Читать книгу "Черно-белое. Сошедшие с преисподней"

Встреча в лесу

В этот раз они зашли дальше обычного. На юге, западе и востоке они уже доходили до опушки леса. Но, когда шли на север, лес все никак не хотел кончаться. Стоял довольно жаркий день, но в тени деревьев, где солнце лишь изредка проглядывало, создавалась уютная, прохладная атмосфера. Огромные деревья, кедр, сосна, возвышались со всех сторон. Реже не такие высокие, стройные березы изгибались как модели на подиуме. Елки бросали свои иголки кругом, создавая ковер, устилающий весь лес. Ковер этот чуть-чуть потрескивал очень приятным звуком. Частенько из этих иголок они варили чай, поначалу мало кому нравившийся, но впоследствии ставший излюбленным напитком для всех, они мешали его с другими травами, подчас даже не зная, с какими, а с ягодами он становился еще вкуснее.

Со всех сторон подпевали птицы, продолжая мелодию леса, создаваемую шелестом листьев. Где-то вдали дятел, добавлял очередные ноты в эту композицию. Несколько раз мимо них пробегали зайцы своими уже много раз протоптанными тропами. Бегали они очень шустро, так что заметить их среди травы было довольно тяжело.

Шли они уже довольно давно, но усталости ни у кого не было. Скорее, наоборот, хотелось бродить по этому лесу вечно. Этот чистый, свежий воздух вдыхался удивительно легко, придавая сил идти дальше. Несколько раз они останавливались, буквально минут на пять, чтобы попить чаю, припасенного с собой, в старом термосе. Раз останавливались возле ручья, умылись в чистой воде и пошли дальше.

Ходили по лесу они втроем, Абармид всегда ходил либо один, либо со своей собакой. В этот раз он остался дома. Старый шаман был доволен тем, что судьба привела к нему таких спутников. Ему нравилось их общество, скрашивающее его одинокое, но полное спокойствия существование. Нравилось, что Света всегда поддерживала порядок в доме, помогала сажать овощи и собирать урожай. Нравилось, что парни могут починить, потаскать, порубить. Сам он хоть и умел все и хотел бы сделать все сам, но не мог. Время нещадно его старило.

Впереди шел вечно сильный Михаил, передвигаясь немного косолапо, как и его товарищи по имени. За плечами он нес огромную, сплетенную из коры дерева сумку, похожую на большой цилиндр. Она висела на двух толстых лямках, закрывая его массивную спину. Туда они кидали собранные грибы. Встали они пораньше, еще засветло, плотно позавтракали и отправились в лес. Сейчас, когда уже время было за полдень, его корзина уже была наполовину заложена грибами разных разновидностей.

Малик шел пару шагов правее и шаг назад от Мишы. С тех пор как они пришли в лес, он немного набрал. Постоянно наблюдая за тем, как Миша тренируется, в конце концов он и сам стал тренироваться под чутким руководством амбала. В итоге сейчас он возмужал и смотрелся уже не так жалко. Тренировались они не только физически, но и свои не так давно приобретенные способности тоже тренировали. Миша легко пользовался своей силой, как будто она всегда с ним была. Мог пользоваться ей очень долго и все равно не уставать. Малик же не мог полностью справиться со своей силой. Он все так же мерз и все так же таскал на себе шкуру медведя. От него постоянно веяло холодом. А вокруг слабым, голубоватым свечением отдавала как бы аура. Когда он наклонялся, чтобы сорвать гриб или ягоду, то давил на время эту способность, чтобы не заморозить все, к чему притрагивался. А когда успокаивался и ложился спать, способность отступала сама. За плечами он нес старый армейский вещевой мешок. В нем была вода в нескольких бутылках и овощи.

Света все в тех же, правда, уже завернутых клешах и темно-зеленой футболке, что была у нее под кофтой, когда она в последний раз вышла со своей собакой. Русые волосы развевались на ветру, а голубые глаза говорили о том, что девушка о чем-то сильно задумалась. С собой она несла небольшую плетеную корзинку, уже наполненную разными ягодами. У нее тоже были необычные способности, но говорить о них она не любила. Несколько раз она предсказывала будущее, снились вещие сны, но в основном ей виделось, как кто-то где-то умирает, как где-то далеко или не очень кого-то разрывают демоны на куски. Поначалу ей было тяжело, она боялась ложиться спать, боялась закрывать глаза. Но потом привыкла, как и все люди привыкают к чему-то плохому, но постоянному.

– Воды, – Миша остановился и, немного улыбнувшись, протянул руку Малику.

Малик достал из бокового кармана рюкзака небольшую металлическую флягу. В мгновение, подавая флягу Мише, он остудил ее.

– А-а-а. Класс, – Миша сделал пару глотков, потом приложил на секунду флягу ко лбу, потом отдал ее сестре.

– И все-таки у тебя классная способность открылась, особенно сейчас, в жару. А зимой интересно тебе будет холодно? – насладившись водой, продолжил Миша.

Света отдала флягу Малику и присела у ближайшего дерева, поставив рядом корзинку с ягодой. Парни присели у соседних деревьев.

– Думаю, мне всегда будет холодно, – немного съежившись, ответил Малик.

– Возможно, но вот разницу между летом и зимой, думаю, ты не почувствуешь. В минус сорок тебе будет так же холодно, как и сейчас, а так как ты к этому привык, сможешь спокойно щеголять зимой.

– Если зима вообще настанет. Сколько мы уже здесь? Уже полгода, наверно, – ответил Малик.

– Месяца четыре. Но погода за это время не сильно поменялась, – добавила Света.

– Да и вообще, что толку? Всё, к чему не прикоснусь, замерзает и умирает. Единственный плюс – охлаждать воду летом, – как всегда, негативил Малик.

– Ну не скажи, топором тоже можно головы рубить, а можно и дом построить. Просто не нашли мы еще наше предназначение. Хотя с такой силой думаю, мы должны демонов этих мочить, может для этого она нам и далась, – Миша посмотрел на руки, сжимая и разжимая их в кулак.

– Даже не думай, мы же говорили об этом, – немного перебив, вмешалась Света.

– Ты же сама говорила, что мы не погибаем в твоем сне, ты просыпаешься. Да и это сон, не факт, что он сбудется, – пытался оправдаться Миша.

– Сбудется.

– А если сбудется, какая разница, здесь или там? – сказал Малик.

– Точно, – добавил Миша. – Рано или поздно они нас здесь найдут, а так можем спасти, кого успеем.

Света уже не обращала внимания на их разговор, она задумчиво смотрела на траву. Однажды ей приснился сон, в котором они с братом ссорятся, как-то очень серьезно, не понимая о чем, но понимая, что дело близко к драке, она боялась, что, выйдя из этого места, все это сбудется. Боялась, но рассказать про этот сон не решалась, все равно не поверят. Сейчас она вспомнила его, погрузилась в него, пыталась понять причину, но сквозь обрывки фраз это никак не удавалось.

– Надо идти в город, одежду найти другую, в конце концов, – Малик пальцем поковырял дырки в своих штанах. – А тебе найдем огромный щит, и топор, и доспехи. С твоей силой ты в них как я в майке будешь.

– Хорошая идея, еще мантию волшебную найдем, даже две, для вас.

– Ну нет, в платье я ходить не буду. Лучше в шкуре.

– Не по твоей силе шкуру носить, – грозным голосом сказал Миша.

Оба улыбнулись.

– Интересно, какие еще способности есть? Может, друиды какие есть? Дерево за пару секунд вырастет по его хотению, – продолжил Малик.

– Или он в зверя какого, в медведя, например, превращается. Круто было бы, – Миша изобразил злого медведя, и у него это хорошо получилось.

– Надо идти в люди, уверен, сейчас много чего сможем увидеть, пусть и не всегда хорошего, – Малик приподнял голову и посмотрел вверх.

– Тихо, – громко отрезала Света.

– Ну вот, опять, – Мише уже надоедало, что сестра не хочет их слушать и без конца запрещает уходить из леса.

– Тихо. Здесь кто-то есть, – Света подскочила и стала оборачиваться по сторонам в попытках кого-то найти.

– Ты зайку испугалась? – Миша не упустил момента подшутить над сестрой и оба засмеялись.

– Это не зайка, – раздраженно ответила Света. – Кто-то темный, холодная энергия.

– Дык, он вот сидит. Темный, – Миша ткнул пальцем в Малика. Парни продолжили смеяться.

– Если ты так не хочешь выйти отсюда, мы сами сходим. Потом вернемся, – сказал Малик.

– Дело не в этом. Здесь кто-то есть. Помимо нас. Кто-то еще, – Света указала рукой туда, где, как она думала, кто-то есть. – Там.

Менее чем в сотне метров от них какое-то невнятное, темное пятно щеголяло от дерева к дереву. Оно было небольшого размера, чуть выше метра. Медленно и с неохотой оно приближалось. Все замерли, смотря только на него. Сущность приближалась и вырисовывался человекоподобный силуэт. Приближаясь все ближе, оно как будто обретало форму прямо из воздуха. Парни привстали, приготовились. Вокруг Малика трава начала замерзать, голубоватая аура мерцала все ярче. Мышцы Миши тихонько захрустели от напряжения.

– Привет Малик, привет всем, – корявым голосом еще издалека донеслось до них.

По мере приближения Малик узнавал это существо. Это был тот самый черт, что и тогда запрыгнул к нему на капот. Маленький рост, рога, красная кожа, хвост, эти ужасные штанишки и это отвратительное пузо. Черт ерзал из стороны в сторону, немного нервничая.

– Это он, тот самый, я говорил о нем, – сказал Малик.

– Я не опасен, спокойно, я поговорить, помочь, Малик рассказывал обо мне? Ведь так, – черт медленно, коротенькими шажками приближался. – Да расслабьтесь, вы ничего не сможете мне сделать, меня физически здесь нет, – на этих словах он растворился в воздухе, приняв форму сгустка воздуха, отдаленно напоминающего его прежнее состояние, потом опять стал прежним.

– Чего тебе надо? – Миша старался сказать это более грубо, но голос все равно немного дрожал.

– Просто поговорить, я же сказал.

– Тебе никто не поверит, так что тебе лучше уйти, – мышцы напрягались и расслаблялись, все это время Миша искал момент для нападения, не найдя, продолжил ждать.

– Хочешь верь, хочешь нет. А ведь интересно, что случилось? – своими ехидными маленькими глазенками черт кинул взгляд на зажавшуюся у дерева Свету. – А я могу рассказать.

Миша, поймав момент, кинулся с кулаками на уже недалеко находившегося противника, но, пролетев сквозь него, медвежий кулак сломал дерево, не нанеся вреда врагу. Дерево закряхтело и медленно повалилось. Тяжело дыша от переполняющего гнева Миша отошел в сторону.

– Ну вот, сосну обидел, и чего она тебе сделала? – черт, пройдя сквозь дерево, как бы уселся на него, наглыми глазами и ехидной улыбкой, косясь в сторону здоровяка.

– Зачем тебе говорить нам правду? – поняв, что тут его сила бесполезна, Миша успокоился и встал перед сестрой. Малик, отойдя к соседнему дереву, сел, облокотился на него и спокойно смотрел на происходящее.

– Ну, понимаешь, все имеют шанс на исправление, даже самые плохие. Чтобы мне стать светлым, мне надо помогать другим, – чертенок болтал маленькими ножками с копытцами, очень стараясь донести суть.

– И зачем тебе становиться светлым? Пакости дальше. Веселись, – Миша начал ходить из стороны в сторону. Этим вопросом, он думал, что сможет разоблачить все планы его нового врага.

– Знаешь, а ты задумывался хоть раз, что такое рай и ад? Нет, конечно. Зачем? – Ухмылка пропала с морды чертика, и он стал серьезен и более эмоционален. – Рай – это место, где есть идеальные законы, где все их соблюдают. Такое, так сказать, продвинутое государство, – он начал сильно жестикулировать, пытаясь объяснить лучше. – За несоблюдение наказывают. А ад – это место блаженства, ты делаешь, что хочешь, где хочешь, с кем хочешь. На первый взгляд, их можно перепутать. Людей заманивают на полное блаженство, они думают, что попадают в рай, но это ад. С тобой тоже там могут сделать что угодно, посмеяться, надругаться, обокрасть, оболгать, делай что хочешь – и с тобой сделают то же самое, – все это он говорил очень эмоционально и выразительно. Потом успокоился за мгновение и дополнил, с грустным выражением. – Я там давно живу и хочу уйти, а для этого мне надо помогать другим.

– И чем ты сможешь нам помочь? – несмотря на то, что Малик спокойно сидел, он был наготове и не спускал глаз с черта.

– Для начала могу сказать, что произошло, что происходит. Ну а дальше дать совет, что сделать, чтобы хоть что-то исправить. Возможно, вам трудно понять, но мне это зачтется.

– Ты всегда был таким? – Света до этого молча, стоявшая позади брата. Успокоилась, и ей искренне стало интересно узнать, что он сможет им рассказать.

– Ну и да, и нет. Все рождаются такими, сгустками энергии, потом на землю, на обучение. Когда-то и я был человеком. Однажды мне надоело терпеть унижения и несправедливость, и в одной из жизней я нашел способ заключить контракт с дьяволом.

– Может, проще было тогда покончить с жизнью? – спросила Света.

– Может, тогда и проще, но вообще это пустая трата времени. Что сделал бы твой отец, не пойди ты в школу? Дал бы подзатыльника. Пнул по жопе и отправил бы учиться. Ты все равно пройдешь этот урок жизни, и неважно, хочешь ты этого или нет. Как научить ребенка не баловаться с огнем? Отправить его на землю, и пусть он там сожжет дом вместе с семьей по своей глупости. Так он поймет, как делать не надо. И уже в следующей жизни, когда он не будет помнить предыдущую, он уже не сделает такой же ошибки, потому что она оставила глубокий, нестираемый след. – Своим корявым голосом, с выразительностью, продолжал черт.

На короткое время в воздухе повисла тишина, разбавленная лишь шелестом листьев. Нарушил ее Малик, спросив:

– Что случилось после того, как ты заключил контракт?

– Сейчас уже мало кто знает, как это сделать, наверно, и к лучшему. В обмен на невероятную силу и власть на земле, данную лишь на примерно десяток лет, в порывах чувств я согласился служить ему три оборота нашей галактики. Поначалу мне даже нравилось пакостить, ломать планы людей, это было весело, но потом это надоедает, ты начинаешь задумываться о высшем, о добре и зле.

– Только не говори, что все это во благо! Все эти смерти! – Миша с трудом сдерживал ярость.

– И да, и нет. Ну посудите сами. Он совершенство, во всём, в созидании, в милосердии, ему во всём нет равных, он есть всё, он есть везде, он знает всё, что было, что будет. И тут его творение, оборачивается против него и ломает все его планы, портит всё, что он создает. Неужели Он не знал об этом? Знал, более того, он сам сказал ему это делать. Никто не будет вас вечно жарить в пекле. Все плохое, что с вами происходит, для вашего обучения. Когда я творил пакости, понял. Что бы я ни делал, по его замыслу или по своему, все будет во благо. Я захочу что-то украсть, он подставит мне того, для которого это на первый взгляд потеря, но в результате эта потеря поможет ему. Я захочу убить, он поставит под мой нож того, кто уже прошел уроки и не нужен на земле, или того, кто заслужил эту смерть. Когда это понимаешь, исчезает смысл творить что-то плохое.

Миша хотел что-то возразить, но Света легким движением руки отвела его за себя. Сейчас ей все больше хотелось узнать, что еще он сможет им рассказать. Какие тайны вселенной он раскроет. Она верила ему. Не зная причины, видя перед собой существо, которое с детства было негативом. Она ему верила, где-то внутри она чувствовала, скорее всего, он не врет.

– И что же, наша жизнь – просто школа?

– Да, мы приходим сюда, чтобы что-то понять. Когда понимаем, перемена, потом заново урок уже в новой жизни. Жизнь как вами любимая игра wow, вы приходите в мир слабым, первым уровнем, потом учитесь, изучаете профессии. Пока вы маленький и слабый, вас пинают, вы вырастаете и пинаете других. Если в мире убрать правила, как сейчас, что, вы думаете, люди будут делать? Они будут своего рода ПК-ашить, убивать других ради забавы, признания своего эго, еще чего-то. Вас кто-то там кинул? Предал? Уберите закон здесь. И он это повторит. Что бы им понять, что так нельзя делать, они должны прожить жизнь, в которой их тоже кинут, поступят с ними так же, только так они осознают навсегда, как правильно поступать, и уже будет неважно, помнишь ты или нет, уже так ты не поступишь. Это откладывается на новом уровне памяти, нестираемом. Для кого-то унижение – это толчок к развитию, своего рода пинок от Бога. Демоны и люди, в своем роде, как волк и заяц, но зайцу нужен хищник, который будет поддерживать его в тонусе, не даст заплыть жиром. А в результате все фигуры, и черные, и белые, ложатся в одну коробку, – он продолжал еще более выразительно, широко открывая рот и жестикулируя.

– Ага, и мы сейчас выйдем, скажем демонам: «Вы все равно творите добро, так что делайте что хотите». Что за… – Мише это все не нравилось, и слушать черта он явно не хотел, он перебил собеседника, но сестра не дала ему договорить, и черт продолжил, уже отвечая Мише.

– Не все знают то, что я сказал вам, это надо понять. А вам все равно надо биться, за свою землю, за своих близких. Просто зная, что это урок, вы будете стараться лучше учиться, чтобы не остаться на вторую жизнь. – Здесь черт улыбнулся кривыми желтыми зубами.

– Что произошло? Как вы вообще сюда попали? – спросил Малик.

– Сфинксы защищали землю, не давали материализоваться в явном мире, как побочный эффект люди теряют способности, они блокируются, телепатия, телекинез и так далее, это все у каждого есть, просто надо научиться и открыть это в себе. Люди часто сдаются, есть, конечно, богатыри, которые валят кощеев, но их мало было, вот и ограничили въезд, так сказать, а теперь людей много. Сфинкса вы сами сломали, нас пустили. Вообще, не должно их быть, сфинксов, вы сами должны противостоять темным силам. Не пускать их, сражаться с ними, но порой люди слишком быстро проигрывают, и приходится вмешиваться светлым силам, – черт продолжал болтать копытами, сидя на дереве.

– А чего им надо-то? От нас? – Малик привстал и поправил шкуру.

– Демонам? Подчинить, пока люди запуганы, это легко сделать.

– Значит, нам придется с ними сражаться, – сказала Света.

– Вообще, нужно победить семьдесят два главных демона. Они в курсе всего, что я вам говорил, сможете спросить. А вот их прислужники не в курсе, разорвут только в миг. Но вы не одни такие на земле, кому открываются древние силы, таких много, главное, чтобы все не сдались. Кстати, был один, кто смог однажды заточить все семьдесят два главных демона. Может, и вам удастся. Ну ладно, пока, – черт махнул рукой, спрыгнул с лежащего дерева и побежал в сторону Миши, постепенно исчезая и презрительно хихикая. Миша отшатнулся на пару шагов, и черт исчез перед ним полностью.

– Пойдем домой, – Света развернулась и махнула Малику.

– Только не говори, что ты во все это веришь, это же черт, – Миша грозной скалой двигался за сестрой вслед, сейчас он ее не узнавал.

– Еще вчера я думала, что их вообще нет, – не оборачиваясь, ответила Света.

– Да это же бред, доброе зло, чушь, – Миша развел руками в стороны.

– Знаешь, кто-то умный однажды сказал: «Интеллект – отвратительная вещь. Человек без мозгов абсолютно уверен в высоком уровне своего развития. Умный же думает что он придурок», – Свете внезапно пришла эта фраза в голову, она очень ей нравилась, и сейчас она решила ее вставить.

– Я не говорил, что у меня высокий уровень…

– Всё, успокойся. Вы же хотели сражаться, спасать землю, будет шанс, – это перевоплощение Светы привело в недоумение ее брата.

– Как-то в городе, в историческом музее, я видел воина с огромным стальным щитом, с кольчугой, а в руках кистень такой, тоже стальной, – Малик руками показывал, каких они размеров. – Думаю, тебе подойдут.

– А нам надо будет найти что-то кожаное, ну или покрепче, чем эти тряпки, – заметила Света, разглядывая свою потертую одежду.

– Может, нам стоит к военным зайти, – успокоившись и покорно плетясь сзади, спросил Миша.

– Сомневаюсь, что там что-то есть, иначе мы бы увидели и услышали. Ну, если встретим, – сказал Малик.

– Нелегко нам придется. Но почему-то меня это воодушевляет, – Света улыбнулась и прибавила шаг.

Отец

Группа из пяти парней и одной девушки вышла из тоннеля метрополитена. Они нашли это убежище в первый же день, как вышли из подвала школы. На протяжении последних нескольких месяцев они жили именно там, с группой других людей. Довольно большая по нынешним меркам группа начала там собираться с первых дней катастрофы. Через несколько недель их стало пятьдесят три, и так и осталось по сей день. Особо верующие окрепли в своей вере еще сильнее, назвали все произошедшее апокалипсисом, построили подобие церкви на обесточенных путях и стали усердно молиться каждый день за свои и окружающие их души. Многие, кто раньше не верил ни в Бога, ни в Дьявола, повстречав первого демона, теперь тоже ходили и молились за отпущение своих грехов. Другие, менее верующие, потеряли веру и вовсе. Как он мог допустить такое? Если тех и других было примерно поровну и в большинстве, то третьих было совсем мало. Они не верили, но и не отрицали, случилось, так случилось, говорили они и просто старались выжить.

На самой платформе появились маленькие подобия домов. Люди отгораживались друг от друга тем, что попадалось под руку, деревяшки, фанеры, тряпки. И даже не столько от людей, сколько от злого и жестокого мира, пытались закрыться, спрятаться в своей маленькой крепости. Как и везде, где есть люди, здесь появилась своя система иерархии. Большой и, несмотря на прошедшие уже несколько месяцев жесточайшей диеты, все еще толстый мужик по прозвищу поп был первым в городе и вторым в иерархии церкви. Он назначал, что и кому делать, куда ходить, что приносить, кто, где и сколько будет стоять на охране. Многим он не нравился, ни его законы, ни его поведение, но никто не решался его сместить.

Алексей был главный боец в этом поселении. Никто не знал, как он это делает, да мало кто и действительно хотел знать как. Главное, что голыми руками он разорвал демонов в куски. Некоторые из отродий зла, завидев его, сразу сбегали. Дурная слава сделала свое дело. Ему это место не нравилось, и он ушел бы, но не хотел оставлять музыкальный коллектив, уже ставший ему близким.

Последней каплей их ухода стало очередное домогательство жирного борова к Чиби. Он домогался ко всем женщинам, пользуясь своим положением. А те то ли в страхе, то ли в надежде на спасение, которую он на словах давал, готовы были отдать все. Семейное счастье мало кого сейчас беспокоило, как и честь. Все все знали, но молчали.

Этим вечером Алексей врезал вымогателю и ушел. За ним, в мгновение ока собравшись, ушла вся группа «День рождения Дьявола». Темный сумрачный вечер, уже скорее ночь, веял прохладой. Шел маленький, очень слабый дождь. После душного тоннеля такая погода расслабляла, успокаивала и как бы говорила «Все будет хорошо».

– Может, лучше было дождаться утра? Ночью все эти твари вылезают. – Спросил Миша, шедший позади всех.

– Какая разница, сейчас сожрут или завтра. Уж лучше, чем терпеть этого ублюдка с его законами, – Чиби была все еще раздражена после случившегося.

– Ну, погоняло у него под стать. Поп. Хех, – Коля оставался с чувством юмора в любой ситуации.

– Да и с Лехой всяко безопасней, чем в этой дыре. Да, Лех? – Олег подтвердил мнение большинства.

– Ну, я надеюсь. Но не уверен, – Алексей повернулся и улыбнулся. Немного вяло и скудно.

– Да я просто спросил, что вы сразу? – Миша попытался исправиться.

Дальше какое-то время они шли молча. Куда они сейчас шли, почему-то сильно никто и не задумывался. Шли по тропинке средь газонов, уже изрядно заросших, шли по асфальтированной дороге средь разрушенных домов, обходили бетонные плиты и искореженные машины. Шли туда, куда глаза глядят, туда, где, как они надеются, найдут новое укрытие, лучше старого.

Внезапно их легкую прогулку прервал рев. Ужасный нечеловеческий вопль, казалось, сотрясал саму землю.

– Этого еще не хватало, – Миша, шедший позади всех, завертел головой по сторонам в попытках найти хоть какое-то пристанище.

– Лешка не раз нас защищал, и сейчас защитит. Правда? – Таня догнала идущего в паре шагов впереди Алексея, взяла за локоть и прижалась ненадолго.

– Я постараюсь, – Леша с виду спокойно стоял и смотрел в ту сторону, откуда исходил рев. Но внутри он беспокоился, он боялся использовать эту силу, боялся, что она поглотит его, что он не сможет ее контролировать.

– Господь, сущий на небесах, защитит нас от злых сил, – сказал Женя. После того как они пришли в метро, он проникся верой и каждый день ходил усердно молиться.

– Жека, перестать нести чушь, этот поп тебе изрядно промыл мозги, никто нас не спасет, кроме самих себя. Побежали, укроемся там, в руинах, – Коля нашел, как ему казалось, единственно правильный выход.

Спрятаться толком было негде, с одной стороны пустырь, с другой – разрушенные здания. С одной из сторон ближайшего здания, по тому же направлению, откуда доносился вопль, торчала стена, а упавшая сверху плита создавала небольшой навес, под этот навес они и побежали.

– Быстрей, что встали! – пробежав половину пути и услышав еще один рев, некоторые из них затормозили, отчего Коле пришлось их подгонять.

Вся группа присела возле стены здания.

– Господь спасет нас, вот увидишь, – уже присев, продолжал Евгений.

– Да заткнись ты, пока нас не сожрали! – выкрикнул Олег.

– Господь поставил, война средь нас. Рука его, защитит нас. Нам нужно лишь уверовать.

– Ты думаешь, ему нужны тупые, ничего не делающие, жаждущие спасения, способные лишь на то, чтобы слепо уверовать? Нет, ему нужны те, кто сможет найти правду, испытать ее, доказать себе и другим, что это и есть правда, – голос раздавался сверху, он был мощный и объемный, казалось, немного прокуренный, грубый, мужской.

– Говорили же, заткнись, – тихо, так, чтобы услышал Женя, произнес Николай.

На свисающей сверху над ними плите появились две огромные лапы с жуткими мощными когтями. Когти впились в бетон, кроша его, обдало легким ветерком, и сверху посыпалась пыль. Трехметровая фигура приземлилась метрах в десяти перед ними.

– Ему нужны умные, смелые, а дураки пусть дальше занимаются фигней. Пока не станут умнее, – демон не торопясь развернулся. На макушке у него несколько острых наростов, с висков вниз закручиваются рога, глаза цвета лавы с кошачьими зрачками светились в темноте. Из пасти торчат большие острые клыки, нос, похожий на собачий, немного подергивался, принюхиваясь к добыче. Подбородок уходил вниз, заостряясь. Огромный мускулистый торс тяжело шевелился, центральная его часть была укрыта жестким наростом, который с трудом пробивала даже сталь. На внешней стороне запястий и предплечий были такие же наросты. Ладони были четырехпалые с мощными когтями. На мускулистых ногах натянуты изорванные грязные джинсы. Стоял он как бы на носках, впиваясь в асфальт огромными когтями. Кожу темно-красного цвета освещали вены, по которым текла горящая жидкость цвета лавы.

Алексей, не торопясь, не делая резких движений, приподнялся, сделал пару шагов вперед и встал левым боком немного вперед, готовясь отразить удар. Он не раз с ними сражался, не раз побеждал их, но с каждым разом все больше и больше боялся выпускать свою силу. Сейчас он хотел бы избежать боя, но даже не надеялся на это.

– Я знаю, кто ты, не бойся, в этом бою ты не умрешь, в отличие от них, – демон бросил взгляд на добычу.

– Ты их не тронешь, – немного дрожащим голосом ответил Алексей, он и сам это заметил, и его это напугало еще больше.

– Может быть, ты хотел сказать, мы его не тронем, – Демон выделил слово мы. И глазами посмотрел влево, потом вправо.

С обеих сторон тихо, почти бесшумно подходили еще два таких же демона. Один подергивал лапами и ехидно улыбался, второй встал без движения и чего-то ждал.

– Земля сгинула в пучине ада, но люди сами предрекли себе эту участь, – он развел руками в стороны и продолжил, – ничего личного, выживает сильнейший, – демон наклонился чуть вперед и резким скачком прыгнул на сидевших около стены. Леша правой рукой остановил его, напоровшись на один из наростов. Кровь медленно потекла по морде демона, он подался чуть назад, и, когда кровь дотекла уже до пасти, он вынул острый язык и поймал пару капель. Два других стояли почти неподвижно, внимательно наблюдая, но не смея ничего предпринять. Леша стоял на том же месте. С дырявой руки капала кровь, его потряхивало, мурашки бегали по коже, в глазах то мутнело, то, наоборот, все становилось очень ясно видно. Сила внутри него кричала, пыталась вырваться, но он никак не хотел с ней смириться. Он боялся, что в этой силе потеряет себя как человека, боялся, что не справится с ней. Перед глазами периодически всплывал образ той самой девушки Кати, которая в страхе попятилась от него, он всматривался в этот образ, в ее испуганные глаза.

– Ты уже не можешь держать эту силу в себе, – ехидно произнес главный, – она сильнее тебя, смирись. Это твое истинное я. Быть демоном не значит быть злым, все, что ты сделаешь, все равно обратится в обучение, в урок, это неизбежно, – говоря это, он медленно жестикулировал. – Все допускают, что хороший может стать плохим, но никто не допускает обратного. На самом деле это две руки одного тела.

– Ага. А сожрать ты нас хочешь по доброте душевной, или нас это научит не доверять таким, как ты?

– Твой отец демон, эту силу ты и чувствуешь. Ты не сможешь сделать плохо тому, кому они это не предназначили, все в их руках. Ты должен смириться, стать одним из нас, тебя будут ненавидеть, презирать, ты будешь самим злом, но на самом деле разве может отец, который отругал своего ребенка за плохое поведение, быть злом? Нет.

Алексей уже еле стоял на ногах, эту силу было все сложнее сдерживать. Он снял футболку, когда-то найденную в руинах города, и перемотал руку.

– Все это чушь, – начал Леша, перематывая руку, – жалкое оправдание ваших поганых деяний.

– Как же ты еще глуп, – сказал демон, увеличивая тон к последнему слову. Резким и быстрым движением, он ударил все еще заматывающего руку парня в грудь. Алексей улетел ровно в тот промежуток между друзьями, где и сидел. Пыль поднялась вокруг того места, осыпалась сверху и в без того темное время суток, что еще больше ухудшало видимость.

Демон наклонился вперед и встал, как спринтер, на старте, глаза его загорелись еще сильнее. Они с жадностью смотрели на добычу. Огромные когти нацелились в мгновение разорвать добычу. Два других демона уже готовились в предвкушении своей очереди.

– Не трогайте их, – нежный и сладкий голос доносился откуда-то издалека. Очень красивый и приятный, этот голос можно было бы слушать вечно, он заколдовывал, очаровывал. Этому голосу хотелось подчиняться, лишь бы он не прекращал звучать. В мгновение вся группа повернулась на голос, опасность их уже не беспокоила. Два стоящих по бокам демона упали на одно колено и склонили голову. Алексей, сползая по стене, забыл о всей боли, упал на карачки и пополз в сторону голоса.