Текст книги "Узел"
![](/books_files/covers/thumbs_240/uzel-6631.jpg)
Автор книги: Стюарт Вудс
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Стюарт Вудс
Узел
Пролог
Уимблдон, начало семидесятых
Чак выиграл очко, выиграл гейм. Он уселся рядом с кортом, взял полотенце, вытер пот, затем полез в свою сумку за сухой рубашкой.
Бад: Что ж, Дан, этот молодой Чак Чэндлер неплохо преуспел в нынешнем чемпионате.
Дан: Пожалуй, ты прав, Бад. Когда он только начал выступать здесь, его оценивали как сотую ракетку мира. Он сильно играл с первых своих встреч, затем стал подниматься все выше среди именитых финалистов, нещадно терзая фаворитов, разгромив при этом двух бывших чемпионов, а теперь он стоит на пороге большой карьеры. Тебе не кажется, Синтия?
Синтия: Ты абсолютно прав, Дан. У этого юноши есть не только способность побеждать кого угодно – он просто блестяще играет, – но к тому же еще и обаяние, и внешность – все, чтобы стать новым кумиром молодых болельщиц. А за пределами корта он с самого начала держится с той уверенностью в себе, которую только сейчас начинает проявлять во время игры, на этом Уимблдонском чемпионате.
Бад: А теперь Чак Чэндлер свел вничью два сета с нынешним чемпионом, проиграл пять геймов и выиграл четыре в третьем сете, и вот сейчас он выйдет на корт, чтобы сделать первую подачу в этом важнейшем из всех теннисных чемпионатов.
* * *
Чак натянул новую тенниску. Ему хотелось выглядеть хладнокровным и спокойным, когда он будет принимать золотой приз из рук герцогини, улыбаясь в камеры, греясь в лучах своей новой славы. Он уже предвкушал, как будет танцевать на балу сегодня вечером. Его партнершей будет чемпионка женского турнира, и он будет тесно прижиматься к ней, ее бедра будут касаться его бедер, как это уже происходило прошлой ночью в ее номере в отеле. Для газетчиков они составят прекрасную пару, «темноволосая восемнадцатилетняя красавица и обаятельный двадцатидвухлетний блондин, появившийся неизвестно откуда, чтобы выиграть Уимблдон». Вот что будет напечатано в газетах.
– Мистер Чэндлер?
Чак вернулся к действительности.
– Мистер Чэндлер, – сказал судья, – будьте любезны пройти на корт.
Широко шагая, Чак подошел к задней линии корта навстречу оглушительно вздымающемуся приветственному реву болельщиков. Они полюбили его с той минуты, как он в первом раунде победил предыдущего чемпиона, и теперь они демонстрировали эту любовь как только могли. Чак сверкнул им в ответ улыбкой, обнажающей безупречные зубы, и рев возобновился с новой силой.
Он принял на ракетку три мяча от мальчика у края корта, чуть поиграл ими, дожидаясь, пока зрители немного успокоятся, и положил один мяч в карман. Он занял позицию у задней линии, посмотрел через корт на ждущего подачи чемпиона, начал замах назад, коснулся мяча и сильнейшим ударом послал его за среднюю линию.
Толпа пришла в неистовство.
– Пятнадцать – ноль, – объявил судья в микрофон.
Чак прошел на противоположную сторону корта, занял позицию и послал следующий мяч прямо за среднюю линию со скоростью сто двадцать пять миль в час.
Толпа обезумела.
– Тридцать – ноль, – сказал судья.
Чак принял мячи от мальчика, занял свое место и на этот раз просто для разнообразия впервые подал мяч в правый угол противника, заработав еще очко.
Толпа совершенно осатанела.
– Сорок – ноль, – объявил судья.
* * *
Бад: Что ж, продолжим. Молодой Чак Чэндлер находится на корте, имея в кармане три решающих очка, а весьма растерянный чемпион беспомощно смотрит на него. Сможет ли Чак разделаться с этим чемпионатом своей следующей подачей? Сейчас мы это увидим.
* * *
Чак подумал о роскошном «кабриолете-порше», который он видел в автосалоне в Нью-Йорке. Первый звонок, который он сделает после этого матча, будет адресован торговцу автомобилями, карточка которого лежит у него в кармане шорт. Он позвонит прямо из раздевалки, даже прежде, чем примет душ.
– Мистер Чэндлер? – окликнул его судья.
Чак вздрогнул. Из толпы послышались смешки.
* * *
Дан: Замечтался о славе, конечно.
Бад: Кто может его за это осудить.
* * *
Чак ударил по мячу что было сил. Мяч ударился о верхнюю ленту сетки и упал обратно на его половину корта.
С трибун донесся стон.
Чак подал опять. Мяч снова угодил в сетку. Шум толпы выражал неподдельное горе.
– Сорок – пятнадцать, – объявил судья.
* * *
Дан: Ну что же, мне кажется, он может позволить себе двойную ошибку на этом этапе.
Бад: Не забывай, с этими двойными ошибками важно не насколько часто они случаются, а когда.
* * *
Чак почувствовал прилив гнева к самому себе. Он позволил своему вниманию рассеяться, и теперь ему нужно успокоиться и сосредоточиться. Он прошел на противоположную сторону корта и подал опять прямо в сетку.
Толпа издала вздох изумления.
Чак сделал глубокий вдох и без промедления подал опять. Мяч попал в ленту и упал на площадку.
Встревоженное, почти рассерженное гудение поднялось над толпой.
– Сорок – тридцать, – объявил судья. – Пожалуйста, потише, дамы и господа.
* * *
Бад: Это два потерянных решающих очка, и у него осталось лишь одна подача. Сумеет ли Чак выиграть ее?
Дан: Сейчас мы это узнаем.
* * *
Новая тенниска Чака внезапно промокла насквозь. Он вытер глаза от залившего их пота и взглянул через корт на чемпиона. Этот ублюдок и в самом деле чуть улыбнулся, или ему это лишь показалось? Его сердце билось с перебоями. Эту подачу я проведу как в учебнике, подумал он. Ноги на ширине плеч, носками к судейской вышке, ракетку держать для некрученой, сильной подачи, удар прямой рукой, с мощным замахом. Мяч ударился о ленту и отскочил за пределы корта.
Толпа ахнула.
* * *
Дан: В это с трудом верится, Бад. Для игрока, сумевшего так далеко продвинуться, залепить пять подач подряд в сетку – это просто поразительно.
Бад: У меня слов нет, Дан. Но у Чака осталась еще одна подача; посмотрим, сумеет ли он вытянуть ее.
* * *
Чак стоял весь в поту, крупные капли катились по его лицу, заливая глаза.
– Пожалуйста, вторую подачу, мистер Чэндлер, – сказал судья не без некоторого сочувствия.
В этом положении никакого второго раза уже быть не могло; ему оставалось только отыграть один мяч во что бы то ни стало. Он отошел к скамейке, вытащил из сумки полотенце и вытер лицо, а затем вернулся к задней линии. Когда он добрался до нее, пот снова заливал ему глаза.
Ну пожалуйста, Боже. Он взял себя в руки, выбрал момент, ударил по мячу и безошибочно отправил в сетку свое последнее очко.
Толпа безмолвствовала. Тишина была абсолютной.
– Поровну, – сказал судья.
Двадцать четыре минуты спустя в раздевалке Чак встал на колени перед унитазом, и его вывернуло наизнанку. Он потерял два следующих очка; он продул два следующих гейма; он проиграл Уимблдонский турнир. Он профукал лучшую возможность, которая когда-либо представлялась парню, чтобы стать героем.
Он потерял куда больше, чем мог вообразить.
* * *
Дан: Бад, что тут за штука такая случилась на центральном корте?
Бад: Тут может быть лишь одно объяснение, Дан, одно-единственное. У Чака случился нервный срыв.
Глава 1
Ки-Уэст, февраль 1995
Чак проснулся в поту, его сердце колотилось так же бешено, как двадцать с небольшим лет тому назад. Сон об Уимблдонском корте опять приснился ему. Бронзовые часы на переборке каюты показывали 9:20, а его новая работа начиналась в 10:00. Он юркнул в крохотный душ своей яхты и смыл с себя пот.
Без четверти десять он сошел на берег бухты Ки-Уэст, свежевыбритый и одетый в белоснежный теннисный костюм, с сумкой для ракеток и в черных очках, сдвинутых на самую макушку. Он огляделся вокруг. Это было довольно странное собрание судов по сравнению с причалами у Палм-Бич. Тут были прогулочные катамараны, одна или две крупные шхуны для привыкших к более традиционному отдыху туристов и диковинная посудина, напоминавшая формами подводную лодку, а также обычный набор рыболовных катеров и яхт для проживания на борту.
Его собственное судно представляло собой тридцатидвухфутовую двухвинтовую моторную яхту, построенную на заказ в пятидесятых годах на одной из работающих по старинке верфей в штате Мэн. Он прожил на ее борту уже почти три года с той поры, когда ему пришлось выбирать между жильем на паях и яхтой. Первый вариант никогда им всерьез не рассматривался. Он усердно трудился, чтобы содержать свою яхту в наилучшем виде, и она вознаграждала его усилия. Ее черный корпус лоснился, ее отделанные красным деревом внутренние помещения сверкали чистотой, а ее тиковые палубы были всегда начищены и хорошо навощены.
Яхта называлась «Срыв». Он предпочел сам подшутить над своим несчастьем, чем дожидаться, пока кто-нибудь сделает это первым, а охотники всегда находились.
Ему нужно оборудовать яхту сходнями, подумал он, взглянув на трехфутовый промежуток между кормой яхты и бетонной пристанью. Женщинам вряд ли понравится перепрыгивать через него.
Он подошел к автостоянке и остановился у своей машины. Это была модель «порше спидстер» конца пятидесятых, ярко-желтая, восстановленная с маниакальной тщательностью, и ее радиоантенну отломал какой-то проходивший мимо сукин сын. Чак вздохнул. Что делать, теперь он уже живет не в Палм-Бич.
Он сел в машину и поехал через весь остров в теннисный клуб «Старый остров», крохотное заведение, состоящее из трех кортов и маленького домика тренеров-профессионалов, принадлежащее большому отелю на другой стороне улицы. Он вошел в домик, когда часы пробили десять.
Меркл Коннор оторвался от своего компьютера и уставился на Чака.
– Ох, привет, – сказал он. – Ну да, ты же сегодня начинаешь. – Похоже, он забыл об этом.
– Верно, Мерк, – сказал Чак, улыбнувшись своему новому боссу.
– Присядь на минутку, Чак, – сказал Мерк, оттолкнувшись от письменного стола своего крохотного офиса и убрав жестянку с теннисными мячами с единственного свободного кресла.
Чак уселся. Ну вот, сейчас начнется.
– Позволь мне обрисовать тебе ситуацию, – сказал Мерк.
«Это не Палм-Бич», – попытался Чак угадать следующую фразу.
– Это не Палм-Бич, – начал Мерк. – Мы живем не роскошно, но мы не простаиваем. Если ты будешь усердно работать над тем, чтобы набрать себе клиентов, то сможешь зашибать семьдесят пять штук в год, может быть, даже больше.
«Держись от баб подальше».
– Тебе следует быть поосторожнее с юными дарованиями женского пола, – продолжал Мерк. – В прошлом году у меня был тут один парень, который ночи напролет проводил с проживавшей в отеле дамочкой в ее чертовом номере, и администратор накинулся на меня как бешеный, и заставил меня уволить его. В сущности, мне до лампочки, кого ты трахаешь, лишь бы это происходило не в отеле, и, ну, ты понимаешь, чтобы не было лишнего шума. Усек, куда я клоню?
– Я усек, куда ты клонишь, Мерк. Здесь проблем не будет.
– Вот и прекрасно, потому что мне и так хватает забот: одновременно вести сразу две программы, эту и еще одну в Санта-Фе. В апреле я отправлюсь на запад, и тебе придется вдвоем с Виктором держать эту лавочку.
– Виктор – это я, – произнес голос за спиной у Чака.
Чак обернулся и протянул руку для приветствия.
– Здорово, меня зовут Чак Чэндлер.
– Виктор Бреннан, – представился незнакомец. Ему было лет сорок пять, у него были пышные усы, взъерошенные волосы и вечная улыбка на губах. Что-то вроде брюшка выпирало из его шорт; он выглядел скорее как бывший футболист, чем как профессиональный теннисист. – Добро пожаловать в рай.
– Спасибо. Я так и предвкушаю нашу райскую жизнь.
– Тогда ты должен верить всем вракам Мерка.
– Ладно, Виктор, утихомирься и послушай, – сказал Мерк. – Чак, я собираюсь примерно поделить работу между тобой и Виктором; ты будешь заниматься хорошими игроками, зазнайками и визитерами. Виктору достанутся ежедневные посетители, в основном это постояльцы отеля, а также домохозяйки, малышня и новички. Он по своему темпераменту более подходит для работы с такого рода учениками.
– Это уж точно, – подтвердил Виктор. – Я самый покладистый парень на свете, и я могу научить играть в теннис кого угодно.
– С радостью уступаю тебе их, – сказал Чак. – У меня никогда ничего путного не получалось с новичками и растяпами.
– Я хочу брать больше с клиентов, занимающихся с тобой, потому что у тебя есть определенная репутация, – сказал Мерк. – У нас есть парни, которые с радостью заплатят просто за то, чтобы постукать по корту с тобой; несколько человек уже записались в очередь. Виктор расскажет тебе о них вкратце.
– Непременно, – сказал Виктор. – Выйдем-ка на корты, и я обрисую тебе ситуацию.
Виктор повел его из тренерского домика мимо автомата для подачи мячей и тележки с учебными мячами. Он набрал код на замке калитки, ведущей на корт, и они вошли. – На этой неделе код – «три-три-три», – сказал он, протягивая Чаку ключ. – Это от другой калитки, вон там. Я занимаюсь с учениками на первом корте, ты возьмешь себе третий, а средний мы сдаем в аренду. – Он махнул рукой в сторону скамейки. – Садись-ка, и я просвещу тебя.
– Валяй, – сказал Чак и сел.
– Тут есть несколько неплохо играющих завсегдатаев. Во-первых, Ларри, писатель, который играет с лучшими в городе игроками три или четыре раза в неделю. Он попробует сыграть с тобой очень скоро, и если ты хочешь, чтобы он продолжал сюда приходить, ты бы лучше позволял ему выигрывать два мяча из трех.
– Усек, – сказал Чак.
– Тут есть еще Холли, независимый личный тренер, который играет лучше тебя, ты уж мне поверь, и который разобьет тебя в пух и прах, если ты будешь с ним играть недостаточно внимательно.
– Ладно.
– Есть еще семнадцатилетний паренек по имени Билл Таббс, ты многого сможешь с ним добиться. Он дьявольски талантлив и поэтому очень силен; он мечтает стать гастролирующим профессионалом. Я не слишком многому сумел его научить, потому что он слишком упрям, думает, что всегда прав. И к тому же тебе придется иметь дело с его папашей, торговцем пивом, который считает этого паренька вторым Питом Сампрасом.
– Ладно, – сказал Чак. – Кто еще?
– Вот они, – сказал Виктор, кивнув в сторону автостоянки.
Чак повернулся и увидел парочку, вылезающую из сверкающего новенького спортивного «мерседеса». Мужчине было лет шестьдесят, он был высокого роста, стройный и по виду в отличной форме. У него были густые снежно-белые волосы, зачесанные прямо назад, и сильный загар. С противоположной стороны машины показалась самая красивая женщина, каких Чаку приходилось видеть с тех пор, как он прекратил гастролировать в качестве профессионального игрока, а это произошло уже много лет назад. Она была высокого роста – пять футов и восемь или девять дюймов – грудастая, длинноногая, с тонкой талией, ее темные волосы были собраны сзади в лошадиный хвост, и она была почти такая же загорелая, как и ее спутник. Она была лет на тридцать моложе его.
– Ого, – сказал Чак.
– И в самом деле «ого», – ответил Виктор. – Они появились тут несколько месяцев тому назад, и оба отлично играют. Их зовут Гарри и Клэр Каррас.
– Муж и жена? – спросил Чак.
– Не хотел бы тебя расстраивать, но это так.
– Что еще ты знаешь про них?
– Не так уж много. Он, похоже, здорово богат и отошел от дел. Они купили большой старый викторианский особняк в Старом городе и, похоже, потратили целое состояние, отделывая его. У него есть портативный сотовый телефон, и он постоянно треплется по нему. Тебе придется к этому привыкнуть.
Парочка открыла главную калитку, ведущую на корт, и вошла внутрь.
– Пойдем, я представлю тебя, – сказал Виктор.
Чак во все глаза смотрел на приближающуюся к нему женщину и вдруг понял, что ее муж следит за тем, как он смотрит на нее.
– Гарри и Клэр, – сказал Виктор, – это Чак Чэндлер, наш новый главный тренер.
Чак первым пожал руку Гарри. Его ладонь была мягкой, но сильной.
– Как поживаете, Гарри?
– Хорошо, – ответил Гарри.
– Клэр? – сказал Чак, поворачиваясь к ней. Он почувствовал, как в низу живота у него все напряглось от внезапного прилива крови.
– Привет, Чак, – сказала Клэр. – Мы слышали о том, что вы собираетесь приехать сюда.
Ее рука помедлила чуть больше, чем следовало, в его руке.
– Я рад, что оказался здесь, – сказал Чак, стараясь оторвать взгляд от ее огромных зеленых глаз. – Я слышал, что вы, ребята, неплохо играете в теннис.
– Давайте попробуем, так ли это, – сказал Гарри. – Виктор, ты не хотел бы составить нам компанию в качестве четвертого игрока?
– Конечно, Гарри, – ответил Виктор. – Я сыграю пару сетов; до одиннадцати у меня ничего не назначено.
– Отлично, – сказал Гарри. – Мы с Клэр против вас двоих. – Он повел жену на корт.
Чак поплелся вслед за ними, не в силах оторвать глаз от женщины. Она создана для теннисного костюма, подумал он. Или для того, чтобы вообще обходиться без одежды.
Чак внимательно следил за ними обоими, пока они разминались – оба оказались ловкими игроками, умело обращавшимися с мячом. Он решил начать с легких ударов, просто чтоб посмотреть, как это пойдет. Но легких ударов оказалось недостаточно; вскоре они с Виктором уже проигрывали со счетом ноль – три.
Гарри часто подавал крученые мячи, умело принимал их, он знал, куда нужно бить, – примета хорошего пожилого игрока. Несколько уменьшившуюся силу он с годами возместил мастерством.
Клэр была сильнее, чем можно было подумать по ее телосложению, и, казалось, она могла отбить любой мяч. Чак чуть поднял уровень своей игры и так и оставил; этого оказалось достаточно, чтобы закончить матч почти на равных, и они с Виктором победили с одной дополнительной подачей, когда счет сравнялся.
Они все пожали друг другу руки, затем перешли к автомату с холодной водой.
– Чак, это была отличная игра, – сказал Гарри. – Мы в следующий раз непременно наймем тебя.
– Я буду готов к этому, Гарри.
– Почему бы тебе не присоединиться к нам поужинать сегодня вечером? Мы официально приглашаем тебя отметить твой приезд в Ки-Уэст. Виктор, а как ты, не прочь?
Оба профессионала приняли приглашение.
– Отлично. В восемь в «Садике Луи».
– Спасибо, Гарри, – сказал Чак. Он посмотрел на Клэр. – Жду с нетерпением.
Красные губы Клэр чуть изогнулись. Чак решил счесть это за улыбку.
Глава 2
Чак отыскал «Садик Луи» со второй попытки. Остров Ки-Уэст был всего в милю шириной и четыре мили длиной, но ему пришлось воспользоваться картой, и даже с ее помощью это оказалось сделать непросто. Вдоль острова шли всего две или три улицы; остальные были узенькими и сплошь застроенными каркасными домишками того типа, которые иногда называют «ракушками». «Садик Луи» находился на одной из этих маленьких улочек; это был приличного размера викторианский особняк, который выглядел как чей-то жилой дом, нежели как ресторан.
– Мистер Каррас еще не появился, – сказал метрдотель, – но еще один гость из вашей компании ожидает в баре снаружи. Просто пройдите прямо через зал.
Чак вышел из заднего входа ресторана и оказался на трехъярусной террасе, уставленной столиками; бар находился на нижнем ярусе, почти у самой воды. Море заплескивало на настил террасы, и восходящая луна освещала посетителей ресторана – в основном туристов, как сообразил Чак, приехавших на юг погреться на солнце.
Виктор помахал ему от бара, и Чак опустился на соседнюю с ним табуретку.
– А где наши хозяева? – спросил он.
– Гарри и Клэр не слишком сильны в умении приходить вовремя, – ответил Виктор. – Купить тебе выпивку?
– Спасибо. Я бы выпил порцию водки, простой, неразбавленной, очень холодной, – сказал он бармену.
Они чокнулись бокалами.
– Добро пожаловать в рай, – сказал Виктор.
– То же самое ты сказал мне сегодня утром. Это действительно так?
– Вполне может быть. Зависит от того, на что ты настроен.
– Я настроен весьма благодушно.
– Тогда тебе тут понравится. В этом городе полно самых странных типов, – сказал Виктор. – Это конец пути, образно говоря, для очень многих из них. Они больше нигде не смогли добиться того, чего хотели, поэтому приехали сюда, чтобы не делать ничего. Ничегонеделание – вот чем эти люди тут занимаются.
– Мое настроение не настолько благодушно, – рассмеялся Чак. – Я собираюсь здесь сделать достаточно денег, чтобы на них можно было прожить.
– Уже нашел себе жилье?
– Я притащил его с собой.
– Трейлер?
– Я пока не пал так низко; это небольшая моторная яхта. Я нашел место для стоянки в бухте Ки-Уэст.
– Вот где, значит, все и происходит, на борту судна, – сказал Виктор. – Ну а этот желтый «спидстер», он твой?
– Ага. Я восстановил эту штуковину из металлолома, пока жил на Палм-Бич.
– Наверное, Мерк уже сказал тебе, что здесь не Палм-Бич?
– Я рад это слышать.
– Послушай, Чак, мы с тобой не так уж хорошо знакомы, но я хотел спросить тебя...
– Ага, у меня был нервный срыв.
– Да нет, не про это.
– А про что же тогда?
– Про Палм-Бич. До нас тут донесся один слушок. Ты действительно обрюхатил жену президента клуба?
Чак покачал головой.
– Я на самом деле в это не поверил, – сказал Виктор.
– На самом деле это была жена председателя. И беременность была ложной, истерической.
– Истерическая беременность?
– Да, истерическая, разве не слышал про такие? Она на самом деле просто пару раз пропустила месячные.
– Я в это не верю.
– Вот и ее муж тоже не поверил. Конечно, к тому времени, как у нее все опять наладилось, я уже не работал в клубе. – Чак посмотрел на залитое лунным светом море. – Прекрасный вид, не правда ли?
– Уж это точно, – согласился Виктор.
Чак смотрел, как полная народу лодка отчалила от приличного размера моторной яхты, стоящей на якоре неподалеку от берега, и направилась к «Садику Луи». Рулевой привязал лодку «Бостонский китобой», и шестеро пассажиров выбрались на берег.
Чак посмотрел на свои часы.
– Наши хозяева опаздывают на двадцать минут, – сказал он. – Тебе, возможно, придется угостить меня ужином.
– Они придут, – сказал Виктор. – Гарри относится к тому типу людей, которые всегда выполняют обещанное.
Прошло еще полчаса, прежде чем Каррасы появились, и все посетители ресторана повернулись, чтобы посмотреть, как они входят, вернее, как входит Клэр. Она спустилась по ступенькам в белом декольтированном платье без бретелек, державшемся лишь благодаря ее природным формам, и на краткое мгновенье при виде ее все умолкли.
Чак встал, глядя, как она подходит к бару.
– Привет, Гарри, – сказал он, сначала подав руку мужу, – и Клэр.
Ее холодная ладонь снова сжала его руку. Он постарался смирить свою фантазию.
– Извините за опоздание, – сказал Гарри, – но наш столик уже накрыт, так что присядем и выпьем там.
Чак и Виктор последовали за парочкой к удобно расположенному столику и заказали еще по одному бокалу. Гарри заказал шотландский виски; Клэр попросила бокал белого совиньона.
Гарри поднял свой бокал.
– Добро пожаловать в Ки-Уэст, – сказал он.
– Спасибо, Гарри, – ответил Чак. – Мне кажется, здешние места придутся мне по вкусу. – Он старался не смотреть на Клэр, когда говорил это.
– Значит, вы прямо из Палм-Бич, – сказал Гарри. – Эти слухи верны?
– Нет, это все пустые сплетни, – сказал Виктор. – Это просто была истерическая беременность.
Они все трое расхохотались, и Чак присоединился к ним.
– Чак, – сказал Гарри, когда они перестали смеяться, – ты что, проявляешь особенный интерес к чужим женам?
– Нет, Гарри, – ответил Чак. – Но время от времени они проявляют особенный интерес ко мне.
Все снова рассмеялись.
Клэр положила руку на плечо Чаку.
– Кто может осудить их за это? – сказала она, и в ее голосе послышалась едва заметная нотка сарказма.
– Вы слишком добры ко мне, Клэр, – ответил Чак.
Разговор перешел на теннис, когда им подали меню, и они придерживались этой темы, поглощая первые два блюда. Потом Гарри заговорил о другом.
– Вы хоть немного занимаетесь подводным плаванием, Чак? – спросил он.
– Да. Я живу на борту моей яхты, она стоит в бухте Ки-Уэст, и я был бы рад захватить вас с собой в море как-нибудь.
– Это мы захватим вас, – сказал Гарри.
– Буду весьма рад.
В эту минуту налетел порыв ветра настолько сильный и неожиданный, что опрокинул один из бокалов с вином, и через долю секунды воздух наполнился грохотом. Все посетители ресторана повскакивали от неожиданности, глядя в одном направлении.
Чак последовал взглядом за остальными. Столб желтого пламени поднимался в небо, и обломки падали в воду в большом радиусе от него. Моторная яхта, которую Чак заметил раньше, превратилась в пылающий факел.
– Вот дерьмо, – пробормотал Виктор.
– Газ, – сказал Гарри. – Это, должно быть, газ.
– Газ и бензин, – ответил Чак. – Дизель бы так не взорвался.
– Как ты думаешь, кого-нибудь ранило? – спросила Клэр.
– Вряд ли, – ответил Чак. – Мы видели, как большая компания покинула яхту и высадилась здесь поблизости на берег совсем недавно.
Словно по подсказке, какая-то женщина вскрикнула.
Чак посмотрел в сторону бара. Теперь эта женщина зажимала одной рукой рот, другой указывала на пламя. Слезы струйками катились по ее лицу.
– Чего это она разоралась? – спросил Гарри. – Она ведь осталась в живых, верно?
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?