Читать книгу "Забытое сражение Огненной дуги"

Существенную поддержку стрелковым частям на стыке 73 гв. и 81 гв. сд в течение всего боя оказывал 265 гв. апап майора В. Ф. Прохорова. Но после захвата Генераловки 3 ад майора Юрлова попал в тяжелейшее положение. Три его батареи вели интенсивный огонь по наступающему противнику с закрытых позиций. Когда же бронетехника вышли в район расположения дивизиона, его расчёты перевели 152-мм гаубицы-пушки на прямую наводку. Заместитель командира полка майор И. Ф. Жеребцов вспоминал: «Ведя ожесточённый бой и сдерживая наступление противника, мы продержались до вечера. Связь с командиром полка у нас отсутствовала, поэтому я самостоятельно принял решение вывести дивизионы на новый рубеж, так как противник уже зашёл нам в тыл, распространился по садам в районе совхоза «Батрацкая Дача» и подходил к селу Мясоедово. Ясно, что оставаться на занимаемом рубеже было нельзя. И я отдал приказ, чтобы с наступлением темноты бесшумно сосредоточить дивизионы на опушке рощи, что юго-западнее Мясоедова. Одновременно я вызвал к себе начальника штаба дивизиона и приказал ему взять машину, автоматчиков и доставить командиру полка моё донесение, в котором, изложив обстановку, своё решение, местонахождение и потери дивизионов, просил разрешения на смену боевого порядка»[387]387
  Жеребцов И. Ф. Под Белгородом // В огне Курской битвы. Из воспоминаний участников боёв. Курское книжное издательство, 1963. С. 356.


[Закрыть]. К сожалению, приказ на отход был получен слишком поздно, бронегруппы фон Опельна и Шульца уже обошли лес, в котором находился дивизион, и вышли в район Ястребово и выс. 216.1.

Отход начался побатарейно и проходил очень медленно, т. к. в качестве тягячей для тяжёлых орудий использовались тихоходные тракторы СТЗ. В этот тяжёлый момент большую помощь своему соседу оказал находившийся в районе Дальней Игуменки 161 гв. апап. Из наградного листа, подписанного командующим артиллерией 7 гв. А генерал-майором А. Н. Петровым: «6 июля 1943 г. танки противника около 250 штук, пройдя боевые порядки нашей пехоты на рубеже: Разумное, Крутой Лог, устремились на боевые порядки 265 гв. апап РГК, обходя и отрезая его от своих частей. Полк вёл тяжёлый бой с танками противника. Положение создалось исключительно тяжёлое, грозившее гибелью всего полка.

Командир 161 гв. апап РГК подполковник И. М. Богушевич, видя тяжёлое положение своего соседа, по своей инициативе немедленно повернул свой полк на 180 градусов и открыл губительный огонь по танкам противника, грозящим отрезать 265 гв. апап РГК, при этом было подбито и сожжено 14 танков. Дальнейшее продвижение танков было приостановлено[388]388
  За проявленную инициативу по прикрытию отхода части сил 265 гв. апап РГК подполковник И. М. Богушевич был награждён орденом Алексадра Невского.


[Закрыть]»[389]389
  ЦАМО РФ. Ф. 33. Оп. 686044. Ед. хр. 1148. Номер записи 19877939.


[Закрыть].

Пока через лес в сторону клх. «Соловьёв» двигались 8-я и 9-я батареи, их прикрывала 7-я, но враг наседал. Расчёты двух его гаубиц буквально в упор расстреливали вражеские боевые машины. «…Они шли прямо на батарею, заходили с левого фланга, чтобы взять ее в «клещи», но батарея до последнего снаряда вела огонь, – вспоминал майор И. Ф. Жеребцов. – Она уничтожила одиннадцать танков врага и несколько самоходок. В этом неравном бою почти все воины батареи во главе с командиром пали смертью храбрых. В приказе по нашему полку от 7 июля 1943 г. о гибели 7-й батареи говорится: «Исключить из списков полка погибших в боях за Родину 6 июля 1943 г. в районе Белгорода: командира 7-й батареи лейтенанта З. К. Давликаева, командира огневого взвода лейтенанта А. Д. Ратникова, командира орудия ст. сержанта М. И. Ситало, командира отделения связи сержанта А. К. Михалычева, командира отделения связи ст. сержанта В. Д. Борзенко, пулемётчика красноармейца М. А. Козлова, мастера орудийного ст. сержанта Ф. А. Петрова, номера орудийного красноармейца Ш. П. Шелеста, тракториста красноармейца В. А. Граброва, номера орудийного красноармейца В. Аюмова, номера орудийного красноармейца Х. Амангалеева, номера орудийного красноармейца Н. М. Лапту, пулемётчика красноармейца Г. М. Нечепуренко, телефониста, пулемётчика красноармейца Г. М. Нечепуренко, телефониста красноармейца Т. Абдурахманова, номеров орудийных красноармейцев К. Кульбекова, П. Н. Таршелова».

О коллективном подвиге гвардейцев 7-й батареи позднее рассказывал оставшийся в живых командир огневого взвода. Обозлённые большими потерями в танках и живой силе гитлеровцы, захватив повреждённые в единоборстве с ними орудия, расстреляли из автоматов оставшихся в живых раненых солдат и офицеров. Свидетель этого зверства тяжелораненый командир взвода лейтенант И. Васильев заполз в густой кустарник около ОП, где пролежал, истекая кровью, до ночи. К рассвету он выполз к речке за свх. «Батрацкая дача», где был подобран нашими солдатами.

…Когда была освобождена территория ОП, мы с командиром полка майором Прохоровым побывали на месте гибели 7-й батареи. Не было слов, чтобы выразить наш гнев к фашистским извергам. Трупы погибших воинов в течение двух недель оставались там, где они находились во время боя. Лежали с простреленными головами и грудью, прошитыми автоматными очередями гитлеровцев. Следы кровавой расправы отчётливо были видны на выцветших от солнца гимнастёрках. По рассказам жителей, до наступления наших частей батарея охранялась фашистскими часовыми, чтобы никто не мог забрать и захоронить трупы убитых, подбитые танки и орудия были увезены. Лишь в нескольких метрах от ОП лежала сбитая снарядом башня «тигра». Врезавшись глубоко в землю, она свидетельствовала о жестоких боях батареи с врагом»[390]390
  Жеребцов И. Ф. Под Белгородом. // В огне Курской битвы. Из воспоминаний участников боёв. Курское книжное издательство, 1963. С. 355, 357.


[Закрыть].

На выходе из леса под удар бронегруппы фон Опельна попала ещё одна батарея дивизиона Юрлова. Вместе с артиллеристами 265 гв. апап отходили и подразделения 223 гв. сп. По приказу комдива Козака местом сбора полка была назначена заросшая балка восточнее выс. 209.6, но к тому моменту путь к ней, да и сам холм уже находились в руках немцев. Поэтому бойцы шли к свх. «Батрацкая Дача» в обход, через выс. 216.1. Кстати, в лесу северо-восточнее Крутого Лога часть советских подразделений оставалась до рассвета 7 июля, продолжая стойко обороняться. Причём сопротивление было настолько упорным, что командование 7 тд было вынуждено атаковать этот узел танками. Из дневного донесения дивизий в штаб 3 тк: «6 тд… Танковый полк фон Опельна, подчиненный 7 тд, во взаимодействии с частями этой дивизии атаковал противника, удерживающего Генераловку, захватил этот пункт и в 19.10 (м. в.) достиг местности в 1,5 км южнее Ястребово. Из леса 2,5 км восточнее Генераловки слабый вражеский огонь (167 отп. – В.З.), из Беловской – противотанковый (30 оиптабр. – В.З.), из Мясоедово – артиллерийский огонь противника. На острие наступления враг отступает на западный берег Разумной.

Боевая группа Унрайн имеет приказ выступить из сборного района Колония Дубовое и следовать за танковой группой до Генераловки. Боевая группа Квентин (командир разведбата 6 тд. – В.З.) группируется в новом районе сбора.

Постоянная вражеская воздушная активность с бомбовыми ударами и обстрелом из бортового оружия.

7 тд. В продолжение достигнутого 5.7 прорыва боевыми группами Глезимера и Шульца совершена успешная атака и захват возвышенностей северо-восточнее Крутого Лога. Танковая ударная группа Шульца, выдвигаясь на восток против свх. «Батрацкая Дача», ворвался во 2-ю вражескую позицию в 1,5 км севернее отм. 209.6 и сыграл решающую роль в успехе атаки соседней дивизии. Генераловка, яростно оборонявшаяся врагом на левом фланге, при сильнейшей поддержке артиллерии и непрекращающихся действиях авиации, была взята штурмом в 17.15 (м. в.) боевой группы Глезимера и подчинённой дивизии танковой группы Опельна из 6 тд.

В продолжающемся наступлении на главный узел обороны вражеской 2-й позиции у Батрацкой Дачи до 18.30 удалось достигнуть линии Sch. (2 км южнее Батрацкой Дачи) – WW. (4 км западнее) – северо-западный угол леса (северо-восточнее Крутого Лога) – центр местности (1 м восточнее Беловская).

Продолжается наступление с первичной целью сначала захватить Батрацкую Дачу и высоты юго-западнее её, чтобы затем ударить на север.

2) (линия соприкосновения. – В.З.) Юго-восточный угол леса (2 км северо-восточнее Крутого Лога) – выс. 164.7 – Генераловка).

3) 11-й танковый полк подчинён дивизии.

5) Командный пункт дивизии в пункте 205.4 (2 км северо-западнее Соломино)»[391]391
  NARA USA. T. 314. R. 197. F. 001098, 0010102.


[Закрыть].

Одновременно с атаками усиленной 7 тд на рубеж 73 гв. сд, 19 тд тоже продолжала наносить удары по позициям 81 гв. сд. В момент прорыва обороны дивизии Козака генералу Г. Брайту было крайне важно, чтобы на направлении главного удара корпуса командование седьмой гвардейской не смогло усилить войска, подтянув резервы (или силы с флангов). Поэтому 19 тд должна была оказать максимально возможное давление на своём участке, но выполнить эту задачу оказалось предельно сложно. Хорошо укреплённая полоса русских прекрасно учитывала пересечённую местность и обильно была насыщена трудно обнаруживаемыми заграждениями и всевозможными ловушками, в которые ударные группы дивизии Шмидта попадали на каждом шагу. Из сводки штаба 19 тд: «Начавшаяся в 15.30 (м. в) повторная атака боевой группы Беккера с 442 грп к северу от участка Разумной в 600 м к юго-западу от колхоза «День Урожая» напоролась на глубокие минные заграждения, через которые только к 19.10 (м. в.) удалось проделать узкий проход.

1/74 тгрп в 19.25 (м. в.) отвоевал у сильного и хорошо окопавшегося врага высоту к западу от колхоза «День Урожая».

1/429 грп в 14.30 (м. в.) переправился на восточный берег Донца для прочёсывания леса к северу, достиг к 17.00 (м. в.) северного края леса и установил связь с 73 тгрп у предмостного плацдарма.

… В течение дня многократные бомбовые и штурмовые авианалёты на передний край. Постоянная активность наших истребителей.

3) Полковой штаб и 2/74 тгрп подчинены группе Беккера.

4) Двумя лёгкими взводами 1-я батарея 272-го дивизиона зенитной артиллерии произведена смена позиции на восточный берег Донца, установлены у железной дороги южнее разъезда Крайда»[392]392
  NARA USA. T. 314. R. 197. F. 001098.


[Закрыть].

Во второй половине 6 июля для командования и седьмой гвардейской, и Воронежского фронта наступил один из наиболее напряжённых и тяжёлых моментов в ходе всей оборонительной операции. Ещё во время отражения первых утренних танковых атак на правом фланге 73 гв. сд наша разведка зафиксировала выдвижение из Соломино и переправу 2/11 тп. М. С. Шумилову было доложено, что немцы готовятся подтянуть к переднему краю дивизии Козака значительные силы бронетехники. Кроме того, комкор Сафиулин сообщил о нарастающих ударах танковыми группами по левому флангу 81 гв. сд в направлении Беловское – Ближняя Игуменка. Понимая, что немцы пытаются оттянуть его резервы в полосу дивизии Морозова, а свои бросить на участок 73 гв. и 78 гв. сд в направлении: Ястребово – Севрюково – Мясоедово или на свх. «Батрацкая Дача» – Неклюдово, командарм принял ряд важных решений. Во-первых, подстраховаться и в случае возможного прорыва перекрыть путь противнику на северо-восток 31 оиптабр (всё-таки переданной ему Н. Ф. Ватутиным). Во-вторых, выдвинуть свой общевойсковой резерв – 15 гв. сд генерал-майора Е. И. Василенко на рубеж р. Корень. Тем самым блокировалось распространение неприятеля в тыл 24 гв. ск и появлялась возможность нанести фланговый удар по группе, наступающей через правый фланг 73 гв. сд, на северо-восток. Из отчёта 15 гв. сд: «В ночь на 06.07.1943 г. дивизия, сдав полосу обороны частям 111 сд, совершила марш по дороге: г. Волчанск, свх. Плетнёвка к 8.00 сосредоточилась в Щебекино. В связи с резкими изменениями обстановки на фронте армии, дивизия в течение 2 часов получила несколько боевых задач и, не успевая выступать в указанном направлении, как отменялись приказы и только в 12.00 6.07.1943 г. дивизия выступила с пункта сосредоточения для занятия обороны на рубеже: Неклюдово, Чураево, имея задачу не допустить прорыва танков и пехоты противника через р. Корень. В 17.00 дивизия заняла оборону на рубеже: /иск/ Неклюдово, Чураево, имея передний край на р. Корень.

50 гв. сп занял участок: /иск/ Неклюдово, Пенцево, 1,5 км юго-восточнее выс. 136.3.

47 гв. сп: /иск/ Пенцево, Чураево, лес в 2 км восточнее выс. 123.2.

44 гв. сп: 1,5 км восточнее выс. 136.8, 3 км юго-восточнее Пенцево, отм. 201.3»[393]393
  ЦАМО РФ. Ф. 25 гв. ск. Оп. 1. Д. 12. Л. 165–167.


[Закрыть].

Дивизия усиливалась двумя батальонами ПТР, 1669 иптап и 1529 тсап. И по выходу на указанный рубеж она передавалась в подчинение комкору Сафиулину.

Затем командарм распорядился найти штаб 31 оиптбр и передать его приказ: «Поднять соединение по тревоге и перебросить в район Ястребово – клх. «Соловьёв», если встречи с противником не будет (на марше или в районе сосредоточения. – В.З.), выйти на рубеж западнее свх. «Батрацкая Дача», где поступить в распоряжение командующего 7 гв. армии».

В полдень Н. Ф. Ватутин находился в штабе фронта на узле связи и вёл переговоры по БОДО с генерал-лейтенантом И. М. Чистяковым. Именно в ходе этого разговора он получил от командарма-6 доклад о том, что в 12.10 до двух танковых дивизий (корпуса СС) в районе Яковлево прорвались на Прохоровское направление и продолжают двигаться в тыл его армии. Генералу армии стало ясно, что если немедленно решительными действиями фронтовых резервов не переломить ситуацию в этом районе и одновременно не подстраховать М. С. Шумилова (у него тоже удары неприятеля шли по нарастающей), немцы окончательно перехватят инициативу. Поэтому он согласился с решением И. М. Чистякова и разрешил ему нанести контрудар 5 гв. Стк и 2 гв. Ттк по правому крылу и в лоб вклинившейся группировки противника. А на усиление 7 гв. А уже была передана 31 оиптабр, и, кроме этого, командиру 35 гв. ск генерал-лейтенанту С. Г. Горячеву, который находился в подчинении 69 А, был направлен приказ о выдвижении двух его дивизий на вторую армейскую полосу на стык 6 гв. и 7 гв. А. В 13.30 комкор подписал частные приказы № 1 и № 2, в которых ставил задачу: командиру 92 гв. сд полковнику В. Ф. Трунину – «немедленно выйти в район Верхний Ольшанец, Ольховатка /Дергобужни/ и сменить части 89 гв. сд на участке Сабынино, /иск/ Киселёво, Шляховое, /иск/ Мазикино, Верхний Ольшанец, /иск/ Кривцово. Обратить особое внимание на направления: Сабынино – Гостищево, Шляховое – Дальняя Игуменка – Белгород. Граница слева – р. Разумная»[394]394
  ЦАМО РФ. Ф. 35 гв. ск. Оп. 1. Д. 26. Л. 76.


[Закрыть]; а командиру 94 гв. сд полковнику И. Г. Русских – «…немедленно выдвинуться в район Ломово, Мазикино, Шеино с задачей: оборонять район Мазикино, Шеино, Ново-Троевка, Алексеевка. Обратить особое внимание на направления: Мазикино – Мелихово – Белгород; Мазикино – Мясоедово – Белгород; Ново-Троицкое – Неклюдово – Шебекино. Граница справа – р. Разумная»[395]395
  ЦАМО РФ. Ф. 35 гв. ск. Оп. 1. Д. 26. Л. 77.


[Закрыть].

89 гв. сд полковника М. П. Серюгина командующий фронтом предполагал использовать совместно с танковыми корпусами для нанесения контрудара утром 7 июля по группировке, которая прорвалась в тыл армии Чистякова на Прохоровском направлении. А две дивизии корпуса Горячева должны были создать второй эшелон для 7 гв. А на наиболее опасном участке – за её правым флангом и за стыком с 6 гв. А. Таким образом, несмотря на резко обостряющуюся обстановку Н. Ф. Ватутин продолжал настойчиво претворять в жизнь свой план по расщеплению ударных группировок Манштейна. И пока ему это с успехом удавалось.

Параллельно с созданием второго эшелона для 7 гв. А, командующий фронтом усилил армию 270 сд генерал-майора И. П. Беляева. В середине дня из штаба 49 ск она получила приказ «форсированным маршем за ночь с 6 на 7 июля пройти по маршруту: Белянка, Мало-Михайловка, Вознесеновка, Логовое, Щебекино и утром сосредоточиться: 973 сп – Крапивное, 975 сп – Устинка, 977 сп – Шебекино. После сосредоточения перейти в оперативное подчинение 24 гв. ск 7 гв. А»[396]396
  ЦАМО РФ. Ф. 270 сд. Оп. 1. Д. 1. Л. 12.


[Закрыть]. Это решение напрашивалось само собой. М. С. Шумилов, передав 15 гв. сд комкору-25, оставил у себя в резерве лишь 111 сд, которую использовать пока не разрешалось. А для усиления 24 гв. ск, который уже ввёл в бой свой первый и для второго эшелона войск, у него не было. Но и Н. Ф. Ватутин в этот момент уже испытывал острую нехватку сил, он исчерпал свои резервы на левом крыле фронта, поэтому соединение Беляева он лично распорядился передать не командарму-7, а напрямую комкору Н. А. Васильеву, и только временно, использовать его можно было лишь с разрешения командования фронта или в «пожарном порядке».

Кроме того, ещё утром по просьбе М. С. Шумилова командующий фронтом распорядился усилить действия 17 ВА восточнее Белгорода и перенацелить для уничтожения переправ на Донце часть сил 1 шак 2 ВА. Специально для действий в полосе 7 гв. А командующий 17 ВА генерал-лейтенант В. А. Судец оперативно выделил 306 шад полковника А. Ф. Исупова. Активизацию боевой работы авиаторов сразу отметили германские войска, причём не только на направлении главного удара армейской группы. Оба корпуса Кемпфа начали доносить о «сильных налётах вражеской авиации» и «бомбёжке предмостных укреплений в Михайловке, восточной части Белгорода» и т. д. Однако, как свидетельствуют советские боевые документы, эффективность наших авиасоединений в этот день могла быть значительно выше. Но об этом чуть позже.

А теперь вернёмся к событиям на участке 73 гв. сд. Заблаговременно разведанный маршрут движения в полосу 7 гв. А позволил комбригу-31 подполковнику С. В. Шманову вывести соединение на марш уже в 14.20 и направить рекогносцировочную группу 1849 иптап во главе с его командиром и начальником штаба бригады в район выс. 206.9. Когда эта группа прибыла к Ястребово, подразделения фон Опельна и Глезимера уже штурмовали Генераловку и отдельные группы танков вели бой в Белинской. 223 гв. сп 78 гв. сд и 209 гв. сп 73 гв. сп были разбиты и отходили в лес восточнее выс. 191.2 и далее на левый берег р. Разумной, а часть их рот, потеряв управления по ударом «накатывавших волн танков», двигались на восток в тыл корпуса Сафиулина. Начштаба бригады майор Коршевнюк связался с С. В. Шмановым и доложил о прорыве рубежа и отходе стрелковых частей. В докладе бригады тот момент описан следующим образом: «В это время пехота и её тяжёлые средства борьбы, как то: пушки и миномёты, отходят в беспорядке на дороги до Шеино. Танки противника (более 70) двигались по дороге с выс. 216.1 на Мясоедово, изредка обстреливая дорогу Ястребово – Севрюково»[397]397
  ЦАМО РФ. Ф. 203 (штаб артиллерии). Оп. 2843. Д. 29. Л. 109.


[Закрыть].

Оценив обстановку, комбриг-31 отдал приказ немедленно развернуть 2-ю батарею 1849 иптап, уже находившуюся в Ястребово, на его южных окраинах и под её прикрытием вывести полк на рубеж: Севрюково, горизонталь (с отм.) 160, клх. «Соловьёв», с целью блокировать танковую группу неприятеля. Таким образом, хотя за рубежом 73 гв. сд уже не было войск, которые могли бы удержать две танковые дивизии, тем не менее, благодаря правильной оценке складывавшейся оперативной обстановки и своевременно принятым командованием 7 гв. А мерам бригада Шманова уже была на подходе. Она имела реальную возможность сковать боем танковую группу 6 и 7 тд на несколько часов для подтягивания резервов. Удача способствовала артиллеристам, им удалось сделать значительно больше, чем от них требовалось в тот момент.

Сломив организованное сопротивление на стыке 81 гв. и 73 гв. сд, бронегруппа фон Опельна по дороге, где отходили гвардейцы, достаточно быстро продвинулась вперёд. Ещё шли упорные бои за Генераловку, а большая часть 2/11 тп майора Ф. Беке уже прошла Беловское и в 17.00 находилась примерно в 1 км к югу от Ястребово. Но в этот момент произошло одно неприятное для противника событие, о котором штаб 6 тд, судя по его сводкам, так и не донёс командованию корпуса. «Забыли» упомянуть об этом событии в своих мемуарах и его участники, германские военачальники. После нескольких подрывов на минах экипажи немецких танков получили приказ: если русские не ведут огонь по танкам, двигаться кильватерной колонной и лишь с началом боя разворачиваться в боевые порядки. Этого правила придерживалась и группа фон Опельна, подходя к рубежу 2-й батареи ст. лейтенанта Ф. П. Почтарёва (76-мм ПТО), которую командир 1849 иптап майор Д. И. Зорин выдвинул для прикрытия развёртывания полка по линии: Ястребово – Севрюково – отм. 160. Из отчёта штаба 31 оиптабр: «70 танков противника шли походным порядком, имея в голове колонну до 30 тяжёлых машин, встретив сильный фланкирующий огонь 2-й батареи[398]398
  Батарея вступила в бой тремя орудиями, чётвертое отстало и ещё находилось на марше в голове колонны полка.


[Закрыть], расположенной на буграх у южной окр. Ястребово, колонна попыталась развернуться, но при развёртывании 4 головных танка «тигр», двумя расчётом были подожжены и два танка подбиты. Там же 3-й и 4-й расчёты подбили 5 танков. Из танков образовалась искусственная преграда, к тому же высокий темп огня расчётов мешал наблюдению из танков (за полем боя. – В.З.), поэтому обстрел огневых позиций батареи начался спустя час боя. Развёртываться на западную сторону танки возможности не имели, т. к. каждый танк, поворачиваясь, попадал на перекрёстке наводчиков и немедленно выводился из строя. К 18.30 2-я батарея задачу командира полка на прикрытие развёртывания остальных батарей полностью выполнила, оставив на поле боя 6 подбитых и девять сожжённых танков. Израсходовав весь бронебойный боеприпас, 2-я батарея под прикрытием 1-й батареи с огневых позиций была уведена на запасные.

Но танки противника движение продолжали в том же направлении – на Ястребово. В это время на горизонте выс. 207.9 появилась 2-я колонна более 100 танков (бронегруппа Шульца. – В.З.). Четыре остальных батареи полка, развернувшись с ходу, обрушили одновременно на 1-ю колонну (бронегруппу фон Опельна. – В.З.) всю мощь своего огня. 1-я батарея расстреливала головные, 3-я и 4-я батареи – центр и 5-я батарея хвост 1-й колонны из оставшихся 55 танков. Часть 2-й колонны, оценив силу огня, под которым находилась 1-я колонна (столбы пыли, огня и дыма), предпочла остановиться и выжидала исхода боя. Бой длился 1,5 часа. 1-я колонна танков, потеряв в общей сложности подбитыми и сожжёнными 30 танков, в 20.00 повернула на свх. «Батрацкая Дача» и клх. «Соловьёв». На подступах к свх. «Батрацкая Дача» колонну танков встретил редкий, но исключительно меткий огонь 76-мм пушки и танка, принадлежность которых не установлена. На дороге у свх. «Батрацкой Дачи» горели 5 танков и 3 были подбиты. Тем не менее, до 13 танков и 3 самоходных пушек, пристроившись ко второй колонне, в 21.00 ворвались в свх. «Батрацкая Дача»[399]399
  ЦАМО РФ. Ф. 203 (штаб артиллерии). Оп. 2843. Д. 29. Л. 111, 111 обр.


[Закрыть].

Следует подчеркнуть, что успех полка Зорина имел очень важное значение для советской стороны. Так как после захвата группой фон Опельна села Беловская и прорыва группы Шульца к выс. 216.1 (это произошло почти одновременно) фланги 81 гв и 73 гв. сд разошлись и образовалась брешь шириной в 4,5–5 км, которую и следовало перекрыть 31 оиптабр и находившемуся здесь 148 отп. За позициями бригады и полка в направлении Мясоедово наших войск в тот момент не было, и в случае если бы танки противника не удержали, останавливать их пришлось бы в тылу резервом фронта на неподготовленном рубеже.

Причин столь высоких результатов боевой работы 2-й батареи ст. лейтенанта Ф. П. Почтарёва несколько. Во-первых, артиллеристы скрытно подошли к указанному рубежу и хорошо замаскировали огневые позиции, это застало противника врасплох. Во-вторых, командир батареи правильно выбрал ОП, огонь вёлся по флангам танковой группы, при этом расчёты достаточно долго находились вне зоны огня. В-третьих, условия местности для ведения огня из орудий именно по дороге, где шла вражеская колонна, были выгодны для артиллеристов. В-четвёртых, хорошая выучка номеров орудий, особенно наводчиков. И немудрено, в документах бригады отмечается, что в период подготовки к боям, согласно приказу командования артиллерии фронта, которое ставило задачу готовить из расчётов настоящих истребителей танков, с рядовым и младшим командным составом (сержанты и старшины) каждый день проводились занятия по 10 часов, из них 2 часа – стрельба прямой наводкой по движущимся танкам. А со средним звеном (командирами взводов и батарей) – занятия через два дня на третий, продолжительностью по 8 часов[400]400
  ЦАМО РФ. Ф. 203 (штаб артиллерии). Оп. 2843. Д. 29. Л. 100 обр.


[Закрыть].

Нельзя не подчеркнуть, что в этом поединке высокий профессионализм и личное мужество проявил командир батареи. Даже когда во время боя Федор Платонович получил контузию, он не покинул огневых позиций вплоть до отвода батареи в тыл и продолжил по мере возможности управлять боем. За стойкость и умелое командование подразделением командование бригады уже 8 июля 1943 г. представило его к ордену Красного Знамени, который он получил после завершения оборонительной операции.

В оперативной сводке бригады № 1 за 6 июля 1943 г. отмечается: «3. 1849 иптап в 17.00 с ходу развернулся на рубеже Ястредово – Севрюково, отм. 160 и до 22.00 вёл ожесточённый огневой бой на уничтожение танков противника. В 21.40 атаки танков прекратились. В результате боя подбито 14, сожжено 16 танков противника, в том числе и тяжёлых. Потери: убит один младший командир и два рядовых, ранено два младших командира и 6 рядовых. Подбито: 1 76-мм пушка. Остаток боеприпасов на ОП: бронебойных 1,8 б/к, осколочных – 1,4 б/к.

4.1853 иптап одной батареей в 17.00 вышел и развернулся 500 м севернее клх. «Соловьёв», остальным составом батарей сосредоточился на северо-западной окр. Никольское и в 21.00 в районе клх. «Соловьёв» занял оборону. Бой с противником не вёл.

5. 1851 иптап без матчасти и транспорта продолжает оставаться на доформировании в Пожарной»[401]401
  ЦАМО РФ. Ф. 203. Оп. 920412. Д. 22. Л. 31.


[Закрыть].

Если результаты поединка батареи Почтарёва подтверждаются иными источниками, то ход боя остальных четырёх батарей полка Зорина не совсем ясен. Вызывает сомнение и то, как изложены в документе решения подполковника А. Шульца. Зная, как немцы умели воевать, трудно себе представить, чтобы командир бронегруппы, славившийся в вермахте своим мастерством и решительностью, имея «под рукой» почти сотню танков, испугался клубов дыма и огня и повернул обратно. Исходя из обнаруженных в ЦАМО РФ источников ситуация в районе выс. 207.9 и восточнее – у клх. «Соловьёв» выглядит не столь красочной, как это написано в отчёте комбрига-31, а значительно сложнее.

Когда на каком-то участке намечается прорыв, то командование стремится оперативно стянуть к нему всё, что может стрелять, вплоть до отдельных орудий и расчётов ПТР. Примерно так же в этой ситуации действовало и командование 7 гв. А. М. С. Шумилов ещё вечером 5 июля верно оценивал рубеж 73 гв. сд как наиболее опасный и стянул сюда все имеющиеся средства ПТО. Поэтому обе танковые группы 7 тд, несмотря на всю свою мощь, не шли парадным строем по позициям дивизии Козака, а под градом снарядов, мин и пуль ПТР буквально продирались через искусно подготовленные многочисленные минные поля и инженерные загражения. Поэтому на решение подполковника А. Шульца развернуть бронегруппу на свх. «Батрацкая Дача» повлияла не картина боя расчётов полка майора Д. И. Зорина с группой фон Опельна, а совсем иные факторы. Во-первых, сильный огонь 148 отп, который в 8.00 6 июля подошёл в район клх. «Соловьёв» (на западную опушку леса восточнее Ястребово) и к моменту прорыва его роты уже закопали боевые машины с автоматчиками и расчётами ПТР, создав здесь прочный рубеж обороны. Во-вторых, у командира 25 тп был чёткий приказ Брайта: взять клх. «Соловьёв» 6 июля и тем самым открыть путь ак «Раус» к р. Разумная. Поэтому было решено колхоз брать силами подходившей из района Ястребово бронегруппы фон Опельна, а свои подразделения Шульц развернул на свх. «Батрацкая Дача».

Чтобы развеять всякие сомнения и понять, кто с кем дрался и как это происходило, обратимся к архивным документам. Из журнала боевых действий 148 отп за 6 июля: «В 0.40 6 июля получено боевое расположение штаба БТ и МВ 7 гв. А № 0020/оп о подчинении 148 отп 31 оиптабр и о сосредоточении его подразделений в районе выс. 206.9 (800 м севернее клх. «Соловьёв»). В 4.20 полк выступил в указанный район и к 8.00 сосредоточился по западным окраинам рощи, восточнее Ястребово, Севрюково. 3 тр с двумя отделениями автоматчиков и четырьмя расчётами ПТР заняла рощу на юго-восточной окраине Мясоедово… В течение дня полк без поддержки артиллерии и пехотного прикрытия вёл успешный бой с бронетехникой противника. Неоднократные атаки немецких танков были отбиты. С появлением перед рубежом немецких танков 31 оиптабр с занимаемого участка отошла и в боевых действиях не участвовала. К этому времени 94 гв. сд была ещё на подходе и принять участие в боях не могла. Штаб 31 оиптабр сообщил в штаб 35 гв. ск о том, что район, занимаемый бригадой, с момента её отхода захавачен противником. В результате этого 148 отп дважды подвергался налётам наших штурмовиков… В этих боях отличился командир танка ст. лейтенанат Малин, подбивший 3 танка…»[402]402
  ЦАМО РФ. Ф. 148 отп. Оп. 661360. Д. 3. Л. 77.


[Закрыть].

А теперь процитирую журнал боевых действий 11 тп 6 тд: «Под ожесточённым огнём артиллерии и танков противника бронегруппа вышла к отметке 216.1 и выс. 207.9. 6-я и 8-я роты при поддержке «тигров» атаковали колхоз «Соловьёв», но встретили сильное сопротивление противника. Обе роты понесли потери. В 20.00 была установлена связь с наступавшим справа танковым полком 7-й танковой дивизии. На ночь боевая группа фон Оппельна заняла круговую оборону на выс. 207.9. Задача дня была выполнена. Успехи: 7 вражеских танков, 10 противотанковых пушек, 1 пехотное орудие, 3 152-мм орудия, 1 зенитная артиллерийская батарея (четыре 76,2-мм орудия), приблизительно 120 убитых солдат противника. Потери: 8 танков от артиллерийского огня, 3 – от мин»[403]403
  Хаупт В. Сражения группы армий «Юг». М.: Яуза, 2006. С. 294.


[Закрыть].

Сравнение данных из приведённых выше двух документов позволяет не только понять суть события, которое сразу приобрело некую объёмность и достоверность, но и уточнить потери сторон в ходе неудавшегося штурма клх. «Соловьёв» немцами. Достаточно редкий факт – штабы обоих полков почти не преувеличили и не уменьшили цифру потерь. Вечером подполковник Л. – А. М. Лифиц донёс, что в ходе дневного боя его 148 отп подбил и сжёг 11 единиц вражеской бронетехники, в том числе 6 «тигров» и 1 самоходку. Что же касается приведённых в журнале боевых действий 11 тп цифр потерь советской стороны в танках, то это уничтоженная техника 167 отп, а боевые машины, вышедшие из строя в 148 отп, немцы не могли посчитать, т. к. они находились на территории, контролируемой полком. По данным штаба 148 отп, он потерял 8 боевых машин, в том числе сгорело 2 Т-34, подбито 5 Т-34 и Т-70, погибло и было ранено 37 бойцов и командиров[404]404
  ЦАМО РФ. Ф. 148 отп. Оп. 661360. Д. 3. Л. 78.


[Закрыть]. Удалось прояснить и то, кому принадлежали указанные в документе как уничтоженные 152-мм орудия и зенитная батарея. Дело в том, что танки майора Беке настигли у высоты 216.1 колонну 8-й батареи 3/265 гв. апап, отходившую из леса восточнее Генераловки. Артиллеристы даже не успели развернуть орудия, хотя бойцы 5 зенад полковника М. А. Кудряшова, находившиеся недалеко, пытались им помочь и вступили в поединок со 2/11 тп. Начальник штаба артиллерии 7 гв. А подполковник Санфиров докладывал: «Одна батарея 265 гв. апап была расстреляна танками противника на марше в районе отм. 216.1 (впоследствии при занятии нашими войсками этого района было установлено: прямые попадания снарядов в тракторы и орудия). В этом же районе стояла батарея 743 зенап (85-мм), которая прямой наводкой успела уничтожить 6 танков. Батарея понесла большие потери в людях. Орудия были разбиты и захвачены противником»[405]405
  ЦАМО РФ. Ф. 341. Оп. 5312. Д. 539. Л. 146.


[Закрыть].