Читать книгу "Морской дозор"

Глава пятнадцатая
Полная путаница

Тем временем из леса, окружавшего прогалину, внезапно раздался треск валежника, донеслось шумное дыхание…

– Никак мой старик? – ахнула старуха, переминаясь с ноги на ногу.

– Тише! – прошептал барон. – Наверное, олень! Жаль, что у меня с собой ружья нет.

Густые ветви столетних елей заколыхались, и на прогалину, продираясь сквозь заросли, выскочила Баба Яга.

– Стой! – крикнула она истошным голосом. – Руки вверх!

– Как вам будет угодно, – с достоинством произнёс Мюнхгаузен, поднимая руки.

– Да я не вам, – отмахнулся сыскной агент, – у вас лицо открытое, хорошее. Это мы давно заметили и в протокол занесли. Я – ей. Попалась, преступница!

Старуха ойкнула и запричитала:

– Просидела я у синего моря ровно тридцать лет и три года…

– А теперь, – отрезала Баба Яга, – ещё лет пять просидишь!

– Это ещё почему?

– Потому что босая! Преступник, похитивший пушку капитана Сильвера, тоже был босой. Это данные неопровержимые. Всё одно к одному.

Старуха, ничего не понимая, даже приоткрыла рот от удивления и безмолвно застыла как статуя. А вот барон, наоборот, начал кое-что понимать.

– Выходит, – обратился он к Бабе Яге, опустив руки и прижав их груди, – это вы следственная старуха, опытная и въедливая, а не она?

– А кто сомневался? – подтвердила Яга. – Она – подследственная старуха, а я – Б. Яга, сыскное агентство «Морской дозор».

Мюнхгаузен резко обернулся к подследственной старухе:

– Зачем же вы меня обманывали? Стыдно это! – и доверительно сообщил агенту: – Вы-то мне и нужны! Помогите! Я барон Мюнхгаузен! У меня похищены сапоги!

– Дело о сапогах, – оборвала его Баба Яга, – я выделяю в особое производство. А сейчас вы помогите мне. Надо сличить улики.

– Дурачины вы, простофили! – старуха от ужаса вновь обрела дар речи. – Это что ж за такие улики? Отпустите меня на покаянье!

– Поздно тебе каяться, – буркнула Яга, доставая из кармана листок с отпечатком босой ноги. – Теперь надо держать…

– Ответ! – подхватил барон.

– Да не ответ – старуху!

И правда: подозреваемая с неожиданной резвостью бросилась прочь. Но куда там! Мюнхгаузен быстро поймал её и крепко обхватил за талию. Баба Яга приложила улику к ступне старухи, отбивавшейся что было сил.

Та зашлась мелким смехом:

– Ой, щекотно, отпустите! – и вырвалась из объятий барона.

– Ничего, сейчас я её опять словлю! – изготовился к новой схватке тот.

– Не надо, – остановила его опечалившаяся Баба Яга. – Ошибочка вышла. Не подходит отпечаток. Снова нет у меня подозреваемых. – И пряча листок обратно в карман, добавила в свое оправдание: – А всё-таки преступник был без обуви!

– Ах, так вот оно что! – сообразила старуха. – Это ж не я без обуви, а он без обуви! Он в моих валенках!

Баба Яга, сурово насупившись, взглянула на барона:

– Ясненько. Значит, вы разбойным образом отобрали у старушки обувь…

– Да как вы могли такое подумать? – всполошился барон. – Сами же говорили: лицо у меня открытое, хорошее. Мы с ней сговорились!

– Час от часу не легче! – откликнулась Баба Яга. – Значит, вырисовывается преступный сговор двух или более лиц. И в данном случае выражение того или иного лица не имеет значения.

– Погодите-погодите, – стараясь сохранять спокойствие, убеждающе заговорил Мюнхгаузен. – Сейчас я всё объясню. У меня украли сапоги.

– А у меня – корыто, – вмешалась старуха.

– Не частите! – одёрнула собеседников Баба Яга. – Дайте разобраться. Итак, вы не босая, но у вас похитили корыто, а вы в валенках, но босой, потому что у вас пропали сапоги, а лицо у вас всё-таки хорошее, честное, я тогда ещё это заприметила, когда вы отдыхали у пушки, которую стащили у капитана Сильвера… С ума сойти можно! И оба вы при этом невиноватые…

– Наконец-то всё выяснилось! – хором сказали старуха и барон.

Баба Яга думала иначе. Совершенно запутавшись, она отошла в сторону и обессилено опустилась на солнечный пригорок. Следствие оказалось нелёгким. Как тут разберёшься со всеми в одиночку? Хоть бы кто-нибудь помог! Так нет же – одна, совершенно одна! Алёша отдыхает в агентстве, да и не разгуливать же ему по Лукоморью в одних трусах – ведь одежда-то его утонула, оказавшись балластом. А Маруся… Ой! Да вот же она!

Увидев рядом с собой неподвижно лежащую помощницу следователя, Баба Яга всполошилась.

– Маруся! Да ты никак заболела? Что они с тобой сделали? – закричала она, снова вскочив на ноги и осуждающе глядя на Мюнхгаузена и старуху.

Маруся открыла глаза и сладко потянулась:

– Не беспокойся, со мной всё в порядке.

– А со мной нет, – призналась Баба Яга. – У меня полная путаница…

– Да уж знаю. Я всё слышала, только вмешиваться сил не было. Полетала немного, вот и пришлось с непривычки отлёживаться.

– Полетала? – недоверчиво переспросила Яга. – Как это? Ступы у тебя вроде нет, да и на Сороку-Белобоку ты не очень похожа…

– Сорока-Белобока кашу варила! – тут же раздалось откуда-то сверху. На разлапистой ветке удобно устроилась птица-кашевар.

– Давно тут? – спросила Маруся.

– Только что прилетела, – ответила Белобока. – Меня Алёша послал. Лети, говорит, оповести всех, кого найдёшь, пусть приходят к избушке, в агентство «Морской дозор» то есть. Появились у него, говорит, кое-какие мысли, обсудить надо. Короче говоря, назначается общее собрание.

Глава шестнадцатая
Общее собрание

Чтобы не тесниться внутри агентства, вынесли из избушки стол и табуретки, расселись на берегу, на свежем воздухе. Алёша в трусах занял председательское место.

– Общее собрание объявляется открытым, – начал он торжественно. – Присутствуют: сыскной агент Баба Яга, помощница следователя по особым делам Маруся, барон Мюнхгаузен, Сорока-Белобока и… – Алёша посмотрел вопросительно.

– Старуха, – представил барон новое для Алёши лицо. – У неё пропало корыто.

– Корыто, – задумчиво повторил председательствующий. – Пропало. Интересно почему? И как?

Старуха собралась было поведать подробности пропажи, но её прервал капитан Сильвер. Прихрамывая, он, не глядя по сторонам, решительным шагом появился из-за дюны, понурый и мрачный.

– Сто морских чертей! Хватит! Надоело мне прятаться в лесу. Но имейте в виду, что я пришёл совершенно добровольно. С повинной. Всё, сдаюсь!

– Наконец-то! – воскликнул Мюнгхаузен. – Наконец-то он решил всё-таки признаться, что похитил мои ботфорты!

– Барон? – удивлённо вытаращил глаза пират. – Живой? Я ведь тебя убил!

– Заверяю вас, – не задержался с ответом тот, – что барона Мюнхгаузена убить не так-то просто! А сапоги извольте вернуть!

– Да забудь ты про сапоги, пробоина в бок! – лицо капитана немного посветлело, глубокие морщины слегка разгладились. – Выходит, я не двух укокошил, а только одну Бабу Ягу?

– Да ты что болтаешь, мил-человек? – всплеснула руками Яга.

– Вот значит как?! – закричал Сильвер. – Обманули меня, облапошили! Оба живы, здоровы! Два сапога пара!

Барон понимающе усмехнулся:

– Проговорились, капитан! Именно! Два сапога – конечно, пара. Отдавайте мои ботфорты!

Сильвер только отмахнулся:

– Отстань! Раз уж я никого не убил, явка с повинной отменяется. Всё! Хватит! С вами каши не сваришь!

– Ой, и правда! – живо откликнулась Сорока-Белобока. – Спасибочки, что напомнили, мне ж кашу пора варить! – И улетела, бормоча: «Сорока-Белобока кашу варила…»

Сильвер тем временем сердито продолжал:

– Пушку мою не нашли – и пусть. Надоело мне тут. Счастливо оставаться, уплываю! Там, в бухточке, припрятано старое корыто…

Старуха от радости даже подпрыгнула:

– Ох, бывают же счастливые вести! Потерялось моё старое корыто, а теперь оно снова отыскалось!

– Не твоё корыто, а моя шлюпка, – оборвал её капитан. – На ней и уплыву, – и он повернулся, собираясь уходить.

– Останьтесь, капитан, – властно остановил его Алёша, разглаживая на столе листок, которым Яга когда-то прикрывала чай, чтобы мухи не нападали.

Сильвер вздохнул и присел на табуретку, освободившуюся после того, как улетела Белобока.

– Итак, – негромко, словно сам для себя, стал рассуждать следователь по особым делам, – вырисовывается довольно странная картина. Пропала пушка, пропали сапоги, пропало, как недавно выяснилось, корыто. Я ничего не пропустил?

– Ничего, – подтвердила Маруся.

– Подозреваемых, – повёл Алёша свою речь дальше, – всерьёз говоря, нет. Мотивы преступлений не просматриваются. Видимо, мы что-то упустили. Потому что ничто не может исчезать бесследно и беспричинно. Причина, хоть мы её пока и не знаем, была! И ещё у нас была улика – отпечаток босой ноги. Но она пропала тоже.

– Нет, не пропала! Уж улике-то я пропасть не дам! – Баба Яга достала из кармана листок с отпечатком и передала его Алёше.

Тот внимательно осмотрел вещественное доказательство, разгладил бумагу и положил рядом с другим листком – тем, который от мух. На берегу установилось молчание. Все думали, но дельные мысли никому в голову не приходили. Наконец следователь по особым прервал молчание:

– А ещё какие-нибудь листки у нас есть?

– Вот этот, – откликнулась Баба Яга, – веер, я им барона обмахивала.

Алёша принял из её рук очередную книжную страницу и тоже тщательно разгладил.

– За неимением лучшего исследуем имеющиеся вещественные доказательства. Начнём с первого. Откуда этот листок взялся?

– Из книжки, – сказала, виновато потупившись, Баба Яга. – Из «Острова сокровищ». Второй – из «Приключений барона Мюнхгаузена». Третий – из «Сказки о рыбаке и рыбке».

Алёша неодобрительно покачал головой. Потом – одобрительно, уже своим мыслям.

– Кажется, я нащупал какую-то связь, – неуверенно сказал он. – Пропаж было три. Вырванных страниц – ровно столько же. Неужели… Значит, так. Баба Яга сидела в избушке, читала книгу… Вырвала из неё страницу, чтобы прикрыть кружку… Начинаем следственный эксперимент! – И он прочитал начало отпечатанного текста: «Мой пистолет не знает промаха! – воскликнул Сильвер и выхватил оружие из-за пояса».

В тот же миг воздух жарко заколебался, раздался резкий звук, похожий на хлопок лопнувшего воздушного шарика, и в руках капитана оказался пистолет.

Все вздрогнули от удивления. Маруся, забыв, что может говорить по-человечески, громко крикнула:

– Мяу!

– Это ж он! – радостно захохотал Сильвер. – Пистолет мой, пушка моя, пушечка!

– Так вот что, оказывается, мы должны были искать! – ахнула Баба Яга. – Пистолет!

– Да уж ясное дело, не гаубицу, – усмехнулся счастливый капитан, нежно поглаживая блестящий ствол.

– Кое-что начинает проясняться, – сказал следователь по особым делам. – Находясь около пушки на скалистом островке, Баба Яга вырвала страницу из книги «Приключения Мюнхгаузена» и…

Вспрыгнув на стол, Маруся прочла: «Около кровати барона стояли тщательно вычищенные ботфорты».

Раз – и возле бароновой табуретки появились невесть откуда взявшиеся сапоги.

– Нашлись! – воскликнул Мюнхгаузен.

– В агентстве «Морской дозор» всё находится, – бодро сказала Баба Яга.

– Интересно бы знать, где находится моё корыто! – съязвила в ответ старуха.

– А вот сейчас и узнаем, – произнёс Алёша и прочитал текст третьего листка – того, которым сыскной агент обмахивал бездыханного барона: «На пороге сидит его старуха, перед нею – разбитое корыто…»

Как он и ожидал, корыто тут же оказалось у старухиных ног.

Участники совещания затараторили наперебой:

– Давно надо было догадаться: что вырвано из книги, то пропадает бесследно!

– О чём прочитать нельзя – того как будто бы и вовсе нет!

– Вот какой закон существует, оказывается, в Лукоморье!

– А может быть, и не только в Лукоморье, – предположил Алёша.

– Вот вернёмся домой, – азартно сказала Маруся, – и проверим! Но Алёша не согласился:

– Нет уж, проверять не станем. Просто будем иметь в виду. А что до возвращения, то ты права. Дело завершено, пора в обратный путь.

Глава семнадцатая
Пора возвращаться

– Как это – завершено? – удивилась Баба Яга. – А мобильник? Как быть со связью? Откуда взялась бессмысленная смс-ка?

– Или зашифрованная, – добавила Маруся.

– А вы, бабушка, точно ничего мне не писали? – на всякий случай ещё раз осведомился у Бабы Яги Алёша.

– Что ты, милок! – решительно ответила та. – Я ведь и не могла! Как сейчас помню: собралась было, да никак. Мобильник-то у меня в том же кармане лежал, что и птичий корм. Крошки и зёрнышки так телефон облепили, что кнопок не видно. Я его положила на крылечко – пусть, думаю, ветерок всё лишнее сдует. Вот он, значит, сдувал, а потом ты пришёл. Где ж тут мне смс-ки посылать? Или не веришь?

– Верю, – успокоил её Алёша. – Но, думаю, кое-что надо бы проверить.

– Опять следственный эксперимент! – обрадовалась Маруся.

Бабе Яге насыпали в карман фартука птичий корм. Положили туда мобильник. Попросили сыскного агента немного прогуляться, чтобы крошки и зёрнышки, как и в прошлый раз, хорошенько облепили телефон. Вынули его. Положили на крылечко – ветерок был как раз подходящий. Стали ждать. И дождались: плавно спланировав с вышины, к обсыпанному кормом мобильнику подлетела Сорока-Белобока. Стала, ни на кого не обращая внимания, угощаться: тук-тук, тук-тук!

Зазвенел Алёшин телефон: пришла смс-ка. И вот какой текст высветился на экране: «щапомоньююююю». Тот же самый, что и в прошлый раз, буква в букву! Даже пять «ю» в конце те же самые!

– Удивительное дело! – сказала Маруся.

– Ничего удивительного, – ответил Алёша, – просто следственный эксперимент проведён правильно. Опять на «ю» самая вкуснятина попалась. Верно я говорю, Белобока?

Та не очень поняла, о чём идёт речь, но на всякий случай важно кивнула.

– Выходит, – спросила Баба Яга, – теперь опять можно отсылать сообщения?

– Конечно, – подтвердил Алексей, – только чёткие и краткие, а то мобильник сядет, помнишь, бабушка? Ну, до свидания, не ссорьтесь тут без меня. А мы с Марусей… – и он уже собрался нажать волшебный код для перехода из Лукоморья в обычное пространство, туда, где папа с мамой.

– Постой! – остановила его Маруся. – Как же это ты в одних трусах? Что Варвара Анатольевна подумает? Ещё запретит тебе Лукоморье посещать!

– Кошка права: так рисковать нельзя, – буркнул Сильвер, стянул с себя тельняшку и отдал Алёше. – Не стесняйся, у меня ещё запасная осталась.

Барон переглянулся со старухой, та понимающе кивнула, и Мюнхгаузен пододвинул поближе к следователю по особым делам свои ботфорты.

– Мне, сударь, валенки полюбились, сапоги теперь ни к чему. Старуха добавила от себя:

– Мне пока и босиком неплохо. А понадобится обувка – к золотой рыбке обращусь, авось не откажет.

Баба Яга протянула Алёше свою большую сумку:

– Мы же твой рюкзак в море утопили. Как станешь учебники в школу носить? – А вы где, бабушка, книжки станете держать? – спросил в ответ Алексей.

– На полке в избушке. Только сначала вырванные страницы аккуратно вклею.

Следователь по особым делам посмотрел на неё с одобрением, поблагодарил всех за помощь, обулся, оделся, перекинул сумку через плечо, посадил в неё Марусю и набрал на мобильнике заветный код: «звёздочка», «ноль», «решётка». Воздух заколыхался, образовалось белёсое марево, и Алёша исчез.

Варвара Анатольевна очень удивилась, когда в комнате появился сын в тельняшке, ботфортах и с большой сумкой, из которой выглядывала сладко мяукающая Марусина мордочка. Но ещё больше обрадовалась – и поэтому расспросы оставила на потом. Тем более что поздновато уже было.

– Вот и хорошо, – сказала мама, – все дома, теперь остаётся только спать лечь.

«И ещё – ждать новых сообщений», – подумал про себя Алёша Попов, а вслух сказал:

– Спокойной ночи!

Он уже лежал в постели, когда пришла смс-ка – как и договаривались, краткая и чёткая: «Порядок. Вклеила. Б. Я.».

01.08.08