Читать книгу "Первая тишина. Том 6"

– Значит, не зря их Шакил сюда отправил, – сказал Ковалёв. – Похоже, действительно отобранные бойцы.

– Тем интереснее, что им понадобилось в старой лаборатории, – ответил я. – На обычную разведку это всё меньше похоже.

Я уже собирался предложить отход, когда за нашей спиной послышался шорох. Ковалёв заметил движение одновременно со мной и сразу присел за стеной. Я осторожно повернулся, придерживая автомат.

Возле разрушенной пристройки стоял ещё один молчун.

Тварь появилась со стороны соседнего корпуса и теперь медленно приближалась к пролому. До неё оставалось метров пять, может, шесть. Я прижал ладонь к плечу Ковалёва, предупреждая, чтобы тот не двигался, затем осторожно достал нож.

Молчун остановился возле стены. Несколько секунд он прислушивался, повернув голову в сторону старого НИЦ, потом сделал ещё два шага и заглянул в разрушенное помещение.

Я выждал, пока он подойдёт ближе.

Ковалёв уже поднял автомат, прикрывая меня, но стрелять я пока не собирался. Если сейчас устроим пальбу, Шакиловы моментально поймут, что рядом кто-то находится. А за ними ещё могут подтянуться молчуны из соседних корпусов.

Тварь шагнула в пролом и вдруг заметила меня.

Я успел встретить её прежде, чем она бросилась вперёд. Короткий удар ножом заставил молчуна дёрнуться, однако он продолжал тянуться ко мне. Пришлось резко сместиться в сторону и ударить ещё раз, теперь под основание черепа. Молчун захрипел, несколько секунд пытался удержаться на ногах, затем начал оседать.

Я подхватил его за одежду, не дав рухнуть на битые кирпичи. Ковалёв сразу помог оттащить тело за сохранившийся простенок.

– Ну вот, – тихо произнёс он, убирая автомат. – Теперь и мы в местную статистику попали. У тех двое, у нас один.

– Главное, чтобы никто об этом не узнал, – ответил я, вытирая нож о куртку молчуна. – Всё, заканчиваем наблюдение. Слишком много здесь движения стало.

Ковалёв ещё раз осторожно выглянул через оконный проём.

– У шлюза всё спокойно. Двое на посту, остальные внутри. Похоже, даже не заметили, что у нас тут собственная встреча состоялась.

– И прекрасно. Пошли, пока ещё кто-нибудь в гости не заглянул.

Мы выбрались из разрушенной пристройки и направились обратно вдоль стены. Ковалёв двигался впереди, проверяя повороты, я прикрывал сзади. До технической площадки добрались спокойно, хотя возле дальнего корпуса ещё мелькала одинокая фигура молчуна.

Возле старой площадки мы остановились и ещё раз проверили подходы к убежищу. Дорога оставалась пустой, только далеко между корпусами двигались два молчуна.

– Ну что скажешь? – спросил Ковалёв, когда мы отошли от старого НИЦ. – Хорошая разведка получилась?

– Главное выяснили. Люди Шакила добрались до лабораторного корпуса, занесли оборудование внутрь и выставили охрану. Причём работают слаженно, ты сам видел.

– Видел, – согласился Ковалёв. – С такими в узком коридоре столкнуться – удовольствие сомнительное. И похоже, уходить они оттуда пока не собираются.

– Значит, придётся выяснять, что им понадобилось. Только теперь понятно, что просто так они нам дорогу не уступят.

Ковалёв посмотрел в сторону старого НИЦ и недовольно покачал головой. Я тоже задержался на несколько секунд, стараясь запомнить расположение корпусов и возможные подходы к наружному шлюзу.

Пока мы оставались незамеченными. Однако охрана наружного шлюза действовала грамотно, и рассчитывать застать этих людей врасплох было бы глупо. Если придётся возвращаться в лабораторию, понадобится другой маршрут.

До временного убежища добрались спокойно. Антенна стоял в тени главного входа.

– Ну что там, нашли своих семерых? – спросил он, пропуская нас внутрь. – Дима уже хотел вас по рации вызывать, а вы сами как раз появились.

– Нашли, – ответил Ковалёв. – Нас пока не обнаружили.

– Но теперь они могут начать проверять окрестности, – ответил я.

Я вошёл в коридор, где меня уже ждала Инна. Увидев рюкзак у меня за плечом, она даже здороваться не стала.

– Сергей, кассету давай. Я тут подумала: пока она ещё держит температуру, нужно хотя бы понять, что означает вся эта шкала.

– Разберёмся, – пообещал я, направляясь к свободному столу. – Только хороших новостей у меня пока нет. Люди Шакила действительно добрались до лаборатории. И судя по тому, как расположились, уходить оттуда не торопятся.

Я вытащил Р-0 и поставил перед ней. Инна включила дисплей, сверила показания со своими записями и нахмурилась. Температура оставалась в норме, однако рядом с индикатором транспортного режима появился небольшой оранжевый треугольник.

– Вот этого раньше точно не было, – сказала она, показывая на экран. – Похоже, система предупреждает о снижении резерва.

– А может ее обратно отнести? – предложил Ковалев. – В лаборатории ведь холодильник работал.

– Там люди Шакила хозяйничают, – напомнил я. – Двое вход охраняют, остальные где-то внутри. И мы пока даже не знаем, добрались ли они до самого холодильника.

Инна осторожно повернула контейнер, ещё раз прочитала предупреждающую надпись и посмотрела на меня.

– Тут нужен определённый температурный режим. Если узнаем, при какой температуре хранили кассету, можно будет хотя бы понять, подходит ли найденное оборудование.

Я вспомнил терминал в старом медицинском контуре.

– Вот с этим как раз проблема. Документация осталась в лаборатории. Хотя кое-что оттуда я всё-таки забрал.

Я достал из кармана куртки съёмный накопитель и положил его рядом с кассетой. Инна взяла устройство, повертела в пальцах и внимательно осмотрела разъём.

– Это что?

– Архивный модуль со старого терминала. Когда я приложил карточку Лизы, система открыла доступ к нескольким разделам. Там были материалы по Р-0, аварийный протокол, обратное воздействие и личный архив Вавилова. Посмотреть всё не успел.

– А здесь эти документы есть?

– Не знаю.

Инна ещё раз посмотрела на металлический разъём.

– У меня такого переходника точно нет. Да и подключать его не к чему…

– Главное, что модуль у нас, – ответил я, убирая его обратно в карман. – А с кассетой сейчас разберёмся.

Я оставил Р-0 под присмотром Инны и вышел к Дмитрию. Он находился возле главного входа, где разговаривал с Антенной. Увидев меня, сразу подошёл.

– Ну что, Серёг? Ковалёв говорит, Шакиловы уже в старом блоке засели.

– Нас вроде не заметили, – ответил я и показал Дмитрию на старые постройки за площадкой. – Есть ещё дело. У меня из лаборатории образец, ему постоянное охлаждение требуется. Надо проверить ближайшие помещения. Может, холодильное оборудование осталось или рабочий источник питания.

Дмитрий удивлённо вскинул брови.

– Холодильник? Это ты серьёзно?

– Вполне. И желательно как можно быстрее, пока контейнер не начал нагреваться.

– Понял… Сейчас возьму кого-нибудь и схожу посмотрю.

– Сам останешься здесь. Ты за людей и оба выхода отвечаешь, – остановил я его. – Выбери двоих, которым можно поручить осмотр ближайших построек.

Дмитрий кивнул и отправился искать людей.

Элина сидела возле старого стола, на котором разложила список и несколько пакетов с припасами. Увидев меня, девчонка отложила карандаш и сразу поднялась.

– Серёжа, воду распределила, лекарства Инне отдала, – сообщила она. – На первое время хватит, но дальше придётся искать ещё. И кое-кто уже спрашивает, когда мы отсюда уйдём.

Я просмотрел записи. Воды действительно оставалось не так много, особенно учитывая состояние Лёхи и матери Артёма.

– Ломов вообще сказал, что сегодня больше никуда не пойдёт, – заметила Элина. – Сидит у стены, ноги вытянул и уверяет всех, что просто отдыхает.

– И правильно делает. Он сегодня больше прошёл, чем я рассчитывал. Скажи остальным, чтобы вещи особо не раскладывали. Если придётся срочно уходить, времени на сборы может не оказаться.

Элина кивнула и вернулась к списку. Я вышел в коридор, по дороге заглянув к раненым. Лёха лежал на каталке и что-то рассказывал Артёму, который устроился возле матери. Женщина отдыхала с закрытыми глазами. Увидев меня, Лёха поднял руку, показывая, что всё нормально.

Возле главного входа я встретил Ковалёва. Он только что переговорил с дежурными и теперь проверял рацию.

– Дима двоих отправил соседние постройки осматривать, – сообщил он. – Пока спокойно, чужих никто не видел. Только я вот о чём подумал: даже если холодильник найдём… электричества то нет.

Ковалёв собирался сказать что-то еще, когда из соседнего помещения вышла Лиза. Увидев нас возле двери, девочка остановилась, достала телефон и быстро набрала сообщение. Затем подошла ближе и показала мне экран.

ТЫ УЖЕ МОЖЕШЬ ПОКАЗАТЬ МНЕ ЛАБОРАТОРИЮ ПАПЫ?

Я посмотрел на неё. Судя по выражению лица, она всё это время только и ждала возможности задать вопрос.

– Помню, Лиза. Только там небольшая проблема появилась. Пойдём сюда, я тебе объясню.

Мы отошли от входа к окну, через которое в коридор попадало достаточно света. Ковалёв остался рядом. Я дождался, когда Лиза посмотрит мне в лицо, и заговорил медленнее, чтобы ей было удобно читать по губам.

– Пока мы людей выводили, в старый НИЦ пришли вооружённые люди. Семеро человек, с оружием и оборудованием. Мы только что с Ковалёвым ходили проверять. Они добрались до наружного шлюза, выставили охрану и занесли внутрь металлический ящик.

Лиза нахмурилась и сразу принялась печатать.

ЗАЧЕМ ОНИ ТУДА ПРИШЛИ?

– Пока не знаю. У них была схема местности, поэтому случайно туда они вряд ли попали. Возможно, оборудование ищут, документы или проход в действующую часть Маяка. Но они явно знали, куда направляются.

Она быстро набрала следующий вопрос.

ОНИ ИЩУТ МОЕГО ПАПУ?

Я присел на стоявший возле стены ящик, чтобы оказаться примерно на одном уровне с ней.

– Этого я тоже пока не знаю, Лиза. Но они действительно пришли в тот корпус, где мы нашли лабораторию. Сейчас внутри несколько вооружённых человек, поэтому показывать тебе это место слишком опасно.

Она некоторое время смотрела на меня, затем опустила глаза к телефону.

ТЫ ОБЕЩАЛ МНЕ.

Я невольно вздохнул. Лиза подняла голову.

– Обещал. И слово своё держать собираюсь. Только сначала надо разобраться с этими людьми.

Я достал из кармана архивный модуль и показал ей.

– Вот ещё кое-что успел забрать из лаборатории. Это накопитель со старого терминала. В нём могут быть документы твоего отца, только сначала нужно найти подходящий компьютер и посмотреть, что записано.

Она осторожно взяла устройство, повертела в пальцах и внимательно осмотрела разъём. Затем набрала новый вопрос.

ЭТО АРХИВ ПАПЫ?

– Возможно. Терминал открывал несколько разделов по его допуску, в том числе личный архив. До него я тогда добраться не успел. Что именно хранится на накопителе, пока неизвестно.

Лиза ещё раз посмотрела на модуль и вернула его мне. Несколько секунд она стояла молча, затем быстро напечатала:

А ЕСЛИ ОНИ ЗАБЕРУТ ДОКУМЕНТЫ?

– Вот поэтому я и собираюсь туда вернуться.

Лиза сжала телефон крепче.

ТОГДА Я ПОЙДУ С ВАМИ.

– Пока останешься здесь, – ответил я. – Договорились?

Девочка некоторое время смотрела мне в лицо, затем медленно кивнула. После этого достала из кармана пропуск отца, провела большим пальцем по пластиковой карточке и спрятала обратно.

– Вот и отлично. Карточку береги, она нам ещё пригодится. А пока помоги Элине, там с припасами дел хватает.

Лиза направилась в соседнюю комнату. Уже возле двери она обернулась и коротко кивнула ещё раз, после чего скрылась внутри.

Ковалёв проводил её взглядом.

– Теперь она точно не отстанет, – заметил он.

– Значит, придётся выполнять обещание. Меня самого этот архив интересует, особенно после того, что мы в В-7 увидели. Да и семеро Шакила туда явно по какой-то причине пришли.

В этот момент рация на поясе Ковалёва ожила. Он поднял её ближе к уху, выслушал сообщение и посмотрел на меня.

– Дима вызывает. Ребята с проверки вернулись, кое-что нашли.

Я взял свою рацию.

– Дим, слушаю. Что там?

– В первой пристройке пусто, одни старые шкафы. Во второй стоит промышленная холодильная установка, только электричества нет. Рядом нашли дизельный генератор, но у него проводка частично оборвана, а топлива почти не осталось. Запускать пока ничего не стали.

Я посмотрел на Ковалёва. Тот сразу покачал головой.

– Правильно сделали, – ответил я в рацию. – Пусть возвращаются.

Я убрал рацию и повернулся к Ковалёву.

– Я тебе сразу говорил, что проще обратно в лабораторию отнести, Серег, – хмыкнул он.

Мы направились к комнате Инны, собираясь сообщить результаты поисков, но она сама вышла нам навстречу. В руках женщина держала кассету Р-0. По выражению её лица я сразу понял, что произошло что-то неприятное.

– Сергей, вот теперь у нас действительно проблема, – сказала она, подходя ближе. – Я ещё раз проверила дисплей. Предупреждение изменилось.

Я взял контейнер и посмотрел на экран.

Оранжевый треугольник исчез. На его месте светился красный значок, а ниже появилась новая строка:

«ТРАНСПОРТНЫЙ РЕЖИМ. РЕЗЕРВ НИЗКИЙ».

Я вернул кассету Инне.

Ковалёв выругался и посмотрел на меня.

– Ну что, командир? Холодильник нашли, только толку от него пока никакого. Генератор не проверен, топлива почти нет, а в лаборатории Шакиловы сидят. Похоже, придётся выбирать, что тебе дороже.

Я посмотрел на кассету в руках Инны. После всего, что мы успели узнать о В-7, терять единственный целый образец обратной терапии было бы крайне обидно. При этом рисковать всей группой эвакуированных ради неизвестного содержимого контейнера я не собирался.

– Инна, продолжай следить за показаниями.

– Хорошо. А ты что собираешься делать?

– Проверить ещё один подход к старой лаборатории. Там ведь на схеме несколько служебных проходов было, помимо нашего наружного шлюза. Через главный сейчас не пройти, его Шакиловы охраняют. Значит, посмотрим, можно ли зайти с другой стороны.

Ковалёв сразу оживился.

– Вот это уже разговор. Помнишь коридор за санитарным блоком? Он вдоль внешней стены уходил, а мы его тогда толком не проверили. Может, там ещё один выход есть. Надо по схеме посмотреть.

Я забрал у Инны кассету и осторожно уложил в рюкзак, закрепив ремнями. Оставлять её здесь не имело смысла: если нам удастся найти проход к лаборатории, возвращаться за контейнером времени уже может не хватить. А температура пока держалась, значит, оставался шанс успеть вернуть Р-0 в работающий холодильник.

Я направился к главному входу. По пути проверил магазин, затянул ремень рюкзака и посмотрел на дорогу, ведущую в сторону старого НИЦ.

– Пошли, – сказал я Ковалёву, выходя на площадку. – Теперь уже придётся торопиться. И заодно выясним, что там Шакилу понадобилось. Уж очень мне не нравится, что он во время штурма целую группу к этой лаборатории отправил.

Ковалёв кивнул и первым направился вдоль стены соседнего корпуса. Я пошёл следом, придерживая рюкзак, чтобы кассета не болталась при ходьбе.

Глава 9

Глава 9

За следующим корпусом дорога раздваивалась. Правая ветка выходила к старому двору НИЦ, где люди Шакила заняли наружный шлюз. Левая огибала длинное здание с провалившейся крышей и уходила к пристройкам.

Я остановился возле угла, достал сложенную схему и ещё раз посмотрел на технический коридор, который мы собирались проверить.

– Нам сюда, – сказал я, показывая Ковалёву левый проход. – По плану этот коридор тянется вдоль внешней стены, потом сворачивает к хозяйственным помещениям. Дальше схема обрывается. Если со стороны старого двора сохранился какой-нибудь служебный вход, он должен быть примерно там.

Ковалёв заглянул через моё плечо, затем посмотрел на корпуса впереди.

– А если там тупик? Придётся обратно к Шакиловым возвращаться. Они ведь у главного шлюза обосновались, сам видел.

– Тогда будем искать другой вариант.

Я убрал схему и осторожно поправил ремень рюкзака. Кассета Р-0 лежала внутри, закреплённая между свёрнутой курткой и запасными вещами. Индикатор ещё при последней проверке показывал предупреждение о низком резерве транспортного режима. Сколько именно времени оставалось до нарушения температуры, я не знал, поэтому останавливаться надолго я не собирался.

Мы обогнули здание и вышли к заброшенному двору. В дальней части двора стояла небольшая пристройка. Половина крыши обрушилась, наружная стена сохранилась примерно до середины, зато за ней виднелся узкий проход между старым корпусом и бетонным ограждением.

Мы подошли ближе. Из-под обвалившихся кирпичей выступала широкая металлическая рама, рядом на стене сохранились крепления от давно снятой двери. За рамой начинался узкий коридор, заваленный обломками штукатурки и строительным мусором. Через несколько метров он уходил под сохранившееся перекрытие.

Я присел возле проёма, посветил фонарём внутрь и заметил под потолком ряд старых светильников.

– Вентиляционные короба целые, трубы тоже. Если коридор заканчивается внутри НИЦ, нам крупно повезло, – отметил я.

Ковалёв нагнулся, подцепил валявшийся возле входа кусок арматуры и попробовал сдвинуть крупный обломок кирпичной кладки.

Я снял рюкзак, поставил его под сохранившийся участок стены и взялся за край бетонного обломка. Вдвоём мы сдвинули его к проходу, освободив достаточно места, чтобы протиснуться боком.

Потом мы убрали ещё несколько кирпичей. Работа заняла пару минут, зато теперь коридор стал доступен.

Ковалёв первым забрался внутрь и сразу остановился. Я передал ему рюкзак, протиснулся следом и осторожно выпрямился. Под потолком действительно висели старые светильники, хотя большинство давно разбили или сняли. На полу лежал толстый слой пыли, а вдоль правой стены проходили две трубы в потрескавшейся изоляции.

– Ну что, уже похоже на старый блок? – спросил Ковалёв, возвращая мне рюкзак.

– Очень даже.

Мы двинулись вдоль стены. Через несколько метров коридор расширился, справа обнаружилась пустая ниша с разобранным электрическим шкафом. Дальше пол постепенно поднимался, а под ногами появились металлические крышки кабельных каналов. Некоторые прогибались при каждом шаге, поэтому приходилось выбирать место осторожнее.

За очередным поворотом Ковалёв остановился и поднял руку. Впереди виднелась решётчатая перегородка от пола до потолка. За ней продолжался освещённый аварийными лампами коридор. По расположению дверей и характерной отделке стен я сразу узнал старый медицинский контур.

Ковалёв подошёл к решётке, просунул пальцы между прутьями и попробовал раскачать. Я приблизился и посмотрел на крепления. Перегородку установили внутри металлической рамы, закреплённой к бетону. Снизу один угол перекосило, а между рамой и стеной образовалась щель. Через неё тянуло прохладным воздухом.

– Погоди ломать, – сказал я.

Где-то за перегородкой работало оборудование. Низкий ровный гул доносился из соседнего помещения, время от времени слышались металлические щелчки. Затем из глубины коридора донёсся мужской голос. Слова сначала разобрать было невозможно, но через несколько секунд кто-то ответил заметно громче.

Мы переглянулись и Ковалёв медленно опустился возле стены. Я присел рядом и посмотрел через решётку. Метрах в десяти справа находилась открытая дверь технического помещения. За ней тянулся короткий поперечный проход, дальше виднелась часть лабораторного сектора. Оттуда и доносились голоса.

Один из мужчин произнёс что-то про питание, второй потребовал проверить соединение. Затем послышался скрежет, словно тяжёлый предмет передвигали по металлическому столу.

Я жестом показал Ковалёву оставаться на месте и осторожно приблизился к правому краю перегородки. Здесь, над решёткой, проходил вентиляционный короб с открытым сервисным лючком. Через него разговор был слышен значительно лучше.

– Основной блок подключили? – спросил мужчина из лаборатории. Голос у него был спокойный, с заметной хрипотцой.

– Сейчас поднимется. Аккумулятор почти полный, внешний источник тоже рабочий. Дайте ещё минуту, я диагностику запущу.

– Давайте быстрее. Мне уже надоело здесь торчать. Сначала архив, потом остальные помещения, как договаривались.

Ковалёв осторожно заглянул между прутьями и показал мне четыре пальца.

За открытой дверью двигались люди. Одного было видно возле стены, второй склонился над столом, ещё двое находились глубже в помещении. Пятый, судя по шагам, ходил по соседнему коридору и периодически останавливался возле закрытых дверей.

Получалось ровно столько, сколько мы рассчитывали увидеть внутри. Двое оставались на наружном посту.

Я снова прислушался.

– Всё, загрузился, – сообщил мужчина возле оборудования. – Питание держит. Терминал тоже отвечает.

– Тогда открывайте архив. Ради него сюда и пришли.

Несколько секунд слышались только щелчки клавиш. Потом кто-то раздражённо выругался.

– Здесь носителя нет.

– Какого на хрен носителя?

– Локального. Система видит разъём, но сам модуль отсутствует, – последовало объяснение. – Нужного архива здесь нет.

Я коснулся внутреннего кармана куртки. Там лежал съёмный накопитель, который я вытащил из терминала при первом посещении лаборатории.

Ковалёв заметил движение и вопросительно посмотрел на меня. Я осторожно достал модуль, показал ему и сразу убрал обратно.

Он тихо присвистнул.

– Так это они твою железяку ищут?

– Похоже, – шепотом ответил я. – Только мне теперь ещё интереснее, кто им рассказал про старый архив.

За стеной продолжался разговор.

– Может, сломан? – спросил другой мужчина.

– Разъём исправен. Система определяет, что накопитель извлекли. Причём сам терминал недавно включали. Здесь кто-то явно работал.

После этих слов наступила короткая пауза.

– Проверьте соседние помещения, – распорядился старший. – Посмотрите, что ещё открывали. Если носитель забрали, нужно понять, кто сюда приходил. И попробуйте восстановить данные штатными средствами. Вдруг часть осталась на внутреннем диске.

– А если совсем ничего?

– Тогда будем решать, как докладывать. Но сначала убедитесь, что здесь действительно пусто.

Ковалёв медленно повернулся ко мне.

– Весёлая история получается, Серёг. Они за архивом пришли, а он у тебя в кармане. Знали бы, насколько близко ходят...

– Пусть пока остаются в неведении. Мне сейчас важнее добраться до холодильника.

Я осторожно подвинулся к решётке и посмотрел на коридор впереди. Если верить старой схеме, лаборатория аварийной терапии находилась за соседним поворотом.

Мы уже добрались до того самого медицинского контура, который раньше осматривали с другой стороны. Оставалось преодолеть перегородку и пройти несколько помещений

Вот только теперь там работали вооружённые люди, и по услышанному разговору я прекрасно понимал, что они собираются осматривать коридоры.

Ковалёв снова взялся за решётку.

– Давай её вскроем, пока эти умники в компьютере ковыряются? – предложил он.

– Сначала проход проверю, – ответил я. – Смотри за коридором. Если кто-то появится, сразу предупреждай.

Я поставил рюкзак у стены и внимательнее осмотрел крепления. Сверху рама ещё крепко сидела в бетоне, зато нижние крепления почти разрушились. Один болт давно вырвало из стены, второй почти сгнил от ржавчины. Металлическая полоса рядом с ним заметно отходила от бетона.

Ковалёв достал из-за пояса короткую отвёртку с массивной рукояткой.

– Нашёл у своих в хозяйственном, думал, пригодится. Держи, может, получится отжать.

Я просунул инструмент в щель и осторожно надавил. Металл чуть подался, затем упёрся. Ковалёв взялся за перекосившийся угол, я снова нажал на отвёртку, и крепление с тихим хрустом отошло ещё на несколько сантиметров.

– Ещё немного, и пролезем, – прошептал Ковалёв.

Мы работали медленно, стараясь не задеть решёткой соседнюю трубу. Наконец нижний край удалось отвести настолько, что между рамой и стеной образовался узкий проход. Ковалёв первым протиснулся на другую сторону, проверил коридор и жестом подозвал меня.

Я поднял рюкзак, передал его Ковалёву, поправил автомат и осторожно пролез следом. Уже с другой стороны забрал рюкзак и надел его.

Впереди аварийная лампа освещала дверь с потускневшей надписью. Слева виднелся поворот к санитарному блоку, справа проход вёл к лабораториям. Я сверился со схемой и показал Ковалёву направление.

– Нам правее. Через эту комнату можно выйти к коридору аварийной терапии. Только сначала убедимся, что там свободно.

Ковалёв кивнул и двинулся вдоль стены. Мы прошли несколько метров и как раз оказались в тени открытого дверного проёма, когда за спиной неожиданно раздался металлический щелчок.

Я обернулся.

Возле решётки появился вооружённый мужчина.

Он вышел из бокового помещения и сразу заметил перекосившуюся раму. Несколько секунд рассматривал крепление, потом перевёл взгляд на следы, оставленные нашими ботинками в пыли. Следы вели прямо к нам.

– Вот сука, – еле слышно произнёс Ковалёв.

Мужчина поднял голову.

Мы находились примерно в семи метрах от него. Между нами проходила открытая дверь, за которой я успел заметить высокий металлический шкаф и пустую тележку.

Человек остановился, посмотрел на меня и сразу потянулся к рации.

– В техническом двое! Вооружённые! – успел произнести он, отступая к стене.

Я схватил Ковалёва за разгрузку и рывком втянул в открытую дверь.

Почти одновременно по коридору ударила короткая автоматная очередь. Несколько пуль попали в стену возле проёма, осыпав нас штукатуркой. Одна пробила тонкую боковую панель шкафа, вторая с визгом ушла куда-то под потолок.

– Вот и познакомились, – процедил Ковалёв, пригибаясь возле металлического стола.

– Смотри за дверью, – ответил я, перехватывая автомат. – Сейчас остальные прибегут.

В коридоре послышались быстрые шаги. Мужчина, обнаруживший нас, успел отойти к противоположной стене и снова поднял автомат. Я увидел его через щель между дверной рамой и шкафом.

Он выпустил ещё несколько пуль в проём, после чего попытался переместиться к соседней двери.

Я поймал момент, когда он вышел из-за бетонного выступа, и выстрелил. Мужчину развернуло, автомат ударился о стену, а сам он рухнул возле ниши.

Ковалёв высунулся ровно настолько, чтобы посмотреть в коридор.

– Один готов. Только ты слышишь, сколько там народу бежит?

Из лабораторного сектора уже доносились команды. Кто-то требовал перекрыть технический коридор, другой докладывал о нападении. Потом в нашу сторону ударили сразу несколько коротких очередей.

Я отступил от двери, пропуская пули мимо проёма. Металлический шкаф загремел от попаданий, по полу посыпались обломки старого пластика. Ковалёв втиснулся за соседний стол и поднял автомат.

Я быстро оценил помещение. В противоположной стене находилась ещё одна дверь, ведущая в санитарный блок. Её мы видели на старой схеме. Если удастся пройти через соседние комнаты, можно будет выйти к лабораторному коридору с другой стороны.

Снаружи вновь заговорил старший группы.

– Технический перекрыть! Двое через санитарный, остальные держите лабораторию. У наружного шлюза предупредить пост!

Я посмотрел на Ковалёва.

– Слышал? Сейчас они сами нам дорогу покажут.

Ковалёв кивнул, проверил магазин и приготовился прикрывать дверной проём. Я прошёл к противоположной стене, осторожно нажал ручку и обнаружил, что дверь открывается в небольшой подсобный коридор.

Впереди виднелись старые душевые рамы и металлические шкафчики. Санитарный блок действительно находился рядом.

– Ковалёв, сюда! – позвал я, придерживая дверь. – Через саншлюз попробуем обойти.

Он отступил от стола, прикрывая вход короткой очередью, и быстро перебрался ко мне. В коридоре сразу загрохотали ответные выстрелы. Пули выбили несколько кусков штукатурки из дверной рамы, одна пробила стоявший возле стены пластиковый контейнер.

Мы успели уйти в соседнее помещение, прежде чем противники добрались до нашей первой позиции.

Ковалёв прикрыл за собой дверь и прислушался.

– Они ведь тоже через саншлюз собирались идти. Встретимся где-нибудь посередине.

– Вот поэтому туда первыми и пойдём. Пока они не успели перекрыть дальний выход.

Я сразу свернул к проходу между душевыми стойками.

Под ногами хрустело стекло, местами пол был завален мелким строительным мусором. За дальним рядом шкафчиков обнаружилась ещё одна дверь. На ней сохранилась выцветшая табличка с указанием лабораторного сектора.

Я попробовал ручку, осторожно приоткрыл створку и выглянул. За дверью находился короткий коридор с несколькими застеклёнными комнатами. Справа виднелась широкая противопожарная дверь, дальше за поворотом располагалась лаборатория аварийной терапии.

В другом конце коридора мелькнул вооружённый мужчина и я сразу прикрыл створку.

– Один у лаборатории. Остальные где-то рядом. Надо его обойти, иначе здесь нас и зажмут, – сказал я Ковалеву.

Я достал сложенную схему и быстро сверил расположение помещений. Из санитарного блока можно было пройти через небольшую комнатку, которая соединялась с тем же лабораторным коридором. Дверь в неё мы только что миновали.

– Смотри, – сказал я Ковалёву, показывая на план. – Здесь выйдем ближе к лаборатории. Ты пока держи этот проход. Если они полезут следом, встречай здесь.

– А ты?

– Проверю соседнюю дверь.

Ковалёв усмехнулся и остался у угла. Я вернулся на несколько шагов, нашёл дверь комнатки и осторожно открыл её. Внутри стояли старые столы, вдоль стены тянулись металлические стеллажи. За противоположным выходом просматривалась часть лабораторного коридора.

Я уже собирался пройти дальше, когда услышал со стороны санитарного блока шум.

Ковалёв выстрелил короткой очередью.

Затем раздались быстрые шаги и резкий металлический лязг.

– Серёг! – крикнул он. – Здесь двое! Один через боковую пошёл!

Я сразу развернулся. Из соседнего помещения в сторону Ковалёва выходил вооружённый мужчина. Он двигался пригнувшись, придерживая автомат у плеча.

Ковалёв в этот момент отбивался от второго противника возле прохода в саншлюз и заметить обходящего просто не успевал.

Я выскочил из комнатки и окликнул Ковалёва, чтобы тот пригнулся. Мужчина резко повернулся на мой голос, но выстрелить первым уже не успел. Я дал короткую очередь. Он ударился плечом о дверную раму и упал на пол, выронив автомат.

Второй противник, которого Ковалёв сдерживал огнём, отступил за поворот саншлюза.

Ковалёв обернулся, увидел тело и присвистнул.

– Вовремя, Серёг!

Он усмехнулся, но тут же поморщился и схватился за левую руку.

– Вот только рукав порвал. За железку зацепился, когда отходил.

Я подошёл ближе. На предплечье виднелась неглубокая царапина, рукав пропитался кровью возле края пореза. Ковалёв быстро проверил пальцы, сжал кулак и снова взял автомат.

– Жить буду, – заверил он. – Давай лучше с остальными разберёмся.

Из коридора снова донеслись голоса.

– Двоих потеряли! Осторожнее, они через комнаты ходят!

Следом заговорил старший:

– От лаборатории отойти к наружному шлюзу. Техблок держать под наблюдением. Остальным прикрыть отход!

Мы двинулись вдоль стены к лабораторному проходу. За углом слышались быстрые шаги. Один из людей Шакила отступал к наружному шлюзу, второй прикрывал его из-за широкого металлического шкафа, стоявшего возле стены.