Читать книгу "Дураки умирают последними"

Глава 14

– А ничего так самолетик получился. – хмыкнул Алексей, рассматривая биплан, очень похожий на бессмертный советский АН-2, он не имел окраски, вернее, имел пестрый разноцветный окрас крыльев и фюзеляжа. – А чего он такой… пестрый-то?

– Он же собран из запчастей более чем трех десятков самолетов и в результате получилась более чем оригинальная конструкция, которой заинтересовалась инженерная служба авиабазы, и теперь по моему проекту хотят собрать несколько аналогичных самолетов. Что касается покраски… на авиабазе кроме стандартной краски для военных самолетов, другой нет в наличии, а другой, кроме как предназначенной для летательных аппаратов, красить никак нельзя. Краска влияет на скорость и маневренность машины, это вопрос, касающийся аэродинамических характеристик, так что придется краску для этого биплана покупать в частном порядке, – с разочарованием выдохнул Иван и, помолчав несколько мгновений, с чувством гордости заявил:

– Данный летательный аппарат сможет перевозить до десяти пассажиров с личным багажом, и еще для дополнительного груза место останется, так как его грузоподъемность получается несколько выше трех тонн, а это очень хороший результат, особенно учитывая тот факт, что он должен будет развивать скорость где-то около трехсот пятидесяти километров в час.

– Верю, Ваня, верю, но давай уж загружаться, надо лететь в столицу, а конкретно в Верхнюю Форгу, нам надо встретиться с полковником в отставке Форрузом. Надеюсь, он все еще жив… И смотри, чтобы твое творение во время полета не свалилось или не развалилось прямо в воздухе, знаешь ли, падать с такой верхотуры как-то совсем не хочется, пожить еще охота, – выдохнул Алексей, с трудом себе, представляя как выкручиваться с ведением расследования, если полковника уже нет в живых.

– Не боись, Леха, все будет в самом лучшем виде, ты не смотри на внешний латаный вид, машина получилась очень крепкой, способной послужить нам многие и многие годы, уж можешь мне поверить, это подтвердили местные инженеры. Так что хватай свои вещички и полезай в салон, сейчас мы и вылетим в блистательную столицу, – с усмешкой ответил напарник и, закрыв крышку аккумуляторных батарей, протер руки об тряпку и, открыв дверцу, нырнул внутрь, где и уселся за штурвал. С сомнением оглядев с виду страшненький самолет, Алексей тяжело вздохнул и, подхватив большой кожаный чемодан, подошел к трапу и, поднявшись по трубчатым ступенькам, вошел в салон и огляделся. Особым изыском и комфортом салон не отличался, в нем находились десять стандартных кресел с пассажирских самолетов, но вот в хвосте имелся вполне приличный лежак, а за ним уже была стенка, в которой имелась небольшая дверца.

Поставив чемодан, Алексей прошел к лежаку и, переступив его, открыл дверцу и удивился. Здесь находился прозрачный бронированный колпак и на подвижной турели стояла внушительная крупнокалиберная спарка из двух пулеметов со снаряженными барабанами, в каждом из которых было не меньше трех сотен патронов. Удобно устроившись в кресле, Алексей покрутил спаркой в разные стороны и вынужден был признать, его напарник отлично постарался, построив из всякого списанного хлама вполне приличный биплан, да к тому же неплохо вооруженный для гражданского, по сути, самолета.

Выбравшись с места бортстрелка, Алексей на пару мгновений замер и прислушался: заработал двигатель, и винт стал быстро набирать обороты, а спустя пару минут машина тронулась с места. Быстро пройдя в салон, он устроился в кресле и, когда биплан взлетел, достал из чемодана купленный в книжном магазине трехтомник и погрузился в чтение…

Через несколько часов, когда самолет пошел на посадку, у Алексея от всего прочитанного голова шла кругом. Если ему изначально показалось, что будет достаточно просто, то сейчас он уже так не считал, все усложнилось в несколько раз. Если с убитым четыре года назад лейтенантом Форрисом более или менее было понятно, то вот с остальными предполагаемыми отпрысками Казимира VII все обстояло в точности наоборот. Вообще истории аристократических родов были запутанными, а уж истории об основателях так и вообще походили на красивые сказки, не очень-то подтверждаемые историческими фактами. Может быть, поэтому аристократия очень не любит когда копаются в их семейных историях и их проверяют на подлинность. Кто же расскажет правду, как он заработал первый миллион?!

Одним словом, если исходить из официальной истории двух пилотов, служивших на авиационной ремонтной базе, то они имели вполне убедительные основания убить четыре года назад лейтенанта Форриса. Вот только Алексей не верил, что столь замшелые причины послужили для его ликвидации, тут было что-то совсем иное, хотя, конечно, в это многие, а скорее большинство могло с легкостью поверить… Но вот что более всего заинтересовало Алексея, так это шевалье Лагунис с дочерью, с которой недавно был помолвлен гвардии капитан Аркадий Корро. Род Лагунисов по знатности был никакой, чуть ли не возглавлявший список с самого конца, но это по знатности, принятой в имперской иерархии, а по факту Лагунисы входили в двадцатку самых богатых семейств империи. Типичный брак по расчету, где бедный, но знатного рода мужчина брал в жены низкородного происхождения девушку, но из богатой семьи, одному нужны были деньги, а семье невесты требовался тот статус, который никакими деньгами не купить. В общем-то, дело житейское, хотя и малоприятное, сплошной расчет и никакой тебе любви, любовь в таких делах – непозволительная роскошь…

Оторвавшись от книги, Алексей взглянул в иллюминатор и увидел, как биплан, сделав несколько кругов над большим полем перед небольшим поселением, неспешно пошел на посадку. Пришлось на скорую руку собрать чемодан и присесть в кресло, пристегнув себя ремнем для безопасности. Его напарник, освоившись во время перелета с управлением собранного им биплана, стремительно посадил машину метрах так в ста от довольно большого двухэтажного дома из бурого кирпича, из которого вышли несколько человек, с изумлением рассматривавших обшарпанный летательный аппарат.

Когда двигатель самолета был выключен, в салон вошел уставший напарник и, взглянув на Алексея, произнес:

– Леха, давай-ка ты сам иди, ищи этого отставного полковника, а я не могу, устал, сил нет, надо отдохнуть, а потом уже заняться перенастройкой системы управления, больно тугие они, надо несколько ослабить. Признаю, не рассчитал маленько с настройками-то…

– Что, проблемы с бипланом?

– Нет, что ты, нет никаких проблем, как раз таки машинка с большими перспективами получилась, наш первый пробный полет прошел вполне успешно, но не без погрешностей. С авионикой и вообще с механикой полный порядок, но я накосячил с системой управления, больно жесткие настройки установил, из-за чего управлять машиной было тяжело, все мышцы ноют от усталости, – с тяжким вздохом ответил на поставленный вопрос Иван и, помолчав несколько мгновений, добавил:

– Давай иди скорее, а то я реально мотаться устал, хочется нормально в постели выспаться, да к тому же вон глянь в иллюминатор, люди вышли и нервничают, кто это к ним тут нежданно-негаданно с неба свалился, того и гляди полицию вызовут, а оно нам надо?

– Ладно, пошел я… – выдохнул Алексей и, поднявшись, подошел к двери и открыв ее, выпрыгнул на свежескошенную траву и решительным шагом направился к полутора десяткам людей собравшихся из окрестных домов. Их понять было можно, ведь далеко не каждый день под их окнами самолеты приземляются. Остановившись в метрах четырех от замерших людей, Алексей представился: – Здравия желаю, дамы и господа. Позвольте представится, лейтенант шевалье Лексий Тутовин, Управление контрразведывательных операций четвертого департамента имперской тайной полиции. Подскажите, где мне найти полковника Константина Форруза в отставке?

– Вот тот самый высокий холм, где стоит старая смотровая башня, которой уже более четырех сотен лет, и есть родовое гнездо Форрузов, правда, в последний год полковник Форруз сильно сдал, что-то в последнее время хворать стал, – выйдя вперед, ответил представительный мужчина с бронзовым жетоном на груди, где имелась надпись «Староста».

– Благодарю вас за помощь, – поблагодарил Алексей и, обойдя небольшую толпу, решительно направился к самому высокому холму в этой местности, до которого предстояло идти несколько больше километра. Неспешно поднявшись на холм, он подошел к невысокому кованому забору и, найдя калитку, где висел колокольчик, дернул за веревку. Спустя минуту на звон колокольчика из небольшого здания для слуг вышел лакей и, подойдя к калитке, угрюмо осмотрел нежданного визитера и хриплым голосом задал вопрос:

– По какому поводу вы хотите побеспокоить полковника Форруза?

– По сугубо служебной надобности, я лейтенант Тутовин из управления контрразведывательных операций. Мне необходимо лично переговорить с полковником, дело касается безопасности империи, – негромко ответил на поставленный вопрос Алексей, с немалым любопытством наблюдая, как у лакея расширяются зрачки.

– Полковник Форруз болен, так что попрошу вас соблюдать требования врачей, сильно не тревожить его светлость, ведь у него больное сердце, – с искренней печалью в голосе проговорил лакей и, открыв калитку, впустил офицера, после чего провел его в хозяйский дом. Оказавшись внутри, Алексей сразу уловил запах застарелой болезни, и даже где-то совсем рядом присутствовал запах смерти, жить полковнику Форрузу, судя по всему, оставалось не так уж и долго…

Выслушав наставление врача, Алексей накинул на себя белый халат и, войдя в комнату, служившую больничной палатой больному, и поздоровавшись, присел на табурет, стоявший рядом с кроватью, и представился:

– Я лейтенант Тутовин из контрразведки, меня привело к вам одно дело… Я буквально вчера имел разговор со штаб-майором из особого отдела Первой воздушной армии Фредериком Коккурсом, и он мне сообщил о произошедшем с вами разговоре, случившемся по время проведения соревнований молодых пилотов «СТАРТ-9»… Вы сообщили ему о том, что из всех участников этих соревнований четверо из молодых офицеров рождены от нынешнего императора Казимира VII, и вот по этому поводу я и хотел бы услышать ваши пояснения…

– Должен признать, я этого визита ждал давно, нет, не конкретно вас, а вообще кого-то из вашего ведомства. Жаль, что Коккурс не очень умным человеком оказался, хотя он далеко не дурак, но в таких нюансах плохо разбирается, оттого и карьерный рост его успешным назвать никак нельзя… Хотя конечно, несмотря на все его недостатки, вы здесь… Да, лейтенант, я хорошо помню этот разговор, мало того, я его сам и затеял, вот только на «СТАРТ-9» было не четверо отпрысков императора, а несколько больше. Их было семеро, что само по себе беспрецедентно, на что я и обратил внимание нашего особиста, но он не придал этому событию особого значения. Да, я несколько занизил реальное количество отпрысков императора, чтобы не привлекать к себе внимание… Должен сказать, оно и к лучшему, что так получилось, за прошедшие годы я смог после своей отставки многое что раскопать, но прежде чем передать собранные мною материалы, будьте добры, предъявите ваши служебные документы.

Понимающе кивнув, Алексей извлек из внутреннего кармана служебное удостоверение и, раскрыв его, продемонстрировал больному полковнику. Осторожно взяв в руки удостоверение охранителя, он внимательно его, пересмотрев, с немалым облегчением выдохнул и, вернув его обратно, негромко заговорил:

– Удостоверение подлинное, тут нет никаких сомнений. Значит так, лейтенант, подойдите к картине, где изображен львиный прайд на отдыхе и отодвиньте ее в сторону, там находится сейф. Под правым подоконником нащупайте ключ и откройте сейф, там находятся документы и мои записи касательно данного дела. Это мой последний вклад во благо империи, я давно уже не боец, да к тому же дни мои сочтены, я умираю, лейтенант, надеюсь, вы распутаете всю эту дурно пахнущую историю, на мой взгляд, затеянную против действующей монаршей династии и самой империи в целом.

– Не сомневайтесь полковник, я упертый, дело непременно доведу до своего логического конца, – приложив раскрытую ладонь к сердцу, ответил Алексей и в знак глубокого уважения к старому воину, жить которому оставалось немного, поднялся и склонил голову, после чего подошел к замаскированному сейфу. Пошарив под подоконником, Алексей нашел ключ, отвернул в сторону картину, увидел бронированную дверцу сейфа и, открыв ее, достал из него картонную папку.

– Учтите, лейтенант, я не успел в полном объеме собрать необходимых доказательств, здоровье подвело, но уверяю вас, некто весьма могущественный затеял какую-то игру с детьми, рожденными от императора. Каковы ее истинные цели, я не знаю, но интуиция подсказывает мне, что это очень опасное дело. Также попрошу учесть, в случае если что-то случится с наследником кронпринцем Михаилом, то при должной поддержке на трон смогут претендовать трое, так как они рождены не от не состоявших на тот момент в браке женщин, а вот остальные – нет. Остальные не смогут никак быть в официальном порядке претендовать на статус наследника престола, даже если исчезнут все официальные наследники и претенденты на престол. Нет, я понимаю, использовать в своих целях потенциального претендента или претендентов на освободившийся престол есть резон, но вот зачем потребовались все остальные, лично для меня совершенно непонятно, на этот вопрос ответа так и не успел найти…

– Благодарю вас, господин полковник, мы непременно найдем ответы на поставленные вами вопросы, и даю слово офицера, после завершения нашего расследования вернусь к вам и произведу отчет, – проговорил Алексей, продолжая держать раскрытую ладонь у своего сердца, тем самым демонстрируя искреннее уважение к старому вояке.

– Поспешите, лейтенант, мне думается, существует некий заговор, и он достаточно скоро войдет в завершающую фазу. Доказательств у меня, разумеется, нет, но ощущение именно такое… Быть может, это лишь мое личное ощущение и ложно, но то, что у вас времени для долгого расследования точно нет и не будет, в этом я уверен на все сто процентов, лейтенант, – усталым голосом проговорил полковник и, взяв стакан воды, сделал несколько глотков. Сообразив, что полковнику в отставке говорить тяжело, понимающе кивнув и пожелав ему скорейшего выздоровления, Алексей покинул палату, после чего поспешил к самолету.

Еще издали он заметил, как его напарник, подсуетившись, привлек нескольких местных парней для помощи в регулировке системы управления бипланом и по всему видать, дело подходило к своему логическому завершению. Подойдя вплотную и осмотрев биплан, Алексей углядел в кабине напарника, копошащегося с тросами, тянущимися к штурвалу, и задал вопрос:

– Ты там скоро тросы ослабишь?

– Где-то еще с полчаса понадобится, после чего сможем взлетать, если, конечно, ты сделал все, для чего мы в эту дыру прилетели и нам не придется здесь переночевать, – отозвался Иван, продолжая что-то подкручивать и замерять силу натяжения тросов элеронов левого крыла.

– Сделал я то, ради чего сюда прилетели, так что как только с настройками своими разберешься, сразу летим на базу, там по требованию баронессы для нас бревенчатый дом возвели, будет где отдохнуть после двухнедельных разъездов. Конечно, мы договаривались встретиться в другом месте, но раз уж нас в столицу занесло, то и городить огород нечего, – проворчал Алексей и, взобравшись в пассажирский салон, закрыл дверь и, выпив небольшую кружку давно остывшего чая из термоса, с удобством расположился в кресле и развязав веревки папки, открыл ее и погрузился в изучение материалов предоставленных полковником графом Константином Форрузом.

Документов было немного, как и фотографий, но каждый документ был в высшей степени интересным, причем документы были не копиями, а самыми настоящими оригиналами, где имелись подписи и печати, а также регистрационные номера. По данным отставного полковника на соревнованиях «СТАРТ-9» участвовало двадцать восемь пилотов, и у семерых из них настоящим отцом являлся действующий монарх, причем, что характерно, трое из них были рождены формально на тот момент незамужними женщинами. На каждого из них имелось довольно подробное досье, в том числе и на убитого четыре года назад лейтенанта Серго Форриса, только заканчивалось оно большим вопросом, полковник потерял из виду пропавшего офицера, что, в общем-то, было понятно, он ведь официально числился дезертиром.

Изучив документы, Алексей окончательно понял, что без квалифицированной консультации разобрать все это ему не удастся, но вот его предположение, что все трое пилотов, взлетевших с аэродрома ремзавода на «Хоккерах», являлись единокровными братьями, полностью подтвердилось. Все трое при определенных стечениях обстоятельств вполне могли бы претендовать на освободившийся императорский трон. Двое пилотов, по данным полковника за прошлый год, были все еще живы и проходили службу в разных авиационных полках, но только один из них служил в самой столице. Были ли двое пилотов вместе с убитым лейтенантом подельниками, совершившими нападение на курьера, летевшего в столицу с перехваченным донесением, или кто-то один из них сделал это самостоятельно, оставалось неясным. Ясно было только одно: все трое пилотов попали на авиаремонтный завод далеко не случайно, чему имелись доказательства в виде нескольких официальных документов, оставалось лишь выяснить, кто за этим стоял.

Был и еще один любопытный момент, на который он обратил внимание… Остальные двое пилотов, общим отцом которых был Казимир VII, также имели формальное право претендовать на престол в случае гибели законного наследника кронпринца Михаила. Они проходили службу и в их окружении также были по двое единокровных братьев… Эти группы практически в точности повторяли ту, в которой был убитый лейтенант Серго Форрис…

От размышлений его оторвал заработавший двигатель, и он, посмотрев в овальный иллюминатор, увидел, как люди отошли от биплана, и буквально через пару минут самолет поднялся в небо и устремился на базу. Минут через сорок полета Иван, сделав несколько больших кругов вокруг строящейся крепости, пошел на посадку. Поглядывая в иллюминатор, Алексей, увидев постройки и в особенности саму крепость, опешил, такого он не ожидал, за время их отсутствия баронесса с Ольгой развили настолько бурную деятельность, что фактически стены крепости почти были уже готовы. Он планировал лишь создать видимость строительства, сколько-нибудь надолго задерживаться не хотел в принципе, предпочитая честно отработать полученные личные документы и заняться обустройством своей жизни где-нибудь в другом месте, подальше от всех этих местных игрищ. Похоже, баронесса считала совершенно по-другому, и это Алексею совсем не понравилось…

Иван, четко рассчитав расстояние, посадил биплан, и машина, коснувшись колесами земли, прокатилась около трехсот метров и остановилась невдалеке от пяти бревенчатых домов и одного довольно большого склада. Еще раз взглянув в иллюминатор, Алексей увидел, как из ближайшего дома вышла баронесса с Ольгой и каким-то мужчиной среднего возраста, лица которого он не видел, но он сразу сообразил, что он здесь по их душу. Глубоко вздохнув, Алексей собрал вещи, открыв дверь, спустил складную лестницу и, сойдя на землю, огляделся. Никто, разумеется, на шею ему и спустившемуся из кабины Ивана не кидался, баронесса со своей помощницей и неизвестным мужчиной, смотрели на них, дожидаясь, когда первым заговорит он или его напарник. Скосив свой взгляд на Ивана, он понял, что тот плевать хотел на все эти политесы и, демонстративно взобравшись на крыло и подойдя к фюзеляжу, открыл крышку двигателя. Алексею ничего не оставалось делать, как сделать несколько шагов вперед.

– Добрый день, баронесса. Как я вижу, за время нашего отсутствия вы тут разошлись на широкую ногу. Честное слово, не стоило, жить я здесь не буду точно, мне эта земля не нужна, так что денег на дальнейшее строительство я больше не дам. Как мы и договаривались, по завершении расследования лично я подам в отставку, что касается моего напарника, он будет решать сам. Тут даже обсуждать нечего, но об этом мы с вами поговорим в другое время, а сейчас я попрошу пройти в дом, и мы с вами серьезно поговорим. Нам удалось серьезно продвинуться в расследовании, но его продолжение требует определенной информации, к которой у нас доступа нет.

– Хорошо, лейтенант, давайте пройдем в дом и поговорим, – откинув капюшон, отозвался неизвестный мужчина, жестом предложив идти в дом.

– С кем имею честь? – прищурившись, поинтересовался Алексей, всем своим нутром ощущая, что перед ним стоит птица высокого полета, находящегося в немалой должности и наделенной большой властью.

– Штаб-майор Игнатий Берг, Третий департамент тайной полиции, начальник следственного отдела. Давайте пройдем в дом, и вы произведете отчет.

Понимающе кивнув, Алексей подмигнул напарнику и, подхватив чемодан с личными вещами и документами, направился в дом. Поднявшись по ступенькам, он, пройдя в прихожую, поставил чемодан и, достав из него папку, прошел в кабинет, где его уже ждали штаб-майор с баронессой. Присев напротив них, Алексей передал папку с документами старшему офицеру тайной полиции и, слегка кашлянув, четким голосом стал говорить:

– После того как мы отсюда вылетели, мы взяли курс на авиабазу, откуда четыре года назад вылетел штаб-капитан барон Фихдель с перехваченным донесением, где имели приватный разговор с гвардии полковником бароном Артемием Фокком. В результате этого разговора мы получили интересную информацию, благодаря которой удалось раскопать весьма любопытные факты, но давайте по порядку. После перехвата секретного донесения противной стороны, полковник Фокк позвонил в Генеральный штаб и получил прямой приказ немедленно доставить донесение в столицу. На тот момент дежурным пилотом скоростного курьера был ваш погибший супруг, баронесса. О предстоящем маршруте знали на авиабазе только гвардии полковник Фокк и курьер штаб-капитан барон Амадей Фихтель, а также старший офицер из Генерального штаба, отдавший приказ доставить захваченное донесение в столицу, приказ отдал полковник Левантин. Полковник Фокк не тот человек, кто распускает свой язык, так что утечка о вылете и предполагаемом маршруте курьера произошла по линии полковника Левантина.

– Курьер не долетел, оказавшись в запретном лесу, где смог оторваться от погони и через какое-то время скончался от полученных ран, – нехотя буркнул штаб-майор, внимательно всматриваясь в глаза Алексея. – Должен признать, вы весьма убедительны лейтенант…

– На то были веские причины. В районе населенного пункта Дубинцы, есть авиаремонтная база под номером восемнадцать. В тот день, когда летел курьер с перехваченным донесением, на ней произошел сильный пожар, из-за чего пришлось поднимать в воздух отремонтированные самолеты, среди которых были три «Хоккер-12». Именно из такого самолета и обстреляли биплан, на котором и летел ваш супруг, миледи. Уходя от погони, он был вынужден углубиться далеко вглубь леса, весь маршрут мы проследили. Штаб-капитан, будучи опытным пилотом, смог бы вырваться, да он, по сути, и вырвался, оторвавшись от погони, но спастись не позволило тяжелое ранение. Имена всех троих пилотов, вылетевших в тот день на «Хоккерах», нами установлены. Один из них в тот же день после возвращения на аэродром исчез, и спустя какое-то время он был признан дезертиром, а когда мы взялись за дело, то обнаружили его останки под бетонной плитой в одном из складских ангаров. Он был убит в тот самый день после возвращения на аэродром, он был убит украденным у местного особиста ножом, чтобы его подставить. Дело усугубляется тем, что лейтенант Серго Форрис является неофициальным сыном императора Казимира VII, но каково же было наше удивление, когда мы узнали, что и остальные двое пилотов, вылетевших на «Хоккерах», также являлись отпрысками императора. Вы, штаб-майор, почитайте документы, нам их передал полковник граф Константин Форруз в отставке. Почитайте, там многое, что для вас как офицера тайной полиции будет очень интересно узнать… Самое интересное, что полковник Форруз смог раскопать весьма любопытные данные. Таких групп летчиков было три, и по данным за прошлый год они существуют и по сей день, вот только если рассматривать с юридической точки зрения, то лишь двое пилотов, отцом которых является престарелый император, при определенных стечениях обстоятельств вправе претендовать на императорский трон, помимо законного наследника.

– Непременно почитаю, – выдохнул штаб-майор, пристально изучая лицо своего собеседника, который умудрился застать врасплох. То, что он сейчас услышал, не укладывалось у него в голове. Бергу требовалось время, чтобы проанализировать услышанное и надлежащим образом изучить предоставленные материалы негласного расследования. Обдумав какое-то время, штаб-майор, глубоко вдохнув, задал вопрос:

– Лейтенант, вы считаете, что все эти отпрыски императора, как и полковник Генерального штаба Левантин, тем или иным образом работают на разведслужбы Республики Гальзы?

– Нет, я так не считаю и не думаю, слишком это было бы просто для разведки противной стороны, – выдохнул Алексей после пары минут задумчивого молчания. – Да, мы имеем дело с глубоко законспирированными заговором, в котором участвуют высокопоставленные офицеры как министерства обороны, так и тайной полиции и, видимо, какой-то части аристократических родов империи. Какова его цель, лично для меня непонятно, но то, что этот заговор зреет под прямым патронажем гальзианской разведки, у меня нет никаких сомнений. Вот посудите сами, после перехвата заблудившегося в непогоду гальзианского курьера с секретным донесением, предназначенным для внедренного агента в имперский Генеральный штаб, командир части позвонил полковнику Левантину, произвел доклад и получил приказ немедленно выслать захваченное донесение в столицу, что и было сделано. Вот только спустя примерно три с половиной часа на курьера было совершено нападение, и ему пришлось спасаться бегством, уходя глубже в заповедный лес. Вот теперь смотрите, агент гальзианской разведки спустя какое-то время после сообщения о захвате адресованного ему донесения в спешном порядке озаботился ликвидацией возникшей угрозы его разоблачения. Действовать пришлось, находясь в страшном цейтноте, используя лишь то, что было у него на данный момент под рукой, а именно группа из трех пилотов, проходивших службу на авиаремонтном заводе № 18 в Дубинцах. Для того чтобы обеспечить легенду для летчиков или летчика, пришлось устроить сильный пожар на заводе, и все это за три часа! Надо признать, это потрясающая оперативность, но из-за того, что она была вынужденной, можно смело сделать определенные выводы, а если говорить более конкретно, то группа пилотов, взлетевших на «Хоккерах», подготавливалась для каких-то других задач и целей, просто ее использовали, находясь в отчаянном положении. Хотя если смотреть глубже, то не так уж сильно и потерял, так как были и на сегодняшний день все еще есть две аналогичные группы пилотов, да и с первой группой могло все прокатить. Курьера-то ведь им свалить удалось, хотя донесение перехватить не получилось, только непонятно, для чего нужно было убивать лейтенанта Серго Форриса, непонятно, видимо между ними что-то такое произошло, из-за чего его и ликвидировали, спрятав тело под бетонную плиту, и к тому же подстраховались, убив его ножом местного особиста. Кстати говоря, высокопоставленный агент гальзианской разведки все эти годы не прекращал попыток отыскать пропавший самолет, но теперь эти поиски завершены, так как, похоже, он уже в курсе, что некто пропавший самолет обнаружил…

Штаб-майор в глубокой задумчивости хмыкнул, посмотрев в глаза баронессы, медленно поднялся и, пройдясь по кабинету, остановился возле окна и, взглянув на возведенные крепостные стены, получившиеся в точности такими, какими они были на этом месте двести лет назад, глухо произнес:

– Все, что вы сказали, лейтенант, предстоит еще проверять и перепроверять, но если все в действительности обстоит таким вот образом, то мы на пороге грандиозного шухера. Хотелось бы сказать помягче, да язык не поворачивается, а посему я приказываю вам пока расследование прекратить, не стоит тревожить столь опасного хищника, как внедренный агент гадьзианской разведки в имперском Генеральном штабе. Это не шутки, это действительно очень опасно, но даже не это главное… Главное тут не потревожить крота, а то он почувствует реальную угрозу для себя и активизирует заговор, и тогда мы преждевременно окажемся в очень сложной ситуации. Тут надо подходить с умом и крайне деликатно. Дальнейшее расследование я как начальник следственного отдела третьего департамента тайной полиции беру на себя, для вас же, лейтенант, с напарником будет другое дело…

Отвернувшись от окна, штаб-майор подошел к шкафчику и, достав портфель, взял его в руки и жестом попросил подойти к нему Алексея. Когда он оказался рядом, вручил ему портфель и, помолчав несколько мгновений, пояснил:

– Лейтенант, в портфеле инструкции для ваших дальнейших действий, а также деньги, пусть и немного, но на первое время хватит. Учтите, времени для раскачки у вас нет, так что на ознакомление вам дня три не больше. Также имейте в виду, все прилагаемые инструкции для вас абсолютом не являются, они лишь указывают общее направление, именно по этой причине творческий подход только приветствуется.

– Я вас понял, штаб-майор. Разрешите выполнять?

– Выполняйте, лейтенант.

Развернувшись, Алексей покинул кабинет и направился в соседний дом, где они и будут в ближайшее время жить и изучать полученные инструкции.

Проводив взглядом крепкую фигуру Алексея, баронесса дождалась, когда за ним закроется дверь и, повернувшись в сторону своего дальнего родственника, пристально на него посмотрела и негромко задала вопрос:

– Неужели это правда, Игнатий, или Лексий по каким-то своим причинам нагнетает обстановку?

– Боюсь, что он полностью прав и даже несколько мягок в своих высказываниях, хотя на самом деле тут впору говорить о куда больших проблемах, что действительно правда. Мы, конечно, все эти данные проверим, но у меня нет никаких сомнений, что это реально заговор. Если заговор под контролем гальзианской разведки действительно существует, у нас большие проблемы, так как он длится далеко не один год и, очень похоже, входит в завершающую стадию. Как только император Казимир VII скончается, что уже не за горами, вот тогда все и закрутится, по крайней мере, именно так я бы и поступил на их месте… – проворчал штаб-майор и, тяжело вздохнув, внимательно посмотрел в глаза баронессы и добавил: