Читать книгу "Загадки олигархов, или Я всегда договорюсь со своей совестью"

Глава 43

Даша стала встречать гостей, а я взяла бокал шампанского и принялась рассматривать висящие на стенах картины. Каждая из работ говорила о её таланте как художницы и как женщины, которая необыкновенно тонко видит внутренний мир каждого и может удивительно точно перенести его на холст.

Обернувшись, я увидела тщательно выбритого, посвежевшего и стильно одетого Альберта, идущего под руку со своей миловидной супругой. Наигранно улыбнувшись, я пошла прямо к нему навстречу и распахнула ему свои объятия.

– Альберт, дорогой! Сколько лет, сколько зим!

Раскрасневшийся мужчина попробовал улыбнуться, он смог освободиться от крепкой руки своей жены и поцеловал меня в щёку.

– Катерина Ивановна! Действительно, давно не виделись. Хорошо выглядишь.

Альберт назвал первое отчество, которое пришло ему в голову, и в отместку за это мне хотелось ещё больше поставить его в тупик и известить о своём настоящем отчестве, чтобы он надолго его запомнил.

– Альберт, ты у меня совсем состарился. Наверно, слишком много работаешь и мало отдыхаешь. Я же не Ивановна, а Петровна.

– Ох точно, – ударил себя по лбу Альберт, – Катерина Петровна. Сам не знаю, что это на меня нашло. Может, действительно старость пришла.

– Да ладно тебе, – не обращая внимание на оторопевшую жену, я ударила мужчину по плечу и произнесла озорным голосом:

– У тебя ещё есть порох в пороховницах! Я всегда знала, что ты рысак. Тебе ещё девок портить и портить.

– Альберт, кто это? – возмущённым голосом спросила жена и, демонстрируя, что это её собственность, взяла его под руку.

– Танечка, это Катерина Петровна, – поспешил представить меня испугавшийся за благополучие семьи супруг.

– Это я уже поняла. Но кто она тебе?

– Мы с вашим супругом часто пересекаемся, – ответила я за него. – Пытаемся организовать совместные проекты, ищем наиболее выгодные пути для взаимного сотрудничества. В общем, варимся в одном котле.

– Это Татьяна, моя супруга, – поспешил представить свою жену Альберт.

– Очень приятно.

– Взаимно, – натянуто улыбнулась женщина.

Переведя взгляд на Альберта, я потрепала его по щеке словно ребёнка и игриво произнесла:

– Ладно, не буду мешать. Наслаждайтесь. Дарья не просто нарисовала эти картины. В каждой из них она прожила целую жизнь. Альбертик, а ты давно ко мне не заезжал… – Поймав ревнивый взгляд жены, я тут же обратила всё своё внимание к ней и объяснила: – Я имею в виду на работу. Мне хочется обсудить один очень интересный и взаимовыгодный проект. Я уверена, что он сулит немалые деньги.

Напоследок я слегка наклонилась к жене, кокетливо захихикала и сказала вполголоса:

– Татьяна, я не знаю, как вы с ним справляетесь. Он такой шалунишка. За ним нужен глаз да глаз. Он ни одной юбки не пропускает. Я устала ему уже замечания делать. Всех женщин щиплет.

– Что делает? – не поняла меня заметно раскрасневшаяся женщина.

– Щиплет всех за ягодицы. Ох, и шаловливые же у него ручонки. Такой проказник.

С этими словами я удалилась от парочки и, подойдя к встречающей гостей Даше, спросила: – Ты помнишь мою просьбу?

– Тебе прямо сейчас, что ли, надо?

– Чем быстрее, тем лучше. Я буду ждать его в комнате.

Дарья посмотрела в сторону парочки, которая подошла к накрытым столам, чтобы взять спиртное, и растерянно пожала плечами:

– Что это они между собой ругаются? Не понимаю, что на них нашло.

– Ты их идеализируешь. Ты хочешь сказать, что они вообще никогда не ругаются?

– На людях нет. Они очень культурные люди… Что-то Татьяна резко на спиртное налегла. Катя, мне кажется, сейчас не время для разговоров с Альбертом. У них что-то в семье не клеится.

– Даша, а мне кажется, что сейчас самое время. Пожалуйста, организуй мне встречу.

– Я попытаюсь, но не обещаю. Сегодня эта семейка не в духе.

К моему удивлению, ждать пришлось не долго. Минут через двадцать дверь открылась, и на пороге появилась Дарья с Альбертом, держащим в руке рюмку водки.

– Альберт, извини, но Кате нужно с тобой поговорить. Я понимаю, что сейчас не самый удобный момент, но тем не менее удели ей несколько минут. Это моя личная просьба. За Таню не переживай. Я не дам ей скучать. Извините. Мне нужно идти к гостям.

Даша вышла из комнаты и закрыла за собой дверь. Не говоря ни слова, Альберт выпил рюмку водки и поставил её на стол. Чтобы его смягчить, я попыталась улыбнуться.

– Я надеюсь, не расстроила твою жену?

– Ты её хорошо повеселила. Ей так смешно, что она пьёт рюмку за рюмкой.

Альберт закурил сигарету и посмотрел на меня подозрительными глазами.

– Послушай, а ты как вообще на выставке оказалась? Кто тебя пригласил?

– Дарья.

– Откуда ты её знаешь?

– Я познакомилась с ней совсем недавно.

– Надо же. Значит, не добившись встречи со мной, ты встретилась с ней. Хороший ход. И всё же иногда у тебя мозги варят.

В этот момент лицо мужчины стало каким-то злым и жестоким. Он глубоко затянулся и пустил несколько ровных колечек дыма. После минутной зловещей тишины он стряхнул пепел прямо на пол и нарушил молчание.

– Катя, а я ведь не всегда могу быть таким мягким и пушистым. Если меня сильно достать, то я могу и в горло вцепиться. А я хочу тебе сказать, что ты уже меня сильно достала. Даша – очень дорогой человек как для меня, так и для моей жены, и ты зря устроила это шоу, потому что ты за него очень дорого поплатишься. Если ты хочешь ей рассказать о событиях той ночи и добить эту несчастную от горя женщину, то лучше сразу позаботься о своём месте на кладбище, говорят, что сейчас с землёй напряжёнка.

– Ты мне угрожаешь?!

– Я тебя предупреждаю.

– Даша сама пришла ко мне.

– Сама?! Я в это никогда не поверю, – отчаянно рассмеялся мужчина.

– Она нашла Ритину сумку в предбаннике.

Глава 44

– И что с того?

– А то, что в сумке были все документы, мобильный телефон и мои координаты. Таким образом Даша вышла на меня и приехала ко мне.

– И что? Ты ей всё рассказала?

– Нет. Я ничего не рассказывала. Я пока в здравом уме и твёрдой памяти.

Альберт усмехнулся и взглядом, полным сожаления, посмотрел на свою пустую рюмку.

– Не стоит усмехаться. Я сказала тебе правду. Даша отдала мне Ритину сумку. Она думает, что Рита была свидетельницей преступления. Мол, она видела, как убили Сергея, а затем сильно испугалась и убежала. Я пыталась ей внушить, что сумка была оставлена до преступления.

Потушив сигарету, Альберт хотел было встать, но я жестом показала ему, чтобы он оставался на своём месте.

– Что касается сумки, которую Даша нашла в предбаннике, то это действительно моих рук дело. Тогда суета такая была, что я не знал, за что хвататься. Сумку увидел в самый последний момент. Вот и бросил её туда, где веники лежат, и закрыл дверь, чтобы в эту комнату никто не вошёл. Это моё упущение, и от этого я не отказываюсь. Так что больше мне говорить нечего.

– Я займу у тебя ещё несколько минут.

– Я пришёл сюда для того, чтобы полюбоваться картинами…

– У тебя ещё будет время.

– Ты у меня его отнимаешь. А теперь я скажу самое главное.

– И что же у нас самое главное?

– То, что я от тебя беременна.

– Что? – Альберт побагровел, как варёный рак, посмотрел на меня безумным взглядом и чересчур сильно раздул ноздри. – Что ты сказала?

– Я сказала, что я от тебя беременна. Правда, срок ещё слишком маленький, но в моей беременности можешь не сомневаться. Сначала я думала, что у меня задержка, а оказалось, нет.

– А ты уверена, что он от меня?

– Ещё бы. Как только родится мой ребёночек, я обязательно проведу экспертизу, на которой докажу отцовство, и уж тогда я могу говорить, о том, что он похож на своего папочку словно две капли воды. Чем стремительнее будет возрастать твоя карьера, тем больше я буду говорить о своём ребёнке на радость твоей жене.

– Послушай, ты меня что, за лоха, что ли, держишь? Может, у нас с тобой и не было ничего. Я когда пьяный, у меня обычно конкретный не стояк.

– Но в ту ночь у тебя был конкретный стояк.

Мужчина нервно усмехнулся и заметно заёрзал на стуле.

– Катя, ты уже не маленькая девочка и должна знать, что в твоём возрасте не мешало бы предохраняться во избежание нежелательной беременности.

– Во-первых, по поводу предохранения ты сам был против.

– Что значит, я был против? – Альберт покраснел ещё больше.

– Как хочешь, так и понимай. Я тебе предложила презерватив, но ты сам от него отказался. Сказал, что ты с презервативом не любишь.

– И что же во-вторых?

Я прищурила глаза и заговорила ехидным голосом:

– А кто тебе сказал, что эта беременность нежелательная? Она ещё какая желательная. О такой беременности только мечтать можно! Такой отец у ребёночка будет! Твоя Татьяна любит маленьких деток?

– Какая тебе разница?!

– Большая. С ребёночком моим будет возиться. Я её прямо сейчас и извещу.

Бросившись к входной двери, я услышала громогласное: «Стой»! – и резко остановилась.

Теперь мы с Альбертом поменялись ролями, и он показывал мне, чтобы я оставалась на своём месте и не вздумала выходить из комнаты, потому что наш разговор ещё не закончен.

– Да и ещё, папа Альберт, я забыла тебе сказать о самом главном.

– Что ещё?!

– На случай, если ты решишь расправиться со мной и с нашим ещё не родившимся ребёнком, я сразу хочу поставить тебя в известность о том, что, несмотря на наличие денег и власти, ты залетишь по полной программе. Я заранее побеспокоилась и написала заявление своему адвокату: если со мной что-то случится, то не стоит ничему удивляться. Я написала фамилию, имя и отчество человека, которому выгодна моя смерть.

Я уже хотела было открыть входную дверь, но мужчина подскочил со своего места и не позволил мне этого сделать. Он перегородил мне дорогу, а на его лбу выступил пот.

– Ты не представляешь, как бы я тебя сейчас хотел задушить.

Глава 45

– Представляю, – совершенно спокойно ответила я и, услышав чересчур учащённые и громкие удары своего сердца, немного смутилась. Мне показалось, что эти удары настолько громкие, что их слышу не только я, но и Альберт тоже, а этого мне хотелось меньше всего на свете. Мне не хотелось показывать ему то, что мне страшно.

– Только не забывай, что я уже не одна. Это будет двойное убийство.

– Да что ты заладила со своим убийством?!

Мужчина опустил глаза, посмотрел на мой живот, вновь раздул ноздри и тяжело задышал.

– Да что там у тебя может быть? Ещё времени-то прошло всего нечего. Какая-то несчастная яйцеклетка.

– Эта клетка далеко не несчастная. Она очень даже счастливая, потому что её оплодотворил твой сперматозоид.

– Ничего у тебя там нет.

– Не переживай. Там уже есть маленький комочек. Пройдёт немного времени, и у этого комочка появятся глазки, носик, ручки, ножки. Кстати, если это будет девочка, то как мы её назовём? Какие бы отношения ни были между нами, ребёнок ни в чём не виноват. Если родится мальчик, то мы назовём его Альбертом, в честь папы. А вот если родится девочка?

От моих слов мужчину передёрнуло, и он посмотрел на меня с отвращением. Сама мысль о каком-то внебрачном ребёнке приводила его в состояние ступора.

– А я знаю, как мы назовём нашу девочку. Мы назовём её Таня. В честь твоей горячо любимой супруги.

Мужчина потерял самообладание и влепил мне хорошую пощёчину, которую я крайне мужественно выдержала и не показала, что мне может быть больно. Дотронувшись до щеки, которая просто пылала, я выдавила из себя улыбку и процедила сквозь зубы:

– Послушай, если ты ещё раз тронешь меня пальцем, то я тут же пойду в полицию, напишу заявление и сниму побои. Не стоит так обращаться с беременной женщиной, потому что я побеспокоюсь о самых нежелательных для тебя последствиях.

– Откуда ты взялась в моей жизни?! Какого чёрта я согласился в тот злосчастный вечер поехать к Серёге в дом? Если бы я знал, что там будешь ты, я бы обошёл этот проклятый дом стороной. – Альберт был близок к истерике. Он постоянно смотрел на пустую рюмку из-под водки, и не было ни каких сомнений в том, что ему очень сильно хочется выпить.

– Уже поздно. Ты уже сунулся. И не только в дом к своему другу. Ты сунулся в мою судьбу.

Мужчина немного замешкался и заговорил умоляющим голосом:

– Катя, подумай хорошенько, кого ты родишь и зачем тебе это нужно?! Я в ту ночь столько выпил, травы покурил. Если ты родишь, то только какого-нибудь дегенерата. Ведь своим поступком ты сделаешь хуже не мне, а ребёнку.

– Я оставлю ребёнка любым, каким бы он ни родился.

– Ты же меня не любишь! Зачем тебе обременять себя каким-то ребёнком, тем более дауном? А потом ты просто сломаешь мне жизнь. Таня не выдержит, если узнает, что у меня ребёнок на стороне. У неё больное сердце. Она любимый и родной мне человек. У нас очень хороший брак. Хорошие дети. Ты просто её убьёшь и всё. Я не понимаю, откуда в тебе столько зла. Сейчас ты успеешь сделать мини-аборт. Хочешь, я отвезу тебя к хорошему врачу?

– Не хочу, – стояла я на своём. – Я буду рожать.

– Ты говоришь полнейший бред, – прервал меня Альберт. – Какая, к чёрту, месть и за что? Да пойми же ты, наконец, я не имею никакого отношения ни к трупу, ни к пропавшему пледу.

– Если это сделал не ты, то кто? – с издевкой заметила я.

– Катя, своими подозрениями ты можешь довести до безумия кого угодно.

Я подняла на мужчину глаза. В этот момент он действительно был страшен. Мне хотелось ещё больше его спровоцировать, вызвать его ненависть, которая приведёт к его собственной беспомощности. Необыкновенно сладкое пламя ярости обдало меня словно огнём и побежало по жилам.

– Если я тебя и уничтожу, то уничтожу морально. Ты будешь жить, и окружающие тебя люди будут думать, что ты есть, но на самом деле тебя уже не будет. Ты сама увезла свою подругу в багажнике авто… Ты сама не дала мне плед… Какие ко мне могут быть претензии? Ты смотришь на меня так, словно тебе противно со мной находиться рядом, но все же ты устраиваешь наши встречи и собралась от меня рожать. Ты противоречишь сама себе. Если ты хочешь перечеркнуть мою жизнь, то уж, поверь мне, у тебя ни черта не получится.

А дальше Альберт сломался окончательно. Он взял меня за плечи, стал сильно трясти и судорожно говорить:

– Куда ты сейчас пойдёшь?! Куда?! Что ты собралась делать?

– Сейчас я пойду к твоей жене!

При этих словах мужчина принялся трясти меня ещё сильнее.

– Зачем ты к ней пойдёшь, ведь ты и так наговорила ей кучу гадостей?! Не смей к ней приближаться! Понятно или нет?!

– Я хочу сказать ей о том, что скоро у неё будет маленький родственник.

– Дрянь! Какая же ты дрянь! – при этом Альберт принялся не просто меня трясти, а бить со всей силы о стену.

Дверь распахнулась и на пороге появилась ничего не понимающая Даша…

Глава 46

Увидев Дашу, Альберт тут же убрал от меня руки и, заметив в руках Дарьи поднос со спиртными напитками, прямиком ринулся к нему, чтобы хоть немного успокоить свои нервы. Взяв полную рюмку водки, накрытую тоненькой долькой лимона, он осушил рюмку до дна и сразу схватился за вторую.

– А я подумала, может, вам выпить чего принести. Вы так долго… – растерянным голосом произнесла женщина и посмотрела на нас ничего не понимающим, испуганным взглядом.

– Ты как раз во время. Когда я сюда шёл, я и не подумал о том, чтобы взять побольше спиртного. На деле оказалось, что без спиртного никак.

Альберт пил всё подряд, что стояло на подносе: вино, шампанское, водку и даже сладкий ликёр. Он успокоился только тогда, когда поднос опустел и на нём осталась лишь пустая посуда. В Дашиных глазах появился ужас, она захлопала своими длинными ресницами и с опаской произнесла:

– Альберт, ты чего?

– Дашунь, не переживай, со мной всё в порядке, – наигранно равнодушно говорил он и старался не встречаться с ней глазами.

– Зачем ты намешал столько напитков? Это же очень вредно. У тебя может быть отравление.

– Я думаю, всё обойдётся. Просто организм захотел алкоголя.

Выдержав паузу, Альберт не без тоски в глазах посмотрел на поднос с пустыми рюмками, который Дарья поставила на стол, и всё так же наигранно заговорил:

– Дашенька, я хотел поблагодарить тебя за встречу.

– Какую встречу? – не сразу поняла его Даша.

– С барышней Катей. Такая нужная, полезная и приятная встреча. Дашуль, спасибо тебе ещё раз. Удружила. Дашка, я всегда знал, что ты настоящий друг. Выручишь в трудную минуту. Не оставишь в беде.

– Когда я открыла дверь, ты бил её головой о стену… – голос Дарьи заметно дрожал.

– Тебе показалось.

Облокотившись о дверь, Дарья посмотрела в мои глаза и заговорила вполголоса:

– Ребята, я вообще не понимаю, что происходит. У меня создалось впечатление, что все сошли с ума. Если бы я не зашла, то вы бы тут точно друг друга убили. А что творит Татьяна…

– Что творит Татьяна? – тут же спросил Альберт и посмотрел на Дарью глазами, в которых читалась тревога.

– Она пьёт, как заправский мужик. Рюмку за рюмкой, и я не могу её остановить. Я спрашиваю её, что произошло, а она ничего не хочет мне объяснять и говорит всего одну-единственную фразу: «Альберт – козёл». Я ей сказала: если вы поругались, то ничего страшного. Сегодня же помиритесь.

– А она? – Альберт краснел прямо на глазах.

– Она говорит, что с козлами не ругается, что она отправила тебя в огород капусту жевать.

– Вот дура! Я сегодня ей дома устрою. Я ей такую капусту покажу! Я ей по первое число всыплю. Будет у меня как шёлковая.

– И я про то же. Что с вами со всеми происходит? Таня там пьёт, а вы тут дерётесь. Это я во всём виновата.

– А ты тут при чём? – спросили мы с Альбертом в один голос и посмотрели на Дарью, не скрывая своего удивления.

– Мне не нужно было организовывать эту выставку. Это Сергей на нас всех разозлился и посылает нам с небес испытания…

– Даша, о чём ты говоришь? – попробовал успокоить Дашу Альберт. – Ты только вдумайся. При чём тут Серёга? Мы все рады, что ты организовала выставку, и я с самого начала поддержал тебя в твоих начинаниях. Тем более выставку, посвящённую памяти своего мужа.

Но Даша словно не слышала Альберта и твердила себе под нос:

– Это Серёжа разгневался. Не нужно было мне делать эту выставку… Он всё видит и слышит. Он сверху наблюдает за всеми нами.

Подумав, что сейчас самое время, я решила вступить в разговор и сказала:

– Даша, твой муж тут действительно ни при чём. Просто я от Альберта беременна.

– Что ты сказала?! – Дарья заметно побледнела и издала пронзительный стон.

– Даша, ну не смотри ты на меня так, словно не понимаешь, как женщина может забеременеть от мужчины. Я сказала Альберту, что буду рожать, а он стал бить меня головой о стенку.

На мгновение Дарья потеряла дар речи и не могла произнести даже звука.

– Даша, я не сотворила что-то ужасное. Просто у Альберта помимо своих детей будет ещё маленький ребёнок, которому тоже нужны любовь, забота и материальная поддержка. Это жизнь, и от этого никуда не денешься.

– Даша, она всё врёт, – попытался выкрутиться мужчина. – Я с ней никогда не спал. Она от кого-то забеременела и хочет повесить на меня чужого ребёнка! Но этот номер у неё не пройдёт.

Как только мужчина замолчал, я сделала серьёзное выражение лица и сказала:

– Я сделаю экспертизу и подтвержу отцовство, а затем подам в суд и придам своим действиям элемент публичности.

После моих слов Альберт отвёл глаза в сторону.

– Мне для полного счастья ребёнка грудного не хватало.

– Ты знаешь, от пьяных случайных контактов иногда бывают и дети.

– Бывают, у таких нерадивых матерей, как ты, которые в первую очередь думают не о ребёнке, а о самоутверждении и необдуманной мести. Даже если это и мой ребёнок, то я был в дупель упитый и обкуренный травой. Даже страшно представить, что там может родиться.

Посмотрев на потрясённую Дарью, я попыталась привести её в чувство и осторожно произнесла:

– Даша, я уже говорила Альберту, но теперь хочу сказать это ещё раз при свидетелях.

– Что ещё? – Дарья вздрогнула, а в её глазах показались слёзы.

– Если со мной что-то случится…

– А что с тобой может случиться? – она уже пришла в себя и могла рассуждать хоть немного здраво.

– Мало ли. Может, мне завтра кирпич на голову упадёт или меня машина собьёт у самого дома. Я связалась со своим адвокатом и написала ему письмо, в котором чётко изложила, что если со мной что-то случится, то это дело рук нашего уважаемого Альберта. К этому письму прикреплена справка о моей ещё совсем маленькой беременности. Так что в случае моей смерти на него будет заведено уголовное дело.

Глава 47

– Катя, Альберт не способен на подобное.

– Даша, ты его просто не знаешь.

– Я не хочу знать, потому что я очень хорошо к нему отношусь. Я всё понимаю, но мне страшно подумать, как эта ситуация отразится на Татьяне. У неё больное сердце. Это известие убьёт её окончательно.

– И я про то же! – тут же прорвало Альберта. – Быть может, хоть ты объяснишь этой дуре, что ей лучше всего сделать аборт!

– Катя, тебе это надо? – в глазах Дарьи появилась злоба.

– Даша, я готова сделать аборт, но при одном условии.

Изрядно вспотевший Альберт заметно оживился и, достав носовой платок, вытер льющийся ручьями по лицу пот.

– Говори, – произнёс он голосом, полным надежды.

– Я готова сделать аборт, если ты найдёшь тело моей подруги и я смогу предать его земле.

С этими словами я направилась к выходу и показала, чтобы Дарья немедленно освободила мне проход. Женщина отошла от двери и еле слышно сказала:

– До свидания, Катя.

– До свидания, Даша.

– Мне жаль, что я пригласила тебя на выставку. Думаю, мне не стоило этого делать.

– Мне тоже жаль, что всё так вышло. Извини.

Выйдя из комнаты, я громко хлопнула дверью и пошла по шумному залу. Где-то там, у старинной колонны, стояла чересчур пьяная, покрывшаяся красными аллергенными пятнами от чрезмерной доли алкоголя Татьяна в окружении нескольких женщин и пила очередную порцию алкогольного коктейля, говоря своим подругам всего одну-единственную фразу: «А мой Альберт-то, оказывается, козёл».

Почти у самого выхода я столкнулась с женщиной, лицо которой мне показалось хорошо знакомым. Увидев меня, женщина смутилась и выронила из рук поднос с хрустальными бокалами, в которых было налито шампанское. Поднос с грохотом упал, женщина извинилась, села на корточки и принялась собирать осколки.

– Здравствуйте.

Я села на корточки рядом с женщиной и попыталась ей помочь, но женщина тут же отказалась от моей помощи.

– Прекратите немедленно. Что вы делаете? Дарья пригласила меня помочь официантам. Она будет ругаться, если увидит, что вы мне помогаете. Мне же за это платят. Я на работе.

– Хорошо. Я не буду. А вы меня помните?

– Нет, – женщина покраснела. Было видно, что она меня сразу узнала, просто не хотела мне в этом признаться.

– Но как же так… Я вас помню. Вы домработница покойного Сергея. Помните ту ночь, когда вашего хозяина убили?! Как Альберт труп моей подруги в багажник положил?

– Я вас первый раз вижу. Вы меня с кем-то путаете, – мотала головой женщина и ещё больше краснела. – Я не понимаю, о чём вы говорите.

– Оно и понятно. Альберт сказал вам молчать.

– Я вас не знаю. Простите, но вы мешаете мне работать. Я должна идти. До свидания.

– До свидания.

Собрав все осколки на поднос, женщина пошла в противоположную сторону и ни разу не оглянулась. Я вернулась домой на такси.

– А ты что такая счастливая?! – поднял меня Фёдор и покружил, словно маленького ребёнка.

– Знаешь, меня уже тысячу лет никто не встречал. Я когда из такси вышла и увидела, что мои окна светятся, у меня так приятно сердце забилось. Блин, здорово-то как!

– Так уж и тысячу лет… Так долго не живут.

Зайдя в квартиру, я повесила свою сумку на вешалку и повела носом.

– Если я не ошибаюсь, то это что-то рыбное.

– Откуда ты знаешь? – В обрадованных глазах Фёдора появилось разочарование. Видимо, он хотел сделать сюрприз, но не получилось.

– Я по запаху поняла.

– Катя, ты где так долго была?

– Налей вина.

– Это и есть твой ответ?

Фёдор налил в наши бокалы вино, и я сразу подняла свой.

– Я бы хотела выпить за доверие, потому что, если между двумя близкими людьми нет доверия, они никогда не будут счастливы.

Я сделала глоток вина и махнула рукой.

– Катя, ты обмолвилась, что у Даши сегодня выставка. Ты на неё заезжала?

– Да заехала ненадолго, – как бы между делом ответила я.

– И как выставка?

– Знаешь, она действительно очень хорошо рисует. Чувствуется необыкновенный талант.

– А зачем ты к ней заехала?

– Не хотелось её обидеть. Она меня очень сильно уговаривала.

– Странная ты всё-таки. Ты приезжала к Дарье, потому что тебе нужен был повод встретиться с Альбертом?

– Не говори ерунды.

– Катя, я тебя не пойму. Иногда мне кажется, что тебе не хватает адреналина и ты начинаешь искать приключений на свою очаровательную задницу. Почему ты не хочешь согласиться с тем, что тебе лучше не иметь дел с Альбертом и не искать с ним встреч.

– Да мы даже не поздоровались. Просто прошли мимо друг друга. Он был со своей женой и сделал вид, что меня совсем не знает.

– Катя, я уверен, что ты от меня что-то скрываешь!

С этими словами Фёдор встал из-за стола и пошёл в спальню. Я пошла следом за ним и, как только он лёг, тут же села с ним рядом.

– Ну что стряслось-то?