Читать книгу "Дураки умирают последними"

Глава 11

Шестой час они летели вдоль реки в заповедном лесу, и пока ничего похожего на места, где можно было бы приземлиться, что-то не попадалось. Алексей уже подумывал развернуть самолет и лететь обратно, надежда обнаружить ту поляну, на которой они и обнаружили биплан, с каждой пройденной минутой таяла как утренний туман. Поразмыслив некоторое время, Алексей тяжело вздохнул и решил выждать еще с полчаса и возвращаться обратно.

Продолжая внимательно рассматривать окружающий лес и проносящуюся внизу широкую реку в какой-то момент он увидел притоку впадающую в реку а в километрах так трех за небольшим изгибом притоки увидел расстрелянный пароход, на котором он уже один раз побывал…

– Сворачивай по притоке вправо немедленно, нам туда! – взревел Алексей, показывая рукой, направление, куда следует взять курс. Понимающе кивнув, Иван сделал резкий вираж, и биплан, медленно снижая скорость, пролетел над давно севшим на мель пароходом, а спустя десять минут они уже кружили над поляной, где и был ими обнаружен биплан. Сделав кругов пятнадцать вокруг большой поляны и не обнаружив для себя никакой угрозы, они посадили машину и, вооружившись, выбрались из кабины и внимательно огляделись.

– М-да-а… а здесь неслабо так все обыскали, с собаками-ищейками, даже щупы использовали, – задумчиво оглядывая поляну, протянул Иван и, помолчав какое-то время, обратился к своему напарнику:

– Сними здесь все на смартфон, и мы сразу отсюда улетаем, ты как хочешь, но ночевать я здесь не буду. Главное – и так понятно, куда «Хоккер» загнал наш биплан. Штаб-капитан, насколько я понимаю, хотел пролететь насквозь запретный лес и вылететь с другой стороны, где мы из этого леса в свое время и вышли. Все бы у него получилось, если бы не ранение. Действительно, барон Фихтель был опытнейшим пилотом.

Ничего не ответив, Алексей достал из рюкзака смартфон и, включив его, обошел поляну, снимая на видео следы обыска поляны, оставленные теми, кто искал биплан и пропавшие документы. Сделав все необходимое, он вернулся к самолету, и они, взобравшись в кабину, через пару минут взлетели. Все это время, пока биплан не выйдет к большой реке, Алексей снимал дорогу на камеру, после чего выключил смартфон и, спрятав его, решил немного вздремнуть. Проснулся он, когда смеркалось. Оглядевшись, он сразу сообразил, что заповедный лес остался далеко позади, а впереди замаячил какой-то населенный пункт, на окраине которого виднелись большие ремонтные ангары и аэродром при них.

– Это что, те самые Дубинцы? – позевывая, поинтересовался Алексей, задумавшись о необходимости освоить управление самолетом и навигацию, не все же напарнику отдуваться.

– Да, это они самые и есть, минут через сорок пойдем на посадку и уж там передохнем, если, конечно, получится, – устало выдохнул напарник, почти двенадцать часов просидевший за управлением самолета. – Во что мне уже слабо верится, опять какая-нибудь какашка приключится, отчего носиться нам с тобой придется как наскипидаренным.

Как и обещал напарник, через сорок минут он, сделав три круга над аэродромом, стремительно пошел на посадку. Когда машина остановилась на краю взлетно-посадочной полосы, они степенно выбрались из кабины и увидели несколько человек, едущих на пикапе в их сторону. Через несколько минут машина остановилась, и из кузова спрыгнули пятеро, трое были в рабочих спецовках, а двое являлись офицерами военно-воздушных сил. История повторилась, офицеры потребовали предъявить документы. После того как напарники выполнили их требование, Алексей отозвал офицеров в сторону, так чтобы их не могли слышать рабочие, и задал вопрос:

– Где я могу увидеть местного особиста?

Офицеры задумчиво переглянулись, и один из них негромко ответил на поставленный вопрос:

– Рабочий день окончен, и штаб-капитан Бруон ушел домой, но завтра утром будет к семи часам утра.

– Господа, мне некогда, время поджимает, вышлите посыльного, пусть поднимают штаб-капитана и везут сюда, мне с ним необходимо срочно поговорить, – отрицательно покачав головой, отозвался Алексей и требовательно посмотрел на обоих младших офицеров.

– Хорошо, лейтенант, я вышлю посыльного, но давайте все же сначала проедем в административное здание. По крайней мере, там имеются гостевые апартаменты как раз для таких вот непредвиденных случаев. Имеется также и столовая, а то, как я вижу, вы в полете провели немало времени, и вам определенно требуется отдых.

– Было бы неплохо… – вынужден был согласиться Алексей, ощущая, как хочется поесть чего-нибудь горячего. – Есть и вправду хочется, да и отдохнуть тоже, устали сильно, но служба есть служба.

Погрузившись в кузов большого пикапа, они проехали полкилометра, и машина остановилась возле большого трехэтажного административного здания. Их первым делом сопроводили в двухместный гостиничный номер, после чего они пошли в буфет, где их хорошо накормили, а через полчаса появился штаб-капитан Бруон. Внимательно изучив предъявленные документы, местный особист сопроводил столичных визитеров из управления контрразведки в свой рабочий кабинет и, заварив для всех крепчайший кофе, негромко задал вопрос:

– И каким ветром ваз занесло в нашу глушь?

– Ну, допустим, не глушь, – выдохнул Алексей, – а занесло нас одно дело… В общем, нас интересует, кто четыре года назад двенадцатого мая поднимался в воздух на скоростном истребителе «Хоккер-12». Это должно быть отражено в ваших летных журналах…

Лицо штаб-майора потемнело и он, несколько нервно дернув плечом, поднялся и, подойдя к витражному окну, посмотрел на аэродром и негромким голосом заговорил:

– Насчет записей в журнале взлетов и посадок на двенадцатое мая четырехлетней давности… их нет, они отсутствуют по вполне объективным причинам. Я хорошо помню этот день. Тогда по невыясненным причинам произошел сильнейший пожар, в мастерских быстро перекинувшийся на арсенал, из-за чего было принято решение поднять в воздух отремонтированные самолеты, которых на тот момент насчитывалось восемь. Три из них как раз были двенадцатые «Хоккеры» с дополнительными аккумуляторами в подвесных баках.

– Насколько увеличивается дальность полета «Хоккера» с такими вот подвесными баками? – в один момент среагировал Иван, с прищуром посматривая на задумчивого особиста.

– На два часа полета, но из-за них существенно снижается скорость и по этой причине навесные баки используют лишь для перегонки самолетов, для боевых действий в воздухе они бессмысленны, – ответил штаб-майор, не поворачивая головы, и спустя несколько мгновений продолжил свой рассказ:

– Из-за угрозы подрыва арсенала пришлось в экстренном порядке заправлять самолеты и понимать их в небо, благодаря чему удалось их спасти. После ликвидации пожара все самолеты вернулись на аэродром, в том числе и «Хоккеры». Интересно, что на следующее утро один из пилотов который управлял «Хоккером», исчез. Все наши попытки найти пропавшего пилота не увенчались успехом, он исчез и через какое-то время был объявлен дезертиром. Вы, по всей вероятности, из-за этого дезертира прибыли сюда?

– Не совсем, нас интересуют все три пилота, летавшие в тот день на «Хоккерах». Нам необходимо ознакомиться со всеми материалами, которые есть в наличии на этих офицеров, начиная от книг регистрации с КПП и заканчивая личными характеристиками и даже слухами. Нас интересует все, глядишь, и найдутся косвенные зацепки… – с намеком ответил Алексей, понимая, что дело усложнилось и приобрело несколько неожиданный оборот.

– В нашем архиве мы все найдем, думаю, к утру запрашиваемые вами материалы мы соберем, по крайней мере, основную массу Сейчас идите в свой гостиничный номер и отдыхайте, а утром приходите сюда в мой кабинет, и вы ознакомитесь в моем присутствии с интересующими вас материалами.

Понимающе кивнув, Алексей поднялся, и вместе с напарником направился в гостевые апартаменты. Помывшись, они улеглись спать, а с самого раннего утра, позавтракав в буфете, направились в кабинет особиста, но его не было. Пришлось ждать его более двух часов, он появился в сопровождении нескольких человек, несущих опечатанные картонные коробки. Открыв дверь, он позволил сопровождающим войти внутрь и сложить коробки. Когда они удалились, Алексей с напарником вошли в кабинет и со всем рвением взялись за изучение предоставленных материалов.

Биографии всех троих пилотов ничем особо примечательным не отличались, обычные судьбы обычных людей, не имеющих сколько-нибудь серьезной протекции и потому служившие на окраинах империи в непрестижных подразделениях. Придраться было не к чему, но, несмотря на это, кто-то из них троих четыре года назад охотился на самолет, управляемый штаб-капитаном Фихтелем.

Отложив в строну журналы, Алексей взял в руки материалы дела касательно исчезновения лейтенанта Серго Форриса и стал скрупулезно читать запротоколированные показания. Как оказалось, после приземления его видели только дважды, первый раз возле сильно пострадавшего от огня ангара и на КПП, через которое он вышел, направляясь себе домой. На следующее утро, когда лейтенант не явился на службу, отправленный посыльный его не застал. Дальнейшее расследование показало, что в доме, который арендовал офицер, ничего из его личных вещей не пропало, все оставалось на своих местах.

– С этим исчезновением лейтенанта не все чисто, – тяжело вздохнув, проговорил Алексей, – совсем-совсем нечисто…

– Быть может, этот тот самый пилот и есть? – в задумчивости поинтересовался Иван, продолжая читать какой-то журнал.

– Может, и он, но далеко не факт, – спустя минуту отозвался Алексей и взялся за просмотр журналов передвижения через КПП. Внимательно пересмотрев подписи за несколько месяцев, Алексей чуть зубами не клацнул, когда сообразил, что же ему не давало покоя. Поднявшись, он пристально посмотрел на штаб-майора и негромко произнес:

– Если я ничего не путаю, то двенадцатого мая лейтенант Форрис территорию ремонтного завода не покидал. Тут или за него кто-то, выйдя, расписался или это кто-то на КПП за него роспись поставил. Каких-либо иных вариантов я не вижу.

– Этого не может быть! – неожиданно громко воскликнул штаб-капитан и чуть погодя, уже нормальным тоном заговорил:

– Я все лично проверял и перепроверял, за что ручаюсь.

– Извольте сами в журнал посмотреть за двенадцатое мая и пройтись дальше и сравнить подписи, они не идентичны. Я однозначно утверждаю, последняя подпись лейтенанта Форриса – поддельная.

Резко поднявшись, штаб-капитан взял большую лупу и, подойдя к столу, за которым находился Алексей и, взяв в руки журнал учета КПП, стал внимательно его изучать. Спустя пятнадцать минут, медленно опустив журнал, он тихо произнес:

– Да, подпись поддельная. Это моя личная ошибка. Придется сержантов, в тот день дежуривших на КПП, допросить, они как раз сейчас дежурят. Через час я буду иметь необходимую информацию.

Штаб-капитан быстро удалился. Оставшись наедине, Иван в глубокой задумчивости почесал затылок и, взглянув на своего напарника, заговорил:

– И что ты по этому поводу думаешь?

– Тут есть только два варианта: или он сбежал, или его грохнули, но в этом случае есть варианты. Возможно, подчеркиваю, возможно, этот лейтенант исполнял чей-то приказ или заказ, не столь важно, и его завалили как исполнителя, чтобы от себя подозрения отвести. В общем, надо разбираться, но думается мне, его убили где-то здесь на заводе, а вот кто за него вышел через КПП вопрос конечно интересный. Боюсь, капитан не сможет выбить из этих сержантов ничего толкового, – с некоторой грустью проворчал Алексей, прекрасно отдавая себе отчет, что капитан с сержантами церемониться не будет, тут задета его профессиональная репутация.

– Вот это меня и настораживает… – буркнул в ответ Иван, на мгновение замер и, повернувшись в сторону напарника, негромко произнес:

– Я нашел все три фотографии пилотов, и знаешь что? Они во многом друг на друга похожи, причем сильно, прямо-таки как родные братья, такое ощущение, как будто их таких специально отбирали.

– А ну-ка дай глянуть! – подскочив как ужаленный, воскликнул Алексей и, сделав несколько больших шагов, схватил три анкеты и внимательно вгляделся в фотографии троих пилотов. Иван был совершенно прав: лица, цвет волос, рост и комплекция всех троих были примерно одинаковы, и при определенной сноровке каждый из них мог сыграть кого-то другого.

– Да, такое сочетание быть случайным не может по определению, надо смотреть, откуда эти офицеры прибыли, я имею в виду, из каких частей и кто отдал команду, отсюда и вертеться будем, – проговорил Алексей и, переписав личные данные троих офицеров с номерами предписаний и кем они были подписаны для дальнейшего прохождения службы где они служили прежде.

Вернулся штаб-капитан мрачнее тучи и, плюхнувшись на стул, тяжелым взглядом обвел свой кабинет и пробурчал:

– Они клянутся, что лейтенант Форрис проходил через КПП, как и другие пилоты, правда, он вышел раньше, остальные двое покинули завод через два часа. Они не врут, к моему глубокому сожалению.

– Штаб-капитан, внимательно посмотрите на фотографии всех троих пилотов, – мягко попросил Алексей, понимая состояние особиста, но и жалеть его он не собирался вообще, его косяк, пусть теперь исправляет под их чутким руководством…

– Я их в свое время столько раз пересмотрел, что даже разбуди меня ночью, опишу по памяти в один момент, – нехотя отозвался штаб-капитан, но все же поднявшись, подошел к Ивану и вгляделся в фотографии.

– Фото как фото, стандарт для личных дел, – пожав плечами, через пару минут напряженного изучения, произнес особист непонимающим взглядом взглянув в задумчивые глаза Алексея. Понимая, что взгляд особиста замылен, он поднялся и, подойдя ближе, заговорил:

– Эти люди похожи друг на друга, достаточно иметь некоторые навыки в изменении внешности и одного пилота нельзя будет отличить от другого. Посмотрите внимательно, и вы поймете, что я прав.

Штаб-капитан запнулся и какое-то время рассматривал фотографии, после чего, подняв голову и вновь взглянув на Алексея, совсем тихо заговорил:

– Да, вы совершенно правы, при определенном умении можно подкорректировать внешность, вот только как быть, если двое других пилотов покинули завод на пару часов позже, чему есть документальное подтверждение.

– Капитан, а вы уверены, что территорию завода нельзя покинуть как-нибудь по-другому, кроме как через КПП? – как бы между делом задал вопрос Иван, продолжая перечитывать листы архивных документов.

– Это невозможно… Хотя после сегодняшнего я не буду это утверждать категорически. Как я понимаю, если этих троих пилотов целенаправленно подобрали, то сделали это в кадровом управлении министерства обороны, и это в свою очередь, приводит нас к весьма любопытной мысли… Это вражеский крот высокого полета, господа, это его работа… Кто-то из этой троицы – вражеский агент, вот только на заводе теперь этих людей нет, они в разное время были переведены в другие места, куда конкретно, я не знаю, и узнать не смогу, это не входит в мою компетенцию.

– Ясно только одно: лейтенанта Форриса видели в последний раз сразу после приземления возле пострадавшего от огня ангара, больше с того самого момента его никто не видел, за исключением поддельной подписи в журнале. Давайте-ка пойдем и осмотрим этот ангар, – предложил Алексей, понимая, что это единственная зацепка, других не имелось вообще.

– Да, давайте сходим, весьма вероятно, тело следует искать именно там, если, конечно, оно вообще тут на заводе, если же нет, отправимся в дом, где он проживал, и начнем раскопки, – без всякой надежды на положительный результат, выдохнул особист.

Втроем покинув кабинет, они направились в ангар. Он находился метрах пятистах от административного здания. Штаб-капитан описал, где и какие имелись повреждения, после чего Алексей медленно обошел ангар, подмечая многочисленные дюралевые проклепанные заплатки. Ангар действительно пострадал во время пожара весьма основательно. Подойдя к тому месту, где в последний раз видели лейтенанта Форриса, Алексей увидел на этом месте огромную заплату в метров так шесть квадратных и, подозвав капитана, потребовал принести мощные фонари и открыть ангар.

Когда капитан выполнил поручение, они втроем вошли внутрь и стали исследовать пол, выложенный бетонными плитами, многие из которых были сильно потрескавшимися, но полностью осмотреть пол не удалось, пришлось вызывать погрузчик, чтобы вывести из ангара несколько десятков больших ящиков. Очистив бетонный пол, они вновь взялись за его осмотр и спустя минут десять обнаружили несколько подозрительных мест.

– Ну что, срываем бетонные плиты? – поинтересовался штаб-капитан, ощущая себя самой настоящей ищейкой, учуявшей след дичи.

– Да, срываем все, но не сами, разумеется, зовите рабочих, – отозвался Алексей, совсем не горя желанием сдергивать довольно тяжелые бетонные плиты. Капитан вернулся спустя минут двадцать, с ним было двадцать рабочих, а также внушительных размеров штабелер, с помощью которого и собирались срывать давно вросшие в землю бетонные плиты. Первое время срывать плиты было трудно, но потом процесс пошел. В течение двух часов все было расчищено, и Алексей, осмотрев землю, заприметил несколько просадок и потребовал копать там, и не прогадал. Спустя несколько минут в дальнем углу обнаружился ржавый люк. Поддев его ломом, рабочие подняли крышку и, оттуда неожиданно подуло затхлостью. Подсвечивая себе фонарем, штаб-капитан спрыгнул вниз и исчез. Пока его не было, Алексей с Иваном продолжали руководить рабочими и наконец, в одном из провалившихся участков обнаружились человеческие останки.

Внимательно осмотрев останки, Алексей сразу понял, что они принадлежат лейтенанту Серго Форрису, китель с петлицами и наградными планками и уж тем более револьверная кобура, оказавшаяся пустой, сохранились хорошо. Надрезав китель и осмотрев ребра и грудную клетку, он обнаружил в области сердца совсем даже не ржавое лезвие ножа, сломанное по самую рукоятку.

За его спиной послышалась глухая ругань, штаб-капитан вернулся из подземного туннеля и пытался выбраться из него, что получилось у него довольно шустро. Обернувшись, Алексей увидел особиста, он был весь в известковой пыли и в паутине, да такой густой, что сразу его узнать было решительно невозможно.

– Так и что вы там, в подземелье, обнаружили? – с немалым любопытством поинтересовался Алексей, внимательно всматриваясь в злые глаза штаб-капитана.

– Там естественный туннель, пробитый в известковых залежах грунтовыми водами, и видно, туннелем этим иногда пользовались для проникновения на режимную территорию, ну, а также и незаметного с нее ухода. Следов там реально хватает. Что самое интересное, выход из тоннеля находится прямо под мостом в четырехстах метрах отсюда. Туда и подходить, и выходить незаметно вообще без проблем. Ума не приложу, почему его до сих пор так и не обнаружили? – задумчиво протянул штаб-капитан и, тут вдруг скосив свой взгляд в сторону, увидел откопанные останки в офицерском мундире.

– Ах ты ж… – скрипнув зубами, выдохнул особист и, подбежав к останкам, стал внимательно их осматривать.

После того как он разобрал, как погиб Форрис, надел перчатки и подсунув руку под ребра, достал обломанное лезвие и достав лупу, стал лезвие внимательно изучать. Минуты через две, разогнувшись, штаб-капитан хмуро взглянул на Алексея и жестом потребовал отойти с ним в сторону, что он и сделал. Когда они отошли от ангара метров на пятьдесят, особист, раскрыв ладонь, в которой находилось лезвие от сломанного ножа, негромко произнес:

– Говорю сразу, это мой нож, который я потерял или, скорее, его у меня украли за две недели до того, как случился на заводе пожар. Такой нож сломать практически нереально, разве что это было сделано специально, для того чтобы меня подставить в том случае, если тело пропавшего лейтенанта будет найдено. Послушай, лейтенант, тот, кто это все проделал, имеет серьезнейшую подготовку, без вариантов. Я толком не знаю, кто ты, но теперь вижу, спец ты реально серьезный, такое раскопать далеко не каждый способен… Имей в виду, всецело располагай мной, в любой момент готов оказать тебе с напарником любую посильную помощь. Дело тут, нюхом чую, очень серьезное…

– Учту на будущее. Сейчас сделаем так. Ты все надлежащим образом задокументируй, сделай фотографии, возьми со всех расписки о неразглашении, спрячь останки погибшего лейтенанта и пока все. Сиди здесь до особого распоряжения, когда понадобится, я тебе дам знать, сейчас пока надо не отсвечивать, чтобы не спугнуть крупную рыбу. Запомни, если тебя начнут расспрашивать насчет этого дела какие-то прибывшие, ты не в курсе сверх того, что было тобой расследовано. Ситуация будет другой, если некто начнет с тобой говорить и даст пароль «охота на волка», а в ответ скажешь, во множественном числе: «нет, идет охота на волков». Тогда сразу поймешь, что этот человек прибыл от меня.

– Я вас понял, лейтенант, – хмуро проговорил особист и побежал все надлежащим образом оформлять, понимая, что от этого зависит его не только карьера, но и сама жизнь.

Проводив взглядом убегающего штаб-капитана, Алексей жестом позвал своего напарника, и они вместе направились в гостевые апартаменты, желая поскорее смыть с себя грязь, больше участвовать в раскопках он не собирался, и без него людей хватало. Главное и так удалось установить, от чего уже можно было смело плясать дальше.

– Что мы будем делать дальше? – послышался задумчивый вопрос, исходящий от напарника, идущего рядом с ним, только отстав на полшага.

– Кто-то из двух разыскиваемых нами пилотов, а возможно, и оба сразу являются агентами, считай это уже установленным фактом. Мест их нынешней дислокации мы не знаем, но непременно выясним, сейчас это не столь важно, сейчас надо будет нам проехаться по воинским частям, где проходили службу эти трое и выяснить все, особенно кто их послал именно на авиаремонтный завод. Этих людей целенаправленно подбирали, теперь надо выяснить, кто… Разумеется, их подбирали не для того, чтобы перехватить курьера с перехваченным у противника секретным донесением, нет, их подготавливали для чего-то другого, вот только из-за случайности кому-то пришлось их задействовать в экстренном порядке. Да, получилось, но не совсем так, как планировалось, получилась лишь отсрочка на неопределенный срок, и этот некто это прекрасно понимает, именно по этой причине все эти годы предпринимал попытки искать пропавший самолет.

– Да, нам еще повезло, что биплан так далеко залетел в заповедный лес, более чем на шесть с половиной часов полета, а «Хоккер» даже с подвесными баками в один конец пролететь способен лишь пять часов, а для того, чтобы смог вернуться на аэродром, то всего лишь на два с половиной часа. Именно из-за этого поиски пропавшего самолета так затянулись, это ведь огромные пространства на самом деле, – поделился своим мнением Иван и, увидев одобрительный кивок, задал своему напарнику вопрос:

– С кого первым начнем?

– Разумеется, с погибшего лейтенанта. Нет, конечно, есть небольшая вероятность, что это он обстрелял биплан, но мне в это вериться с трудом, он лишь послужил ширмой, за которой и прикрылся настоящий злыдень. Сначала разберемся с ним, а уже потом за остальных примемся и будем сравнивать, в каких местах их судьбы между собой ранее переплетались. Вот так просто взять и подобрать сильно похожих между собой людей не так-то и просто, – ответил Алексей и умолк, когда появились посторонние.

Неторопливо добравшись до гостевых апартаментов они, помывшись, улеглись на кроватях и через некоторое время уснули. Напарники предпочли основательно выспаться перед дальней дорогой, которая неизвестно куда выведет…