Текст книги "Сорванная маска"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sorvannaya-maska-249734.jpg)
Автор книги: Саманта Шеннон
Жанр: Городское фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
У расшитого бисером полога наши провожатые остановились.
– Они здесь по моей вине, – выступила Мелюзина. – Значит, мне вести их к великим герцогам.
Никто не возражал. Очутившись вне поля слышимости, Мелюзина повернулась ко мне:
– Итак. – Гидромантка скрестила мускулистые руки. – Ты и впрямь темная владычица?
– Собственной персоной.
– Мы думали, ты погибла. – Выразительное молчание. – Я… я отрекомендую тебя великим герцогам.
– Просто скажи, что их хотят видеть. Остальное предоставь мне.
– Как пожелаешь, темная владычица, – кивнула Мелюзина и скрылась за занавеской.
В моих ботинках хлюпала вода. Из носа текло. Я отжала завившиеся от влаги волосы и, как плащ-палатку, накинула на плечи мокрое пальто.
Налаживать контакт с лидерами Синдикатов у меня получалось с переменным успехом. В Эдинбурге мы отлично поладили с Ворожеей, – правда, она приходилась теткой Лисс, а вот Угольная Королева в Манчестере оказала мне не самый теплый прием. Едва ли великие герцоги обрадуются встрече.
– Скажи, что я выгляжу по-королевски, – шепнула я Арктуру. – Не таким мне грезилось эффектное появление.
В ответ рефаит коснулся моей щеки и большим пальцем убрал со скулы налипшую прядь.
– Спасибо.
– Ты дрожишь, – заметил он, убирая руку.
– Ерунда.
Смерив меня оценивающим взглядом, Арктур сосредоточился на пологе. Я скользнула по нему глазами и остолбенела. Украшения, принятые мною за бисер, на поверку оказались зубами. Сотни человеческих зубов усеивали полотнище. В душу закралось сомнение, но отступать было поздно – Мелюзина уже высунулась из-за шторы.
– Они не в восторге, но дали добро. Хоть какое-то развлечение. – Гидромантка отдернула полог. – Смотри в оба, темная владычица, иначе им на потеху прольется твоя кровь.
4. Пустующий трон
![](i_009.jpg)
Нашему взору открылась внушительных размеров пещера, вытесанный сводчатый потолок был расписан с поистине выдающимся мастерством. Люстра озаряла двадцать две сцены из старших арканов – козырных карт Таро.
Роспись создавала иллюзию высоких потолков. Там, в небесной синеве, среди облаков различался Отшельник с фонарем, Колесо Фортуны, Справедливость с весами и мечом. Нарисованный Дьявол не сводил с меня глаз, Влюбленные, разведенные по разные стороны картины, тянули друг к другу руки.
Дьявол и Влюбленные. Третья и четвертая карта в моем раскладе. В памяти всплыли слова Ворожеи: «Следуй по стезе Влюбленных. Не отрекайся от избранника, только убедись, что сделала верный выбор. Если отречешься, угодишь в лапы Дьявола».
Джексон вечно романтизировал историю и быт французских ясновидцев. До сих пор не утихают споры, кто был родоначальником первого Синдиката во Франции: предсказатели, замешанные в знаменитом «Деле о ядах», или тайное общество, чуть позже основанное картоманткой по имени Луиза Жильбер. В 1782-м году некая фрейлина заметила Жильбер у здания суда и пригласила ее погадать самой королеве. Прочтя в арканах о грядущем кровопролитии, Луиза не сумела скрыть ужас на своем лице, чем настроила против себя Серую Королеву.
Впав в немилость, Жильбер спешно вернулась в Париж, где, незадолго до Революции, познакомилась с юной картоманткой Марией Анной Ленорман, которую взяла под крыло. Решив воспользоваться царившем в стране хаосом, они превратились в незаменимых советниц для ведущих революционеров, ведь ясновидение процветает там, где будущее видится особенно зыбким и пугающим. Жильбер с Ленорман основали тайное общество влиятельных ясновидцев, со временем трансформировавшееся в современный Nouveau Régime. Этим объяснялась «карточная» тематика на потолке.
На постаменте, сложенном из полированных костей и черепов, возвышались три трона. За ними маячила статуя Жанны д’Арк, средневекового оракула. Скульптор запечатлел ее в доспехах, с волосами до плеч, с воздетым мечом и щитом, который украшали исполинские буквы JE TROUVERAI LE CHEMIN LIBRE. «Я приведу вас к свободе».
Поперек стоявшего под мечом трона развалился пузатый сборщик лет семидесяти. Несмотря на позу, держался толстяк с достоинством. Обвислые щеки покрывали румяна, голову венчал пышный седой парик, какими щеголяли судьи во времена монархии. С правого подлокотника свешивались пухлые ноги, обутые в туфли со стальными пряжками.
Рядом, запустив пальцы в вазочку с конфетами, сидела криомантка. Тоненькая, как спичка, смуглолицая, круги под глазами не уступали моим, черные волосы ниспадали на ключицы. Наряд из светло-голубого атласа и кружев украшал бриллиантовый бантик, в ушах мерцали такой же формы бриллиантовые серьги с подвесками-жемчужинками. Нить жемчуга обвивала шею.
Третий трон пустовал. Очевидно, принадлежал он пропавшему герцогу.
– Кто смеет являться без приглашения к правителям Парижа? – протянул сборщик. – Кто дерзнул потревожить покой властителей хаоса? Помилуй Нострадамус, да ведь это парочка попрошаек. Прочь, пока вас не замуровали в склепе. Трясите рубищем где-нибудь в другом месте.
Растянув губы в улыбке, я отвесила хозяевам низкий поклон:
– Grands ducs de Paris, merci de nous avoir reçus[15]15
Великие герцоги Парижа, спасибо, что согласились принять нас (фр.).
[Закрыть].
– Учтивая побирушка, – заметила криомантка, перебирая шоколадное засахаренное драже. – Двор чудес в очередной раз оправдал свое название.
Сборщик презрительно фыркнул.
– Мы не имеем отношения ко Двору чудес. – Я выпрямилась, руки в карманах, ноги широко расставлены. – Хотелось бы предстать перед вами в более подобающем виде, но, боюсь, мой парадный гардероб остался в Англии. Вместе с короной.
Великие герцоги синхронно подпрыгнули, получилось потешно.
– Короной? – выплюнул размалеванный сборщик. – Короной! Да кто ты такая, убожество?
– Пейдж Махоуни, темная владычица Сайенской цитадели Лондон. Сюда меня привело желание заключить союз с вашим Синдикатом. Если, конечно, вы не сильно заняты, – поддела я.
Криомантка уронила драже. Сборщик выпрямился на троне.
– Пейдж Махоуни. Какая дерзость! – взвился толстяк. – Подними голову и дай взглянуть на тебя, самозванка.
Я вздернула подбородок. Сборщик капризно выпятил губу.
– Ни капельки не похожа. Ни капельки, – резюмировал он почему-то без французского акцента. – Темная владычица покоится в эфире. – Сборщик вновь смерил меня взглядом. – Однако я определенно различаю прелестный ирландский говорок. И красную ауру. Алую, как заря.
– Прошу прощения, – чинно произнесла я, – вы, случайно, не из Лондона?
– Упаси меня эфир! Впрочем, я прожил там пятнадцать лет, и акцент приклеился насмерть. – Сборщик тяжело вздохнул. – Называется, скатался в отпуск – и надолго причалил к тем берегам.
– А почему вы уехали?
– Кому охота прозябать под руководством зануды вроде тогдашнего темного владыки Джеда Бикфорда. Одна радость, его в итоге зарезали как собаку. – Толстяк потер уголок глаза. – В Лондоне остался мой единоутробный брат Дидьен.
– Дидьен. – Мои губы невольно дрогнули в улыбке. – Так Дидьен Вэй – ваш брат?
– Единоутробный, – отчеканил толстяк. Невероятно, но между ними действительно прослеживалось сходство. – Не родственник, а сплошное недоразумение. Скверный поэт. Ходячая катастрофа. – Внезапно сборщик сощурился. – Если ты и впрямь Черная Моль, то должна понимать, мы никому не верим на слово. Докажи, что ты та, за кого себя выдаешь.
– Каким образом?
– Утверждают, будто Пейдж Махоуни – Marcherêve, призрачная странница. Безусловно, аура у тебя редкая, однако она с тем же успехом может принадлежать и оракулу. – Сборщик хлопнул в ладоши. – Придумал. Вселись в кого-нибудь из нас! Прояви свой уникальный талант. Бьюсь об заклад, ощущения будут непередаваемые.
Улыбка приклеилась к моему лицу.
– Такие таланты предназначены сугубо для врагов. Не люблю калечить потенциальных союзников.
Криомантка прижала худенькую ладошку ко рту, ослепив меня очередными бриллиантовыми россыпями на пальце.
– Предлагаю более щадящий аргумент. – Я повернулась в профиль, демонстрируя шрам, рассекавший скулу. – Эту отметину оставила мне повелительница во время битвы за власть…
– Общеизвестный факт, – перебил сборщик. – Ты могла порезаться специально. Ради столь грандиозной аферы. – Он чуть подался вперед. – Говорят, у темной владычицы есть еще один шрам. Под лопаткой. Клеймо Сайена.
Сначала толстяк пожелал увидеть мой дар в действии, словно речь шла о ярмарочном фокусе, а теперь требует, чтобы я разделась, выставила на всеобщее обозрение свое обнаженное тело.
Пока меня одолевали сомнения, криомантка, шурша шелковым платьем, поднялась с трона. Бриллианты на груди и в ушах ярко вспыхивали, соратница сборщика блестела и переливалась, точно новогодняя елка.
– Мы не вправе ущемлять достоинство нашей коллеги, mon frère[16]16
Брат мой (фр.).
[Закрыть]. Какой опасный прецедент ты создашь, если перед нами и впрямь темная владычица. – Левый уголок рта криомантки украшала родинка. – Может, хватит вредничать?
– Боюсь, я вынужден настаивать, ma chère sœur[17]17
Моя дорогая сестрица (фр.).
[Закрыть]. – Сборщик стукнул кулаком по подлокотнику. – Клеймо!
Любительница бриллиантов насупилась.
В гробовой тишине я потянулась к верхней пуговице пальто, не отводя при этом глаз от сборщика. Через мгновение два совершенно посторонних человека увидят мой шрам – точнее, шрамы. Увидят мою искалеченную, по-прежнему изнуренную плоть. Ну ничего, сами напросились.
– Позволь мне выступить в качестве доказательства. – Арктур встал рядом со мной.
– Кто этот… субъект? – вежливо осведомился сборщик.
– Мой телохранитель. – Я застегнула пуговицу и снова сунула руки в карманы. – Простая предосторожность, сами понимаете.
– Разумеется. Какая уникальная аура, – с придыханием заметил толстяк. – А на каком основании твой телохранитель собрался подтвердить твою личность?
При взгляде на Арктура меня осенило.
– На основании того, что он рефаит. Уверена, вы наслышаны и о них, и о нашем сотрудничестве. Ваши ясновидцы точно в курсе.
Великие герцоги разинули рты. Арктур не шелохнулся, вперив в них свой демонический взор.
– Да, наслышаны, – признался сборщик. – Но мы и представить не могли…
Он всматривался в Арктура, силясь отыскать подвох, но только зря потратил время. Впрочем, бедолагу можно понять. Когда-то и я не могла этого представить.
– Ладно. – Сборщик воззрился на меня так, точно видел впервые. – Добро пожаловать в Сайенскую цитадель Париж, темная владычица. Латронпуш к вашим услугам, а это Ля Рейн де Тьюн, Королева Нищих, моя сестра по беззаконию.
– Enchantée[18]18
Приятно познакомиться (фр.).
[Закрыть], – пропела Королева Нищих. – Чувствуйте себя как дома, Votre Majestée[19]19
Ваше величество (фр.).
[Закрыть].
Арктур отступил в тень.
– Благодарю, Vos Altesses[20]20
Ваши высочества (фр.).
[Закрыть], – откликнулась я, гадая, насколько уместно такое обращение. А после кивнула на пустующий трон. – Полагаю, великих герцогов все же трое.
– Да, есть и третий – Вье-Орфеля, Дряхлый Сиротка, но он редко удостаивает нас визитом. – Латронпуш поудобнее устроился на троне, Ля Рейн де Тьюн села подле. – Сиротка со своими perdues[21]21
Скитальцы (фр.).
[Закрыть] предпочитает радости поверхности.
Меня кольнуло недоброе предчувствие.
– Ясно, – протянула я. – И когда он наведывался сюда в последний раз?
– Дня два-три назад или около того. Здесь, среди костей, теряешь счет времени.
– Странно. Говорят, его не видели с Нового года.
Не переставая теребить жемчужное колье, Королева Нищих покосилась на Латронпуша. Тот сплел пальцы на животе и глянул на меня поверх носа:
– Успела побеседовать с нашими anormaux?
– Каюсь.
– Сначала ты злоупотребляешь нашим гостеприимством, темная владычица, теперь являешься сюда с вопросами. Не возражаешь, если и мы зададим парочку? – Взгляд Латронпуша из рыбьего стал проницательным. – В частности, просвети, как тебе удалось выжить после пулевого ранения в живот? Мы все видели трансляцию.
– Стреляли резиновой пулей, покрытой быстродействующим анестетиком, который вызывает мгновенную кому. Сайен хотел допросить меня перед казнью.
– Страшное дело… И как же тебе удалось сбежать?
– Помогли.
– Не сомневаюсь. Ты умеешь втираться в доверие. Правда, не сразу… предать собственного главаря мимов – ай-ай, странно, почему тебе не перерезали глотку, – но в итоге ты стала кумиром многих. Юная королева, пожертвовавшая собой ради мечты о революции.
– А теперь ты являешься к нам, – тихо вторила Королева Нищих. – Интересно зачем.
Инстинкт подсказывал: что-то не так. Однако отступать было некуда.
– Сайен развернул против Касты мимов кампанию под кодовым названием операция «Альбион». Мой Синдикат приравняли к террористической организации со всеми вытекающими.
– Неудивительно. – Латронпуш подавил зевок. – Поговаривают, будто благодаря Касте мимов, а точнее, благодаря тебе «Экстрасенс» не добрался до Парижа. Еще поговаривают, будто ты собираешь из воров, убийц и головорезов мощное ополчение.
– Дополнительная мощь нам не помешает. Надеюсь, с вашей помощью нам удастся достичь цели.
– И какова твоя цель, темная владычица?
– Свергнуть Сайен.
Латронпуш улыбнулся, словно терпеливый родитель капризному ребенку.
– Благородный порыв, – вклинилась Ля Рейн де Тьюн, – однако Сайен правит цитаделями уже более двух столетий. Цитируя Серую Королеву, твои устремления… Un beau rêve. Voilà tout[22]22
Дивная греза. Только и всего (фр.).
[Закрыть].
– Ясновидцы не тешат себя пустыми грезами, – парировала я. – Каста мимов не бросает слов на ветер, а действует. Менее чем за год мы упразднили исправительную колонию, где ясновидцев калечили и подвергали идеологической обработке. Уничтожили «Экстрасенс», остановили верховного командора. И это лишь начало. Мы сумеем одолеть врага, но только если нам достанет солдат для грядущей войны. Солдат и союзников.
– Так вот чего ты добиваешься, – протянула Королева Нищих. – Превратить наши рудники в приют для твоих беглых соотечественников.
– Я предлагаю сотрудничество. Мы две крупнейшие криминальные сети с многовековой историей. Примкните к нам в качестве равноправных союзников.
– А в чем наша выгода, темная владычица? – сощурился Латронпуш. – Какую пользу извлечет Париж из твоего предприятия?
– Вы обретете настоящую, полноценную свободу. Вообще, у нашего союза вырисовывается множество взаимовыгодных результатов. Вероятно, вы захотите выйти на наш черный рынок, на секундочку самый прибыльный в Европе. Или вам понадобятся солдаты. – Я подняла бровь. – Насколько мне известно, ваш верховный инквизитор – трудоголик, каких поискать, истинный anachorète[23]23
Отшельник (фр.).
[Закрыть]. Менар изъясняется на языке гильотины, кровавой рулетки. Так не пора ли дать ответ?
– Страсбургский мясник нам не угроза. – Латронпуш взмахнул пухлой ладонью, точно отгонял ленивую муху. – Дуболомам-легионерам нас в жизни не найти. Они, само собой, пытались, и неоднократно. А потом товарищи разыскивали их трупы. А потом разыскивали трупы самих товарищей и так далее. Короче, до нас так никто и не добрался.
– А вдруг вас найдет кто-то из своих? Из ясновидцев?
– О чем ты?
– Еще до того, как стать темной владычицей, я выяснила, что в Лондоне процветает торговля людьми. Повелители и повелительницы мимов продавали своих подданных рефаитам. – Я притворилась, что не замечаю, как насторожилась Королева Нищих. – У меня есть все основания полагать, что серый рынок перекочевал в Париж, где им заправляет Старьевщик, бежавший из Лондона после того, как Потусторонний совет уличил его в сговоре с…
– Мадель, – бесцеремонно перебил меня Латронпуш, – не утруждайся. Нам все это известно.
– Простите, не поняла…
– Прощаю. – Блеклые рыбьи глазки смотрели на меня в упор. – Видишь ли, мы хорошо знакомы со Старьевщиком, или Человеком в железной маске, как он величает себя в наших краях. Он приехал во Францию еще в ноябре и сразу же нанес нам визит. В результате мы заключили соглашение.
Сердце тревожно екнуло.
– Соглашение?
– Верно. Он сделал нам предложение, и мы его приняли.
Арктур шагнул ко мне вплотную. Внутри у меня все кипело, лишь огромным усилием воли мне удалось сохранить хладнокровие.
– Какое предложение? – спросила я, заранее зная ответ.
– Довольно незамысловатое. Если кто-то из подданных начинает мутить воду, наш новый друг вправе его… изъять. За очень щедрую мзду.
Мне стоило больших трудов не высказать все, что я о них думаю.
– Вы потворствуете работорговле? И не гнушаетесь брать деньги у Сайена?
– Деньги мы берем у Человека в железной маске, а их происхождение нас не касается. Тем более что после изъятия ясновидцы обретают и кров, и предназначение. Наш партнер врать не будет. – Латронпуш сосредоточенно изучал свои ногти. – Кроме того, мы поставляем ему лишь самых отъявленных негодяев. Убийц. Садистов. Злостных предателей Синдиката. А гонорар тратим на защиту ценных кадров, пока инквизитор Менар из кожи вон лезет, чтобы стереть нас всех с лица земли.
– Забавно, – процедила я. – Вступить в сговор с Якорем и выставлять себя благодетелями.
– Не с Якорем, а с собратом-ясновидцем, – не смутился Латронпуш. – Который обеспечивает нас необходимым финансированием. Или ты предложишь более выгодные условия?
Альсафи погиб, а с ним приказало долго жить и наше материальное благополучие. Но даже не будь мои финансы такими, какими располагает Джексон, я бы не дала этим работорговцам и двух пенсов.
– К вашему сведению, мне довелось на собственной шкуре испытать все прелести серого рынка. Мой предшественник, Сенной Гектор, продал меня с молотка. Не как преступницу или предательницу, нет, а из желания насолить моему повелителю мимов. Ну и по причине собственной алчности.
– Наслышаны, – кивнула Королева Нищих. – Гектор осквернил рынок. Мы такой ошибки не допустим.
– Сочувствуем тяготам и невзгодам, выпавшим на твою долю, – добавил Латронпуш. – Однако смею тебя заверить, мы очень аккуратны в своем выборе. Аккуратны и беспристрастны. – Сборщик стиснул подлокотники трона. – Многие здесь чтут тебя как героя. Мученицу революции. Прими наш союз с Человеком в железной маске, и можешь рассчитывать на нашу дружбу. За оружие мы не возьмемся, поскольку не хотим войны, но пристанище тебе и твоим соратникам гарантируем.
Я еле сдержалась, чтобы не сказать, куда они могут засунуть свою дружбу.
– Здесь внизу множество неосвоенных шахт, – вставила криомантка. – На гонорары с серого рынка их можно привести в достойный вид и разместить всех страждущих.
В памяти всплыли Светляк и Элиза, замещавшие меня в Лондоне. Даже без «Экстрасенса» Сайен рано или поздно выкурит Касту мимов из подполья. Когда шпионы внесут сумятицу, солдаты ослабнут – а это случится очень скоро, – сколько протянет Синдикат?
– А если я не соглашусь на вашу сделку? – Я старалась говорить спокойно. – Если попытаюсь положить конец серому рынку?
– И сильно нас огорчишь. Пускай наши страны соседствуют, однако ты все-таки далеко от дома, – мягко произнес Латронпуш.
В затхлом воздухе отчетливо повеяло угрозой. Напоследок толстяк одарил меня фальшивой улыбкой:
– Надеюсь, тебе понравится в нашей цитадели, темная владычица, и ты не станешь нарушать покой, добытый нами кровью и пóтом. Ждем тебя в гости, а до тех пор прощай.
Позади него маячила Жанна д’Арк с невидящим взором. Повернувшись к великим герцогам спиной, я направилась к выходу.
Окольными путями Трубадур вывел нас из катакомб. Я так надеялась обрести союзников, а в итоге наткнулась на очередной продажный Синдикат. Великие герцоги контролировали всех ясновидцев Парижа, как на земле, так и под ней. Мне с ними не тягаться.
От затянувшегося марш-броска ноги сводило судорогой. Казалось, кошмару не будет конца, но вот за очередным тесным тоннелем забрезжил свет, и мы выбрались на поверхность, где уже сгущались сумерки.
Над нашими головами нависал мост, пересекавший знаменитую «Малую кольцевую» – заброшенную железную дорогу на юге реки. Между шпалами пробивались жухлые сорняки. Отсюда в шахты вел крохотный, едва различимый лаз – мимо пройдешь, не заметишь.
– Спасибо, что почтили нашу загробную империю визитом, темная владычица. – Трубадур галантно вручил мне конфискованный нож. – Надумаете вернуться, приходите сюда. Кто-нибудь вас непременно встретит.
Отвесив глубокий поклон, наш провожатый зашагал прочь. Едва он удалился на приличное расстояние, я дала волю своей ярости и от души пнула ржавую урну. Удар отнял у меня последние силы, я опустилась на землю, привалившись спиной к кирпичной кладке.
По обе стороны моста стеной валил снег. Арктур устроился рядом.
– Мы с таким огромным трудом разоблачили серый рынок в Лондоне, и ради чего? Чтобы Старьевщик преспокойно удрал в другую страну и с благословления местного Синдиката заново наладил работорговлю? – Я обреченно зажмурилась. – Джексон и тут отметился. Его костлявые пальцы проникли повсюду.
– Думаешь, он заведует парижским рынком? – перебил рефаит. – Торгует ясновидцами и параллельно состоит на службе у Саргасов?
– Не думаю, а знаю.
– Он годами тянул из Наширы деньги, заламывал бешеные цены за редкие экземпляры, а сам оставался в тени. Нашира не допустит повторения истории.
– Скорее всего, она и не подозревает про парижский филиал. Уверена, Джексон заранее подсуетился, подстелил соломки на случай, если лондонский рынок накроется. А Францию он выбрал после того, как Саргасы объявили о создании там Второго Шиола. С Латронпушем Джекс познакомился еще в Лондоне и сразу приметил в нем потенциального сообщника.
Арктур молчал, переваривая услышанное.
– Лондонскую лавочку он свернул не столько из-за нас, сколько из страха перед Наширой. Наверное, побоялся проворачивать свои махинации прямо у нее под носом, – рассуждала я. – На прощание он признался, что едет во Францию – подальше от всевидящего ока наследной правительницы, – дабы возглавить Второй Шиол. Колония вот-вот откроет свои двери для узников, а Джекс вот-вот сорвет огромный куш.
– Теперь, когда он заодно с Сайеном, риск слишком велик, – возразил Арктур. – А Джексон не похож на храбреца.
– С тобой он поступил как трус: втерся в доверие и предал. Но поверь, если Джекс чем-то одержим, отваги ему не занимать. А деньгами он одержим всегда.
– Складно, – хмыкнул Арктур, – но финансовый вопрос не вписывается.
– Поясни.
– Старьевщик платит за ясновидцев, предположительно, деньгами, полученными от Джексона. Вот только сбывать товар некому. Так в чем выгода?
Действительно не поспоришь.
– Либо я ошибаюсь, либо в деле замешана третья сторона. А ошибаюсь я редко. – Виски сжимало как в тисках. – По-моему, за этим стоит Бенуа Менар, хотя ума не приложу, зачем ему платить за ясновидцев, если по его приказу их ловят пачками – и совершенно бесплатно.
Под мостом завывал ветер, бушевала метель. Я спрятала ледяные руки в карманы.
– Пропавший герцог. Орфеля. – Мои зубы выбивали дробь, челюсти сводило от холода. – Ставлю все до последнего пенни, что он узнал про сговор и пригрозил сообщникам разоблачением.
– И его продали Старьевщику, заставив умолкнуть навеки, – резюмировал Арктур.
– Сто процентов.
Рефаит покосился на потайной лаз в рудники:
– Получается, мы тоже представляем для них угрозу. Латронпуш и Королева Нищих не прикончили нас из-за страха огласки. Если есть свидетели того, как мы вошли, должны быть свидетели того, как мы вышли. Ты слишком крупная фигура, чтобы убивать тебя у всех на виду.
Арктур кивнул на противоположную стену, испещренную граффити. Среди закорючек и карикатур выделялись нанесенные желтым баллончиком-распылителем строки, украшенные изображением черного мотылька.
Латронпуш говорил, будто местные ясновидцы считают меня героиней, и вот наглядное тому подтверждение.
– Надо разыскать автора, – встрепенулась я.
– В другой раз, – остудил мой пыл Арктур, он поднялся. – Лучше поторопиться, пока не нарвались на НКО.
Снаружи небо наливалось темно-фиолетовой синевой. Арктур подал мне руку и рывком поставил на ноги.
– Давай возьмем такси, – попросила я. – Знаешь, где ближайшая арка?
– Конечно.
Вдоль рельсов тянулись покатые стены. Очутившись на свежем воздухе, я почувствовала, как ноют синяки – и застарелые, и свежие.
Внезапно чутье заставило меня насторожиться. Справа на стене возник силуэт. Когда рядом замаячил второй, желудок скрутило от страха. Арктур тоже засек незваных гостей.
– Проклятье! – буркнула я. – Великие герцоги либо приказали нас убить, либо оглушить для последующей продажи на рынке.
– Наши действия, темная владычица?
– Продолжаем идти.
Мы вскарабкались по служебной лестнице на Рю де Плант, где ледяной ветер немедленно обморозил мне щеки и кончики ушей. В голове вертелась назойливая мысль: поскорее бы вернуться на явку, в тепло. На перекрестке мы ускорили шаг. Преследователи не отставали.
Впереди обозначилась освещенная арка, мы пересекли проезжую часть и направились к монументу, возле которого скучали два автомобиля с опознавательными знаками.
– Поезжай. – Арктур сунул мне в руку пару банкнот. – Хвост я беру на себя.
– Постой. – Я стиснула его запястье. – Таксисты наверняка донесут великим герцогам. Есть идея получше.
С другой стороны арки припарковался роскошный автомобиль. Водитель, мужчина в деловом костюме, захлопнул дверцу и сунул ключи в карман. Он буквально орал в телефон, не замечая ничего вокруг.
Легкая добыча, как по заказу. Я поправила очки и шагнула наперерез автовладельцу.
От столкновения порезы и ссадины вспыхнули огнем.
– Pardonnez moi, – просипела я, запустив руку ему в карман. – C’était un accident[25]25
Прошу прощения. Я не нарочно (фр.).
[Закрыть].
Мужчина выругался, но ничего не заподозрил. Дождавшись, когда он свернет за угол, я отперла автомобиль. Арктур открыл пассажирскую дверцу.
– Теперь мы опустились до банального угона?
– Почему тебя так удивляет, когда закоренелая преступница совершает преступление? – поддела я. – Ладно, расслабься. У Сайена есть дела поважнее, чем гоняться за парочкой мелких воришек.
Я села за руль и включила зажигание, приборная панель загорелась. Арктур устроился на соседнем кресле.
– Bonsoir, Laurent. Gloire à l’ancre. J’espère que vous avez passé une journée productive au travail[26]26
Добрый вечер, Лоран. Слава Якорю. Надеюсь, день выдался плодотворный (фр.).
[Закрыть], – раздался бесстрастный голос.
– Прелестно. Только пропаганды на колесах нам не хватало. – Я пристегнулась и, заблокировав двери, с визгом вырулила на проезжую часть.
Арктур судорожно вцепился в подлокотник.
– Не фанат автомобилей? – спросила я, глянув в камеру заднего вида. Паранормалы пустились в погоню.
– Не люблю транспорт. – Рефаит защелкнул ремень безопасности. – В принципе.
– Учту на будущее.
От волнения на лбу выступил пот. В свое время Ник давал мне уроки вождения, но права я так и не получила, ездила редко и вообще предпочитала крыши. Тем не менее полученных навыков хватило, чтобы не врезаться в ближайший столб. Наемники мчались следом.
– Надо держаться подальше от транспортного потока и от камер. Прокладывай маршрут, а я постараюсь нас не угробить. – Забыв сбросить скорость, я на полном ходу вписалась в поворот.
Арктур явно обрадовался возможности отвлечься. Под его чутким руководством мы оторвались от преследователей и заколесили по глухим улочкам Парижа. Бросив машину в нескольких кварталах от явки, мы проделали остаток пути пешком.
– В загробном мире совсем нет транспорта? – заинтересовалась я, пока мы брели сквозь пургу.
– Есть, но иного толка.
При виде явочной квартиры у меня радостно забилось сердце. Даже в перчатках пальцы заледенели так, что мне не сразу удалось отпереть замок. Очутившись внутри, я плюхнулась на ступеньку и, перекинув пальто через перила, стала расстегивать ботинки.
– С боевым крещением, – прохрипела я, с трудом переводя дух. – Сначала воруешь торт, теперь угоняешь тачку.
Арктур задвинул щеколду:
– Каков следующий этап?
– В идеале – ограбление банка, деньги нам не помешают. – От колебаний эфира волоски у меня на руках встали дыбом. – Здесь посторонний…
В полумраке мы уставились друг на друга.
– Следов взлома нет, – шепнул Арктур. – «Домино».
Кто бы сомневался! Явились не запылились в день нашей вылазки. Как назло!
– Предоставь их мне. – На подгибающихся ногах я встала. – Сам не отсвечивай.
Нащупав рукоять клинка, я стала взбираться по лестнице, не ощущая ничего, кроме нечеловеческой, всепоглощающей усталости. На мгновение показалось, что чутье меня подвело: в тускло освещенной гостиной не было ни души. По спине побежали мурашки, обернувшись, я различила в сумраке женский силуэт.
– Ну здравствуй, Флора. – Незнакомка двигалась бесшумно, точно не касалась пола. – Надеюсь, ты хорошо провела вечер.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?