Текст книги "Цыпленок тоже хочет жить"
![](/books_files/covers/thumbs_240/cyplenok-tozhe-hochet-zhit-223893.jpg)
Автор книги: Татьяна Луганцева
Жанр: Современные детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Неожиданно рядом с ними появился Роман в форме участкового.
– Что тут происходит? – поинтересовался он. – Анастасия Михайловна, кто этот человек?
Настю трясло, как в лихорадке. Она с трудом справилась с собой.
– Этот? – посмотрела она на негодяя. – Так… один прощелыга. Хочет, чтобы я стала его содержанкой.
– Что?! – Роман шагнул к насильнику.
Тот отпрянул и поторопился сесть за руль.
– Ваши документы, – потребовал Роман.
Кирилл Олегович подал ему водительское удостоверение, не поднимая на него глаз.
– Подонок! – сказала Настя и добавила: – Отпусти его, Роман! Пусть катится. И никогда сюда не возвращается! Слышишь!
Роман молча вернул документ водителю и так посмотрел на него, что тот торопливо завел стартёр и нажал на газ.
Роман обнял Настю.
– Успокойся. Всё. Ни на минуту оставить нельзя. Буду тебя с работы встречать.
– А ты раньше, чем я ожидала, – улыбнулась Настя.
– Соскучился. Как почувствовал.
Эту ночь они провели вместе, и Настя поняла, что такое женское счастье. У нее словно выросли крылья. На работу ей на следующий день надо было к полудню. С утра она успела понежиться в постели, и Роман принес ей кофе в постель.
– Ой, что-то я разоспалась! Надо скорее менять место дислокации, а то что дети подумают? – испугалась Настя. – Надо им завтрак готовить.
– Спохватилась, – улыбнулся Роман. – Алинку я в садик отвел, а Ромка с ребятами на утренней зорьке ушел на рыбалку.
– Дети хотят, чтобы мы были вместе. Я интересовался. Успокойся, – поцеловал ее Роман.
На работу Настя пришла в прекрасном настроении. Она ясно понимала, что влюбилась в Романа – сильно, страстно, раньше она никогда ничего подобного не испытывала. На подходе к дому ее перехватила взволнованная Ольга, одна из горничных.
– Настя, не ходи сейчас туда!
– Как? Почему?
Ольга схватила ее за руку и затараторила:
– Там такой ужас! Я теперь не засну! Кишки, кровь…
– Какие кишки? – не поняла Настя.
– Сергей опять отличился. Выпотрошил ножом нашу кошку Нюську, представляешь? Кровь по всей гостиной, кишки на люстру закинул, с них капает! Да он настоящий маньяк! Убийца! Ведь это он Ивана Петровича на больничную койку уложил. Скоро и до нас дело дойдет… Ему же за это ничего не будет. Сумасшедший…
– Это нельзя так оставлять! – воскликнула Настя. – Сначала игры с топором, теперь кошку искромсал. Светлану Дмитриевну предупредили, чтобы она следила за сыном и убрала все колюще-режущие предметы с поля его видимости. Почему он продолжает носиться по дому с острыми предметами? Он же опасен! Почему нож опять оказался в руках Сережи?
Глаза Ольги наполнились слезами:
– Настя, Нюську жалко! За что он ее? Шесть лет в доме жила, такая ласковая, пушистая… У-у, гадёныш… – погрозила Ольга кулаком. – Самого бы убила…
– Совершенно согласна. Оля, сегодня кошка, завтра – человек! Никому нет дела. Надо в полицию заявить.
– Чтобы нас Светлана Дмитриевна тут же из дома турнула? Подумаешь, велика беда! Кошку выпотрошили! А кому тут жаловаться? Участковому? Он – хороший мужик, но против хозяйки точно не пойдет. Они же родственники! Это же его брат!
– Какой брат? – не поняла Настя.
– Сергей брат Романа. Сводный. Ты не знаешь? Думаешь, что всё это добро Светлана Дмитриевна сама заработала? Как бы не так! Муж у нее очень богатый был, Михаил Валерьевич Сорокин. В девяностых подсуетился, большие бабки заработал, капиталец сколотил. Он тут и землю купил, и домище этот отстроил. От первого брата имел сына Романа, он теперь наш участковый. А вторым браком женился на Светке-горгоне, ядовитой змее. У них родился больной мальчик Сережа. Когда Михаил Валерьевич отдал богу душу, мачеха Романа из дома выперла, боялась, что наследство нужно будет делить. А она жадная – страсть. Роман хоть и участковый, но против больного брата дело заводить не станет. Эй, Настя! Ты чего? Чего ты побледнела так? Настя, Настя, тебе плохо?!
Ольга помогла Насте сесть, ту не держали ноги. Как она отработала этот день, Настя почти не помнила.
– Собираем свои вещи! Быстро! – велела она детям, вернувшись с работы.
– Мама, а что случилось? – не понял Анатолий.
– Уезжаем мы, чего непонятного? Быстрее.
– Мы бежим? А дядя Рома знает? Почему так неожиданно? – не понимал сын, укладывая свои вещи в рюкзак.
– Ничего не спрашивай, просто уходим. – Слёзы текли по щекам Насти.
– Так неправильно, мама. Мы должны попрощаться с дядей Ромой, – сказала Алина.
– Вы думаете? – выдохнула Настя. – Хорошо, я сейчас схожу к нему на работу и попрощаюсь. Вы сидите здесь, я закажу машину.
– Только не обманывай! Передавай ему привет! – крикнула ей вслед Алинка.
На негнущихся ногах Настя подошла к местному отделению полиции. У машины с надписью «Полиция» стоял парень в форме и курил.
– Как мне с Романом Михайловичем поговорить? – спросила у него Настя.
Парень подозрительно посмотрел на нее.
– Это по какому вопросу?
– По личному.
– А вон же он идет! Роман! Тут к вам!
Настя, увидев Романа, потеряла сознание и очнулась уже в его кабинете, когда Роман прыснул ей в лицо холодной водой.
– Настя, ты пугаешь меня! Что с тобой? Может, врача?
– Нет-нет. Я сама во всем виновата! Я такая дура! Сама виновата.
– В чем ты виновата, Настенька? – не понимал Роман.
– Ты сын Михаила Валерьевича? Я не знала. Я только сегодня узнала, клянусь тебе! Я же тоже его искала, ты помнишь, я тебя в первый день о нем спрашивала, но не сказала для чего. Я его дочь! Моя мама в этой деревне жила. Произошло кровосмешение – и все из-за меня! – заплакала Настя. – Впервые в жизни я влюбилась, почувствовала себя счастливой и вот на тебе… Прости.
Роман опустился перед ней на колени.
– Девочка моя, как я рад это слышать.
– Ты с ума сошел?! Что тут радостного? Инцест. Это такой кошмар!
– Успокойся! Михаил Валерьевич усыновил меня в возрасте двух лет, когда женился на моей матери. Он дал мне свое отчество и фамилию, но по крови я ему совсем чужой человек.
– Правда?! – счастливо улыбнулась Настя. – А я чуть с ума не сошла! А мне мама свою фамилию дала, потому что он бросил ее и не захотел участвовать в нашей жизни.
– Знаешь, это совсем не похоже на отца, – задумался Роман. – Он был видный, веселый мужчина, любил женщин, гуляка. Но чтобы бросить ребенка… не знаю… Он чужого принял, а от своего отказался, прямо не верится. Сережку больного очень любил и никогда бы не ушел из семьи с больным ребенком. – А почему ты оказался вне семьи? – спросила Настя.
– Моя мама умерла от онкологии, отчим очень переживал, ну а потом встретил Светку-гадюку и женился на ней. Отношения у нас как-то сразу не сложились. Нет, никакого криминала не было. Я понимал, что она не обязана меня любить, я ей никто, все ее мысли и силы были направлены исключительно на собственного больного сына. Поэтому, как только мне исполнилось восемнадцать, я ушел, но отец и тогда мне помог с жильем, да и вообще не бросал. Он был неплохой человек. А ты успокойся, всё хорошо.
Настя и Роман провели очередную ночь вместе, после чего Настя рассказала про растерзанную кошку.
– Представляешь? А я даже и не знала, что устроилась работать в дом своего отца. Светлана Дмитриевна, думаю, тоже не в курсе. Всё равно его уже нет. Жалко, я не успела с ним познакомиться, – сказала она.
– Я найду фотоальбом и покажу тебе снимки. Ты на него совсем не похожа.
– Я знаю, я вылитая мама, царство ей небесное, – согласилась Настя. – Но мама меня обмануть не могла.
– Да это легко доказать. Твой единственный генетический родственник – Сергей. Можно провести тест ДНК на установление родства, у вас он будет одинаковый, не сомневаюсь. А вот то, что ты рассказала мне про кошку, это очень печально. И очень неожиданно. Никогда раньше у Сергея не наблюдалось такой агрессии. Мне не нравится, что ты там работаешь. Хочешь, я поговорю с председателем колхоза, и ты пойдешь к нему по специальности – бухгалтером? – спросил Роман.
– Это хорошее предложение. Но я никогда не работала по специальности.
– Ничего. Вот и начнешь. Наберешься опыта.
– Не могу пока девчонок бросить, они так рады, что я появилась, им тяжело вдвоем. А сейчас еще и садовник на больничной койке. Да и Светлана Дмитриевна ко мне хорошо относится, как ни странно. Говорят, что такое бывает нечасто.
На том они тогда и порешили. Настя вообще пребывала на седьмом небе от счастья, потому что ее самые страшные опасения рассеялись, они с Романом не родные по крови, и между ними может быть любовь.
* * *
В очередной раз Настя пришла на работу опять во вторую смену. Светлана Дмитриевна иногда делила работу горничных на утреннюю и вечернюю смены.
– И вам так легче по полдня работать, и у меня чистота дольше будет сохраняться, – так она объясняла. – Настя, перенеси вещи, которые я вытащила из подвала, в сарай. Мне сегодня нездоровится, – сказала Светлана Дмитриевна, держась за поясницу. – Что-то спина болит, я у себя полежу. Вещи не тяжелые. Пледы, книги, спортивный инвентарь – мячи, ракетки. Ты маленькими частями носи.
Настя приступила к выполнению работы. Она взяла несколько плетеных корзинок и мяч под мышку и потащила в сарай. Для этого надо было выйти из дома и обогнуть дом. Что Настя и сделала. Как только она вошла в сарай, дверь за ней закрылась. Она вздрогнула и обернулась.
– Иван Петрович? Вы? Как вы здесь оказались? Вы уже выздоровели?
Пожилой мрачный мужчина исподлобья смотрел на нее.
– Не совсем еще выздоровел. Мне не очень нравится то, что я сейчас должен буду сделать, но, будь уверена, я это сделаю. Ты для меня никто, а Светлана Дмитриевна – моя хозяйка, а после смерти ее мужа даже больше, чем хозяйка, если ты понимаешь, о чем я.
– А что случилось? – растерялась Настя.
Садовник открыл дверь, вышел и сразу же плотно закрыл ее за собой.
Настя подлетела к запертой двери и попыталась ее открыть.
– Эй, откройте! Вы что?! Иван Петрович!
И тут Настя услышала спокойный голос Светланы Дмитриевны:
– Ты думала, что я ничего не знаю? У меня в жизни два раза случился кошмар. Первый раз, когда твоя мамаша с животом приволоклась ко мне в дом с заявлением, что у нее будет ребенок от Михаила. Я тогда сообщила ей, что я его официальная жена, что у нас была свадьба и что я тоже беременная. А над ней он просто посмеялся, и теперь все будут знать, что она шалава. Я обманула ее, я не была тогда еще официальной женой Михаила и не была беременной. Я тогда чувствовала, что он увлечен другой женщиной и запутался между нами. И я, как более умная и хитрая, заставила Мишу принять правильное решение. Твоя мать сбежала в город, то, что она носит ребенка, я Мише не сказала, он так этого никогда не узнал. Он искал ее, но я была рядом и сделала всё, чтобы женить его на себе. Через два года мы сыграли свадьбу и еще несколько лет ожидали появления нашего первенца. Он родился таким, каким родился. Это был мой первый ребенок и второй Михаила. Он больше не захотел иметь детей. Десять лет назад его не стало. Он оставил много денег. В банке у меня лежит вклад, я ежемесячно снимаю проценты и на эти деньги живу, содержу этот огромный дом, который муж оставил мне и моему больному сыну. Он позаботился о нас. Я могу безбедно существовать. Из этих же денег я плачу обслуживающему персоналу, потому что такой дом требует ухода. И вот прошло столько лет, и кошмар повторился. На горизонте появилась ты. Словно вернулась твоя мать. «Можно у вас поработать?» Ты меня за дуру держишь? Я сразу же поняла, что ты ее дочь от Миши. Но я не готова расстаться со своим положением. Я знаю, что имущественные споры решаются в течение трех лет. Но если ты докажешь, что была не в курсе, что близкий родственник умер, то через суд ты отчекрыжишь треть всего состояния. А ты это докажешь. А я этого допустить не могу! И не допущу! Сейчас произойдет очередной несчастный случай, тренировки у нас уже были. Сарай загорится и сгорит дотла. Потом найдут спички и канистру с отпечатками Сергея.
Пока она держала речь, Иван Петрович, видимо, пошел обливать сарай бензином. Специфический запах ударил в нос Насти.
– Нет-нет! Не надо! Прошу вас! Не делайте этого! Я ни на что не претендую! Я даже не знала, что к этому дому имеет отношение мой биологический отец! Вы же не сожжете живого человека?!
– Это не мы сожжем, а мой нездоровый сын. А что с него взять? В тюрьму его не посадят! Баловался со спичками. Бывает…
– Да вы ненормальные! Так груша и кошка были делом ваших рук?
– Ты ужасно догадлива. Странно, что наша доблестная полиция не догадалась, почему несчастные случаи начались с твоим приездом. Хотя, ты же у нас такая скромная, как и твоя мать, никому не сказала, что ты дочь Михаила. Все тайны сейчас сгорят дотла. Я никому не дам ни рубля из денег мужа. Поджигай, Ваня!
– Остановитесь! Нет! Ты же своего сына подставляешь! Убийство ему с рук не сойдет! – кричала Настя.
– Полежит в «дурке», а потом я его оттуда вытащу. Зато деньги на его же содержание сохраню, а о тебе никто и не узнает!
Внезапно Настя почувствовала жар, идущий от двери и стен, и услышала характерный звук потрескивания дров. Она отшатнулась от двери. Настя поверить не могла, что ее на самом деле решили сжечь. Это было ужасно, хозяйка с садовником действовали как фашисты в годы войны. У Насти даже не было времени осознать, какой страшной смертью она умрет. Она металась по тесному сараю, который неотвратимо наполнялся едким дымом.
– Что вы делаете?! У меня дети! Они останутся сиротами!
– Роман возьмет их, он очень добрый, – это было последнее, что услышала Настя, перед тем как разбилось окно, и в сарай влетел Сережа, на котором уже горела рубашка.
Парень издавал какие-то звуки, был очень возбужден и пытался закрыть Настю руками.
Вместе с разбитыми стеклами и потоком кислорода внутрь сарая проник огонь. Настя сбила пламя с Сергея, но уже повалил такой дым, что она начала задыхаться.
– Сережа! Нет! Там мой сын! Сделайте что-нибудь! Нет! – услышала она крик матери Сергея…
* * *
Очнулась Настя в местной больнице. Медсестра рассказала ей, что случилось.
– С тобой всё хорошо. Отравилась угарным газом, но это пройдет. У Сережи небольшой ожог, с ним тоже всё будет нормально. Сорокина и Петрович во всем признались. Такого злодеяния местные власти и не припомнят. Они арестованы и, думаю, быстро не выйдут. А спас вас с Сережей наш Роман! Он успел. Ему в магазине встретилась Ольга, она сказала, что у хозяйки ты осталась одна, а Сережа весь день играет в пожарника. Это же надо такое удумать! Своему сыну навязывать игру, а потом под нее устраивать несчастный случай. А кругом его отпечатки. Это не женщина и не мать, она – монстр. А Сережа… он и мухи не обидит.
– Что с Романом? – спросила Настя.
Медсестра отвела глаза.
– Он пока вас вытаскивал, обгорел сильно. Состояние стабильное, но тяжелое. Его в Москву будут переводить.
– Господи! Где он? – вскочила Настя, голова у нее кружилась.
– Не надо… Там… – прокричала ей вслед медсестра.
Настя увидела Романа в палате за стеклом, он был весь в бинтах, но глаза его светились счастьем. Рядом с ним на кровати сидел маленький светловолосый мальчик и собирал головоломку. Настя замерла перед стеклом. К ней подошла красивая блондинка с ярким макияжем и в платье с глубоким декольте.
– Это ты Настя? Ну что же… так я и думала. Я – Елена, жена Романа, а это наш сын. Я знаю, что ты живешь в доме моего мужа, пусть и бывшего. Мы семья, и мы воссоединились. Он ради сына сделает всё. Надеюсь, ты отстанешь от него и займешься собой. Тем более есть чем заняться, – Елена презрительно оглядела ее с ног до головы. – Ты же теперь богатая наследница. А от Ромы отстань. Он всегда любил и будет любить только меня! Зачем ему чужие дети, у него свой сын есть! Я сегодня увожу его в Москву на лечение. От тебя одни неприятности.
Совершенно опустошенная Настя вернулась к себе в палату. В тот же день она уехала из больницы под подписку, что не имеет претензий к врачам. Романа она больше не видела. Судьба одно отнимает, другое дает. А Насте действительно было чем заняться.
Она сняла жилье на другом конце посёлка, подальше от Романа. Прошло несколько месяцев, за которые она успела сделать столько, сколько и за всю жизнь не делала. Она давала показания следователю. Ей пришлось пройти генетическую экспертизу. Было установлено, что Михаил Сорокин являлся ее отцом, и, значит, она тоже может претендовать на наследство. Настя сделала это больше для Сергея. Она хотела на правах старшей сестры оставить его жить в доме при себе, чтобы его жизнь не изменилась.
Горничные Марина и Ольга по-прежнему работали у нее в доме, а сама Настя пыталась разобраться в этом большом хозяйстве. Денег на жизнь ей хватало. Только нового садовника Настя пока не нашла, и сад потихоньку приходил в запустение, требуя мужских рук. Она всё время вспоминала Романа и плакала по ночам. Но старалась держать себя в руках, понимая, что он имеет право на свое счастье. А это счастье она увидела в его глазах, когда он смотрел на своего сына. Да и жена у него, действительно, была очень красивая, люди не врали.
Не обошлось и без неприятностей: ночью сгорел дотла дом Романа. Обнаружили следы поджога, но кто это сделал, не нашли. Только Ольга совершенно серьезно заявила:
– Это Ленкиных рук дело. Сто процентов, говорю! Чтобы уж все пути Ромке отрезать, эта та еще стерва. Теперь он от нее никуда не денется.
– Нельзя так, не доказано же, – одернула ее Настя. – Они же в разводе!
– В разводе-то в разводе, а живут вместе. Она потаскалась по другим мужикам, наверное, лучше не нашла. Да и сын у них общий, Роман его очень любит. Вот Ленка к нему опять и прибилась. Почему хорошему парню такая стерва досталась?
* * *
Выпал первый снег, зима уже давала знать, что вступает в права минимум на четыре месяца. Настя как-то прошла мимо сгоревшего дома Романа, и сердце ее сжалось. Она вспомнила, как была счастлива с ним.
– Ты для меня всегда останешься моим героем, – вздохнула Настя, – моей любовью…
Она направлялась на автобусную остановку. И не поверила своим глазам, когда на дороге увидела знакомую мужскую фигуру. Роман вел за руку сына. Они шли медленно, Роман вез большой чемодан на колесиках, ребенок тёр глаза и зевал.
– Рома… – ахнула Настя.
– Настя, – остановился он.
– Рома, ты как? Выздоровел? Я так переживала.
– Почти… Надеюсь, что пройду комиссию и вернусь к службе. Я свой участок не брошу. Всего хорошего, – сказал ей Роман и попытался пройти мимо. – Почему ты так холоден? Я…
– Я думал, что ты хотя бы навестишь меня в больнице. Хотя бы позвонишь…
– Мне Елена сказала, что вы теперь вместе, и чтобы я не лезла, – у Насти слезы навернулись на глаза. – Я каждый день думала о тебе.
– Ленка? Она сказала мне, что ты поблагодарила меня за всё, теперь тебе есть где жить, а я – сбитый летчик.
– И ты поверил, что я могла такое сказать?
– Ну, ты же поверила, что мы теперь вместе? – усмехнулся Роман. – Она нашла себе американца и обхаживала меня, чтобы я подписал разрешение на выезд сына. Я его не дал. Ленка укатила в новую жизнь, сын теперь со мной. Дом сгорел… Меня приютит приятель, а дом я восстановлю, у меня и руки есть, и голова…
– Ну уж нет! Когда мы встретились, я вообще не знала, что делать. Но ты меня спас. Сейчас не смей даже сопротивляться! Вы идете со мной! В моем доме всем места хватит! Я тебя не отпущу!
– И нужен я тебе такой? Больной, с ребенком? – Роман смотрел на нее и улыбался.
– Очень нужен! – обняла его Настя, и ее сердце снова наполнилось счастьем.
– Знаешь, а я ведь вот что решил… Давай купим путевки и поедем с детьми в Бразилию на карнавал. Хочешь? У меня есть деньги, ты не думай! Представляешь: солнце, Атлантический океан, самба, ламбада и мы вчетвером! Попробуем фейжоада – блюдо из фасоли, мясных продуктов и фарофы – маниоковой муки. Здорово, да?
– Ура! – захлопал в ладоши сынок Ромы.
– Сумасшедший, – засмеялась Настя.
– Там я сделаю тебе предложение, и ты от меня больше никуда не денешься…
Они взялись за руки и вместе пошли с судьбоносного моста в новую счастливую жизнь.
Пираты сибирской тайги
Глава 1
Татьяна Викторовна Кравцова вошла в кабинет своего начальника Константина Виталье вича. Константин Витальевич, развалившись, сидел в кресле и, глядя на свою подчиненную, многозначительно постукивал ручкой по столу.
– Танечка дорогая, – начал он, – ну, кого я туда пошлю кроме тебя? Ты же у нас умница и красавица! Никто же не виноват, что неприятности у банка, который, можно сказать, находится на краю света? Ну, ничего! Самолетиком туда и самолетиком обратно! Раз – и там! Ты же у нас одинокая, молодая, и, следовательно, легкая на подъем!
– Как вы сказали? – вскинула тонкие брови Таня, именно после этих слов мгновенно возненавидев своего начальника. – Одинокая… Надо же… Прямо обидно!
– Ты так это говоришь, словно я тебе какую-то гадость сказал! Да, одинокая! Факт есть факт! Семьи-то нет! Танечка, пойми, неопытного сотрудника я послать не могу, он не разберется. Ну, тогда кого? Какой у меня выбор? Анну Тихоновну? А у нее двое детей. Мы с тобой их что ли забирать будем из школы и садика? Мужа-то у нее нет. Я не имею права послать в длительную командировку мать-одиночку. Может, Василия пошлем? У парня медовый месяц, в свадебное путешествие не поехал, потому что у него мать болеет, так это же не значит, что я его еще и от молодой жены оторвать должен! Таня, кроме тебя, некому, поверь! Марье Петровне шестьдесят лет, это, конечно, для нее не возраст, но если бы надо было ехать ближе… А так далеко совесть мне не позволяет ее посылать.
– У нас, по-моему, Александр Михайлович не обременен семьей, только алиментами. Что скажете? Мужчине-то легче отправиться в Сибирь, – отбивалась Татьяна.
– Танечка, душа моя! Ну, какой Александр Михайлович? Он же напьется уже в аэропорту! Сотрудник он, конечно, ценный, но только когда трезвый, а трезвый он только под пристальным присмотром. А послать вас двоих я не имею права. Так что лететь тебе, моя голубка!
– Одинокая голубка, – съехидничала Таня.
– Вот не заостряй! Какие твои годы? Мы еще все погуляем на твоей свадьбе. А сейчас отдохнешь… то есть совместишь отдых и работу. В Сибири места� сумасшедшей красоты! Сходишь по грибы, по ягоды…
Татьяна поджала губы.
– Вы еще скажите – на охоту и рыбалку! Ладно! – вздохнула она. Буду считать это приключением. Пойду, получу командировочные и закажу билет на самолет.
– Вот славно, – улыбнулся Константин Витальевич.
Он был доволен, Татьяна считалась в коллективе девушкой упрямой, и он был рад, что она так легко согласилась.
Татьяна Кравцова родилась в семье коренных москвичей в пятом поколении и росла сугубо городской девочкой. У ее родителей не было ни дачи, ни дома в деревне, поэтому она корову только на картинке видела и не отличала мухомор от боровика. В лесу была раза два-три за всю жизнь и тяги к сельской жизни не испытывала никогда.
Она серьезно училась, окончила школу с золотой медалью и получила красный диплом высшего экономического образования. Таня росла строгой, очень правильной, сообразительной. Но однажды весьма удивилась, когда мама, глядя на нее, тяжело вздохнула и покачала головой.
– Как же ты жить-то будешь, милая моя?
– В смысле? – не поняла ее Таня, оторвавшись от книги.
– Трудно тебе придется, Танюша. Ты же людей сторонишься. Не общаешься с ровесниками, не думаешь о детях.
– Ну что ты, мамочка, – ответила Татьяна, – какие сейчас дети? Я ведь пока не замужем.
– А ты так и не выйдешь никогда, если будешь день и ночь думать только о своих цифрах. О мужчинах надо думать, о будущей семье и ребятишках, а не об очередном квартальном отчете, ей-богу!
Слова мамы показались Татьяне пустой придиркой. Она, как и любая девушка в определенном возрасте, конечно, думала и о семье, и о детях… Только вот ни разу еще не испытала в жизни сильное чувство, к ребятам-ровесникам относилась как к друзьям, любви не знала и не особенно ждала. Замуж, – считала Татьяна, – нужно выходить только по безумной страсти, а всё остальное – это чепуха и бытовуха.
Сидела Татьяна среди своих книг, пила кофе с молоком, ела пирожные «корзиночки» и ждала принца на белом коне. Правда, она плохо его себе представляла и не задумывалась о том, что на самом деле принц вряд ли может пригодиться женщине в жизни. Что среднестатистический принц умеет? На коне скакать да на диване лежать. А кто будет трудиться в поте лица на благо семьи? Принцы для этого не приспособлены.
В Татьянином институте учились в основном девчонки, а если и были ребята, то к принцам отношения не имели, стриглись налысо и покрывали тело дурацкими татуировками. Полюбить кого-нибудь из сокурсников было трудно. Так и пролетело молодое время. После института она устроилась в банк, а там тоже преобладали лица женского пола.
Татьяна окончила аспирантуру, защитила кандидатскую диссертацию, писала статьи в научные журналы по банковскому делу. Так прошло пять лет. Личная жизнь отошла на второй план.
Ее ум и старание отметили и пригласили на должность в серьезную фирму кризис-менеджером на очень приличный оклад. Татьяна ушла из банка и стала заниматься очень интересной для нее работой, отдавая труду всё время и все силы.
Современный бизнес – это суровая реальность, где выживает сильнейший. Ежедневно сотни, а то и тысячи компаний оказываются на грани банкротства или поглощения. В подобных реалиях спасти «тонущую» организацию способен только грамотный специалист – кризис-менеджер. Услуги кризис-менеджера актуальны не только в тяжелые для фирмы времена. Взявшись за улучшение компании, такой человек способен вывести ее в лидеры продаж, тем самым увеличив ее доход. Поэтому неудивительно, что в трудную минуту директора готовы к любым затратам, лишь бы заполучить себе в штат такого сотрудника.
Таких сотрудников глава фирмы Константин Витальевич и собрал вокруг себя. Они брали государственные заказы, а Константин Витальевич очень грамотно вел свой бизнес и хорошо платил сотрудникам. Фирма была не просто конторой, а почти семьей, а Константин Витальевич был для работников словно отец родной.
Таня сразу поняла, что именно ей придется отправиться в командировку. Один небольшой региональный банк с хорошей репутацией терпел крах, и руководство банка боялось, что не выполнит свои обязательства перед вкладчиками. Срочно требовалась помощь московского специалиста.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?