Читать книгу "События"

Глава 11
Хэнк: конец, который он заслужил

Я видел, как Рикки вытаскивает Кейна из воды. Швыряет к контейнеру. Бьет и достает топоры. Но отвлекается на звук. Видит, что невдалеке стоит небольшая армия.

Он уничтожил все склады с оружием, весь транспорт, но он не ожидал, что они сунутся к нему, вооружившись только холодным оружием. Он побежал на них. Первым троим отрезал головы, просто с ходу, не останавливаясь. Затем полетели руки. Его окружали. Он махал этими топорами, будто они являются продолжением его рук. Кто-то сзади воткнул ему в спину нож, и тут же лишился головы. Рикки был в своей среде. В бою. Он уже ходил не по асфальту, а по телам и отрубленным конечностям. Он простоял еще минут десять. Он рубил всех, был весь в крови.

Через какое-то время силы стали покидать его. Началась одышка. Он еле стоял на ногах. И вот он, последний. Рикки рубящим движением, сверху вниз, врезался топорами в его плечи. Готово. Всех положил. Сам, конечно, пострадал немного, но это ничего. Главное, что живой. Он упал на колени. Начал переводить дыхание.

Из-за угла выбежал еще небольшой отряд. Рикки выдохнул. И рванул к ним. С первыми всегда легче, их он убил без труда. Затем его сбили с ног. Он, лежа, еще унес пару жизней. Встал и снова устроил ад. Под конец уже плохо держал топоры. Они нападали по три-четыре человека. У него из рук выхватили оружие и начали использовать против него. Его бьют уже одновременно пять человек. Шесть. Но этого было мало. Его забили до смерти. Хоть он и боролся до последнего, но их было слишком много. Часть агентов повалилась на колени, как Рикки после первой партии. Его тело утащили. Затем унесли и Кейна.

Я пошел в больницу к Кейну только для того, чтобы задать ему один-единственный вопрос.

На входе стояли агенты. У меня был пистолет с глушителем. На входе больше не было никого. Еще немного людей на этаже. Я всех застрелил по-тихому, это были ненужные потери. Но я хотел спокойно поговорить.

Дошел до нужной палаты. Открыл дверь, Кейн посмотрел на меня. Его лицо было наполнено безразличием. Я сел напротив и спросил:

– Зачем ты убил моего сына?

– Он и его дружки подсадили моего единственного родного человека на наркотики.

– Как ты его убил?

– Я стоял перед гаражом, один. Знаешь такие улицы, где кроме этих гаражей и нет ничего…

Он рассказал мне все. Всю свою историю. Он закончил свою историю.

Глава 12
Кейт: конец, который он не заслужил

Запись с камеры наблюдения мне дали посмотреть только на следующий день.

Кейн бежит по больничному коридору. В углу экрана появляется Хэнк. Вытягивает руку, в которой держит пистолет. Выстрел. Мой брат падает на пол. Из него вытекает кровь. Хэнк проходит мимо него, ногой наступая в лужу крови, и направляется к выходу. Я поднимаю голову и задаю Букеру один уместный вопрос:

– Где. Эта. Тварь?

– Давай не будем делать необдуманных поступков?

Я бросила планшет, на котором смотрела запись. Понеслась к дверям. Букер за мной. Он хотел меня остановить, но был слишком медленным.

– Кейт, остановись. Нам нужно все обдумать!

– Нехуй тут думать! Я все сделаю сама! Я сама прикончу этого гондона.

Акт III
По следам мести

Глава 1
Конец одной истории

Ранее утро. Кладбище. Я выбрала для него самый красивый гроб. Большой и покрытый лаком, украшенный узорами и завитушками. Как их правильно называть, не знаю.

Солнце светило низко. Тень от надгробия раскинулась на несколько рядов складных стульев. В воздухе витала смерть. Большая часть мест свободна. У него не было друзей, даже знакомых, зато были враги. Из всех мест заняты только два. Я сидела на предпоследнем ряду. И еще кто-то сидел на первом, не знаю, кто это был.

Наши агенты несли гроб. Шесть человек. Четыре человека не смогли бы унести такую махину. Они пронесли его рядом со мной. Сердце сжималось в попытке заполнить ту пустоту, которую оставил Хэнк.

Мне предстояла еще одна операция, после которой никакой электромагнитный импульс не страшен. Позвоночник экранируют, и все волны будут гаситься при контакте с ним.

Гарс сидел на соседнем стуле, от него чувствовался холод. Хотелось расспросить его обо всем. О том, что там, за гранью жизни, о том, что с Кейном и где он сейчас, но язык не поворачивался.

– Твой брат сможет так же к тебе являться, но немного позже, не сейчас. Но я надеюсь, что он сможет.

Ребята с работы донесли гроб до места захоронения. Сейчас он будет медленно опускаться все глубже и глубже. Я не плакала, старалась не плакать. Я ждала. Ждала, когда мне скажут, где та мразь, что отняла у меня брата.

Мой брат был уже на дне могилы. Подошла поближе, кинула горсть земли. Развернулась, пошла прочь от этого места. Того, кто сидел на первом ряду, уже не было.

Уже в палате, когда переоделась, не знаю, что на меня нашло, я разревелась. Плакала так долго, что операцию отложили на пару часов. Глаза покраснели и болели. Нос заложен, голова раскалывалась. Прошло много времени, прежде чем мне удалось прийти в себя и успокоиться.

Легла на стол лицом вниз. На меня нацепили маску с наркозом. Этот сладкий газ проникал в мое тело, ослаблял его. Он может отправить в страну снов, и ты не будешь чувствовать боли. И я уснула. Все же кое-что от брата мне осталось. Его великолепные сны.

Я стою посередине леса. Через пару метров от меня на коленях стоял Кейн. Но это был не совсем он, а скорее воспоминание о нем. Он приставил к виску пистолет. Я хотела подбежать к нему, но у меня не получилось. Не могу пошевелиться, будто застряла в чем-то густом. Он выстрелил. Его тело упало на землю. Как только тело коснулось земли, его будто перемотали, как старую кассету, он вернулся в исходное положение и выстрелил заново. Затем все по кругу.

– Кейн страдал. У него были отклонения, из-за которых ему приходилось сражаться за жизнь с собственными родителями. Скорее всего, это было чувство вины, но я не могу знать точно. Мне приходилось ему помогать. Отталкивать родителей от него, чтобы он сам себе не навредил, как бы нелепо это ни звучало, – снова заговорил Гарс.

У меня кошмары были иными, и прощения было не добиться. Вдали, на одной линии с Кейном, появились две фигуры. Шли ко мне. Поравнялись с братом, и я разглядела их лица. Сара и Маркус. Первая была спокойна. Даже мышцами лица не шевелила. А Маркус был больше похож на скелет. Его лицо медленно растянулось в улыбке, и он заорал:

– Фас!

Из-за его спины выбежал пес. Вцепился в мою руку. Его челюсти вырывали из руки мясо, он норовил добраться до кости. Я повалилась на землю. Пыталась отбиваться. Было очень страшно, меня трясло, рука чувствовала каждый зуб и каждое сжатие челюсти. За другую руку схватился Гарс.

– Хватит брыкаться, успокойся! – прокричал он.

Сара и Маркус схватили меня за ноги и начали удерживать. Я посмотрела на собаку, затем на Гарса, но на месте второго был врач, затем снова на собаку, там тоже врач, и за ноги держались тоже врачи. Успокоилась.

Операция завершилась. Буянить я начала уже при отходе от наркоза. Теперь я стала намного быстрее поворачиваться. А самое главное, мне не страшны электромагнитные волны. Основная причина прошлых неудач решена. Вышла в коридор. Мимо меня пронеслись врачи с телом на каталке.

– Он еще живой, мозг функционирует. Давай скорее, мы успеем завершить… – они слишком отдалились, я не услышала конец фразы.

После операции я сидела в офисе Букера. Он получил данные о том, куда собрался Хэнк.

– Я знаю, куда он направится.

– Не томи уже, мы теряем время.

– Не всегда стоит торопиться. Короче, он собрался в Россию. В Анапу. Поговаривают, что он решил развеять прах своей жены на Лысой горе. Красивое место. Высокая скала, внизу море, свежий воздух и спокойствие. Я надеюсь, ты сначала дашь ему исполнить то, чего он желает, а уже потом будешь с ним разбираться.

– В Россию? Вот новости… Ладно, как скажешь. Около операционной провозили тело. Кто это был? Врачи кричали, что он еще жив, и они могут что-то сделать?

– Я… – Букер замешкался, скрывает что-то. – Я не могу пока сказать. Мы хотим сделать что-то такое… чтобы это было пластичным, как человек, но при этом крепким, способным выполнять очень тяжелые и опасные задания. Рано или поздно можно будет заменить большую часть агентов на такие машины и исключить потери на поле боя.

– Ладно. Поняла. – Я уже начала уходить, как Букер задал вопрос.

– А как дела с твоей…

– Нормально. – Не дала договорить. – Потихоньку.

– Это хорошо, главное, избавиться от этой дряни.

– Да-да.

– Прояви некую ответственность, ведь это может стоить тебе жизни.

– Букер, я все прекрасно понимаю и держу все под контролем.

– Я надеюсь.

Я быстро вышла из его офиса и пошла собирать вещи. Именно офиса, потому что наша база под заводом была уничтожена. Ее восстановление займет год, а то и больше. Стоило это очень дорого, а возобновление вооружения и техники – еще больше.

Финансов на частный самолет у нас не было. Пришлось лететь на пассажирском. Я очень просила дать мне самолет как можно меньше, не хотела лететь в большом. Потому что как-то за едой Кейн рассказал, как ему приснилось, что самолет разрывался на части и он вылетел за борт. Его рассказ заставил меня опасаться подобных перелетов. Тем более в маленьких самолетах всегда есть парашюты.

На контроле багажа, когда моя сумка с двумя пистолетами и автоматом, а также магазинами к ним прошла через сканер, охрана сразу схватилась за табельное оружие. Показала удостоверение. Все успокоились. Взяла сумку и пошла дальше.

По дороге через зал ожидания к нужному выходу мне повстречались старые знакомые. Ненавижу эти ебаные…

Глава 2
Пиджаки

Они стояли небольшой группой у стойки информации. Человек, наверное, шесть. Один из них случайно повернул голову в мою сторону и пошел мне навстречу, показав жестом в мою сторону остальным. Потянулся за пистолетом, но я была быстрее. Два выстрела, два попадания в грудь. Он упал. Люди испугались, начали кричать, дети плакать, и все в секунду оказались на полу. Закинула рюкзак на вторую лямку. Вынула магазин, чтоб проверить, сколько еще патронов; обойма сразу же оказалась в магазине, пистолет перезаряжен. Понеслась вперед.

Один из них подбежал сбоку и снес меня с ног. Я упала в чей-то багаж. Он схватил меня за воротник и потянул на себя. Как только я оказалась на ногах, сразу же ударила по локтевому сгибу; он ударился своим лбом об мой. Затем – боковой с левой в голову и коленом в подбородок.

Только хотела рвануть дальше, как увидела, что их стало очень много. Меня медленно окружали. Я вернулась к тому парню, что столкнул меня в багаж. Вытащила у него пистолет из-под пиджака. Теперь в каждой руке по пистолету. Секундное молчание и бездействие. Все понимали, что сейчас будет жарко.

Рывок вперед. Первого сбила с ног, затем два шага вперед, больше не окружали, разворот – и они все передо мной. Подняла руки и старалась убрать их, целясь в головы. После того как пистолет начал предательски щелкать и перестал выпускать патроны, пришлось бросить эту затею и побежать сквозь толпу.

Запрыгнула на одного, мы упали, он ударился головой. Я поднялась. Выхватила у второго пистолет и выстрелила ему в шею. Разрядила весь пистолет в головы оставшихся. Не на всех хватило. Одного еле зацепила, он держался за шею, из которой вытекала кровь. Стоял рядом со стеклянным ограждением. Быстро подошла, вытащила из кобуры пистолет и толкнула парня руками в грудь, он перевалился через ограждение и упал вниз. Развернулась в сторону оставшихся и застрелила их. Нужно было быстро уйти, чтобы охрана лишний раз не применяла силу. Но не успела. Они уже прибежали. Наставили на меня пушки. Скрутили руки и отвели в комнату, где решили допросить и привлечь к ответственности, но я показала удостоверение. Они начали кому-то звонить. Отпустили. На телефон пришла смс от Букера: «Кончай буянить».

Я вышла на посадочную полосу. Двигалась к небольшому самолету. Поднялась, на входе девушка сказала мне:

– Здравствуйте, парашюты имеются под вашими креслами. – После этих слов взглянула на меня, испугалась и добавила: – Ой, проходите.

В общем, картина ясна. Бежать отсюда не вариант, на открытом аэродроме меня прибьют быстрее, чем в самолете. Как только эта стюардесса отвернулась, я поменяла свой парашют с тем, что был под соседним креслом. Этого пассажира не было.

Мимо меня прошел один из тех парней, что я оставила в зале ожидания. Проходя, он со всей пошлостью подмигнул мне. Если девушка на входе сделала такой акцент на парашюты, то начнется все действие в воздухе. Даже не вздремнуть нормально.

На то место, откуда я свистнула хороший парашют, приехал мальчик на каталке с явной атрофией ног. Мне стало не по себе. Если повредится самолет и придется использовать парашюты, то получается, что я загублю его жизнь. Косвенно, конечно, но вина все равно на мне. Ему помогли пересесть в пассажирское кресло, а кресло каталку сложили и убрали к ручной клади.

Пока мы летели, он читал комиксы. Я все смотрела на его отражение в иллюминаторе и боялась даже представить, что может произойти. Когда у него закончились картинки, он убрал книгу в рюкзак. Затем вздохнул, развалился на своем сиденье и, повернув голову в мою сторону, спросил:

– Привет, тебя как зовут? Зачем в Анапу летишь? На море? – говорил он на английском.

– Я Кейт, и в Анапу лечу не на море, к сожалению. По работе, нужно уладить кое-что, а тебя как тебя зовут?

– Я Эрик.

– Почему ты ездишь в кресле?

– Меня сбил грузовик, и с тех пор мой позвоночник никак не может начать работать. Хотя я на каждое Рождество прошу только этого. – У него был такой вид, будто он сейчас заплачет, а у меня пошли мурашки от его истории. – Ужасное чувство, когда у тебя отнимают то, без чего ты не можешь прожить и дня.

– А в Россию зачем летишь? На операцию?

– Я хочу осуществить свое последнее желание.

– Интересно, и какое же?

– Не думаю, что ты меня поймешь. Я очень устал от жизни на этом кресле. Мне просто хочется, чтобы это все закончилось. Но не по-обычному, как все это делают. Я хочу еще принести пользу кому-то. – Он начал рыться в портфеле. – Я встретил одного дядю, который был рад моему желанию. – Он, видимо, что-то нащупал и уставился мне в глаза. – Я хочу умереть в воздухе.

– Что?!

Он достал из своей сумки старую ручную гранату. Я машинально ударила его по руке, и граната отлетела в начало фюзеляжа. Как только я нырнула за парашютом, граната взорвалась. Образовалась дыра. Кабина с пилотами начала отрываться от салона с пассажирами. В дырку в…

– Отверстие.

– О боже…

Из отверстия в салоне вылетали вещи. Тот, что сидел сзади, начал меня душить. Я начала вертеться и бить его руками, затем дотянулась до него коленом, и после удара он меня отпустил. Он обошел мое кресло и оказался сбоку, хотел схватить меня, но ему в лицо ударила чья-то сумка. Я подтолкнула его ногой, и его унесло в отверстие, которое становилось все больше и больше. Кабина уже оторвалась от фюзеляжа, я держалась за кресло из последних сил, болталась на нем, словно флаг на флагштоке. Оно оторвалось, и я полетела вместе с ним. В спешке искала кольцо. Лицо обдувал сильный ветер, было сложно держать глаза открытыми. Нашла. Дернула за него. Парашют раскрылся. Успокоилась. Спланировала вниз. Приземлилась.

Связалась с агентством. Решила, что буду преследовать Хэнка не по своим документам. Начальство одобрило мою идею. Под чужим именем все должно пройти гораздо лучше.

До Анапы оставалась пара километров, я вызвала такси и добралась до отеля, расположенного недалеко от моря. Из моего номера открывался прекрасный вид. В комнате было темно, но, когда я раздвинула шторы и впустила яркое солнце, все преобразилось. Солнечные блики играли на волнах, дети катались с надувных горок прямо в воду. Дальше от берега катер катал туристов на ватрушках. С улиц доносилась молодежная музыка и запах шашлыков. У людей отпуск, все отдыхают.

Нужно было вздремнуть.

Глава 3
Водные процедуры

Я проспала. Сука. Телефон сел, и я не услышала будильника. Звоню Букеру.

– Я… Я проспала. Где он сейчас?

– Что? Боже, тебе ничего нельзя доверить. Вот знал, что нужно было с тобой кого-нибудь отправить.

– Можешь не читать нотации, а просто помочь?

– Сейчас. – Он помолчал пару секунд. – Он через час отплывает. Куда, не знаю. Знаю, какой корабль и где ты можешь на него сесть.

– И где же?

– После отправления он будет идти на малом ходу мимо галечного пляжа. Добираешься до корабля вплавь и там найдешь цель.

– Сейчас уже почти ночь. Вода холодная будет, а если меня хватят судороги?

– Сумку проверь. Тебе положили костюм для дайвинга, хотя я просил об этом позаботиться тебя. И извините, что без баллона с воздухом.

– Не просил.

– Просил… Иди готовься. Только без глупостей, ладно? Я волнуюсь.

Я положила трубку. На телефон пришло смс. Букер что-то еще забыл сказать? Нет. Оповещение от МЧС России. В нем говорилось, что на Черном море ожидаются смерчи. Чтобы люди были осторожны и все в этом духе.

Нашла костюм. Надела. Также нашла кобуру и пистолет, которые были предназначены для погружения в воду. Неплохо снарядили. На часах уже полночь. Осталось тридцать минут. Вышла из отеля, пошла на пляж.

Я стояла на берегу пляжа «Золотая бухта». Свет фонарей отражался в темной воде, переливался на мелких волнах. Купающихся было мало. Человека три, не больше. Корабль отплыл по расписанию. Его огни горели ярко. Поймала себя на том, что не могу оторвать взгляд от этой картины. Сделав усилие, я пошла в воду. Плыть нужно далеко. Волны слегка покачивали и продолжали играть светом. Оставалось совсем чуть-чуть, метров двести.

На судне включился прожектор. Свет начал гулять по воде. Видимо, охрана проверяет, не плывет ли кто за Хэнком. Когда свет дошел до меня, мне пришлось нырнуть и задержать дыхание, пока не начнут светить в другую сторону. Все, вынырнула обратно. Дальше плыла без происшествий.

Забралась по выступам трюмов на палубу. Прижалась к стене и услышала шаги. Из каюты вышел пиджак с оружием. Подкралась сзади и начала душить его. Отняла оружие, швырнула за борт, чтобы меньше дул на меня были направлены. Двинулась искать Хэнка.

Открыла шлюз, ведущий на капитанский мостик. Никто из находящихся внутри не заметил, как я вошла, но Хэнка не было. Застрелила всех, кто там был.

Около капитана нашла журнал, в нем должно быть указано расположение экипажа, и место Хэнка тоже должно быть. Нашла. Каюта номер 404.

В ветровое стекло что-то ударилось. Подняла глаза. Впереди был смерч размером с десятиэтажное здание. Корабль шел прямо на него. Я схватилась за стол покрепче, он был прибит к полу. Мы начали идти боком, и нас засасывало в самый эпицентр. На мостике все незакрепленные предметы начали перемещаться своим ходом. Вдруг шторм утих. Туман рассеивался, перестало качать, я еще раз посмотрела, куда плывем. В секунду туман рассеялся окончательно, и перед нами появилась огромная баржа, скорость была большой. Мы врезались в нее. Сначала вылетели стекла, заскрежетал металл, даже уши заболели от громких звуков. Нас развернуло боком. Краем глаза я увидела, как открывается шлюз, через который я входила. Мостик перевернуло. Я начала падать на потолок и ударилась головой.

Очнулась на надувной лодке. Меня прибило к берегу. Было уже утро. Туристы шли на пляж. Я была не в Анапе, но рядом с ней. Пляж назывался «Восемьсот ступенек». Это в поселке Супсех, недалеко от Лысой горы.

Телефона с собой не было. Пришлось просить у туристов и отдыхающих. Раза с третьего мне согласились дать телефон.

– Привет. У меня не получилось, – сказала я и случайно заплакала.

– Главное, что жива осталась. Я видел в новостях, что случилось с кораблем.

– Хэнк жив еще? Мечтаю, что он погиб при кораблекрушении, но все же.

– Да, жив, направляется в Санкт-Петербург. Точнее, уже там. Теперь хочет развеять прах сына… Помнишь Нейтана?

– Да, помню, необязательно напоминать. Закажи самолет.

– Закажу. Как дела с твоей проблемой… другого рода?

– Хватит об этом спрашивать.

– Я просто хочу знать, что дело идет на поправку и это не станет причиной твоего провала в определенный момент.

– Все. В. Норме. Спасибо за переживания. – Я положила трубку.

Поблагодарила людей за помощь и пошла к выходу. Пляж находился внизу обрыва. Многометровые скалы не давали просто так выбраться с пляжа. Выход был только один. По ступенькам. Напоминаю, их восемьсот. Когда я их увидала, то с губ слетело:

– Ля-я-я…

Поднялась, попутно считая. Вранье, не восемьсот их, а всего лишь семьсот двадцать. Плюс-минус пара ступенек. Пошла ловить попутку до Анапы, и там уже потопала в аэропорт.