Электронная библиотека » Рита Тейлор » » онлайн чтение - страница 6


  • Текст добавлен: 4 ноября 2013, 13:42


Автор книги: Рита Тейлор


Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы


Возрастные ограничения: +18

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 6 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Шрифт:
- 100% +
Письмо от Роз

В своем письме Роз сообщила Серне романтическую историю, что Филипп связан с нею узами любовных клятв. Одинокая слепая просила Серну, чтобы она напомнила Филиппу о ее существовании. Роз рассчитывала: почему бы влюбленной в Батлера Серне из-за женской солидарности не помочь бедной девушке, от которой прячут любимого в доме Батлера?

Но Роз не знала, что даже получи письмо, Серна бы ничему не поверила, потому что оно было сумасшедшим. И также не знала Роз, что письмо заинтересовало Батлера…


…Батлер закончил горячо шептать что-то на ухо Бибисеру.

– Ах, Чарльз, как красиво вы говорите, – вздохнул Бибисер.

– И вы научитесь, – в глазах Батлера пылал огонь страсти к мыслительному подвигу Бибисера. В воздухе ощущался запах листьев коки, которые жевали два джентльмена…

Все птицы давно улетели. Мужчины сидели в одиночестве…

– Ты же сказал, что хочешь выдать свою племянницу замуж. Я помогу тебе в этом. Я отплачу тебе советом, как получше выдать ее за какого-нибудь дуралея. Ты говорил, что она слепа. Так?

Черная туча уже закрывала полнеба.

– …Вот и прекрасно. Я научу тебя, как заманивать в ловушку доверчивых юнцов, из которых ты выберешь себе жениха для своей племяшки.

Неожиданно туча распалась надвое.

– Батлер, – жалобно сказал Бибисер, – я не знаю, кого завлечь.

– У меня есть на примете один паренек, – сказал Батлер жестко. – О нем потом. Только вот прошу тебя сначала об одной услуге.

Тучу разнесло ветром. Вместо нее в воздухе закружила стая воронов.

Бибисер прогнулся, готовый стелиться у ног обожаемого им Чарльза.

– Я человек скромный, ты это знаешь.

– Да-да, – со страдальческим оттенком закивал головой Бибисер.

– Слава мне не нужна, – совсем как девушка потупился Батлер. – И потом, про меня – будем же с тобой честны, Бибисер, – и в голосе Батлера прозвучало даже нечто совестливое…

Одна из ворон вдруг ударилась в окно. Стекло треснуло.

– …Я пользуюсь не слишком хорошей репутацией у жителей нашего славного города. Это может повредить твоему священному проекту. – Голос Батлера стал надрывным и трагическим. – Я отказываюсь от славы…

Упали первые капли. Ворона как-то уцепилась за карниз.

– …Поэтому прошу тебя, Бибисер, – и голос Батлера стал таким грубым, будто он изображал страшного разбойника, пугающего маленькую девочку, – Бибисер, не говори никому, что в этом деле принимаю участие я. Тебя не поймут.

На ветке дуба показалась кошка.

– Что ты, Чарльз! Про тебя действительно говорят только дурное, – вдруг серьезно сказал Бибисер, так что сам испугался правды вылетевших слов. – Ой, прости меня, дорогой, я не хотел тебя обидеть…

Ворона попробовала взлететь. От ударов ее крыльев стекло в окне пошло трещинами.

Бибисер испугался и заискивающе посмотрел на Батлера. Тот, как девица из пансионата, смиренно развел руками.

– Полноте, Бибисер, каждый несет свой крест. – И опять, как страшный разбойник, добавил: – Ты только не проболтайся, и все….

Стекло треснуло. Один осколок вонзился в ручку кресла.

Бибисер подпрыгнул от страха.

– Ну, я пошел. На днях приду, помогу тебе разделаться с браком твоей слепой племянницы. Ты только сделай так, чтобы жертва не могла вырваться. Застукай ее с поличным. Ну, застань их целующимися что ли… Парень, которого ты застукаешь, будет обязан на ней жениться. Иначе ему каторга за глумление над святой…

Ворона истекала кровью. Брызги долетали до локтя Бибисера.

Бибисер поперхнулся.

– Она слепая, а не святая, Чарльз.

– А, подумаешь, какая разница. Ты можешь обманывать ее, как тебе хочется. Подсунуть урода, а расписать, что это принц, – и Батлер хитрюще посмотрел прямо в правый зрачок Бибисеру…

Биение крыльев птицы становилось слабее. Солнце почти село. Верхушки дерев окрасились в багровые тона.

Бибисер густо покраснел. «Значит, знает, шельмец, что я делал с племянницей».

– А еще ты можешь выдать ее за каторжника с клеймом, и она ничего не заметит, ха-ха, – и Батлер расхохотался прямо в лицо Бибисеру…

Ворона затихла. Кот приготовился к прыжку на карниз.

– Только такой зять тебя прирежет в один момент, – и Батлер всадил длинный палец в брюхо Бибисеру.

– Ай-яй-яй, Чарльз, я не хочу этого! – завопил Бибисер…

Все окно было в крови. Кот пожирал жертву прямо на карнизе.

– …А ты не в счет, – совершенно опьяневшим от листьев коки голосом проговорил Батлер, – только парень, которого ты не знаешь, и моя ненависть, – эти слова Батлер произнес так тихо, что не услышал их сам, – к этому городу, который в лице мистера Робийяра однажды оскорбил меня, но теперь заплатит по счету.

Два джентльмена вышли из комнаты. Конец диалога проходил уже в темном вестибюле, через который за секунду до того промелькнула чья-то тень: это Роз вложила внутрь накидки Батлера квадратный конвертик…

Сквозь дыру в стекле окровавленный кот вошел в комнату.

…Почта начинала действовать. Наркотические пары завладели сознанием Батлера, он пошатнулся и собрался выйти из дома без накидки.

– Чарльз, твоя попона у меня на вешалке, – вежливо остановил его Бибисер.

– Что? Моя попона? Но я же в домике, который не догонит ни один старый Пьер, – в домике на колесах, – Батлер пьяно захихикал, смотря в непонимающие глаза Бибисера. – Я в экипаже, осел!

– Нет никакого осла в твоей телеге…

Кот уютно устроился в кресле Бибисера.

– Я не про телегу, я про то, что ты осел, – повернувшись к нему спиной, сказал Батлер и завалился в карету ничком. Бибисер заботливо положил на него его накидку.

– Трогай, – скомандовал кучеру Батлер. И его экипаж откатил от белого, выстроенного в колониальном стиле дома Бибисера.

Кот мурлыкал.

С подоконника на третьем этаже соскользнула фигурка и юркнула в постель.

Роз заснула. Ей снилось, что к ней входит Филипп и они вместе бросаются в высокую траву. И их никто больше не видит, и они счастливы.

Бибисер вернулся в кабинет. В комнате было темно.

Глуповато повторяя одну фразу, Мартин пританцовывал, кружась вокруг своего кресла:

– Я вхожу, а они голые. Я им – на каторгу тебя, на каторгу, а он с ней убегает под венец. Вот что значит мой светлый ум.

И Бибисер со всей серьезностью уставился в зеркало, в котором несколько часов назад отражался Чарльз Батлер.

– А я вроде повыше стал, и лицо что-то на Батлерово смахивает, – в недоумении произнес Бибисер. – Надо велеть протереть зеркало.

И отвратительный низенький человечек с безумным хохотом повалился в свое кресло…

…Страшный вопль раздался из кабинета Бибисера. Жуткий. Человек с разодранным до крови лицом вывалился из кабинета. Правая мочка его уха была откушена.

Подлинная история Роз

После смерти своей матери Роз осталась жить с отцом. Мать Роз умерла трагически – отравилась рыбой. Отец не выдержал и одного дня траура. Привел в дом в ту же ночь свою любовницу.

В генах этой семьи, в ее крови было растворено огромное количество похоти. Господь, видимо, за это рассердился на семейство Бибисеров. В ночь, когда к мужу пришла любовница, он – пьяный – поджег собственный дом угольками, выпавшими из курительной трубки и сгорел заживо. Его любовница оказалась более счастливой. Успела прийти в себя до того, как пламя охватило ее платье.

Ее любовник уже корчился в огненных объятиях, а женщина бросилась к окну и смогла выпрыгнуть. На беду это был второй этаж. Но на счастье прямо от стены дома начиналось глубокое озеро. Падшая женщина плавать не умела.

Дом горел очень быстро, так что когда слуги выносили спящую Роз из спальни, ей на голову обрушилась горящая балка, девушка ослепла.

Врачи долго сомневались, будет ли она жить вообще. Как только бедная Роз поняла, что ослепла, к ней явился брат ее отца, Мартин Бибисер, которого она видела очень редко и увидеть больше не могла.

Этот дядя Бибисер интересовался существует ли тайное завещание его брата Дара. Но пока девушка находилась в тяжелом, болезненном состоянии, все судебные дела решено было прекратить.

Мартин Бибисер хотел, чтобы опекуном назначили его. В этом вопросе он оказался находчивее своих соперников. Не успел он забрать племянницу к себе, как приехали дальние родственники со стороны матери. Уцелевшие после пожара слуги заявили, что брат погибшего увез племянницу. Так Роз поселилась в доме дяди.

Она изучила его голос и запах.

А дядя изучил внешний вид Роз. Старому греховоднику, в котором текла кровь Бибисеров, открылись прелести слепой девушки. Влечение росло день ото дня.

Однажды он почувствовал, что готов ворваться в спальню племянницы. Но это грозило каторгой.

Дядя решил действовать хитрее. Он приспособился быть отражением. Мечтой несчастной девушки, в жилах которой текла пламенная кровь Бибисеров. Дядя начал писать письма и подбрасывать их Роз. Письма читала верная Бибисеру рабыня. Роз открылись тайны страсти. Ее воображение было покорено образцами стиля, позаимствованного у Стендаля.

Она полюбила. Наконец, ее возлюбленный пожелал с ней встретиться. Черная служанка, играющая роль дуэньи, повезла Роз в некий дом.

В этом доме, рассказывала служанка, очень высокие потолки и прекрасная столовая. Стены украшают чудные картины европейских мастеров. А окна завешаны наглухо дорогой парчой. Когда раскрывают окна и двери, ветер раздувает парчовые гардины, и кажется, что стены плывут в разные стороны. Сознание Роз нарисовало фантастическую картину.

– Какой он? – спросила она у служанки.

– Высокий, но не очень. С бородой, но с бритой, худощав, но немного располнел. Испанский гранд!

Роз читала о грандах в книгах.

– Я готова к встрече с ним, – сказала она.

– Он сидит рядом с вами, – ответила служанка, встала и удалилась.

Гранд заговорил. Голос у него оказался немного петушиным и картавящим. В то же время странно знакомым. И пахло от него дурно.

– Это гавайский мускус, дорогая, – произнес фальцетом голос сильного немолодого человека с печальными карими глазами и проседью в бороде.

«Ах, бороды нет», – поправила себя Роз.

И какое имел значение голос, если были крепкие сильные руки, надежная грудь, на которую хотелось склонить голову!

– Дайте вашу руку, – пропела Роз и вытянула пальчики. Они уперлись во что-то пухлое и короткое.

Это были ладошки прекрасного сильного могучего гранда, с проседью, но теперь со сбритой бородой, и сильными руками, с мягкими бабьими ладонями.

– Дорогая моя, не морщитесь, – попросил голосок.

– О-о, не могли бы вы немного помолчать? – голос мешал воплотиться образу, виденному в раскаленном сознании.

– О-о, как вам будет угодно, – ответили ей голосом евнуха.

Роз отдалась своему гранду. Она отпустила его руку. Зачем она, когда есть надежная крепкая грудь, когда есть прекрасные карие глаза с непроходящей в них грустью? Зачем? Главное – не склоняться ему на грудь, потому что тогда кожа щек почувствует, что борода с серебряной проседью сбрита. И лучше не сидеть рядом, потому что – запах.

– Я отсяду от вас в угол, – пропела Роз.

– Вы что-нибудь видите? – испугался евнух.

– Не мешайте мне. – Роз упала точно на оттоманку. Ее чутье помогало ей ориентироваться в мире.

– Сейчас придет гранд, – шептала Роз. – Настоящий.

Роз зажмурилась.

Ах, как это было бы волшебно ощущать его прикосновение! Жаль, что руки у него – бабьи.

Но ведь есть собственные ладони. Роз стала касаться себя руками. Ах, как хорошо ее гладят!

Как хорошо сознавать, что это сильные руки гранда с печальными карими глазами. И с проседью в бороде. Как его руки смелы. Вот что значит настоящий мужчина. О-о, эти руки ласкают ее тело. Нега.

Корсет слишком тугой, гранду с женскими предосторожностями не справиться.

Хорошо. А теперь эти кринолины, закрывающие ноги. Лучше бы турецкие шальвары. Долой кринолины, закрывающие красивые ноги.

Как он неистов.

Да, это настоящий испанский гранд. Рука его ласкает запретное.

Вдохновение от близости двух тел опьяняет. Сейчас Роз закричит. Надо сдержаться.

Крик рвется сам. Кричи, кричи, не сдерживай свою душу. Этот порыв распахнет тебя небесам. «Я хочу видеть его. О-о-тца!»

Крик сблизил небесное и земное. Земное вплыло в сознание. Твердый валик оттоманки давил в спину. Испуганный голос евнуха, что сопровождает гранда.

– Мисс, без крика, прошу вас. У вас все хорошо получается.

– Что получается?

Но гранд молчит. Значит, неважно, что у Роз получается. – Возьмите меня, гранд, – прошептала Роз.

Сильные руки прикоснулись к ней. Их оторвали, когда Роз готова была увидеть отца. Небеса должны скоро распахнуться.

Гранд снова на месте.

Стук в дверь. Пусть бы она была глуха, как и слепа.

Это приближает ее к раю. Зачем она чувствует запахи гниющей рыбы? У евнуха пахнет изо рта.

Что-то еще стягивает кожу.

Сбросить бы с себя эти мирские путы. Вот теперь свободна. Чьи-то глаза шарят по ее телу, она это чувствует. Но это же евнух, Роз не нужны ни глаза, ни обоняние, ни слух. Она видит без этого.

Ее заполняет изнутри незнакомое доселе чувство. О-о, хочется рыдать. «Отец! Ты взял меня и ведешь по лабиринтам своего царства. Я твоя».

Глаза ее закатились. Дыхание остановилось. Мартин Бибисер подбежал к Роз и дотронулся мизинцем до ее груди. Жжется. И страшно, вдруг она схватит его и прижмет к себе, спросит: «Ну что вы со мной делаете, Бибисер?»

Бибисер отошел обратно в угол, приготовясь смотреть второй акт.

Роз пришла в себя. Оглядела невидящим взором комнату. Пахнуло едчайшим запахом. Что за наказание. Она нагая. Роз позвала служанку.

Никто не пришел.

– Кто здесь? Кто здесь?

Ее вопрос был требовательным. Но изнутри в нем проростала угроза. Евнух приподнялся и стараясь не шуметь, на цыпочках, поковылял к двери, ближе и ближе. Осталось шагов десять. Лишь бы не скрипнул пол. И тут тигрица сорвалась с места. Бросилась к гадкому Бибисеру и одним ударом опрокинула его на пол.

– Кто ты, кто ты? – рычала раненная бесстыдством женщина. – Отвечай, кто ты?

Бибисер отбивался, а женская рука вонзила в бабье личико острые ногти и, елозя по неструганному полу, в бешенстве вопрошала: «Кто ты?»

Бибисер закричал:

– Помогите!

И Роз узнала голос дяди. Все отстранилось от нее, и она потеряла сознание.

Бибисер не знал, что делать. То ли смотреть на девушку, то ли хорохориться перед собой. На лице горели следы от ногтей Роз. Три глубоких борозды тянулись ото лба к подбородку.

«Хоть бы люди не догадались. А что я теперь скажу ей? А мое опекунство?»

Роз пришла в себя. Ее уже привели в порядок. Она нащупала на себе платье. Она все вспомнила и осознала, что сидит рядом с дядей. Они ехали домой. Она почувствовала в своих руках силу и узнала вкус страсти. Она знала, что делать. Железным голосом она произнесла:

– Мартин Бибисер!

Дядя шарахнулся от нее в дальний угол кареты. Девушка, как призрак, поднялась с сиденья.

– Мартин Бибисер, – произнесла она. – Ваш… – переменила обращение, – мой отец оставил тайное завещание. – У Бибисера отвисла челюсть. – В этом завещании есть ваша доля. Нет, не так, – таким же мертвым голосом поправила себя Роз. – Есть доля твоей дочери. Ты не получаешь лично ничего. Ты должен выдать меня замуж. С этим условием ты назначаешься моим опекуном. За то, что ты поможешь мне выйти замуж, мой отец отчисляет твоей дочери немалую сумму на приданое.

Роз прочитала приговор Бибисеру и откинулась на подушки кареты. Отныне она знала, зачем будет жить. Она будет искать своего гранда. А Бибисер, который его прогнал, приведет к ней его сам. Найдет и приведет. И покончим на этом.

С этой минуты для нее началась новая жизнь. Мартин Бибисер подсказал ей уловку. Письма…

Теперь надо было найти того, кто эти письма получит.

Слова превращаются в слухи, слухи – становятся тайнами

У Мартина Бибисера было одно свойство. Он жил сплетнями, как некоторые рачки живут шелухой с туловища крупного водяного животного.

У Бибисера была даже специальная картотека, куда он заносил самые пикантные сведения о жителях города. В этой картотеке хранилась молва, что откладывала свои невидимые яйца в доме отброса человеческого рода.

Эта невидимая дама очнулась однажды в сознании Бибисера и спросила его: а чем ты отличаешься от писателя?

– Ничем, – ответил ей Бибисер.

– Значит, ты такой же важный человек, как и писательское призвание.

– Да, – отвечал ей Бибисер.

Мартин Бибисер понял, что стал уважаемым человеком в городе. Ему казалось, что с ним по-особенному раскланиваются, в спину с уважением шепчутся и обсуждают, во что он был сегодня одет.

Чарльз Батлер с его готовностью к розыгрышам оказался идеальным человеком, способным понять самообманувшийся мозг Бибисера. Он завладел сознанием Бибисера. Так они стали приятелями…

…Батлер приезжал к Бибисеру и слушал все новые и новые сплетни о жителях города. Постепенно в них рождалось чувство гадливости. Оно сначала заполнило Батлера исподволь, Батлер стал ненавидеть людей, среди которых жил.

История, приключившаяся с ним на Мексиканской войне приобрела иное значение. В его сознании Пьер Робийяр вдруг стал жертвой. Сам Батлер оказался невиновным. Он увидел, что соображения чести в том мире, среди которого он жил, не более чем фикция.

И он задумал отомстить этому миру. И орудием его стало то, что было оружием этого мира – молва…


…У Робийяра случилась трагедия.

Да вовсе не трагедия. Просто молва оказала сопротивление подлинному чувству. Пьер Робийяр пая ее жертвой. Он подумал, что молва права.

Батлер задумал ему показать, как он ошибается. И орудием его стал Филипп Робийяр. Мужчина, который остался носить фамилию матери. С его помощью Батлер задумал сокрушить злое перепончатое чудовище…

…Когда Роз послала письма Серне, она думала захватить ее воображение своими страданиями.

На Батлера это не произвело впечатления.

Роз собиралась в фантазиях связать себя и Филиппа. Письма есть доказательства связи. Роз хотела внушить Серне, что была дружна и любила брата Филиппа.

Батлер понял, что Роз знает, что Эллин должна в скором времени переехать в Саванну.

Роз нисколько не заботило, что в ее фантазиях соответствует правде. Батлер поверил силе фантазии.

С тех пор как Роз ослепла, ее поддерживало только чувство к «гранду».

У Чарльза Батлера был племянник Ретт. Его никогда не видели в Саванне.

С самого младенчества он воспитывался вдали от дяди родители его отдали в закрытый пансион, перед ним маячила военная карьера. Этого было средством спасти племянника от влияния дяди. Собственный отец Ретта никаким авторитетом в глазах сына не пользовался.

Ретт иногда приезжал к дяде погостить в загородное имение под Саванной. Он только вступил в сознательную жизнь, и его истинные черты характера были скрыты под спудом привычек и условностей.

Иногда он приезжал в Саванну и проводил в ней несколько дней. В городе его практически не знали. Вот и все, что было известно о Ретте Батлере.

Батлер знал, что еще будучи зрячей Роз несколько раз встречалась с его племянником по имени Ретт Батлер.

В письме к Серне она расписала, как Ретт Батлер встречался с ней, какие жаркие поцелуи их объединяли и как легко он ее забыл, когда она ослепла. В сознание Серны Роз хотела внести беспокойство за собственную судьбу. Разве не мог поступить так же Чарльз Батлер? Роз хотела, чтобы Серна страдала от ненависти к женщинам, с которыми Батлер проводил свое время. Разве не узнавала она их поближе, чтобы понять их секреты и их суммой привязать Батлера к самой себе навечно?

На это рассчитывала Роз, когда посылала записку Серне, и это узнал Батлер, в хмелю прочитав письмо.

Из всего письма Батлер вынес, что если Эллин будет в Саванне, она может остановиться у Роз.

В Серне половина крови была негритянской, половина – индейской. Негр обо всем забудет, индеец не простит.

Роз рассчитывала, что Серна испытает ненависть к своему хозяину. А потом она узнала, что Филипп влюблен в Эллин. Мужчины все лгуны – так Роз закончила послание Серне. Если Филипп хочет встретиться с Эллин, пусть приходит ко мне в дом. Батлер этому поверил, как поверил тому, что свидания с его племянником у Роз были… За ланчем Батлер спросил Филиппа:

– Молодой человек, а бывали ли вы хоть раз в своей жизни в цирке?

Филипп ответил, что слышал от мамушки Ду, будто это постыдное зрелище. Батлер расхохотался.

– Цирк – это украшение земного шара.

Зрелый мужчина с увлечением рассказывал, как прекрасно все то, что ходит по ниткам, висит вниз головой, поедает тарелки с невиданным аппетитом и при этом издевается над публикой, которая всему этому верит.

Филипп отложил в сторону нож и вилку.

– Зачем вам это, мистер Батлер?

Батлер улыбнулся.

– Большой город должен знать большие развлечения.

От Псалома, который прислуживал за столом, запахло.

Филипп расхохотался.

– Это же не имеет под собой никакой видимой цели. Развлечение ближних? Насколько я вас знаю, вы этого себе не позволяете.

– Ты плохо понял мою философию, – сказал Батлер.

Псалом промахнулся половником мимо тарелки. Суп пролился на брюки Филиппа.

– Тебе больно? – спросил Батлер. – Не сердись на Псалома. Это я приказал. Пойми… твоя боль, да вообще все чувства – это лишь поверхность более скрытых сил. Внешняя цель наших поступков лишь примеряет с обществом. Но истинная причина поступков – нам, мне – неизвестна. Только в отличие от святош, которые нас окружают, я не корчу из себя человека, который верит в то, что он говорит вслух. Все эти понятия о чести и достоинстве – не более, чем фикция. Не они являются двигательной силой человеческих поступков. Пожалуй, только твой идеалист дядя собирается руководствоваться именно этими вещами, и потому попадает в глупейшее положение…

Псалом ушел переодеваться и явился в белых штанах.

– Что вы хотите этим сказать?

– Ничего. Твой дядя страдает от своих идеалов…

Псалом раскрыл поваренную книгу и углубился в чтение.

– Я могу тебе сказать, что твой дядя страдает, изгнав тебя из дома.

– Вы – шутите…

Псалом засмеялся. Он читал рецепт приготовления маиса на речном пару.

– От него все отвернулись. К нему перестали ездить. Это трагично для человека, который в жертву приличиям общества принес собственного племянника. Он не обрел счастья. Разве он сейчас веселится, как этот болван Бибисер? Или к нему едут толпой горожане, вызывая восхищение мужественным поступком мистера Пьера, что изгнал племянника из чрева родного дома? Нет, он сидит как мрачный страж и чахнет, желая защитить свою Эллин от вас. Вы хоть знаете, как он объясняет ваше отсутствие, почему он запрещает вам встречаться? Разве вы не чувствуете, что, отбросив вас, он самого себя отбросил куда как далеко.

– Он несчастлив? – переспросил Филипп.

– Конечно. Филипп, вернитесь к нему, вернитесь, и вы подарите сердцу покой.

– Вернуться?

– Ну да. Над ним сразу перестанут смеяться.

– А что должен принести я в качестве своего покаяния?

– Вы? Да практически ничего – свою любовь к Эллин.

– Вы смеетесь, мистер Батлер. Он в меня стрелял.

– Бросьте. Не обманывайте себя. Вы любите Эллин, и тем не менее Пэтифер считает, что задержись он в своем клубе на три минуты позже, вы бы обрюхатили его жену. Кто-то еще считает, что дай вам волю, и вы нырнете точно в ту кровать, одеяло которой будет вам призывно раскрыто.

– Прекратите! Вы! – лицо Филиппа исказила гримаса боли. – Прекратите, я… – вы представляете, что вы говорите?

Псалом отставил от юноши тарелки.

И тут впервые Филипп почувствовал, что не находит слов. В самом деле ему было все равно с кем спать. Что-то другое привязывало его к Эллин. Что-то другое. И может быть… если Чарльз Батлер помолчал бы минутку, в мозгу Филиппа всплыло то, что привязывало его к Эллин, и он бы это понял и прекратил бы историю.

Но Батлер, не дав ему драгоценного времени, хитро улыбнулся и самым мирным тоном произнес:

– Филипп, простите меня, я просто брал вас на мушку. Я блефовал, мне хотелось дойти до предела вашего чувства. Думаю, что это бесполезно. Я верю в вашу любовь к Эллин и потому предлагаю окончательно исправить положение и перейти к завершению нашей военной баталии между вами и дядей. Вам в самом деле надо мириться. Но только после того, как Эллин будет вашей. Поэтому делайте ее скорее вашей и падайте в ноги дяде. Мол, ждем ребенка, простите, благословите, и к кюре. А потому слушайте меня и вникайте. Я не случайно заговорил с вами про представление. Если вы будете…

Псалома выставили за дверь. Дальнейший разговор остался неизвестен.

Внимание! Это не конец книги.

Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю


Рекомендации