Читать книгу "Игра"

Кирилл только успел открыть рот, чтобы что-то сказать, но Леша не дал ему:

– А через три дня она снова оказалась у себя дома.

– Как такое возможно? – все-таки сказал Кирилл.

– Не знаю, так написано в статье, – ответил Леша. – Милиция обвинила бы родителей в том, что это они что-то сделали со своими детьми, но дети, возвращаясь, опровергали это, утверждая одно: за день до исчезновения они все играли в игру. Елизавета Пономарева, младшая дочь, ей было тринадцать лет, снова исчезла и снова вернулась через день. Сказано, что родители, как это было принято говорить, «ходили к бабкам», чтобы узнать, куда же пропадали их дети. Напомню, что Женя так больше и не появился. Лиза исчезла снова, а на следующий день пропала и ее мать.

– Ерунда какая-то, – сказал Кирилл.

– Я если честно, я тоже так решил, – согласился Алексей. – Я думаю, в статье можно верить не всему написанному, так как здесь сказано, что мать и дочь несколько раз исчезали в разное время, а потом снова появлялись, пока не исчезли окончательно. Евгений пропал 2 ноября 1987 года и больше не вернулся, Елизавета – 13 ноября, а их мать – 15 ноября.

– А отец? – спросил Кирилл.

– «Николай Пономарев исчез 22 ноября» – сказано в статье, – ответил Леша. – До этого он не исчезал ни разу. Вернее, о его исчезновениях, если их было несколько, никто не заявлял, он же остался один из семьи.

– Как ты думаешь, что с ними произошло? – Кирилла явно заинтересовала история, которую ему рассказал Леха.

– Я не знаю, во что верить, – честно ответил тот. – Это был какой-то странный маньяк или же это что-то мистическое? – спрашивал он сам себя. – Но, Кирюх, мы нашли в том доме следы Вовы, а он пропал. Просто исчез.

– Хочешь сказать, его могло забрать… то же, что и Пономаревых? Та игра?

Кирилл сказал это очень нерешительно.

– Не знаю, – ответил Алексей.

– Я готов это услышать от кого угодно, только не от тебя, – сказал Кирилл, – ты же не веришь в сверхъестественное?

– Это потому, что я заучка и ботаник? – улыбнулся Леша.

– Да! – с улыбкой ответил Кирилл.

– Но мы же не можем отрицать очевидных вещей. На фото видно эту игру, к тому же Женя Пономарев говорил о ней своей семье после первого исчезновения.

– Тогда почему они пропадали на разное количество дней, а потом пропали и вовсе? – спросил Кирилл.

– Этого я не знаю, – ответил Леша. – Но надо узнать об этой игре как можно больше.

– Откуда?

– У Вовы, когда он вернется, – ответил Алексей.

Кирилл ничего не ответил. Идея друга казалась ему нереальной, но когда еще можно верить в нереальное, как не в тринадцать лет?

– Надо рассказать Кристине, – предложил он.

– Она сочтет нас психами, – сказал Леша. – Если Вова вернется, а я уверен, что он вернется, мы обязательно расспросим его об игре, а потом покажем эту статью.

– А если он не вернется?

– Если я прав, и дело в игре, то, могу предположить, что количество дней, на которые пропадает человек, игравший в нее, равно количеству очков на костях из игры, – с лицом умника изрек Алексей.

– Это действительно звучит логично, хоть мы и говорим о совсем нелогичных вещах, – согласился Кирилл. – Я видел в коробке только один кубик, а это значит, если ты прав, что Вовка должен вернуться в течение шесть дней.

– Хорошо, что мы не сыграли, – сказал Алексей. – Я заметил еще кое-что. Николай Пономарев, видимо, тоже понял, в чем дело. Посмотри на даты, – Алексей снова заглянул в статью в интернете, – его жена пропала 15 ноября. Можно предположить, что отец долго ждал возвращения родных, а конкретно – неделю, ведь больше шести дней выпасть не могло. А затем, вероятно, он, убедившись, что никто уже не вернется, в отчаянии бросил кости и исчез сам 22 ноября 1987 года.

– Но как он мог исчезнуть насовсем? – спросил Кирилл. – Ведь ты сам говоришь, что количество очков – это количество дней. Значит Николай мог исчезнуть лишь на время.

– Он был один, – сказал Леша, – если в первый раз у него на кости выпало одно очко, то никто бы не заметил его отсутствия. Затем он мог вернуться, чтобы потом исчезнуть насовсем.

– Все равно не сходится, – сказал Кирилл, – почему они исчезали насовсем?

– Может они просто проигрывали? Проигрыш в игре равен исчезновению навсегда, – предположил Алексей.

Кирилл сидел минуту молча, потом закрыл ноутбук Лехи и сказал:

– Все это – не больше, чем твои догадки и даже выдумки. Не обижайся, но ты, кажется, фильмов насмотрелся.

– Да, но тогда, где же Вовка? – спросил Леша.

– Пускай его ищет полиция, – ответил Кирилл.

– Неужели тебе неинтересно? – продолжал Алексей. – Тридцать лет назад пропала целая семья, а мы, возможно, сможем понять, куда они делись.

– И куда же по-твоему? – немного повысил голос Кирилл. Леша не отвечал. – Даже если это все – правда, мы не узнаем, куда они пропали. Мы лишь узнаем, как они это сделали. Я, например, не хочу играть в эту игру, если причина действительно в ней.

– Давай дождемся Вову, – спокойным голосом ответил Леша, – я уверен, что он в течение шести дней появится.

– И что тогда? – спросил Кирилл.

– А тогда ему придется играть дальше, пока он не выиграет…

На следующее утро Кирилл и Леша снова поехали домой к Вове. Они позвонили в звонок, двери открыла Кристина.

– Кто там? – крикнула мама из кухни.

– Это ко мне, мам! – ответила девушка и вышла во двор.

– Вовка не появился? – спросил Кирилл.

– Нет, – ответила она. – Мама сама не своя.

– У нас есть одна идея… – начал было Алексей.

– У тебя есть идея, – перебил его Кирилл.

– Неважно. Кристина, я уверен, что Вова появится дома в ближайшие дни. Причем самым неожиданным образом: он просто окажется дома. Если это произойдет, пожалуйста, приведи его к нам.

– Вы что-то знаете? – с неким недоверием, но все же заинтересованно спросила Кристина.

– Не то, чтобы знаем… – ответил Леша, – но у меня есть предположение, как Вова мог исчезнуть.

– Расскажи мне, или я позову маму, – строго сказала Кристина.

– А вот мама – это лишнее, – поспешил вмешаться Кирилл. – Если мы расскажем тебе, то ты решишь, что мы – психи, и уж тем более, если окажется, что мы не правы, точнее, что Леха не прав, то ты нас на смех поднимешь. Но если действительно через несколько дней Вова окажется дома и ничего не сможет рассказать о своем отсутствии, то тогда приходите к нам.

– Я должна верить вам?

– У тебя нет выбора, – сказал Леша.

– С чем это связано? Мой брат попал в какую-то переделку? – снова спросила Кристина.

– Да, возможно, – ответил Кирилл, – но совсем не в такую, какую вы с родителями или полиция можете себе вообразить.

– Вы действительно психи, – сказала она.

– Тогда ты ничего не теряешь, – ответил Алексей.

Парни развернулись и уехали, а Кристина еще долго смотрела им вслед. Когда она зашла в дом, то нашла маму, рыдающую за столом на кухне. Ей очень захотелось, чтобы эти двое оказались правы, и ее непутевый братец просто снова оказался дома. Ей даже не нужны бы были его объяснения.

Два следующих дня двое друзей издалека наблюдали за домом Вовы и Кристины. Они знали, что, появись Вовка дома, вся улица тут же узнала бы об этом, тут же приехала бы полиция, чтобы допросить парня. И на следующий день так и произошло.

– Кирилл, просыпайся! – кричал Леха в телефонную трубку. – У дома Вовки не меньше часа стоит две полицейских машины и даже машина Следственного комитета. Я думаю, он уже дома.

– Не кричи ты так, – сонно пробурчал Кирилл. – Может, они просто приехали что-то узнать или рассказать его родителям. А может, его где-то нашли?

– Неважно, – сказал Леша, – одевайся, я жду тебя через десять минут во дворе.

Кирилл успел почистить зубы и натянуть на себя штаны и футболку. Алексей уже пять минут, как ждал его.

– Он вернулся, – с азартной улыбкой сказал Леха, как только Кирилл вышел во двор. – Вовка дома! Я видел их соседей. Они удивляются – он просто вышел сонный из своей комнаты рано утром!

Кирилл не мог поверить тому, что слышит. Да, Лехина идея была заманчивой и интересной, но он все же не мог допустить, что она может быть реальной.

– Едем к ним, – сказал тот.

– Но там сейчас полиция, – возразил Кирилл, – вряд ли они пустят нас. К тому же мы – не те, с кем сейчас надо побыть Вовке. Мы и друзьями большими то никогда не были.

– Кристина наверняка расскажет брату, что мы ей говорили, и они захотят с нами увидеться, – сказал Алексей.

– Твоя взяла, подождем у них во дворе, – согласился Кирилл, и они поехали к дому в конце улицы.

Остановившись у ворот, ребята сложили велосипеды и сели на бордюр ждать, когда уедет полиция. За своими спинами они услышали стук: это Кристина стучала в окно со второго этажа. Кирилл и Леша обернулись, и Кристина дала им знак, чтобы они объехали двор и вошли в него с другой стороны.

– Откуда вы знали? – шепотом, но таким, от которого листья в саду могут осыпаться с деревьев, спросила Кристина.

– Это все игра, – сказал Алексей.

– Какая игра? – спросила радостная и возмущенная одновременно Кристина.

– Когда мы были в том заброшенном доме, – начал Кирилл, – мы нашли там очень странную старую настольную игру.

– Что за игра? При чем тут мой брат? – продолжала негодовать девушка.

– Сперва мы не знали, что это за настолка, – сказал Кирилл, – но Леха нашел в интернете статью о том самом доме. Все его жильцы, начиная от старшего сына, поочередно то пропадали, то появлялись в доме снова, пока не исчезли насовсем. Женя, который стал исчезать первым, что-то рассказывал об игре, которую купил то ли на какой-то ярмарке на распродаже, то ли в каком-то антикварном магазине, и эта же игра была запечатлена на его фото в тот день, когда он вернулся.

– А когда мы осматривали дом, – продолжил Леша, – то нашли эту игру на полу в одной из комнат, и там было полно Вовкиных следов. Вот мы и предположили, что он бросил кости, после чего и исчез.

– Его не было четыре дня, верно? – спросил Кирилл у Кристины. Она утвердительно кивнула. – Когда вы останетесь наедине, спроси, бросал ли он кости в той игре в заброшенном доме, и я уверен, что он скажет, что ему выпало четыре очка.

– Это полный бред, – сказала Кристина. – Это всего лишь ваши больные фантазии.

– Возможно, – сказал Леша, – вот только мы оказались правы, когда предупредили тебя, что Вова просто снова окажется дома. Как ни в чем ни бывало.

– Откуда мне знать, может вы, два психа, напоили его чем-то, держали где-то все эти дни, а сегодня ночью привели домой?

– Ты вправе так думать, – сказал Кирилл, – но, Кристин, если мы правы, – он посмотрел на друга, – если Леха прав, то завтра Вовка снова пропадет. На этот раз навсегда.

– Почему? – спросила она.

– Не знаю наверняка, – ответил Алексей, – но, думаю, что, начав эту игру, он должен пройти ее до конца. Иначе он проиграет.

– Николай Пономарев, – сказал Кирилл, – найди в интернете статью о Николае Пономареве и о его семье за 1987 год. А, как найдешь, покажи ее брату. Только не затягивай. Вова обязательно должен снова сыграть.

– Сколько бы очков ему не выпало, он опять исчезнет, – добавил Леха, – но каждый раз будет возвращаться. Так было с Пономаревыми. Проиграет – и ты больше его никогда не увидишь.

– А можно эту игру пройти за один день? – спросила Кристина.

– Мы не играли в нее, но я уверен, что Николай пробовал это, – сказал Кирилл.

– Если все это правда, то я все равно не уверена, что родители отпустят сегодня Вову не то, чтобы за город, а даже из дому! – сказала Кристина.

– Мы привезем игру сюда, – ответил Кирилл.

– Что? – возмущенно вскрикнул Леша. – Я не хочу даже брать ее в руки. А если случайно выпадут кости?

– Мы будем крепко держать коробку, – сказал Кирилл. – Ты же сам разгадал эту тайну, теперь никто, кроме нас, не сможет помочь Вовке. Кристина, поговори с братом. Спроси у него, играл ли он в том доме. И, если играл, позвони мне. Я все сделаю. Поехали, Леха.

Ни Алексей, ни Кристина ничего не ответили. Девушка была растеряна не меньше, чем и Леха, которого возмутило самовольное решение Кирилла.

– Будешь ждать ее звонка? – спросил Леша, когда они пешком вели велосипеды в сторону своих домов.

– Нет, – ответил Кирилл. – Прости, что не верил тебе, но теперь я уверен, что игру нужно привезти сюда, иначе Вовка завтра исчезнет насовсем.

– Ты с ума сошел? – закричал Алексей.

– Ты – теоретик, а я – практик, – ответил Кирилл. – Можешь не ехать со мной, я не обижусь.

– Не могу!

– Что не можешь?

– Не могу не ехать с тобой, – сказал Леша. – Ты – мой друг, и я тебя не брошу, но я уверен, что ты перегнешь палку, если привезешь игру сюда. А что будет с Вовкой, если он пройдет ее до конца?

– Вот и узнаем, – улыбнулся Кирилл.

Они зашли домой к Кириллу, перекусили и поехали. Алексей всю дорогу ворчал, но верно следовал за Кириллом. Не успели они доехать до заброшенных домов, как на телефон Кирилла позвонила Кристина. Ребята остановились возле спортивной площадки.

– «Четыре», – сказала она, – вы были правы, Вове выпало «четыре» на костях.

– Он играл… – сказал Кирилл. – Я так и знал. Надо, чтобы вы с братом пришли сегодня ко мне.

– Я сомневаюсь, что родители отпустят Вову… – сказала Кристина.

– Если мы с Лехой правы, а ты уже поняла, что мы правы, то завтра вы снова не увидите его. Но от того, придете вы сегодня ко мне или нет, зависит, исчезнет он на время или навсегда.

– Вы забрали игру?

– Еще нет, но мы почти на месте, – сказал Кирилл.

– Мы придем, – ответила Кристина и положила трубку.

Кирилл и Алексей подъехали к дому Пономаревых.

– У них должны были быть родственники, – сказал Леша, когда они входили в дом. – Не бывает такого, что целая семья пропадает, а их никто не ищет.

– И что с того, если у них кто-то остался? – спросил Кирилл.

– Может быть, они что-то знают, – сказал Алексей, – например, где именно Женя приобрел эту игру. Игра старая, а значит, вполне возможно, что играла в нее не только эта семья.

– Стоит проверить это в интернете, – сказал Кирилл. – А еще, было бы неплохо, поискать информацию о самой игре. Кто-то же ее создал и…

– Заколдовал? – скептически предложил Леша.

– Я хотел сказать другое, – ответил Кирилл, – но смысл тот же.

– Как такое вообще возможно?

Кирилл не ответил. Они зашли в комнату родителей Пономаревых.

– Это, наверное, не совсем правильно, – сказал он, – но я хочу больше узнать о них.

С этими словами он подошел к комоду и открыл его.

– Так нельзя, Кирилл, – сказал Алексей.

– Мы уже стоим в спальне чужих родителей, которые исчезли отсюда тридцать лет назад. Нормы приличия уже не соблюдены. Может быть, если мы изучим эту семью, они смогут нам «помочь» спасти Вовку.

– Как? – возмутился Леша. – Напомню тебе, что все они пропали и, скорее всего, уже давно мертвы.

– А что, если нет? – спросил Кирилл, продолжая открывать все имеющиеся дверцы в мебели комнаты. – Что, если они все еще там же, где был Вовка все эти четыре дня?

– Мы даже не знаем, где он находился, – сказал Алексей.

– Узнаем, если бросим кости, – ухмыльнулся Кирилл.

– Даже не думай! – прикрикнул на него Леша. – Я на такое не соглашался и не соглашусь.

– Да брось ты, я шучу. Лех, когда мы сюда пришли впервые, игра была на полу?

– Да.

– Но вряд ли Вован нашел ее там, правда? – сказал Кирилл.

– Думаю, Пономаревы не стали бы оставлять это на видном месте, зная, что оно в себе несет, – согласился Алексей.

– Смотри.

Кирилл показал Леше отломленный кусок плинтуса, который лежал у стены. Ребята подошли к тому месту, Кирилл присел и взялся за половицу старого паркета. Она легко поддалась, а за ней и еще три.

– Ух ты, тайник, – сказал Леша.

– Он достаточно большой, – заметил Кирилл. – Я думаю, что именно здесь Вовка и нашел коробку с игрой. Он, наверное, хотел найти в тайнике деньги или золото.

Тайник не был пустым: Кирилл достал оттуда два фотоальбома. В первом были черно-белые фотографии молодых людей.

– Пономаревы в молодости, – предположил Леша.

В конце альбома на фотографиях появился ребенок – Женя, как решили мальчики. Во втором альбоме встречались даже редкие цветные фотографии, на которых уже была и Лиза.

– Красивая семья, – сказал Кирилл, пересматривая фотографии. Из альбома на пол выпал тетрадный лист, сложенный пополам.

– Кирилл, там какая-то бумажка, – сказал Леша, заметив листок. Кирилл поднял его и развернул.

Это была записка, написанная рукой Николая Пономарева:

«Если кто-то нашел эту игру, ни за что не играйте в нее. Даже не начинайте. Сжечь ее нельзя, я пробовал. Порвать тоже. Я выбрасывал игральные кости, но они потом снова оказывались в игре. Не прикасайтесь к ней. Это – игра самого дьявола. Она заберет у вас все, что вы имеете, а потом сожрет и вас. Я знаю, что завтра уже не проснусь. Она не даст мне. Умоляю, не трогайте кости, не бросайте их.

21.11.1987 Н.П.»

– Твою ж мать, – выругался Леша.

– Теперь и ты так умеешь, – улыбнулся Кирилл.

– Я был прав во всем, но это меня совершенно не радует.

– Что будем делать? – спросил Кирилл. – Родителям говорить нельзя, они нам не поверят. Полиция тем более. А если кто-то после нашего рассказа бросит кости и исчезнет, нас упекут в колонию для несовершеннолетних, если таковая имеется, или еще куда похуже…

– Ты правильно говорил, нам нужно спасти Вовку. Хоть он и редкий говнюк, но ни он, ни его родные не заслуживают такого.

– Берем все, – сказал Кирилл. – Берем альбомы, записку, игру.

– А мастера Сплинтера? – улыбнулся Алексей.

– Оставим его здесь за главного, – рассмеялся Кирилл.

После ужина мама Кирилла открыла дверь и очень удивилась, увидев на пороге своего дома соседских брата и сестру: Вову и Кристину.

– Володя! – сказала она. – Рада, что ты нашелся, и что с тобой все хорошо.

– Спасибо большое, – улыбнулся мальчик. – Кирилл у себя? Можно, мы пройдем к нему?

– Да, конечно, проходите. Там у него сейчас Леша, полагаю, вы знакомы с ним.

– Да, мы учимся вместе, – ответил Вова, и они с Кристиной пошли в комнату Кирилла.

– Привет, – поздоровался Леша.

– Привет, – сказал Кирилл. – И извини за это… – он показал на свою щеку, и Вова коснулся своей левой скулы, на которой красовался вполне свежий синяк.

– Проехали, – ответил Вовка.

– Странно, – удивился Кирилл, – я ударил тебя пять дней назад, а цвет такой, будто это было только вчера.

– Для меня это и было вчера, – сказал Вова. – Кристина рассказала мне все, что вы, психи, ей наговорили. Я бы высмеял вас еще неделю назад, но после того, как моя мама чуть не сошла с ума, когда увидела меня сегодня утром и сказала, что меня не было дома четыре дня, я выслушаю все, что вы мне расскажите.

– Мы сегодня были в том доме и кое-что там нашли, – сказал Кирилл. – Садитесь на пол, я покажу.

– Неужели эта проклятая игра способна на такие вещи? – спросил Вова.

– А ты разве на собственной шкуре еще в этом не убедился? – переспросил у него Леха.

– Вот, смотрите, – Кирилл достал из рюкзака фотоальбомы. – Это фотографии семьи Пономаревых, тех самых, которым и принадлежал тот дом. Мы нашли статью в интернете, в которой рассказывается о том, как и в какой последовательности они пропадали один за другим. Леха потом покажет вам ее.

– Эти альбомы были там же, где я нашел ту чертову коробку, – подтвердил Вовка.

– Ты дал ей очень точное описание, – улыбнулся Алексей, затем Кирилл продолжил:

– Но ты не заметил там еще кое-чего, – с этими словами он протянул записку Николая Пономарева Вове. Тот прочитал ее вслух.

– Я все еще не могу поверить, что такое возможно, – сказала Кристина.

– Если бы твой брат не был таким любознательным и не совал свой нос туда, куда не следует, мы бы никогда не узнали обо всем этом, – сказал Алексей. Вова недоброжелательно взглянул на него. – Не смотри так на меня, я всего лишь констатирую факт, – улыбнулся Леха.

– Это все не важно, – сказал Кирилл, – произошло то, что произошло. И отменить этого мы уже не можем. Вован, хочешь ты того или нет, но ты в игре. И тебе придется сыграть снова, ты это уже понял?

– И завтра для меня опять наступит не завтра? – спросил Вова. Кирилл утвердительно кивнул в ответ. – Без вариантов?

– Без вариантов, – сказал Кирилл.

– Если нет выбора, то я согласен, – ответил Вовка.

Кирилл достал из рюкзака поблекшую желтую коробку, бережно положил ее на пол и осторожно открыл. Потертый кубик нечеткой формы цвета пожелтевшей бумаги лежал рядом со свитком.

– Это какая-то ткань? – спросила Кристина.

– Мы еще не разворачивали, – ответил Кирилл.

– Это кожа, – сказал Вова. Остальные на него вопросительно покосились. – Я тоже сперва решил, что это какая-то скрученная тряпка, но, когда развернул, понял, что это, скорее всего кожа.

– Разворачивай ее, – сказал Леша.

Вова аккуратно достал скрученный сверток и развернул его.

– О, Боже мой, – сказала Кристина. – Это действительно кожа?

– Похоже на то, – согласился Кирилл.

Перед ребятами посреди комнаты Кирилл лежало полотно размером чуть больше листа формата А4. Рисунок, который на нем был изображен, больше напоминал карту: широкая линия в форме зигзага, на которой было расположено тридцать три метки. В начале зигзага был нарисован огонь, в конце – солнце.

– Глядите, эти метки отличаются от остальных, – сказала Кристина, указав на десятую и тридцатую, которые, в отличии от других отметин в виде небольшой черты, были выполнены в виде креста. – Всего их тридцать три.

– У кого есть идеи, что это все могло бы значить? – спросил Кирилл.

– Смотрите на четвертую метку, – сказал Вова, – она темнее остальных. Когда я бросил кости, и мне выпало четыре очка, мне показалось, что эта метка словно выгорела на моих глазах, но тогда я решил, что мне это просто привиделось, и я тут же сложил все в коробку.

– Видимо, не привиделось, – сказал Кирилл. – Вов, мы не можем знать, что тебя будет ждать в конце игры…

– Солнце, – улыбнулся он, но Кристина заметила, что в глазах у ее всегда рискового брата стояли слезы.

– Ты что-нибудь помнишь об этих четырех днях? – спросил его Алексей.

– Ничего, – ответил Вова. – Абсолютно ничего. Для меня день, когда я бросил кости, был вчера. Меня все спрашивали сегодня: не голоден ли я. Нет! Этим утром я есть хотел не больше, чем в любое другое утро после ночного сна. Я понятия не имею, где мое тело провело все это время. Да даже синяк на щеке свежий!

– На улице темнеет, – сказал Кирилл, – пора. Не сыграешь сейчас – проиграешь навсегда уже этой ночью.

Вовка нехотя взял кубик.

– Хорошо, что кости только в одном экземпляре, – он попытался улыбнуться. Немного потрусив руку, нашептывая: «Хоть бы один, хоть бы один!», он бросил кости на полотно. Все замерли. – Нет! – крикнул Вова. На игровых костях выпало пять очков.

Тишина нависла в комнате Кирилла. В дверь постучали.

– Ребята, может будете какао? – спросила мама Кирилла, заглянувшая в комнату.

– Нет, мам, спасибо, – лишенным эмоций голосом произнес Кирилл, – мы играем в настолки.

– Если что, предложение остается в силе, – улыбнулась мама и закрыла дверь.

– Не может быть! – снова, теперь шепотом, произнес Вова.

– Сочувствую, – сказал ему Алексей.

– Смотрите, – Кристина указала пальцем на игру.

С четвертой метки сошло темное пятно, и тут же точно такое выгорело на девятой.

– Осталось двадцать четыре, – сказал Кирилл сочувствующим голосом.

– Моя мама не выдержит этого! – чуть не плача, ответил Вова. Кристина обняла брата.

– Вов, – сказал Кирилл, – я обещаю тебе, что за то время, что тебя не будет, мы будем искать возможность остановить это.

– Я постараюсь найти информацию в интернете, там должно быть хоть что-то об этой игре, – сказал Алексей.

– Зачем вам это? – спросил отрешенным голосом Вовка, уже не скрывая слез. Кирилл и Леха переглянулись.

– А кто еще поможет тебе? – Кирилл попытался улыбнуться.

– Спасибо, – произнесла Кристина печальным голосом.

– Нам пора, – сказал Вова, – родители будут волноваться. А завтра… Я напишу маме записку.

– Не говори ей ничего об игре, – сказал Кирилл, – нам все равно не поверят, но, если игру найдут и отберут, тебя мы уже точно не спасем, а кто-то еще сможет пострадать.

– Я займусь поисками антикварного магазина, в котором Евгений Пономарев купил эту… вещь в 1987 году, и хозяина той лавки, который тогда распродавал свое «добро» на ярмарке. Может он еще жив.

– Спасибо, правда, ребят, большое спасибо вам, – сказал Вовка. – Простите, что издевался и прикалывался над вами.

– Ну, не будем обобщать, – улыбнулся Кирилл, – я не дал бы позволить издеваться над собой, и ты это ощутил.

– Да, но я часто опускал Леху. Может быть, я заслужил это?

– Замолчи, придурок, – толкнула его в плечо сестра. – Пойдем, проведи этот вечер с мамой.

Сердце у Вовы колотилось так же, как и тогда, когда он сдавал бег в школе, только помимо учащенного сердцебиения на его груди тяжелой ношей давила тревога. Кирилл пытался сохранять спокойствие и даже шутил, но он со всей ответственностью, какой только мог обладать подросток его возраста, подошел к проблеме Вовки. Кристина по-матерински беспокоилась за брата и не знала, как помочь ему самому и облегчить мучения родителям, которые им еще предстояло перенести. Леша же добровольно взял на себя роль Шерлока Холмса, уже решив, что эту ночь и, возможно, пять последующих ночей проведет, сидя в интернете.

Вова бережно сложил игру в коробку, но перед этим Алексей сфотографировал ее на камеру своего телефона, чтобы облегчить себе поиск информации о подобных отнюдь не детских игрушках. Кирилл осторожно задвинул коробку под свою кровать, и ребята разошлись по домам.