Читать книгу "Загадки олигархов, или Я всегда договорюсь со своей совестью"

Глава 19

Утром, когда Михаил открыл дверь, чтобы выйти из дома, я наклонилась к нему и сказала:

– Возвращайся. Я жду.

– А куда я денусь? Вернусь, конечно. Сначала Владика отвезу, а потом на работу. У меня и так полдня выпадает. В офисе дел по горло, а ты меня вынуждаешь ребёнка везти, как будто сама не можешь этого сделать.

– Я тебе всё объясню. Я хотела, чтобы ты вернулся пораньше. Нам нужно поговорить.

– Ну это уж как получится, – ответил он и закрыл за собой дверь.

Подойдя к окну, я посмотрела на припаркованную машину и подумала о том, что я не могу приехать на ней к Ритке, потому что это может доставить ей неприятности. Открыв платяной шкаф, я извлекла из него парик с длинными волосами и, надев его на голову, стала делать всё возможное, чтобы в корне поменять свою внешность. Театральный макияж, яркая косынка на голову, очки с большими линзами и мамино пальто изменили мою внешность до полной неузнаваемости.

– Вот так-то лучше. От девушки по имени Катерина осталось только одно воспоминание.

Открыв входную дверь, я быстро спустилась по лестнице. Заметив меня, парень, сидевший в машине, поднял свои тёмные очки и проводил меня пристальным взглядом. До того самого момента, пока я шла до дороги, мне казалось, что парень меня окликнет и не даст мне уехать без него, но этого не произошло. Видимо, всё было рассчитано на моё абсолютное послушание. Мол, если я задумываюсь о последствиях и понимаю всю серьёзность ситуации, в которую я попала, то не натворю глупостей и буду чётко следовать всем инструкциям.

Дойдя до аптеки, я попросила телефон, набрала номер полиции и сказала:

– Это полиция? Вам звонит женщина, проживающая по адресу… Дело в том, что у нашего дома уже два дня стоит очень подозрительная машина со странными типами. Вы бы проверили их личности и узнали, что им нужно у нашего дома. Они целыми днями смотрят на наши окна. Все жильцы дома боятся, никто не сомневается в том, что они что-то задумали. Эта машина дежурит тут и днём и ночью, а головорезы постоянно меняются. Мы просим вас принять соответствующие меры и оградить нас от этих непонятных личностей.

Быстро повесив трубку, я тут же поймала такси и поехала к Ритке. Она не сразу открыла, так как не узнала меня.

– Ритка, всё нормально. Это я. Голос-то мой хоть ты узнала?

– Голос узнала, – растерянно произнесла она и впустила меня в квартиру. – Катя, ты, что ли?

– Я, а кто же ещё?

Скинув парик и очки прямо на пол, я бросилась на шею своей подруге и закричала:

– Ритка, милая, родная! Если бы ты только знала, как же я рада тебя видеть! Как же рада!

– Катька!

Рита обняла меня за шею и заревела.

– Катька, что же произошло? Почему эти гады тебя засадили? Как они могли?! Как они смели?!

– Ритка, ты только не плачь. Пожалуйста, давай успокаивайся. Я тебя умоляю.

Чуть позже я рассказала Рите о том, что случилось. Она внимательно меня слушала, не перебивала и, заставив меня раздеться, принялась аккуратно смазывать моё страшно расчёсанное тело каким-то чудотворным эликсиром. Когда я дошла до рассказа о знакомстве со Степаном Степановичем, Рита прекратила обрабатывать моё тело и остановила взгляд на моей шее, где ещё оставались следы удушения после драки в камере. Как только я закончила свой рассказ на том самом моменте, когда я переоделась и приехала к ней в квартиру, она нервно закурила и уронила пепел прямо на пол.

– Рита, ты что молчишь?

– Я не знаю, что сказать, – задумчиво произнесла подруга. – Ты уж, Катя, меня извини. Ты моя лучшая подруга, и поэтому мне от тебя ничего скрывать не хочется. Больше всего в этой ситуации меня убивает твой Миша.

– А при чём тут Миша?

– При том, что он твой мужик, и он должен решать всё то, что на тебя навалилось, а я смотрю, ты всё это сама расхлёбываешь.

– Сегодня вечером я хочу ему рассказать правду, ведь я вчера не смогла признаться, что меня еще не оправдали. Правда, я плохо понимаю, чем он может мне помочь.

– Ты должна была это сделать ещё вчера.

– Он меня так встретил… Как будто испугался моего возвращения.

– Что-то я раньше не замечала, что он такой пугливый.

– Я не могу его осуждать, – попыталась заступиться я за своего мужа. – Он же и в самом деле поверил, что у меня есть любовник. Возможно, у него просто был психологический шок. Он не ожидал моего возвращения.

Но моя подруга была непреклонна.

– А что он ожидал, что ты через несколько лет нарисуешься?

– Ну не через несколько лет… Ритка, зря ты так на Мишку бочку катишь. Говорят, что, когда человека сажают, не только у него ломается психика, но и у его близких людей тоже.

– Он мужик, – сказала как отрезала Рита.

– Да что ты заладила, он мужик. Ну, понятно, что он не баба, и дальше-то что?

– А то, что он мужик и этим всё сказано! Кстати, в этой ситуации он себя ведёт как настоящая баба.

– А как он должен себя вести?

– Он должен решать твои проблемы и не создавать тебе новые.

– А кто сказал, что он их не решает? – я посмотрела на Ритку. – Рита, ты знаешь, что с тех пор, как меня посадили, Миша много для меня сделал. Он бегал по всем инстанциям, искал адвокатов, решал вопрос моего освобождения.

– Хреново решал, – перебила меня подруга.

– Ну он же не волшебник, чтобы решить такой серьёзный вопрос в положительную сторону.

– Волшебник, не волшебник, а тот, кто свои вопросы решает, у того всё получается.

– А может быть, он моего внешнего вида испугался. Я же так выгляжу, что на меня смотреть страшно.

– А как ты должна выглядеть после двух месяцев заключения? Как после дорогого ультрамодного косметического салона?

– Я этого не сказала. Рита, а что мы всё о моём муже?! Ты мне лучше скажи, что мне делать? Рита, скажи, это конец?! Меня убьют?! Где я возьму эти чёртовы три миллиона долларов?!

– Пусть об этом Михаил думает, – злобно прошипела подруга и не менее злобно произнесла: – Сволочь твой Миша. Катя, я хотела смолчать. Да видно не получается. Мы с тобой очень сильно похожи. У меня ничего не держится.

– Говори, – обречённо сказала я и приготовилась к самому худшему.

– Я не спорю, что Миша за тебя переживал и как мог тебя из тюрьмы вытаскивал. Но то, что ты должна услышать, я всё же тебе скажу, потому что, если бы ты о подобном смолчала, я бы тебе не простила.

– Да говори. Не томи душу.

– Я твоего мужа с молодой девчонкой видела.

– Где? – У меня кольнуло в области сердца, и я сжала губы так сильно, что почувствовала резкую боль.

– В ночном клубе.

– В ночном клубе?! – На мгновение мне показалось, что я ослышалась.

– Вот именно, в ночном клубе.

– Да Мишка отродясь по ним не ходил.

– Он по ним не ходит, когда у вас с ним всё хорошо, а как только у тебя проблемы или неприятности, его сразу куда-то несёт. Я в ночной клуб с одним суперменом зарулила, и каково же было моё удивление, когда в этом же клубе я твоего мужа в обнимку с молодой девицей увидела. Он её коктейлями различными поил, целовал в ушко и смотрел на неё, как кот на сметану. А меня такое зло взяло. Думаю, ну козёл. У него жена в беде, а он, сука, таким образом своё горе залечивает. А когда он её на колени к себе посадил и на глазах у всего клуба мацать начал, я не выдержала и к нему подскочила.

– А он? – задала я вопрос дрожащим голосом. – Он испугался?

– Насчёт испугался, не знаю. Но то, что он пришёл в шок, – это точно. Он спросил меня, что я здесь делаю. Меня это вообще подорвало. Я поинтересовалась, что он здесь делает? Короче, мы сцепились, а эта девица сидит на коленях как ни в чём не бывало и глазами хлопает. Хоть бы слезла ради приличия. Наглая дрянь. Разругались мы с ним в пух и прах, и он взял свою красавицу и из клуба уехал.

При выражении «свою красавицу» я почувствовала себя отвратительно и облокотилась о стену.

– Катя, тебе плохо? Я не могла от тебя это скрывать. Он на следующий день мне звонил и просил, чтобы я тебе это не рассказывала. Говорил, что был пьян, что это просто случайная связь…

– А ты?

– Я бросила трубку. Уж я-то знаю, что такое случайные связи. Это была далеко не случайная связь.

Глава 20

– Катя, я не могла молчать. Я бы не смогла спать, если бы ты не знала всей правды. Меня эта картинка так впечатлила, что я готова была твоего супруга-мерзавца своими руками задушить. Катька, а теперь о главном. Каким бы он гадом ни был, но я знаю, что он тебя любит. Видимо, когда в семье наступает кризис, мужики быстро ломаются и заводят кого-нибудь себе на стороне. Я всё это к тому говорю, что сейчас ему будет не до гулянья. Ты вернулась, и у него другая жизнь началась. Ты ему сегодня вечером всё расскажи как на духу. Ничего не скрывай. Глядишь, дело сдвинется. Вместо того чтобы с любовницей по ночным клубам рассекать, он будет решать твои проблемы.

– Ты хочешь сказать, что Михаил сможет найти три миллиона баксов?

– Я хочу сказать, что сейчас создалась именно такая ситуация, когда твой супруг может полностью искупить свою вину и приложить все усилия для того, чтобы вытащить тебя из той чудовищной истории, в которую ты попала.

Немного помолчав, я моментально успокоилась и задала вопрос вполне серьёзным голосом:

– Ритка, а может, мне банк ограбить?

– Ты что, с ума сошла?

– Я тебе на полном серьёзе говорю. Магазин грабить бесполезно. Там столько выручки нет. Обменный пункт – то же самое. Там и близко такой валюты нет, а вот банк – в самый раз.

Ритка слегка от меня отодвинулась и тяжело задышала.

– А вот пусть Мишаня банк и грабит. Предоставь это ему.

– Он не сможет.

– Катя, тебе только банк осталось ограбить, чтобы помимо убийства на тебя ещё и ограбление повесили. Выкини дурь из головы.

Услышав, что в кармане моего пальто звонит мобильный, подаренный Степаном Степановичем, я испуганно на него посмотрела и взяла трубку.

– Катя, вот позвонил для того, чтобы с тобой поздороваться.

– Здравствуйте.

– У меня к тебе три вопроса. Первый. Не звонила ли ты в полицию по поводу машины у твоего дома? Второй. Где ты сейчас находишься? И третий: как продолжаются поиски моих денег? – в каждом слове мужчины чувствовались ярко выраженное раздражение.

– Отвечаю. Я никуда не звонила.

– Значит, это всё же твои соседи сделали, – высказал свои мысли мужчина и тем самым не дал мне ответить на следующий вопрос. – Кто у тебя на первом этаже живёт?

– Да я толком не знаю. Я ни с кем особо не общаюсь.

– Значит, нам с твоими соседями пообщаться придётся, чтобы они занимались домашними делами и по полициям не названивали.

– Общайтесь, а я здесь при чём?

– При том, что полицию на моих ребят натравливать бесполезно. Они сами себе полиция.

– Я вам ещё раз говорю, что не имею к этому никакого отношения.

– Ладно, будем разбираться. Ты не ответила на мой вопрос: где ты сейчас?

– Я дома, – соврала я не моргнув глазом.

– Если ты дома, то подойди к окну.

– Зачем?

– Ты меньше задавай вопросы, а больше делай то, что тебе сказано. Мои ребята хотят на тебя посмотреть.

Поняв, что у меня нет выхода, я тяжело вздохнула и произнесла траурным голосом:

– Меня нет дома.

– Значит, ты меня обманула? – голос на том конце провода стал ещё ожесточённее и, как и прежде, не предвещал ничего хорошего.

– Я ввела вас в заблуждение, – тут же попыталась выкрутиться я из неприятной ситуации.

– Объясни.

– Я сейчас не дома. Мне пришлось выйти по своим делам. Я больше так не буду, – проговорила я голосом испуганной школьницы.

– Смотри мне. Это в последний раз.

– Я обещаю.

– А теперь говори адрес. Где ты сейчас находишься? За тобой приедет моя машина. Я думаю, что больше у нас с тобой таких недоразумений не будет. Ты и должна понимать, что испытывать моё терпение на прочность не стоит, потому что его практически не осталось. Ты всё уяснила?

– Да.

– Вот и хорошо. Как продвигаются поиски моих денег? С каждой минутой у тебя остаётся всё меньше времени на свободе.

– Я работаю над этим.

– Торопись. Свобода не вечна, особенно для тех, кто уже преступил закон. Ты понимаешь, о чём я говорю?

– Да, конечно.

– Сейчас позвонит прикреплённый к тебе парень из чёрной машины, и ты подробно расскажешь ему о том, как и куда за тобой приехать. Кстати, ты правильно сделала, что послала своего мужа отвезти ребёнка к бабушке. Ему там будет спокойнее. Береги его. Это твой единственный ребёнок. Супруг тоже хорошо себя чувствует?

– А почему он должен плохо себя чувствовать?

– Хорошо, когда всё хорошо. Мир, здоровье и порядок в доме – это важные и необходимые спутники благополучной жизни.

– А откуда вы всё знаете? – мой голос задрожал ещё больше.

– Катя, мы знаем про тебя всё. И даже намного больше, чем ты можешь себе представить.

В трубке послышались быстрые гудки, а затем раздался ещё один телефонный звонок. Звонил водитель, чтобы узнать адрес, по которому нужно приехать. Чтобы не подставлять Ритку, я назвала номер соседнего дома и повесила трубку, посмотрев на сидящую рядом подругу совершенно беспомощным взглядом.

– Рита, по-моему, это конец.

– Ты о чём?

– О том, что этот Степан Степанович знает про меня всё. Он даже знает, что Миша повёз Владика к бабушке. – Вырвалось у меня.

– А вот и не всё, – хитрым голосом возразила мне подруга.

– Почему это не всё?

– Он не знает, что ты у меня.

– Это всего лишь по той причине, что я переоделась и стала не похожа на себя.

– Вот именно, переоделась. Они тебя упустили. Значит, у тебя ещё есть кое-какие ходы, чтобы быть незамеченной.

– Рита, что мне делать?

– Сегодня же поговори со своим мужем. Я тоже подумаю, что предпринять.

– Да что ты можешь придумать?

– Могу! – вдруг громко закричала Ритка и вскочила с места. – Могу! Могу! Могу!

Глава 21

Поднявшись в квартиру, я прошлась по пустым комнатам и с трудом сдержалась, чтобы не завыть от страха, отчаяния и одиночества. Затем взяла в руки стеклянную рамку с фотографией, где мы были изображены втроём: я, Миша и Владик, внимательно на неё посмотрела. Михаил обнимает меня за плечи, Владик громко смеётся. Михаил никогда не был любителем просиживать время в мужских компаниях, посещать ночные клубы и бары. После работы он был всегда мой. Такой домашний, родной и надёжный. Нас всегда всё устраивало, и мы никогда не ждали от наших отношений чего-то большего. Я попробовала проанализировать нашу семейную жизнь и пришла к выводу, что у нас никогда не гасло сексуальное влечение друг к другу.

Я позвонила мужу, но услышала пьяный женский смех. Миша сказал, что у него много работы и он вряд ли придёт ночевать. Я понимала, что мой муж сильно увлёкся. Я попала в мясорубку. И именно в этот момент он встречает ту девушку, которая смогла его успокоить и сказать ему те слова, которые он жаждал услышать. Их отношения стали развиваться стремительно. Она молода, красива, дерзка и эгоистична. Мой Миша рядом с ней почувствовал себя семнадцатилетним мальчишкой. Ему совершенно наплевать, чем он сейчас рискует – мной, нашим браком или ребёнком. Я где-то слышала о том, что из семьи уходят именно те мужчины, которые больше всего преданы своим жёнам и своей семье. Так, стоп. Миша ещё не уходит из семьи. Он просто снял меня с моего пьедестала.

Закутавшись в тёплый цветастый плед, я накапала себе валерьянки и прилегла на диван. По понятным причинам никакого сна не было. Я постоянно крутилась, поднимала голову, смотрела в окно и вздрагивала от звука подъезжающего лифта за стенкой. Где-то через час зазвонил мой мобильный, и я, как гончая, сорвалась со своего места. Я была уверена, что это звонил Миша.

– Алло! Алло! Миша! Ты?!

После продолжительного молчания в трубке я ощутила, с какой бешеной скоростью бьётся моё сердце, и закричала снова:

– Алло! Миша. Ты меня слышишь?! Алло!

– Не кричите вы так. Я очень хорошо вас слышу, – на том конце провода послышался незнакомый женский голос.

– Кто вы? Что вам нужно? Два часа ночи…

– Простите, но у меня не было возможности позвонить раньше. Нам надо с вами увидеться.

– Но я вас не знаю? Кто вы?

– Я та девушка, которая застала вас с пистолетом в номере Данилы.

От услышанного у меня страшно закружилась голова и учащённо забилось сердце. Почувствовав, как к горлу подкатил ком, я чуть было не выронила трубку из рук.

– А почему я должна с вами встречаться? – не могла прийти я в себя. – Вы засадили меня в тюрьму. Я не хочу вас ни видеть, ни слышать и ничего о вас знать. Милая, я устала оправдываться, и у меня нет никакого желания ещё раз убеждать вас в том, что я не убийца.

Я хотела было уже положить трубку, но девушка это почувствовала и закричала:

– Катерина, подождите. Умоляю! Я знаю, что ваша жизнь под угрозой.

– Вам до этого какое дело? Быть может, вы знаете, куда Данила дел три миллиона долларов? Вы на добровольных началах хотите вернуть мне эти деньги для того, чтобы я передала их законному хозяину?!

– Я не хочу говорить об этом по телефону.

– Значит, вы о них знаете?

– Всё, что я знаю, я расскажу вам завтра. И ещё…

Девушка заметно разволновалась и тяжело задышала в трубку. Я не могла не услышать это громкое и учащённое дыхание.

– Что ещё?

– Ещё я хочу сказать вам, кто настоящий убийца Данилы.

– Что? Что вы сказали?!

Но девушка уже не слышала моего вопроса и бросила трубку. Просидев в оцепенении несколько минут, я медленно пришла в себя и посмотрела на телефон. Номер не определился.

«Я хочу вам сказать, кто настоящий убийца Данилы» – эта фраза крутилась у меня в голове и не давала покоя. Если девушка озвучила эту мысль, значит, она на сто процентов знает, что я не убийца. Тогда зачем она пыталась меня засадить? Возможно, теперь она сожалеет и хочет изменить ситуацию. Девушка была сильно взволнована, и этого нельзя было не заметить. Она сказала, что мне угрожает опасность. Интересно, что она имела в виду?! По крайней мере она готова пойти со мной на контакт, а это немаловажно. Это значит, что завтра она мне всё объяснит и поможет докопаться до сути. Если она готова сказать мне, кто убил Данилу, значит, она будет готова заявить в органах, что я не виновна.

По моим щекам потекли слёзы облегчения. Меня слегка зазнобило, я вновь укуталась в плед и подумала о том, что до завтра осталось совсем немного…

Но на встречу девушка не пришла. Из новостей я узнала, что она была убита сегодня утром у себя в квартире прямо в кровати. Она не успела даже проснуться… Я поняла, что это была единственная зацепка, но и её не стало.

Миша объявился только через два дня, сказал, что много работал. Я предложила ему приехать за своими вещами и переселиться к новой пассии. Он ушёл.

А ко мне неожиданно пришёл сосед, чтобы спросить меня о том, почему какая-то машина дежурит у нашего подъезда, я заревела и всё рассказала.

– Понимаешь, Владик в опасности. У Миши новая любовь. Думаю, там всё серьёзно. Мне уже несколько раз намекали, что я совершенно не дорожу жизнью своего сына. Ты понимаешь, о чём я говорю?

– Понимаю, – ледяным голосом ответил сосед.

– Сегодня утром в собственной квартире, прямо в постели, убита единственная свидетельница всего, что произошло. Она хотела мне назвать настоящего убийцу, но не успела. Она назначила мне встречу, но не пришла, потому что к тому времени уже умерла.

– Да, это и в самом деле кошмар, – с каждой минутой на лице соседа выступало всё больше и больше капелек пота.

– Если этот Степан Степанович поймёт, что с меня нечего взять, то он жестоко расправится с моим сыном и засадит меня пожизненно в тюрьму.

– Может, позвонить в полицию? – в голосе соседа не было никакой уверенности.

– Ты предлагаешь не бороться, а сразу сдаться?

– Но ведь ты не виновна. Тебе нужно нанять хорошего адвоката.

– За решёткой сидят сотни невиновных людей – и что?! И ты хочешь сказать, что у всех у них не было адвокатов?! Пойми меня правильно, я туда не хочу! Я там была. Ты там был?!

– Да ты что такое говоришь? Боже упаси, – перекрестился сосед.

– Я больше туда не хочу, – повторила я упрямо и вновь посмотрела на часы. – Я знаю, у тебя есть оружие. Я не прошу тебя ни о чём сверхъестественном. Я прошу у тебя пистолет всего лишь на час, максимум на пару часов.

– Ты так говоришь, как будто пистолет – это игрушка. Ты кого-нибудь хлопнешь, а отвечать-то за это придётся мне!

– При чём тут ты?

– При том, что стрелять-то ты будешь из моего пистолета.

– А я не собираюсь никого убивать. Пистолет мне нужен только для того, чтобы попугать.

– Тогда пойди в детский магазин и купи себе игрушечный.

– Значит, ты не хочешь мне помочь? Я хочу ограбить банк и поставить в этом деле точку.

– Не хочу и тебе не советую предпринимать подобные глупости. Люди к ограблению готовятся чёрт знает сколько времени, а ты решила ограбить банк немедленно. Без подготовки.

– А ты хочешь сказать, что кто-то занимается этим профессионально?!

Встав в полный рост, я достала чулок и, надев его на голову, вытянула руки вперёд.

– Это ограбление! Все на пол!

Сосед улыбнулся, снял с меня чулок и спросил усталым голосом:

– Катюша, тебе хочется впасть в детство и поиграть в игры? Но ведь детство уже прошло.

– Да мне тут как-то не до игр, – на моих глазах появились слёзы. – У меня здесь всё слишком серьёзно. Ладно, прости, что побеспокоила.