Текст книги "Почему роботы убивают?"

Глава 13

Территорию «Беллатрикс» заполонили робомобили прессы, над корпусами летали дроны – такая сенсация, куда же без СМИ. Из-за всей этой суматохи я жутко нервничала. Они пугали моего мальчика. Конечно, внутрь их не пускали, разрешали смотреть и снимать только через стекло, но Адам всё равно плакал. Я ругалась с мужем и докторами.

– Это грандиозное событие для всего мира, – спорил со мной Макс. – Ты понимаешь масштаб происходящего? Люди должны знать.

Через две недели мы смогли забрать Адама домой. Выезжали с подземной парковки, чтобы не попасться на глаза зевакам и журналистам, и надеялись, что через какое-то время шумиха поутихнет, люди заинтересуются чем-нибудь другим. «Беллатрикс» в очередной раз вырвалась вперёд, акции компании взлетели вверх, а Макс стал богаче на несколько миллионов долларов. Хотя его больше радовало то, что эксперимент завершился удачно.

У нас появился новый андроид – няня для Адама, педиатр по совместительству, по имени Лори. Я не хотела делить сына с кем-то ещё, но Макс прав – за его здоровьем нужно следить пристальнее, чем за здоровьем обычных детей. Я всё равно вскакивала по ночам и шла в детскую – проверить, как справляется Лори. Разумеется, она справлялась. Андроиды всегда выполняют работу идеально.

Максу предстояло выступить перед широкой публикой – официально презентовать искусственную утробу для дальнейшего запуска производства. Он не любил быть в центре внимания и ворочался в постели, словно в ближайшие дни ему предстоит взойти на эшафот.

– Я буду выглядеть жалко. Не умею толкать речи.

– Речь тебе напишут пиарщики. Это твоё детище, твоя компания, люди должны знать героя в лицо, – успокаивала его я.

– Они и так знают, моя рожа каждый день мелькает в новостях. А у дома неизменно дежурит какой-нибудь журналюга.

– Это временно. Вскоре им надоест, и мы будем жить как раньше.

– Скорее бы.

Я тоже пошла на презентацию, хотела его поддержать. Впервые оставила Адама одного с Лори, и моё сердце разрывалось. Сейчас я должна была поддержать мужа. И Макс превосходно справился. Не знаю, что это – удачная работа пиарщиков, которые сумели его натаскать, или мой совет: представить себя другим человеком, сыграть роль. Но на сцене Макс выглядел уверенно, как будто каждый день читает лекции для широкой аудитории. Он чуть растерялся, лишь когда раздались бурные аплодисменты. Встретился со мной взглядом, я улыбнулась, он в ответ приподнял правый уголок рта. Я так гордилась им в тот момент.

У Адама начали прорезываться первые зубки, из-за чего он капризничал, часто плакал, и я находилась рядом с ним почти всю ночь – к неудовольствию Макса. От недосыпа кружилась голова, мысли путались, но я не могла оставить малыша даже на полчаса. Лори уверяла, что с ним всё в порядке, все через это проходят. Мне не было дела до всех, у меня разрывалось сердце, когда плакал мой ребёнок. Я снова просидела с ним на руках до двух часов ночи. Адам крепко спал, и я боялась пошевелиться. В детскую вошёл Макс и пальцем поманил меня, я помотала головой, он нахмурился, перевёл взгляд на Лори, та поняла его без слов и подошла ко мне. Я прижала сына сильнее и снова отрицательно качнула головой. Макс оттолкнул Лори, выхватил из моих рук Адама (тот, конечно, проснулся и расплакался) и положил в кроватку, затем схватил меня за руку и выволок из комнаты. За дверью я вырвалась, но он снова схватил меня.

– Кэти, мне ты тоже нужна. Это всего лишь зубы, поплачет и успокоится.

– Ему больно! Тебе всё равно, что твой сын страдает? – Впервые я по-настоящему разозлилась на мужа.

– Не всё равно, но это естественный процесс, мы на него повлиять не можем. И Лори лучше знает, что делать. – Его взгляд смягчился, он нежно обнял меня, я попыталась оттолкнуть, он не разозлился, всё-таки поцеловал, почти попав в губы: – Я очень по тебе соскучился.

Мне стало стыдно. Я плохая жена, совсем забыла про мужа, а ведь это он нашёл решение, благодаря его гениальности у нас есть Адам. Я покорно последовала за ним в спальню, ненавидя себя за то, что в данный момент не испытываю никакого желания. Макс пытался его разжечь, но моё тело словно окаменело, абсолютно не реагируя на привычные ласки. Пока Макс пыхтел мне в ухо, я прислушивалась к звукам за стеной. Адам больше не плакал. Муж так и уснул, прижимая меня к себе, и я побоялась, что, если попытаюсь выбраться, он проснётся. В конце концов мне тоже не помешало бы выспаться. И через несколько секунд провалилась в крепкий сон без сновидений.

Как-то прогуливаясь с Адамом вдоль набережной, я увидела Беллу. Она вышла вместе с высоким мужчиной в модном пальто из голубого робомобиля, который остановился прямо напротив нас. Я замерла на месте, пытаясь усмирить бешеный стук сердца. Мужчина направился в сторону Эко-центра, Белла семенила за ним, фантастически ловко переставляя свои изящные ножки на высоких шпильках. Её взгляд скользнул по мне, не задержавшись, как смотрят на случайного прохожего, не уловив его черты лица. Она меня не узнала. Не вспомнила. Скорее всего, её и зовут уже не Белла.

– Всё в порядке? – Лори тронула меня за плечо, встревоженно заглядывая в коляску. Адам спокойно спал.

– А? Да, просто показалось, что увидела знакомую.

С появлением сына наша семейная жизнь изменилась. Ведь у всех меняется? Мои мысли чаще занимал сын, чем муж, последнему это совсем не нравилось, и он все чаще стал задерживаться на работе, возвращаясь домой почти ночью, чтобы по-быстрому заняться со мной сексом перед сном. Не каждый день, и меня это радовало. А потом стало тревожить. Я превратилась в часть интерьера, удобную вещь, которая всегда под рукой. Иногда я вспоминала Беллу, теперь с сочувствием – вот и я оказалась на её месте. Но потом Макс возвращался с работы в хорошем настроении, был нежен со мной, и я забывала про свои страхи. Он всегда плохо умел проявлять чувства, да и страсти не могут бушевать вечно. У нас самая обычная семья. На трёхлетие Адама, как и на предыдущие дни рождения, приехали Вики и Эван, и мы все вместе сидели за столом, общались, шутили, я чувствовала себя на своём месте. Вики называла нас солнышками: меня и Адама, из-за светлых волос, но на самом деле он – почти копия Макса, даже мимика схожа. Я как будто вытащила в этой жизни счастливый билет. Пожалуй, так и есть. Макс – мой счастливый билет, со всеми достоинствами и недостатками, на последние он тоже имеет право.

Я обрадовалась (и немного устыдилась этого чувства), когда он уехал на научную конференцию. Нам будет полезно побыть врозь, освежить чувства, соскучиться. А пока он отсутствовал, я могла спокойно проводить всё своё время с Адамом, не чувствуя себя виноватой, что почти не вспоминаю про мужа и уже не получаю удовольствия от близости с ним. Макс вернулся другим человеком. Словно кто-то зажёг внутри него огонь. Я надеялась, виной тому новый проект, над которым он работал с Юргеном, в подробности муж не вдавался, но судя по всему, это что-то очень важное. Настолько важное, что Макс оставался в лаборатории и на ночь, а вскоре стал пропадать из дома и на двое-трое суток. Тогда мне закралась мысль, что дело не в работе. У него кто-то есть. Любовница. Почему-то мысль, что он может меня бросить, совсем не испугала. Но вдруг он захочет, чтобы Адам остался с ним? Я зажмурилась от ужаса, впиваясь ногтями в ладонь. У него есть деньги, связи, мне с ним не справится. Нам нельзя разводиться. Я пыталась себя успокоить, ведь это могли быть всего лишь мои фантазии. Или у Макса небольшая интрижка, и он не собирается рушить семью.

Я целыми днями слушала женские подкасты о разводах, изменах, советы, как вывести мужа на чистую воду и тому подобное. Иногда он говорил с кем-то по коммутатору, закрывшись в своём кабинете. Но самое печальное – Макс не замечал меня. Мои попытки его соблазнить неизменно оборачивались провалом. Он смотрел сквозь меня, мямлил, что устал, равнодушно целовал в щёку. Адамом он и раньше мало интересовался, после возвращения с конференции даже ни разу не зашёл к нему в комнату. Я не представляла, что буду делать, если мы расстанемся. Макс всегда заботился обо мне, и в том, что происходило, была и моя вина – я первая отдалилась после рождения сына. Нужно попытаться всё исправить, снова влюбить его в себя. И влюбиться самой.

Глава 14

Начитавшись советов в сети, я записалась к виртуальному стилисту, выбрала новый образ, заглянула в салон и решила сделать Максу сюрприз. В пятницу подъехала к центру «Беллатрикс» около 5 вечера, надев облегающее золотистое платье с белыми вставками из последней коллекции «Прада». Впереди выходные, и, если сегодня пройдёт всё гладко, мы проведём их вдвоём, съездим куда-нибудь отдохнуть.

Девушка-андроид на ресепшене жизнерадостно улыбнулась, просканировав меня, и тут же протянула пластиковый временный пропуск:

– Добрый вечер, миссис Ридли!

Я кивнула в ответ и почти бегом направилась к лифту – не хотелось бы разминуться с Максом. В коридоре пришлось уточнить у проходящего мимо андроида, где кабинет: в «Беллатрикс» я бывала нечасто, а уж в святая святых Макс меня никогда не приглашал. Дверь в кабинет оказалась открыта, внутри – никого. Слева находился технический зал, совмещённый с комнатой диагностики для уже готовых андроидов. Я осторожно коснулась рукой стеклянной двери, она тут же отъехала в сторону. В зале ни одной живой души. Несколько кресел с устройством, похожим на шлем, в изголовье, три стола с выключенными мониторами – рабочий день закончен. Я уже собиралась вернуться в кабинет, когда взгляд упал на противоположную стену с высокими стеклянными шкафами – как витрины в магазине. Только здесь они были пусты. По крайней мере, часть из них. Несколько шкафов закрывала чёрная плотная ткань. Я подошла ближе: внизу у каждого шкафа торчала небольшая панель с сенсорными кнопками. Я оглянулась по сторонам и нерешительно коснулась одной носком туфли. Драпировка поползла вверх, я, ойкнув, отскочила от шкафа. В витрине стоял андроид, видимо, здесь хранят готовую продукцию. Обзор открывался медленно, но, если судить по нижней части тела, это девушка. Когда передняя часть витрины оказалась полностью открыта, я попятилась: за стеклом находился человек. Женщина, лет 30-ти. Её глаза были закрыты.

Я нажала вторую кнопку на панели, витрина открылась, женщина даже не вздрогнула. Я робко коснулась пальцем её щеки, готовая в случае чего тут же броситься бежать, но она не отреагировала. Кожа на ощупь ничуть не отличалась от моей, только холоднее. В растерянности я убрала драпировку с ещё нескольких шкафов – за ними тоже оказалась спящие тела, женщины и мужчины, всего 11 человек. Или это всё-таки роботы? Я вернулась в кабинет Макса и только сейчас заметила у него на столе цифровое фото молодой, красивой женщины. На чёрных волосах ярко выделялась неоновая прядь. Он создал новую «Беллу»? Отношения со мной его разочаровали, он усовершенствовал андроидов до пугающей реалистичности и в одну из них влюбился?

– Кэти, что ты здесь делаешь? – Голос Макса вывел меня из ступора, я вжалась в стену, совсем забыв про свой сюрприз. Он смотрел на меня с удивлением и немного с досадой: – Что-то случилось?

– Н-нет, просто соскучилась. – Он насмешливо приподнял одну бровь. Я схватила сумочку, брошенную на кресло, и направилась к выходу. – Думала поужинаем вместе где-нибудь поблизости, но вижу, ты занят.

– Подожди. – Он схватил меня за руку, всматриваясь в лицо. – Я уже собирался уходить. Тут рядом есть ресторанчик, не самый лучший вариант, но… Я забыл про какую-то важную дату?

– Нет. Хотела освежить отношения. Мне кажется, у нас не ладится… последнее время.

Он нахмурился, снова посмотрел на меня. Мне не нравился его взгляд, в нём проскользнула жалость, и я подумала, что между нами уже ничего не исправить. Он уже поставил точку. Мы давились едой в тишине, которая с каждой минутой становилась всё дискомфортнее.

– Кто она? – спросила я, не поднимая на него глаз. – Новая версия Беллы?

Он замер с вилкой в руке, поморщился:

– Ты о чём, Кэти?

– У тебя на столе фото женщины, а зал рядом забит телами, неотличимыми от человеческих.

– Новая модель YIP, мы ещё работаем над ними. Это рабочее помещение, посторонним там делать нечего.

– Я уже для тебя посторонняя?

– Кэти, ты пришла, чтобы закатить скандал? С чего вдруг такая заинтересованность моими разработками? Наигралась в мамочку и вспомнила, что у тебя есть муж?

Я вспыхнула. Это моя вина, я отвернулась от него также, как когда-то его родители, занятые своей жизнью. И он снова нашёл утешение с роботами.

– Она будет жить с нами? Как Белла?

– Аманда – не андроид, она реальный человек. – Макс отвернулся, сделав вид, что с интересом что-то высматривает в окно. А у меня внутри будто всё выключилось. Ни страха, ни боли, ни обиды, ни злости. Ничего. Я ничего не чувствовала. Он сделал глоток вина из бокала и наконец посмотрел на меня: – Давай поговорим дома, нам есть что обсудить.

Первым делом я зашла проверить Адама – Лори его уже уложила. Поцеловав сына в макушку, я поправила одеяло и вернулась в гостиную, где меня ждал Макс.

– Идём. – Он вошёл в кабинет, не останавливаясь, направился к одному из стеллажей с книгами и файлами, вытащил пару книг, небрежно бросив их на стол. Всегда удивлялась, как его одержимость цифровыми технологиями сочетается с любовью к таким вещам, как бумажные книги или старый рояль. Я подошла ближе, заглядывая ему через плечо. На стене небольшой сенсорный дисплей с цифрами, Макс быстро пробежал по ним пальцами, второй стеллаж (слева) внезапно отъехал в сторону. От неожиданности я отскочила назад, муж оглянулся и чуть растянул губы. За стеллажом оказалась дверь, за ней – лифт. Судя по всему, он вёз нас вниз. Не знала, что в доме есть ещё и подвал.

Глава 15

Из лифта мы вышли в тёмный коридор с синеватой подсветкой по периметру. Через десять футов оказались у двойных дверей с кодовым замком. Макс нажал нужные цифры и пропустил меня вперёд. Я шагнула, в комнате сразу же включился свет, не очень яркий – верхние лампы, утопленные в чёрном потолке, остались неактивированными. На противоположной от двери стене висел огромный монитор, под ним выдвижные полки с модулями и непонятными устройствами, рядом – два ортопедических офисных кресла, справа от них от них – небольшой диван. Часть стены занимали стеклянные стеллажи, заставленные коробками с проводами, инструментами, контейнерами с микросхемами. Справа стояла зарядная станция для андроидов, а слева – два, похожих на стоматологические, кресла. Только вместо бормашины над ними нависли шлемы с тонкими проводами-щупальцами. Таких устройств полно в «Беллатрикс», они нужны для настройки андроидов. У Макса в подвале мини-лаборатория.

Он достал откуда-то бутылку вина, разлил по бокалам и протянул один мне. Я помотала головой. Он пожал плечами и опустошил свой одним махом.

– Ты хотел поговорить, – напомнила я.

– Да. – Он подошёл так близко, что я ощутила запах только что выпитого вина, смешанного с ароматом «Хьюго Босс». Я подарила ему духи на один из дней рождения, но он так ни разу ими и не воспользовался… до недавнего времени. Макс поднял руку и неуверенно провёл по моей щеке. Я замерла. Затеплилась надежда, что я ещё нужна ему. Он просто запутался. Будто в подтверждение он прижал меня к себе и поцеловал – не так, как делал последнее время, а с прежней, уже забытой страстью. Я обвила его шею руками, мы несколько минут целовались, как после долгой разлуки, потом он отстранился и виновато потупил взгляд:

– Мне жаль, что так вышло. Ты – моё лучшее творение, ты справилась со своей ролью на все 100%.

Я непонимающе захлопала глазами.

– Ты не вспомнишь о нашем разговоре, но, думаю, будет честно… – он замялся, взял модуль с выдвижной полки возле настенного монитора и сосредоточенно уставился в экран. Монитор на стене ожил, на чёрном экране замелькали символы и диаграммы. Я не понимала, что происходит. Макс ещё несколько секунд поколдовал над модулем и уставился на меня: – Я впервые в жизни чувствую себя по-настоящему счастливым. С реальной женщиной, не роботом. И она меня любит. Ты тоже будешь счастлива.

– Ты хочешь развестись?

– Д-да. Но не волнуйся, тебя заберёт Юрген. И Адама.

– В каком смысле заберёт? – Я почувствовала, как заломило затылок от нехорошего предчувствия. Я пока не понимала, что происходит, но поведение Макса меня пугало.

– Теперь ты будешь его женой.

– Я его не люблю! Это не тебе решать! – К лицу прилила краска, я так на него разозлилась! Он чувствует себя виноватым и пытается меня пристроить. Я благодарна доктору Гауссу, он мне симпатичен, но мысль о том, что меня передают как куклу, вызвала отвращение и гнев.

– Кэти, ты не человек. Твои чувства ко мне – часть программы. Теперь ты будешь тоже самое чувствовать к Юргену. Ты не вспомнишь об этом разговоре. Но… мы можем попрощаться. – Он снова приблизился, сжав моё предплечье и потянулся к губам. Я его оттолкнула, он схватил крепче, и мне по-настоящему стало страшно. Он ведёт себя странно, несёт какой-то бред… Макс свихнулся. Заигрался в своих роботов и утратил связь с реальностью.

– Ошибка скрипта, – вдруг раздался синтетический женский голос, и Макс удивлённо уставился на экран монитора, ослабив хватку, чем я тут же воспользовалась и высвободилась из его объятий. Он будто и не заметил. То, что происходило на экране интересовало его намного больше. Часть символов выделялась красным цветом, слева периодически появлялся треугольник с восклицательным знаком – обычно это означает ошибку. – Исправлено. Код переписан, – снова отчеканил голос. Макс повернулся в мою сторону, я попятилась.

– Всё хорошо, не бойся. Я хотел показать, как ты устроена… Я всего лишь изменю пару строчек в коде… Мы останемся друзьями. Бывшие ведь иногда дружат?

– Тебе нужен врач, Макс. Я – твоя жена, Кэти, помнишь? Я попала в аварию и лежала в твоей клинике.

– Думаешь, я сошёл с ума? – он расхохотался. – Ты – YIP13, в данном случае число оказалось счастливым, ты изменишь мир. Уже изменила. YIP13 создадут Бога. Единого для всех.

– Я не могу быть машиной, это бред! – Он пугал меня всё больше и больше.

– Я создал тебя вот этими самыми руками, – он таращился на свои руки, как на седьмое чудо света. – Никакой аварии не было. Это… я хотел поверить сам, понимаешь? Вот… – Он снова схватился за модуль, на экране замелькали знакомые кадры. Мои воспоминания. Откуда у него мои воспоминания? Виски нестерпимо заломило, аж потемнело в глазах, я выдохнула сквозь зубы.

– Ошибка скрипта, – опять завопил синтетический голос, Макс досадливо поморщился.

– Я установил таймер, – продолжил он. – Чтобы изобразить амнезию. Воспоминания принадлежат настоящей Кэтрин Биман, я выкупил профиль. Она умерла.

Бред. Этого не может быть. Я живая. Я чувствую, думаю! Я…

– У нас сын! Адам!

– Ты его не рожала.

– Да, но… Я всё равно его мать.

– Нет. Ты не имеешь к нему никакого отношения. Адам – мой клон, – Макс улыбнулся правым уголком рта, когда-то это казалось мне милым, сейчас от его полуулыбки передёрнуло. Я встряхнула головой, виски пронзила боль.

– Ошибка скрипта! – На экране снова поползли красные строчки.

– Ты не должна знать, – Макс кивнул в сторону экрана, – я ставил защиту, новые модели не подозревают, что они роботы. Сейчас твой мозг не справляется с обработкой новых данных, они противоречат настройкам.

Голова действительно готова была взорваться. Я не могла поверить в то, что он говорил, это слишком безумно, но внутри уже появился червячок сомнения. Макс подошёл к одному из кресел со шлемом и активировал его. Кресло загудело, чуть поднялось вверх, шлем откинулся назад, на его верхней части загорелись бледно голубым диоды.

– Садись, я всё исправлю, – он указал на кресло, я покачала головой и огляделась вокруг. Бежать некуда, кричать бесполезно – мы в подвале, вряд ли кто услышит. Он схватил меня за руку, насильно усадил в кресло, я впала в ступор и не сопротивлялась. Левая рука упала на подлокотник, и на ней тут же защёлкнулся браслет, приковав намертво. Я запаниковала, размахивая правой рукой и не давая обездвижить меня полностью.

– Критическая ошибка! – К голосу добавился противный писк, Макс нахмурился, на пару секунд отвлёкшись на звук. Я подтянула ноги к подбородку и со всей силы пнула его, попав в живот. Он охнул, согнулся пополам, неуклюже попятился, врезавшись в стеклянный стеллаж у стены. Нижние ярусы рассыпались на крупные осколки под тяжестью его тела. Верхние накренились, всё, что стояло на полках, устремилось вниз, средняя полка треснула от упавшей сверху коробки с чем-то тяжёлым, и распалась на две части, когда на край приземлилась капсула с глазами для андроидов. Один из осколков вонзился в руку упавшего на пол Макса, он взвыл от боли, но тут же вопли перешли в хрип – второй кусок застрял в его горле. Я лишь с пятого раза попала по сенсору, и браслет расстегнулся. Макс уже не кричал, осколок стекла он вытащил и зажал целой рукой горло, сквозь пальцы сочилась кровь, запачкав рукав рубашки почти до локтя.

– Сейчас, сейчас! – Я шарила по карманам в поисках коммутатора. Мой остался в сумочке в гостиной. Пальцы дрожали и не слушались, наконец я выудила его из правого кармана. Так, чтобы разблокировать, нужно приложить палец. Я всхлипнула, разглядывая Макса: одна рука с торчащим осколком лежала в луже крови, вторая зажимала шею. Он пошевелил губами, в его горле что-то булькало. Я снова потянулась к коммутатору, закусив губу от пронзительной боли в висках.

– Критическая ошибка! Требуется перезагрузка.

– Да заткнись ты! – Я швырнула в сторону экрана одну из валявшихся на полу коробок. В эту же секунду в глазах потемнело, коммутатор выскользнул из рук, я повалилась на бок, не имея возможности управлять своим телом, словно его парализовало. В виски словно воткнулись тысячи игл.