Читать книгу "Искушая любовь"

– Не думай, что отпущу в свободное плавание. За тобой будут приглядывать, но уже более аккуратно и издалека, – как будто сам с собой разговаривая, произносит Арт. – Мы одна кровь, Адалин. Не могу взять и положить болт на твою жизнь. Я должен быть уверен, что моя сестра в безопасности.

Хочется съязвить, сказать, что я в безопасности, когда его нет рядом, но вместо этого могу лишь выдавить жалкое:

– Хорошо.

В голове просто не укладывается, что Артём сдержал слово... Я ведь не верила, что он сделает это. Освободит меня от своих людей.

Я что... действительно останусь одна?..

– Предлагать переехать поближе, в Нью-Йорк, резона нет, полагаю? – Арт недовольно осматривает помещение вокруг нас, словно это место для него – клоповник.

– Ты, как всегда, до жути проницателен, – уголки моих губ слегка ползут вверх в подобии жалкой улыбки.

– Не вижу смысла торчать тут. Хочешь заниматься медициной – могу устроить в любую клинику, просто тыкни в неё пальцем. – После того как смягчил снятием контроля, Князев, похоже, решает завести новую шарманку. – Хочешь вернуться на лёд – устрою. Просто скажи мне это, Ада. Попроси хоть о чём-то – я сделаю.

– Свобода. От тебя мне нужна только свобода, – нервно киваю головой в такт словам. – Спасибо, что выполнил условие сделки.

– Обращайся, – лениво кидает ответку, с самооценкой до небес.

– Артём, – замявшись, я не знаю, как задать вопрос, возникший в голове. – Ты решил все свои... дела?

У меня были подозрения, что у брата начались серьёзные проблемы, связанные с мафией, после смерти отца. И именно поэтому он маниакально преследовал сбежавшую сестру, опекая её.

Судя по тому, с какой лёгкостью он освобождает меня сейчас, опасности больше нет.

– Всё под контролем. Ты в полной безопасности, – Князев вгрызается в меня слегка удивлённым взглядом, но подтверждает догадку.

Мне хочется поблагодарить брата не на словах, но и обнять его. Как в старые добрые времена – повиснуть на шее старшего брата и знать, что рядом с ним не страшно. Что Тёма всегда подстрахует и подставит надёжное плечо.

Но я не могу перепрыгнуть пропасть, образовавшуюся за годы разлуки. Не могу переступить через обиду, давящую на горло. Не могу, потому что он выбрал долбанный клан и мафию вместо родной сестры, хотя она так сильно в нём нуждалась.

Поднявшись на ноги, с грохотом отодвигаю стул назад.

– Мне нужно вернуться в отделение. Ещё раз спасибо, – я собираюсь сбежать, как трусливая скотина, лишь бы он не понял и не заметил, какой ураган поднялся в моей душе.

– Есть что-то, что я должен знать? – Артём окликает, когда я, развернувшись, делаю несколько размашистых шагов к выходу.

– Нет, – вру, даже не обернувшись, и выхожу из кафетерия.

Знал бы ты, Артём, что творится с моей жизнью на самом деле...

Глава 3

Наше время

– Хорошее место. Нужно взять его на заметку, – Алекс ласково приобнимает меня за талию, прижимая ближе.

Поправив ремешок сумочки на плече, согласно киваю, выдавив мягкую улыбку.

– Ага, и терраса у них неплохая. Плюс не очень шумно.

Мы выходим из уютной кофейни после завтрака. Как и договаривались, доктор Харрис заехал за мной по окончании рабочей смены и привёз накормить в новое заведение.

– Можем взять десерт домой, если хочешь, – спутник слегка притормаживает и, не глядя, откидывает кулак назад, выставив большой палец, указывая на кафе, что осталось позади. – Мне кажется, ты не наелась.

– Алекс, прекрати меня откармливать, – вздохнув, по-доброму корчу недовольную гримасу. – Я скоро в проёмы перестану помещаться.

– Даже в этом случае я не перестану тебя любить, – усмехается, а моя совесть взвывает от того, как уверенно он это сказал.

«Не перестану тебя любить».

Знал бы он, какая я на самом деле дрянь и что творила за его спиной с другим мужчиной...

– Не веришь? – восприняв задумчивое молчание за неверие, Алекс легонько тянет меня, ставя перед собой.

– Верю-верю, – смутившись прилюдному акту нежности, уставляюсь на мужскую грудь, пожалев, что не надела солнцезащитные очки. Так он бы не смог увидеть в моих глазах глубокий стыд.

Мне хочется вырваться из захвата и установить допустимую дистанцию. Алекс сжимает меня слишком крепко, обвивает талию, не оставляя между нами ни малейшего просвета.

– Делла, я вижу, как ты отдаляешься в последние месяцы. Мне стоит волноваться о причинах?

– Что за глупости? – проигнорировав нарастающее волнение, придаю себе спокойный вид. – С чего ты это взял?

– Я чувствую, – серьёзно произносит он, немного напрягшись. – Ещё и тот странный случай со звонком перед твоим возвращением.

Речь о разговоре с Джоном. О том вечере, когда Грей без спроса взял мой телефон, а затем мы поссорились и… почти переспали.

– Алекс, я прошу, давай не будем портить это прекрасное утро дурацкими теориями заговора, – простонав, прижимаюсь щекой к мужской груди. Для пущей убедительности ещё и пытаюсь обнять, что сделать нелегко из-за его крепкого телосложения. – Я тебе уже объясняла, что это было недоразумение.

Двумя пальцами Алекс мягко поднимает мой подбородок вверх, внимательно заглядывая в глаза. Из-за нервозности я смотрю на него, часто моргая, а после того, как парень наклоняется ниже, ко всему прочему добавляется нехватка кислорода.

Тёплые губы прикасаются к моим мягко, почти невесомо. Они целуют нежно, но в то же время требовательно. Будто их хозяин хочет удостовериться во взаимности чувств. Без понятия, откуда это берётся в моей голове можете называть женской чуйкой. В конце-то концов, Алекс не дурак. Совсем несложно заметить, когда твой любимый человек меняется на глазах, становясь холодным и отстранённым.

Привстав на носочки для большего удобства, кладу ладони на мужские плечи. Тело пробирает дрожь то ли от волнения, то ли от омерзения к самой себе. Отвечая Алексу, я позволяю протолкнуть язык в мой рот, при этом не испытывая ничего, отдалённо напоминающего отклик от ласк Грея.

Изо всех сил я хочу загладить вину перед молодым человеком за то, о чём он даже не подозревает. Пока Алекс работал и ждал меня в Нью-Рошелле, я изменяла ему на Аляске. А сейчас предаю ещё и мысленно, оказавшись не в состоянии отпустить другого мужчину.

Звук входящего звонка мобильного телефона вынуждает доктора медленно и нехотя отстраниться.

– Прости, малыш, – соединив наши лбы на несколько секунд, он убирает руку с талии и достаёт мобильник из кармана брюк. – Это Эндрю. Боюсь, мне стоит ответить.

Эндрю старший брат Алекса. Лично мы не знакомы, но я видела фотографии с его свадьбы и благодаря этому знаю, как выглядят все члены большой и дружной семьи Харрис.

– Конечно, без проблем, – облегчённо выдохнув, делаю шаг назад, как бы позволяя ему заняться своими делами.

Не то чтобы мне было прям совсем противно от прикосновений Алекса. Совершенно нет просто я совсем не ощущаю тот самый пожар в груди.

Да и вообще, целоваться на улице...

Раньше я бы точно медленно умирала изнутри, зная, что за мной следят люди Князева и докладывают боссу о неподобающем поведении его сестры. Сейчас же я полностью свободна и имею право заниматься, чем душа пожелает.

Как и обещал, полгода назад брат отозвал слежку, избавив меня от тотального контроля. И не могу не признать, что я немного оттаяла от того факта, что Артём сдержал данное слово.

Стоя немного поодаль, я испытываю лёгкую зависть, подслушивая личный разговор Алекса. Она прокрадывается в самую душу, пуская внутри яд. Братья обсуждают подарок для отца, возможные варианты, как его преподнести, и все вот эти приятные хлопоты ко дню рождения их родителя.

Думаю, меня можно посчитать эгоистичной, раз, не выдержав, я решаю отойти в сторонку. Я бы тоже сейчас хотела готовить презент для папы, а не стоять чёрт пойми где.

– Зачётная задница, – звучит приторный тембр над ухом, вырывая из грустных мыслей, и я автоматически разворачиваюсь к его источнику.

Проходящий мимо брюнет лет двадцати, видимо, возомнивший себя пикапером, приостанавливается, пялясь в открытую.

– Что, простите? – не скрывая дрянного настроя, складываю руки на груди.

– И сиськи ничёшные, – расплывается во все тридцать два зуба придурок, проследив взглядом моё движение. – Как насчёт потусить? Оставишь свой номерок?

– Извини, малыш, ты не в моём вкусе, – не выдержав, токсично хмыкаю. – Предпочитаю более зрелых мужчин.

– Да ладно, чего ты ломаешься? – сальный тип, тем временем, не собирается сдаваться, а наоборот напирает, оттесняя меня к стене здания.

Сердце делает волнительный кульбит.

Разумом я понимаю, что ничего плохого не произойдёт, я в безопасности. Не станет же он нападать средь бела дня, прилюдно?

– Какие-то проблемы? – голос Алекса звучит как настоящее облегчение. Шумно выдохнув, мне хочется произнести на русском классическое: «Слава тебе, Господи», но сдерживаюсь.

Незнакомец тем временем оборачивается, вынужденно отступив в сторону.

– Ты ещё кто такой? – скалится, презрительно оглядывая оппонента.

– Делла, ты в порядке? – Алекс протягивает руку, и я, утвердительно кивнув, с радостью её принимаю, трусливо примкнув к молодому человеку.

– Тёлка твоя, что ли? – не унимается брюнет, явно напрашиваясь.

Почему-то мне кажется, что Алекс ему двинет. Подойдёт, схватит за грудки и размажет по стенке, дав понять, кто тут главный. Покажет, что не стоит приставать к его женщине.

Именно так, как это и представлялось в моей голове: Алекс делает уверенный шаг вперёд, нависая над соплежуем. Но вместо того, чтобы проехаться по его роже, мой милый просто произносит нравоучительным тоном:

– Не стоит бросаться неприличными словами в сторону дамы. И вообще, не советую таким образом заводить знакомства.

Что, простите?

Клянусь, в это мгновение я уверена, что моя челюсть свисает к асфальту, ибо я ожидала совершенно иной реакции.

– А ты чё, типа профессионал? – дёргает головой пикапер.

– Типа советую тебе взять ручки в ножки и валить отсюда, – уже немного грубее произносит Алекс.

Я разочарованно наблюдаю, как этот парень, который в открытую ко мне клеился, спокойно уходит на своих двух ногах. Целых, не переломанных ногах!

Алекс даже не заставил его извиниться!

Не успев до конца восстановиться после комы, Джон пошёл один против четырёх здоровых местных жителей Аляски. На моих глазах он всех их, как говорится, поставил на место: опустил, показал, кто здесь главный, а одному ещё и прострелил колено!

Кладу голову на отсечение, что ни отец, ни Артём, ни Джон не спустили бы с рук подобное поведение по отношению ко мне.

Мурашки пробегаются по коже, когда я с ужасом осознаю, что в этой ситуации методы мафии мне кажутся более привычными и… правильными?

Что со мной происходит?

С каких пор нанесение увечий людям стало для меня приемлемым?

– Детка, ты уверена, что в порядке? – Алекс что-то говорит, спрашивает, а я в ответ только киваю, со всем соглашаясь. – Не обращай внимания. Вокруг столько неотёсанного быдла.

Не поднимая на него глаз, я ощущаю жгучий стыд за неподобающие мысли. Неужели все эти годы вдали от мафии и кланов я притворялась нормальной? Не была ею, а играла роль приличной дамочки?

Может быть, я такая же грязная, как и весь криминальный мир? Я рождена в нём... в нём и должна существовать?

Алекс уводит нас с места происшествия, сажая в припаркованную у обочины машину, а я по-прежнему нахожусь в прострации от неожиданно открывшейся истины.

Я другая.

Не интеллигентная и добрая, как он. Всепрощающая и принимающая людей такими, какие они есть.

Смотря на этого воспитанного мужчину с чутким сердцем, я не могу на него злиться. Просто не имею права.

От высокой влажности светлые волосы Алекса слегка вьются, будто их нарочно уложили. Оглядев парня, облачённого в белые льняные брюки с рубашкой, понимаю, что отхватила самого настоящего ангела.

А разве можно злиться на ангела за то, что он не нападает на людей с кулаками? Или, ещё того хуже, не угрожает оружием?

Сомневаюсь, что Харрис вообще знает, как держать пистолет в руках. Уж не говорю о том, чтобы пристрелить кого-нибудь.

Его миссия спасать, а не калечить.

Но и думать о том, каким образом поступил бы на его месте Джон, тоже не могу…

Всю дорогу меня распирает от мыслей и сравнений. В один момент даже хочется сжать виски и прекратить этот хаос, творящийся в голове.

Звонящий в сумочке телефон становится настоящим спасением. С облегчением вытащив гаджет, сощурившись, уставляюсь на экран, а затем принимаю вызов.

– Приглашаем будущую тётушку сегодня на гендер-пати! – (прим. автора вечеринка, на которой будущие родители, их друзья и родственники узнают пол ребёнка) – из динамика звучит весёлый голос жены брата.

– У Князевых всегда первыми рождаются мальчики, – произношу семейную легенду, отвернувшись к проплывающим пейзажам за окном. – Вы же и так знаете пол ребёнка. Какое ещё гендер-пати?

– Зануда, как и твой братец, – вздыхает Сара, наверняка закатив глаза. – Просто хотела заманить тебя в наше логово.

– Зачем? – уточняю, не разделяя энтузиазма по понятным причинам.

Хоть у нас со старшим братом и установилось шаткое перемирие, где никто не лезет друг к другу, восстанавливать общение и уж тем более ходить в гости я не собираюсь.

– Ну вот приедешь и всё узнаешь! – заговорщически пропевает она.

– Сара, я не хочу. Ты же сама всё знаешь, – и без того не особо хорошее настроение грозится окончательно испортиться. – Можем встретиться на нейтральной территории.

– Слушай, беременным отказывать нельзя! – давит зараза, чем-то шурша на фоне. – И вообще, ты едешь ко мне, а не к Арту. Это и мой дом тоже. Я его наследника вынашиваю, если вы тут все об этом заб-ы-ы-ли!

Есть ощущение, что последнее предложение было предназначено не мне одной, но и тому, кто находится рядом с ней.

– То есть нет ни малейшей надежды на то, что ты сжалишься и согласишься посидеть где-нибудь в кафешке? – делаю мучительную попытку отмазаться.

– На улице так жарко. А если мне станет плохо? – задумчиво тянет сноха. – А вдруг я потеряю сознание? Я! Беременная твоим племянником! Тебе меня не жалко? Совсем?

Не сдержавшись, я прыскаю от смеха. Обычно боевая и собранная Сара совсем не вяжется у меня с неженкой, которая может свалиться от жары.

– Жуть какая, – прикрыв глаза, упираюсь затылком в подголовник. – Ты ужасная манипуляторша.

– И я тебя люблю, котик, – практически мурлычет родственница. – Целую и жду!

– Всё нормально? – ладонь Алекса ложится на мою ногу, слегка сжимая, когда я сбрасываю звонок.

– Извини, похоже, не получится провести день вместе, – непроизвольно кладу свою руку поверх его. Кажется, что таким образом я могу контролировать прикосновения и, в случае чего, пресечь любые попытки дальнейшего развития событий. – Жена брата пригласила в гости. Говорит, беременным отказывать нельзя.

– Ну, это как раз по твоей части, – усмехается сидящий за рулём, слегка сжав моё бедро. – Я тебя отвезу.

– Ни в коем случае! – выпаливаю, испугавшись, что нас увидит Артём, а затем, прикусив язык, уже спокойнее добавляю: – Тебе нужно отдыхать, ты же со смены. А дорога в обе стороны до Нью-Йорка и обратно займёт много времени.

– Хорошо, но вечером я заберу тебя. И не смей спорить. Не хочу, чтобы ты ночью бродила по станциям в поисках поезда или ехала на такси.

Смысла спорить нет, поэтому я благодарно соглашаюсь.

Ах, если бы я только знала, чем закончится этот день… в жизни бы туда не поехала!

До Нью-Йорка я добираюсь на поезде примерно за сорок минут. Всё это время не могу совладать с эмоциями, представляя очередную стычку с братом. Без конца трясу ногой и нервно накручиваю прядку волос на палец. А стоит подумать о том, что встреча пройдёт в его квартире, нервы вообще становятся ни к чёрту.

Папа говорил, что идти в гости с пустыми руками неприлично.

Что можно купить семейству Князевых, у которых всё есть? Понятия не имею.

Проходя по Пятой авеню на Манхэттене, мой рассеянный взгляд цепляется за бутик с детской одеждой, расположенный на соседней стороне улицы. На душе становится немного легче от того, что одна проблема уже решена.

Попав в рай для мамочек и их малышей, глаза разбегаются от изобилия шмоток для новорождённых. Решив долго не выбирать и не гадать, понравится ли будущим родителям, покупаю на свой вкус красивый комплект, состоящий из всего необходимого: боди, слюнявчика, двух шапочек, распашонок и ещё кучи вещичек в синей расцветке.

У элитной высотки, где проживают родственнички, я стою около двух часов дня. Потом ещё какое-то время жду, пока охрана соизволит поднять меня в хозяйские апартаменты.

В прошлой жизни я бывала тут у Артёма тысячу раз. Между прочим, у меня имелась собственная комната, где я оставалась после тяжёлых соревнований или когда не хотела долго ехать загород, в особняк.

Сколько воды утекло с тех времён…

– А вот и она-а-а! – радостно пропевает Сара, направляясь ко мне переваливающейся походкой, стоит створкам лифта распахнуться.

– Привет-привет! – мои глаза с восторгом загораются при виде ещё сильнее округлившегося живота снохи. – Как вы выросли!

– Моя поясница сказала «пока», – жалуется она, немного похныкав. – Уже не могу дождаться встречи с этим маленьким засранцем.

Мы тепло обнимаемся, насколько это позволяет её пузико.

– Уже определились с датой родов? – интересуюсь, слегка отстранившись и выпустив из своих тисков милую сноху.

Однако наш разговор нахально перебивает непонятно откуда появившийся Артём.

– Сама в ручки приплыла, даже искать не пришлось, – не упускает возможности подколоть брат.

– Искать? Можно подумать, ты не в курсе, где и как я живу, – не остаюсь в долгу, намекая на его маниакальные наклонности к слежке. Широко улыбаясь, Князев делает шаг вперёд, но я спешно выставляю руку. – С тобой обниматься не собираюсь!

Моё лицо вмиг принимает недовольный окрас, но Князева это не смущает. Наоборот, он начинает гоготать от моих слов.

– Чё там? Любимому брату подарок принесла? – судя по всему, Князев пребывает в прекрасном расположении духа.

Во-первых, из его уст не прозвучало ни одного мата (но это ещё не вечер). Во-вторых, он смеётся и не грубит, по обыкновению агрессируя.

– Мо-е-му пле-мян-ни-ку, – делая акцент на каждом слоге, почти швыряю в Арта несколько красивых подарочных пакетов.

Посмеявшись с перепалки, Сара почему-то тянет меня за собой в сторону коридора, ведущего в спальни, а не в гостиную.

– Ада, извини, пожалуйста, – тихонько говорит она, будто никто другой это не должен услышать. – Я не хотела, чтобы так получилось… Точнее, думала…

Договорить сноха не успевает – из-за Артёма, не знающего о понятии «приватный разговор» и «личное пространство».

– Потом языками почешете, – командует хозяин дома и кивком головы указывает идти следом за ним.

Вздохнув, сноха понуро опускает плечи, а я не могу взять в толк, почему она слегка напряжена. Но всё встаёт на свои места, стоит из глубины квартиры донестись до боли знакомому голосу. А ещё женскому смеху.

Внутри что-то ёкает от мысли, что он может быть здесь! В этот момент Сара берёт меня за руку, можно подумать, боится, что сбегу, и выдавливает напряжённую улыбку.

Хочется остановиться и спросить: что за чертовщина? Вдруг, у меня галлюцинации? Что Джону делать в Нью-Йорке? Разве бы он не приехал в первую очередь ко мне, находясь в такой близости?

Разве?..

Разве ты заслужила этого? – нашёптывает внутренний голос, и на лбу мигом проступает холодный пот. – Ты бросила его! Сбежала, не удосужившись попрощаться. И после всего этого мечтаешь, что он придёт к тебе на поклон? Весьма наивно.

Но встреча с Греем спустя мучительные шесть месяцев на расстоянии не самое худшее, что могло произойти за этот день.

Мои ноги едва ли не подгибаются, когда идущий впереди брат смещается в сторону, и моему взору предстаёт восхитительная картина: Джон вальяжно восседает на диване в гостиной, а рядом с ним, повиснув на плече, сидит роскошная блондинка. Она что-то нашёптывает своими пухлыми красными губами мафиози на ухо. Но он её больше не слышит…

Наши взгляды сталкиваются мгновенно. Кажется, даже воздух электризуется от возникшего вокруг напряжения.

Несколько мучительно долгих секунд мы молча пялимся друг на друга. И, похоже, не я одна поражена неожиданной встречей.

Нежная ладошка Сары крепче сжимает мою руку в знак поддержки. Родственница словно догадывается, что на Аляске кое-что произошло.

– Э-э-эм… привет, – мямлю, не выдержав гнетущей тишины.

Сердце колошматит с такой силой, что в любую секунду готово пробить грудную клетку.

– Здравствуй, Адалин, – без капли интереса цедит Грей, а затем возвращает внимание к своей спутнице.