Читать книгу "Боевое Братство"

Влад Лей
Боевое Братство

Глава 1 Дезертиры

Пролог

Предисловие

Данная книга является самобытной историей о странствиях разнокалиберного и разношерстного отряда наемников в мире Норхарда (возможно знакомого вам по циклу «Северянин»). Но в этот раз я намерен показать читателю не только северную часть этого мира, а все, что тут есть. Кроме того в отличие от «Северянина» и «Викинга» этот мир более разнообразен. Здесь есть рыцари и короли, лорды и крестьяне, некроманты и жуткие монстры, старые боги и коварные маги....

Приятного чтения и интересного путешествия. Добро пожаловать в Норхард)

(иллюстрация Варвары Грин)

Пролог

Вольные баронства (бывшее королевство Рокат)

Гор успел отразить удар в последнюю секунду. Острый, как бритва, нож был нацелен ему в грудь, но встречный удар отвел стальное жало в сторону.

Будь это сражение один на один ‒ Гор не только отбил бы удар, но еще и перешел в контратаку, которая, скорее всего, закончилась бы гибелью противника.

Но сейчас был не бой один на один, Гор был в числе тех, кто вот уже полтора месяца безуспешно пытался взять замок Витар, принадлежащий барону Гроту. И сегодняшний штурм был не исключением – все, кто шел к стенам, были уверены – захватить замок не выйдет.

Так и получилось. Десяток Гора начал карабкаться по лестнице вверх, на стены и…там застрял. Противников было так много, что пробиться через их ряды было невозможно. Даже удержать тот участок стены, где сейчас сражался Гор, не получалось.

Вместе с Гором успели подняться всего пятеро бойцов и трое уже были мертвы. Двое оставшихся в живых пока еще держались, но…вряд ли их хватит надолго.

Именно в эту секунду Гор увидел, как на шлем одного из его воинов опустилась дубина. Боец застыл, лишь на мгновение опустив свой меч, и тут же в его живот вонзилось копье.

– Мрислав! – заорал Гор и бросился на помощь соратнику, но не успел – над головами врагов и союзников взметнулся топор, со свистом опустился вниз, перерубив Мриславу шею.

Гор попытался было добраться до увальня, который и убил Мрислава, но рядом вдруг раздался крик боли и отчаянья.

Гор повернул голову.

Еще один боец из его десятка лишился жизни – один из воинов барона Грота смог достать бедолагу – меч вошел под мышку, как раз туда, где не было никакой защиты.

Гор встретился глазами со своим умирающим соратником. Тот безотрывно глядел на командира, губы его шевелились, но Гор не мог разобрать слов в царящей вокруг вакханалии.

Жизнь покидала бойца – глаза его тускнели, взгляд застыл. Миг ‒ и только что живой человек вдруг исчез, оставив лишь свое израненное, остывающее тело.

Гор зарычал, резко развернулся и ударил мечом наотмашь.

Раздалось мерзкое бульканье и один из противников вдруг схватился за горло. Из-под пальцев его обильно шла кровь.

Гор увернулся от копья, которым его пытались достать, и сам, поднырнув под руку очередного врага, «выстрелил» мечом.

Он почувствовал, как острие, найдя слабину в броне противника, прошло дальше, вошло в живую плоть.

Провернув меч, расширяя и усугубляя рану, Гор рванул оружие на себя, освободив его.

А в следующий момент он получил пинок в живот. Причем пинок такой силы, что Гор не удержался и полетел со стены вниз…

Тут бы ему и конец, но именно в этой части замка стены были не особо высокими. Собственно, поэтому штурмовали тут.

А еще Гора спасло то, что упал он не на каменистую землю, а на чей-то труп.

Тем не менее, падение не прошло бесследно – из Гора выбило дух, он лежал, пытаясь вдохнуть или выдохнуть, удивляясь тому, почему вдруг разучился дышать.

Вполне возможно, что на некоторое время он и вовсе лишился сознания.

Во всяком случае когда он очнулся, когда зрение к нему вернулось, сражение на стене замка уже закончилось.

Гор не без труда перевернулся на живот, попытался подняться.

Сделать это оказалось неимоверно трудно – в груди жутко болело, каждый вдох был сродни пытке, конечности его не слушались, а тело и доспехи, как казалось, весили целую тонну.

В конце концов Гор скинул с себя кирасу и шлем, после чего смог стать на четвереньки, однако подняться в полный рост не получалось – земля размокла от снега, который начал идти еще вечером, превратившись в грязь, к тому же ее взбили ногами штурмующие замок бойцы.

Раздался протяжный звук горна. Это был сигнал к отступлению.

Гор не испытал ровным счетом никаких эмоций. Ни облегчения, ни отчаянья. Все случилось ровно так, как солдаты и говорили – очередной штурм закончился ничем.

Хотя, если взглянуть на множество трупов, лежащих у замковых стен, можно сказать, что результат был. Барон Табот, который и командовал осадой, здорово уменьшил свою армию…

Гор предпринял еще одну попытку подняться, но поскользнулся в грязи и вновь оказался на четвереньках.

Рядом послышался какой-то чавкающий звук и Гор, повернув голову, увидел приближающегося всадника.

Всадник?! Здесь? Откуда? Неужели Табот отправил кавалерию? Но зачем?

Несмотря на то, что разум Гора был все еще помутнен падением, он бросил взгляд на табард, надетый всадником поверх доспеха.

Желтого цвета, с зелеными львами – таких цветов и гербов нет у союзников, зато есть у соседей.

Гор смекнул, что сидящий за стенами своего замка барон Грота смог отправить гонца к союзнику и тот явился…

Меж тем всадник подъехал к Гору, остановил коня рядом с ним.

– Погляди сюда, чернь! – приказал всадник, подняв забрало шлема. – Хочу увидеть твою морду перед тем, как убью.

Гор с ненавистью поглядел на всадника. И до этого сомнений было, но теперь, после этих слов, произнесенных с таким пафосом и надменностью, стало окончательно понятно – какой-то дворянчик, мнящий себя великим воином, решил открыть счет, добивая раненых. А быть может, уже открыл.

Дворянчик, увидев выражение лица Гора, лишь усмехнулся.

– Можешь попытаться сбежать. Старый пьянчуга Табот уже протрубил отход, так что дам тебе фору – двадцать шагов.

Гор скосил взгляд на короткое копье, которое дворянчик держал в правой руке.

Ну да…конечно… Фора в двадцать шагов – это верх щедрости.

В нынешнем своем состоянии Гор не был уверен, что сможет просто их пройти, а уж бежать… Да и какой смысл? Боевой конь нагонит человека в пять прыжков и дальше дворянчик всадит копье в спину убегающему…

Гор стал на колени, откинул голову назад, прикрыв глаза, и раскинул руки, давая понять, что готов принять смерть.

– Трус! – в голосе дворянчика звучало и разочарование, и презрение. Наверняка он предвкушал погоню и убийство жертвы, не способной ничего ему противопоставить.

Конь, словно учуяв подвох, фыркнул, начал гарцевать на месте.

– Тпру-у-у! А ну стоять! – рявкнул дворянчик, заставляя своего скакуна успокоиться.

Когда конь вновь покорно стал, дворянчик удобнее перехватил копье и, замахнувшись, ударил им, целя в грудь Гора, но тот вдруг резко подался в сторону. Навершие копья ударило лишь воздух, а в следующую секунду Гор вцепился в древко и что было сил дернул его на себя.

Не ожидавший подобного от доходяги дворянчик вылетел из седла, с громким хлюпаньем упал в грязь.

Гор, даже не вставая, накинулся на него, придавил всем своим весом, а затем, изловчившись, вытянул из-за голенища короткий нож.

На лице дворянчика все еще было написано удивление, когда нож вошел ему в шею, чуть выше кольчужного воротника.

Дворянчик захрипел, на губах его появилась кровавая пена и он непонимающе уставился на Гора.

Несколько секунд, и он затих, Гор с облегчением перевернулся и рухнул спиной в грязь.

Пока Гор расправлялся с дворянчиком, проклятая лошадь, будто испугавшись, что ее ждет та же судьба, что и владельца, бросилась прочь.

Ну и ладно. Гор не был уверен, что сможет залезть в седло.

Все еще плохо соображая, он, опираясь на труп дворянчика, смог подняться.

Потоптавшись на месте, найдя взглядом огни лагеря, он поплелся в ту сторону.

Путь был нелегким. Идти чуть ли не по колено в грязи было тяжело, несколько раз Гор падал, весь изгваздавшись в грязи, кое-где и вовсе полз, так как просто не мог подняться.

Казалось, что путь его занял целую вечность, но вот вдруг он обнаружил, что всего в нескольких метрах от него высится палатка. Штопанное, некогда белое, а теперь замызганное до серости полотно колышется под ветром. Чуть дальше, за палаткой, виднеются костры.

Гор, шатаясь, направился туда…

Еще вчера у костров сидели, ели и грелись по дюжине воинов. Теперь же у слабо горящих костерков было человек по пять. Где-то чуть больше, где-то чуть меньше… А кое-где костер не зажегся вовсе – было некому.

Сколько же сегодня полегло людей?

Гор наконец-то добрался до места, где еще вчера ждал битвы его десяток. Сейчас у только-только разведенного огня сидело всего двое: вечно мрачный Бура – мужик лет сорока, плечистый и высокорослый, и старый, седой Аким, возраста которого никто не знал. Но все были уверены – он очень стар, ведь Аким – воин, который был в дружине сира Борса тогда, когда сам сир Борс был сопливым юнцом. Да чего там, Аким в свое время Гора учил владеть мечом и щитом, и уже тогда был сивым, как лунь.

Гор подошел ближе и с облегчением опустился на бревно. Он протянул замершие руки к огню, пытаясь хоть как-то их согреть.

– Это все? Только двое? – не глядя ни на кого и ни к кому конкретно не обращаясь, спросил Гор.

Вместо ответа раздался горестный вздох Акима.

– Братья Сигиры погибли, – сказал он. Голос его звучал как скрип старых деревьев ветреной осенью. – Всадники появились словно из ниоткуда, и прежде чем мы успели хоть что-то сделать…

Он вновь тяжело вздохнул.

– Дубину убили, – буркнул Бура, – стрела точно в глаз вошла…

– Мрислава и Губень на стене убили, – сказал Гор, глядя на огонь, – Кулича зарубили, когда поднимался по лестнице, Самику проломили череп камнем. А Ширима просто сбросили…

– Вот, считай, и нет больше дружины у сира Борса, – вздохнул Аким.

– Сира Борса тоже нет, – хмыкнул Бура, – видел, как его на стене зарубили. Раз ‒ и башка полетела…

– Уверен, что это он был? – Гор повернулся к Буре. – Что старик забыл на стене?

– Захотел нас воодушевить, – горько усмехнулся Бура,– решил, что если пойдет, мы победим.

– На старости лет совсем из ума выжил… – вздохнул Аким, – чего вообще было влезать в эту войну?

– Земель захотел, – ответил Бура.

– Своих, что ли, мало? Одна деревушка на всю округу, да и та теперь захиреет, – Аким горестно махнул рукой.

Гор промолчал.

Все было хуже, чем он ожидал. То, что их господин, сир Борс, сам полез в бой и погиб, было плохой новостью. Будь он жив, увидев, какие понесла потери его дружина, может и отказался бы продолжать осаду, а теперь… Теперь, скорее всего, их, переживших сегодняшнее побоище, бросят как мясо на следующий штурм…

– Думаю, нас теперь к баронской роте отправят, – заявил Бура. – Их тоже сегодня здорово потрепали…

– Да как можно? – возмутился Аким. – Мы ведь дружина лорда!

– Нет лорда – нет дружины, – хмыкнул Бура, – готов поспорить, благородные сейчас собачатся насчет того, кому земли сира Борса достанутся…

Костер наконец-то разгорелся, затрещали дрова, искорки прыгали над языками пламени.

Гор смог согреть руки – теперь тепло от костра было ощутимым. Хоть что-то хорошее – можно нагреться самому, просушить одежду. Тем более что с темного неба начал сыпаться снег. Пока что редкие снежинки опускались на траву и вытоптанную землю, но Гор не сомневался – зима скоро даст о себе знать…

Совсем рядом из темноты кто-то вынырнул, с размаха плюхнулся рядом с Гором на бревно.

– Фуф… Думал, не дойду!

– Артур! Живой! – обрадовался Аким. – А мы уж думали…

– Не дождетесь! – усмехнулся высокий и статный парень лет двадцати с небольшим.

Это был Артур Лэндаль – еще один боец их десятка. Меткий лучник, душа компании, повеса и бабник. Однако сейчас он выглядел смертельно уставшим, был потрепанным и взъерошенным, самим на себя не похожим.

– А остальные где? За харчами и дровами пошли? – спросил Артур, как и Гор, протягивая руки к костру.

– Это все, – ответил ему Бура.

– Как это «все»? – не понял Артур.

– Все, кто выжил, – пояснил Гор.

Артур, нахмурив брови, обвел товарищей взглядом, словно проверяя, не шутят ли они. А затем, осознав, что таким не шутят, шумно вздохнул и выругался.

– Мать его за ногу, Табота и этот вшивый клоповник Витар! На кой черт он нам вообще нужен?

Вопросы это были сугубо риторические и отвечать на них никто не спешил.

– А где сир Борса? – спросил Артур. – Он знает, сколько нас осталось?

– Знает, – хмыкнул Борса, – он ведь с остальными…

Артур уставился на Буру, глупо хлопая глазами. Наконец-то до него дошло.

– Сир Борса…того?

Бура лишь кивнул.

– Вот черт… – похоже, до Артура мгновенно дошло, что означает смерть их лорда, – и что делать будем?

– А что мы можем сделать? – спросил Бура.

– Ну… – Артур сообразил, что ляпнул глупость, и теперь пытался сформулировать мысль, – нас ведь в баронское мясо засунут…

Бура пожал плечами, мол, а чего сделаешь?

У костра вновь воцарилось молчание.

В лагере вообще стояла непривычная тишина. Обычно со всех сторон доносился гомон, покашливание, даже смех изредка, но сейчас стояла тишина.

Было настолько тихо, что все сидевшие у костра мгновенно услышали приближающиеся шаги.

Как один, они повернулись, то ли надеясь, что это кто-то из, как они считали, почивших товарищей, то ли Бура все-таки ошибся и к ним идет сир Борса.

Шаги все приближались, и вот из темноты вынырнула фигура.

Блестящие и чистые доспехи, спесивое выражение лица и презрительный взгляд.

Гор нисколько не сомневался, что заявился к ним очередной лорд. А их появление не сулит ничего хорошего…

– Где здесь десяток Борса? – спросил он, презрительно скривив губы.

Гор нехотя поднялся на ноги.

– Десятник Гор, ваша мило…

– Больше не десятник, – перебил его дворянин, – я – лорд Гирей ли Домброй. Ваш господин.

Вся четверка скривилась. Лорда Гирея ли Домброя все они отлично знали и помнили. Лет пять назад он повадился к дядюшке клянчить деньги. Тот давал, но затем решил пристроить племянника к делу. Сам уехал в соседнее баронство, а на хозяйстве оставил Гирея.

Так тот такого наворотил…

Короче, когда дядюшка вернулся, то за голову схватился. А обнаружив племянничка, пьяно храпящего на подворье в уделанных портках, погнал его взашей.

После этого лорд Гирей ли Домброй в деревне не появлялся и дядюшке не докучал.

Но вот поди ж ты – едва только сир Борса почил, как объявился, наследничек…

Судя по всему, Гирей понял по ехидным выражениям лиц, о чем думают его свежеиспеченные «вассалы», так как скривился, будто сожрал чего кислого, и заявил:

– Значит слушайте сюда, тупицы! Утром отправляетесь к воротам, доложитесь сотнику Дюту и будете воевать под его началом. Все ясно?

– К воротам? – нахмурился Бура. – Но там ведь стояли наемники ди Лимара…

– Больше не стоят, – бросил наследник и, полоснув четверку ненавидящим взглядом, развернулся и пошагал восвояси.

Когда он отошел, Гор сел на свое место.

– Кажется, нам очень повезло с новым господином, – зло усмехнулся Бура.

– Угу, – хмыкнул Аким, – скинул нас, как щенят…

– А что ему, самому в бой идти? – усмехнулся Гор. – Видели его чистые доспехи? Зачем же их марать?

– Да он просто нас со свету сжить хочет, – заявил Бура.

– М-да-а-а… – вздохнул Аким и покачал головой, – повезло так повезло! Если не подохнем под этим замком, чую, взвоем мы, как домой вернемся.

– Чего так? – насторожился Артур.

– Да лорд наш новый – пьянь подзаборная, – пояснил Бура, – не слыхал, что ли, историю, как он в пыли валялся и псы дворовые на него по нужде ходили?

– Как же, слыхал, – хмыкнул Артур.

– Ну вот, – вздохнул Бура, – и это он при живом дядя, сире Борсе, прими Триликий его в своих чертогах, так чудил. Что он теперь будет делать, когда дяди над ним нет?

– Пустит нас по миру, – предположил Аким, – или продаст, или всю деревню заложит ростовщикам, а затем и сам пойдет побираться… Эх, захиреет деревня…жаль то как…

У Гора перед глазами встала их родная деревушка, раскинувшаяся среди живописных зеленых холмов. Из низких домиков, утопленных в землю, торчат дымоходы, а из дымоходов идет сизый дым, улочка, или же просто главная дорога, вымощенная мелкими камнями, тянется вдоль домов и упирается в поместье лорда, огороженное частоколом. Пусть и деревянный, но все же замок…

А слева от замка обрыв, там бежит узкая, но быстрая и глубокая речка, через которую тянется аккуратный мост, построенный еще отцом Гора. В реке всегда полно рыбы – настоящий рай для рыбака.

В далеких горах и лесах, у их подножия всегда хватало дичи и живности, на которую можно было охотиться. Да и земля там мягкая и рыхлая – на ней всегда все росло, словно бы само по себе…

Гору показалось, что он учуял запах распаханной земли, почувствовал вкус ветра, прилетевшего со стороны леса и гор…

– И чего делать будем? – простой и в то же время необычайно сложный вопрос Артура вернул Гора в реальность.

– Ну ты же слышал, – ответил Гор, – пойдем к воротам…

– Сдохнем мы там, – заявил Бура.

– Может, повезет…

– Не повезет. Пустят на фарш и всех делов. Кому мы теперь надо?

– Да с чего ты вообще взял что там бойня будет? Ведь тихо было…сам сказал – наемники стояли…

– И где они? – спросил Бура и тут же ответил на свой же вопрос: – А смылись. То-то я видел, как они через лес идут. А думал, показалось. Не показалось. Подыхать не хотят, вот и ушли.

– Как это ушли? – нахмурился Артур.

– А вот так. Видать, чего-то с лордами нашими закусились… Или те наемников на убой хотели отправить, или платить не захотели. Те и отчалили.

– И что нам с того?

– То, что если наемники даже без боя свалили, значит там жарко будет. И за обычное жалование они там торчать не пожелали. А лорды наши платить больше не согласились. Вот наемники развернулись и ушли… Не удивлюсь, если завтра мы молодцев ди Лимара увидим уже с другой стороны. Против нас…

– Брюзжишь, как моя старая карга, – засмеялся Аким, – гляди, а то закончишь как она!

Бура фыркнул и принялся деловито ковыряться в костре, расшевеливая угли.

– И все-таки… – Гор явно заинтересовался, – с чего ты решил, что у ворот завтра придется туго?

– С того, – буркнул Бура.

– Да ладно тебе, – Гор знал правильный подход к боевому товарищу, с которым они семь бед хлебали и не один год, – рассказывай давай! Ты ж или пронюхал чего, или смекнул, что к чему. Так?

– Ну… – вздохнул Бура. – Смотри, наемники свалили, хотя до этого они просто деньги получали и ничего не делали. С чего вдруг? Это раз. К барону Грота подмога прибыла и там полно конницы. Это два. Теперь сложи одно с другим да подумай, чего будет.

– И чего будет? – заинтересовался Артур.

– Он ведет к тому, что завтра уже не мы будем штурмовать замок, – пояснил Гор, – а барон Грота ударит по нам. Конницей. И мы будем должны конницу остановить.

– Вот-вот, – подтвердил Бура.

– Да как же это? – забеспокоился Артур. – А как мы их остановим? Это ж пики надо специальные. Да и то, с пиками еще обращаться надо уметь. А мы ведь кто?

– Пехота, – буркнул Бура, – причем легкая. Раскатают нас, как тесто по столу.

– Так чего делать будем? – спросил Артур, глядя то на одного товарища, то на другого. Но все они опустили глаза и отвечать не спешили.

– Ну, чего вы молчите? Тупо на бойню, как бычки, пойдем?

– А чего мы сделаем? – буркнул Бура. – Слышал ведь, завтра идем к сотнику… Эх, был бы жив сир Борса…

– Сир Борса мертв, – напомнил Артур, – и если мы ничего не сделаем, то завтра с ним встретимся.

– И что ты предлагаешь? – спросил Бура.

– Не идти туда. Отказаться.

Все трое уставились на молодого. Он озвучил то, о чем думали все остальные. Думали, но боялись озвучить. То ли опасались, что остальные не поймут, то ли…

– Повесят ведь, – протянул Аким.

– Тогда предлагаю сбежать из лагеря.

– Поймают и повесят, – заявил Аким.

– Это если поймают, – хмыкнул Бура, – а людей у нас, как я вижу, не так много. Значит и патрулей всего ничего. Можем и проскочить.

– Ну допустим. А дальше куда? – спросил Аким.

– Домой, в Подгорную, – выдвинул идею Артур.

– Нельзя, – покачал головой Бура, – наш сиятельный лорд вернется и нас повесят как дезертиров.

– А может, он не вернется? – засомневался Артур.

– Ага, гляди! – рассмеялся Бура. – Дерьмо не тонет и в огне не горит. Заявится он деревню пропивать, как пить дать. И нас заодно повесит.

– Ну тогда не знаю… – вздохнул Артур, – куда еще можно сбежать?

Все молча уставились на костер.

Казалось, решение о том, что они сбегут, уже принято. Оставалось понять, куда податься.

– Ух, как колено болит, – потирая ногу, пожаловался Аким, – погода поменяется, видать…

– Есть такое. У меня башка раскалывается, – кивнул Бура,– видно снег пойдет.

– Ага, к утру, – подтвердил его пророчество Аким, – и кажись мести будет так, что у-у-у… Я это завсегда чувствую…

Вновь наступила тишина, которую на этот раз прервал Гор.

– Подадимся в наемники, – выпалил он, не отводя взгляда от языков пламени, и трое его товарищей удивленно уставились на десятника.

– Свалим к чертям из баронств, – продолжил свою мысль Гор, – отправимся в Ливению, или Нусвен. Там всегда наемники нужны, как я слышал…

Все молчали, обдумывая заявление десятника. Наконец слово взял Аким.

– Гм… – прочистил он горло перед тем как начать, – я в принципе не против. Наш лорд, за которым мы шли, погиб. Самим помирать тут ради этих развалин неохота, домой, получается, нельзя… Но…для того чтобы быть наемниками нужна грамота…

– Это называется капитанский патент, старая ты дурында! – буркнул Бура.

– Да плевать, как оно там называется, – отмахнулся от него Аким, – главное где его взять?

– По ходу разберемся, – заявил Гор, – для нас сейчас главное – из лагеря уйти живыми и целыми. А что делать потом – разберемся.

Они все переглянулись, словно интересуясь мнением друг друга. И без слов они друг друга поняли.

– Надо утра ждать, – заявил Аким, – уходить перед рассветом, когда самая темень будет.

– И часовые дремлют, – согласился с ним Бура,– плюс, если нам повезет, начнется снегопад. Уйдем, и следов не останется. Ищи нас, свищи…

– Может, чего с собой прихватим? – предложил Артур.

– Например? – нахмурился Бура.

– Ну…у меня стрел маловато, а пригодится. Зайца какого подстрелить или…

– Мне нужен меч, – заявил Гор. Он вспомнил, как расправился с дворянином на коне, – и новый нож.

– Я бы не стал соваться к арсеналу, – заметил Аким, – а то еще отправят к воротам раньше времени.

– Но у нас ведь… – начал было Артур, но Бура его оборвал.

– Старик прав. Стрел у тебя сколько-то есть. Для начала уже неплохо. Потом придумаем, как разжиться. А насчет меча и ножа…

Он поднялся и направился к палатке, скрывшись за пологом, он явился назад меньше чем через минуту, положив на колени Гору оружие, трепетно завернутое в тряпье.

– Это от Дубины осталось, – пояснил Бура.

Гор благодарно кивнул, принялся разворачивать тряпье.

– Ну что ж, раз все решили, надо и на боковую, – зевнув, сказал Аким, – спать все же хочется. Да и холодно. Завтра нас ждет много дел…

– Нужно привести в порядок то, что у нас есть, – заявил Гор, – потом будет некогда. Артур! Собери где сможешь наконечников для стрел или лучше сами стрелы… А вот потом можно и на боковую.

Остальные согласно закивали.

Глава 1 Дезертиры

Несмотря на то, что Гор заснул практически сразу, как только оказался на своей лежанке, нормально поспать ему не удалось.

Всему виной сны.

Сначала он, как казалось, целую бесконечность сражается на стене. Он как мог пытался спасти товарищей, но что бы он ни делал, как бы ни спешил, они все равно гибли. Гор резал и кромсал, всаживал меч в тела врагов, резал им глотки, но…им не было числа. Стоило убить одного, как на его месте возникал следующий. И так раз за разом, снова и снова…

Затем сон вдруг резко поменялся. Теперь Гору снилась родная деревушка, причем во времена, когда он сам был ребенком. Вот как раз и отцовский дом, сам отец. Он, как обычно, работает в кузне. И нет, отец Гора не был кузнецом. Он был ратником, причем еще из тех, настоящих, что служили королю. Но королевство разбилось на множество мелких «свободных» баронств и отцу пришлось искать себе место в новом мире. Он нашел его здесь, в этой деревушке. Когда было нужно, отец брался за оружие и вместе с сиром Борсом отправлялся туда, где требовалась их помощь. Гор помнил, что когда отец и сир Борс были молоды, они часто пропадали в своих походах, но неизменно возвращались, везли с собой богатые трофеи…

Ну а когда был мир, отец Гора то ли от нечего делать, то ли же из любопытства начал работать в кузне. Он не ковал вилы и косы, он занимался оружием и броней. Причем получалось у него так хорошо, что в их деревушку частенько наведывались благородные, ратники из других баронств и наемники.

Это было счастливое время и длилось оно ровно до тех пор, пока от хвори не слегла мать, а спустя всего полгода и отец.

Гор остался сам, но сир Борс о нем не забыл и с малых лет Гор обучался ратному делу, в котором неплохо себя показал.

Но сейчас, во сне, Гор вновь оказался маленьким мальчиком, играющим во дворе собственного дома и наблюдающим за тем, как работает отец.

А отец частенько отвлекался, поглядывал на сына и хмурил брови.

Обычно отец глядел на Гора с улыбкой. Его глаза всегда смеялись, а сейчас – нет. Он смотрит явно неодобрительно. Но почему?

Гор вспомнил, как отец частенько повторял: «Ты живешь не зря, если полезен своему господину и общине!».

Так вот оно что! Наверняка отцу не понравилось то, что задумал его сын. Ему не нравится, что он решил дезертировать. Но…какой смысл оставаться тут? Сира Борса нет. Тот спесивый индюк, что получил все в наследство, не стоит ровным счетом ничего. Как можно служить человеку, которого не уважаешь, даже презираешь? Тем более что новоявленный «господин» попросту отдал своих людей на убой. Если ему наплевать на них, то почему они четверо должны блюсти верность тому, кому даже не клялись?

Какие бы аргументы Гор ни находил, отец все равно продолжал хмурить брови, и это рассердило Гора.

Он вскочил и закричал ему:

– А что ты сам сделал? Где твой король, которого ты должен был защищать? Где твое королевство? Почему ты тут, в богом забытой деревушке?

– Гор! Эй! Проснись!

Деревня, родной дом, старая кузница и продолжавший хмуриться отец вдруг испарились, как дым.

Гор огляделся. Он в своей палатке, а рядом с ним сидит Аким.

– Пора! – тихо сказал старик и вылез из палатки.

Гор потер лицо, пытаясь себя взбодрить, схватил еще с вечера приготовленную котомку и выбрался следом за Акимом наружу.

Было еще темно. В большинстве своем факелы были потушены, но несколько все еще горело. В их свете Гор увидел, что земля запорошена снегом, а с неба лениво, словно бы неохотно падают огромные снежные ломти.

Пока еще снега было немного. Он не успел закрыть собой грязь и пожухлую траву, но судя по тому, как обильно он шел, через пару часов вся земля будет укрыта белоснежным одеялом.

Мороз слегка пощипывал щеки и нос, так что можно было не бояться, что снег быстро растает.

Гор про себя усмехнулся – что ж, хотя бы погода благоволит их побегу…

Артур и Бура уже проснулись, но сидели в своих палатках, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Лишь поглядывали на десятника – мол, сколько ты еще раскачиваться будешь?

Гор махнул им рукой и все четверо практически бесшумно пошагали прочь от своих палаток и потухшего костра.

Лагерь еще спал. Из палаток доносился храп, бормотание. Идти приходилось осторожно, так как было темно, а снег еще больше усилился, начал слепить глаза.

Четверка добралась до опушки леса.

Здесь снегопад был куда слабее – ели и сосны прикрывали. Но идти не стало легче или быстрее – в лесу было еще темнее, чем в лагере.

Аким прихватил с собой факел, но зажигать его не хотелось – Гор опасался привлечь внимание и тем самым накликать на себя неприятности.

Так что пусть и неспешно, но четверка дезертиров уверенно отходила от лагеря.

Шли долго, минут сорок, но учитывая их скорость продвижения, нельзя было сказать, что они достаточно отдалились от лагеря.

А затем впотьмах, потеряли тропу. Нельзя сказать, что она была удобная, хоженая, но она хотя бы была. А теперь приходилось идти по буреломам и буеракам, причем крайне осторожно – того и гляди можно ногу вывихнуть или что похуже.

Из-за этого скорость их движения упала еще больше.

– Начинаю думать, что может и не стоило уходить ночью, – прошептал Артур, – стало бы светлее и…

– Цыц! – шикнул на него Бура. – Уже вышли, так что помалкивай, гляди под ноги да по сторонам.

– Да кто тут будет? Патруль сюда не доберется!

– А медведь запросто. Угодишь в берлогу – вот он обрадуется! Только улегся, а тут жратва подвалила.

– Уймитесь оба! – приказал Гор.

Еще около часа продирались через кустарники и овраги, а затем совершенно неожиданно вышли из леса.

Как оказалось, это была просека. Тут и там торчали пни, а кое-где виднелись ямы – пни оттуда выкорчевали.

К этому времени небо начало сереть и стало худо-бедно проясняться. Темень, конечно, еще не отступила окончательно, но хоть что-то стало видно.

– Все, привал! – приказал Гор, и все четверо уселись под ближайшими деревьями.

– Ну что, как думаете, достаточно мы отошли? – спросил Артур.

– Прошли сквозь лес, – ответил ему Аким, – значит достаточно.

– Недостаточно, – вмешался Бура, – нам еще идти и идти. В другое баронство, а лучше и вовсе из баронств уйти, как Гор и говорил.

– Тут просека, – меж тем сказал разглядывающий округу Гор, – там, впереди, вроде дорога.

– И? – заинтересовался Артур.

– Дорога, скорее всего, к деревне ведет. Предлагаю туда идти.

– А патрули?

– Вряд ли они так далеко от лагеря ходят…

– В деревню надо, – заявил Аким, – у нас еды всего ничего.

– Неплохо бы было палатки купить, – вздохнул Артур, – зря вы не позволили наши снять.

– Не будь идиотом, – одернул его Бура, – начал бы ты разбирать палатку ‒ и кто-нибудь смекнул бы, что мы задумали.

– Да мало ли, что там нам лорд сказал…

– Кто рядом был – слышал, что он сказал, так что не нуди попусту.

Артур обиженно замолчал.

Отдохнув минут двадцать, отряд вновь двинулся в путь.

Несмотря на то, что начало светлеть, ночь уходила и день набирал силу, видимость не намного улучшилась – все из-за обильно идущего снега.

Мело сильно, еще и ветер усилился, бил прямо в лицо.

– Надеюсь, деревня недалеко! – стараясь перекричать вьюгу, сказал Артур, – не хотелось бы замерзнуть насмерть едва только сбежав из лагеря. Долго же над нами ржать будут!

– Ты будешь мертв и плевать тебе будет на то, кто и почему над тобой ржет! – не оборачиваясь, отозвался Гор.

– Ну не скажи. Чистейший Филик говорил, что если помереть, мы будем знать, что происходит тут…

Гор лишь хмыкнул. Чистейший Филик, Глас Триликого в их деревне, должен знать, что путаться с чужими женами в таком случае не стоит. Иначе после смерти, прибывая в загробный мир, рогатые мужья будут раз за разом бить ему морду…