцикл и увезли в штаб в качестве языка. Остальные 16 человек во главе с командиром взвода лейтенантом Поляковым расстреляли из пулемета, после чего достреливали из пистолета».
2 сентября в степи был найден раненный в предплечье курсант Насибулин Бакеев, который и рассказал о гибели отряда. При этом разведчики налетели на тот же немецкий отряд, и потеряли четырех человек ранеными. Немецкая колонна, по их наблюдению, состояла из трех танков, десяти грузовиков и нескольких мотоциклистов. Они продвигались к Енотаевке.
2 сентября в Харбе лейтенант ВНОС обнаружил два танка, 4 БТР и шесть грузовиков с пехотой. Немцы шли на восток, к Енотаевке, но завязли в песках и были вынуждены вернуться в Харбу, а потом отошли южнее. В этот же день на немецкую группу нарвались собиравшие скот ответработники Элистинского горкома ВКП(б). С середины августа они сидели в Енотаевке, и теперь на четырех машинах типа ЗИС выбрались в степь к Юсте. Там они и встретили немецкое подразделение, оценив его в 10 БТР и 15 мотоциклистов. Из 23 человек четыре погибли в сожженных грузовиках, 6 получили ранения и трое были взяты в плен. Судьба остальных осталась неизвестна. Об этом сообщил шофер ЗИС Ольховский, поздним вечером 2 сентября добравшийся до села Ленино Енотаевского района206.
На следующий день немецкая группа отметилась в 15–20 км юго-западнее села Восток, а шедшие за ней калмыки погнали обнаруженный здесь скот на запад. Затем немцы двинулись дальше. Они не дошли до Енотаевки всего 9 км, остановившись в 1 км от деревянных изб села Владимировка. Ошалевшие крестьянские семьи смотрели на пришедшие из песков бронированные машины, сверкавшие сталью под лучами солнца. Однако вопреки опасениям местных жителей, немцы развернули отряд и ушли на запад. Не доходя полтора километра от Харбы, они повернули на Бергин, неподалеку от которого и встали на ночлег207.
4 сентября авиаразведка обнаружила под Харбой три танка и 20 автомашин, продвигавшихся у Буйкегачи. В этот же день две автомашины с бесстрашными разведчиками 899‑го сп вышли в степь к Харбе навстречу неизвестности.
Так же 4 сентября мотопехота из 156‑го мп атаковала позиции курсантов у совхоза № 1 °Cарпа. Немцы располагали 10 танками, 4 БТР и 6 грузовиками с десантниками. Две роты курсантов и поддерживавшая их стрелковая рота 91‑й сд отошли, но вечером вновь заняли совхоз. Еще один, или скорее всего все тот же, немецкий отряд в составе 7 танков, 14 мотоциклистов и 7 грузовиков занял Присарпинский, а 4 автомашины с пехотой въехали в Кизиль-Хусун, обстреляв разъезд 115‑й кабардино-балкарской кавдивизии. На следующий день немецкая колонна ушла на юго-восток208.
Чуть севернее 91‑я сд вступила в бой с бандой у Сарехты, уничтожив 13 всадников. Штаб 51‑й армии информировал Герасименко: «В Кетченерах организована банда, состоящая из 350 человек, представители которой ездили в Элисту к немецкому командованию с ходатайством принять их в их войска»209.
Герасименко всерьез задумался, не собираются ли немцы выйти к Волге в районе Енотаевки и Черного Яра. Эта тема на протяжении примерно недели звучала в его диалогах с командованием соседней 51‑й армии.
10 сентября с юга к совхозу № 1 °Cарпа подошел все тот же немецкий отряд – пять танков, 2 БТР. Северо-восточнее появилась еще одна группа бронетехники. В 17:00 начался бой. Тем временем на западном берегу оз. Сарпа прошла колонна из 10 грузовиков, сопровождаемая одним БТР. Один из грузовиков буксировал противотанковое орудие. В этот же день несколькими десятками километров севернее, у Ханавы, спешившийся румынский эскадрон атаковал аванпост 91‑й сд. Однако курсанты и их соседи справа выстояли210.
11 сентября в 13:00 немцы из состава 60‑го мп провели разведку северо-западнее и юго-западнее Юсты. За ними скрытно наблюдал патруль лейтенанта Гудзя, который на двух автомашинах выдвинулся в степь для свободного рейда. Курсанты неожиданно атаковали немцев, уничтожив всю группу противника, кроме семерых человек, взятых в плен. Было также захвачено два станковых пулемета211.
Среди пленных оказался лейтенант Лигнитц, который категорически отказывался отвечать на любые вопросы, пока в штабе 28‑й армии ему не предложили хороший обед с крепкими напитками. По крайней мере такой слух прошел по советским тылам212.
Вечером 11 сентября, в 18:00, рота немецкой мотопехоты провела разведку боев у Харбы, западнее Енотаевки. После небольшой перестрелки немцы отъехали на северо-запад.
Активность противника в енотаевском направлении вызвала беспокойство советского командования. В помощь Щербаку были направлены силы авиации. 14 сентября в 13:55 звено Ил-2 из 232‑го ШАП старшего лейтенанта Говердовского обнаружил у Бергина немецкую мехгруппу – 7 БТР, 15 автомашин и 15 мотоциклистов. Обрадовавшийся Говердовский спикировал на цель. В течение получаса штурмовики сбросили 16 ФАБ, выпустили 22 РС и израсходовали 750 снарядов Ярцева. По оценкам командира звена, его группе удалось поджечь 12 автомашин, подбить 2 БТР и уничтожить 5 мотоциклов213.
10 сентября две стрелковые роты 2‑го батальона капитана Постилова из 1‑го курсантского училища, расположившиеся на выжженных солнцем берегах Сарпинских озер, у совхоза № 1 °Cарпа столкнулись с немецкой ротой, при поддержке танков продвигавшейся с севера через Цаган-Усун-Худук. Это был передовой отряд 156‑го мп, пытавшийся разведать дорогу к Никольскому, Цаган Аману, то есть пробиться восточнее линии Сарпинских озер. Ханату немцы заняли, но уже у Зургана встретили аванпост курсантов.
По воспоминаниям служившего в разведгруппе 2‑го батальона Н.И. Мордасова, немецкие мотопехотинцы, выпрыгнув из грузовиков, цепью атаковали занявших окопы сослуживцев Мордасова, но встретив огневое сопротивление, отказались от идеи пройти вперед и отбыли на Ханату. Немцы несколько преувеличили силы завесы. Курсанты располагали всего 5–8 патронами на каждую винтовку.
Как описывалось выше, 11 сентября у Сарпы попало в плен несколько служащих 60‑го мп. Этот эпизод воодушевил советское командование и подтолкнул его к более энергичным действиям.
Активнее, чем основные силы 28‑й армии, действовали соседи справа. Командование 51‑й армии не теряло даром времени. 16 сентября переодетый в немецкую форму советский дозор на немецких грузовиках разведал местность в направлении Омн Керюльчи214. Командир 503‑го сп 91‑й сд майор Дурнев, отличившийся еще в боях у Элисты, давно присматривался к этому одинокому опорному пункту 16‑й мд. Явно по его инициативе 17 сентября штаб 115‑й кд, закрывавшей дыру между 91‑й сд и 248‑й сд, утвердил приказ об уничтожении немецкого гарнизона в Омн Керюльчи. С этой целью был сформирован сводный отряд в составе роты 91‑й сд, сводного эскадрона 115‑й кд и роты Астраханского пехотного училища215 со средствами усиления.
В два часа ночи 18 сентября рота 899‑го сп и рота 91‑й сд под объединенным командованием комполка майора Дурнева, лично возглавившего рискованную операцию, вышли к развилке дорог в 5 км юго-восточнее поселка. Курсанты стояли чуть левее. Один взвод курсантов был выдвинут на три км южнее, а одно отделение с ручным пулеметом – на запад, с целью прикрытия. Остальная часть курсантов – 40 человек – должна была атаковать Омн Керюльчи с юго-запада, в то время как рота 91‑й сд – с юга и юго-востока. В направление на Шокта через Цаца-Хогун была направлена разведгруппа.
Кавалеристам из 115‑й кд была поставлена задача, сосредоточиться у кошары в 4 км северо-восточнее поселка. На всякий случай, два отделения эскадрона были спешены и расположились чуть севернее, прикрывая район операции от возможного подхода немецкого подкрепления: 12 человек с пулеметом у развилки дорог Дунд-Керюльчи и 15 человек с пулеметом и ПТР – на грейдере, на северном берегу лимана Бореи и лимана Кимгин. В 4 км северо-восточнее стояла группа лейтенанта Полуянова. Она прикрывала командный пункт 115‑й кд, переместившийся непосредственно на место событий. Каждому подразделению был придан проводник из местных жителей.
В 03:00 в воздух были выпущены зеленые ракеты. Без криков «ура» наши солдаты выдвинулись вперед. На рукава были повязаны куски белой материи, чтобы в темноте не перестрелять друг друга. Широко используя ручные гранаты, они ворвались в расположение 2‑й роты 60‑го мп. Связь немецкого гарнизона с Элистой была заблаговременно перерезана.
В коротком бою гарнизон был полностью уничтожен. Было убито и ранено до ста немцев, захвачено 13 автомашин, включая две легковые, четыре мотоцикла, три орудия, четыре пулемета, один миномет, два радиоприемника, до 20 винтовок и приличное количество боеприпасов216. Две легковые машины, три грузовика и вездеход были уничтожены. Наши потери оказались минимальны – 5 убито, 11 ранено217.
«Как следовало из захваченного приказа, это было училище младших командиров из Астрахани, которое подготовило и провело операцию тщательно и мастерски, как будто по учебнику тактики Кохенхаузена», – отмечалось в дневнике командира 16‑й мд218.
Хенрици узнал о происшествии только спустя 12 часов от случайно уцелевшего связиста. Погоня особого успеха не имела.
18 сентября в 10:30 от Утты был направлен 165‑й мотоциклетный батальон с 3‑й батареей 146‑го ап. Из Чилгира выехали мотопехотинцы 2‑го батальона 156‑го мп.
К 18:30 мотоциклисты без боя заняли 10‑й совхоз у Сарпы, вынудив капитана Постнова отойти. Силы противника Постнов оценил в 5 танков, 10 бронемашин и 40 грузовиков с пехотой219.
2/156 батальон, сопровождаемый танками, пробился до местечка Хасык, наткнулся на советский отряд и отбросил его. Было захвачено четыре грузовика (из них два – 60‑го полка) и 4 ПТО, одна пушка уничтожена.
Самолет-разведчик «Фокке-Вульф», доложивший об основных силах 899‑го сп за озерами, забрал раненых. Немцы через Хасык повернули обратно в Элисту. Однако уже в Улан-Эрге усиленный батальон был остановлен и в 17:00 в качестве дивизионного резерва направлен через Яшкуль на Утту, куда после долгого марша сквозь пыль и песок прибыл в середине ночи. Основанием для этого была сильная советская атака на укрепленный лагерь Хулхута в ночь с 19 на 20 сентября.
В журнале боевых действий 91‑й сд этот эпизод описан так: «К исходу дня 503‑й стрелковый полк в совхозе № 1 °Cарпа был атакован 60-ю автомашинами и 8 танками противника. Подвижный отряд 503‑го сп отошел в Цаган-Нур. Наши потери – 1 убит, 2 ранены, разбито два 45‑мм орудия, одно трофейное орудие, 5 автомашин»220.
Второй штурм Хулхуты
Герасименко не мог примириться с тем, что немцы стоят у порога Астраханского оборонительного обвода. Военный Совет 28‑й армии отдал распоряжение о взятии Хулхуты. Для этой цели были привлечены 152‑я осбр и отдохнувший 107‑й гвсп, а также 18 Т-34 и штурмовая авиация. План был таков: частью сил сковать немцев на высотах 4.9 и 3.3, а главный удар нанести на правом фланге.
При этом ставка делалась на быстроту операции. Герасименко инструктировал Рогаткина: «имейте в виду, что со всеми наличными силами противника, находящимися в Хулхуте, нужно кончать как можно скорее. Вы понимаете, что его маневренность очень высока и, хотя я не верю, чтобы в районе колхоза им. 1 мая и у высоты северо-западнее зимовья колхоза им. Сталина было по батальону пехоты, как Вы об этом докладываете, но это может быть в будущее, то есть к концу дня. Поэтому нужно поскорее разделаться с Хулхутой, чтобы потом противостоять подходящим новым частям противника»221.
20 сентября в 03:00 солдаты и офицеры линии Калькутта проснулись, разбуженные артобстрелом. Караулы 156‑го мп в это время уже ввязались в перестрелку с поднявшимися в атаку советскими пехотинцами. В предрассветной мгле появились самолеты 289‑й ШАД.
«И все же дело у немцев шло с ветерком, пока в 5 км севернее Хулухуты по их танкам из высоких кустов тамариска не был произведен орудийный залп. Прямым попаданием снаряда в башню был поврежден танк № 224. Понеся уже приличные потери ранее, танкисты Теббе не стали рисковать и развернулись на восток. На этом, собственно, все и закончилось. Советская сторона также не имела сил для продолжения активных действий.
В Хулхуту прибыла 3-я рота 165-го мотоциклетного батальона, срочно переброшенная из Утты».
Была занята и высота 3.3 в двух километрах южнее Хулхуты.
В 11:30 в тылу Цыганкова показался спешивший на всех парах из Омн Керюльчи 2‑й батальон 156‑го мп, который сопровождали восемь танков: семь Т-III и один T-IV. Чуть поотдаль было видно медицинский танк. С дистанции 200 метров бойцы Цыганкова открыли огонь по противнику из противотанковых ружей. Бойцы проявляли высочайшее мужество. «Противник отступает, только если его расстреливают или переезжают», – отметил командир 116‑го тбат майор фон Шуленберг.
Гвардейцев выручили только Т-34, отогнавшие немецкие «тройки».
Однако южнее атаки 152‑й осбр захлебнулись. В 14:00 на элистинской дороге показался 3‑й батальон 60‑го мп, выдвинувшийся из Утты. Командир 156‑го мп полковник Эйзерманн действовал в полной уверенности в своих силах. Вот что записано в журнале боевых действий 152‑й осбр: «В Хулхуте разгружается до 40 автомашин с пехотой. 6 автомашин и 20 танков от высоты 4.0 ушли на север, не спеша повернули на восток, а потом на юг. Вступили в бой с нашими танками, среди танков противника есть и тяжелые»222.
Прямым попаданием выводится из строя танк № 301 (командир – унтер-офицер Коссак). В нем были ранены ефрейтор Шрайнер (оторвана левая нога) и ефрейтор Пильц (осколок в голове). Из-за попадания авиабомбы в ведущий каток потерян танк № 231.
Несмотря на потери, немцам удалось отбить высоту 3.3. При этом было уничтожено три советских орудия. В плену оказалось всего шесть советских бойцов.
Советское описание событий мало отличается от немецкого: в 11:00 до двух батальонов пехоты при поддержке семи танков появились на правом фланге 152‑й осбр, а две роты и три танка – на левом. Однако наши войска успешно отбили атаки. К 13:00 все закончилось. Один немецкий танк догорал в степи, еще два буксировались на рембазу, а понесшая потери немецкая пехота отходила назад. Санитары оттаскивали убитых и раненых. С нашей стороны было подбито два Т-34223.
Затем уцелевшие шесть немецких танков направились на север. Здесь, в шести километрах от Хулхуты, они вступили в дуэль с шестью советскими танками и артиллерийской батареей. Несмотря на прямые попадания, тридцатьчетверки атаковали высоту 4.0. Вскоре к ним подтянулось еще три танка с направления зимних конюшен северо-восточнее Хулхуты.
![](i_025.jpg)
Атака советских войск в Калмыкии
В Хулхуту прибыла 3‑я рота 165‑го мотоциклетного батальона, срочно переброшенная из Утты.
После короткого перерыва немцы предприняли новую контратаку в северном направлении. Вначале дело шло с ветерком, пока в 5 км севернее Хулхуты по немецким танкистам не был произведен орудийный залп из высоких кустов тамариска. Понеся уже приличные потери ранее, танкисты Тиббиса не стали рисковать и развернулись на восток. На этом, собственно, все и закончилось. Советская сторона также не имела сил для продолжения активных действий.
Самолеты в этот день работали над Хулхутой четыре раза: в 5:36–6:20, 11:32–11:40, 12:35–12:40 и 13:26–13:40, спускаясь до высоты 20 метров. Особое внимание пилоты уделяли высотам 2.0, 4.9, 6.3. Три самолета получили незначительные повреждения. Летчики из 289‑й ШАД отчитались в уничтожении батальона пехоты, что следует считать невероятным преувеличением. Кроме того, они сожгли 6 автомашин, 2 бензовоза и подавили несколько батарей. В общей сложности было совершено 35 самолетовылетов, сброшено 86 ФАБ-100, 235 АО-20, выпущено 180 РС, 4200 снарядов и более 12 750 патронов ШКАС224. Пилоты Luftwaffe тоже не сидели сложа руки. Весь день в воздухе работал FW-189, корректировавший работу артиллерии.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?