![](/books_files/covers/thumbs_240/travma-glazami-rebenka-vosstanovlenie-i-podderzhka-emocionalnogo-zdorovya-u-detey-260816.jpg)
Автор книги: Питер Левин
Жанр: Детская психология, Книги по психологии
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 39 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]
Мы надеемся, что эта глава позволила вам увидеть масштаб и распространенность травмы, а также ее разнообразные источники. Травма является корнем проблем со здоровьем, многочисленных психологических страданий и социальных проблем. Наши дети часто страдают молча, порой живя жизнью, наполненной ежедневным ужасом. Или, что еще хуже, они могут постепенно впасть в оцепенение и перестать реагировать на все, что предлагает им жизнь.
Если любая воспринимаемая или реальная угроза способна вызвать шок, как определить, что ваш ребенок пережил психологическую травму? В следующей главе мы рассмотрим целый спектр симптомов, которые проявляются у детей, переживших травму, и обсудим, что делать с этими симптомами. Бывает, что причина страданий неочевидна, порой ее невозможно проследить даже после тщательного исследования. Однако важно помнить: все, что подавляет способность ребенка справляться с сильными эмоциями и защищаться, может явиться причиной травматических симптомов. Чем младше ребенок, тем более уязвим он по своей природе из-за ограниченности ресурсов самозащиты. Помните, что травма определяется не интенсивностью произошедшего обстоятельства, а его воздействием на нервную систему конкретного человека.
К счастью, наш подход к профилактике и лечению травмы под названием Соматическое переживание® базируется на биологии, а не на биографии, поэтому данный метод не зависит от знания анамнеза. Возможно, знать источник и полезно, но для оказания помощи страдающему ребенку это не так уж важно. Однако, поскольку тело сохраняет историю произошедшего, этот источник часто обнаруживается по мере того, как дети получают помощь в своих страданиях. Самое главное, что тело содержит в себе не только историю, но и решение.
3. Признаки и симптомы травмы у детей
Она снова держала на руках своего сына, но во многих отношениях она держала другого мальчика. Она чувствовала, что держала что-то одновременно хрупкое и твердое, как скорлупа яйца.
Отрывок из статьи о мальчике, похищенном в Колумбии в 2003 году («Лос-Анджелес Таймс», 31 декабря 2003 г.)
Такое драматическое событие, как похищение, безусловно вызывает множество разнообразных симптомов у того, кто это пережил. Мать, чьи слова были процитированы выше, продолжает далее свой рассказ, говоря о том, как ее четырехлетнему сыну Оскару снились кошмары, в которых мужчины разрезали ему живот и душили его. Она с болью замечает:
«Душа разрывается, глядя на его лицо, на котором отражаются все его эмоции. Иногда он выглядит потерянным, одиноким мальчиком. В другие моменты кажется, что он просто грустит, опустив глаза. Иногда на его лице проступает ужас, как у ребенка, который просыпается от дурного сна, ошеломленный увиденным. Он почти не говорит о том, что пережил».
Как травма проявляется в детях? Как это выглядит и на что похоже? Могут ли пугающие события, которые являются более обычными, чем описанное выше похищение, приводить к остаточным травматическим последствиям? Если ваш ребенок «плохо себя ведет», как вам определить, является ли это «отыгрыванием» вследствие травмы или обычным непослушанием? В данной главе мы исследуем эти вопросы и приведем примеры, которые помогут вам лучше уяснить ответы на них. Вы узнаете, каковы основные симптомы, свидетельствующие о травме, и как они развиваются, если «первая помощь» для предотвращения дальнейших травматических последствий не оказывается.
Также вы узнаете, почему у некоторых детей остаются длительные навязчивые симптомы, такие как плохие воспоминания, сны и вспышки гнева, влияющие на их социальные отношения, способности к учебе и здоровье, в то время как других детей те же события, кажется, не затрагивают вовсе.
Универсальные симптомы травмыИ у ребенка, и у взрослого отличительные признаки произошедшего травмирующего события проявляются довольно скоро. К ним относятся: 1) гипервозбуждение, 2) скованность, 3) диссоциация, 4) чувство заторможенности и отключения (или «оцепенения»), конечный результат которых – чувство беспомощности и безнадежности. Эти реакции характеризуют собой суть реакций ума и тела, являясь универсальными, характерными признаками травмы.
Все дети, особенно младенцы и дети самого младшего возраста, проявляют симптомы, которые существенно отличаются от симптомов взрослых. Это связано с рядом факторов, в том числе с развитием мозга, уровнем развития мышления и восприятия, неполной сформированностью личности и зависимостью от своих взрослых воспитателей, а также привязанностью к ним. У детей ограничены двигательные и языковые навыки, а также возможности реагирования на ситуацию и совладания с ней. Помимо того что взрослые обладают сформировавшимся мозгом, им доступны множественные ресурсы, снижающие стресс и беспокойство. В качестве здоровых вариантов взрослый, например, может отправиться на прогулку, встретиться с друзьями, позаниматься в тренажерном зале, выговориться в дневнике, сходить на сеанс психотерапии или посетить занятия йогой, айкидо или тай-чи, и это поможет ему «управлять» своими чувствами и симптомами.
Дети же полностью зависимы от своих взрослых, которые «читают» и удовлетворяют их потребности в безопасности, заботе, воспитании, саморегуляции и уверенности. Если взрослые не сформировали собственный набор полезных ресурсов и не имеют системы поддержки, к которой можно обратиться в трудные моменты, они могут прибегнуть к злоупотреблению различными веществами, жестоко вести себя по отношению к членам своей семьи, проявлять неуравновешенность на работе или подвергать себя опасным ситуациям. Дети тоже прибегают к «отыгрыванию». Иногда это единственный способ, которым они сигнализируют нам о том, что им нужна ПОМОЩЬ. Когда дети не «отыгрывают вовне», они часто «действуют внутрь», давая взрослым более тонкие подсказки о том, что что-то не так. Признаки и симптомы как внешних, так и внутренних эмоций, а также их важность для оказания помощи детям в процессе исцеления описаны на этих страницах и проиллюстрированы примерами из реальной жизни.
Прежде чем углубиться в особенности того, как дети дают нам знать, что им больно, важно помнить, что некоторые симптомы травмы являются естественной реакцией на непреодолимые обстоятельства. Повышенная энергия возбуждения вместе с отключением (когда выхода нет) являются биологически жестко запрограммированными механизмами выживания. Однако длительность такого защитного механизма должна быть строго определенной; наши тела были созданы так, что они должны возвращаться к своему нормальному ритму существования вскоре после того, как опасность минует.
Но когда активированная интенсивная энергия выживания, призванная защитить нас во время предполагаемой угрозы, не «расходуется», мы продолжаем жить так, как будто угроза все еще присутствует в нашей жизни. Поскольку младенцы и дети обладают ограниченной способностью защитить себя, они более подвержены сохранению избытка этой высокоактивной энергии возбуждения. Без конкретной и нацеленной помощи заботливых взрослых эта нерастраченная энергия в конечном итоге находит выражение в широком спектре поведенческих проявлений и симптомов. Помните, что у детей очень ограниченный поведенческий репертуар для преодоления жизненных стрессов и трудностей.
Для примера: днем трехлетний Джаред стал свидетелем страшной автомобильной аварии и проснулся в 2 часа ночи от ночных кошмаров. Это нарушение сна вместе с безудержным плачем, судорожными движениями (удары руками и ногами) и вегетативными реакциями – учащенное дыхание, учащенный пульс и потоотделение – является яркой иллюстрацией проявления гипервозбуждения у ребенка. В реальной жизни ДТП закончилось тем, что машины были отбуксированы и никто не пострадал.
В реальности Джареда, однако, все было совсем иначе. Активация, запущенная днем, проявилась в ту же ночь (но могла проявиться и позже) – буйством и неистовством, усиливающимися по мере роста возбуждения. Джаред проснулся в панике, как будто авария все еще происходила перед его глазами.
Первоначальные универсальные реакции на шок часто видны сразу. В других случаях они не столь очевидны, особенно когда вы не знаете, на что нужно обращать внимание. Родители нередко испытывают одновременно страх перед худшим исходом для их ребенка и надежду на лучший. Поскольку и взрослые, и дети во время происшествий могут испытывать сильные эмоции, в «пылу момента» можно легко упустить из виду важные подсказки. Интересно, что устойчивые словесные метафоры прекрасно отражают многое из того, что нам нужно знать о телесном опыте. Такие выражения, как «напуган до смерти», «нет слов», «сокрушен горем», «бледный как полотно» и «белый как мел», есть в любом языке. Они буквальным образом отражают те физиологические реакции, которые происходят в мозге и теле.
На следующих страницах мы расскажем обо всех начальных симптомах травмы, которые могут возникнуть у ребенка. Хотя для удобства понимания каждый из симптомов описан отдельно, основные симптомы травматической реакции часто переживаются вместе. Вы также можете заметить, что из-за различий в темпераменте, возрасте, наличия уже существовавших уязвимых мест в психике того или иного ребенка и особенностей фактического инцидента симптомы одной категории могут преобладать над симптомами других категорий.
Симптомы у детей проявляются иначе, чем у взрослых, и зависят от возраста и уровня когнитивной, социальной и эмоциональной зрелости; кроме того, они будут проявляться по-разному на разных стадиях развития ребенка. С учетом этого мы разбили симптомы на три категории, в зависимости от этапов взросления: 1) от рождения до дошкольного возраста; 2) школьный возраст; 3) подростковый возраст. Имейте в виду, что это довольно общее разделение; обозначенные этапы могут перекрывать друг друга, давая множество совпадений и вариаций в зависимости от темперамента, зрелости и других индивидуальных различий. Обратите внимание, что между детскими и взрослыми симптомами есть некоторое сходство, особенно у подростков. Исследования также выявили некоторые различия в симптоматике у мальчиков и девочек, о чем мы расскажем в свое время.
Распознавание симптомов у самых маленьких: от рождения до дошкольного возрастаУ младенцев и детей младшего возраста двигательные и языковые навыки довольно ограниченны. Они не могут рассказать о том, что с ними случилось, и не могут защитить себя с той легкостью, которая может быть свойственна детям старшего возраста или взрослым. Поэтому у маленьких детей чаще развиваются новые страхи и избегающее поведение либо же они становятся раздражительными, замкнутыми или импульсивными. Развитие младенцев и малышей происходит быстрыми темпами, однако при сохранении симптомов травмы оно может задерживаться. Симптомы травматического стресса могут проявляться как после единичного события, так и после серии событий или при продолжающемся стрессе.
Маленькие дети часто показывают нам, что они травмированы, через свою игру, качество сна, изменение уровня активности, преувеличенные эмоциональные реакции (страха и гнева) и соматические жалобы, такие как боли в животе или головные боли, а также через регрессию на более ранний уровень развития, где они могут чувствовать себя безопаснее.
Например, ребенок, который раньше был спокоен, когда его оставляли с няней, может теперь с тревогой цепляться за своих родителей, когда они собираются уходить. Пережив некий травмирующий опыт, ребенок может буквально прилипнуть к папиной ноге с упорством осьминога, вместо того чтобы послушаться родителей и отпустить их.
Даже если ваш ребенок обладает достаточными языковыми навыками, чтобы говорить полными предложениями, маловероятно, что он сможет выразить свое горе словами. Приведенные ниже примеры помогут вам понять, как дети показывают взрослым, что они травмированы.
Младенцы и дети «закрываются», когда что-то их подавляет
Когда что-то подавляет младенцев и маленьких детей, они могут проявлять бурные реакции на свое страдание: плакать, задыхаться и метаться. Однако довольно часто вместо этого они закрываются, зажимаются и «уходят в себя». У младенцев не так много вариантов реакции, и один из главных – просто оцепенеть. Это не их свободный выбор; это автоматическая реакция, которая срабатывает тогда, когда страдание становится невыносимым. Младенцы просто как бы самоустраняются и отключаются от реальности (младенческая версия диссоциации).
То, что взрослому кажется незначительным, для младенца может оказаться чрезмерным. Это особенно верно для детей, которые с самого начала появились на свет более уязвимыми из-за патологий плода, длительного или сложного процесса родов или незрелости нервной системы. По своей природе все младенцы беззащитны, что подразумевает их полную зависимость.
Когда дети чрезмерно возбуждены вследствие чрезмерной активности или интенсивности какого-то воздействия и при этом их потребности своевременно не удовлетворяются, они справляются с этим, «отключаясь». Поскольку младенцы не могут ходить или говорить, выбор проявленных реакций у них ограничен: это капризы, слезы и протест. Когда все варианты будут испробованы и не дадут результата, ребенок замирает, цепенеет. Такое отключение следует отличать от спокойного темперамента!
Взрослые должны быть внимательны к отсутствующему взгляду ребенка, отсутствующему выражению лица и отсутствию эмоций. Когда глаза младенца кажутся остекленевшими, это означает, что он больше не может управлять своими внутренними сигналами и нуждается во взрослом, который может осознать, что ему нужно, и обеспечить комфорт и облегчение. «Чтение» выражения лица ребенка и произнесение успокаивающим голосом чего-то, подходящего случаю, может помочь малышу восстановить связь с реальностью. Например, если его напугали громкие звуки, вы можете сказать: «Очень сильный шум, да? Я вижу, он тебя пугает. Давай найдем милое тихое местечко, и я нежно покачаю тебя, если хочешь». Понимает ребенок ваши слова или нет – это не так важно; важен тон, которым вы их произносите.
Поскольку нервная система младенца еще незрелая, она не способна к саморегуляции. Младенец во всем зависит от своих родителей – от регулирования температуры тела до эмоциональной регуляции. Если ребенку постарше приходится слишком долго ждать обеда, он может проявить нетерпение и стать капризным. Однако по предыдущему опыту он знает, что его накормят. Младенец этого не знает. Слишком долгое ожидание пропитания может быть воспринято как ситуация на грани жизни и смерти. Если родители будут замечать, что нужно их ребенку для того, чтобы чувствовать себя в безопасности и комфорте, и по большей части удовлетворять эти потребности, то это сформирует узы доверия и базовые понятия «благополучия» и «добра». Затем это разовьется в надежную привязанность, которая запускает здоровые модели отношений, закладываемые на всю жизнь.
Обеспечение безопасности и забота
Безопасность и забота выражаются в форме тепла, объятий, еды, удобного положения, игрового взаимодействия, покачивания, держания на руках, защиты от стихий и баланса между спокойным отдыхом и активностью. Но воспитание – это еще нечто более тонкое. Оно означает, что вы замечаете, как ваш ребенок извивается или напрягается, когда навещающие его тетя или дядя «душат» вашего новорожденного нежелательными поцелуями, и бережно выводите вашего ребенка из зоны дискомфорта. Это показывает вашему ребенку, что вы на его стороне, что вы будете защищать его и что к нему никто никогда не должен прикасаться так, как ему не нравится. Как бы надуманно это ни звучало, ваши действия посылают в развивающийся мозг вашего ребенка сообщение, которое может сыграть важную роль в предотвращении сексуального насилия или иного неуважительного отношения в его дальнейшей жизни. У ребенка, чьи потребности и границы соблюдаются, разовьется «шестое чувство», помогающее ему понять, когда подход взрослого оказывается «неправильным».
Именно в этот критический период развития (от новорожденного до малыша) формируется способность верить в то, что основные потребности могут быть удовлетворены, личные границы могут быть соблюдены, а здоровые отношения могут приносить удовольствие. Качество этой тонкой настройки на потребности во взаимоотношениях между воспитателем и ребенком формирует нейронные пути и паттерны в мозге, которые сохранятся на всю жизнь.
Как дети показывают нам, что они испытывают стресс
Признаки чрезмерного стресса у малышей и дошкольников могут проявляться в форме гиперактивности или же оцепенения и отключенности, включая нежелание играть, уход от людей, вялость или чрезмерную застенчивость. Это может чередоваться с приступами безутешного плача или истериками. Травматический стресс также может проявляться как регрессия к поведению, свойственному более ранней стадии развития. Сосание большого пальца, ночное недержание мочи, просьба покормить грудью (или через бутылочку) уже после отлучения от груди, «детское лепетание» являются распространенными симптомами стрессового расстройства.
Эти признаки травматической реакции посылают четкий сигнал о том, что вашему ребенку нужно больше времени, поддержки и помощи с вашей стороны, чтобы он смог обрести уверенность. Не менее важно, чтобы вы понимали, что это нормальные реакции на стрессовые события. У каждого ребенка свой темперамент, своя индивидуальность, свои уязвимые места. То, что может вызвать регрессивную реакцию у одного ребенка, может никак не сказаться на его брате или сестре. В такие моменты особенно важно не стыдить вашего ребенка, даже если вас раздражает такое регрессивное поведение. Сострадание и терпение ускорят процесс исцеления. И, если в этот момент вы почувствуете себя более напряженным и вспыльчивым, чем обычно, не вините и не осуждайте себя! Если, сталкиваясь с собственными недостатками, вы будете проявлять к себе любовь и доброту, все от этого только выиграют. И разумеется, если симптомы у ребенка сохраняются, желательно обратиться за компетентной профессиональной помощью.
Как малыши и маленькие дети через игру демонстрируют нам травматическое «повторное переживание»
В то время как младенцы могут чередовать свои реакции между протестом и оцепенением, малыши и дошкольники имеют более широкий спектр механизмов совладания.
Дети часто переживают травму так, как будто травмирующая ситуация все еще происходит, и показывают вам это своими действиями. Чтобы увидеть, как травмирующее событие повлияло на вашего ребенка, будьте внимательны к тому, как он проявляет себя во время игр дома или в дошкольном учреждении.
Эмоционально перегруженный ребенок может направить энергетическую перегрузку (гипервозбуждение) в игру с повторяющимся сценарием, где изображается какой-то определенный аспект травмирующего события. Такой игре будет недоставать воображения и разнообразия. Проницательный взрослый может разглядеть в ней те события, которые все еще беспокоят ребенка. Например, вы можете заметить, что ваш ребенок регулярно воспроизводит одну или несколько повторяющихся сцен или тем. В основе такой игры лежит своего рода отчаяние, она обычно не приносит никакого удовлетворения или облегчения. Например, ребенок после пережитого ДТП снова и снова сталкивает между собой две игрушечные машинки или погружает лицо куклы под воду после того, как он сам чуть не утонул.
Нередко дети, подвергшиеся жестокому физическому наказанию или ставшие свидетелями жестокого обращения с братом или сестрой, воспроизводят эту же сцену с куклами или игрушечными фигурками. Роли преступника и жертвы в такой игре могут чередоваться. Например, сначала ребенок может грубо отругать и отшлепать куклу, после чего происходит смена ролей и он начинает утешать ее, поглаживая ее и говоря что-то вроде «Все в порядке, детка».
Как игра Кевина раскрыла его историю
Иногда связь между тем, что оставило тревожный отпечаток на психике ребенке, и ограниченностью его игры не столь очевидна. Обычно это случается тогда, когда провоцирующее событие не посчитали травматичным. Помните, во второй главе мы говорили о трехлетнем Кевине, родители которого были сбиты с толку его игрой? Он периодически ложился на пол, напрягался всем телом, делая вид, что умирает, а затем медленно «возвращался к жизни», умоляя: «Спаси меня… спаси меня!» Никому даже в голову не пришло, что перенесенная мальчиком хирургическая операция, которая прошла «на удивление хорошо», так сильно повлияла на него. Поскольку эта операция в младенчестве спасла Кевину жизнь, никто никогда не связывал ее травматические последствия со своеобразной повторяющейся игрой.
До тех пор пока во время игры малышу не была оказана активная поддержка в том, чтобы продвинуть историю дальше, его творческий потенциал и способность испытывать радость были заморожены. Его социальное развитие также испытывало задержку. Кевин, которому было три с половиной года, все еще играл неподалеку от других детей (параллельная игра, типичная для двухлеток), а не с ними.
Чтобы помочь Кевину, ему предоставили на выбор целый ассортимент маленьких игрушечных фигурок. Он быстро отобрал рыцарей со щитами и мечами и выстроил их, чтобы уничтожить «плохих парней» (пластиковых солдат). Он агрессивно «разбил» всех солдат до единого. Когда Кевина спросили, кто были эти «плохие парни», которых только что уничтожили рыцари, он, к большому удивлению его матери, строго ответил: «Врачи». Связь между агрессивной игрой и его медицинской травмой стала очевидной.
Еще после нескольких сеансов терапевтической игры Кевин начал разнообразить свою игру, добавляя в нее элементы творческого решения, что в конечном итоге привело его к чувству благодарности своим врачам! Этот счастливый финал наступил естественным образом только после того, как он выразил в игре гнев и страх по поводу своего больничного опыта.
Другие способы, которыми маленькие дети показывают нам, что все еще переживают случившееся
Помимо игры мы узнаем, что маленькие дети все еще переживают травматический эпизод, если их мучают кошмары, если они проявляют беспокойство, когда что-то напоминает им о произошедшем или если увлечены каким-либо определенным аспектом события (например, снова и снова хотят смотреть видео о лесных пожарах после того, как стали свидетелями пожара). Маленькие дети часто приписывают таким «напоминаниям» магические свойства, что пугает их еще больше.
Например, если сгоревший дом был старым деревянным зданием, недавно выкрашенным в желтый цвет, они могут подумать, что все старые деревянные желтые дома опасны. Или беспокоиться о том, что покраска дома может привести к его возгоранию.
Напоминания могут быть бессознательными (или не связанными с опытом ребенка), но тем не менее вызывать беспокойное поведение или капризы без очевидной связи с триггером. Примером этого может быть изменение в настроении или поведении вашего ребенка, когда он слышит пролетающий над головой самолет, после того как он увидел по телевизору теракт 9/11. Другим примером может быть повышенная «прилипчивость» после взрывов в Мадриде в 2004 году, которая появляется, когда ребенок видит или слышит поезд.
Проявление симптомов травмы у маленьких детей через гипервозбуждение
Если вас когда-либо щекотали против вашей воли или вы наблюдали, как кого-то так щекочут, вам будет легко понять концепцию гипервозбуждения. Метафора «защекотать до смерти» является подходящим описанием этого опыта. Ребенок может смеяться, но, когда шутливое щекотание становится невыносимым, это уже не смешно. Вместо игры это может превратиться в пытку. Сердце ребенка колотится, так как все его тело вовлечено в борьбу, чтобы заставить щекочущего прекратить. Учащенное дыхание может превратиться в судорожные попытки глотнуть воздуха, так как ребенок страдает от интенсивных переживаний, включая страх удушья.
В момент гипервозбуждения дети находятся в «заведенном» внутреннем состоянии, даже если нет щекотки или какой-либо другой внешней стимуляции. Стимуляция происходит внутри самого ребенка – от нервной системы, которую нет никакой возможности отключить. Независимо от того, реальная опасность или воображаемая, когда ребенок напуган или сильно напряжен, учащенное сердцебиение и учащенное дыхание заставляют его внутренние «двигатели» перейти с холостого хода на высокую скорость в течение нескольких секунд, даже если ребенок кажется спокойным. Он может очень легко «завестись», но не знает, как вернуться обратно.
Это возбужденное состояние может не давать ему спать по ночам и (или) держать его на взводе днем. Глубокое расслабление становится невозможным до тех пор, пока избыточная энергия не будет полностью высвобождена.
Возможно, вы были свидетелями того, что происходит с детьми, которые уже переутомились, но прямо перед сном им вдруг разрешают «побуянить». Этот избыток энергии в уже перенапряженном теле может нарушить сон ребенка. То же самое может произойти и при избытке энергии от стресса, вызванного травмой, но разница в том, что проблемы со сном и другие проблемы в этом случае сохраняются довольно длительное время. Приводимый ранее пример ночных кошмаров Джареда – хороший пример симптома гипервозбуждения. Другие проблемы включают в себя трудности с засыпанием, неровный сон, сверхбдительность и усиленную стартл-реакцию. Когда симптомы гипервозбуждения становятся хроническими, они могут напоминать синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ). К сожалению, слишком часто детям, пережившим травму, неправильно ставят этот диагноз и (часто неуместно) назначают лекарства. Симптомы гипервозбуждения – самые легкие для наблюдения, потому что такое поведение трудно не заметить. Временами энергия ребенка настолько необузданная и неуправляемая, что взрослым, которые заботятся о таком ребенке, приходится несладко.
Как маленькие дети показывают нам свое чувство беспомощности через проявление сильных эмоций
Стрессогенный избыток энергии, который накапливается после единичных или длительных ошеломляющих событий, может находить свое выражение в бурных эмоциональных вспышках, что зачастую озадачивает родителей. Нередко возникают беспокойство и тревога, а также гнев и агрессия. Появляются новые страхи, особенно при расставании со взрослым, при встрече с незнакомыми людьми и при выполнении новых задач. Прилипчивость и истерики являются типичными говорящими симптомами и могут особенно раздражать взрослых, которые не понимают их происхождения или не знают, что нужно делать, когда эти симптомы возникают. Малыши могут выражать свой страх, настаивая на том, чтобы их постоянно держали на руках, тем самым пытаясь почувствовать защиту взрослых. У дошкольников может развиться боязнь темноты, они начинают страшиться монстров и призраков в шкафу или под кроватью.
Признаком эмоционального потрясения, который сложно не заметить, является реакция ребенка на то, что когда-то было для него обычным действием или частью распорядка. Ребенок может преувеличенно протестовать или засыпать взрослого бесконечным шквалом вопросов. На самом деле ваш ребенок не пытается свести вас с ума. Он пытается справиться с тревогой наилучшим из известных ему способов. Неустанные вопросы типа «Кто там будет?», «А кто еще?» и «Как долго мы там пробудем?» не что иное, как попытка удержать чувство безопасности и контроля.
Симптом агрессивности часто развивается в присутствии слишком большого количества стрессоров и подавляющих обстоятельств. Распространенными признаками того, что у маленьких детей внутри больше чувств, чем они способны контролировать, являются: вспышки гнева, истерики, бросание игрушек, драки с братьями и сестрами, товарищами по играм или издевательства над ними, укусы, пинки. Родители могут задаться вопросом, не является ли подобное поведение просто предсказуемым «кризисом двухлетнего возраста» (или четырехлетнего). Один из способов определить это состоит в том, чтобы вспомнить, когда началось новое агрессивное поведение. Если его появление совпадает со списком потенциально травмирующих событий и стрессоров, описанных во второй главе, можно заподозрить, что в основе лежит травма.
Как маленькие дети проявляют травматическую зажатость и отключение от реальности через физические симптомы (соматические жалобы и угнетение чувства удовольствия)
Как только нервная система организма стала гиперактивна, в кровоток выделяется адреналин, чтобы подготовить крупные двигательные мышцы к движению. По своей природе определенные мышцы, чтобы выполнять свои функции, должны напрягаться или сжиматься. Но при травме все тело становится единой жесткой, сжатой конструкцией. В напряжении находятся мышцы, суставы и внутренние органы. Кроме того, сенсорная и дыхательная системы тоже напряжены и сжаты. На этой стадии основным симптомом становится «отключение». Вы можете заметить, что ваш ребенок замкнулся, стал чрезмерно застенчивым и одновременно более зависимым от вас, чем до происшедшего события. Вместо энергичного поведения вы, возможно, заметите в нем вялость и усталость.
Другими симптомами внутренней зажатости, которые вы можете наблюдать у своего ребенка, являются: напряженный вид, неуклюжая или «деревянная» походка, плохая координация, напряженные мышцы шеи и плеч. Он может чувствовать, что все его внутренности свело, а зрение, слух, обоняние, чувствительность и вкус могут притупиться, так что еда становится ему просто неинтересна. Внимание вашего ребенка может сузиться до источников возможной опасности, даже если таковых в реальности нет. Подобное ограничение диапазона осознанного восприятия нужно ему для уменьшения тревожных чувств. Это помогает вашему ребенку избавиться от ощущения, что он буквально разваливается на части. Однако со временем это же напряжение может привести к появлению тех самых избегаемых чувств. (То же самое верно и в отношении взрослых!)
К сожалению, в подобном состоянии, если только взрослый не поможет и не создаст ребенку безопасную атмосферу, маловероятно, что ребенок сможет расслабиться настолько, чтобы заметить, что происходит вокруг, даже если это может быть ему полезным. Расслабиться – означало бы ослабить охранную «защиту». Подобное отключение должно носить временный характер. Когда это не так (как в примере Сандры ниже), сжатие может привести как к физической боли, так и к потере удовольствия и волнения при исследовании мира, потере наслаждения простыми радостями жизни. Мир начинает восприниматься как опасное место, а потому ребенок будет избегать здорового риска – такого, например, как веселая возня со сверстниками.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?