Читать книгу "Новенькая"

7 глава

– Новенькая? – небрежно отозвался виновник моей бессонной ночи. – Да ни о чём.

Меня словно в грудь кулаком ударили. Кровь бросилась в лицо, щёки запылали огнём.

Ни о чём. Я – ни о чём.

– А по-моему, она ничего, – пробормотал Тёма, немного снижая градус моего унижения. – Помоги мне к ней подкатить, а?

– Так понравилась, что ли? – удивился Лёша. – Да что там подкатывать. Подойди, спроси как дела, и всё, она твоя.

Я едва сдержала горький смешок, прикрыв ладонью рот. Продолжая неподвижно сидеть за машиной, словно окаменевшая статуя.

Вот, значит, какого он обо мне мнения…

– Это ты так можешь, а мне нужен план понадëжнее, – заявил Тёма.

В этой ситуации я даже не могла порадоваться, что так сильно понравилась кому-то, и со мной хотят «замутить». А следующая фраза Лёши так вообще убила меня:

– Ладно, помогу, так уж и быть. Не заканчивать же тебе школу девственником, – усмехнулся этот придурок. – Считай, что новенькая уже твоя.

Внутри меня всё вскипело и вспенилось от его слов.

Не понимала, чем заслужила такое отношение?

Неужели он и правда считает, будто я по первому щелчку пальцев готова буду на… Чёрт, даже думать о таком мерзко!

Но самое обидное было даже не это. А его небрежная фраза, что я – ни о чём.

Ни. О. Чём.

Так себе девчонка, которой достаточно сказать «привет», и она тут же растает.

И как, интересно, он это определил? По взгляду моему, что ли? Я слишком ласково на него смотрела?

Что ж, теперь начну смотреть иначе. Он ещё пожалеет о своих словах…

Я так сильно возненавидела этого Лёшу, что хотелось рвать и метать. Даже дышать стало трудно от бурлящих внутри эмоций.

Парни не спеша удалялись к школе, а я продолжала сидеть на месте, сгорая от унижения и до боли впиваясь ногтями в ладони.

По-хорошему, мне не стоило отсиживаться здесь, пока эти двое обсуждали меня как какую-то вещь без чувств и души. Нужно было выйти из своего укрытия и послать придурков куда подальше!

Но от шока я вовремя не сообразила так сделать. А теперь… Не догонять же их. После драки кулаками не машут.

Кое-как поднявшись с корточек, на затёкших ногах медленно пошла по направлению к школе.

Обида клокотала в горле, а в носу щипало от подступивших слёз. Больше всего злила собственная наивность и глупость.

Я, как последняя дура, думала об этом Лёше весь вечер и всю ночь! Накрасилась ещё с утра, хотела понравиться ему… Позорище.

С досады пнув камешек под ногами, я пересекла ворота лицея и поднялась на крыльцо.

Выходило, что не зря Катя так отзывалась о Лёше, а я-то ей не поверила. Только и Тёма оказался ничем не лучше своего брата. Он ведь даже не возразил ему ни разу, позволяя так уничижительно высказываться обо мне.

Да и вообще не понимала, если я так сильно понравилась Артёму, неужели сам не мог ко мне подойти, пригласить в кино, например? Зачем ему понадобилось просить помощи у брата? Или всё дело в том, что брат лучше знает, как затащить девушку в постель?

Я презрительно усмехнулась.

Ну конечно. Это я, наивная, осознав, что мне нравится Лёша, фантазировала, как мы будем вместе с ним гулять, держаться за руки, разговаривать обо всём на свете…

У парней, само собой, всё иначе.

Не зря говорят, что им только одно от нас нужно.

Ну ничего. Как он там сказал? Помогу, так уж и быть?

Что ж, пусть помогает. Зубы сломает.

Я даже им подыграю поначалу. Сделаю вид, будто повелась.

А потом устрою эпический облом.

Мне так понравился собственный план, что даже захотелось зловеще расхохотаться на всю школу, но вокруг было полно народу, и я постеснялась. Только тихонько в ладошку хихикнула и, пройдя через турникет, поспешила в старший блок.

Найдя нужный кабинет, решительно вошла внутрь, нацепив на лицо непроницаемую маску. Специально даже не посмотрела в сторону Романовых, хотя Артём тут же поздоровался со мной, выкрикнув:

– Привет, Милана!

– Привет, – произнесла я, не поворачивая головы.

До звонка ещё оставалось прилично времени, и народу в классе собралось не так уж много.

Федун, конечно, была в числе присутствующих. Смерив меня презрительным взглядом, она демонстративно отвернулась. Остальные мои немногочисленные одноклассники, хоть и не так показательно, но тоже проигнорировали моё появление, и я почувствовала себя не в своей тарелке.

Жаль, Кати тоже ещё не было.

Я зашагала прямиком к последнему ряду парт, решив сесть одна. Но тут неожиданно Артём преградил мне дорогу.

– Милан, садись сегодня со мной? – с дружелюбной улыбкой предложил он.

Я почувствовала, как лицу приливает кровь. В голове снова зазвучали обидные слова его брата.

Тем не менее, мне удалось взять себя в руки и изобразить на лице милую улыбку.

– Я пообещала Кате, что буду сидеть с ней. Кстати, не подскажешь, где её место?

– Вот здесь. – Артём указал взглядом на четвертую парту в третьем ряду, сунув руки в карманы брюк.

Мне показалось, будто он расстроился из-за моего отказа.

– Спасибо, – сдержанно улыбнулась я и, обогнув одноклассника, направилась к нужному столу, ощущая макушкой чей-то жгучий взгляд.

Но принципиально не стала поворачиваться, чтобы выяснить, кто мне сверлит затылок.

Приготовившись к уроку, я достала из рюкзака свой телефон и принялась усиленно делать вид, будто у меня там что-то важное. А на самом деле без конца листала туда-сюда рабочие столы, молясь, чтобы Катя пришла как можно скорее. Или хотя бы просто – пришла. Потому что целый день в одиночку в обществе своих новых одноклассников я боялась не выдержать.

Минуты тянулись невыносимо долго, ученики постепенно заполняли класс.

Наконец появилась и Гайдарова.

– Привет, – поздоровалась она с удивлением. – А как ты узнала, что я здесь сижу?

– Подсказали, – ответила я, – привет.

Катя заняла место рядом со мной.

Сегодня её волосы были убраны назад с помощью стильного чёрного ободка, глаза ярко подведены, почти как у моей сестры, губы покрыты прозрачным блеском. А на шее блестело новое украшение – золотая цепочка с кулоном в виде ангела.

Как и все мои одноклассницы, Катя выглядела великолепно. Но даже несмотря на это, её здесь не любили…

В голове снова прозвучали слова мерзкого Лёши.

«Новенькая? Да ни о чём»

А может, так оно и есть?

Но тогда что во мне нашёл Артём?

– У нас тут гаджеты запрещены, – заметила Катя, указав взглядом на мой смартфон. – Если кто-то из учителей увидит, могут забрать и вызвать родителей в школу.

– Но сейчас же перемена? – выгнула я бровь.

– Ну и что? – пожала плечами Гайдарова. – У нас директор строгий.

Грустно вздохнув, я выключила звук на телефоне и спрятала его обратно в рюкзак.

Одноклассники уже практически полностью заполнили класс, до звонка оставалась пара минут, но учителя ещё не было.

И тут вдруг Лёша поднялся из-за своего стола и уселся в вальяжной позе прямо на парту.

– Эй, народ, – громко произнёс он, привлекая к себе внимание. – Как вы смотрите на то, чтобы отметить начало последнего учебного года всем классом? Тёмины предки улетают в Прагу, так что дом будет в нашем распоряжении все выходные.

8 глава

– Все приглашены, – бодро добавил Артём к речи своего брата.

Класс оживился и одобрительно загудел.

Федун развернулась на своем стуле и, положив локоть на соседнюю парту, закинула ногу на ногу.

– Кроме Гайдоровой, – громко произнесла она и уточнила: – Крысам вход на тусовки запрещён.

Лёша бросил на неё холодный взгляд.

– Римма, остынь. Все – значит все, – с нажимом произнёс он, а затем повернулся к нам с Гайдоровой и добавил: – Катя, ты тоже приглашена. Приходи.

Я бросила взгляд на Катю. Та потрясённо застыла, округлив глаза, а её щеки снова стали пунцовыми.

– И новую подружку с собой захвати, – вдруг добавил Лёша. А потом он посмотрел на меня и слегка улыбнулся.

Тут уже мои щёки против воли вспыхнули.

В класс вошёл худощавый мужчина в строгом костюме, судя по всему, наш учитель физики, и все сразу притихли, рассевшись по своим местам. Только Федун смотрела на меня так, будто хотела уничтожить одним взглядом.

Я принципиально не отводила глаза.

– Доброе утро, одиннадцатый «эм» два, как провели лето? – поприветствовал нас учитель, и только тогда Римма соизволила отвернуться, прекратив свою дурацкую игру в «гляделки».

– Здравствуйте, Сергей Анатольевич, – поздоровалась она с ним елейным голоском. – Замечательно провели лето, а вы как?

– Спасибо, Римма, я, увы, всё лето работал.

Обменявшись любезностями с Федун, Сергей Анатольевич начал урок, но я никак не могла сосредоточиться на его речи.

У меня в голове жужжала назойливая догадка. Неужели Лёша с Артёмом решили устроить эту вечеринку для осуществления своего плана по моему соблазнению?

Катя тоже была не в своей тарелке. Она сидела рядом вся напряжённая и нервно крутила пальцами ручку, всё ещё красная, как варёный рак.

– Почему Федун назвала тебя крысой? – шёпотом спросила я, наклонившись к её уху, чтобы никто больше не услышал.

Гайдарова метнула в меня острый взгляд.

– Долгая история, – буркнула она.

– Давай после уроков прогуляемся, и ты мне всё расскажешь? – предложила я так же шёпотом.

– Не знаю. – Катя опустила взгляд и принялась писать сегодняшнюю дату в тетради.

– Кать, – тронула я её за руку.

Но тут вдруг Сергей Анатольевич обратил внимание на меня.

– А вы, я так понимаю, новенькая ученица? – задал он вопрос, заставляя меня испытать знакомое чувство смущения.

Я поднялась на ноги.

– Да. Милана Синицкая.

– Очень приятно, Милана. Я понимаю, что для вас важно завести друзей на новом месте, но лучше делать это на переменах или после уроков, договорились? – сделал он замечание беззлобным тоном, но мне всё равно стало ужасно неловко.

– Извините, – пробормотала я и села на место, больше не пытаясь заговорить с Катей.

Урок тянулся бесконечно долго. Я украдкой поглядывала то на Катю, то на треклятого Лёшу, то на противную Федун, которая время от времени оборачивалась и бросала на меня недобрые взгляды. Сергей Анатольевич что-то говорил о квантовой физике, но его слова проходили мимо моих ушей, растворяясь где-то в воздухе.

Когда прозвенел звонок, Катя быстро собрала свои вещи, явно намереваясь сбежать.

– Подожди, – схватила я её за руку. – Давай всё-таки поговорим.

Она замерла, нервно поправила волосы и тихо сказала:

– Хорошо, но не здесь.

Мы вышли из кабинета последними. В коридоре было шумно – ученики хаотично передвигались по коридору, общаясь между собой, парни дурачились, толкая друг друга, а ребятня из младших классов устроила игру в догонялки.

Мы с Катей молча прошли мимо них и стали спускаться вниз по лестнице.

– Пойдём в библиотеку, – предложила Гайдарова, оглядываясь по сторонам. – В это время там обычно никого нет.

– Ну давай, – пожала плечами я.

Мы спустились на первый этаж и вскоре оказались в просторном помещении, сплошь заставленном стеллажами с книгами. На удивление, это место мало чем отличалось от библиотеки в моей старой школе. Разве что по площади было чуточку больше, и мебель здесь выглядела современнее и дороже. В остальном всё казалось таким же. В воздухе витал запах пыли и старой бумаги. Уши отдыхали от школьного гама, наслаждаясь тишиной и уютом.

За стойкой сидела пожилая женщина в очках и седыми волосами, собранными в тугой пучок на затылке.

– Здравствуйте, Мария Степановна, – поздоровалась с ней Катя. – А у вас здесь никого нет?

– Нет, девочки, вы сегодня первые, – приветливо улыбнулась библиотекарь.

– Можно мы немного посидим у вас? – спросила её Катя.

– Конечно, – кивнула Мария Степановна. – Только не шумите, я отлучусь ненадолго.

Как только Мария Степановна исчезла за дверью, Катя повела меня к дальнему столу, скрытому от посторонних глаз высокими стеллажами.

– Как ты уже знаешь, я перевелась сюда в прошлом году, – тихо начала она, усевшись за стол и принявшись нервно теребить рукав своей блузки. – Сначала всё было прекрасно. Ребята относились ко мне дружелюбно. Даже Федун была достаточно милой. А потом мы начали общаться со старшим Романовым…

– С Лёшей? – уточнила я.

– Да, – удручённо кивнула Катя. – Нам дали общий проект по литературе, всех разбили на пары, и мне почему-то достался он. Ну и… мы стали общаться. Он казался мне таким классным… – Из груди Кати вырвался тяжкий вздох.

– Ты влюбилась в него? – осторожно спросила я.

Катя кивнула.

– Как последняя дура. Мне казалось, это взаимно. Он улыбался мне, говорил комплименты. Я думала, у нас может что-то получиться. – Она горько усмехнулась. – А для него это была просто игра. Он хотел… ну, ты понимаешь… развлечься и всё.

У меня в груди так запекло, что захотелось расстегнуть несколько верхних пуговиц на блузке.

– Как ты это узнала? – слегка просевшим голосом спросила я.

– Он сам мне об этом сказал.

Я недоумённо хлопнула глазами.

– Как?

– Ну вот так. Сначала мы целовались, а потом он сказал, чтобы я ни на что не рассчитывала, кроме… – Катя сглотнула. – Ну, ты поняла.

– А ты что ему ответила?

– Я возмутилась, конечно. Сказала, что не какая-то там легкодоступная девочка, если он так подумал. И после этого Романов сразу потерял ко мне интерес.

– Вот козёл, – не сдержалась я.

– Да, – согласилась Катя. – Так что не ведись на его джентльменские уловки. Девушки Лёшу интересуют только как сексуальные объекты.

Я кивнула, подумав, что уже и сама это поняла ещё до рассказа Кати. Из его ответов Артёму такой вывод напрашивался сам собой.

– Ладно, с Романовым всё понятно. Но за что Федун тебя обзывает крысой? Это как-то связано? – спросила я.

– Ещё до меня у Федун с Лёшей было, как говорят. И она по нему с тех пор сохнет. А когда мы работали над проектом, она просто с ума сходила от ревности. И однажды подкараулила меня в раздевалке после физкультуры. Сказала, чтобы я держалась от Лёши подальше, иначе пожалею.

– И что ты ответила?

– Послала её. – Катя покачала головой. – Наивная была. Не знала, на что способна Федун.

– И что произошло потом?

Катя тяжело вздохнула.

– Через неделю после этого разговора была вечеринка у Макса из параллельного класса. Почти все наши туда пришли. С алкоголем, естественно, – опустила глаза она. – И я тоже там была. Как раз там мы с Романовым и поцеловались, а потом я его отшила… А на следующий день директору кто-то анонимно сообщил о вечеринке и скинул видео, на котором оказался полный треш. Был огромный скандал, родителей вызывали, Макса отчислили.

– И Федун сказала всем, что это ты настучала директору? – догадалась я.

– Именно. Хотя это неправда! – В глазах Кати блеснули слезы. – Но Федун сказала, что я единственная там не пила, и все ей поверили. А я вообще никогда не пью, потому что в принципе против алкоголя, и пошла туда только ради этого злосчастного Романова…

Я смотрела на Катю и чувствовала, как внутри закипает гнев на Римму. Как можно быть такой жестокой? И ради чего? Из-за парня, который даже не любил её?

– А Лёша что? Он тоже ей поверил?

– Не знаю. – Катя пожала плечами. – После того разговора он со мной практически не общался. А когда Федун начала называть меня крысой, он просто делал вид, что меня не существует. До сегодняшнего дня.

– А сегодня вдруг пригласил на вечеринку, – медленно произнесла я.

– Да, это очень странно. Что на него нашло, интересно, – пробормотала Катя, отводя глаза в сторону.

Я знала, что на него нашло. Наверняка таким образом он надеялся заманить на вечеринку и меня. Выполняя своё обещание помочь Артёму. Но вслух я не стала это говорить.

– И ты пойдёшь? – спросила я Катю, напряжённо потерев переносицу.

– Нет, конечно, – покачала она головой. – Мне хватило в прошлом году приключений. Спасибо.

Мы помолчали. Из-за стеллажей донеслось тихое пение. Видимо, Мария Степановна вернулась на своё место и занялась каким-то делом.

– А что насчёт тебя? – вдруг спросила Катя. – Ты пойдёшь?

– Не знаю… – Я замялась, не зная, стоит ли рассказывать Кате о подслушанном разговоре. Но потом решила, что она должна знать. – Я сегодня по пути в школу случайно услышала, как Романовы обсуждали меня. И Лёша пообещал своему брату, что поможет ему… замутить со мной. Ну ты понимаешь. Переспать со мной, короче, – выдохнула я, понизив голос.

Катя охнула, прикрыв рот ладонью.

– Господи, они такие… – она не закончила фразу, покачав головой. – Ладно, со старшим всё понятно. Но от Артёма я не ожидала. И что ты собираешься делать?

– Не знаю, – честно призналась я. – Но очень хочется их красиво обломать.

– Лучше не связывайся, – покачала головой Катя. – Просто игнорируй их и всё. Зачем тебе это надо?

– А тебя не бесит всё это? Как они себя ведут? – возмущённо зашептала я, боясь, что библиотекарь может нас услышать. – Одна возомнила, что может называть тебя «крысой» без доказательств и указывать мне, с кем общаться, другой решил, что может относиться к девушкам, как… Я даже не знаю… У меня, блин, слов нет!

Катя ничего не ответила, только губы поджала, и мы снова помолчали, каждая погружённая в свои мысли.

– Я думаю, нам с тобой всё же стоит пойти на эту вечеринку, – подвела итог я.

Гайдарова посмотрела на меня как на сумасшедшую.

– Плохая идея, Милана.

– Хорошая, – упрямо возразила я.

– Ну зачем, скажи?

– Затем, что они этого не ожидают. Особенно Федун. Она наверняка думает, что ты не осмелишься прийти. И будет в ярости, когда увидит тебя там. К тому же, – я наклонилась ближе, – разве тебе не хочется восстановить справедливость? Тебя ведь, по сути, оклеветали! Покажи всем, что твоя совесть чиста.

– Но что если они сделают с нами что-то… унизительное? – в голосе Кати звучал страх.

– Пусть только попробуют. – Я почувствовала, как во мне закипает злость. – Знаешь, в моей прошлой школе тоже были такие, как Федун. И я научилась ставить их на место.

Катя смотрела на меня с сомнением.

– И что ты предлагаешь? – спросила она.

– Для начала, – я заговорщически улыбнулась, – нам нужно выглядеть сногсшибательно. Так, чтобы все обалдели. Особенно Лёша.

– Его этим не проймёшь, – грустно усмехнулась Катя.

– Ну и ладно. Зато Федун взбесится, – подмигнула я ей.

Катя неуверенно улыбнулась.

– А что насчёт Романовых? Как ты собираешься справиться с их… планом?

– О, – я откинулась на спинку стула, – насчёт них у меня есть свой план. Сначала я им подыграю, а потом немного потопчусь кедами по их раздутому эго.

– Как? – Катя выглядела заинтригованной.

– Пока ещё не придумала, но сориентируюсь по ходу.

За стеллажом раздался шорох, и мы обе вздрогнули. Но это была всего лишь Мария Степановна, которая расставляла книги.

– Так что? – Я протянула Кате руку. – Вместе мы – сила?

Гайдарова помедлила секунду, а потом пожала мою ладонь.

– Ну хорошо, – тихо согласилась она, – хоть я всё ещё думаю, что это плохая идея.

В этот момент прозвенел звонок с перемены, застав нас врасплох. Не сговариваясь, мы с Катей одновременно подскочили на ноги, подхватили свои рюкзаки и рванули на урок.

9 глава

Всю следующую неделю класс буквально гудел от возбуждения, предвкушая предстоящую вечеринку в доме Романовых. А я тем временем буквально тонула в учебном материале. Нагрузка в лицее была нехилая. То, что мне казалось простым в моей старой школе, здесь преподавалось на совершенно другом уровне. Я с ужасом осознала, что сильно отстаю от программы, особенно по алгебре, физике и химии.

Учителя словно соревновались между собой, кто задаст больше домашних заданий. Я сидела над ними допоздна, а на следующий день получала новую порцию. Казалось, в сутках катастрофически не хватает часов.

– Милана, у вас очень слабая работа, – разочарованно произнёс Сергей Анатольевич, просматривая мою тетрадь в один из дней. – Я знаю, что в предыдущей школе у вас было «отлично» по физике. Что случилось?

– Извините, – пробормотала я, чувствуя, как горят щёки. – Я… стараюсь догнать программу.

– К сожалению, стараний пока не видно, – жестоко заметил учитель. – Садитесь, три.

Я поплелась на место, стараясь не встречаться взглядом с Федун, которая злорадно ухмылялась.

– А что вы хотели, Сергей Анатольевич, – громко произнесла она, когда я проходила мимо. – Наш лицей стал давать гранты кому попало. Вот и результат.

По классу прокатились смешки. Я сжала зубы, но промолчала и села на своё место. Катя сочувственно дотронулась до моей руки под партой.

– Да ладно тебе, Римма. Вспомни, как сама в прошлом году схватила тройку в годовой контрольной, а потом переписывала два раза, хотя вроде как отличница, – неожиданно поддержал меня Артём.

Я перевела на него удивлённый взгляд, невольно испытав чувство благодарности.

Вообще Артём с виду казался таким добрым и открытым парнем, что порой я даже начинала сомневаться, а не привиделся ли мне тот его разговор с братом? Не верилось, что такой лучезарный человек может быть способен на некрасивый поступок по отношению к девушке.

Артём поймал мой взгляд и ободряюще улыбнулся, и я ответила ему благодарным кивком. Он вообще часто мне улыбался и всегда здоровался, когда мы приходили на уроки. Заставляя думать, что я и правда ему по-настоящему нравлюсь. И может быть, у него были самые чистые намерения на мой счёт, просто в том разговоре его чёртов брат всё опошлил?

К слову о нём. Старший Романов раздражал меня с каждым днём всё сильнее. В отличие от Тёмы, он вообще меня не замечал. Проходил мимо, даже не взглянув в мою сторону, будто я пустое место. Это бесило неимоверно, хоть я и пыталась изо всех сил не обращать внимания. Но ничего не могла поделать со своими эмоциями.

Зато Федун вокруг него так и вилась, противно было смотреть. А ещё она не упускала ни одной возможности задеть пообиднее меня или Катю, словно задалась целью нас довести.

– Ой, вы только посмотрите на нашу новенькую, – громко говорила она, обращаясь к своим подружкам так, чтобы мы с Катей точно услышали. – У неё мешки под глазами, как у восьмидесятилетней бабки. Гайдарова, ты бы хоть поделилась с ней своей тонной косметики, что ли. Тебя саму она всё равно не спасает.

А ещё был момент в столовой, когда Римма «случайно» налетела на меня с подносом, и весь мой обед оказался на полу.

– Ой, прости, я такая неуклюжая, – сказала она с фальшивым сожалением, а её подруги за спиной мерзко хихикали.

От растерянности и шока я даже не нашлась, что ей ответить.

Дома было не легче. Мама без конца скандалила с отчимом, младший брат по вечерам разносил квартиру со своими друзьями-одноклассниками, а Элина всё-таки купила ту самую гитару, на которую я по глупости ещё и сама добавила ей денег. И теперь от бесконечных попыток сестры освоить этот потрёпанный жизнью инструмент я готова была уже лезть на стену.

– Эля, может, сделаешь перерыв? – взмолилась я, когда в очередной раз услышала фальшивые аккорды «Smoke on the Water». Тот ещё взрыв мозга.

– Я почти поняла, как это играть! – с энтузиазмом воскликнула сестра, даже не думая останавливаться. – Ещё пять минут!

Её «пять минут» растянулись на два часа. Я воткнула наушники в уши и попыталась сосредоточиться на домашнем задании по химии, но получалось из рук вон плохо.

– Сметанка, так ты решила, что наденешь на вечеринку со своими новыми одноклассниками? – вдруг спросила сестра, неожиданно прервав свою музыкальную пытку.

Я вздрогнула. Вот ещё одна проблема, о которой я старалась не думать. И какой чёрт меня дёрнул советоваться на эту тему с Элиной?

Мне очень хотелось выглядеть на все сто на предстоящей вечеринке у Романовых, чтобы у дурацкого Лёши больше никогда в жизни язык не повернулся сказать обо мне «она ни о чём». Вот только имелась одна проблемка. Я понятия не имела, что надеть.

– Не знаю, – раздражённо буркнула я, не отрываясь от учебников. – Может, джинсы и футболку какую-нибудь.

Я не видела лицо своей младшей сестры, но была почти уверена, что она закатила глаза.

– В джинсах? Серьёзно? – насмешливо протянула Эля.

– А что мне, по-твоему, ещё надеть? – огрызнулась я, повернувшись к ней и вытаскивая из ушей наушники. – Вечернее платье? У меня его нет.

– Надо придумать что-нибудь… ну, знаешь, – Эля обвела руками фигуру, – такое, чтобы у всех челюсти на пол упали.

– Эля, – я устало прикрыла глаза, – нет у меня такого. И денег на это тоже нет.

Сестра задумчиво покусала губу.

– А у твоей подруги? Как там её, Кати?

– Не знаю, – дёрнула плечами я. – Мы как-то не обсуждали наши гардеробы. Всё, отстань, мне заниматься надо. И оставь уже в покое бедную гитару. У меня скоро кровь из ушей пойдёт.

– Да я не понимаю, почему у меня не получается, – скуксив мордашку, пожаловалась сестра. – Пальцы адски болят, вроде всё правильно делаю, а звук…Какой-то ужасный.

– Отдыхать потому что надо. Утро вечера мудренее, – сказала я, скопировав мамины поучительные интонации.

– Утром в школу идти, – тяжко вздохнула Элька.

– Ты уроки-то свои сделала?

– Да, – поморщилась она, махнув рукой, – завтра на перемене быстренько сделаю.

– А если не успеешь?

– Ну и пофиг.

Я только подивилась её беспечности. Ничего для человека нет важнее её песенок. Вот бы мне так, а!

Но я слишком переживала за своё будущее. Особенно сейчас, когда появился риск вылететь из лицея с позором. Я этого просто не переживу.

К пятнице мои нервы были на пределе. Вечеринка должна была состояться в субботу, то есть, уже завтра, а я до сих пор не решила, что надеть. Эта проблема сейчас стала казаться мне даже важнее моей успеваемости в новой школе.

Дойдя с автобусной остановки до ворот лицея, я встретилась с Катей.

– Привет! – радостно обняла она меня и чмокнула в щёку, но увидев моё выражение лица, тут же сама нахмурилась: – Ты чего такая загруженная с утра?

– Да так… – Я замялась, чувствуя, как моё лицо заливается краской. – Знаешь, это глупо, но я не знаю, что надеть на дурацкую вечеринку. У меня просто… нет ничего подходящего. И купить тоже не могу. Не хочу напрягать маму, у нас и так вечно не хватает денег…

Катя посмотрела на меня с сочувствием.

– Слушай, а приходи ко мне завтра. У меня куча разных вещей, мы что-нибудь подберём. К тому же, я неплохо умею делать макияж. Мы можем вместе собраться и прямо от меня поехать к Романовым.

– Правда? – с облегчением выдохнула я. – Это было бы просто супер! Только… Тебе это не в напряг будет, Кать? Не хочу создавать неудобства…

– Конечно, нет! – с улыбкой заверила меня она. – Ты – моя единственная подруга здесь, я буду только рада чем-то тебе помочь.

Я впервые за всё утро искренне улыбнулась.

– Спасибо тебе. Ты меня спасаешь.

– Главное, чтобы эта вечеринка не закончилась для нас так же, как для меня в прошлом году, – с тоской протянула она.

– Всё будет хорошо, не переживай, – похлопала я её по плечу. – Кстати, а ты знаешь, кто-то ещё будет на вечеринке кроме нашего класса?

– Почти вся параллель точно, – кивнула Катя. – А ещё Тёма говорил, что они позвали каких-то друзей из университета. Так что будет много народу.

– Блин, я так волнуюсь, – призналась я. – Никогда не бывала на таких тусовках. Ещё и с одеждой такая засада… Не хочется выглядеть хуже других.

– Ну это тебе точно не грозит, – улыбнулась Катя. – Ты будешь куколкой, обещаю. Я подберу тебе самое классное платье и сделаю просто бомбический макияж.

– Надеюсь, у Лёши челюсть отвалится, когда он увидит меня, – вырвалось у меня.

Катя внимательно посмотрела на меня:

– Он тебе нравится, да?

– Нет! – слишком поспешно возразила я. – Я просто хочу потешить своё задетое эго.

Мы уже собирались идти на занятия, как неподалёку от ворот школы остановился дорогой чёрный внедорожник. Из него с водительского места вышел Лёша, а с соседнего пассажирского буквально выпорхнула Федун. Она вся так сияла, приторно улыбаясь во весь рот.

Я непроизвольно сжала зубы, наблюдая эту сцену.

Федун обошла машину и взяла Лёшу под руку, что-то оживлённо начав ему говорить, а он слушал с привычным равнодушным выражением лица.

Странное чувство кольнуло меня где-то между рёбрами. Не могло же это быть ревностью?

Нет, точно нет.

Я больше не испытывала никаких романтических чувств к старшему Романову. Только презрение.

Катя взяла меня за руку и потянула ко входу в школу.

– Ненавижу, – пробормотала я.

– Кого? Романова? Или Федун? – удивлённо спросила Катя.

– Обоих, – твёрдо ответила я.