Читать книгу "Я куплю твою девственность за миллион"

Глава 22. Наташа

Когда я появилась на пороге нашей с Леськой комнатки, время приближалось к полудню. Подруга наносила макияж у небольшого зеркала и несказанно обрадовалась моему возвращению.

– Натка, сколько лет, сколько зим! Что, закончилась любовь-морковь?!

Я печально кивнула и всхлипнула.

– Не-не-не, ты только не плачь! – всполошилась она. – Все будет хорошо. У меня, кстати, сегодня выходной. А еще в холодильнике есть бо-ольшая бутылка мартини «Бьянка»! И лед есть. Будешь?

– Угу, – плюхнувшись на кровать, снова всхлипнула я.

А что еще делать? У Коготь выходной, туда мне не добраться. С Виктором Серебрянским вопрос закрыт. Почему бы и не залить горе мартини?

– Первая любовь всегда заканчивается именно так. Розовые очки бьются, и почему-то всегда стеклами внутрь.

Докрасив ресницы, Леська отправилась к холодильнику и извлекла оттуда мартини.

– А откуда бутылка? – поинтересовалась я.

– Хахаль у меня появился! – гордо сообщила Леська и тут же добавила: – Не, ну не миллионер, конечно, но тоже ничего. У него даже тачка есть, «Тойота», подержанная, правда, но мне нравится. На заднем сиденье так удобно сексом заниматься… м-м-м… не то, что в «девятке»!

Я усмехнулась: прежний Леськин ухажер рассекал на старой «девятке», и она часто жаловалась на тесноту отечественных автомобилей.

Подхватив телефон, подруга начала показывать мне фотки своего нового ухажера.

– Под мартини пойдет, – одобрительно кивнула я.

– Пиццу закажем?

– Закажем, я сегодня не успела позавтракать.

Спустя сорок минут бутылка была наполовину пуста, и я в красках описала подруге свое утро.

– Знаешь, ничего удивительного: решил мужик перед свадьбой налево сходить, а тут невеста обо всем прознала. Ты еще легко отделалась, Натка. Пусть теперь он с ней сам объясняется.

– Я деньги ему верну, только до банкомата доберусь, чтобы снять их с карточки, и отвезу к нему в приемную.

– Про деньги это ты зря. Он тебя невинности лишил? Лишил. Прости, но за это он и заплатил. Оплатишь обучение, как мечтала. Выучишься на кондитера, устроишься работать в хороший ресторан, а там, глядишь, и зарплаты совсем другие, не как в нашей бургерной.

Я тряхнула головой.

– Не хочу от него никаких денег, противно это! Я и согласилась на аферу только ради того, чтобы в попечительском совете получить одобрение, но теперь ясно, что ничего не выйдет. Если Коготь не заберет заявление, меня ждет суд за попытку похищения несовершеннолетней сестры.

Леська разлила нам с ней еще по порции мартини.

– Да, Виктор, конечно, тот еще мудак! Надо же, перед самой свадьбой вдруг решил развлечься, да еще и невинность ему подавай!

– А ведь я знала, что чудес не бывает, – щедро отпив мартини, закивала я.

Знать-то знала, а сердце все равно ждало чуда. Рвалось оно обратно к Виктору, хоть убей…

Взяв в руки мобильник, я горестно взглянула на экран. Нет, от Виктора никаких сообщений, ни одного вызова. Видимо, получил от невесты нагоняй и решил слиться по-тихому. А казался таким героем, рыцарем из сказки! Вот и верь после этого всяким бизнесменам! Фу, противно как!

Чтобы не травить себе душу, я заблокировала его номер. Как говорится, «сгорел сарай – гори и хата». Нечего себе душу травить бессмысленной надеждой на чудо, которое никогда не произойдет!

Леська достала из пачки тонкую дамскую сигарету, открыла окно и закурила.

В дверь громко постучали.

– Кого там еще принесло?! – Я испуганно взглянула на подругу.

– Надеюсь, не комендантшу: она курение в нумерах не приветствует. – Леська живо избавилась от сигареты, выбросив ее в окно, и распахнула ставни пошире. – А, это же пицца!

Избавившись от улик, Леся двинулась открывать.

И какое же было наше с ней изумление, когда на пороге мы увидели Варвару Коготь!

– Э-э… здрасьте… – опешила Леська.

– Здрасьте. Курите? – тут же сощурилась Коготь.

– Ну… бывает. А что такого?

– Ничего хорошего. Наташа здесь?

– Ну… вроде бы да.

– Хорошо, у меня есть к ней разговор. Впустишь?

Я так оторопела от визита Варвары Леонидовны в нашу комнату, что продолжала сидеть и изумленно взирать на нее чуть пьяными глазами.

– Ага, еще и пьете? В обед? – Наша гостья повела ярко подведенной бровью, и Леська захлопнула дверь.

– А вы по какому вопросу? – чувствуя, как от страха все плывет перед глазами, осторожно поинтересовалась я.

Она сняла свою кожаную куртку и берет и уверенно подсела к нам за маленький столик.

– Дело у меня к тебе есть, – произнесла уверенно. – На миллион.

А что это вы без закуски пьете?

Я побледнела от страха. Сидела на стуле, едва дыша. На миллион?! Неужели пронюхала, что мне Серебрянский миллион перевел?!

Коготь невозмутимо полезла в свою объемную сумку и извлекла оттуда банку шпрот, банку оливок, сыр в нарезке и бутылку армянского коньяка.

Мы с подругой оторопело следили за ее действиями и никак не могли понять, для чего она пришла.

– Ну что ты стоишь, Олеся?! Наливай давай, раз уж вы тут решили междусобойчик устроить! – скомандовала Коготь. – Будет у нас девичник!

Ловко открыв шпроты, оливки и сыр, она сверкнула недовольным взглядом в нашу сторону.

– Ну что вы, как неродные?! Угощайтесь!

Мы переглянулись и робко взяли по оливке.

Очнувшись от шока, Леська достала из коробки третий бокал. Коготь открыла бутылку коньяка и наполнила его.

– Ну, за все хорошее! Давно я не расслаблялась! – бодро выдохнула она и опрокинула в себя всю порцию коньяка.

– А вы, Варвара Леонидовна, по какому делу? – осмелев, поинтересовалась я.

Коготь налила себе щедрую вторую порцию и достала свои сигареты.

– Окно открой! – приказала Леське, и та, трусливо взглянув на зажигалку в руках у гостьи, кинулась выполнять приказ.

– А дело у меня к тебе, Наташа, вот какое, – сладко затянувшись едким дымом, сообщила Варвара Леонидовна. – Мечтала я всегда мужа иметь. И семью… Отец твой, конечно, мужик видный, но пьет безбожно. Я думала, смогу его на путь истинный наставить, закодирую, Дашу, опять же, достойно воспитаю. Но не то, все не то…

В ее маленьких глазках мелькнула горечь, и она, не чокаясь с нами, выпила вторую порцию коньяка.

Мы с Леськой переглянулись и осторожно отпили по глотку мартини. Сидели, как два кролика, пялились на нее, как на страшного удава, и от напряжения нас потряхивало.

– А с тобой в торговом центре такой мужик был! Не мужик, а сказка! Я бы за такого замуж пошла. – Коготь угрюмо вздохнула, а потом впилась в меня своими маленькими глазками. – Отдай его мне! Ну, пожалуйста? Зачем тебе старик? Ты молодая, красивая. Найдешь себе еще достойного мужчину.

Икнув, я поперхнулась мартини.

– Вы про кого? Про Луку?

– Лука… Какое редкое имя! – мечтательно выдохнула Коготь. – Конечно, про него. Про кого же еще?

В моем израненном сердце вспыхнула отчаянная надежда. Ей нужен Лука? Всего-то?

– А что взамен? – прошептала осторожно.

– А взамен я отойду в сторону и не стану мешать вашим с Дашей отношениям.

– А заявление заберете? – Я с надеждой взглянула на нее.

Коготь фыркнула.

– Заявление я еще сегодня утром забрала.

В моих глазах вспыхнула неподдельная радость. Забрала! Боже, она забрала заявление! Я свободна!

– А если он не захочет строить с вами отношения? – вмешалась Леська. – Вы же понимаете, что насильно мил не будешь?

– А вот это вы уж мне предоставьте! Когда за дело берется профессионал, оно просто обязано выгореть! Гадалка мне вчера нагадала червонного короля, сказала, в казенном доме встреча уже состоялась, а впереди, если я постараюсь, меня ждет большая любовь. А с отцом твоим пустое все. Я гадалке той верю. Поэтому решила взять судьбу в свои руки. Король червонный – это твой престарелый хахаль.

Я нервно сглотнула. Надо, надо срочно связаться с Лукой! Ну не откажется же он поучаствовать в еще одной афере? Сводит Варвару куда-нибудь… Куда ходят на свидания те, кому за сорок? В кино? В театр? В ресторан?

С другой стороны, почему он должен мне помогать? Ему, наверное, и так досталось на орехи за нашу вчерашнюю вылазку в торговый центр. Может, Виктор его вообще уволил.

– В общем, так: ты, Наташа, рвешь всякие отношения с Лукой, а дальше я все возьму на себя.

– А с Дашкой как? – осторожно поинтересовалась я.

– Милая моя, Дашка твоя так и останется с отцом, до тех пор, пока у тебя не появится нормальное жилье и работа. Или ты сюда ее собираешься привести? У тебя и эта комната съемная. Поэтому, если ты хочешь стать ее опекуном, поторопись. Ваш отец – совсем не то, что нужно девочке в четырнадцать лет.

В моих глазах вспыхнула надежда на новогоднее чудо.

– И вы не будете против наших с ней встреч?

– Нет, не буду. Куртку и сапоги вы ей, кстати, отличные купили. Хоть мерзнуть перестанет. В общем, как найдешь достойную работу и нормальное жилье, жду тебя у себя в кабинете. А пока скинь мне телефон и место работы Луки.

«Прости, Лука! Пожалуйста, прости. Это для дела», – на миг зажмурившись, мысленно произнесла я, а потом выдала Коготь всю информацию о его работе и дала номер его мобильного.

Сбросила ему короткое сообщение украдкой: «Пожалуйста, сходи с Коготь на свидание, если она тебя пригласит. Это все ради Даши».

Глава 23. Серебрянский

Это было самое неприятное утро в моей жизни. Работа не спорилась, я даже сосредоточиться не мог. Мерил широкими шагами свой кабинет и постоянно требовал кофе. Мой маленький Бриллиантик натворил таких дел, что теперь их разгребать и разгребать! Другой бы на моем месте избавился от такой проблемной красотки, еще и штраф бы выставил за нарушение договора, а я вот не смог. Я вообще не хотел думать о том, что я ее купил. Мне хотелось верить, что у нас все по-настоящему, по любви, а не за деньги.

Лука сидел в моем кабинете с самого утра и все хмурился.

– Это я виноват, Виктор Сергеевич. Наташа не хотела никого похищать. Она сама еще ребенок. Да и хотела всего-то сестру порадовать. Мы купили девочке зимнюю куртку и сапоги, а еще Наташа купила ей новогодний подарок, какую-то подвеску на цепочке. У них никогда нормального Нового года не было, вот она и решила сестру с собой тайком взять. Кто ж знал, что Коготь пойдет в этот же торговый центр за продуктами?!

Я притормозил у стола.

– То есть себе Наташа ничего не купила? – поинтересовался, чувствуя досаду.

Лука покачал головой.

– Нет. Ей даже в голову не пришло что-то купить себе. Они с сестрой с упоением рассматривали елочные украшения, все мечтали, что у них тоже когда-нибудь будет на Новый год елка. Я из разговоров понял, что в их доме елку никогда не ставили. Не злитесь на Наташу, Виктор Сергеевич! Она просто хотела провести время с сестрой. Я не увидел в этом ничего преступного. А то, как это вывернула Коготь – другой вопрос.

Я подошел к окну и тяжело вздохнул. Вот что теперь делать?! Как быть дальше?! Мало того, что вчера мне все городские проекты завернули, сплошные убытки теперь, так еще и попробуй добейся, чтобы эта странная дамочка с не менее странной фамилией забрала заявление на Наташу!

Я достал мобильник и хмуро взглянул на экран.

– Позвоню Марку Говорухину. Может, он сможет нам хоть чем-то помочь?

Марк охотно отозвался на мой запрос.

– Слушай, Вить, ты приезжай ко мне в отдел. Я сейчас запрошу дело Полуниных из попечительского совета, посмотрим, что там можно сделать.

Я взглянул на Луку:

– Готовь машину.

Через час мы сидели в кабинете у Марка.

– Чай будете? – приветливо предложил он. – Здесь, конечно, следственный отдел, и секретарши у меня не водится, но чай сделать на всех могу.

Я отрицательно покачал головой.

– Спасибо, не стоит. Мы с Лукой хотели бы сразу к делу. Там вчера заявление накатали на Наталью Полунину и Луку Базанова. Можно с этим что-то сделать?

– Сейчас попрошу практикантку нашу, Нину, узнать, что там с вашим заявлением. Кстати, документы по семье Полуниных принесли пять минут назад.

Марк протянул нам папку с документами и набрал номер по внутреннему телефону.

– Нина, пробей, что там с заявлением по Полуниной и Базанову, их вчера вечером задержали… Да, жду.

На подоконнике закипел чайник, и Марк поднялся со своего места. Достал пачку чая, кусковой сахар и заварил себе крепкий чай.

– Что тут скажешь? – пожал плечами. – К Коготь ни у кого претензий нет. Даму эту в нашей структуре уважают, благодаря ей многие дети нашли свои семьи. Наталья Полунина в качестве опекуна не рассматривалась исключительно потому, что у нее нет работы и своего жилья. Куда она заберет сестру? Да и за что будет ее обеспечивать?

Я озадаченно листал дело Полуниных.

– А мать девочек? Что с ней? – сорвался вопрос.

– Мать, Виктория Полунина, в девичестве Кронина, умерла пару лет назад. После этого и начались серьезные проблемы с отцом девочек.

– Как вы сказали?! Виктория… Кронина? – вмешался в нашу беседу сидевший до этого молча Базанов.

– Да, мать девочек звали именно так. Николай Полунин удочерил Наталью, когда той было всего два года. Дарья родилась уже в браке.

– То есть забрать Дарью Наташа сможет только в том случае, если у нее будет благоприятный прогноз по доходам и появится жилье?

– Выходит, так.

– А фотографии матери, случайно, к делу не прилагается? – не унимался Лука.

Марк пронзил его внимательным взглядом, а потом протянул фотокарточку.

– Вот, только одна. Здесь она с дочками. Не знаю, что эта фотография делает в попечительском совете…

Я тоже не унимался.

– Марк, а если Наташа выйдет замуж за состоятельного мужчину и у нее появится крыша над головой, в этом случае она сможет претендовать на роль опекуна своей сестры?

– Э, как тебя понесло! – хитро улыбнулся Говорухин. – Жениться собрался?

Я всплеснул руками.

– А что еще мне остается делать?! Я без нее не могу. Всю ночь думал об этом. Чего только не передумал! Моя она, понимаешь? Моя, и все!

В дверь кабинета постучали, и вскоре туда заглянула румяная пышечка в полицейской форме.

– Марк Андреевич, заявление по Полуниной и Базанову сегодня утром отозвали.

– Кто отозвал?

– Варвара Леонидовна Коготь. Она лично приезжала в полицейский участок и забрала заявление.

– Ого, вот это сюрприз! – изумился Лука. – Есть в дамочке что-то человеческое.

Я выдохнул. Как камень с души упал, честное слово! Теперь Наташе ничего не грозит. Осталось… совсем немного осталось. Ночью я действительно много думал о Наташе. Любовался, как она притворяется спящей, и думал, думал… То, что я ее не отпущу через месяц, я сразу решил, а сейчас, сидя у Марка в кабинете, понял, что я на ней женюсь. Содержанка мне ни к чему. Мне другое нужно. Я ведь семью хотел, а Наташа – мой Бриллиантик, который требует достойной огранки и пристального внимания, иначе снова наломает дров. С ней у нас все получится: новогодняя елка в гостиной, собака, семья. И Бог с ними, с проектами городского масштаба! Главное – семья! А сестру ее тоже к себе заберем. В моей квартире так много места, что хоть десять человек посели, всем места хватит.

– Значит, наше дело – оформить Наташе жилье и работу. – Я потер подбородок. – Задача вполне выполнимая.

Марк улыбнулся.

– Получается, так.

Я поднялся со своего места и крепко пожал другу руку.

– Спасибо тебе, Марк Андреевич! Обращайся, если что.

– И тебе спасибо! Хорошо вчера посидели на вечере у Рудневых, – подмигнул мне он.

Мы с Базановым вышли из полицейского участка и сели в машину.

Несколько мгновений сидели молча, думали каждый о своем.

– Надо экспертизу делать, – задумчиво произнес Лука. – Домой к вам едем, Виктор Сергеевич.

Повернул ключ в зажигании.

– Какую еще экспертизу? – не понял я.

– Генетическую. Знал я ее маму. Хорошо знал, если быть до конца честным. А потом она уехала. Адрес свой не оставила. Я ее так и не смог найти. Молод был, зелен. А по датам все сходится.

Я потерял дар речи. Просто смотрел на него так, будто увидел впервые. Эти карие глаза, форма губ. О, нет!

– Да ладно… не думаешь же ты, что Наташа…

– Если она окажется моей дочерью, клянусь, босс, я врежу вам как следует!

– Это еще за что?!

– За все хорошее! Девчонки в безвыходной ситуации оказались, а вы Наташу за деньги своей содержанкой сделали!

Он сверкнул в мою сторону испепеляющим взглядом, и я нервно сглотнул.

– Наташа не может быть твоей дочерью. Даже не думай! Я – твой начальник. Я нанял тебя, чтобы ты меня охранял, а не для того, чтобы…

Фыркнув, я отвернулся к окну. Нашелся борец за справедливость!

Вскоре наш внедорожник притормозил у жилого комплекса «Прибрежный».

– Так, заходим к вам домой, вы обнимаете Наташу, а я выдергиваю у нее волос. – Лука решительно взглянул на меня.

– Не буду я тебе помогать! Сам ее лови и волосы выдергивай!

– Это еще почему?

– Потому что, если Наташа окажется твоей дочерью, мне придется на ней жениться. Впрочем, я и так собираюсь это сделать, так что идем ко мне в гости.

И я решительно выбрался из машины. Лука пошел за мной следом.

У подъезда я притормозил. Я вдруг поймал себя на мысли, что даже не поговорил с Наташей прошлым вечером, а утром, когда я уходил, она еще спала. Она, наверное, напугана и расстроена, а я ей даже не позвонил. И что на меня вчера нашло?! Ну, подумаешь, порвали ей шубу… Новую купим.

– Стой, Лука… – Я замялся на миг. – Надо как-то ситуацию сгладить. Погоди, я в цветочный бутик загляну, куплю ей цветы. А то вчера все нехорошо как-то вышло. Я злой был, как черт, мы и не поговорили толком.

Лука хмуро взглянул на меня и ничего не ответил.

«Точно мне врежет!» – мелькнуло опасливое, и я толкнул плечом соседние с нашим подъездом двери.

В цветочном бутике царило изобилие. Чего там только не было! И шоколадные конфеты ручной работы, и мягкие игрушки, и цветы!

– Девушка, мне нужны голландские розы. Красные.

– Сколько штук будете брать? – оживилась она.

– Давайте все, что в напольной вазе.

– Вы уверены, что хотите забрать все розы?

– А вы во мне сомневаетесь?

Она улыбнулась и подхватила напольную вазу.

– Сейчас упакую.

Купив охапку роз и получив в подарок белого плюшевого медведя, я вышел на улицу. Лука все так же ждал меня у подъезда.

– Хороший букет, – похвалил мой выбор он. – Люблю классику.

И мы отправились ко мне домой.

У дверей собственной квартиры я насторожился: что-то определенно было не так.

Глава 24. Серебрянский

Запах! Терпкий аромат благовоний распространялся повсюду.

Лука притормозил.

– Ауру квартиры кто-то решил почистить? – Он почесал подбородок.

– Ауру? Но у меня благовоний в жизни не водилось.

– Может, Наташа их заказала? Решила к вашему приходу настроить квартиру на позитивный лад?

Я пожал плечами. В груди кольнуло неприятное предчувствие, и я торопливо направился к входной двери.

Лука кинулся за мною следом.

В моей квартире царил хаос. Работала техника. Несколько человек в новогодних костюмах эльфов натирали мебель и лестницу. Повсюду витал аромат мандаринов и приятных восточных благовоний.

– Так, стоп… Вы кто такие? – Я изумленно вытаращился на незнакомцев.

Из кухни выглянула бойкая девица в костюме Снегурочки.

– Клининговая компания «Новый год в каждый дом»! Через двадцать минут мы закончим, и вы не узнаете вашу квартиру, – пообещала она.

Я осторожно положил букет красных роз и плюшевого медведя на комод в холле.

– А я разве заказывал преображение? Как вы вообще в квартиру попали? – чувствуя, как темнеет в глазах от ярости, вкрадчиво поинтересовался я.

– Хозяйка заказала уборку… – Она пожала плечиками и юркнула обратно на кухню.

Мы с Лукой обескуражено переглянулись.

– Наташа! – пытаясь скрыть раздражение, позвал я. Нет, одно дело – драка с Коготь, там еще можно понять, но преображение моей квартиры без моего ведома – это слишком!

Объятый яростью, я распахнул двойные двери гостиной и потерял дар речи.

У камина разместилась огромная, до самого потолка, ель. Несколько сказочных эльфов на стремянках уже заканчивали развешивать гирлянды. Вся моя гостиная выглядела так, будто Дед Мороз несся мимо, взмахнул своим посохом и создал новогоднюю атмосферу в золотистых тонах. На камине и на столике мерцали свечи, повсюду переливались золотистые декорации, а главное – ель. Я такой ели даже в кино никогда не видел.

За моей спиной застыл в восхищении Лука.

– Даше бы понравилось, – выдохнул он.

Мое сердце дрогнуло.

– Ну, если посмотреть на ситуацию в таком ключе, то я не буду ругаться. А собаку мы закажем в питомнике, – не мог не согласиться с Базановым.

– Какую еще собаку? – не понял тот.

– Какую-какую! Настоящую! Наташа рассказывала, что ее сестра мечтает о собаке. Но надо найти саму хозяйку этого безобразия. Надеюсь, она не бухнула весь миллион в это великолепие…

Я огляделся вокруг.

– Наташа! – окончательно рассвирепев, позвал громко.

Двойные двери с другой стороны гостиной распахнулись, и нам навстречу, сверкая красотой в облегающем платье золотистого цвета, выплыла совсем не Наташа.

– Анна?! – одновременно вырывался у нас с Лукой рык.

– Боже! – Я провел рукой по лицу. – Мне следовало догадаться, что у Наташи не хватило бы наглости на такое!

– Привет, мальчики! Как вам преображение?

Улыбнувшись, Анна подошла ко мне. В своем платье она была похожа на Снежную королеву.

– Милый, я очень хотела, чтобы тебе понравилось, и, кажется, мне удалось тебя удивить. Снимайте верхнюю одежду, и жду вас в столовой. Хотела устроить романтический ужин, но не выгонять же твою охрану?

Я стоял посреди гостиной, все пытался переварить происходящее.

– То есть ты проникла в мой дом без моего ведома и полностью его преобразила?! – прошипел ядовито.

Анна мягко улыбнулась.

– Милый, все это ради нашего ребенка.

Что-то больно кольнуло в груди.

– А где Наташа?!

Анна вздрогнула, будто ей только что отвесили пощечину.

– Наташа? Она поехала домой. Попросила передать тебе, что между вами все кончено.

Мне показалось, что в сердце в одно мгновение впились тысячи острых игл.

– Что значит «кончено»?!

Анна подошла ко мне и с сочувствующим видом взяла меня под руку.

– То и значит! Приехал ее бывший жених и увез ее. Сегодня у них запланировано знакомство с родителями, а через две недели свадьба. Мне жаль, милый!

Я откинул ее руку в сторону.

– Какой еще бывший жених?! О чем ты говоришь?!

– А ты не знал, да? Не знал, что у нее есть жених? Они развели тебя на деньги, а ты повелся, как последний болван!

Дикая, животная ревность окатила меня, будто кипятком. Какой еще жених?! У Наташи никого не может быть, только я!

Лука за моей спиной прочистил горло.

– Нет у нее никакого жениха. Нет и не было, – уверенно произнес он и грозно сдвинул брови. – Где Наталья, Анна?!

– Ты все это выдумала?! – закипая от злости, зарычал я.

Сжав кулаки, двинулся на нее. В глазах Анны мелькнул испуг.

– Милый, не кипятись. Я все объясню… – Она примирительно подняла ладони вверх. – Понимаешь, сегодня у меня овуляция. Тот день, когда мы можем наконец зачать ребенка. Накануне мы повздорили, и я подумала, что праздничная атмосфера нам с тобой не повредит. А девчонке здесь не место.

– Это не тебе решать! Я тебя не приглашал, так что убирайся из моей квартиры! – Схватив Анну за локоть, я поволок ее к выходу.

Она отчаянно сопротивлялась. Не верила, что я могу ее выставить.

– Нет! Ты… ты не сделаешь этого! Я все расскажу брату!

Но в гневе я был беспощаден. Для себя я уже все решил. Меня не волновали городские проекты, за которыми стоял ее брат. Широко распахнув дверь, я грубо вытолкал Анну в холл. Следом полетели ее шубка и сумочка.

– Пошла вон из моей квартиры!

– Виктор, ты пожалеешь! – взвизгнула моя бывшая пассия, но я захлопнул дверь у нее перед носом.

Так, теперь цирк на колесах! Засучив рукава, я двинул в гостиную.

– Преображение окончено! – распахнув перед моим носом двойные двери, громко протрубила «Снегурочка» в какой-то странный горн, от которого я оглох.

Я хотел сказать ей что-то грубое, но огромная елка вспыхнула тысячей ярких огней в золотистых тонах. Все сотрудники клининговой компании выстроились в ряд и начали хлопать в ладоши.

– Обалдеть! – восхищенно произнес Лука. – Никогда не видел ничего подобного! Это… это настоящий Новый год!

Но мне было не до восторга.

– Вон! – заорал я на непрошеных гостей. – Все пошли отсюда вон, пока я не вызвал полицию!

«Эльфы» и «Снегурочка» обиженно переглянулись и бодро зашагали к выходу.

Когда за ними захлопнулась дверь, я на миг выдохнул, а потом извлек из кармана брюк мобильник.

Еще никогда в жизни я не набирал номер телефона с таким отчаянным желанием услышать голос его владелицы.

Но в ответ были слышны только короткие гудки. Не понял…

– Кого-то заблокировали? – злорадно ухмыльнулся за моей спиной Лука.

– Это не смешно, Базанов! Где Наташа? Вдруг она попала в беду?

– Жила же она как-то до вашего с ней контракта?

– Плохо она жила!

– О, да! А тут появился благодетель с миллионом в кармане, и Наташа зажила счастливо!

– Хватит уже язвить! Надо срочно ехать в общежитие.

– И что вы ей скажете, босс?

– Не твое дело, что я ей скажу! Поехали, Наташу надо немедленно вернуть домой.

– До окончания контракта?

– Ты сам знаешь, что ответ отрицательный. Контракт больше не имеет никакого значения. Ты со мной или нет?

Он скептически фыркнул, но кивнул.

Вскоре мы с Лукой сидели в машине.

– Сообщение. – Лука достал мобильник и бегло взглянул на экран. – Надо же, от Наташи!

– Что?! Почему тебе, а не мне? – окончательно теряя разум от обиды и ревности, я перехватил у него мобильник.

«Пожалуйста, сходи с Коготь на свидание, если она тебя пригласит. Это все ради Даши».

У меня глаза на лоб полезли.

– С каждой минутой все чудесатее и чудесатее! У тебя что, роман с инспекторшей?! Чего я еще про тебя не знаю, а, Базанов?!

– Пойти на свидание с дамочкой, которая мне чуть голову банкой зеленого горшка не пробила? Еще чего! – насупился мой начальник охраны.

Я нажал на кнопку вызова. Если не могу дозвониться до Бриллиантика со своего мобильника, позвоню с этого!

Длинные гудки. Один, второй, третий. И сброс.

– Поехали скорее в общежитие, пока Наташа еще дел не натворила! – взмолился я. – С твоей личной жизнью на месте разберемся!

Автомобиль сорвался с места и понесся по заснеженной дороге.

Я уставился в окно. Безумие какое-то! Надо будет поменять замки на всех дверях, чтобы больше никаких непрошеных гостей с овуляцией!

Машина встала в пробке на перекрестке, а я прокручивал в голове слова, которые скажу Наташе. Столько всего хочется ей сказать… Контракт больше не имеет никакого значения, и это мое окончательное решение. Но и от себя я ее не отпущу. Распишемся после новогодних каникул и сможем забрать Дашу к себе. Негоже, чтобы девочка оставалась в нездоровой атмосфере.

Ох, эта пробка меня подбешивала! Я нетерпеливо постукивал пальцами по панели и был готов выпрыгнуть из машины и трусцой бежать до общаги. Останавливали меня только остатки разума и четкое логическое мышление: даже с пробками на машине будет быстрее.

Вот и жуткий район, в котором после шести вечера ходить по улицам опасно для жизни.

Мест для парковки около общежития раз, два и обчелся.

Я нетерпеливо махнул рукой.

– Заезжай на тротуар, некогда место искать!

– А если оштрафуют?

– Плевать! Заплатим!

Бурча ругательства себе под нос, Лука нарушил правила и втиснулся на тротуар перед входом.

Мы с ним торопливо выбрались из машины. На ходу запахивая дубленку, я первым втиснулся в скрипучую дверь.

Из пропускного пункта на нас сурово поглядывала комендантша.

– А ну, стоять! Куда это вы, молодые люди?!

Переглянувшись, мы притормозили.

– Документики предъявите?

С досадой я полез за паспортом в нагрудный карман.

– Мне ваш паспорт не нужен. Пропуск у вас имеется, чтобы наше заведение посещать?

Я брезгливо передернул плечами.

– Нет, конечно. Зачем мне пропуск в такое жуткое место?

– Нет пропуска? Немедленно покиньте помещение!

– Еще чего! Вы мне указывать будете?! – Я вытаращил глаза.

– Вон пошли! И машину свою уберите, пока я вам все шины не проколола!

– Тетя, вы, кажется, многовато на себя берете!

Я спрятал паспорт и решительно двинулся к турникету. В два счета перемахнул через него, но злая комендантша метнулась ко мне.

– А ну, стоять!

Мне в грудь уперся обрез.

– Ничего себе… Мадам, а у вас разрешение на ношение оружия имеется? – наступал на нее Лука.

– Здесь моя территория! Мне разрешение не требуется. Пошли вон, пока я вас не пристрелила!

– А в прошлый раз нормально все прошло, – сощурился я.

– В прошлый раз не мое дежурство было.

– Послушайте… нам надо забрать одну девушку. Мы ее заберем и уйдем, а вы сделаете вид, что у нас есть пропуск. – Лука полез за бумажником. Помявшись пару мгновений, сунул комендантше в рукав растянутого свитера тысячерублевую купюру.

Продолжая держать меня на прицеле, она изумленно ахнула.

– Нет, вы это видели?! Подкупить меня хочешь?! Пошли вон, пока я вашей тачке колеса не прострелила!

Она вытолкала она нас взашей обратно на улицу и швырнула нам вслед купюру, после чего пальнула два раза из обреза в воздух и заперла входную дверь на замок с обратной стороны.

– Ну, приплыли! – Я сжал кулаки.

Внутри все клокотало от ярости. Да что это за безобразие?!

Я задрал голову. До седьмого этажа высоко. А еще снова снегопад начался. И тут мой взгляд зацепил торчащую из-за угла ржавую пожарную лестницу.

– Нет, босс, даже не думайте! – Лука предостерегающе вскинул руки. – Вы же понимаете, что эту лестницу никто не проверял? К тому же она может быть скользкой.

– Попробуешь меня остановить?! – ощетинился я.

– Я думаю, нам надо найти более приемлемое решение создавшейся проблемы.

– Вот и думай! Машину заодно отгони, пока эта тетка действительно палить по колесам не начала.

– Босс, нет!

Тут входная дверь распахнулась, и на пороге появилась странная дамочка в кожаной куртке и черной беретке.

– О, черт! – Базанов напрягся и отступил.

Судя по блеску в маленьких глазках, дамочка была хорошо подшофе.

– Лука? Какая встреча! – вспыхнула она, и ее губы дрогнули в улыбке.

– Здрасьте, – пятясь к нашей машине, буркнул мой начальник охраны.

Я нахмурился. Это еще кто такая?! Хотя какая разница? Мне позарез надо было на седьмой этаж, и я понимал, что должен попасть туда во что бы то ни стало!

Я уверенно подошел к ржавой лестнице. Зацепившись за край, подтянулся и полез наверх. Ничего, всего один этаж – а там будет дверь, и я попаду внутрь.

Шаг за шагом, выше и выше. На уровне третьего этажа я попробовал толкнуть дверь и едва не поскользнулся: от наледи лестницу никто не чистил. И тут я вспомнил, что боюсь высоты.

«Не смотреть вниз! Только не смотреть вниз…»

Крепко вцепившись в ржавые поручни, я лез наверх. Нет, я, скорее, полз. Чем выше я поднимался, тем сильнее становились порывы ветра. Снег бил мне в лицо, и это было весьма неприятно.

«Чтобы я еще раз… хоть раз вытворил что-нибудь подобное!» – сокрушался я, зажмурившись.

На уровне пятого этажа дверь тоже оказалась примерзшей. Открыть ее не удалось. Меня бросило в жар. Я вспомнил, что уже лет десять не был в храме.