Текст книги "Ткань Ишанкара"
![](/books_files/covers/thumbs_240/tkan-ishankara-271686.jpg)
Автор книги: Тори Бергер
Жанр: Русское фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)
– То есть Саиду достанутся не только знания, но и все личности всех Хранителей, которые были до него?
– Хранителей обучают специальным психотехникам, они способны в нужный момент вызывать любую свою личность, видеть ее глазами, помнить ее памятью, поэтому они все неуравновешенные. Так что тебе придется терпеть. Весь Ишанкар терпит, и тебе придется, – и Ректор радостно заскрипел.
После услышанного Тайра его веселья поддержать не могла.
– И что сказал вам Саид, сэр?
– Сказал, что я неправильно написал последнее слово, – Ректор посмотрел на нее с хитрой улыбкой. – А я сказал, что написал правильно. Но на самом деле, я, конечно, написал его неверно. Но Саиду сказал, что ошибки нет.
– Так ошибка в слове есть или нет? – не поняла Тайра.
– Давай я тебе расскажу еще одну притчу! – Ректор рассмеялся. – У одного генерала был очень умный адъютант. Все в нем было хорошо, кроме одного: адъютант не различал право и лево. И как только его ни учили, он, хотя и очень старался запомнить, все равно путал левую и правую сторону. И вот однажды во время войны адъютант повел генеральскую лошадь попить воды к горной речке и увидел, что неприятель решил незаметно подобраться к их ставке. Он прибежал в лагерь и сказал генералу, что враги подбираются к ним справа. Он сильно сосредоточился и назвал правильную сторону, но генерал подумал, что адъютант переволновался и ошибся, и выслал отряд влево. Но один из командиров решил проверить, а вдруг адъютант не ошибся, и повел своих людей вправо. И что ты думаешь? – Котца внимательно посмотрел на нее. – Никто не ошибся! Адъютант не ошибся! Но и генерал не ошибся! Они отразили атаку с обеих сторон! С обеих!
Тайра усмехнулась. Ректор явно играл в Дар Элайя, но без знания арабского разобраться в его игре было невозможно. Он только что убедил ее в том, что надо срочно начинать учить язык, причем обыкновенным, а не магическим, путем, иначе через пять лет даже этот мальчишка Саид сможет обыгрывать ее в простейших партиях, а уступить Хранителю звание Господина Игры для Некроманта Ишанкара было неприемлемо.
– Вынужден тебя кое с кем познакомить, – начал ′т Хоофт, когда Ректор удалился. – Герр Гюнтер Вальден. Мой бывший Страж.
– Почему бывший?
– Потому что я освободил его от Долга много лет назад.
– А почему освободили, сэр?
– Во-первых, потому, что больше не считал возможным рисковать его жизнью ради своей. Ишанкарские Стражи должны быть готовы умереть ради своего мага, их так обучают. Их Долг – защищать мага любой ценой. Однажды я оценил свои силы и посчитал, что могу защитить себя сам, – ′т Хоофт многозначительно посмотрел на Тайру. – Во-вторых, за многие годы Гюнтер стал мне другом, а отношения «маг-страж» в определенных обстоятельствах подразумевают жесткую субординацию. Нас это никогда не обременяло, потому что каждый из нас знал свое место, но я не захотел больше приказывать другу. А в-третьих, я решил, что Гюнтер достаточно служил мне и имеет право принимать решения относительно своей судьбы самостоятельно.
– Значит, сэр, Стражи находятся в полном подчинении у своего мага?
– Формально да, но не все так однозначно. Над Стражами помимо мага есть еще и Командор, и Закон, и Устав, и господин Ректор, и не только он. Иерархия подчинения, которая в условиях Ишанкара не так проста, – ′т Хоофт опять посмотрел на Ученицу. – Извини, я пока не такой мастер, как сэр Котца, чтобы объяснять сложные вещи в простых понятиях.
Тайра чуть улыбнулась. Ей нравилась откровенность сэра хет Хоофта.
– Так вот Гюнтер, – продолжил маг, – на первый взгляд – не самый дружелюбный человек. Да и на второй и третий тоже, но он нам нужен.
– Зачем?
– Затем, что кто-то должен научить тебя владеть оружием. Давай будем называть вещи своими именами, как договорились, – в очередной раз предложил Йен. – Твое декоративное искусство фехтования не поможет тебе продержаться против самого слабого лигийца и полминуты. Гюнтер обучит тебя философии боя и поставит тебе технику. Если учиться драться – то у лучших.
– А если я не смогу? – Тайру уже настораживало то, что она услышала о Гюнтере.
– Все так говорят, – усмехнулся хет Хоофт, – но он не слушает. Если ты пришла к нему, то остаешься до конца. Если уходишь, то больше он назад не принимает, зато его девчонки в бою стоят лучших лигийцев.
– Девчонки?
– Гюнтер, после того как я его освободил, сначала не знал, что делать со своей свободой. В нормальной жизни он обычный фермер из Вестфалии. Ему надо было не растерять свои боевые навыки, вот он и решил остаться в Ишанкаре. Он тренирует девушек. Хотя, я бы сказал, он их дрессирует самым жестким образом.
– И меня ждет то же самое?
– Возможно, – уклонился от ответа хет Хоофт.
– Почему возможно, сэр?
– Потому что он может свернуть тебе шею раньше, чем осознает, что сделал.
Тайра непонимающе воззрилась на Наставника.
– Гюнтер суеверен, – пояснил ′т Хоофт. – Он искренне желает, чтобы в Ишанкаре больше никогда не было некромантесс, и до смерти боится, что все сказки о том, что Зулейха вернется, правдивы.
– Но он ведь взрослый мужчина! – поразилась Тайра.
– Не суди его строго, – осадил ее ′т Хоофт. – Во-первых, он слишком много времени провел возле некроманта и навидался всякого. Тут во что хочешь поверишь. Во-вторых, некромантесс боятся все, потому что вы нестабильны. Ну и в-третьих, у взрослых страхов гораздо больше, чем у детей, и они гораздо сильнее, потому что обоснованы с логических позиций. Так что назвать Гюнтера трусом я бы никогда не рискнул.
– Себе дороже, – буркнула Тайра.
Йен усмехнулся и кивнул.
Свернув трижды куда-то вглубь территории, они подошли к площадке для тренировок. Что-то подобное Тайра видела в фильмах про Шаолинь и за забором военной части неподалеку от дома Хидамари, так что особого впечатления на нее не произвело ничего, кроме оружейной стойки. Помимо тренировочного оружия, деревянных мечей и металлических реплик на стойке красовались самые настоящие клинки. Их наточенные лезвия в отвесно падающих солнечных лучах отсвечивали синевой.
– Они настоящие, – поделилась она наблюдением с Наставником.
– Слишком, я бы сказал, – подтвердил маг.
На площадке упражнялись человек десять девушек года на два старше Тайры. Тайра представила, как хорошо сюда вписалась бы Хи, и что не она, а Хидамари, должна была быть здесь. Вот кто был бы в своей стихии…
– Я им в подметки не гожусь, – с сожалением заметила Тайра.
– Хорошо, что ты это осознаешь, но это не повод опускать руки. Это повод учиться. Выбора у тебя все равно нет. Только не забывай, что ты маг, а не воин, а защитить себя Гюнтер тебя научит. Лучше его девчонок ты не будешь, но до их уровня он тебя подтянет.
– Вы оптимист, сэр.
– С моей специализацией быть пессимистом – так проще сразу пойти и в землю лечь.
Хет Хоофт дождался, пока Гюнтер обернется в их сторону, и махнул ему рукой. Тот положил на скамейку бамбуковую палку, которой нещадно подсекал девчонок, если они ошибались в стойке, как делал и Фукуяма-сан, и двинулся к ним.
Он подошел и, не обращая никакого внимания на Тайру, чуть кивнул, дотронулся пальцами до груди там, где находилось сердце, и пожал сэру ′т Хоофту руку. Тайре на секунду показалось, что ладонь Наставника останется в лапе Гюнтера, но сэр ′т Хоофт с честью выдержал это испытание приветствием: видимо, давно привык.
– Что на этот раз в лесу сдохло? – Гюнтер начал разговор без особых расшаркиваний. – Сто лет тебя не видел праздно шатающимся по университету.
– А я не праздно шатаюсь, – усмехнулся ′т Хоофт. – Я при исполнении.
– При исполнении, значит, – Гюнтер нахмурился. – И какая на этот раз у нас задница случилась?
– Ты слова бы выбирал, – ′т Хоофт взглядом указал на Тайру.
– И не подумаю! Горан трезвый, в своем уме, да вообще живой спустя столько-то лет, плюс еще Йен хет Хоофт при исполнении в сумме дают не просто задницу, а большую задницу! – Гюнтер грозно посмотрел на Тайру, словно говорил это специально для нее, и вернулся к ′т Хоофту. – Чего тебя принесло?
– Я тебе девушку привел.
– Мог бы не трудиться. Я себе сам девушек найти могу.
– Да? А я думал, что ты женат и тебя от девчонок тошнит.
– Или говоришь, зачем пришел, или вали и не мешай работать!
– Посмотри ее, – попросил ′т Хоофт, став серьезным, и чуть подтолкнул Тайру вперед. – Скажешь, на что она годится.
Гюнтер смерил ее оценивающим взглядом, в котором Тайра рассмотрела презрение и раздражение от того, что его заставляют тратить свое время на заведомо бесполезное дело, и взглянул на ′т Хоофта.
– Посмотрел, – сообщил он.
– И что скажешь?
– Если ты решил вручить ее мне, то нет. Оружие – это не ее. Она наверняка способна хорошо вышивать крестиком и печь пирожки. Хотя нет, пирожки, пожалуй, не стоит. Ей и так надо скинуть килограммов десять, если не больше. Лучше пусть вышивает.
При всей правдивости слов Гюнтера Тайра подумала, что он не производит впечатления дружелюбного человека и с пятого, и с десятого взгляда.
– И все же я настаиваю, – мягко, но требовательно сказал ′т Хоофт. – Посмотри ее.
Гюнтер пару секунд глядел на ′т Хоофта, как родитель на маленького ребенка, который не отступит и вообще может разреветься, если не получит свое, а потом молниеносно выкинул руку в сторону. Тайра едва успела отскочить, и его кулак пронесся мимо ее уха. Ей внезапно и одновременно вспомнились все прочитанные когда-то древнегерманские легенды, Брунгильда, Зигфрид, суровые, одетые в медвежьи шкуры, воины, и она подумала, что Гюнтеру самое место именно там, причем с копьем в спине. Впрочем, в Вестфалии Рейн тоже протекал, так что такое развитие событий было потенциально возможным.
– Я не просил ее убить, Гюнтер, – спокойно сказал хет Хоофт.
– Ну ладно, – Гюнтер хрустнул костяшками пальцев. – Я тебя предупреждал, Йен, что это бессмысленная затея. У меня многолетний опыт. Если я говорю, что девица не потянет, значит, она не потянет. – Он обернулся к Тайре и добавил: – Ничего личного, как ты понимаешь.
Тайра старалась разглядывать его не слишком открыто. Гюнтер был высоким крепким мужчиной приблизительно одного с Наставником возраста, может даже чуть младше. Впрочем, Горан говорил, что сэр хет Хоофт выглядел старше своих лет, так что они с Гюнтером вполне могли быть ровесниками – возраст Тайра определять не умела. У Гюнтера была короткая стрижка, как у всех военных в американских боевиках, не однажды сломанный нос, шрам на верхней губе и голубые глаза, как у истинного арийца. Тайра почему-то была уверена, что, несмотря на его манеру общения, его арийский послужной список состоял из одних идеальных рекомендаций вроде «не был – не имел – не привлекался – не состоял». Гюнтер был одет в камуфляжные натовские штаны и такую же майку, которая нисколько не скрывала его прокачанного тренированного тела. У самого Гюнтера, в отличие от нее, не было ни грамма лишнего жира. Вообще не было ни грамма жира.
Гюнтер недолго разглядывал ее, а потом снова сделал выпад, на этот раз зайдя со стороны и пытаясь подсечкой сбить ее с ног. Тайра подпрыгнула, его нога проскользила в сантиметре от земли, но радоваться было рано. Гюнтер ударил ее ребром ладони в поясницу с такой силой, что Тайра пролетела полметра вперед и пришла в себя, уже стоя на четвереньках на земле. Ей показалось, что он выбил ей позвонок или два, но она поднялась с колен и выпрямилась, стараясь не показать, что для внутреннего зрения позвоночник от боли светится оранжево-красным.
– Еще? – мрачно спросил Гюнтер у ′т Хоофта.
Маг кивнул.
Гюнтер неодобрительно покачал головой и снова атаковал. Тайра не заметила, как оказалась лицом в пыли. Гюнтер, коленкой прижимая ее к земле, держал обе ее руки в одной своей ладони. Поясница просто раскалывалась.
– Может, лучше крестиком? – спросил он, наклонившись к ее уху.
– Я только гладью умею, – огрызнулась Тайра.
Он ее злил. Он даже не давал ей шанса показать, что она может! Хотя могла она, как оказалось, не слишком много.
Гюнтер усмехнулся и позволил ей встать.
– Где ты это откопал, Йен?
– Это не я, – открестился ′т Хоофт. – Это Горан и сэр Котца.
– Вот что я вам скажу, – Гюнтер упер руки в бока. – Не портили бы вы девчонке жизнь. Пусть занимается чем-нибудь еще. Йога тоже не самое плохое времяпрепровождение. К себе я ее не возьму.
– Почему нет? Все с чего-нибудь начинают. Она не нулевая, сам видишь.
– Я сказал нет, – отрезал Гюнтер.
– Приведи весомый аргумент, – предложил маг. – Пока я вижу только твои эмоции.
Тайра, конечно, ожидала очередного его нападения, и когда Гюнтер решил привести сэру ′т Хоофту аргумент, успела выставить блок, останавливая прямой удар ноги, нацеленный ей в живот. Гюнтер со скоростью света переместился ей за спину и без особого труда завернул ей руку почти за лопатку – от боли перед глазами запрыгали искры – а другой рукой зажал ей горло и свернул набок голову так, что задумай Тайра шевельнуться, сломалась бы не только рука, но и шея. Тайра осознала свое полное бессилие и невозможность хоть как-то противостоять этому свирепому человеку, и почувствовала такой гнев, что боль практически отступила. Гюнтер абсолютно не соизмерял силу и, казалось, вообще не принимал в расчет то, что перед ним не опытный воин, а тринадцатилетняя девчонка, которая если и держала в руках настоящее оружие, то только в эстетических целях, а дралась только на тренировках и показательных выступлениях. Похоже, он вознамерился ее убить, и Тайре захотелось сделать с ним то же самое, только своим, магическим, образом.
– Гюнтер, – мягко позвал его Йен.
Гюнтер посмотрел в его сторону с выражением презрения и абсолютной бесполезности ′т Хоофтовской затеи относительно девчонки, которую сейчас держал в железных тисках своих рук.
– Лучше не зли ее, – внятно произнося каждое слово, попросил ′т Хоофт.
– А то что? – с вызовом рыкнул Гюнтер.
– Сам не знаю, – маг пожал плечами.
Гюнтер некоторое время смотрел на друга, и постепенно с его лица сползала гримаса презрения и злости, и оно становилось каменным. Он медленно разжал хватку, позволил Тайре нормально вздохнуть, а потом отшвырнул ее от себя.
Не отводя взгляда от хет Хоофта, Гюнтер решительным шагом подошел к нему.
Тайра подумала, что сейчас он разорвет и его.
Гюнтер взял ′т Хоофта за плечо, так, словно хотел не просто поговорить подальше от чужих ушей, а отвести в темную подворотню и переломать все кости. Маг практически никак не отреагировал, спокойно снял руку Гюнтера со своего плеча и отошел на несколько шагов под старый раскидистый дуб.
– Я сейчас вот пожалел, что не родился дебилом, – сквозь зубы сказал Гюнтер. – Ты никак совсем в уме повредился, Йен.
– Страшно? – расплываясь в широкой улыбке, поинтересовался ′т Хоофт.
– Ты совсем больной? – зло спросил Гюнтер и толкнул его в грудь. – Ты чему радуешься? Ты кого мне притащил?!
– Спокойно, – маг не мог сдержать улыбки. – Спокойно…
– Спокоен я буду теперь очень нескоро!
– И как долго мне ждать, пока ты успокоишься? – ′т Хоофт посмотрел на часы.
– Пока она не сдохнет! – рявкнул Гюнтер. – Или ты мне ее для этого привел? Чтобы я ее быстро отправил к подружке Зулейхе?
– Нет, – усмехнулся Йен, – это в наши планы не входит.
– В наши? В наши?! Ты наконец-то взял Ученика?
– Сам не верю.
– Лучше бы ты… А, черт! – Гюнтер помотал головой, так как цензурных слов у него явно не было. – А я-то все думал, кому удастся дожить до заката Ишанкара?
– Заканчивай паниковать, Гюнтер, я от вашей паники уже устал, – перестал улыбаться ′т Хоофт.
– Ты устал? Уже? Тебе с ней возиться лет пятнадцать!
– Ну вот видишь, а ты «сдохнет» да «сдохнет».
– Мне ты ее зачем привел?
– Я уже сказал. Возьми ее к своим девчонкам. Научи ее драться.
– Я тебе тоже уже сказал, что это бесцельная трата времени!
– Ей нужно уметь себя защищать. Лига долго спать не будет, если весь Ишанкар будет ходить с выпученными от страха глазами. Так мы сами выдадим ее быстрее, чем о ней узнают на стороне.
– А может, это и лучше, Йен? – участливо поинтересовался Гюнтер.
– Если бы я считал именно так, я бы не согласился взять ее Ученицей.
– Вот и учи ее сам! Меч в руках держать умеешь не хуже меня!
– Хуже. Более того, я маг. Я не могу учить ее владению оружием, – казалось, вывести хет Хоофта из себя просто невозможно.
– А я не хочу. Мало того, что я ее боюсь, – Гюнтер трижды сплюнул через плечо, – я считаю эту затею бесполезной. Она все равно умрет!
– Ишанкарские Некроманты не умирают.
– Не пори чушь! – Гюнтер сплюнул теперь уже себе под ноги. – Я всегда относился к тебе с уважением, но это уже слишком. Скажу тебе, как твой бывший Страж и как твой друг: это опасная затея! Это ужасно глупая и опасная затея! Эта девочка не стоит того, чтобы ты ради нее угробил свою жизнь!
– Я свою жизнь уже угробил, – не стал возражать маг. – Но угробить ее жизнь не имею права. Я за нее теперь отвечаю.
– Каким это образом ты собрался за нее отвечать? – прорычал Гюнтер. – Будешь бегать за ней и подставляться вместо нее? Будешь сам прикрывать от всех?
– Не имел такого намерения, поэтому и прошу тебя научить ее драться.
– Нет и еще раз нет! Отвали, Йен. Ты мне теперь приказывать не можешь. И забудем про этот разговор.
– И куда я должен, с позволения спросить, отвалить?
– Куда хочешь, – Гюнтер похлопал его по плечу, развернулся и направился к тренировочной площадке.
– Ну, – вздохнул маг, – тогда я хочу к Гу.
Гюнтер замер на месте, медленно, на полкорпуса, повернулся к ′т Хоофту, зло сверкнул глазами и вернулся обратно.
– Я с самого начала думал, что женщина сладит с ней лучше тебя, – как ни в чем не бывало продолжил ′т Хоофт.
– Вот не надо брать меня на принцип! Я на это не ведусь! – напомнил Гюнтер.
– Я знаю, – ответил Йен. – Я и не думал тебя разводить. Мне просто необходим человек, который будет ее тренировать. Если не ты, то Гу – это лучший и единственный, надо сказать, оставшийся вариант.
– Ты же сказал, что не хочешь отдавать ее Лиге? – прищурившись, спросил Гюнтер.
– Именно так я и сказал.
Они какое-то время смотрели друг на друга, потом Гюнтер усмехнулся, упер руки в бока и строго взглянул на ′т Хоофта.
– Йен, я ведь тебе всегда верил…
– Сейчас что-то изменилось?
– Если что, убью обоих, – пообещал Гюнтер, – хоть уже и не имею на это права. Клянусь тебе, чертова нечисть! Обоих!
Он повернулся к магу спиной, исподлобья посмотрел на Тайру и поманил ее пальцем.
Тайра, все это время внимательно наблюдавшая за их разговором, не двинулась с места, но перевела взгляд на сэра ′т Хоофта, ожидая его реакции. Тот едва заметно кивнул.
– Иди сюда, как тебя там? – позвал Гюнтер.
Тайра подошла и остановилась в недосягаемости для его удара. Гюнтер в очередной раз смерил ее безжалостным оценивающим взглядом, и в нем больше не было презрения и недовольства. Она чувствовала его страх, но Гюнтер, пересиливая его, старался заставить себя смотреть на нее непредвзято.
– Слушай внимательно, второй раз повторять не буду, – строго начал он. – Первое. Не реветь! Второе. Не жаловаться! Третье. Не пропускать тренировки! Но это не самое основное. Основное то, что ваши девчоночьи проблемы меня абсолютно не интересуют. Особенно ваши любимые три «М»: маникюр, месячные и муси-пуси. Этого в моем мире не существует! И так как ты приходишь в мой мир, для тебя теперь этого тоже не существует. Понятно?
– Понятно.
– Понятно, герр Вальден, – прорычал Гюнтер.
– Понятно, герр Вальден, – повторила Тайра.
– А для тебя под запретом еще и четвертая «М». Никакой магии! Не при мне! Есть у тебя вон, – Гюнтер кивнул на хет Хоофта, – вот с ним и колдуй. Поняла?
– Да, герр Вальден.
– А теперь валите оба с глаз моих долой! – сказал Гюнтер уже ′т Хоофту.
Маг протянул ему руку, Гюнтер резко ее пожал и направился к площадке.
′Т Хоофт чуть подмигнул Тайре. Она с облегчением вздохнула.
Тело ломало, словно она побывала в бетономешалке. Можно было приблизительно представить, что ее ожидало на тренировках, и Тайра подумала, что только что сэр хет Хоофт ненавязчиво заставил ее подписаться под собственным смертным приговором. Маг легко провел ладонью вдоль ее спины, и боль отступила.
– Это Дар Элайя, сэр? – спросила Тайра. – Вы ведь заставили его согласиться хитростью?
– Это не Дар Элайя. Я стараюсь по возможности в это не играть. Просто я очень хорошо знаю Гюнтера и некоторые его слабые места.
– А почему вы не играете?
– Потому что я слишком сильный игрок, – без тени смущения ответил ′т Хоофт. – Мое участие в игре может нарушить равновесие. Чтобы вступить в игру, нужен серьезный повод. У меня такого повода нет уже лет десять, и я его не ищу. А еще я от всяких игр устал.
– От этого можно устать?
– Это только называется игрой, потому что игра подразумевает под собой мастерство и изящество исполнения. На самом деле это шахматы, в которых вместо фигур живые люди.
Тайра замолчала, обдумывая сказанное Наставником. Они шли по садовой дорожке уже минут пять, но ни один человек не попался им навстречу.
– Это Внутренние Сады, – пояснил ′т Хоофт. – Самое сердце Ишанкара. Тут только деревья, цветы, вода и тишина. Когда я первый раз здесь оказался, я думал, что в Ишанкаре слишком мало людей, и что я попал в университет во времена его упадка. Но на самом деле все наоборот. Когда во Внутренних Садах ходят толпы, значит, у нас не самый легкий период.
– Кто-то же за всем этим ухаживает?
– Логично, – усмехнулся Йен. – У нас есть должность садовника, Архитектор садовой гармонии называется. Сейчас это пани Эдвина. Она по основной профессии сексопатолог, так что про пестики и тычинки знает все, и поэтому же я вас пока знакомить не буду. Рановато тебе еще про пестики и тычинки.
Тайра тихонько засмеялась и подумала, что если у Наставника есть дети, то они уж точно возвращаются домой не позже десяти вечера.
– Я оставлю тебя тут на некоторое время, – сказал ′т Хоофт. – Мне нужно зайти в Цитадель. Вернусь через полчаса.
Когда он скрылся за кустами сирени, растущими по бокам дорожки и смыкающимися сверху, словно полог, Тайра осмотрелась.
Садовая дорожка была выложена белым и розовым мрамором. С обеих сторон от нее были насыпаны полосы белого песка, поэтому издалека казалось, что по саду раскатано полотно ковра. Было тихо, где-то в высоте в листьях перекликались птицы, и Тайре вспомнился ее первый визит в университет. Она еще какое-то время постояла, поражаясь тому, как плотно пригнана друг к другу мраморная плитка, и шагнула с дорожки на газон.
Все здесь носило оттенок нереальности. И молодая зеленая трава, какой просто не могло сейчас быть, и огромные чайные розы всех цветов и оттенков, и множество неизвестных ей цветов и трав, пахнущих переходящим в осень летом, и аккуратные, ухоженные деревья с темно-зелеными листьями и матовой коричневой корой. Это напоминало иллюстрации из книги волшебных сказок, которую мама привезла из командировки в Минск, и которую Тайра не снимала с книжной полки уже года два. Теперь ей ужасно захотелось пролистать ее глянцевые страницы и убедиться, что книга не имеет с Ишанкаром ничего общего. Тайре стало казаться, что тайна и красота Внутренних Садов не должна покинуть пределов университета, и может именно поэтому Наставник назвал Внутренние Сады сердцем Ишанкара.
Тайра бродила между деревьями, не слишком удаляясь от дорожки, пока не вышла к искусственному пруду, у дальнего берега поросшему осокой и рогозом. Неподалеку от пруда стояла деревянная скамейка, выкрашенная в белый цвет. Причудливо изогнутые металлические ножки исчезали в траве, и можно было подумать, что скамейка оказалась здесь абсолютно случайно или на ней очень давно никто не сидел. В двух метрах от нее росло абрикосовое дерево, но абрикосов на нем было немного. Тайра сорвала два, до которых смогла дотянуться.
В пруду отражалось небо. Тайра подошла к воде и взглянула на свое отражение. Волосы давно пора было подровнять или вообще заколоть заколкой, как говорила мама. Тайра всегда думала, что настоящие маги исполнены величия и мудрости, она же совсем не походила на великого мага и никак не могла привыкнуть к своему новому статусу общемирового проклятья. Впрочем, и мировой ужас по ее представлениям должен был выглядеть совсем иначе. Она не совершила еще ничего, сколько-нибудь ужасного, она вообще еще ничего не совершила, а взрослые люди уже боялись ее за глаза. Тайра опустила руку в воду и смазала свое отражение.
– Купаться не сезон, – откуда-то из-за спины раздался низкий женский голос.
Тайра встала, обернулась и поклонилась, как ее учил сэр ′т Хоофт. Хозяйка голоса стояла возле скамейки и была одета в строгий серый костюм и туфли на шпильке, в руке у нее было несколько объемных папок с бумагами, которые не падали на землю только потому, что она прижимала их к груди. Женщина была среднего роста, полноватой, с темными, уложенными волнами волосами, и Тайра подумала, что она вполне могла быть каким-нибудь начальником. Женщина внимательно рассматривала Тайру поверх золотой оправы очков, а потом подошла к ней.
– Я так понимаю, ты Ученица хет Хоофта, Тайра аль′Кхасса?
– Да, мэм, только почему аль′Кхасса? – не поняла Тайра.
– Потому что сэр Котца так назвал тебя еще неделю назад, – пояснила женщина. – Я тоже подумала, что это его очередная дзенская шутка, но теперь его шутка стала твоим именем.
Тайра с удивлением смотрела на собеседницу и пыталась быстро сообразить, откуда могло взяться такое странное слово «аль′Кхасса». Последний раз она видела Ректора примерно час назад. Он, как обычно, рассказывал байки и писал прутиком на песке арабские слова… Но это было никак не на прошлой неделе!
– Это была ошибка в написании слова, мэм. Сэр Котца ошибся в арабском письме.
– Ну тогда понятно, – усмехнулась женщина. – Арабский он так и не выучил, скажу тебе по секрету, хотя этот секрет всем известен. Как бы там ни было по-настоящему, наши в Ишанкаре уже зовут тебя аль′Кхасса. А я Эстер Айзекс, Первый Проректор, – представилась собеседница. – Надеюсь, через несколько лет познакомимся поближе, но так как этого может и не произойти, мне повезло, что я увидела тебя раньше.
– Вы тоже думаете, что меня убьют?
– С чего бы я стала забивать себе голову подобной ерундой? – возмутилась Айзекс. – Я говорю лишь о формальностях приема. Совет еще пятьсот лет назад принял решение о том, что ни одна женщина на некромантии учиться не будет, и Ректорат этот рескрипт поддержал. Так что я об этом, а не о том, что в мире много желающих обладать твоей головой.
Тайра промолчала.
– Ну и что ты собираешься делать? – вновь спросила Айзекс.
– В каком смысле, мэм?
– ′Т Хоофт – не самый удобный человек. Вы уже нашли общий язык? – она вопросительно посмотрела на Тайру. – Думаю, еще нет. Я сколько лет его знаю, до сих пор иногда хочется его удавить.
– Судя по рассказам, мэм, в Ишанкаре каждому периодически хочется кого-нибудь удавить.
– Ну и кого хочется удавить тебе? – Айзекс рассмеялась. – Небось Гюнтера? ′Т Хоофт ведь уже тебя ему сбагрил? – она поправила очки и ухмыльнулась. – Да, аль′Кхасса, жизнь у тебя будет нелегкая, но одно хорошо, что короткая. – Она выдержала паузу. – Шучу я! Не надо на меня так смотреть! С хет Хоофтом легко не бывает.
– Это я уже поняла, мэм.
– На самом деле я думаю, все будет зависеть от тебя, – с изрядной долей уверенности предположила Айзекс. – Драть с тебя по семь шкур будут все. Гюнтер и ′т Хоофт – это только самое начало. Потом и я присоединюсь. А драть будут не потому, что боятся, хотя и этого тоже не отнять, а потому, что ты еще никто, а к тебе уже предъявляют очень высокие требования.
– Из-за Зулейхи?
– Да, – Айзекс кивнула. – Она натворила таких дел, которых до сих пор магический мир нам простить не может. Мы ведь ее до последнего прикрывали, как и всех остальных до нее. Жалко было. Но ты на такие поблажки не надейся, – голос Эстер стал отливать металлом. – Начнешь чудить – голову снесут моментально!
– А еще отрежут косы и вынут сердце, – окончила Тайра.
– Косы сначала отрастить надо, – парировала Айзекс, критически оглядев ее стрижку чуть ниже плеч. – Ты должна понять одну важную вещь. Что-то происходит. Не понимаю, что, но что-то происходит.
Тайра подумала, что вот сейчас не хватает музыкальной темы из «Секретных материалов» и призрачного голубоватого свечения от воды и деревьев.
– У Некроманта Ишанкара, как правило, бывает только один Ученик, – продолжила Айзекс. – То, что Йен признал, что его время пришло, уже само по себе событие. Если с тобой что-нибудь случится, другого Ученика он не возьмет, а когда Йен умрет, или как вы, некросы, говорите – уйдет, университет останется без Некроманта, а так быть не должно. Но меня волнует даже не это. – Айзекс внимательно посмотрела на Тайру, оценивая, понимает ли та, о чем она говорит. – Меня волнует ′т Хоофт. Если он согласился взять в ученики девушку, значит, он в тебя поверил. Значит, он верит, что судьбу Зулейхи ты не повторишь. Не заставляй Йена разочароваться. Это страшно, – она на секунду замолчала. – Так что все зависит от тебя.
Тайра вздохнула.
– И еще, – жестко сказала Эстер. – Я с тобой сейчас разговаривала не как Проректор со студенткой, а как женщина с женщиной. Узнаю, что ты рассказала об этом Йену – и мы встретимся гораздо раньше Первого Круга!
– Не узнаете, мэм, – Тайра криво улыбнулась.
– Школа Сэла, – усмехнулась Эстер.
– Мэм, можно вас спросить? – Тайра внезапно набралась смелости и решилась. – Не как студентка Проректора…?
– А как женщина женщину? – Айзекс ухмыльнулась. – Ну и о чем ты хочешь спросить, женщина?
– Сэр Котца говорит, что сэра ′т Хоофта называют неудачником и вообще всякие странные вещи про него рассказывают. Но сэр хет Хоофт не похож на неудачника. Это правда, что о нем говорят?
– Сэр Котца при этом смеется? – без улыбки спросила Эстер.
– Смеется, – подтвердила Тайра, не понимая, как вопрос Айзекс связан с ее вопросом.
– Вот и тебе должно относиться к этому так же. Смеяться.
– Не поняла, мэм, извините.
Эстер вздохнула и переложила папки из одной руки в другую.
– Йен хет Хоофт – величайший маг нашего времени. Лучший из ныне живущих некромантов. Все гадости, которые о нем говорят, просто треп, – она снова взглянула на Тайру поверх очков. – Проблема, как мне видится, заключается в том, что ′т Хоофт обычный нормальный человек, несмотря на то, что некромант, а его привыкли воспринимать совершенным, бесстрастным, неколебимым существом. Люди не прощают другим своих слабостей, а ′т Хоофту не прощают даже того, что он человек. С тобой будет так же, если не хуже. А почему ты его самого об этом не спросила?
– Он запретил мне задавать вопросы личного характера.
– В этом есть смысл, – чуть подумав, согласилась Айзекс. – Так что больше таких вопросов никому не задавай. Не стоит нарушать его распоряжения ради того, чтобы убедиться в том, что ты и так знаешь, или ради того, чтобы проверить, чем все кончится.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?