Читать книгу "Первая тишина. Том 6"

Глава 5

Мы с Ковалёвым спустились с технической площадки и вернулись в коридор диспетчерской. За стеной продолжала грохотать стрельба, хотя теперь очереди слышались реже. В рации Ковалёва операторы В-7 переговаривались о следующей акустической установке, и он то и дело прибавлял громкость, пытаясь разобрать их команды.

– Хорошо они устроились, – проворчал он, когда мы свернули к старому санитарному шлюзу. – Михалыч там последние патроны считает, а эти свою махину по территории выгуливают.

Я кивнул и ускорил шаг. Впереди показалась противопожарная дверь, которую мы закрыли после первой разведки. За ней находился последний участок коридора, ведущего к наружному шлюзу. Я осторожно приоткрыл створку и прислушался, затем пропустил Ковалёва вперёд.

Коридор оставался пустым. Под потолком горели тусклые аварийные светильники, вдоль правой стены тянулись толстые трубы со старой теплоизоляцией. На полу сохранились наши следы, оставленные во время предыдущего прохода, а возле поста управления №2 так и валялись обломки дверной коробки, которую пришлось выбивать огнетушителем.

Ковалёв остановился у поста и посмотрел на раскрытую дверь.

– Слушай, а закрыть её мы вообще сможем? Я про наружную, – уточнил он, показывая дальше по коридору. – Если сюда Шакиловы сунутся, прямо по нашим следам и пройдут.

– Привод заклинило ещё при открытии. Возиться с ним сейчас времени нет, да и толку особого. Давай посмотрим, что во дворе творится, потом решим, как людей проводить, – ответил я.

Мы добрались до аварийного выхода №3. Массивная металлическая створка по-прежнему стояла сдвинутой почти до конца, оставляя широкий проход. За ней виднелся короткий бетонный тамбур, куда снаружи попадал дневной свет.

Я остановился перед выходом и поднял ладонь, предупреждая Ковалёва. Несколько секунд мы прислушивались к звукам двора. Со стороны промзоны доносилась стрельба, где-то дальше работал двигатель, но рядом с тамбуром было спокойно.

– Я первый, – сказал Ковалёв, поправляя ремень автомата. – Если что увижу, сразу назад. Ты пока здесь стой, чтобы оба на одном месте не торчали.

– Далеко не уходи, – предупредил я. – Нам достаточно проверить проход между корпусами.

Ковалёв зыркнул на меня, вышел из тамбура и прижался к стене. Я пропустил его на несколько шагов, затем последовал за ним и остановился у наружного проёма.

Двор пустовал. Ржавые контейнеры по-прежнему стояли вдоль стены, между бетонными плитами пробивалась трава, возле дальнего корпуса ветер гонял по асфальту кусок старого пластика. Во время первой разведки здесь шатались молчуны, и нам приходилось следить сразу за несколькими направлениями. Теперь площадка возле контейнеров была свободна. Две человеческие фигуры медленно двигались за дальним зданием, ещё одна появилась возле старых ворот, остановилась и повернула голову на восток.

Я проследил за ней. Молчун некоторое время стоял посреди дороги, потом пошёл дальше, удаляясь от нашего выхода.

За зданиями продолжал работать акустический контур. Гул то усиливался, то становился слабее, а временами почти исчезал из обычного слуха. Его всё равно можно было почувствовать, если прислониться к бетонной стене.

Ковалёв тем временем добрался до угла ближайшего корпуса. Он осторожно выглянул, постоял несколько секунд, затем перебежал к ржавому контейнеру и осмотрел дорогу справа. Отсюда я видел лишь часть прохода между двумя длинными зданиями, за которым начиналась территория вне нынешнего периметра Маяка.

Ковалёв показал рукой, чтобы я оставался на месте, и прошёл ещё немного вперёд.

Пока он осматривался, я перевёл взгляд на левую сторону двора. Там дорога уходила к старым воротам, за которыми начинались заросшие технические площадки и промышленные корпуса. Именно оттуда могли появиться люди Шакила. Сейчас за воротами никого видно не было, хотя несколько очередей со стороны хозяйственного прозвучали достаточно близко.

Минуты через две Ковалёв вернулся. Он обошёл контейнер, придерживая автомат, и остановился возле меня.

– Выйти сможем, Серёг. Справа проход чистый, дальше тоже никого поблизости не увидел. Только за вторым корпусом трое молчунов идут, все в одну сторону.

– К нам? – уточнил я.

– На восток. Если так дальше пойдут, скоро здесь вообще пусто станет. Только вот со стороны промзоны мне совсем не нравится, как стреляют, – Ковалев смахнул испарину со лба. – Близко уже подобрались.

Я ещё раз посмотрел на дорогу. Основная масса молчунов действительно уходила от НИЦ, и пока этот процесс продолжался, у нас оставалась возможность провести людей наружу.

– Тогда возвращаемся. Пока они нам дорогу расчистили, надо пользоваться, – решил я.

Ковалёв согласился и первым направился в тамбур. Я задержался у входа, проверяя левую сторону двора, затем пошёл следом. Через несколько минут мы уже проходили обратно по коридору.

У санитарного шлюза нас встретил Дмитрий. Он стоял возле входа с автоматом, а за его спиной люди уже поднимались со своих мест. Каталку Лёхи развернули к выходу, рюкзаки и сумки лежали рядом, чтобы их можно было сразу забрать.

– Ну что, Серёг, можно двигать? – спросил Дмитрий, когда мы подошли. – Я тут уже всех поднял. Элина только что последний раз проверила, кто что несёт.

– Можно, – ответил я. – Двор свободный, но дальше ещё молчуны ходят.

Я прошёл мимо него и направился к каталке. Инна проверяла ремни, которыми закрепили Лёху, Артём стоял рядом с матерью и помогал ей поправить рюкзак. Женщина держалась на ногах, хотя по ней было заметно, что переход дался ей крайне тяжело.

Лёха повернул голову, когда я подошёл.

– Мы уже выходим? – спросил он и попробовал приподняться на локтях. – А то я тут скоро к этой каталке прирасту к чертовой матери… Я бы пешком попробовал, – он посмотрел на Инну. – Тут же недалеко осталось, насколько я понял.

Инна сразу придержала его за плечо.

– Ты сначала научись нормально сидеть, дорогой мой, – отрезала она.

Лёха со вздохом снова опустился на каталку. Инна подтянула последний ремень, убедилась, что крепление держит, и кивнула мне.

Я направился к Элине. Она уже распределила воду между несколькими рюкзаками и теперь проверяла, у кого из людей осталось свободное место для небольших сумок.

– Всё забрали? – спросил я, остановившись рядом.

– Всё, Серёж. Сумки собраны, лишнего не брали, – ответила она и показала на людей возле стены.

Ковалёв тем временем подошёл к Дмитрию, и они принялись обсуждать порядок движения. Я присоединился к ним, затем подозвал Элину.

– Значит, так. Впереди идет Ковалёв и Антенна, дорогу проверяете вы. Дальше каталка с Лёхой, Инна рядом. Артём, мать ведёшь следом, а остальные идут за вами. Дмитрий, середина твоя, смотри, чтобы колонна не растянулась. Я замыкаю.

Дмитрий сразу посмотрел на Ковалёва.

– Если впереди кого-то увидите, предупреждайте сразу. У нас здесь далеко не каждый с автоматом бегать может.

– Не переживай, Дим, – ответил Ковалёв, проверяя магазин. – Если что увижу, первым узнаешь. Только сами там за мной не гоните, мне ещё углы посмотреть надо.

Я обвёл людей взглядом и поднял голос, чтобы услышали все.

– Теперь общее правило. Никто самостоятельно никуда не сворачивает. Если передние остановились, остальные тоже стоят. Услышали выстрелы или увидели молчунов – ждёте моей команды. Стрелять разрешаю только в крайнем случае. Нам сейчас главное тихо выйти за стену.

Несколько человек согласно закивали. Артём крепче взял мать под руку, Элина отошла к замыкающим, проверяя, чтобы никто не остался возле старых лавок. Лиза стояла рядом с остальными, уже надев рюкзак и убрав карточку отца в карман.

Ковалёв бросил на меня взгляд.

– Ну что, командир, двигаем?

Я проверил коридор за его спиной, затем кивнул.

– Пошли.

Ковалёв первым вышел из санитарного шлюза. Антенна пристроился следом, придерживая автомат возле груди. За ними медленно покатилась каталка Лёхи, и люди один за другим начали втягиваться в коридор.

Я дождался, пока последние пройдут мимо, ещё раз осмотрел помещение и направился следом за Элиной.

Последний этап эвакуации начался. До наружного выхода оставалось несколько минут нормального хода, однако с каталкой мы двигались медленнее. Ковалёв периодически останавливался возле поворотов, проверял следующий участок и только после этого пропускал остальных. Колёса каталки постукивали на стыках бетонных плит, Ломов заметно прихрамывал, зато пока держался рядом с остальными и помощи не просил.

Я шёл позади Элины, время от времени оборачиваясь на коридор. Внутренняя гермодверь осталась далеко за спиной, но полностью исключать появление сотрудников В-7 я пока не собирался. У них хватало причин искать нас, начиная с исчезновения Артура и заканчивая всей историей с матерью Артёма.

Впереди Ковалёв вдруг замедлил шаг и поднял руку – из его трофейного аппарата донёсся голос оператора.

– Вторая точка, готовность к передаче подтверждаю. Третья выходит на основную мощность, объект на подходе.

Ковалёв остановился возле стены и прибавил громкость. Антенна, находившийся рядом, тоже прислушался, а я подошёл ближе, оставив Дмитрия следить за колонной.

– Чего там? – спросил я, кивнув на аппарат.

– К третьей мачте тварь подогнали. Сейчас передавать будут, – пояснил Ковалёв.

Ковалёв хотел что-то добавить, но рация снова заговорила. На этот раз оператор явно торопился.

– Третья точка, подтверждайте отклик. Объект остановился перед границей сектора.

– Третья на связи. Параметры штатные, мощность поднята. Ожидаем реакции.

Прошло несколько секунд.

– Вторая, объект у вас ещё удерживается? Подтвердите направление.

Из динамика донёсся треск, потом ответил другой мужчина:

– Вторая мощность снижается по графику. Объект на третью точку пока не выходит.

Ковалёв повернул голову ко мне.

– Вот тебе и прогулка. Что-то опять встал...

В эфире одновременно заговорили несколько человек, затем один голос потребовал освободить канал. Почти сразу я узнал Демида.

– Третья точка, повторите корректировку. Второй удерживать резервный уровень до восстановления отклика. Доклад о положении объекта каждые десять секунд.

– Принято. Корректировку повторяем.

Перед нами был коридор, где до противопожарной двери оставалось метров двадцать, за ней уже начинался участок, ведущий непосредственно к наружному шлюзу. Колонна тем временем остановилась, ожидая нашего решения.

Дмитрий подошёл ближе.

– Серёг, чего встали? Впереди проблемы?

– Пока у нас всё спокойно. Это Демид свою махину дальше вести пытается, – ответил я, показывая на рацию Ковалёва. – Пусть передние идут. Мы по дороге послушаем, чем у них закончится.

– Понял. Тогда я людей сейчас подтяну, а то растянулись уже прилично.

Он вернулся к каталке, а Ковалёв снова двинулся вперёд. Я шёл рядом с ним, прислушиваясь к переговорам.

Операторы несколько раз повторяли параметры воздействия. Кто-то доложил, что третья установка работает в установленном диапазоне, однако Б-1 продолжает стоять. Следом потребовали проверить передатчики и повысить мощность.

Под ногами прошла очередная волна низкой вибрации. Я почувствовал её через подошвы ботинок, затем возле стены тихо задребезжал металлический кожух. Где-то дальше по коридору зазвенело стекло. Волна продержалась несколько секунд, после чего постепенно ослабла.

– Хорошо они там добавили, – заметил Ковалёв, придерживая рукой рацию. – Смотри, как всё хозяйство трясёт. А ведь эта мачта уже чёрт знает где находится.

Операторы продолжали обмениваться командами. Затем из динамика раздался новый доклад:

– Третья точка, реакция появилась. Объект начал разворот, направление уточняем.

Ещё через несколько секунд подтвердили движение.

– Объект принял маршрут. Третья точка ведёт, вторая переводится в резерв.

Рация снова ожила. На этот раз заговорил другой оператор.

– Южный резервный контур, проверка связи. Мобильный излучатель на юго-восточном проезде установлен, питание от автономного блока. К приёму объекта готовы.

– Южный резерв, сохранять готовность, – ответили ему. – До распоряжения руководителя воздействие не включать. Основной маршрут остаётся восточным.

Ковалёв повернулся ко мне.

– Ты слышал? Им ещё и на юге установка понадобилась. Они что, теперь эту тушу обратно к хозяйственному собираются вести?

– Пока только резерв готовят, – ответил я. – Но мне это совсем не нравится. Там сейчас люди Михалыча с Шакилом воюют. Если Демид решит свою громадину через них провести, весело никому не будет.

Ковалёв усмехнулся.

– Ну вот, уговорили бегемотика, кажись.

Он открыл противопожарную дверь. Антенна прошёл следом, а я остался у створки, дожидаясь каталки.

Низкий гул снова изменился. На этот раз вибрация была слабее, но продолжала ощущаться даже после того, как операторы подтвердили снижение мощности второй установки.

Ковалёв прислонился ладонью к стене и нахмурился.

– Слушай, вторую же уже убрали. Чего тогда всё ещё гудит?

– Третья работает, – предположил я. – Может, от неё доходит.

– Может... Только они дальше ушли, а разницы почти никакой.

Я тоже положил ладонь на бетон. Вибрация действительно сохранялась. Причём несколько раз она меняла характер, хотя в эфире уже перестали требовать очередной корректировки.

– По одним ощущениям тут ничего не разберёшь, – сказал я, убирая руку. – Слишком много установок вокруг работает. И чёрт его знает, чего они там ещё включили.

– Ты про саму тушу?

– И про неё тоже. Мы понятия не имеем, на что она вообще способна. Пока видели только, как ходит за их свистульками.

Ковалёв задумчиво хмыкнул, но продолжать обсуждение не стал. Из общего канала его второй рации раздался голос наблюдателя с восточного участка.

– Северо-восточный пост, подтверждаю освобождение дороги до старого переезда. Основная группа молчунов ушла дальше на восток, отдельных наблюдаем возле зданий.

Следом сообщил другой пост:

– Восточная транспортная, движение продолжается. Участок возле складских корпусов практически чистый.

Впереди показался наружный шлюз. Ковалёв сразу ускорил шаг, проверил бетонный тамбур и поднял руку, разрешая остальным подходить. Я повернулся к Дмитрию и показал, чтобы он продолжал вести колонну.

Пока люди проходили мимо, я ещё раз посмотрел на металлические трубы вдоль стены. Вибрация постепенно слабела, но полностью пока не исчезала.

Операция В-7 явно давала результат. Молчуны уходили с дорог, и мы собирались воспользоваться этим, чтобы вывести своих. Однако короткая остановка Б-1 возле третьей мачты мне совершенно не понравилась. Если Демиду каждый раз приходилось повышать мощность, чтобы заставить громадину продолжать движение, оставалось надеяться, что аппаратура выдержит хотя бы до нашего ухода.

Последними к тамбуру подошли Элина и двое мужчин с рюкзаками. Я убедился, что за ними никого не осталось, затем вышел наружу следом за колонной.

Тёплый воздух ударил в лицо. После затхлых коридоров старого блока даже запах дыма, доносившийся со стороны хозяйственного сектора, показался почти приятным.

Ковалёв уже стоял возле стены и осматривал двор.

– Давайте сюда, вдоль корпуса! – позвал он, показывая направление. – На середину площадки пока не выходите. Сначала всех соберём у стены.

Я подошёл к каталке и помог провести её через неровный участок возле тамбура. Передние колёса зацепились за выступ бетонной плиты, пришлось приподнять раму вместе с Антенной. Лёха недовольно поморщился, когда каталка качнулась.

– Аккуратнее, мужики, – проворчал он, вцепившись пальцами в поручень.

Лёха поправил голову на сложенной куртке. Инна сразу проверила, удобно ли он лежит, после чего мы покатили его дальше.

Люди постепенно выстроились вдоль стены старого корпуса.

Я оглядел двор. Возле ржавых контейнеров оставалось пусто, зато за дальними зданиями временами мелькали отдельные человеческие фигуры. Молчуны продолжали перемещаться на восток, постепенно исчезая между корпусами.

Ковалёв показал на дорогу, которую предстояло пересечь.

– Вон там пройти надо. За следующим зданием уже наш выход из нынешнего периметра. Я сначала посмотрю, чего там сейчас творится.

– Смотри. Остальные пока у стены, – ответил я и повернулся к Дмитрию. – Дим, держи людей вместе.

Дмитрий подтвердил и направился вдоль колонны. Элина помогала Ломову, который остановился возле стены перевести дыхание. Артём тем временем усадил мать на край низкого бетонного выступа, чтобы она немного отдохнула, пока проверяют дорогу.

Ковалёв осторожно прошёл вперёд.

Он добрался до угла, выглянул на дорогу и некоторое время наблюдал за противоположной стороной.

Я подождал, пока Ковалёв вернётся.

– Что видишь?

– Сейчас двое прошли возле дальнего здания, оба на восток. За ними вроде чисто, – сообщил он. – Если быстро пересечём, успеем.

Я посмотрел на дорогу. От нашего здания до противоположного было метров двадцать с небольшим. Асфальт местами потрескался, возле середины валялись куски бетона. С каталкой требовалось выбирать путь внимательно, зато на другой стороне находился широкий угол корпуса, за которым можно было укрыть людей.

– Хорошо. Ты с Антенной первым, занимаете тот угол. Дима, ведёшь каталку сразу за ними, потом остальные.

Ковалёв кивнул и первым вышел на открытый участок. Антенна последовал за ним. Они пересекли дорогу, проверили угол противоположного здания и подали сигнал. Я сразу махнул Дмитрию.

Каталка тронулась с места. Один из наших толкал её сзади, второй придерживал сбоку, помогая объезжать повреждённые участки асфальта. Инна шла рядом с Лёхой, внимательно следя за его состоянием. Артём повёл мать следом.

Я двигался позади, постоянно оглядываясь на оставшихся людей. Передняя часть колонны уже добралась до противоположного здания, когда Лёха неожиданно схватил Инну за руку.

– Подождите, – произнёс он громче обычного. – Сейчас опять начнётся.

Инна сразу наклонилась к нему.

– Что начнётся, Лёша? Тебе опять хуже стало? Скажи нормально, что чувствуешь.

– Гул этот... Сейчас сильнее будет, – ответил он и поморщился. – Остановитесь пока, я же говорю.

Я услышал его и прислушался.

Со стороны Маяка продолжали доноситься далёкие выстрелы, где-то за корпусами работал двигатель. Низкий акустический фон оставался примерно таким же, каким был последние несколько минут.

Однако Лёха уже дважды реагировал на воздействие раньше остальных. Теперь он сам пытался предупредить нас.

Я повернулся к Ковалёву.

– Останавливай. Передних сразу за угол уводи, остальных к стене. Быстро.

Ковалёв посмотрел на меня с противоположной стороны дороги.

– Чего случилось, Серёг? Я там пока никого не вижу.

– Потом разберёмся. Давай людей убирай!

Он сразу развернулся и махнул стоявшим возле него мужчинам.

Я подхватил каталку за переднюю раму и вместе с Дмитрием развернул её к стене. Инна отступила в сторону, пропуская нас к бетонному выступу у здания. Колёса загрохотали по неровному асфальту, но через несколько секунд мы уже находились за углом.

Остальные тоже поспешили укрыться.

Элина подвела Ломова к стене, Артём помог матери пройти последние метры. Двое моих людей с рюкзаками успели перебежать дорогу и присоединились к Ковалёву на противоположной стороне.

Я проверил, чтобы на открытом участке никого не осталось, затем присел возле угла корпуса.

– Всем пока стоять здесь. И потише, – предупредил я, выглядывая на дорогу.

Инна уже снова занималась Лёхой. Она проверила его пульс, посмотрела на лицо и попросила описать ощущения.

– Давит, – ответил он, закрывая глаза. – Вроде как изнутри по голове проходит.

Сейчас сильнее станет, вот увидите.

Через несколько секунд я почувствовал первую новую волну. Под подошвами прошла низкая вибрация. Затем у стены дрогнул старый металлический лист, прислонённый к бетонному выступу. Звук постепенно усиливался, становился ощутимее, и я невольно посмотрел в сторону восточной дороги.

Почти одновременно за соседним корпусом появилось движение. Сначала из-за угла вышел один молчун. Он остановился возле края дороги и повернул голову, прислушиваясь к чему-то. Следом появились ещё двое, потом четвёртый.

Все двигались на восток. Однако дорога, по которой им предстояло пройти, пересекала именно тот участок, где несколько секунд назад находилась наша колонна.

Я приподнял автомат и показал Дмитрию, чтобы оставался возле людей.

Молчуны вышли на середину дороги. Первый шёл медленно, слегка раскачивая плечами. Второй задержался возле разбитого бетонного блока, повернул голову в сторону далёкой стрельбы и постоял несколько секунд. Потом акустический фон снова изменился, и тварь двинулась вслед за остальными.

Ковалёв наблюдал за ними с противоположной стороны. Он осторожно высунулся из-за угла, увидел последнего молчуна и сразу вернулся в укрытие. Через несколько секунд моя рация тихо щёлкнула.

– Серёг, я этих четверых вижу. Вы там как, нормально спрятались?

– Нормально. Пусть проходят, потом двинемся дальше. Только пока никого не выпускай, последний у бетонного блока задержался.

– Да вижу я его, – заверил Ковалев. – Стоит, башка в разные стороны крутится. Главное, чтобы опять на выстрелы не рванул.

Я продолжал наблюдать за дорогой.

Один из молчунов уже скрылся за следующим корпусом. Второй и третий прошли следом, а последний задержался возле края асфальта. Он медленно повернул голову в сторону нашего здания.

Я опустился ниже и поднял ладонь, предупреждая Дмитрия. За спиной едва слышно шевельнулись люди. Кто-то поправил рюкзак, металлическая застёжка коротко звякнула о бетон. Я обернулся и приложил палец к губам.

Звук получился слабым, но молчун всё-таки сделал несколько шагов в нашу сторону.

Я приготовился стрелять, если он подойдёт вплотную. Тварь остановилась метрах в десяти от угла и некоторое время прислушивалась. Затем со стороны востока снова пришла волна низкой вибрации. Молчун повернул голову, постоял ещё несколько секунд и направился вслед за остальными.

Я проводил его взглядом, пока он не исчез за дальним зданием. После этого выждал немного, убедился, что на дороге больше никого нет, и только тогда опустил автомат.

– Ну вот, теперь можно дальше, – сказал я, поднимаясь. – Дима, поднимай наших. А этого любителя железяками звенеть поставь подальше от молчунов.

Дмитрий негромко усмехнулся и принялся собирать людей. Я подошёл к каталке, возле которой Инна всё ещё разговаривала с Лёхой. Парень уже открыл глаза. Он выглядел уставшим, но следил за происходящим вполне осмысленно.

– Ну что, предупреждение твоё сработало, – сказал я, присаживаясь рядом. – Только объясни мне одну вещь. Ты самих молчунов почувствовал или опять этот гул?

– Гул, Серёг. Я же сказал, – ответил Лёха и потёр висок. – Он сначала в голове появляется, потом уже снаружи начинается. Молчунов я вообще не видел, пока вы меня за угол не увезли.

Инна посмотрела на меня.

– Пульс сейчас нормальный. Во время воздействия участился, но быстро вернулся. И сам он вполне нормально соображает.

– Вот и хорошо, – заверил я. – Лёха, если ещё раз такое почувствуешь, говори сразу.

Я поднялся от каталки и посмотрел на дорогу. Ковалёв с Антенной уже проверяли следующий поворот, а Дмитрий собирал людей после вынужденной остановки.

– Лёха нас здорово выручил, – заметил Ковалёв, когда я подошёл к нему. – Ещё немного, и встретили бы этих четверых посреди дороги. Интересно всё-таки, что с ним в В-7 сделали.

– Выясним, когда выберемся отсюда. Сейчас дорогу проверь, – ответил я и показал на проход между двумя длинными корпусами. – За ним уже старое ограждение. Если всё спокойно, проведём остальных и остановимся где-нибудь подальше от Маяка.

Ковалёв двинулся первым, Антенна прикрыл его с другой стороны прохода. Я вернулся к хвосту колонны, пропустил мимо себя Элину с последними людьми и занял своё место позади них. Дмитрий держался возле середины, рядом с каталкой, чтобы в случае остановки сразу развести людей по укрытиям. От головы до хвоста было каких-нибудь двадцать пять метров: растягиваться на открытой территории я запретил ещё перед выходом из санитарного шлюза.

Мы успели пройти вдоль стены метров тридцать. Справа через промежуток между корпусами виднелись остатки старого ограждения, за которым начиналась территория вне нынешнего периметра. Впереди наш путь пересекал ещё один технический проезд. Слева он подходил от промзоны, справа уходил между зданиями и дальше загибался к двору старого НИЦ, из которого мы недавно вышли.

Со стороны хозяйственного ударила короткая очередь. Через несколько секунд ей ответили ещё двумя, а в общем канале рации кто-то потребовал удерживать проход возле мастерских.

Штурм продолжался, хотя стреляли теперь отдельными участками. Под ногами снова прошла знакомая низкая дрожь; Б-1 оставался где-то на восточном маршруте, и установки В-7 продолжали работать.

Ковалёв, уже добравшийся до угла перед перекрёстком, внезапно поднял руку.

Антенна повторил сигнал Дмитрию, тот сразу остановил каталку, а я придержал Элину и последних двоих, чтобы никто не вышел из-за стены. Впереди Ковалёв присел за бетонным выступом и указал стволом в сторону промзоны.

– Дим, держи колонну у стены, – приказал я. – Я посмотрю, что увидел Ковалёв, а вы пока стойте здесь. Если понадобится укрытие, вон слева погрузочная площадка: въезд с нашей стороны, за высоким бортом с дороги людей не видно.

– Понял, – ответил Дмитрий, оглянувшись на каталку. – Только быстрее решайте. Ломов уже еле идёт, мать Артёма тоже устала.

Я прошёл вдоль стены к Ковалёву. Антенна остался возле головы колонны и следил, чтобы никто случайно не выскочил на перекрёсток. За углом открывался поперечный проезд. По нему со стороны старой промзоны двигались вооружённые люди.

Первым шёл мужчина с автоматом на груди. Следом, метрах в десяти, держались остальные.

Я насчитал семерых.

Двое несли тяжёлый металлический ящик с широкими ручками, ещё один придерживал жёсткую сумку. Замыкающий то и дело оглядывался туда, откуда они пришли. Один из мужчин достал сложенный лист, развернул его на ходу и показал товарищу направление.

– Ну вот и наши потеряшки, – тихо произнёс Ковалёв. – Михалыч их по всей промзоне ищет, а они тут со своим барахлом гуляют. Смотри, к нам на перекрёсток выходят.