Читать книгу "События"

Глава 10
Кейт

– Ваше имя?

– Кейт Кинг.

– Это все для протокола, надеюсь, ты понимаешь.

– Да, понимаю.

– Перед тем как мы начнем данную операцию, нам нужна краткая сводка тех событий, что произошли перед тем, как вы попали к нам. Лучше начать с момента, когда вы переселились поближе к центру города. Но если считаете, что начать нужно раньше, то мы вас не ограничиваем. Прошу, начинайте.

– Спасибо. Врачи очень постарались, чтобы я осталась в живых после того случая. Но где-то два года я лежала в кровати с еле прощупываемым пульсом. А сейчас я разъезжаю на блестящем… кресле-каталке….

…Не знаю, с какого момента моя жизнь стала похожа на ад. Может, со смерти мамы и папы… или с этих старых придурков, которые считают веселым тот факт, что их блохастая псина чуть мне морду не откусила.

Я их настолько ненавидела, что хотела любым способом доказать, что они плохие родители. Я даже без колебаний свалила под ночь из дома с Кейном и попробовала наркотики, пока брат приходил в себя на больничной койке.

Когда мы пришли в больницу, Сайм прошелся за машиной и взял меня с собой. Он сказал, что его отец работает таксистом и что он часто его подменяет из-за проблем с какими-то людьми, мол, с него часто требуют деньги и ему не до такси. Якобы у него не одна работа.

Когда мы дошли до его машины и сели в нее, он достал из бардачка какой-то пакет и предложил мне. Я не отказалась.

– Сами знаете почему.

Но Сайм не с большим удовольствием поделился, его отцу потом влетит за это. Если бы я знала, что эти громилы его застрелят, то я ни за что бы не взяла это «угощение».

Мы завели машину, доехали до больницы и припарковались. Плотно заперли двери. И я совершила самую большую ошибку в своей жизни. Мы выкурили весь пакет. А потом почувствовала, что мне мало. Там были какие-то таблетки, и не знаю, зачем я это все делала. Убитые в хлам, мы поднялись на нужный этаж, ввалились в палату, где был Кейн, и легли спать.

Когда мой брат разбудил меня, меня нереально трясло, но я пыталась не подавать вида. Когда мы прибыли домой, я попыталась уложить его, а затем и сама легла, мне было очень плохо. Меня трясло, тошнило. К утру стало полегче. Но брат со своими допросами меня добивал. Я понимала, что хочу еще. И больше. Я успела взять телефон у Саймона, пока мы были в машине. Но позвонила ему только через очень много месяцев, когда нужно было ехать в аэропорт. Он сказал, что у него есть знакомые во Франции, Том и Брис, и что они могут мне продать все, что я захочу, за полцены. Записала номер.

Перед выходом увидела, как Сара привязывает эту псину. Я не смогла сдержаться и ослабила веревку, а этот гад начал на меня рычать. Пес мог спокойно сбежать, что он и сделал. После нервной дороги до аэропорта и более-менее спокойного полета мы были на месте. Уже в отеле мне захотелось закинуться чем-то.

Когда нас отвели по номерам, я незаметно пробралась в комнату Сары и Маркуса и стащила чуть меньше половины тех денег, которые они взяли на всякие сувениры и прочее ненужное дерьмо. А затем я набрала номер. Мы договорились о встрече, и я сказала, что мне нужно.

Но не все шло по моему плану. Маркус, видимо, заметил, как я вытаскиваю деньги, и они со своей ненаглядной решили за мной проследить. И как только они увидели, что Том и Брис помогают мне найти нужную вену, то они сразу все поняли. Но не успели. Я уже ввела эту дрянь в свое тело.

Они подбежали ко мне и схватили за руки. Маркус взял Бриса за горло и начал бить. Он не рассчитал силу. Пробил ему череп. Он умер у него на руках. Том сразу же, как понял, что его друга больше нет, убежал.

Маркус взял телефон и начал лихорадочно набирать номер. Я в этот момент стояла и тряслась – не то от ломки, не то от страха.

– Я убил одного из тех, кто продает наркотики. Второй сбежал. Девчонка что-то должна знать, – в этот момент он резко перевел взгляд на меня. – Хорошо. Я приведу ее. Думаю, она согласится помочь. Но не думаю, что она наверняка знает, где Портной.

Он положил трубку. Встал и схватил меня за руку. И стал говорить:

– Тебя нужно отвести к врачу и вылечить.

– Что за Портной? Кто ты вообще такой?

– Сейчас я не могу тебе ничего рассказать, и так услышала лишнего.

Сара все это время шла сзади и оглядывалась с таким лицом, будто знает, что происходит. Маркус продолжил:

– Ты конченая! Ты полнейшая дура, ты самый ужасный ребенок на свете!

– Как будто вы образцовые родители! Вы даже не извинились за то, что ваша тупая псина меня чуть не съела.

Маркус пропускал все эти слова мимо ушей, как и Сара.

– Теперь понятно, почему тебя родители бросили! Кому охота наркоманку растить?! – Это были последние его слова, которые я услышала.

После я врезала ему как следует прямо в бок. Вырвалась и попятилась от них, говоря при этом:

– Знаете что? Вы перегнули палку! Вы оба – два старых и никому не нужных куска дерьма! – Сама не замечая того, что сзади была дорога, я продолжала пятиться и случайно вышла на проезжую часть. – Как же я вас ненавижу, пошли вы оба на хуй!

В тот момент, когда я договаривала эту фразу, я показала им фак и услышала звук приближающегося автомобиля. Когда повернула голову, эта машина, а точнее грузовик, был уже в метре от меня. И мчался он на большой скорости. Последнее, что я помню, – это то, как он сигналит, а после этого – удар.

Я очнулась посреди операции. Мне зашивали порезы от осколков стекла. Хорошо, что они не попали в лицо. Врачи пытались вправить мой позвоночник, но все без толку. Мне было больно, потому что они не давали мне анестезию. Я кричала от боли. Затем отключилась.

Когда я приподняла голову после пробуждения, чтобы осмотреть себя, то я чуть не отключилась еще раз от того ужаса, который видели мои глаза.

Ссадины, порезы, шрамы – это все было мелочью. У меня не было левой ноги. На ее месте был какой-то протез. Я спросила, что с моей ногой и что случилось, а в ответ тишина. Меня никто не слышал.

Прошло много лет. Я все так же без ноги. Без рабочего позвоночника. И вот радостная весть. Мои приемные родители умерли. Один за другим. Маркус разбился, а Сара была застрелена той же ночью. Мой братик все-таки принял правильное решение. Но теперь он в тюрьме. Его посадили за то, что он убил чокнутую старушку и тех ублюдков, которые подсадили меня на эту дрянь, хоть я и понимаю, что я сама виновата, но могу оправдать себя тем, что была ребенком.

Я попросила своего лечащего врача, чтобы она сказала Кейну, где я. Чтобы, как только он выйдет, сразу бежал ко мне. Эти старые пердуны не разрешали нам контактировать. Мол, Кейн с ума сойдет и будет двадцать четыре часа в сутки проводить около меня.

Как же я по нему соскучилась! Как он отнесется к моему состоянию? Будет ли любить меня так же, как и любил? И заберет ли он меня отсюда?

– Спасибо за сотрудничество. Вашему брату очень нужна помощь. На него охотятся опасные люди. Ему нужна ты. По поводу Маркуса и Сары. Они были нашими тайными агентами и пытались выяснить, где находится человек, который помогает продавать всякую дрянь в городах. Брайн был его правой рукой, но его теперь нет. Те парни, с которыми ты познакомилась в ту ночь, были связаны с ним. Я думал, что ты тоже можешь что-то знать. Этот хрен просто не уловим. Ну да ладно, сейчас другая забота. Нужно тебя излечить от наркозависимости и поставить на ноги. Ты готова к операции?

– Спасибо Букер. Спасибо за все, что для меня делаешь. Эта операция точно поможет мне?

– Да.

– Я буду снова ходить?

– Да.

Глава 11
Мой рассказ подошел к концу

– Все. Дальше ты знаешь.

– Нет. Дальше.

– Зачем?

– Дальше, я сказал!!!

– Встать, суд идет.

Меня быстро доставили в камеру, а через пару часов я уже был в зале суда.

– Судебное заседание от двадцать первого декабря объявляется открытым. Слушается дело по обвинению Кейна Кинга в убийствах.

Это продолжалось вечность. Но когда меня вызвали отвечать перед судом, я рассказал все то, что рассказал тебе. Рассказал, как все было. Рассказал все до мельчайших подробностей.

Когда я закончил рассказ, суд показал записи с камер видеонаблюдения, где я разговариваю сам с собой. Мне было охренеть как стыдно за ту запись – больше, чем за мои выстрелы. Суд принял решение. И огласил приговор:

– Кейн Кинг признается виновным в убийстве пяти человек в состоянии аффекта. Экспертиза постановила, что Кейн является вменяемым, но психически нездоровым из-за пережитого после смерти родителей. Также подсудимый представил улики из записной книжки, которые помогут в расследовании отдела по борьбе с наркотиками. В связи с этим подсудимый лишается свободы на два года без досрочного освобождения.

Удар молотком.

По дороге в тюрьму я рассматривал то, что было за окном тюремного автобуса. Все было таким однообразным. Пустыня, кактусы и одна остановка, с которой освобожденные могут добраться до города.

Все время в тюрьме я провел в мечтах о том, как выйду на свободу и встречу свою сестренку. Главное было выжить в тех условиях, в которые я попал.

В тюрьме мне пришлось быть более общительным и завести немало друзей. С этими друзьями два года пролетели незаметно. Мы играл в баскетбол, в карты. Мы были не очень авторитетными, но при этом к нам особо не лезли ребята покрупнее. Меня многому научили. Очень часто мы зависали в тренажерном зале. Время бежало очень быстро. В этом мне повезло. Время, проведенное там, было похоже не на наказание, а скорее на пребывание в школе или детском доме.

И вот день освобождения. Мне отдали вещи, которые отняли во время следствия. Затем дали спортивную сумку, чтобы я мог их туда сложить, и открыли передние ворота, которые вели к свободе.

Квартира моих приемных родителей теперь моя, и я мог жить в ней. У стариков не было родственников, даже друзей хороших не было. Вот суд и решил ее отдать мне, ведь я являлся официальным наследником.

Остановка, к которой подъезжает автобус и увозит освобожденных в город, находилась далеко от самой тюрьмы. Пройдя пару метров, я оглянулся на то, как закрываются ворота.

Я шел к остановке неторопливым шагом, осматриваясь по сторонам. Вокруг было достаточно пусто, те же кактусы – и больше ничего.

Навстречу ехал автобус с заключенными. Когда он проехал мимо, я слегка обернулся, провожая взглядом новоиспеченных тюремщиков. И сам вспоминал, как был на их месте.

За пару метров до остановки услышал, что ко мне кто-то бежит. Шаги очень хорошо слышались на пыльной дороге. Кто-то воскликнул:

– А вот и наш козел!

Не успев повернуться, я получил чем-то тяжелым по голове и упал на землю…

Акт II
Отцы умерших

Глава 1
То чувство, когда думал, что все кончилось

Дорога. Я куда-то еду. Это город. Знакомый город. Париж! Точно. Что я тут делаю? Почему скорость такая большая? Попытка надавить на тормоз не увенчалась успехом. Тормоза не работают. Повертел башкой. На пассажирском сидела Кейт.

В меня вселилось удивление, ведь моя сестра мертва. Это была первая мысль. Затем из чертогов памяти выбрался факт, который мне сообщила Сара. Она должна быть жива. Удивлению больше не было места во мне.

Очень хотелось, но не удалось начать диалог, так как это сделала она:

– Ну и зачем ты меня сбил?

– Что? О чем ты говоришь? Я этого не делал, – удивление зашкаливало.

– Еще нет, – Кейт показала вперед на дорогу, от которой я отвлекся.

На дороге стояла она. Показывала кому-то факи. Скорость очень высокая. У меня была только секунда, чтобы разглядеть сестру. Крики. Удар. Хруст костей. Кровь. Лобовое стекло вдребезги. Я закрыл глаза перед ударом. И влетел в руль. А когда открыл глаза, понял, что стою у могилы Кейт. К надгробью прислонился Брюс.

– Так держать, – сказал он. – Остался только ты сам.

С этими словами он пошел на меня и принял обличие Молли. Она схватила меня за горло и подняла над землей. Ее глаза налились кровью. Стали светиться. Кожа на лице плавилась. Волосы опалились. Все тело будто высохло. Кости стали более заметными. Ногти на руках длиннее, через мгновение она начала впиваться мне в шею. Я схватился руками за ее руку. Попытался вырваться. Боль была нарастающей, Молли медленно впивалась в меня своими когтями.

– Я, значит, тебе рюкзачок новый прикупила, а ты, мразь неблагодарная, отплатил мне смертью?! – Ее голос был отражением всех людских страхов.

Пришлось оставить Молли без ответа. Она упала на одно колено. Кто-то сзади вонзил ей в ногу топор. После чего этим же топором с размаху отрубил ей руку, которая уже почти пронзила насквозь мое горло. Тот, кто орудовал топором, был тот самый меленький мальчик. Плод моего воображения. Только подрос слегка. Скорее всего, это моя фантазия. Не знаю, я уже плохо понимаю, что происходит в моей голове.

Он схватил меня за плечо и сказал:

– Не все тут против тебя…

Но не успел договорить. Молли схватила его за горло. Он попытался отпихнуть ее топором. Ее рука очень быстро отросла, и, схватив топор, Молли вырвала его из рук Мальчика и, замахнувшись, кинула в меня. Из-за шока я принял довольно-таки глупое решение: выставить руки перед лицом. Топор достиг своей цели.

Я вскочил в поту. Опять. Открыв глаза, я первым делом попытался вспомнить, что случилось. Почему я спал. Заболел затылок. Меня ударили по нему. Точно. Так, с этим разобрались. Теперь выясняем, где я. Вроде клетка, для тигров, что ли. Темновато. И как по заказу, вдруг резкий свет бьет в глаза и слышится голос:

– Ну что? Проснулся уже?

В ответ этот человек получает только молчание. Поднял руку и закрыл глаза от яркого света. Самое время быстренько осмотреть себя на наличие синяков и переломов. На всякий случай даже горло потрогал. Не заметил никаких повреждений. Не все так плохо.

Кто-то подходит к клетке и открывает решетку. Хватает меня за шкирку и выкидывает на пол перед прожектором. Сил слишком мало. Я так и остался лежать на боку.

– Ты понимаешь, почему ты здесь? – спросил тот же голос.

– Понятия не имею.

И сразу после моих слов человек ударил ногой по моей голове, словно по футбольному мячу. В тот момент я понял: ему не жить. Только бы накопить достаточно сил и вспороть ему брюхо.

Прожектор стал светить слабее, а через пару мгновений и вовсе перестал. За прожектором сидел еще один мужчина со светлыми волосами, крупного телосложения, в бронежилете. На вид ему было от тридцати до сорока лет.

– Меня зовут Хэнк, – представился он гораздо спокойнее своего дружка. – Может, ты меня и не знаешь, но зато я тебя знаю очень хорошо, Кейн Кинг.

– Вы кто такие? Что вам от меня нужно? Это из-за Брайна? Он сам виноват.

– Нет, нам поебать на эту мелкую рыбешку. Хотя спасибо, что лишил нас работы. Нам пришлось его долго искать. Он владел той информацией, которая спасла бы тысячи жизней. Но ты тут не из-за него. Мы покровители куда более знакомых тебе ребят.

– А меня зовут Рикки, приятно познакомиться, – перебил товарищ Хэнка. Он-то и вышвырнул меня, а затем выбил из мой головы остатки доброты.

Я повернул голову в сторону Рикки, чтобы разглядеть мудака. Возраст тот же. Может, чуть постарше Хэнка. Лысый. Покрупнее. Морда тупорылая. Сразу заметно. Но при этом в глазах есть сострадание. Будто это большой брат, который тебя ругает за проступки, но все равно не даст в обиду.

Они начали мне что-то говорить, но я отвлекся на чей-то голос. Знакомый голос.

– Угадай, кто вернулся? Правильно, тот, из-за кого ты сейчас в таком дерьме. Тот, кого ты считаешь за свои галюны. Может, хоть имя мне дашь?

Подняв глаза, я вижу, как к двери, которая находилась сзади Хэнка, прислонился Мальчик; у его тела не было четких границ, и он напоминал призрака. У меня было к нему очень много вопросов. В основном о сне. Но сейчас было не время об этом говорить.

– Не сейчас, засранец, – вслух произнес я.

– Это кто тут засранец, я не понял? – возмутился Рикки и пнул меня ногой еще раз. В живот.

– Засранец? Хм, нет. Я понимаю, у нас было много плохих моментов, и я тебя два года не трогал, но сейчас я твой единственный шанс на спасение. Они все равно тебя убьют. Доверься мне, – сказал Мальчик.

– Хорошо…. – У меня выбор был невелик.

– С кем ты, блядь, разговариваешь? Ты вообще отбитый? Не беси. Тюрьма – это плохое место, там и не такое могут сделать, чтоб мозгами можно двинуться, – сказал Рикки.

– Погоди, может, он сейчас очухается, – отвел ему Хэнк.

– Значит, так, у Рикки на поясе есть светошумовая граната, используй ее, чтобы успеть выломать дверь и свалить. Ты, если что, в мотеле и эту дверь легко вынесешь, – сказал все тот же засранец.

Молли. Она опять схватила его. Швырнула к стене.

– На чьей ты стороне?! Тебя он тоже прикончил, а ты ему помогаешь! Ублюдок, – прокричала она режущим голосом.

Она побежала к нему. Я не мог ничем помочь. Шарил глазами по комнате. Мужчины начали суетиться. Будто готовились к чему-то. Я нашел часы. Прищурился, чтобы посмотреть время. Рикки проходил мимо меня и остановился. Он оказался между мной и часами.

– Не, хер ли ты туда пялишься?

После этих слов он поворачивает голову к стене, в это время я резко прыгаю на него, и мы оба валимся на землю. Найдя гранату, в спешке отрываю чеку и бросаю гранату на стол, а сам быстрым рывком в том же направлении, что и летящая граната, прыгаю под стол, чтобы меня не ослепило.

Громкий шум. И затем легкий звон в ушах, и сквозь него были слышны только слова:

– Быстрее! Убегай! Я с ней справлюсь.

Вставая, я опрокинул стол и побежал к двери. С разгона выбив ее плечом, оказался на улице. По инерции врезался в перила второго этажа и, сломав их, полетел вниз. Приземлился на чью-то машину. Сигнализация.

Я с трудом спрыгнул с крыши машины. Она неплохо так помялась. Осколки валялись по всему асфальту. Услышав голоса Хэнка и Рикки, принялся бежать.

Когда я убежал очень далеко, вспомнил, что нужно было разыскать Кейт. Моя память смогла удержать адрес больницы, в которой она лежала. Спрашивая дорогу у всех прохожих, я все-таки дошел до нее.

Двери открылись автоматически. Я зашел внутрь. В нос ударил больничный запах. Мне нужно было в реабилитационное крыло. Двери закрылись автоматически.

Глава 2
Попытка воссоединения

Ищу взглядом, к кому можно обратиться за помощью. Подошел к девушке в халате. Она точно должна знать, куда идти.

– Здравствуйте, мне бы в реабилитацию попасть, – сказал я.

Она в недоумении осмотрела меня с ног до головы. Даже знать не хочу, что она там вообразила. Наверняка подумала, что я какой-то бомж с синяками на лице.

– На лифте, третий этаж. Затем до конца налево.

– Спасибо, – быстро произнес я и поспешил к лифту.

Я успел забежать в лифт, там уже находился дедушка на коляске. Он был без сопровождения, что достаточно странно.

Когда двери стали закрываться, увидел, что та девушка с очень взволнованным видом разговаривала с кем-то по телефону. Понятно. Она вызывает охрану. На третьем этаже нет нужного мне отдела. Ну коза!

– А вы не подскажете, как пройти в реабилитационное крыло? – обратился я к дедушке.

– По-моему, третий этаж и налево, – ответил он.

Не обманула.

– Обманула. Четвертый этаж. И сворачивать никуда не надо. Прямо пойдешь. Пока в палаты не упрешься, – вдруг сказал старик как только двери лифта закрылись.

Я не помню, чтоб про обман говорил вслух. Он вышел на втором. Я его даже не отблагодарил.

Четвертый. Вышел из лифта. Несусь к нужным палатам. Прибежал. Каждая палата подписана. Имени Кейт нигде нет. Стоп, нашел. Захожу в палату. Пусто. Куда она делась? Что за невезение! Она столько лет тут лежала, а когда я пришел к ней, ее нет. И что мне теперь делать?

Пока я стоял и думал, меня схватили за руку. Охрана. Двое. Следили за мной по камерам.

– Молодой человек, что вам тут нужно? – спросил один из них.

– Я сестру ищу.

– Или, может, морфий хочешь утащить? Знаем мы таких, как вы. Сейчас полицию вызовем.

– Нет, сказал же, сестру, Кейт ее звать. Она должна быть тут. А ее нет. Ее перевели? Знаете куда?

– Мы тоже можем имя на входе в палату прочесть. Хорош нам яйца выкручивать. Давай по-хорошему выведем тебя из больницы, и ты больше сюда не вернешься. Лады?

– Вы невыносимы. Может проверить, меня зовут Кейн Кинг. Я только недавно из тюрьмы вышел. Мне сказали адрес этой больницы. Почему вы не верите?

– Ну, все ясно. Давай вышвырнем его поскорее, – сказал второй, стоя в дверном проеме.

Не успел он закончить фразу, как его голову прижали к дверному косяку тяжелым ударом отбойной части топора. Узнаю почерк. Кровь струилась на пол. Охранник упал. Его напарник отпустил меня и повернулся к выходу.

В дверном проеме появились две крупные фигуры. Хэнк и Рикки. Лысый побежал на охранника с занесенным топором. Тот закрылся руками. От удара он упал в сторону койки. Рикки продолжил его бить. Бил сильно. Было видно, что опыт у него большой. Столько ярости в глазах я не видел давно. Все его лицо напряглось так сильно, будто он уничтожал того, кто отнял его любимого человека.

Хэнк направился в мою сторону. Я попятился к открытому окну. Услышал стук. Не успел обернуться. Меня схватили за корпус. Сзади. Будто во сне. Все происходило медленно. Земля ушла из-под ног. Подоконник удаляется от меня. Окно тоже. Я вылетел. Справа появилась рука, держащая пистолет. Лязгнул затвор. Вспышка. Упала гильза. Пуля просвистела в сторону окна. Хэнк бросается к подоконнику, чтобы использовать его как укрытие.

Затвор опять лязгнул. Вспышка. Гильза. Пуля. Падаю вниз. И одновременно приближаюсь к стене. Сквозь звон в ушах слышу, как мне кричат про ноги. Видимо, нужно их выставить и упереться ими в стену. Это и сделал. Рука с пистолетом поднимается наверх. Моя голова запрокинулась. Взгляд за рукой. Из окна появилась другая рука, тоже с пистолетом. Выстрелы. Я закрыл голову. Будто это мне помогло бы. Толчок. Мы как скалолазы, спускающиеся с горы. Еще ниже. Выстрелы не прекращались. Земля. Я свободен. Не успеваю обернуться, как меня хватают за руку и тянут в открытую дверь фургона.

Вот и спаситель. Темная фигура в шлеме. Видимо, чтобы в голову не попали. Я захотел такой же. В фургоне сидели еще какие-то люди.

Не могу выдавить из себя ни слова. Дверь фургона закрылась. Мы куда-то двинулись. С водительского места послышалось, что у здания суда мы будем через двадцать минут.

Включилась сирена. Не знаю куда смотреть. Внутри достаточно темно. Глаза разбегаются. Смотреть на дорогу? На фигуру? Водителя? Что происходит?

Фигура снимает шлем. И резко отбрасывает его в сторону. Я вижу длинные русые волосы. Рывок в мою сторону. Она меня обняла.

– Наконец-то ты рядом!