Читать книгу "Дураки умирают последними"

– Ты собираешься отомстить тем, кто прикрылся твоим именем? – с любопытством поинтересовался девица, всматриваясь в задумчивые глаза своего собеседника.

– Чтобы отомстить, для начала надо выяснить, кому, а я даже не знаю с, какого конца к этому делу подойти, – выдохнул Алексей, бездумно смотря в окно, в который раз он своим ответом дал понять, что не знает, кто совершил нападение на усадьбу.

Понимающе кивнув, Селеста больше не задавала вопросов, предпочитая молча смотреть в окно, и спустя минут двадцать поблагодарив, попрощалась с ним и покинула автобус. Алексей вышел минут через десять и, пересев на другой автобус, поехал на авиабазу, где они с напарником оставили самолет. Прибыв на базу и на КПП предъявив служебное удостоверение, он прошел внутрь и, добравшись на стоянку возле взлетно-посадочной полосы, всмотрелся, но самолета не было, место, где стоял их самолет пустовало. Пришлось ему идти в центр управления полетами и узнавать, в какое время его напарник поднял машину в небо. Как оказалось, Иван взлетел восемь часов назад.

Поразмышляв, что же ему делать дальше, Алексей решился вернуться в усадьбу и посмотреть со стороны, был ли самолет или нет. Пришлось после сытного завтрака взять машину напрокат и выехать. К полудню оказавшись в трех километрах от усадьбы, Алексей, взобравшись на дерево и там поудобнее устроившись, оглядел всю территорию, биплана не было, но зато было много полицейских, занятых обследованием места преступления. Убедившись, что его интуиция в который раз не подвела, он, спустившись с дерева, сел за руль и окружным путем стал возвращаться в город.

Под вечер, на автостанции сдав арендованную машину, Алексей добрался до железнодорожного вокзала и хотел было купить билеты до столицы, но передумав, сходил в ближайший продуктовый магазин и закупил некоторое количество сухарей и консервы, после чего хитрым путем пробрался на грузопассажирский терминал. Дождавшись, когда подойдет транзитный грузовой эшелон, идущий через столицу, незаметно проник в известную ему нишу возле танка с водой для парового двигателя и обустроил себе лежанку. Дорога заняла пять суток, но Алексей не стал доезжать до столичного грузопассажирского терминала, предпочтя сойти, не доезжая до городских окраин.

Понаблюдав какое-то время, как удаляется эшелон, Алексей прикинул в уме как ему поступить, сначала прийти в город и арендовать автомобиль и на нем доехать до базы или идти к ней пешком. Взвесив все за и против, он решил все же идти пешком, хотя не сильно хотелось, но следовало подстраховаться. Тяжело вздохнув, он забросил рюкзак за спину и, подправив лямки, неспешно направился на базу, которая юридически являлась его собственностью.

Затратив на дорогу почти шесть часов, он поднялся на невысокий холм, посмотрел в компактный бинокль и удивленно хмыкнул. Строителей не было, хотя крепость еще не была достроена, да и три избы были закрыты на массивные замки. Гараж, рассчитанный на четыре автомобиля, был также закрыт на большой навесной замок. Понаблюдав с полчаса за окружающей обстановкой и не обнаружив ничего подозрительного, Алексей направился к ближайшей избе и, достав из тайника связку ключей, обошел дома, но никого не было, что было странно. Никаких записок и условных сигналов в рабочем кабинете баронессы оставлено не было. Видно было, что здесь никого не было уже более недели, и это было очень странно…

В глубокой задумчивости почесав затылок, Алексей, вышел из избы и направился в гараж. Открыв замок, он заглянул внутрь и увидел стоявший бронеавтомобиль с открытыми дверями и крышками моторного отделения, кто-то пытался завести мотор, но не смог. Войдя внутрь и оглядев все, он усмехнулся, его подстраховка сработала, он за пару дней до того, как улетел с Иваном для продолжения расследования, установил пару секреток, чтобы бронеавтомобиль никто не мог завести.

– Машину-то не завели, зато пулемет сняли, – хмыкнул себе под нос Алексей и склонившись над двигательным отсеком, снял секретки и, закинув рюкзак на пассажирское сиденье, залез в машину и завел двигатель. Выбравшись из-за руля, он открыл ворота и, пройдя к своему схрону достал из него два рюкзака, где у него хранились оружие, боеприпасы и деньги на непредвиденный случай. Сложив все в салон, он вывел бронеавтомобиль из гаража и глубоко задумался, куда дальше держать свой путь. Где искать баронессу с Ольгой, он не знал совершенно, да и предположить не мог, да и контакта со штаб-майором не было, а уж куда подевался Иван, он также понятия не имел, оставалось ехать в Эльмиор и искать его там, где они какое-то время работали грузчикам на грузопассажирском терминале железной дороги.

Пришедшую было мысль, что делать, если и там напарника своего не найдет, он быстро отогнал, но от этой мысли на душе стало тоскливо до ужаса. Чтобы хоть как-то избавиться от этого неприятного осадка, Алексей выбрался из машины и, закрыв ворота гаража на замок, обратно спрятал связку с ключами в тайник и, запрыгнув за руль, нажал на педаль газа, и бронеавтомобиль, набирая скорость, поехала в сторону трассы ведущей в Эльмиор…

Глава 19

Спустя полтора часа, когда уже начинало смеркаться, Алексей добрался до своего схрона и, выведя машину, погрузил свои вещи в багажное отделение и поехал на то место, где разбился самолет. Ехать пришлось довольно далеко, ведь маршрут самолета пролегал совсем в другую сторону, чем должен был. Прибыв уже под самое утро на место, и обнаружив обломки рухнувшего биплана, он взялся за их изучение, он искал пулевые отверстия, но они, как ни странно, отсутствовали вообще. По всему получалось, самолет рухнул с относительно небольшой высоты из-за какой-то технической неисправности, хотя пилот определенно пытался спасти машину, но не справился с управлением.

Сняв на смартфон видео с обломками самолета, Алексей, поразмышляв какое-то время, решил вернуться в Эльмиор и посетить авиабазу и разобраться кто же, в самом деле, взлетел на биплане, но сначала необходимо было немного передохнуть. Подремав пару часов в бронеавтомобиле, он, перекусив на скорую руку, завел двигатель и понесся обратно в город. Он проехал весь путь на большой скорости и ближе к обеду въехал в город и направился в городской департамент полиции. Поставив бронеавтомобиль на парковке, Алексей прошел через КПП и, выяснив у дежурного, как пройти к городскому начальнику, сразу направился в его кабинет, того его на месте не оказалось, но присутствовал на рабочем месте один из его заместителей. Попасть в кабинет заместителя оказалось далеко не простым делом, даже невзирая на служебное удостоверение, так как в приемной ожидали своей очереди десятка полтора офицеров полиции в званиях от капитана до полковника, и по этой причине Алексей был вынужден занять свое место в общей очереди. Попал он в кабинет спустя три часа, но прежде пообщался с секретарем, ни в какую не желавшим впускать его, но предоставленное удостоверение, пусть и не сразу, открыло двери кабинета, и Алексей вошел в кабинет первого заместителя начальника городской полиции.

– Здравия желаю, господин полковник. Позвольте представиться, лейтенант Управления контрразведывательных операций четвертого департамента имперской тайной полиции, занимающий должность охранителя, – сразу представился Алексей, предоставив свое удостоверение и внимательно изучая уставшее лицо полковника полиции.

– И какое дело привело офицера контрразведки в полицейский департамент городской полиции славного города Эльмиора? – с любопытством посматривая на контрразведчика, задал вопрос полковник Михаил Лайонс.

– Тут вот какое дело, два дня назад был обнаружен в степи потерпевший крушение самолет неизвестной конструкции, при этом среди обломков оказались шестеро тел погибших. Меня интересует любая информация касательно этого дела и в особенности, где на данный момент находятся тела погибших.

– Ах вот оно в чем дело… Да, вчера я просматривал материалы с места происшествия. Должен сказать, самолет странный, во-первых: конструкция его неизвестна, как и его принадлежность, на учете в едином реестре всех летательных аппаратов данный биплан не состоял. Во-вторых: люди, находившиеся на его борту, не имели личных документов и определенно, они были или военными, или профессиональными охранниками или наемниками, по крайней мере, именно такое заключение сделал патологоанатом после вскрытия тел погибших. Все они погибли от сильных повреждений, вызванных падением самолета, в этом нет никаких сомнений. Так как данное дело не входит в компетенцию городской полиции, мы в самое ближайшее время подготовим все материалы предварительного расследования и передадим в Следственный департамент тайной полиции. Согласно процессуальному закону, у нас на это есть еще трое суток, – ответил полковник Лайонс и, помолчав несколько мгновений, добавил:

– Тела погибших вы сможете увидеть в пятом городском морге, они хранятся в отдельном блоке, это не далеко, морг находится в пяти кварталах отсюда.

– Благодарю вас, господин полковник. Вы мне действительно очень помогли.

Попрощавшись с заместителем начальника городской полиции, Алексей покинул кабинет и, подойдя к КПП, поинтересовался, как пройти к интересующему его моргу, и, получив подробный ответ, прошел к бронеавтомобилю и поехал вниз по склону. Минут через десять подъехав к моргу, он прошел внутрь и, найдя дежурного врача, потребовал его проводить в отдельный блок и показать тела погибших в авиакатастрофе. Меланхоличный медик понимающе кивнул и предложил офицеру контрразведки следовать за ним.

Медик провел его к винтовой лестнице, и по ней они спустились в подвальное помещение, где и располагались холодильники, но здесь они не задержались и спустились еще ниже, где и находился отдельный блок. Пройдя к самому дальнему холодильнику, медик открыл массивную дверь, после чего выдвинул тележки, на которых лежали покрытые инеем тела. Алексей, страшась узнать среди погибших своего напарника, осмотрел всех и с облегчением выдохнул, Ивана среди них не было. Сфотографировав лица всех погибших, он поблагодарил медика и покинув морг, направился к своему бронеавтомобилю, но, не доходя до него, увидел на противоположной стороне большой оружейный магазин.

Остановившись на какие-то мгновения, он изменил направление и направился в магазин. Войдя внутрь, Алексей огляделся и, заприметив два стеллажа, где стояли пулеметы. Подойдя ближе и оглядев предлагаемый товар, с разочарованием выдохнул, все это были ручные пулеметы различных конструкций, но ему требовался более мощный станковый пулемет на башню его бронеавтомобиля. Поразмыслив пару минут, он уже намеревался развернуться и уйти из магазина, но передумал, все же хоть и ручной, но все же пулемет, а не пустующая турель под него, несолидно как-то, да и пары револьверов со снайперским штуцером для его арсенала явно было маловато. В случае серьезной переделки револьверами со снайперкой можно и не отделаться, что, судя по всему, исключать было никак нельзя, история все отчетливее сжималась все туже и туже…

Выбрав наиболее подходящий образец, по своей конструкции похожий на британский ручной пулемет Льюиса с довольно большим барабаном под стандартный патрон, в комплект которого входило четыре дисковых магазина, а также ремкомплект. Остановив свой выбор на этом образце, Алексей, предъявив удостоверение и расплатившись за оружие, вернулся к бронеавтомобилю и, сев за руль, неторопливо взялся снаряжать магазины, одновременно обдумывая, что ему следовало делать дальше. Единственное место, где надо было искать концы, была авиабаза, и вот тут могли возникнуть очень серьезные проблемы, причем весьма разнообразные.

Снарядив все диски, Алексей, пребывая в глубокой задумчивости, сложил их в ячейки пулеметной башни и, вздохнув, включил двигатель и, развернув бронеавтомобиль, поехал на выезд из города, он собирался добраться до авиабазы по окружной дороге. Выехав из Эльмиора, он объехал город и, свернув с главного тракта, направился в сторону авиабазы, до которой оставалось несколько километров. Припарковав машину в дальнем углу парковки возле административного здания и выбравшись из нее, направился на авиабазу, вопросов к местному особисту у него возникло немало.

Пройдя через КПП, он первым делом направился в центр управления полетами и, найдя дежурного офицера, устроил ему допрос, требуя объяснить ему, кто взлетал пять суток назад на биплане. Вот только он и его подчиненные этой информацией не владели, в журнале учета вылетов было указано лишь точное время вылета, причем о вылете предупредил местный особист.

– Где начальник охраны авиабазы?! – резко поинтересовался Алексей, скрипнув от раздирающей его злости, местная расслабленность выводила его из себя.

– В караульном помещении на первом этаже в левом крыле, – ответил начальник центра управления полетами, хмуро посматривая на злого офицера контрразведки.

– Своей властью я запрещаю всем здесь присутствующим покидать это помещение и куда-либо звонить, кроме как по служебной надобности. За исполнение поставленного приказа персональную ответственность несете лично вы, штаб-майор, – распорядился Алексей и, резко развернувшись, направился в караульное помещение, где нашел начальника караула и, предъявив свои полномочия, приказал никого не впускать и никого не выпускать из центра управления полетов и выделить два десятка бойцов для задержания местного особиста.

Проинструктировав лейтенанта охранного батальона, Алексей разбил бойцов на несколько групп и разными путями выдвинулись к зданию, где обитал начальник особого отдела, отвечающего за внутреннюю безопасность на большой авиационной базе стратегического назначения. Скрытно окружив здание, он открыто подошел к двери и постучал в дверь.

– Да-да, войдите, дверь открыта.

Сосредоточившись, Алексей вошел внутрь и, поприветствовав особиста, пристально посмотрел в его глаза и, глубоко вздохнув, вкрадчивым голосом поинтересовался:

– А скажи-ка ты мне, штаб-майор, кто взлетал на нашем биплане. Предупреждаю сразу, лапшу вешать на уши не надо.

– Что вы себе позволяете, лейтенант, как вы смеете нарушать субординацию со старшим по званию?! – поднимаясь, взревел особист, медленно протягивая руку к кобуре, в которой находился довольно внушительного вида револьвер. Не дожидаясь, когда он выхватит оружие, Алексей швырнул в него двумя стальными шарами от подшипника и пока он уворачивался от них, подлетел к нему и пробил снизу в челюсть. Штаб-майор, уже схватившись за рукоять револьвера, закатил глаза и, пошатнувшись, стал заваливаться набок, но Алексей не дал ему упасть и, подхватив подмышками, осторожно опустил на стул потерявшего сознание особиста и, забрав у него оружие, стянул с него ремни и связал руки и ноги.

Не успел Алексей присесть на табуретку, как дверь за его спиной противно скрипнула и он, резко развернувшись, увидел, как в кабинет особиста заходит начальник охраны авиабазы. Сделав пару шагов, он остановился и оценивающе оглядел связанного штаб-майора и с некоторым сомнением в голосе задал вопрос:

– А не слишком ли резко, господин лейтенант?

– В самый раз, он ведь первый за оружие попытался схватиться, – выдохнул Алексей и подумав несколько мгновений, открыл окно и отдал приказ рядовому принести два ведра воды и когда он их доставил, вылил на голову особиста. Он пришел в себя, пусть и не сразу, но его глаза сфокусировались на Алексее и он, тяжело вздохнув, негромко заговорил:

– Вынужден признать, я ошибся в тебе и твоем подчиненном, лейтенант, слишком ты ушлым оказался. Надо было вас обоих сразу ликвидировать, но не видел в этом никакой необходимости, посчитав тебя за обычного столичного хлыща, по блату попавшего в центральный аппарат Управления контрразведывательных операций тайной полиции, но это оказалось совершенно не так. Жаль, далеко не все я успел сделать, но что уж теперь… Да, я проиграл свою партию, но ты ничего не добьешься от меня, да и в казематах тайной полиции пыточных дел мастера не смогут выбить из меня ничего, даже если из меня ремни нарежут…

Выговорившись, особист издевательски рассмеялся и в его глазах, что-то на какое-то мгновение вспыхнуло и тут же угасло, после чего обвис на стуле, к которому он был привязан ремнями. Резко рванувшись, Алексей пощупал пульс на шее, опасаясь, что он принял яд, но нет, штаб-майор был жив, хотя его дыхание и сердцебиение замедлилось в несколько раз, складывалось такое ощущение, как будто он сам себя ввел в состояние летаргического сна.

– Вот это да… – в изумлении протянул начальник охраны и, помолчав несколько мгновений, заговорил вновь:

– Краем уха мне доводилось о таком слышать, но никогда я в это не верил и вот на тебе, увидел собственными глазами.

– Что это? – резко насторожившись, спросил Алексей, сосредоточенно размышляя, что он имел в виду.

– Толком и не знаю, – выдохнул он, – наверное, и никто не знает, только бывает, случается во время задержания серьезного гальзианского агента он как бы выключается, а когда приходит в себя, оказывается душевнобольным. Больше я ничего по этому поводу не знаю, скорее это в вашем ведомстве должны иметь по этому поводу хоть какую-нибудь информацию.

– Понятия я о таком не имею, – нехотя буркнул Алексей и на какое-то время задумался, после чего внимательно посмотрев на офицера охраны, хмуро задал вопрос:

– Где у вас тут в городе есть самый лучший психиатр или кто там, кто в мозгах ковыряется, устраняя всякие нарушения или расстройства в психике?

– Да, есть частная клиника, дорогая очень, там самые лучшие специалисты в Эльмиоре работают, возглавляет ее профессор Сантье.

– Подготовьте две машины, вторая для вооруженного сопровождения, мы выезжаем в эту клинику и сдадим туда штаб-майора, глядишь, местным светилам удастся что-нибудь выковырять полезное из его мозгов, а полезного там должно быть немало, – распорядился Алексей, с глубокой задумчивостью продолжавший рассматривать особиста, все, что он видел, было настолько странным и неожиданным, что он не знал, что и думать, с такими делами он столкнулся впервые.

Начальник охраны авиабазы быстро удалился и вновь появился спустя десять минут, после чего они вынесли находившегося в беспамятстве особиста и, уложив на задние сидения, разместились в машине и поехали. Спустя час они въехали на территорию частной клиники, и здесь Алексей натолкнулся на серьезное препятствие, администрация ни в какую не желала принимать особиста без надлежаще оформленного договора. Пришлось жестко потребовать провести его к главному врачу для переговоров. Взглянув на мужчину в годах, в глазах которого читался немалый интеллект и полное отсутствие страха перед сотрудником тайной полиции, Алексей сразу понял, угрозами и приказами тут нельзя ничего решить, не тот был случай, тут требовался иной подход…

– Позвольте представиться, лейтенант шевалье Лексий Тутовин, охранитель Управления контрразведывательных операций четвертого департамента имперской тайной полиции.

– Профессор Сантье, – представился он в ответ и с любопытством посмотрел на своего собеседника.

– Профессор, я предлагаю вам разобраться с одним весьма неординарным случаем, но предупреждаю сразу, за разглашение результатов данного исследования вы будете нести самую суровую ответственность, так как дело непосредственно касается безопасности империи. Человек этот – гальзианский агент довольно высокого уровня, не знаю, как такое может быть, но он буквально на моих глазах замедлил свое сердцебиение и дыхание, а затем, очень похоже, провалился в искусственный летаргический сон. Так что допросить его не представляется никакой возможности именно по этой причине, я прошу вас хотя бы попытаться извлечь из его головы хоть какую-нибудь информацию. Вообще, насколько я понимаю ситуацию, мы имеем дело с некой программой, заложенной в психику, и меня интересует любая информация касательно данной технологии… Если вы с этим справитесь, не побоюсь сказать, что вы сможете добиться немалого при дворе, уж поверьте, тайная полиция об этом позаботиться, но в сами должны понимать, разглашение должно быть исключено. Именно по этой причине в палате, где будет находиться… пациент, будут находиться в круглосуточном режиме трое бойцов.

Профессор, внимательно выслушав Алексея, нахмурился и в задумчивости поднялся со своего рабочего кресла и, пройдясь вдоль стола, пристально взглянув в глаза неожиданного визитера, хмыкнул и мягким голосом заговорил:

– Весьма любопытное предложение от тайной полиции и уж тем более неожиданно его услышать от офицера, далекого от психиатрии. Скажите, откуда вы вообще взяли, что такое поведение гальзианского агента есть результат определенного воздействия на его психику?

– Признайте, профессор, ведь такое действительно возможно, я имею в виду внесение изменений в психику, – с легкой улыбкой отозвался Алексей, чем вызвал у профессора глубокую озабоченность. – И как я понимаю, вы об этом куда лучше меня знаете.

– Да, действительно, такое серьезному профессионалу под силу, но таких мастеров пересчитать можно буквально по пальцам, хотя не буду исключать возможность, что существуют на свете самоучки или те, кто работает на спецслужбы, и поэтому они остаются никому не известными, – с намеком ответил профессор, внимательно присматриваясь к реакции офицера, но не дождавшись, глубоко вздохнув, добавил: – Насколько я понимаю, вы, молодой человек неплохо осведомлены.

– Только краем уха, профессор, и не более того, – признал Алексей и подойдя к психиатру, прямо задал вопрос:

– Ну так как, профессор, беретесь за это дело?

– Я не в силах отказаться, это вызов моему профессионализму, но предупреждаю сразу, на углубленное исследование потребуется не один месяц напряженной работы. Дело это требует деликатного подхода, а на это требуется время.

– Отлично, профессор, но сколько времени потребуется для того, чтобы выяснить, было ли такое воздействие или все же нет? – деловито поинтересовался Алексей, ждать несколько месяцев он не мог, время поджимало.

– Несколько часов, но более точно я вам сказать не могу. Давайте приводите пациента, и я возьмусь за него прямо сейчас.

Понимающе кивнув, Алексей покинул кабинет профессора и, вернувшись к машинам, отдал команду отконвоировать особиста в кабинет профессора и троим бойцам остаться и сторожить, после чего потребовал от начальника охраны авиабазы организовать пересмену караула. Поразмыслив какое-то время, он отпустил начальника охраны вместе с его бойцами и, устроившись на лавке, стал терпеливо ожидать результата. Обо всем произошедшем необходимо было доложить в местный филиал Управления контрразведывательных операций, а то его действия воспримут как беспредел, что весьма вероятно, но соваться туда без подтверждения его подозрений было никак нельзя.

Прождал он до самого утра, так и не сомкнув глаз в приемном отделении. За эти часы вынужденного безделья он о многом подумал и проанализировал, но все равно потеря Ивана глухой болью отзывалась в его душе. Теперь он остался с этим новым миром один на один, что осознавать было крайне болезненно, и он постарался отогнать от себя эти невеселые мысли и полностью сосредоточится на деле.

Взглянув на настенные часы, Алексей увидел, как время неумолимо приближается к восьми часам утра, поднялся с лавки и, потянувшись всем телом, направился на второй этаж, где располагался кабинет профессора. Поднявшись по ступенькам и войдя в коридор, он осмотрел дежуривший наряд и, убедившись в надлежащей охране, подошел к бойцам и задал вопрос:

– За все это время кто-нибудь выходил из кабинета?

– Ни как нет. Профессор, как и задержанный начальник особого отдела, до сих пор находятся в кабинете, – негромко отчитался сержант, продолжая все также бдительно прислушиваться к тому, что происходило за дверью.

– Значит, будем ждать, – выдохнул Алексей, – вы вот что, сержант, возьмите деньги и пошлите человека, пусть он купит что-нибудь перекусить, как видно, дело может затянуться надолго.

Благодарно кивнув, сержант взял деньги и, подозвав к себе одного из бойцов, передал ему деньги и, проинструктировав, отправил в магазин. Когда тот, придерживая кобуру, покинул коридор, Алексей присел на кресло и, прикрыв глаза, продолжил ожидать появление профессора. Дверь кабинета открылась спустя почти два часа, и из-за нее высунулась голова профессора. Увидев Алексея, он жестом предложил войти в его кабинет. Поднявшись, он прошел в кабинет и проследовал дальше за профессором. Он привел его в отдельное помещение, где он лично проводил приемы и, указав на кресло, предложил присесть, после чего, отодвинув в сторону ширму, продемонстрировал сидевшего на стуле с закрытыми глазами особиста и, обойдя его, внимательно посмотрел на Алексея и негромко заговорил:

– Да, офицер, вы были совершенно правы, этот человек методично подвергался в скрытой форме воздействию на психику, работал серьезный профессионал. Где и как это происходило и, главное, кто это делал, узнать не удалось, данные воспоминания заблокированы. Чтобы эти блокировки обойти, потребуется немало времени, о каких-либо сроках говорить невозможно, но в любом случае предстоит серьезная и кропотливая работа. Что интересно, блокировки совсем свежие, поставлены максимум полгода назад. Должен сказать, он был патриотом, но под воздействием на психику взгляды свои изменил, что и было главной целью злоумышленника или злоумышленников, в результате чего и стал работать на интересы гальзианской разведки. Все это очень серьезно, офицер, подчеркиваю, очень серьезно. Если в империи безнаказанно действуют такие вот такие вербовщики, у империи серьезные проблемы…

– Благодарю вас, профессор, именно этого мне требовалось. Я попрошу написать медицинское заключение для своего руководства, перед которым я буду отчитываться о проделанной работе.

Понимающе кивнув, профессор прошел к столу, присел за него, достал стандартный бланк клиники и, быстро написав заключение, поставил под ним размашистую подпись и заверил его печатью, после чего протянул лист Алексею. Взяв в руки бланк, он бегло ознакомился с текстом и, поблагодарив профессора, пояснил, что теперь охрана палаты, где будет находиться пациент, осуществляется в круглосуточном режиме, после чего попрощался и, покинув кабинет, направился в местный филиал Управления контрразведывательных мероприятий.

Подъехав на такси к Управлению, Алексей расплатился с таксистом и, выйдя из салона, внимательно осмотрел трехэтажное здание из бурого кирпича и, глубоко вздохнув, неспешно направился к центральному входу. На КПП предъявив документы, он выяснил, где находится отдел охранения интересов короны и решительно направился на третий этаж. Он ожидал, что людей в управлении будет много, но оказалось совершенно не так, все обстояло в точности наоборот, людей было мало, и это в немалой степени удивило.

Пройдясь по коридору и найдя нужную дверь, Алексей постучал и, услышав разрешение войти, открыл дверь и, войдя внутрь, четко представился:

– Здравия желаю, господин полковник. Позвольте представиться, лейтенант шевалье Лексий Тутовин, охранитель из центрального аппарата Управления контрразведывательных мероприятий.

– Проходите, лейтенант, и присаживайтесь, – с некоторым интересом рассматривая неожиданного визитера, проговорил полковник в годах и, когда он присел, слегка изменил позу и, внимательно перечитав предъявленные документы, задал вопрос:

– И какими судьбами вас, лейтенант, занесло в наши края из блистательной столицы?

– Дела служебные, но, пожалуй, стоит начать с самого начала, – выдохнул Алексей и, помолчав несколько мгновений, заговорил:

– Дело такое, я некоторое время назад получил приказ командования негласно провести одно расследование некоего ЧП, случившегося несколько лет назад и постоянно сталкиваюсь с разного рода препятствиями… В общем, на этот раз препятствие возникло на военной авиабазе, что в окрестностях Эдьмиора. Мой напарник, прапорщик Вин Дулиттл должен был забрать наш самолет с авиабазы, но исчез вместе с машиной, и мне пришлось отвлечься от расследования, так как в одной из местных газет обнаружил короткую заметку об обнаружении потерпевшего крушения неизвестного самолета, среди обломков которого были обнаружены тела шестерых неизвестных мужчин. Парадоксально, но среди них тела моего напарника не было. Пришлось мне посетить авиабазу и провести расследование, по итогам которого выяснилось, что к похищению биплана напрямую причастен начальник особого отдела авиабазы. Своей властью я его задержал, но… случилось нечто странное, особист, признав свою работу на гальзианскую разведку, что-то сделал со своей психикой, в результате чего сам себя ввел в состояние летаргического сна. Пришлось мне доставить его находящегося в беспамятстве в психиатрическую клинику и договориться с профессором Сантье об изучении этого случая. Он согласился, и вот посмотрите первичный результат обследования особиста…

Взяв протянутый бланк из клиники, полковник внимательно перечитал несколько раз заключение и, в глубокой задумчивости помолчав какое-то время, негромко заговорил:

– Лейтенант, вы себе даже не представляете, что вы сделали… Весь мой отдел уже как третий год разыскивает этого виртуоза, владеющего каким-то особым видом гипноза, под воздействием которого многие достойные офицеры поддаются вербовке. Если действительно профессор справится с поставленной задачей у нас, наконец, появится реальный шанс вычислить этого виртуоза и схватить его. Лейтенант, я напишу донесение в центральное управление о вашем успехе.

– Ни в коем случае, господин полковник, мало того, все то, что произошло, должно оставаться на вашем уровне, пока не будет выяснено, кто этот самый неуловимый вербовщик. Видите ли, у меня есть весьма обоснованные основания считать, что в центральном аппарате нашего ведомства сидит глубоко окопавшийся крот, именно по этой причине вам следует придержать информацию, – отрицательно покрутив головой, проговорил Алексей, всем своим видом демонстрируя опасность такого поступка.

– Допустим, вы правы, но скажите, чем я могу вам помочь в вашем расследовании?

– Если у вас будет такая возможность, узнайте, куда делся мой напарник, ну и деньги… Они были у моего напарника, а так как он исчез, я лишился ресурсов для продолжения расследования.

– Я вас понял, – проронил полковник и поднявшись из-за стола, подошел к вмурованному в стену массивному сейфу и, открыв ключом дверь, взял довольно пухлый конверт и, вернувшись к столу, протянул его Алексею и произнес: