Текст книги "Мозаика Парсифаля"
![](/books_files/covers/thumbs_240/mozaika-parsifalya-230721.jpg)
Автор книги: Роберт Ладлэм
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 14 (всего у книги 50 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]
– Со швейцарской границы, майор. Я – из Лугано. Переехал два года назад.
Солдат замолчал, прищурившись. Хейвелок, пользуясь темнотой, медленно поднял руку к поясу, за который, причиняя массу неудобств, был засунут тяжелый «магнум» с прикрепленным к стволу глушителем, на случай, если дело дойдет до стрельбы.
Сержант взмахнул руками и покрутил головой с нескрываемым отвращением:
– Швейцарец! Швейцарский итальянец, но гораздо больше швиц, чем итальянец. Вы все там слизняки – недоноски. Ни за что не стал бы служить к северу от Милана. Клянусь. Скорее ушел бы из армии. Продолжай свою слизняковую слежку, швейцарец!
Резко развернувшись, сержант направился к дверям таверны.
Внутри помещения открылась дверь, неширокая дверь туалета. Оттуда вышел мужчина, Хейвелок знал, что это третий исполнитель приговора из Рима, и был уверен, что появится еще и четвертый. Третий входил в команду из двух взрывников, выдающихся специалистов своего дела. Они всегда работали в паре. Ветераны-наемники, которые несколько лет провели в Африке, взрывая все, начиная с плотин и аэродромов и кончая роскошными виллами, в которых селился очередной деспот в опереточном мундире. ЦРУ разыскало их в Анголе, правда, они там работали на противную сторону, но американский доллар – валюта крепкая, к тому же обладает большой силой психологического воздействия. Оба эксперта оказались в общем досье – папке, помеченной черным значком, хранившейся в сейфе Управления секретных операций.
Сам факт их пребывания на Коль-де-Мулине являлся для Хейвелока информацией чрезвычайно важной – ожидалось прибытие автомобиля или автомобилей. Один из специалистов-взрывников может задержаться на десять секунд у машины, и через десять минут та взлетит на воздух, убив всех, находящихся поблизости. Известно, что Дженна Каррас будет пересекать границу на автомобиле. Через несколько минут она может умереть. Еще одно успешное убийство, и снова анонимное.
Аэродром. Об аэродроме в Риме узнали от того типа из Чивитавеккия. Итак, где-то по пути с Коль-де-Мулине она должна взлететь в ночное небо вне зависимости от того, какое средство транспорта изберет.
Майкл упал на землю, укрывшись за стволом сосны. Через окно он видел, как эксперт-взрывник направился к выходу из таверны. Он взглянул на часы, как это только что сделал белобрысый убийца. План реализовывался во времени. Но в чем его суть?
Взрывник появился из дверей. В неярком свете фонаря, стоящего в дальнем конце вымощенной камнем дорожки, его смуглое лицо казалось еще темнее. Он ускорил шаг, но так, чтобы это не бросалось в глаза. Профессионал, он контролировал каждое свое действие. Хейвелок осторожно поднялся, намереваясь последовать за ним, и, бросив взгляд на окно, ощутил тревогу. У стойки бара сержант разговаривал с белобрысым новобранцем. Видимо, он что-то приказывал белобрысому, а тот возражал и в знак протеста поднимал бокал с пивом как неопровержимое доказательство собственной правоты. Наконец, допив свое пиво, он направился к двери.
Все шло по плану. Некто на мосту получил инструкцию вызвать новобранца до того, как начнется его вахта, чтобы он занял свой пост еще до смены караула. Очевидно, в этом возникла необходимость, и весь этот спектакль с пивом должен был рассеять всякие подозрения. В общем, все говорило о четко разработанном плане.
Они знали. Команда из Рима знала, что Дженна Каррас приближается к мосту. С того момента, как моторный катер был встречен в Арма-ди-Таггиа, за ней ведется слежка. Машину, на которой Дженна следовала по Лигурийским Альпам, засекли в тот самый момент, как она двинулась в направлении Коль-де-Мулине. Все логично. Самое лучшее для пересечения границы время – перед сменой караула. Солдаты маются от скуки, им все осточертело, они с нетерпением ждут смены, и внимание их рассеянно.
Дверь открылась, Майкл вновь весь сжался, стараясь разглядеть сквозь ветви пинии пространство справа, где за фонарным столбом виднелась дорога. Наемник пересек ее по диагонали и теперь двигался по левой обочине в направлении моста – обыкновенный пешеход, возможно, француз, направляющийся к себе домой в Коль-де-Мулине. Но через мгновение он исчезнет в зарослях и нырнет в лес, чтобы занять намеченную позицию к востоку от въезда на мост, позицию, с которой можно быстро подобраться к машине, задержанной на короткое время пограничной стражей. Белобрысый убийца уже находился на полпути к фонарю. Вот он остановился, закурил сигарету – еще один повод задержаться. Услышал, как хлопнула дверь таверны, удовлетворенно кивнул и продолжил свой путь. Из дверей вышли двое – агент-наблюдатель и его компаньон в потрепанной одежде. Второй ствол группы, прибывшей из Рима.
Хейвелок теперь все понял. Капкан сооружался с ювелирной точностью и через несколько минут будет поставлен в намеченном месте. Два снайпера возьмут на себя того, кто попытается приблизиться к машине Дженны Каррас, – мгновенно, без всякого предупреждения, на него обрушится град пуль, а автомобиль, который умчится с места происшествия, взорвется на улочках Коль-де-Мулине или на пути к не обозначенному на картах аэродрому. Специалисты-взрывники об этом позаботятся.
Из всего происходящего можно было сделать вывод, что операция развивается по хорошо продуманному плану: во-первых, машина, направляющаяся к мосту, взята под наблюдение. Во-вторых, отряд из Рима находится достаточно близко, чтобы видеть каждого, кто предъявляет часовым на мосту документы. Держа палец на спусковом крючке, убийцы станут следить за каждым мужчиной, попавшим в их поле зрения. Их преимущество в численном превосходстве. Преимущество же Хейвелока в том, что он знает своего противника, а это весьма серьезно.
Хорошо одетый американец и его наемник (второй ствол) разошлись в разные стороны, достигнув дороги. Агент-наблюдатель повернул направо, чтобы дистанцироваться от места казни, убийца – налево к мосту. Два маленьких грузовика с дребезжанием катились со стороны Монези. На одном была зажжена только одна фара, на втором напрочь отсутствовало ветровое стекло. Ни американец, ни его подручные не обратили на грузовики ни малейшего внимания. Они знали, на какой машине едет Дженна.
«Зная стратегию врага, можно разработать контрстратегию», – много лет назад говорил отец Майкла, высокий интеллигентный человек в группе партизан. И Хейвелок сейчас вспомнил об этом. Отец учил этих людей, успокаивал и направлял их ярость в нужное русло. Они не забыли Лидице, и единственной их целью было убивать немцев. Майкл вспоминал эту сцену, пока отползал к подъездной дороге, поспешно продираясь сквозь лесные заросли.
* * *
Впервые он увидел мост с расстояния примерно в триста ярдов, с развилки дороги, ведущей к деревенской таверне, с того места, которое он миновал по пути сюда, нырнув в лес. Как он смог заметить, мост был узким и коротким. К счастью для водителей, потому что их машины наверняка царапали крыльями одна другую, оказавшись одновременно на настиле. Поперек моста, посередине металлического пролета, покоящегося на двух быках, светились две дугообразные гирлянды ничем не прикрытых электрических ламп, часть которых перегорела. Сам же пропускной пункт состоял из двух стоявших на противоположных сторонах моста сооружений, служивших помещением для часовых. У этих сторожек, изнутри освещенных укрепленными на потолке плафонами, были широкие и высокие окна. Между двумя будками находился окрашенный ярко-оранжевой люминесцентной краской шлагбаум, приводимый в действие вручную. Справа от шлагбаума располагалась невысокая калитка для пропуска пешеходов.
По обеим сторонам второго грузовика стояли два солдата в коричневых мундирах с красно-зелеными нашивками, которые, несмотря на усталость, оживленно беседовали с водителем. Третий пограничник, в конце грузовика, не сводил глаз с окружавшего мост леса, совершенно забыв о машине. Он вглядывался в заросли по обе стороны моста с видом охотника, преследующего раненую горную кошку, – стоял неподвижно, рыская глазами и лишь слегка поворачивая голову. Это был белобрысый корсиканец. Кто мог подумать, что ничтожный солдатик на забытом богом пропускном пункте – убийца, владелец охотничьих угодий почти на всем Средиземноморье.
Четвертый человек только что миновал пешеходную калитку и медленно брел по легкому наклону к центру моста. Он явно не намеревался переходить на сопредельную сторону, не собирался приветствовать французских пограничников обычной лигурийской шуткой о том, что воздух в прекрасной Франции значительно чище, а женщины, хвала господу, гораздо изящнее. Нет, подумал Майкл, этот крестьянин, спустившийся с гор в своих обвислых портках и огромном пиджаке, останется посередине моста, подальше от света ламп. Если будет достаточно темно, он проверит свое оружие, скорее всего складной скорострельный пистолет-пулемет с коротким металлическим прикладом. Оружие, которое легко можно скрыть под его нелепым одеянием. Он снимет автомат с предохранителя и будет готов мчаться к сторожкам, когда наступит момент казни. Этот парень, которого Хейвелок видел за центральным столом в баре, должен был оказать огневую поддержку белобрысому убийце. Он не задумываясь уничтожит итальянского пограничника, если тот попытается помешать выстрелить в человека, возникшего из тьмы для того, чтобы подойти к женщине, пересекающей границу.
Ловушка была простой, но весьма эффективной и хорошо укомплектованной охотниками. Убийцы использовали в своих целях обычную процедуру, принятую на контрольно-пропускных пунктах. Жертва оказывалась заблокированной с двух сторон. Двое – один с оружием, второй со взрывчаткой – ждали у входа в капкан, третий в середине и четвертый у внешней части. Хорошо придумано. Очень профессионально.
Глава 12
В кустах, расположенных по диагонали от дороги, можно было разглядеть слабый огонек прикрытой ладонью сигареты. Никуда не годный стиль работы. Агент-наблюдатель чересчур потакал своим слабостям: не отказался ни от дорогого хронометра, ни от сигареты в подготовительной фазе убийства. Его следует сместить. И он будет смещен.
Хейвелок примерно измерил угол, под которым была видна сигарета, прикинул, каково расстояние огонька от земли. Человек либо опустился на корточки, либо сидел на невысоком пне. Густая листва мешала агенту-наблюдателю отчетливо видеть дорогу, что означало одно: он не ждал скорого появления машины с Дженной Каррас. Все его действия, слишком раскованные, говорили об этом. Сержант сказал, что солдаты успеют заполнить мочевой пузырь – у них еще целый час времени. Двадцать минут уже прошло, оставалось еще сорок. Нет, пожалуй, меньше. Рассчитывать на последние десять минут до смены караула очень рискованно. Смена караула требует обмена информацией, хотя бы для проформы; значит, у Майкла остается совсем мало времени. Прежде всего, необходимо узнать как можно больше от представителя Рима.
Майкл все отходил и отходил в глубь леса, пока густая листва не скрыла от него отблески огней на мосту. Он перебежал дорогу и, нырнув в кусты, повернул налево, стараясь ступать как можно осторожнее, чтобы хрустнувшая ветка не выдала его присутствия. Сейчас это самое главное. На краткий миг Хейвелок вновь представил себя в страшном лесу под Прагой. В ушах отдавалось эхо пулеметов Лидице, перед глазами маячили кричащие от ужаса, корчащиеся под пулями люди. Но он заставил себя вернуться в настоящее, вспомнить, кто он и где находится. Теперь он как подраненная горная кошка, самое святое, что было у него, осквернили лжецы, которые ничуть не лучше тех с пулеметами в Лидице… или тех, кто командовал в ГУЛАГе. Лес его родная стихия, его верный друг еще с тех пор, когда он, совсем юный, нуждался в его защите. Этого друга Майкл понимал как никто другой.
Агент-наблюдатель сидел на небольшом валуне, играя со своим хронометром. Каждые полсекунды он нажимал на кнопки, контролируя бег времени. Хейвелок извлек из кармана приобретенный в Монези четырехдюймовый нож в кожаных ножнах для разделки рыбы, раздвинул ветви, пригнулся и ринулся вперед.
– Вы! Боже мой!.. Не надо! Что вы делаете?! О господи!
– Тише, не то раскромсаю тебе морду! – Майкл уперся коленом в горло агента, а зазубренное лезвие ножа прижал к его щеке чуть ниже левого глаза. – Этим ножом, сукин сын, чистят рыбу. Я сдеру с тебя шкуру, если не выложишь все, что я хочу знать. Быстро!
– Вы маньяк!
– А ты – падаль, если поверил в это. Сколько времени вы здесь находитесь?
– Двадцать шесть часов.
– Кто отдал приказ?
– Откуда мне знать.
– Даже такая жопа, как ты, должна иметь оправдание для своих действий! Особенно если речь идет об убийстве! Разве не так? Приказ! Кто его отдал?
– «Двусмысленность»! Был пароль – «Двусмысленность», – зашептал агент-наблюдатель, ощутив лезвие ножа на своем лице. – Богом клянусь, это все, что мне известно! Тот, кто назвал пароль, получил согласие начальника Консульских операций! Дальше можно проследить лишь там, на месте! Боже! Я только знаю, что приказ поступил от того, кто назвал пароль. Это и есть оправдание наших действий!
– Объяснение принято. Теперь рассказывай о последовательности операции, все, с самого начала. Итак, вы подобрали ее в Арма-ди-Таггиа и с тех пор непрерывно вели. Каким образом?
– С самого побережья меняли машины.
– Где она сейчас? Марка автомобиля? Когда ожидается прибытие?
– «Ланчия». Спортивная. Полчаса назад…
– Короче! Когда?
– Прибытие в семь сорок. В машине стоит «жучок». Они будут здесь без двадцати восемь.
– Я знаю, что у вас нет радиопередатчика. Радио в вашем случае могло бы послужить уликой. Как держите связь?
– По телефону из кабака. Боже! Да уберите же вы свой нож!
– Пока рано. Расписание, последовательность действий? Кто ведет наблюдение за ее машиной в данный момент?
– Двое в потрепанном грузовике. В полумиле за «Ланчией». Если вы попытаетесь перехватить машину в пути, они должны вмешаться.
– Если не попытаюсь? Что тогда?
– Все предусмотрено. Начиная с семи тридцати каждый пересекающий границу обязан будет выйти из легковой машины или грузовика, не важно. Автомобили будут досматриваться – мы раздали лиры, – так или иначе она объявится.
– И в этот самый момент, вы полагаете, возникаю я?
– Если, конечно, мы… то есть они не обнаружат вас раньше. Они надеются заметить вас еще до ее прибытия.
– А если не заметят?
– Не знаю. Это их план.
– Это твой план! – Хейвелок провел ножом по лицу агента, и из щеки брызнула кровь.
– Боже! Перестаньте! Умоляю!
– Говори!
– Все будет выглядеть так, будто вы первым напали. Они знают, что у вас есть оружие. Не имеет значения, успеете вы его извлечь или нет. Они прикончат вас и вложат вам в руку пистолет. Никого не интересует, насколько правдоподобно все будет выглядеть. Задача – посеять сомнения. Затем они убегут, на грузовике стоит мощный двигатель.
– «Ланчия»? Что станет с ее машиной?
– Ее пропустят. Мы хотим всего-навсего, чтобы она убралась отсюда. Это вовсе не Каррас, а наживка на крючке у Советов. Пусть Москва забирает ее назад. Французы не станут сопротивляться. Пограничникам заплачено.
– Врешь! Грязный лжец! – Майкл порезал агенту вторую щеку. – У лжецов должна быть особая мета! Теперь ты будешь носить ее на себе! – Он ткнул его острием ножа. – Эти два клоуна с нитроглицерином, те, кто развлекался в Африке: Танзании, Мозамбике, Анголе? Они что, явились сюда подышать горным воздухом, лжец?
– Господи! Вы меня убиваете!
– Пока еще нет. Но это вполне возможно. Какова их роль?
– Простая поддержка… Их притащил Риччи.
– Корсиканец?
– Не знаю… корсиканцев.
– Белобрысый?
– Да! Не режьте меня! Не надо!
– Поддержка? Так же как и твой дружок за столом?
– За столом? Боже, да кто же вы такой?
– Я наблюдатель, а ты – тупица. Для тебя все эти люди – безликие стволы.
– Господи, а кто же еще?
Итак, главные лжецы в Вашингтоне солгали даже своему человеку в Риме. Дженна Каррас не существует. Женщина в машине должна быть уничтожена без ведома Рима. Лжецы! Убийцы!
Но остается вечный вопрос: почему?
– Где они расположились?
– Я истекаю кровью! Она у меня во рту!
– Ты захлебнешься ею, если не скажешь. Где?
– По одному на каждой стороне! В двадцати-тридцати футах от калитки. Я умираю!
– Нет, ты не помираешь, агент-наблюдатель. Ты всего-навсего помечен, и поэтому тебе конец. Теперь ты не стоишь даже пластической операции.
Хейвелок переложил нож в левую руку, напряг пальцы правой и рубанул ребром ладони по горлу незадачливого агента. Это обезвредит его по меньшей мере на час. Времени хватит. Должно хватить.
Майкл крался через кусты, тщательно выбирая, куда поставить ногу, и чувствуя себя в дружелюбном лесу как дома.
Он нашел его. Мужчина стоял на коленях, согнувшись не то над парусиновой сумкой-рюкзаком, не то над небольшим вещевым мешком. Тусклый отсвет ламп моста позволял отчетливо рассмотреть лишь его самого. Неожиданно над лесом эхом разнесся шум автомобильного мотора, сопровождаемый лязгом и грохотом то ли оборвавшегося глушителя, то ли разболтанного бампера, волочащегося по каменистой поверхности. Майкл обернулся и, затаив дыхание, положил ладонь на рукоятку пистолета, заткнутого за пояс. На дороге появился разбитый вдребезги пикап. На Хейвелока волной накатил тошнотворный страх. А что, если агент соврал? Он оглянулся на эксперта-взрывника. Тот, еще ниже пригнувшись, перестал двигаться. Хейвелок медленно выдохнул.
Пикап с грохотом подкатил и затормозил на мосту. Белобрысый убийца стоял рядом с пограничником – ему, очевидно, положено было наблюдать за процедурой проверки, но глаза его неотрывно следили за лесом и дорогой, идущей вдоль опушки. Тишину вечера нарушили громкие голоса. Двое прибывших на разбитом пикапе отчаянно протестовали против неожиданного требования пограничника выйти из машины. Им, видимо, ежедневно приходилось пересекать границу.
Майкл сразу сообразил, что вся эта суматоха может послужить ему прекрасным прикрытием. Он был на расстоянии семи футов от взрывника, когда из задней дверцы пикапа, изрыгая ругательства, вывалились пассажиры и дверца захлопнулась. Хейвелок вынырнул из кустов и занес для удара руку с напряженными пальцами.
– Di quale?[35]35
В чем дело? (ит.)
[Закрыть] – Эксперт не получил возможности долго переживать потрясение. Он уткнулся лицом в мягкую землю, его шея оказалась зажатой словно в тисках правой рукой Хейвелока. Взрывник судорожно закашлялся, и тело его обмякло. Хейвелок повернул потерявшего сознание террориста лицом вверх, выдернул из его брюк ремень, скрутил им руки, крепко затянул чуть ниже лопаток и для большей надежности завязал свободный конец узлом. Вынув из кармана пистолет, Майкл нанес удар коротким стволом по голове врага, чуть выше правого виска. Теперь эксперт-взрывник надолго останется без сознания.
Хейвелок раскрыл парусиновую сумку. Она оказалась не чем иным, как передвижной лабораторией специалиста, наполненной небольшими кубиками динамита и мягкими комками пластиковой взрывчатки. Приборы с проводами, выходящими из часов со светящимися циферблатами, служили детонаторами. Отрицательный и положительный полюса соединялись и помещались в смертоносную массу. Время взрыва можно было установить с максимальной точностью одним движением пальцев. Там находился также тип детонатора, состоявшего из маленького плоского диковинного модуля размером с наручные часы, и вместо проводов на нем была небольшая пластинка со светящимися цифрами и кнопка, с помощью которой можно было установить время взрыва. Эти приборы, разработанные специально для мягкой взрывчатки, отличались исключительной точностью. Помещенные внутрь взрывчатой массы, они осуществляли детонацию с точностью до пяти секунд в течение суток. Хейвелок взял в руки пластиковый заряд. В его верхней части находилось самозапечатывающееся отверстие, в которое помещался модуль-детонатор. Нижнюю поверхность, прикрытую пленкой, следовало снять за несколько минут до минирования. Снятие пленки высвобождало эпоксидный клей, который мог держать взрывчатку на месте прочнее, чем сварка. Мина будет держаться на нужном месте даже в случае землетрясения или урагана. Хейвелок взял три заряда и три модуля. Рассовав их по карманам, он пополз в сторону, волоча за собой парусиновую сумку. Уже находясь в лесу, Майкл засунул сумку под ветви поваленной сосны и взглянул на часы. В его распоряжении оставалось всего двенадцать минут.
Ругань на мосту прекратилась. Рассерженные путешественники уже сидели в своем пикапе, а пограничник приносил извинения за дурацкие временные правила. «Все эти проклятые бюрократы!» Двигатель заработал. Захрипел, потом заревел, педаль акселератора была вдавлена в пол. Зажглись фары, оранжевый шлагбаум поднялся, заскрипели шестерни коробки передач, и видавший виды пикап пополз по мосту, стуча о металлическое покрытие сооружения громче, чем при подъезде к границе.
Отражаясь от стоек и перекрывающих балок, грохот заполнял все пространство: от непрестанного громового стаккато один из пограничников зажмурился и зажал руками уши. Шум отвлекал внимание, яркий свет фар слепил глаза. Если удастся попасть в нужный ракурс, можно попытаться устранить типа, обеспечивающего огневую поддержку. Надо только дождаться, когда шансы будут в его пользу.
Дородный мужчина в тяжелом пиджаке, ослепленный светом фар, повернется лицом к перилам, возможно, даже слегка перегнется через них, стараясь не привлечь внимания – усталый крестьянин, хвативший лишнего. На один выстрел полагаться нельзя. Никто не может гарантировать попадания с расстояния восьмидесяти или даже более того футов. Но «магнум» – мощное оружие, вместе с глушителем он прекрасно сбалансирован и пристрелян. Хорошему стрелку с пяти или шести выстрелов, скорее всего, удастся поразить цель. Но при одном лишь условии – если пули будут выпущены с максимальной быстротой, одной очередью. Каждая пауза значительно увеличивала бы возможность промаха. Чтобы осуществить это, нужна опора для руки, открытая линия огня, не искаженная игрой света и теней. Не повредит делу, если удастся немного приблизиться к цели.
Держа в поле зрения кустарник перед ним и белобрысого убийцу, который был виден между деревьями слева, Хейвелок очень осторожно и в то же время очень быстро приблизился к краю ущелья с горной рекой на дне.
Чуть позади него в землю воткнулся яркий луч мощного фонаря. Майкл скрылся за большим валуном, скользя вниз по гладкой поверхности и лихорадочно пытаясь нащупать ногами точку опоры. Его убежище представляло собой стену с пробивающимися здесь и там растениями. Внизу, в нескольких сотнях футов, шумно бурлил поток. Перед Хейвелоком открывалось прекрасное поле зрения. Он проследил путь светового луча. Листья ветвей, через которые проскользнул Майкл, заколебались, и корсиканец неподвижно замер, глядя в его сторону, с фонарем в руке. Постепенно он расслабился, и его подозрение исчезло. Не заметив человека, убийца решил, что покой нарушило ночное животное или вспорхнувшая птица.
Громыхающий пикап приближался к середине моста. Менее чем в семидесяти футах от Майкла мужчина склонился на перила, подняв воротник не то пальто, не то куртки. Так вот он где! Шум стоял оглушающий. Грохот давил на барабанные перепонки террориста, вдобавок ослепленного светом фар. Хейвелок повернулся на своем валуне, плотно упершись ногой в примыкавшую к нему скалу. На принятие решения остается не больше секунды, на выстрелы из «магнума» – не больше двух-трех, в тот момент, когда хвост пикапа перекроет вид из будки и со съезда на мост. Полный колебаний, Майкл вытащил тяжелое оружие из-за пояса и, поставив локоть на валун, крепко обхватил левой рукой запястье правой. Ствол пока смотрел по диагонали вверх. Ноги прочно стояли на скале. Он должен быть уверен, так как не вправе рисковать в сложившейся этой ночью ситуации, рисковать всем тем, что с этой ночью связано. Но если ему повезет…
И ему повезло. Когда передняя часть машины миновала мужчину, тот выпрямился, превратившись в силуэт на фоне светлого пятна. Крупная неподвижная цель. Хейвелок быстро сделал четыре выстрела, прозвучавшие в унисон с грохотом, доносившимся с моста. Убийца изогнулся дугой и рухнул в тень массивной металлической балюстрады, отделявшей пешеходный путь от проезжей части.
Шум стихал по мере того, как пикап приближался к съезду. С французской стороны не было оранжевого шлагбаума. Пограничникам заплатили, и они прохлаждались, прислонясь к стене караулки и потягивая сигареты. Но тут же возник еще один звук. Он долетел издалека, сзади, с дороги из Монези. Майкл, прижавшись спиной к валуну, скользнул назад в лес, засовывая «магнум» за пояс и сквозь деревья бросил взгляд в сторону пропускного пункта. За окнами ближайшего к нему караульного помещения можно было увидеть двух настоящих пограничников. Они, видимо, пересчитывали деньги и кивали головой в такт движениям рук. Итак, лиры перекочевали еще на уровень ниже. Изображавший пограничника белобрысый оставался снаружи – новичку не полагалось доли от прибыли. Корсиканец, щурясь в неясном свете, внимательно смотрел на дорогу.
Вот он поднес руку к середине груди и дважды тряхнул кистью – невинный жест человека, пытающегося восстановить кровообращение в затекшей от усталости руке. Но это был условный сигнал.
Убийца опустил руку к правому бедру. Нетрудно было понять, что он расстегивает кобуру, не сводя в то же время глаз с дороги. Хейвелок поспешил через лес к тому месту, где оставил в бессознательном состоянии специалиста-взрывника. Звук мотора усиливался, теперь к нему присоединилось и отдаленное гудение – еще один автомобиль наращивал скорость. Майкл раздвинул густые ветви пинии и посмотрел налево. На дороге в нескольких сотнях ярдов от него поблескивала облицовка радиатора большого легкового автомобиля. В ней отражались огни моста. Машина вышла на поворот. Это была «Ланчия». Дженна! Огромным усилием воли он взял себя в руки. Мгновение назад ему казалось, что он ни за что не сможет этого сделать. Следующие минуты потребуют опыта, накопленного за всю жизнь, начиная с самого детства в Праге. Искусства, приобретенного в том сумеречном мире, где он провел столько лет. Как он хотел, чтобы его опыт и искусство никогда больше не пригодились людям.
«Ланчия» приблизилась. Грудь Майкла, когда он взглянул на ветровое стекло, сжалась от боли. Он не увидел Дженны, только двоих мужчин на переднем сиденье. Слабый свет, падавший от приборной доски, освещал их лица. Водитель курил, его спутник, видимо, что-то рассказывал, оживленно жестикулируя. Затем водитель обернулся и что-то сказал тому, кто находился на заднем сиденье. Не далее чем в двухстах футах от контрольно-пропускного пункта «Ланчия» начала притормаживать.
Фальшивый пограничник у оранжевого шлагбаума поспешно зашагал к караульной будке. Он постучал в окно, показал рукой на приближавшуюся машину, потом на себя: старательный новобранец, мол, готов принять на себя тяготы ветеранов. Раздраженные тем, что им помешали, и, видимо, опасаясь, что новичок увидит, как из рук в руки переходят деньги, солдаты кивнули и взмахом руки отослали его прочь.
Но вместо того, чтобы немедленно отойти, купленный Римом убийца вытащил из кармана какой-то странный предмет и с явным усилием сунул его между косяком двери и рамой окна. Что бы это могло означать, подумал Хейвелок и тут же сообразил, что у караульной будки дверь не открывается, а сдвигается в сторону. Тот, кого называли Риччи, сунул между панелью и рамой стальную металлическую пластину, снабженную выступающими под углом шипами, и теперь дверь невозможно было сдвинуть. При любой попытке сделать это шипы еще сильнее впивались в раму и панель, исключая возможность всякого движения. Оба солдата внутри караульной будки оказались в ловушке. Караулка, как, впрочем, и все остальное на пропускном пункте, была сооружена солидно. В окна были вставлены толстенные стекла. Риччи здорово рисковал. Один звонок в казарму поблизости, и тотчас появится подмога. Но тут Хейвелок поднял голову и увидел свисавшие с деревьев обрывки армейского телефонного провода. Линия связи нарушена. Риччи ничем не рискует. Пропускной пункт полностью контролируется убийцами, присланными из Рима.
Корсиканец подошел к металлической планке, соединявшей дорогу с мостом, и принял классическую позу часового: ноги широко расставлены, левая рука на поясе, правая поднята в повелительном жесте: «Остановись», твердый взгляд обращен на подъезжающий седан.
«Ланчия» остановилась. Мужчины на передних сиденьях опустили стекла и протянули свои паспорта.
Убийца подошел к окну водителя и заговорил, но настолько тихо, что Хейвелок не мог расслышать слов. Продолжая говорить, корсиканец заглянул в глубь машины.
Водитель принялся что-то объяснять и повернулся к одному из мужчин, ища поддержки. Мужчина наклонился к окну, кивнул, а затем печально покачал головой. Фальшивый пограничник отступил на шаг и громко, тоном приказа произнес по-итальянски:
– Сожалею, синьоры и синьора. Но согласно сегодняшнему распоряжению все пассажиры должны на время осмотра покидать свои автомобили.
– Но нас заверили, капрал, что мы сможем проследовать в Коль-де-Мулине без задержек на границе и максимально быстро, – запротестовал водитель, переходя на повышенный тон. – Не прошло еще и двух часов, как эта несчастная женщина похоронила мужа. Она в отчаянии. Вот ее документы, паспорт. Вот наши паспорта. Все бумаги, заверяю вас, в полном порядке. Нас ждут к восьмичасовой мессе. Она из хорошей семьи, смешанный франко-итальянский брак. Такая трагедия! На похоронах присутствовали мэры Монези и Мулине.
– Сожалею, синьоры, – повторил убийца. – Но вам придется выйти из машины. Сзади идет грузовик, а на границе нельзя создавать затора.
Хейвелок чуть повернул голову и увидел потрепанный грузовик, оборудованный, как он знал, мощным двигателем. В кабине никого не было видно.
Однако на обочине по обе стороны стояли двое в одежде горных жителей, сунув руки в карманы и напряженно следя за дорогой и деревьями вдоль нее. Итак, прикрытие для прикрытия – силы поддержки для второго эшелона убийц. Переход через границу полностью контролировался отрядом, присланным из Рима. Тройная подстраховка полностью исключала возможность перебраться через границу. Попытавшийся это сделать был бы сразу уничтожен.
А что будет, если он не появится? Если его не увидят? Останется ли в силе второй приказ? Будет ли уничтожена в Коль-де-Мулине приманка, утратившая свою привлекательность? Ответ, как ни больно было признать это Майклу, был совершенно очевиден. Вне всяких сомнений – будет. Она уже не существует, ее дальнейшее пребывание на земле несет страшную опасность для лжецов, которые отдают приказы как разработчикам стратегии, так и посольствам. Отряд вернется в Рим без главной добычи, но единственной проигравшей стороной окажется агент-наблюдатель, которому даже не удосужились сообщить о намерении уничтожить и вторичную цель.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?